Текст книги "Убей или люби! (СИ)"
Автор книги: Анастасия Суворова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)
Анастасия Валерьевна Суворова
Убей или люби!
Глава 1
Грейла
Я не спала всю ночь, хотя стоило бы – утром мне заступать на дежурство. Мои сестры по оружию утверждают, что ни к чему такая усиленная охрана за периметром грота, ведь нас сторожат сами рыцари Любви (слащавое, однако, название). Но я убеждена, что парни не так надежны, как думают о них жрицы. Если эти супчики предали Святое братство и переметнулись к нам только потому, что у них в паху засвербело, то полагаю, в одно не слишком прекрасное утро они могут вернуться к своему гнусному Наместнику.
У-у-у, так бы и придушила его лично! Устроил на нашем континенте религиозный переворот. Такой резни не помнят и древние боги. Посланник Небесного Владыки буквально купается в крови. Но ему мало! Он уже треть континента под себя подмял и вот до нас добрался. Захватил столицу нашего королевства, а теперь и священный город Любви.
И как у него только рука поднялась⁈ В Тизу столетиями съезжались паломники со всего королевства, чтобы почтить самую славную из богинь. Даже короли почитали за честь стать гостями Тизы. А теперь… недоношенные ублюдки в магических доспехах отняли наш город и захватили храм Лавии. И если бы только это. Они пленили многих жриц и обычных женщин.
Эх, говорила я верховной, что правила храма сильно устарели и в такие неспокойные времена просто необходима полноценная охрана. Нет, я не хочу усомниться в мастерстве воительниц, но хотя бы одна дюжина парней нам не помешала бы. Но нет, мы мирный город женщин. У нас существа с палкой между ног живут только до четырнадцати, а дальше тю-тю – в большой мир отправляются.
Кстати, о существах с палками. Где они все? Опять по укромным уголкам ютятся со своими девчонками. М-м-м, бесят! Нет, я не из зависти, просто… не понимаю, как девочки могут быть с ними после всего, что случилось? А еще не понимаю, как они посмели открыть этим перебежчикам нашу святыню⁈
Мы ютимся в самом древнем храме Любви, который когда-либо был построен. Он сокрыт от мира в волшебном лесу. Выдолблен в теле огромной скалы и укрыт водопадом. Здесь сохранилась тайна древних зодчих и красота, пронесшая через века историю нашего культа. Мы не пускали в это место даже паломников. Оно было только нашим. И лишь благодаря этой тайне нам удалось выжить после того, как мы бежали из захваченного города. Нас не много, всего две сотни обычных женщин и около пятидесяти жриц. Жалкая горстка детей. Про ведьм и говорить больно, всего четыре из целого ковена. А было их тринадцать! Вот так нас мало. Но влюбленные дуры поставили все это на кон, когда приволокли своих супчиков-голубчиков, что б у них уже что-нибудь отсохло.
М-мда, с таким разливом желчи в моем измученном теле уже вряд ли можно заснуть. Поднимаюсь с лапника, который лежит прямо на каменном полу. Мы все так спим. Разместились в огромной зале с колоннами, посреди которой стоит жаровня, а в самом конце трон верховной жрицы и статуя Лавии.
У колонн уже сидят ведьмы. Бэйта, самая старшая из них, кажется, никогда не спит, плетет защитные амулеты. Но нас это вряд ли спасет. На всех амулеты не наплетешь, ведь на создание полноценного кулона, ограждающего от магического вмешательства, уходит много времени. В ведьм, как я уже упомянула, осталось всего четыре.
Именно поэтому я и не сплю, все опасаюсь пропустить момент вторжения. Он будет, уверена. Верховная жрица, которая сбежала от старшины Священного войска, сказала, что в этом магическом братстве есть телепаты. А раз так, они обнаружат нас и очень скоро.
Но пока этого не произошло, надо бы подкрепиться. Встаю с лежанки и оправляю короткое платье. Да уж, очень «удачный» наряд для сражений. Но что поделать, если на нас напали в день большого праздника? Хорошо хоть одеяние воительниц даже в такие дни предполагает возможность боя. Ноги не путаются в длинных юбках.
Подхожу к жаровне и беру одну из общих чарок (повезло, что в этом убежище изначально был хоть какой-то минимум утвари). Зачерпываю из большого чана крутой травяной взвар для бодрости. Только пригубляю, как слышу какие-то подозрительные звуки, а после и вижу свою сослуживицу. Дежурная влетает в грот с перекошенным лицом.
– Нападение!!! – извещает она осипшим голосом.
Делаю хороший глоток взвара и кидаю чашку. Несусь к своему месту и, схватив короткий меч, спешу прочь из грота. Нужно во что бы то ни стало предотвратить вторжение. Мои сестры солидарны. Подорвались все девять воительниц, что были в храме, а еще следом за ними побежала глава ведьмовского ковена.
– Бэйта, если поймешь, что мы проигрываем, запечатай проход! – велю я ей и ныряю под струю водопада.
Глава 2
Грейла
Надо же, действие ведьмовского порошка все еще работает, удалось выйти сухой из воды. Вот только удастся ли вернуться обратно? И вообще остаться живой?
Впрочем, может и удастся. Вопреки самому страшному, я вижу не толпу здоровенных мужиков в светящихся магией доспехах, а одного крылатого воина. Но поганец силен. Так силен, что, имея в груди три стрелы, душит Имана – своего бывшего союзника. Да еще и шутки отпускает.
– Эй, феечка, не пыжься, – плюет он ему в лицо. И тут же получает еще одну стрелу, аккурат между крыльев.
Я выдыхаю, поняв, что тревога оказалась ложной, и делаю шаг вперед, чтобы добить разведчика. Но тут из грота вылетает один из наших новых защитников, малец Леам – парень жрицы. К моему величайшему сожалению сопляка нельзя трогать, а то бы я и его прирезала.
– Стойте! – кричит Леам. – Не стреляйте!
Так и хочется вдарить слюнявому миротворцу.
– Если уж выбрал сторону, не жалей врагов, – хрипит парнишке его бывший друг, оборачиваясь лицом.
– Я, может, и выбрал сторону, но ты все равно не враг мне. Ты мой брат, – настойчиво тараторит Леам.
Блаженный, что с него взять? Когда-нибудь его это погубит.
Ох, что б меня, прямо сейчас и погубит!
Пока мы в слова игрались, к кустам, что опоясывают поляну, подобрался напарник крылатого. И сейчас он очень опасен, потому что набрасывается на Леама, да еще и рычит на него, как на самого ненавистного человека.
– А вот я тебе враг!
Кажется, Леам и его слова не принимает всерьез, вместо того, чтобы убить, он вырывается и пытается скрутить воина в магических доспехах. Куда там? Этот здоровяк его и без особых артефактов уложил бы, больно мускулист, в отличие от юнца Леама.
Сражаться с таким воином – это все равно что переть на слона с рогаткой. Но разве у нас с сестрами есть выбор? Несмотря на опасный свет его колдовских доспехов и очевидное весовое преимущество, я рвусь в бой.
– Навались! – командую сестрам, и те молниеносно реагируют. Но атака не приносит должного эффекта. А все потому что идиот Леам пытается нас защитить. Он преграждает путь и сам валит на брата.
Ха, воительниц большинство и, несмотря на выпад мальчишки, мы атакуем. Но враг расшвыривает нас как котят, а Леама все же берет в плен.
Обидно, но предсказуемо. Да и лично для меня не такая уж и потеря. Я готова пожертвовать парнем, чтобы убить разведчиков. Уж не знаю, на что они рассчитывали, сунувшись к нам вдвоем. Может просто обстановку хотели разведать, да попались дозорным. А может, надеялись отомстить предателям.
Если последнее, то их можно поздравить. Сейчас у бескрылого появляется такая возможность. Он держит парня в заложниках. Закрывается им, как щитом, приставляя к горлу клинок. А вот его раненого друга скручивают Иман и восемь моих сестер. Он, естественно, брыкается и сипит.
Но я не особо увлечена этой возней. Какой смысл давить поверженного? Надо остановить того, кто еще опасен. Вот только подлец пятится, и я понимаю, что победить в одиночку не сумею. Сейчас как никогда нужна подмога, и из грота очень кстати выбегает Дамир – тоже любовник жрицы. Он наступает на бывшего брата, очевидно рассчитывает отбить Леама. Только мальчишка совсем о себе не думает.
– Не дайте Скаю уйти, – хрипит он. – Убейте меня! Убейте, но не отпускайте Ская. Он же расскажет о нас Наместнику!
Беднягу никто не слушает. Все солидарны с Флорой – избранницей Леама, которая категорически против убийства ее любимого. Она плачет, стоя на коленях, и молит Ская отпустить его брата.
– Не брат он мне больше, – чеканит тот. – Как с тобой связался, так и перестал им быть.
Сурово. Но чего собственно ожидать от взбешенных парней, которые, по словам нашей троицы, выросли вместе в приюте, десятки сражений прошли, а теперь из-за нас передрались? И продолжают ведь ругаться. Начинается словесная перепалка между Дамиром и Скаем, в которую я не вникаю, а осторожно наступаю сзади, очень рассчитывая, что воин не заметит меня, и я сумею напасть со спины. Но когда я оказываюсь рядом, Скай умудряется вырубить Леама, долбанув его в висок рукоятью кинжала.
– Не-е-е-ет! – кричит Флора и бросается на воина с голыми руками.
Вот же дура! Пострадает!
Мне приходится оттаскивать эту фурию, вместо того чтобы драться со Скаем. А тот и рад моему замешательству. Закидывает на плечо бесчувственное тело Леама и дает деру.
На наше счастье, крыльев у него нет. Но боевые артефакты усиливают возможности парней вдвое, а то и втрое, поэтому бегает Скай так же стремительно, как и все его братья. Правда, с ношей это становится немного сложней. Именно этот нюанс и позволяет мне нагнать воинов. Я несусь за ними следом и вижу, что Дамир отвоевывает Леама.
Идеальный момент! Либо сейчас, либо уже никогда! Выбрасываю руку с мечом и врезаюсь в Ская с разбегу. Только вот он подставляет руку, окованную витиеватым наручием, и мой клинок просто сгибается!
Вы можете себе такое вообразить⁈
Ах ты, колдун хитровыдрюченный! Ах ты, гад! Отбрасываю меч и пробую последнюю отчаянную попытку, которая, скорее всего, будет стоить мне жизни. Я пружиню и, взлетая так высоко, как могу, набрасываюсь на парня и вгрызаюсь в его шею зубами. Она не защищена, как и торс.
Вообще члены Святого братства со стороны выглядят очень странно – торсы обнажены, видимо, чтобы не мешать работе боевых артефактов, что вживлены в тело каждого такого воина. На бедрах у них свободные штаны, похожие на шальвары. Красиво, если убрать предвзятость. Даже чересчур, но… убийственно, потому что, невзирая на кажущуюся беззащитность, эти мужчины несут смерть.
Скай хватает меня за волосы и сдергивает как собачонку. Но из рук не выпускает. Он прикрывается мною, как совсем недавно Леамом. Ему даже Дамир не успевает помещать.
– Убью, ты же понимаешь, – усмехается он, сжимая на моей шее крепкие пальцы, а другой рукой тиская нож, которым тычет в мой живот.
– Убей! – шиплю, давая понять, что не страшусь казни. Но не Скаю, а Дамиру.
Но он медлит, и это промедление оказывается роковым. Скай метает нож, которым угрожал мне, и тот попадает аккурат в грудь Дамира. Воин мычит от боли и складывается пополам. Падает на колени, а Скай удирает вместе со мной. Я, естественно, сопротивляюсь, но безуспешно. Этих одаренных артефактами воинов и братья по оружию не могут побить, куда я вообще полезла идиотка?
Главе 3
Скай
Какого демона я сунулся в логово злобных фурий?
Ха, а разве имелся выбор? Нужно было удостовериться, что Катан верно вычислил партизан. Но кто ж знал, что он полезет на своих, не дождавшись, когда я подоспею.
Зараза, и что теперь со всем этим делать?
Дурацкий вопрос, учитывая, что с Катаном я уже ничего не сделаю. По крайней мере, без помощи братьев. Да и с пленницей я вряд ли совладаю. Нет, дело не в том, что она опасна или сильна сверх меры. Эта дура так отчаянно боролась, что умудрилась вынуть засапожник и ранить меня в бочину, пока я нес ее в город.
Я, естественно, рассвирепел и отшвырнул злобную тварь. Силу при этом не рассчитал, и девчонка ударилась о дерево. То ли спину сломала, то ли еще как ее перемкнуло, но… теперь она лежит и не двигается, только разъяренным взглядом меня прошибает, будто молнией.
– Рассчитываешь так убить? – пытаюсь ухмыляться, хотя в действительности мне не до шуток. Горько и, как это ни странно, стыдно.
Я сильней ее в десятки раз. Я должен был держать себя в руках, но… ее выходка взбесила. Проклятье, у меня не слишком глубокая рана, которую сумеют залечить пленные знахарки, а вот она… кажется, стала инвалидкой. Но то ли не понимает этого, то ли до последнего храбрится. Хочет умереть как воительница.
– И зачем только ты полезла ко мне? – качаю я головой.
– А то ты не знаешь? – едва слышно сипит девушка.
Знаю. Конечно, я знаю, и это дополнительная удавка на моей шее. Как это ни прискорбно, но убивать достойного противника всегда в разы трудней. Да что б меня, его, как правило, вообще не хочется убивать, ведь стоящих воинов, которые готовы положить жизнь за идею, считанные единицы. А эта с виду жилистая, а на деле хрупкая девушка, настоящий воин духа. Она ведь знала, что не совладает со мной. Шла на верную гибель, защищая своих.
Зараза, и на кой ляд ты бабаой оказалась⁈ Хотя, в проклятой Тизе ведь только дочери земли, мужчин нет и в этом вся сложность. Как с ними воевать-то? Одно дело жрицы, их вообще не жаль. Те еще ведьмы. И кто кого страшней – мы или они – надо еще подумать. А вот стражницы города простые, к тому же близкие по духу существа, пусть и без причиндалов между ног.
– Что со спиной? – тяжело вздыхаю и тяну к девушке руку.
Она неожиданно поднимает свою и лупит по моим пальцам.
Вскидываю бровь. Не все потеряно? Двигательная функция сохранена?
Не обращая внимания на протесты фурии, пытаюсь приподнять ее и облокотить о дерево. Девушка орет как раненая. Хотя почему как? То, что крови нет, еще ничего не значит. Она действительно сильно пострадала, двигается лишь правая рука и все.
– Где болит? – спрашиваю деловито и, как мне кажется, сухо, но это только кажется, потому что вопреки здравому смыслу, я излишне сильно переживаю за воительницу.
– Какая тебе разница? – плюет она. – Добей уже или проваливай.
– Ты мой трофей, – напоминаю правила военных игр, давая понять, что так просто ее не оставлю и избавляться не намерен.
– Хм, – горько усмехается она. – Такой себе трофей. Что ты со мной делать будешь, с поломанной?
– Ну-у-у-у… – тяну я двусмысленно и даже похабно улыбаюсь, поигрывая бровями. Но девчонку это не пронимает.
Кажется, она из кремня вытесана. Я таких крепких и несгибаемых женщин не встречал прежде. Боль терпит молча, хоть и стирает зубы в пыль, да еще и смотрит так, будто все еще не сдалась. Впрочем, да, такие не сдаются.
Знать бы, что она думает, но, увы, все воительницы снабжены амулетами. Это я понял в момент боя. Их мысли закрыты от меня.
Ах, я не рассказал о себе главного. Я и Катан, которого взяли в плен, единственные телепаты в нашем братстве. Не природные, нет. Этой способностью нас наделил колдун и его брат кузнец, что служат Наместнику и создают волшебные артефакты для боевиков. У троих моих братьев есть крылья, а у нас вот с Катаном еще и способность читать мысли. У старшины – передавать нам свои и слышать наши ответы. Но только наши с Катаном. Так работают связанные между собой артефакты. Остальные парни наделены силой и скоростью в троекратном объеме, кто-то еще разными трюками владеет. Но только вместе мы являем настолько мощную и несокрушимую силу, которой покоряются все города. Всего восемнадцать парней, а завоевываем королевство за королевством. Не без помощи обычных солдат, конечно, но те скорей для массовки. Основная работа на нас.
И вот мы столкнулись с такой силой, какую и глазом не увидишь, и на ощупь не найдешь. Столкнулись в бою и потеряли уже троих. А может, и четверых, ведь наш старшина тоже ведет себя больно странно, что наводит на мысли, что он покорился той самой невидимой и неосязаемой силе, имя которой драная любовь! Чтоб ей пусто уже было!
Но я на эту ересь не поддамся. Ни одна жрица или ведьма не сумела заползти в мою башку, пока я караулил их в городе. И эта сломанная воительница не пробьет мой панцирь! Я воин Святого братства, хоть сам ни разу и не свят. Я с детства ордену служу. Меня Наместник от гибели спас, подобрав восьмилетним пацаном с улицы, где я попрошайничал и воровал лепешки у торгашей. И вот уже семнадцать лет я с ним. А это, как вы понимаете, не мало, так что…
– Отнесу тебя к ручью, он тут не далеко, помнишь, пробегали? – сообщаю девке, только чтобы не вздумала кусаться или снова нападать единственной рабочей рукой.
Она ничего на это не отвечает, продолжает глядеть волком и прошибать меня ненавистью.
Зараза, и почему мне это так неприятно? Какое мне вообще дело до ее чувств?
– Не рыпайся, договорились?
И снова ноль реакции. Даже не кивнула.
Тяжело вздыхаю и, стараясь не причинять лишней боли, подхватываю ее на руки. Девушка стискивает зубы и протяжно воет. Глаза зажмуривает, из которых текут слезы.
Не смотри! Не смотри, дубина!
Но не смотреть я не могу, ее боль у меня между лопаток колом встает. Застревает там и самого лишает возможности двигаться. Я замираю.
– Потерпи. Совсем чуть-чуть. Я тебя там уложу и водой напою.
– И как мне это поможет?
Действительно как?
– А я разве должен тебе помогать? – рычу злобно, потому что нормального ответа ведь у меня нет.
– Тогда зачем вообще возишься?
– Помолчи, ладно? А то прирежу.
И надо же, она замолкает. Даже обхватывает меня правой рукой за шею и прижимается к моему обнаженному торсу мокрым лицом.
Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук… срывается мое сердце, с неадекватной яростью атакуя ребра.
Сжимаю челюсти и, проклиная себя за слюнтяйство, волоку заразу к воде. Там я осторожно укладываю ее на мягкий мох. Приподнимаю голову и пою водой из своей фляги. Набираю ей еще и снова пою. Она не отказывается, тискает бутыль и жадно лакает воду, проливая ее на грудь. Платье намокает, и я вижу, как через тонкую ткань проступают острые пики сосков.
Сглатываю. Перевожу взгляд чуть выше, на плечо девушки, где у нее виднеется татуировка.
– Что она означает? – спрашиваю, касаясь витиеватых рисунков.
– Не твое дело, – дергает воительница плечом и тут же мучительно скулит.
Я одергиваю руку, будто это не ее, а меня пронзила острая боль.
– Извини, – бормочу виновато.
Воительница вскидывает голову, удивленно приподнимает одну бровь. Протягивает мне флягу.
– Оставь себе.
– Она пустая.
– М…
Забираю бутыль, наполняю водой. Вижу, что у самого берега растут дикие красные ягоды. Помню, что такие же приносил кто-то из парней и мы ели их. Значит, не ядовитые. Собираю целую горст и приношу девчонке.
Удивительно, но она принимает у меня и еду, и питье. Ее реакция отчего-то заставляет меня улыбнуться.
Не обманывайся, дурак, это ничего не значит. Вы все равно враги, и ты так или иначе оставишь ее подыхать, так что… Засунь свое благородство в зад.
И я пытаюсь, честно пытаюсь, и вроде как даже выходит. Но вот с любопытством дела обстоят хуже. Я склоняюсь к девчонке так низко, что чувствую на лице ее дыхание. Она все так же стойко держится. Не дрожит, не выказывает признаков паники. Смотрит прямо, даже с вызовом. Своими стальными серыми глазами, обрамленными рыжими ресницами.
– Как тебя зовут? – спрашиваю, чуть отстраняясь и пропуская сквозь пальцы огненный локон ее волос.
– Твоя совесть. Меня зовут твоя совесть, воин. И я буду приходить к тебе во снах, так и знай.
– Я не против, – глуповато улыбаюсь.
– Поверь, тебе не понравится.
– Посмотрим, – отвечаю, возвращая себе хладнокровие, но, уже понимая, что минутная слабость обойдется мне дорого. Боюсь, эта заноза действительно явится мне во сне. Не стоило касаться ее волос. И вообще так смотреть.
Глава 4
Скай
– Скай! Катан! Отзовитесь, – слышу голос Тайвила, когда подхожу к поляне, где у местных ведьм ритуальный камень стоит.
– Иду, – отзываюсь я.
– Ты ранен⁈ – тревожится старшина.
– Ерунда.
– Где Катан⁈
– Повязан.
– Твою мать! Вы нашли убежище?
– Да. Катан нашел. Это скала с самым большим водопадом. Вход прямо через него. Просил Катана не соваться в одиночку. Но… он, похоже, ослушался. Его там поджидала троица пропавших братьев, – докладываю по существу.
– Проклятье! – бесится Тайвил, и я даже верю в его гнев.
Может, зря мы с Катаном не него грешили? Может, и не поддался он на чары высшей жрицы, а она просто сбежала от него. Хотя… как? Как можно сбежать от самого сильного и умного воина из нашего отряда? Даже меня не сумела победить воительница.
Как она там, кстати? Не загрызли ли звери?
– Где ты? – отвлекает Тайвил.
– Я у ведьмовского камня, – отвечаю машинально и только потом пугаюсь, потому что Тайвил изъявляет желание встретить меня.
Подстава, а если он случайно увидит с высоты воительницу? Уже хочу метнуться и прикрыть ее хоть чем-то, но вовремя понимаю, что если Тайвил не найдет меня на поляне, то полетит искать, и вот тогда точно обнаружит девчонку.
Хм, и кто из нас еще кем опутан? Имею ли я право возмущаться поступком старшины, если сам вместо того, чтобы убить врага, дал ей шанс выжить. Ведь должны же ее найти разведчики? Или нет?
Времени размышлять не остается, меня находит Тайвил и, подняв в небо, уносит в город. Но перед тем как завести в храм и отдать на поруки травниц, тушуясь просит не рассказывать пока остальным парням о нашей с Катаном вылазке.
– Хорошо, а что про его исчезновение скажем?
– Что он на особом задании.
– Ты серьезно? – не выдерживаю я. – Особое задание? Веселить жриц?
– Я обмозгую все и утром решу, как лучше поступить, – говорит мне на это Тайвил и наконец, открывает двери в храм.
– Как знаешь, – недовольно бросаю, переступая порог. – Ты старшина, тебе и решать. Но учти, эти сучки в день по парню у нас забирают, так что проволочка будет стоить тебе Катана.
– Боюсь, что его уже не вернуть, – вздыхает Тайвил, и я понимаю, что как бы ни оправдывал его, все бесполезно. Он уже предал нас. Осталось только ждать, что учудит – просто покинет или заставит вернуть город жрицам.
Впрочем, последний вариант исключен. Сюда уже едет Наместник. Не теми лесными тропами, что использовали мы, по тракту идет в повозке и с ночевками. Но не месяц же он будет странствовать? Думаю, дня три еще. За это время нужно не растерять оставшихся братьев. Всего-то. Ха, и еще себя не потерять.
Захожу в храм, вижу встревоженные взгляды парней.
– Ты где был, Скай?
– На разведке?
– На охоте?
Вопросы летят со всех концов, не успеваю ответить. Но зато Тайвил успевает.
– На особом задании. Вместе с Катаном. Завтра все узнаете, а пока, – он прокашливается в кулак. – Не донимайте брата, он устал. Эй, травницы, приведите моего бойца в порядок. Да поживей, – подгоняет он старух.
Те еле копошатся, но раны мои промывают и укладывают на лежанку. Затем готовят какие-то растворы и где-то спустя час накладывают на раны примочки. Тайвил подлюка тоже заботу изображает. Суетится и подносит мне чарку с водой. Уж не знаю, что он задумал, но пить ее нет ни малейшего желания, потому что я умудрился заметить, как он что-то капнул в мое питье. И это что-то явно не на благо мне должно пойти, раз он делал это втихаря.
«Ох, Тайвил, Тайвил, что же с тобой стало?» – думаю я, принимая у него чашу. Делаю небольшой глоток, чтобы он видел, как я набираю в рот отраву, но как только брат отворачивается, сплевываю прямо в матрац. Утыкаюсь лицом вниз и расслабляюсь. Ну, внешне расслабляюсь, на деле обращаюсь в слух. Лежу так довольно долго, даже задремываю. Но когда в храме начинается возня по случаю ужина, просыпаюсь. И почти сразу слышу голос Тайвила.
– Охранять храм. В город не соваться. Дальше отхожего места не ходить и то по трое, – отдает он указания. Подумав, добавляет, – Ская не будить. Пусть восстанавливается. Он сильно напрягся, пока все вы дрыхли.
Вот гад, что-то задумал у всех братьев за спинами. А от меня, похоже, вообще решил избавиться.
– А ты куда? – слышу, как спрашивают солдаты.
– На разведку, – врет Тайвил и хлопает дверью.
И вот что мне делать? Он же наверняка к водопаду полетит. И вряд ли его там встретят лучше, чем нас с Катаном. Если, конечно, он не в сговоре с высшей жрицей.
Да нет, не в сговоре. Хотела бы она видеть старшину, сказала бы, где ее искать. Но она явно не сказала, поэтому Тайвилу пришлось рисковать нами, чтобы найти логово партизан.
Проклятье, столько вопросов, и ответ на них можно отыскать, лишь проследив за Тайвилом. А для этого нужно успеть к водопаду не позже, чем он сам туда попадет.
Как бы ни был еще слаб, поднимаюсь с кровати. Вразвалочку иду к дверям.
– Эй, Скай, ты куда? – окликает меня один из парней.
– Отлить, – машу ему и ускоряюсь. Помню же, что Тайвил велел не ходить по одному.
Парни мне кричат в след о его наказе, но я только рукой машу и выметаюсь. А дальше юркаю в кусты и, активировав доспех, припускаю со всей дури в лес. Добегаю до границы, ныряю во тьму, потому как на землю уже сошла ночь, звездная и прохладная. Проношусь мимо деревьев, мимо ритуального камня ведьм, мимо ручья, у которого оставил воительницу. На миг останавливаюсь. Прислушиваюсь, сам не зная, что рассчитываю услышать. Тихо, только филин ухает и сверчки стрекочут.
Заставляю ноющее сердце заткнуться и бегу дальше. У меня есть цель. У меня есть план. У меня, в конце концов, есть брат, который сбился с пути. Ему нужно помочь. Его необходимо вернуть, потому что в противном случае придется встать с ним по разные стороны. А этого я уже не переживу. Слишком долго мы вместе были. Слишком многое связывает.
