Текст книги "Замок грез (Замок мечты)"

Автор книги: Андреа Кейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 24 страниц)

Глава 9

– Ты абсолютно невозмутим, Брэден. – Чарлз закрыл тяжелую дверь и внимательно посмотрел на друга. – Скоро полночь, дом отходит ко сну. Невозможно придумать сколько – нибудь правдоподобного объяснения и извинения твоему отсутствию. Или ты скажешь, что сейчас самое время для возвращения домой?

Брэден нахмурился, ему хотелось, чтобы на этот раз друг не проявлял излишней проницательности.

– Я не успел обговорить все детали договора с Уильямом Девоном. Сегодняшняя встреча была назначена задолго до моей свадьбы. У меня не было возможности отменить этот визит.

Чарлз недоверчиво поднял брови.

– В самом деле? А была ли острая необходимость самому присматривать за лошадьми на конюшне?

– Ураган начал прихрамывать после утренней прогулки. Я хотел убедиться, что с ним все в порядке.

– Так ли это? Я ничего такого за ним не заметил. – Чарлз оставался бесстрастным, но глаза его блеснули. – Да и Добсон ничего не сказал мне, хоть и готовил Урагана для меня.

Брэден не отступал.

– Видимо, это было не очень серьезно. И все-таки я хотел сам убедиться, что он в порядке. Ты же знаешь, Ураган не любит Добсона. – Недоверчивый взгляд Чарлза вывел его из себя. Резко повернувшись, Брэден направился в сторону дома.

Но Чарлз не отставал.

– Брэден, так жить нельзя, – доверительно произнес он. На лице его не было и следа насмешки. – Это противоречит здравому смыслу и разрушает здоровье.

– Да, что касается меня – возможно. – Брэден уже не мог притворяться, что не понимает, о чем идет речь. – Но что ты скажешь о Касси? – Он отчаянно потряс головой. – Нет, Чарлз, ни в коем случае. Мне ничего не остается, кроме как идти по избранному пути.

– И в результате сойти с ума.

Брэден резко остановился и повернулся к другу.

– А что ты мне посоветуешь? Напугать ее? Обидеть?

– Нет, разумеется нет.

– Тогда что? Утешиться с другой? Я никогда не смогу так оскорбить Касси. Ведь она ничего не знает о мужских… потребностях. Она ужасно обидится, если узнает, что я завел любовницу. Понимаешь ли ты? Я попал в идиотское положение, из которого нет выхода. Она сейчас в полной безопасности, ей не угрожают зверства отца, она ограждена от кошмара ее прежней жизни. Но ирония в том, что, вытащив ее из ада, я сам угодил в преисподнюю. – Резким движением он взлохматил шевелюру. – Но если для счастья Касси мне придется сдержать свою страсть, пожалуй, я готов выносить и это! – Брэден выпалил свою тираду в крайней запальчивости и порывисто, широкой сердитой поступью направился к дому, в свою спальню… в свою одинокую постель.

– Но как долго?

Спокойно заданный вопрос вновь заставил его остановиться. Чарлз произнес вслух именно то, о чем сам он размышлял круглые сутки, не в силах отвлечься. Как долго он выдержит эту пытку – желать Касси, иметь ее в женах и не позволять телу испытать законный восторг? Вчерашний вечер был кошмаром, он не мог не думать о том, что юридически она принадлежит ему, что он вправе войти к ней, потребовать своего, и мучительное томление в чреслах стихнет.

И навалится другая, куда более нестерпимая тяжесть.

Если он позволит себе обидеть ее, он никогда не простит этого себе. Никогда. Брэден прерывисто вздохнул, и прямо посмотрел на Чарлза, наблюдавшего за его одинокими страданиями.

– Мне нечего ответить тебе, Чарлз, – просто произнес он. – Я стараюсь не думать об этом. Так и буду жить, день за днем.

Чарлз сочувственно кивнул.

– Время рассудит, насколько это хорошо… для тебя и твоей жены.

– Дай-то Бог. – Брэден посмотрел на спящий замок, взгляд его невольно скользнул к окнам спальни Касси. За окнами было темно. Касси спала.

С горьким разочарованием Брэден вступил на парадное крыльцо и повернулся к Чарлзу с унылой улыбкой на лице.

– Спасибо тебе за участие… и за компанию. Уже поздно. Иди спать.

Чарлз внимательно смотрел на него.

– Все еще можно поправить, – заявил он наконец. И не желая пояснять свое утверждение, прошел мимо понурого друга в дом. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Чарлз.

Как на эшафот, поднялся Брэден в свою спальню.

Он отпустил Хардинга, своего камердинера, и разделся, сердито разбрасывая одежду по полу. Тело его вздохнуло, освободившись от тканей, он скользнул под одеяло и лег на спину, подложив руки под голову. Его мысли были только об одном, взгляд невольно остановился на двери, соединявшей его спальню со спальней Касси. Он представил ее, лежащую в постели. Лишь дымчатый эфир тончайшей ткани скрывает шелк ее нежной кожи от его глаз… его ладоней… его губ.

Брэден застонал, неутолимая жажда пронзила каждую клеточку его страдающего тела.

А впереди была долгая бессонная ночь.

Кошмар повторялся.

Касси тихо плачет во сне, ищет место, где она может затаиться и переждать. Но спрятаться негде.

Непроглядный мрак наваливается на нее, не позволяя вздохнуть. От ужаса у нее зуб на зуб не попадает, стынут ладони и трясутся коленки.

Бежать прочь. Ей нужно бежать.

Но он неотступно следует за ней.

Как она ни старается, он постоянно дышит ей в затылок. Она несется все стремительнее, она кричит, она зовет на помощь.

Но крик не выходит из ее горла. Она слышит только гулкое эхо своего прерывистого дыхания и топот собственных ног. И чувствует, что он вот-вот настигнет ее.

И в тот же миг он оказывается перед ней, и бежать уже некуда. Она слышит отчаянный крик, но это не ее голос, будто кто-то другой исходит в смертельном испуге. Он надвигается на нее, мрачный и неумолимый. Он убьет ее.

Она проваливается… падает… летит… с головокружительной скоростью летит она сквозь мрак навстречу своей гибели.

О Боже! Я не хочу умирать. Только не сейчас. Пожалуйста. Помогите. Кто-нибудь… помогите мне…

Брэден соскочил с кровати и добежал до двери в комнату Касси, прежде чем ее крик затих. Он ворвался к ней и через миг был у ее изголовья. Она сидела, прижав локти к груди, с широко раскрытыми от ужаса глазами.

– Касси! – Он схватил ее за плечи и повернул к себе. – Что с тобой? Тебе плохо?

Она не отвечала ему, ее отсутствующий, бессмысленный взгляд остановился в пространстве, тихие рыдания клокотали в ее груди. От его прикосновения она вздрогнула и принялась вырываться, отчаянно вскрикивая и бормоча:

– О нет, прошу тебя… нет! – Слезы ручьями бежали по ее щекам.

– Касси! Это я – Брэден. – Он осекся, неожиданно поняв, что жена не может его услышать – она крепко спит. – Касси… Касси! – Он ласково тормошил ее. Но она все громче рыдала и все отчаяннее отбивалась, стараясь вырваться из его рук.

Она никак не приходила в себя, и это испугало Брэдена. Он крепко схватил ее за плечи и отчаянно встряхнул.

– Касси… проснись, любимая, проснись! Все в порядке, я здесь. Все хорошо!

Выражение смертельного ужаса на ее лице разгладилось, она узнала его.

– Брэден? – прошептала она слабым голосом с мокрым от слез лицом.

– Да, милая, это я. – Брэден вздохнул с облегчением и нежно притянул ее голову к своему плечу. – Ш-ш-ш, не надо бояться. Это только дурной сон. – Он ласково погладил ее распущенные волосы, струящиеся по ее плечам подобно поблескивающему в ночи водопаду. И нахмурился, почувствовав мучительное биение ее сердца и капли холодного пота на ее вздрагивающей коже. – Касси?

Он попробовал было встать, но она крепко вцепилась в его РУКУ —

– Брэден, пожалуйста, не уходи, – попросила она, – не оставляй меня одну. Умоляю тебя.

Брэден почувствовал, как нежность затопила его сердце.

– Я не оставлю тебя. Я никуда не уйду, милая моя. Разве я смогу? – Он покровительственно поцеловал ее в макушку, уверенно прижимая ее голову к своей обнаженной, поросшей жесткими волосами груди, и шептал ей всякие тихие слова.

Она благодарно прильнула к нему, с облегчением чувствуя, как холодный липкий ужас, всегда сопровождавший ее кошмары, уходит из ее души. Она хотела навек остаться в приветливой спокойной гавани, вечно испытывать ощущение надежности этого сильного тела и забыть о том, что было до этого. Ведь если он перестанет обнимать ее, она умрет, безусловно, умрет.

И Брэден понял ее чувства, он был тверд и недвижим, он ни о чем не спрашивал. Закрыв глаза, он прислушался, как стихает бешеная дробь ее сердца, как затихает дрожь, сотрясавшая ее хрупкое тельце. Он поглаживал ее по спине, по влажному от холодного пота шелку сорочки, он нашептывал ей, что всегда будет рядом с ней и все-все будет хорошо.

Время остановилось для них.

Наконец Касси глубоко вздохнула и выпрямилась. Как бы ей этого ни хотелось, ее грустное сердце не может поселиться в этой груди.

– Благодарю, – произнесла она, заглядывая в его все еще обеспокоенное лицо. – Я уже пришла в себя.

Он провел указательным пальцем по ее вздернутому подбородку и спросил:

– Ты уверена? Она кивнула.

– Да. – Она приготовилась к неизбежным расспросам. Брэден задумчиво разглядывал ее.

– С тобой это не впервые, не так ли?

Касси была поражена. Она ожидала от него вопросов, но не такой проницательности. Хотя она могла бы это предвидеть. В конце концов это ведь Брэден.

– Да. – Она не могла солгать ему.

– Ты расскажешь мне об этом?

– Да. Но только, пожалуйста, не теперь. – Она расстроенно теребила пальцами простыню. – Я думала, что с этим, слава Богу, покончено. С тех пор как я здесь, меня не мучили кошмары. – Она закрыла глаза, ее мокрые, длинные ресницы вздрагивали.

Брэден глубоко переживал ее боль. События этого вечера не были для него неожиданностью, они лишь подтверждали его опасения, что раны Касси, с которыми она пришла в Шербург, гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд.

Он взял ее лицо в руки и нежно поцеловал в лоб.

– Мы поговорим об этом потом, если захочешь, – прошептал он.

– Благодарю, – шепнула она ему в ответ. Она наконец открыла глаза, и ее взгляд замер на его широком, загорелом плече, орошенном ее слезами. Плечо было голое. Она чувствовала это, она была уверена, несмотря на то, что не могла в темноте наверняка разглядеть его. Удивительно, но его нагота не испугала ее, лишь незнакомое ей ощущение пощипывания и покалывания пробежало по телу. Медленно, проверяя свою догадку, она провела кончиками пальцев по его мощной мускулистой руке и по плечу.

– Как жаль, что ты намок.

Напряжение этой ночи усиливало его чувства: холодные кончики ее пальцев скользнули по запретному маршруту – и тысячи мурашек разбежались по руке и шее Брэдена, пробуждая его тело к жизни и восторгу.

Он напрягся, убеждая себя, что она слишком невинна, чтобы понять, какой отклик находит в нем ее случайная ласка.

– Никогда еще мое плечо не использовали так удачно, – ответил он с подначкой, но хриплым от наплыва чувств голосом.

– Оно было прекрасно.

Неужели она действительно не догадывается, что делает с ним? Она пробежалась пальцами по его шее, слегка запуталась в волосах, забираясь в них снизу ласковыми движениями. Он непроизвольно повел головой назад, желая усилить это ощущение.

Касси чувствовала, как что-то возникает между ними при каждом прикосновении. Это что-то заставляло ее терять голову, какое-то томление зарождалось в животе и быстро охватывало все тело, самую его глубину. Это было чудно… и ей хотелось испытать это снова и снова.

Отодвинувшись от Брэдена, она взглянула в его лицо такими выразительными и жаждущими глазами, что он затрепетал. В них были и благоговение, и понимание, и первый цвет пробуждающейся чувственности.

– Тебе лучше? – Он сдержал свое растущее желание и поправил у нее на лбу влажную прядь волос. Его ладонь скользнула ниже, вдоль щеки и подбородка.

– Да. – Она придвинулась к нему, ее ласки стали требовательнее и тревожнее.

– Касси… – Предостережения далеким эхом затихли в его сознании, он уже не мог слышать их. Он наклонил голову, приблизил свои губы к ее лицу и замер, вкушая ее теплое, сладкое дыхание. Последний раз он попытался справиться с собой… и не смог.

Застонав, он притянул ее к себе, прижал к груди и прильнул к ее устам в горячем поцелуе.

Он уже не раз целовал ее в своих безудержных фантазиях, но никакая мечта не могла передать сладости этого мгновения.

Ее губы были мягкими, теплыми и податливыми, он чувствовал, как она обнимает его и отвечает ему со страстью, пробуждающей в нем огонь. Он впивал в себя восторг момента жадно, отчаянно вжимаясь своими губами в ее губы и своим телом в ее. Как рыба раздвигает водоросли и уходит в омут, как сумерки переходят в ночь, так Касси раздвинула губы и искала его язык.

И были в первом слиянии их тел и нежность, и позыв, и трепет, и желание, и взрыв чувств, едва не оглушивший их. Брэден не мог насытиться ею, он пил ее нектар и вновь стремился погрузиться в ее свежесть, он тонул в ее нежности снова и снова, лаская ее язык, заманивая его к себе в рот, чтобы там затеять с ним волнующую игру. Его руки не могли найти себе покоя, блуждая от поясницы до плеч и обратно, сбегая вдоль нежной глади ее рук к изгибу шеи и холмику первого позвонка.

Касси качалась на волнах удовольствия, приветливо манящих ее погрузиться в свою темную глубину. Она не знала, куда они зовут ее, но она отчаянно хотела быть там вместе с Брэденом. Ей хотелось поделиться этим новым и затейливым ощущением с мужем, но она не знала, какими словами рассказать ему об этом. Она могла только крепко обнимать его, льнуть к нему и дарить ему один за другим пламенные поцелуи.

Руки Брэдена утонули в реке ее черных волос, он чувствовал, как последние остатки самообладания покидают его. Он был уже на ногах, он поднял ее и притянул к себе, он ощущал, как плавится и становится все более податливым ее тело, как благодарно прижимается и обволакивает оно его воспаленное и пульсирующее тело.

Но ему уже недоставало этого.

Не отдавая себе отчета, ласкающим движением он провел по ее груди, замер, коснулся кончиками пальцев дерзко торчащего соска и накрыл ее грудь ладонью. Восхищение охватило его, он тешился ее нежным теплом, ее упругостью и мягкостью.

Касси не смогла сдержать радостного возгласа, она звала его.

Но миг – и она снова одна в своей постели.

– Брэден? – Ее голос был робок, глаза искали неожиданно потерянного мужа.

А Брэден тем временем стоял у спинки ее кровати и старался привести в порядок свои чувства и мысли. Он пристально смотрел на жену, и раскаяние охватывало его. Боже мой, она так сконфужена, так невинна, так прекрасна и доверчива… а он чуть не заставил ее страдать!

О чем он думал? Ведь он пришел, чтобы утешить и успокоить ее. А вместо этого повел себя непорядочно, едва не поддавшись пагубной страсти.

– Касси… Прости меня. Я ни в коем случае не хотел того, что сейчас произошло.

– О! – откликнулась она едва слышно.

Он потянул к себе ее одеяло и попытался замотаться в него, стараясь прикрыть свою наготу и явные признаки возбуждения. Он притронулся к ее подбородку.

– Посмотри мне в глаза. Она послушно подняла голову.

– Я никогда не хотел обидеть тебя. Никогда. То, что случилось сейчас…

– Это был только поцелуй, Брэден. Не стоит извиняться за это.

Он был поражен тоном, с которым она произнесла это. Он, конечно, подозревал, что она рассердилась на него. И он, безусловно, был виноват. Но черт возьми, он всего-навсего человек…

– Касси, – начал он снова, – я хочу, чтобы ты меня поняла…

– Я прекрасно понимаю. – Ей с трудом удавалось сохранять спокойный тон, но губы ее дрожали.

Она выглядела маленькой обиженной девочкой, и Брэден улыбнулся, глядя на нее.

– Я удивлен, если так, – мягко сказал он. Склонившись, он поцеловал кончик ее носа. – А сейчас тебе надо немного отдохнуть.

Он увидел, как страх мелькнул в ее глазах.

– Не оставляй меня одну, пожалуйста, – прошептала она.

Он понимал, чего стоила ей эта просьба. После всего, что только что произошло между ними. Брэден посмотрел на свое обнаженное тело и понял, что он не сможет провести ночь рядом с этой женщиной.

– А что, если я оставлю дверь открытой? – предложил он. Касси кивнула с заметным облегчением.

– Благодарю. Это было бы большим удобством.

– Вот и хорошо. – Брэден поправил ее подушки. – А теперь пора спать. Я буду рядом, за дверью. Если тебе что-то понадобится, просто позови меня.

Касси слабо улыбнулась ему и закрыла глаза.

– Так я и сделаю, – пообещала она.

Еще несколько мгновений он разглядывал ее, окончательно запутавшись. Затем сорвался с места и стремительно покинул комнату.

Касси лежала и смотрела в потолок. Какой там сон! По ее телу пробегали горячие и на удивление беспокойные мурашки. Кошмары были забыты. И страхи были забыты. Теперь она могла думать только о Брэдене и о том, как она таяла в его объятьях.

И удивляться, почему он не захотел.

Глава 10

Чарлз рассеянно поглаживал жеребенка по коричневому боку, нахваливая его за хорошую выездку.

Добсон не удивился раннему появлению Чарлза в конюшнях; ежеутреннее посещение своих подопечных было годами выработанной привычкой жокея. И все же молодого конюха озадачило заявление Чарлза, что сегодня утром он сам позанимается с Княжичем. Добсон почувствовал мрачную решимость пожилого человека и благоразумно воздержался от недоуменного вопроса, кивнул в знак согласия и перешел к следующему стойлу, оставляя Чарлза с его заботами… и его мыслями.

Княжич был многообещающим жеребенком. Его родители были породистыми лошадьми лучших кровей, чрезвычайно грациозными, быстрыми и выносливыми. Княжич, судя по всему, не должен был посрамить своих родителей: редкая красота и непревзойденные качества уже были заметны в нем.

Чарлз нахмурился. У людей не все так просто и однозначно. Взять хотя бы молодую жену Брэдена – на какой непролазной дряни и грязи ей довелось взращивать свои редкие качества благородства и чистоты. Впрочем, не все так уж мрачно было в ее жизни.

Пред умственным взором Чарлза предстала красивая, жизнерадостная молодая женщина с волосами цвета антрацита и глазами, как у Касси, искрящимися блеском самоцветов. Женщина, у которой было все для счастья… пока она по жестокой воле судьбы не оставила этот свет, а вместе с ним мужа-подлеца и невинное, чистое дитя, страдающее от одиночества и заброшенности.

Чарлз огорченно шлепнул ладонью по боку жеребенка. Княжич возмущенно заржал, удивленный непривычным обращением.

– Прости, малыш, – тихо извинился Чарлз. – Я задумался о своем.

– Можно вас отвлечь?

Музыка робкого вопроса сопровождалась неуверенным взглядом Касси. В своем небесно-голубом муслиновом платье, колышущемся на легком ветру, она напоминала фею из детской сказки. Чарлз улыбнулся, удивляясь ее способности возникать из ниоткуда, стоило только подумать о ней.

– Вы меня не отвлечете, ваша светлость. – Он едва заметно запнулся, произнося гордый титул.

Касси улыбнулась в ответ и прошла к нему напрямик через высокую траву.

– Я прогуливалась тут рядом и услышала голоса. И я подумала, кто бы это мог быть?.. – Она задумалась и решила поправиться. – Хотя нет, по правде говоря, я искала вас, мистер Грейвз. Я зашла на конюшню, и Добсон сказал мне, что вы занимаетесь с Княжичем. – Она едва заметно зарделась. – Я надеюсь, вы не против. Мне вовсе не хотелось мешать вам.

Чарлз решительно покачал головой.

– Вы нисколько мне не помешали. А если я и удивлен, то только потому, что вы уже проснулись. По-моему, час для вас слишком ранний, не так ли?

– А, значит, Брэден еще спит? – смекнула она.

Он ответил ей со всей добротой и откровенностью, на которые был способен.

– Брэден оставил Шербург еще до рассвета.

– Видимо, очередная деловая встреча, – вызывающе заявила Касси, вздернув головку.

Он поморщился от нескрываемого сарказма в ее голосе.

– Ваша светлость… – начал он, еще не зная, как он будет объясняться.

– Пожалуйста, не называйте меня так торжественно, мистер Грейвз. – Касси исподлобья взглянула на него, и Чарлз заметил темные круги у нее под глазами. – Еще и недели не прошло, как я была мисс Грей, и вдруг я становлюсь вашей светлостью. – Она слегка покусывала нижнюю губу, чтобы скрыть волнение. – Это какая-то бессмыслица, я могу понять это только как иронию: я ведь никак не изменилась. – Она отвернулась от Чарлза, чтобы он не видел ее лица, и добавила: – Наверное, вам кажется, что я очень неблагодарная. Мне не хотелось бы этого. Здесь все так добры ко мне. Я и мечтать не могла о такой жизни, как эта. Это как дивный сон. Просто… – она смолкла.

Чарлз потянулся к ней, желая утешить… и не смог. Он глубоко вздохнул. Он понимал ее гораздо лучше, чем она думала.

– Я могу вам помочь? – спросил он. Касси слабо улыбнулась ему.

– Вы – мой друг, – твердо объявила она. – Я это сразу почувствовала.

– Да… Я ваш друг.

Она весело улыбнулась, на ее щеках появились ямочки.

– Хорошо. Ловлю вас на слове. Друзья не говорят друг другу «ваша светлость» даже в высшем обществе, или я неправа?

Чарлз рассмеялся:

– Вы правы, конечно.

– Значит, называйте меня просто Касси, точно так же, как это делает Брэден.

Его глаза блеснули:

– В таком случае и вы называйте меня Чарлзом, так же, как это делает Брэден, – парировал он.

Она присела в шутливом реверансе.

– Очень хорошо. Пусть будет так… Чарлз. – Покончив с этим вопросом, она обратила внимание на великолепного жеребенка. – Как он красив! – восхищенно воскликнула она, робко трогая его бок.

– Да, что есть то есть, – согласился Чарлз. – Он смирный. Не бойтесь его.

– Я не боюсь. – Она погладила породистого жеребенка по холке. – Право, жаль, что он не сможет участвовать в забегах, – грустно проговорила она, заметив, как он порывисто вздернул голову. – В нем чувствуется характер.

Чарлз удивленно посмотрел на нее.

– С чего вы взяли, что он не будет участвовать в забегах?

Касси ответила ему с таким же удивлением:

– Ну как же! Вы посмотрите на него! Ноги у него непропорционально длинные. Когда он подрастет, они не смогут выдержать веса его тела. Какие тут бега!

Чарлз еле сдержал смех.

– У всех породистых лошадей в детстве тонкие и длинные ноги, Кассандра. Но к двум годам он окрепнет и станет очень пропорциональным. – Он погладил белое пятно на лбу Княжича.

– Ах вот оно что.

Он заметил искреннее удивление Касси и был очарован тем, что в нем не было и следа неловкости от недостатка знаний, только радость открытия. Она была грациозна, как может быть только прекрасная, хорошо воспитанная женщина, и в то же время очаровательна, как несмышленое дитя.

– Много ли у Брэдена лошадей? – продолжила она расспросы, поглаживая поджарый бок Княжича.

– Да, больше дюжины. Он следит за их породой и выездкой и выставляет их на бега. – Он самодовольно ухмыльнулся и добавил: – И частенько выигрывает.

У Касси заблестели глаза:

– Если у него такая богатая конюшня, он и сам, должно быть, прекрасный наездник.

– Так оно и есть. Брэден научился держаться в седле чуть ли не раньше, чем ходить.

Касси рассмеялась:

– И я, кажется, догадываюсь, кто был его учителем.

– Да, я имел счастье учить его.

Касси тронула теплота, с которой Чарлз ответил на ее вопрос. Жизнь не баловала ее проявлениями такой искренней любви и преданности, а ей так хотелось этого.

– Чарлз, расскажите, каким Брэден был в детстве. – Она умоляюще посмотрела на пожилого мужчину, откидывая с лица непослушную прядь волос.

– Во многом таким же, как и сейчас, – ответил он, и было видно, что он дорожит этими воспоминаниями. – Гордым, самостоятельным, пытливым и внимательным мальчиком.

– А его родители?

Чарлз помрачнел. Беседа завела их в запретные места его памяти.

– Его родители?

– Брэден никогда не рассказывал мне о них. Какими они были?

Чарлз напрягся, взял жеребенка под уздцы и скованно произнес:

– Мне нужно отвести Княжича в конюшню, чтобы его накормили. Вы пройдете со мной?

Касси кивнула и двинулась за ним. Она чувствовала, что не случайно ее вопрос родил волну напряженности между ними, но не имела понятия, чем это было вызвано.

Когда Княжича привели в его стойло и задали ему корма, Касси вернулась к прерванному разговору.

– Чарлз, ответьте мне, пожалуйста. – Она просяще прикоснулась к его руке. – Чтобы сделать Брэдена счастливым, я должна лучше понимать его. А для того чтобы понять его, я должна все о нем знать. И здесь мне не обойтись без вашей помощи. Если вы расскажете мне все, это ни в коем случае не будет предательством, – вкрадчиво добавила она, – это пойдет ему на пользу.

Чарлз взглянул на нее и подумал, как повезло Брэдену, когда он взял в жены это чудесное создание. Горечь разлилась в его груди, и он не мог найти ей объяснения.

Она заслуживает того, чтобы знать правду. Но какую часть правды может он открыть ей?

– Чарлз? – Голос Касси был робок, глаза смотрели с вопросом. – Неужели вы не поможете мне?

Что ж, то, о чем она спрашивала, он, наверное, может ей рассказать.

Они медленно двинулись в сторону дома.

– Матери Брэдена едва исполнилось шестнадцать, когда она вышла замуж за герцога Шербургского, – начал он. – Его светлость был уже в годах, и он страстно полюбил свою молодую красавицу-жену. Она же, видимо, была слишком юна, чтобы полностью посвятить себя семейным обязанностям. Может быть, она никогда не любила герцога, а скорее всего просто была слишком мелкой и самовлюбленной натурой, чтобы полюбить кого-нибудь, кроме себя. Не знаю. – И, .желая смягчить жесткость последних слов, добавил: – В ее оправдание можно сказать, что это был брак по расчету. От людей я слышал, что Лорейн Арлингтон просила своих родителей не настаивать на нем. Она была жизнелюбивой светской девушкой, даже после замужества она не пропускала ни одного бала и не избегала внимания многочисленных поклонников, увивавшихся за нею. Она не принимала во внимание ни положения замужней женщины, ни обязанностей матери. Фактически, она забыла про Брэдена сразу же после того, как выносила и родила его. «И это еще мягко сказано», – подумал он про себя, вспоминая те дни, когда, не скрываясь от слуг, Лорейн Шеффилд закатывала истерики перед зеркалом и проклинала тот день, когда решилась на рождение ребенка, так испортившее ее фигуру. Касси задохнулась от возмущения.

– Чарлз, вы определенно ошибаетесь. Разве может мать отвернуться от своего ребенка?

– А разве ваш отец не вел себя столь же возмутительно? – Вопрос был задан прежде, чем Чарлз успел подумать о том, какую реакцию он вызовет. Он готов был отлупить себя по щекам, когда увидел тень печали на лице Касси.

– Это другое, – тихо ответила она. – Он никогда не отказывался от меня как от своей дочери. Только с тех пор, как умерла мама… а я так похожа на нее… – Она осеклась, не уверенная, сможет ли он понять ее.

Чарлз выглядел очень огорченным.

– Я не должен был этого говорить, Кассандра. Простите меня. Вы правы, это совсем разные ситуации. Но насчет герцогини я не ошибаюсь – она и не скрывала своей досады на Брэдена. Она пользовалась любым случаем, чтобы оттолкнуть его от себя. Он долго не мог взять в свою маленькую головку, почему же его мать не испытывает по отношению к нему никаких чувств.

Сострадание переполняло Касси.

– А что же его отец? Чарлз продолжал хмуриться.

– Стефан Шеффилд был решительным и принципиальным мужчиной. У него была только одна слабость ~ его жена. Он боготворил ее, и все, что хоть как-нибудь мешало их близости, бесило его. На беду, Лорейн после рождения Брэдена поклялась не иметь больше детей. Она стала избегать своего мужа… в известном смысле.

– И он обиделся на Брэдена, – закончила за него Касси, глухим от слез голосом.

– Да. Несмотря на то что бессмысленно было обижаться на невинного младенца за решение матери, Стефан не уделял сыну ни малейшего внимания. Он был черств и холоден по отношению к нему с тех пор, и ничто не могло смягчить его.

– Неудивительно, что Брэден стал таким самостоятельным, – прошептала Касси, не замечая струящихся по ее щекам слез. – Рядом с ним не было никого, кому он был бы нужен, с самого нежного возраста. У меня, по крайней мере, была мама.

Чарлз огорченно вздохнул и отвернулся. Касси вздрогнула.

– Ох, Чарлз, какая же я недотепа! – воскликнула она, принимая его реакцию за обиду. – Конечно же, он был не один. У него были вы.

Он внимательно посмотрел на нее и кивнул в знак согласия.

– Да. И я всегда буду рядом с ним.

– Значит, ему на редкость повезло, – заявила она, смахивая слезы. – У него есть много оснований, чтобы любить вас. И я благодарю вас за это.

– Вы?

– Да, Чарлз, именно я. Без той любви и дружбы, которыми вы согрели его, Брэден никогда не стал бы таким, какой он сейчас. И за это я благодарю вас, – без обиняков заключила она.

Какое-то мгновение он не мог ничего ответить ей. Наконец выговорил хриплым от волнения голосом:

– Не соглашусь с вами, Кассандра. Если судьба и решила улыбнуться Брэдену, то самый драгоценный ее дар состоит в том, что он нашел вас. Именно вам, а не мне, еще предстоит учить Брэдена любить и доверять.

Мягкие слова Чарлза сразу перенесли мысли Касси на события прошлой ночи. Всю ночь она изводила себя размышлениями о том, почему Брэден ушел от нее, когда все ее помыслы были о том, чтобы быть в его объятьях. Видимо, причина была в том, о чем ей только что рассказал Чарлз. Опираясь на свой печальный жизненный опыт, Брэден не мог себе позволить слишком увлечься ею. Она достаточно осведомлена, чтобы понять, что физическая близость ничто без полного слияния душ, а это как раз то, чего Брэден старается избежать.

Но не на ту он напал!

Со светлой и решительной улыбкой Касси протянула руку Чарлзу.

– Может быть, вместе мы сможем научить Брэдена любить, – сказала она, крепко пожимая его мозолистую ладонь.

Чарлзу понравилась ее решительность и огонь в глазах. Он расплылся в улыбке.

– Могу поклясться, вы знаете, что для этого нужно сделать. И она ответила ему так же радостно:

– Да, Чарлз, у меня есть хорошая идея. Хочет он этого или нет, но я заставлю Брэдена Шеффилда влюбиться в меня.

Сирил Шеффилд ходил взад-вперед по библиотеке, пытаясь привести в порядок свои мысли. Ситуация с женитьбой Брэдена беспокоила его. Брак этот пока не полноценен, но в то же время было очевидно, что племянник неравнодушен к Кассандре. И это весьма осложняло его задачу.

Он остановился, взвешивая все плюсы и минусы ситуации. В любом случае он должен действовать без спешки и крайне осмотрительно, чтобы раньше времени не пробудить подозрений о своих замыслах. Для общей пользы этот брак должен быть расторгнут, пока не поздно.

– Сирил! – Брэден целеустремленно вошел в библиотеку. – Я должен поговорить с тобой.

Пожилой мужчина отступил назад, недоумевая, что бы это могло значить. Брэден выглядел утомленным и взвинченным.

– Изволь, – осторожно и выжидательно ответил Сирил. Брэден усталым жестом провел ладонью по глазам, прошел через комнату и остановился, глядя в окно. Он стоял, сцепив руки за спиной, молча, и смотрел на аккуратно подстриженные газоны, погруженный в собственные мысли.

Прошедшая ночь была мучительной, и рассвет не принес с собой ни облегчения, ни решения проблем.