Текст книги "Любовь, пироги и другие яды (СИ)"

Автор книги: Анастасия Никитина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

ГЛАВА 17. Шантаж

– Почему это я дурочка?! – опешила от такого приветствия я.

– Потому что не видишь дальше своего носа, – отрезала бабуля. – Мальчик твой, слава светлым, поумнее будет. Сразу сообразил, что что-то нечисто, и придержал паршивца. Но тот хитрый мерзавец, и подстраховался. Ну, или просто на твою глупость рассчитывал. Вполне обоснованно рассчитывал, кстати.

– Да о чём вообще речь?! – растерянность переросла в раздражение. У меня там зелье закипает, и стазис ему на пользу не идёт. А бабуля загадки загадывать надумала.

– О тебе, разумеется. И о твоей полной неприспособленности к взрослой жизни.

– Бабуля, а давай мы меня потом поругаем. Мне сейчас в лес надо, потом зелье доварить, потом…

– Вот туда-то тебе как раз и не надо. Точнее, тебе надо, но надо это не тебе.

– Бабушка! – взмолилась я. – Я ничего не понимаю. Кому надо? Что надо? Или не надо? У меня там зелье…

– Вот твоё зелье точно никому не надо!

– Так, всё! Или говори, в чём дело, прямо и понятно, или пропусти.

– Да ждут тебя там, дурочку наивную. И поверь, не с цветами и пирожками, а с мешком и верёвками.

– Не поняла…

– Да что ж тут непонятного. Валиен этот подлый на твоего мальчика давить пытался, да не сумел. Харизмы не хватило, хах… Нечего мальчику терять. Ну, точнее, это он так думал по старой привычке. А вот Валиен сообразил, что уже есть что, то есть кого. Тебя в лесу спеленают и начнут по частям предъявлять всем заинтересованным лицам.

– То есть как это по частям? – икнула я.

– Сначала вещь какую-нибудь твою, потом локон, ну и дальше по списку, – охотно пояснила бабуля. – Шантаж обыкновенный с заложником. Дескать, выполняйте что велено, или… В данном случае велено будет твоему мальчишке сдаваться. Как думаешь, согласится он уступить братцу право старшинства?

– Что-о?! Да я даже папе ничего говорить не буду! Сама гада придушу сейчас!

Я круто развернулась на каблуках и снова чуть не влетела носом в полупрозрачную грудь бабули.

– Да что ж ты такая быстрая-то, где не надо, – покачала головой она. – Прямо как…к-хм…

– Что опять не так?! Надо вывести шантажиста на чистую воду и гнать в три шеи!

– Так, да не так, – усмехнулась бабуля. – Давай искусство интриги ты оставишь тому, кто на этом собаку съел еще до твоего рождения.

– Угу… Только не собаку, а динозавра. Собаки тогда ещё не водились, – проворчала я.

– Какая бестактность – напоминать даме о её возрасте. Так и быть, спишу на юные нервы и обижаться не буду.

– Да что ж ты такая необидчивая стала в последнее время?

– А зачем обижаться, когда и без того хватает развлечений? – пожала плечами Летиция. – О, я прямо чувствую, как молодею! В общем, слушайся меня, и всё будет хорошо. С этим даже Дэй согласился, а он уже с десяток лет по лезвию ножа ходит.

– Я опять перестала тебя понимать, – поморщилась я.

– А тебе и не надо понимать. Главное, слушайся. Итак, для начала нам нужен свидетель.

– Что за свидетель?

– Свидетель шантажа, конечно.

– Какой шантаж?! Обойдётся Дэй сухими еловыми иглами в своём зелье. Я теперь в лес под прицелом фаерболов не сунусь.

– А мерзавец Валиен об этом знает? – хитро прищурилась бабуля. – Из гостевого крыла зельеварня видна как на ладони. Он видел, как ты сюда вошла, потом вышла и побежала за кусты к забору. А тут дорога одна – в лес. Что ему, собственно, и надо.

– Так… – протянула я, наконец начиная понимать, что задумала бабуля. – И теперь он уверен, что я уже в руках его подручных, и будет шантажировать Миная?

– Именно! Он будет шантажировать, а мы слушать.

– Вот ещё, слушать его бредни, – скривилась я.

– Слушать, слушать… Чтобы твоему отцу потом было за что отправить негодяя в имперские каменоломни на ближайшие лет сто.

– Мы будем слушать, а Минай нервничать?! Он же с ума сойдёт, если решит, что из-за него я… кто-то пострадал.

– Ничего с ним не случится, – жёстко перебила бабуля. – Немного понервничает, зато потом избавится от гадюки в своём ботинке раз и навсегда. Нечего ей вокруг семьи моей любимой внучки виться. Вам ещё детей растить.

– Так сразу уже и детей… – покраснела я.

– Не сразу, но да. Ты же не собираешься вертеть хвостом до старости.

– Как ты?

– Но-но-но… – погрозила мне пальцем бабуля. – Я сначала свой супружеский долг выполнила, мужу троих детей родила, а потом уже вертела! Всему своё время. Всё. Хватит дискуссий, а то пропустим самое интересное. Жди здесь, я посмотрю, где сейчас наш будущий работник каменоломен.

Бабуля растворилась в кустарнике, а я запоздало схватилась за голову: да что же это творится?!

***

– Всё идеально, – сообщила Летиция, вновь появившись на тропинке у ограды. – Скорее за мной. Быстро, но тихо!

Она в очередной раз погрозила мне пальцем и… И ввинтилась в самую гущу кустарника!

– Э… Бабуля? Я так не могу, – напомнила я.

– Ах да, – высунувшись из переплетения ветвей, протянула она. – У живых есть свои минусы, согласись.

Пять минут спустя под чутким руководством бабули я оказалась у задней стены зельеварни, прямо под маленьким, заросшим паутиной окошком с наполовину рассыпавшимся витражом.

– Теперь сиди и слушай, – едва слышно скомандовала Летиция. – Можешь даже подглядывать, они в эту сторону не смотрят. Но чтобы ни звука лишнего – заморожу. Ничего твоему Минаю не сделается – всё ему же на пользу пойдёт. Даже неприятное.

Я скривилась, но правоту бабули признала и, осторожно приподнявшись, заглянула в окно.

Они устроились в задней комнате зельеварни, давно приспособленной под склад дырявых котлов и битых колб. Минай, скрестив руки на груди, стоял, прислонившись вполоборота к окну. А Валиен развалился на груде котлов со всеми доступными удобствами и цедил слова в своей излюбленной глумливой манере:

– Как видишь, её здесь нет. Понимаешь, что это значит?

– Вышла за чем-нибудь, – с деланным равнодушием отозвался Минай.

– Нет… Ты не понимаешь… Конечно, не понимаешь. Что ж, так и быть, объясню. Действительно, вышла. И я даже знаю, куда и зачем. Так понятнее?

– Хочешь сказать, что таки умудрился пригласить Индиру на свидание, и сейчас она где-то ждёт тебя? – усмехнулся Минай. – Не верю. Придумай что-то получше.

– Какое похвальное доверие. Увы, вынужден тебя… порадовать. Не умудрился. Мало того, дурочка проигнорировала все знаки внимания с моей стороны. А зря… Могла бы избежать неприятностей. Я так не люблю портить красивые вещи… Расстраиваюсь, – мерзавец даже несуществующую слезу утёр, изображая степень своего расстройства.

– Портить… Где Дира?! Что ты с ней сделал?! – на бледных щеках парня расцвёл лихорадочный румянец, а в руках словно из воздуха соткался уже знакомый мне зачарованный клинок, объятый тёмным пламенем.

– Какая стать, а? – ухо обожгло потусторонним холодом. – Хорош. Отличный выбор, потомок, одобряю.

Я дёрнулась и тут же получила ещё и примёрзшую к траве юбку.

– Сидеть! – прошипела Летиция. – Только попробуй всё испортить!

Я скрипнула зубами и снова приникла к запылённому окошку, одновременно и злясь на бабулю, и радуясь, что она со мной. Только благодаря её посмертной магии мою возню ещё никто не услышал. И то Минай, казалось, немного дёрнулся в сторону окна, но в последний момент просто не рискнул отвести взгляд от брата.

– Убери ножик, – лениво протянул тот. – Порежешься.

– Не порежусь. Нас хорошо учат с ним обращаться. Поверь мне.

– Прикажу, и порежешься, – оскалился Валиен. – Разве что спросишь, где и как. Или увидишь свою девку по частям!

– А может, лучше разобрать на части тебя? – сверкнул клинком Минай. – Что мне терять?

– Что? Дай подумать… – глумливо ухмыльнулся Вал. – Может быть, честь? Или душевный покой? Что там ещё у вас, благородных придурков, водится? Совесть?

– Сомневаюсь, что твоя смерть сильно отяготит мою совесть.

– Наверняка не обеспокоит. А смерть или бесчестье одной глупышки? Заметь, именно по твоей вине.

– Ты даже прикоснуться к ней не успеешь, – качнулся вперёд Минай. Его лицо страшно исказилось, а тёмное пламя клинка лизнуло потолок.

Валиен шарахнулся в сторону и завалился на пол вместе со стопкой котлов.

– Место, тварь! – рявкнул он, злобно расшвыривая в стороны старую посуду. – Или наставники не учили тебя, что бывает, если тявкать на хозяина?!

– У меня больше нет хозяев, а ты и подавно никогда им не был, – огрызнулся Минай, но остался на месте.

– Ты всерьёз считаешь, что, убив меня, сможешь что-то исправить?! – всем своим видом Валиен демонстрировал злобную уверенность, но я видела, как мелко дрожат его пальцы. – Думаешь, мои люди отпустят девку на все четыре стороны? Не будь идиотом, братец. Не дождавшись от меня сигнала, они убьют её как ненужного свидетеля. Хотя… Она девка симпатичная, может, и не сразу убьют...

Он так мерзко улыбнулся, что у меня заныли зубы, а пальцы сами сжались в кулаки:

– Довольно…

– Сиди, дурёха! Надо понять, что именно ему надо! – снова осадила меня бабуля.

– Но ты же видишь, что он делает?! – с трудом прохрипела я, силясь перебороть её оцепенение.

– Он пока ещё ничего не делает. А нам надо, чтобы сделал, – огрызнулась Летиция. – Иначе что твой отец сможет ему предъявить кроме пустой болтовни?!

– Дождёмся, что он Миная убьёт!

– Не убьёт. Хотел бы убить – давно убил бы. У него что-то другое на уме. Хитрее. Слушай, наконец.

Сдавшись, я прекратила безуспешные попытки высвободиться и снова вернула своё внимание к окну. И сразу поняла, что прошляпила что-то важное. Страшный клинок с тёмным пламенем валялся в дальнем углу. А Минай стоял на коленях!

***

– Так-то лучше. Всегда мечтал увидеть тебя именно так. Благодарю, братец, порадовал, – почти ласково проговорил Валиен, склоняясь над братом. И вдруг сильно, почти без замаха впечатал носок сапога ему в бок. – Это тебе так. Задаток.

Минай покачнулся, но даже не охнул. Зато губы искривила презрительная улыбка:

– И это всё, на что ты способен?

– О, ты даже не представляешь, на что я способен, дорогой брат, – широко улыбнулся Валиен. – Но сейчас не время и не место. В данный момент нам пора покинуть гостеприимное поместье Варгас. Сейчас ты встанешь, вернёшься в дом и сообщишь, что получил весточку от… Да неважно, от кого. От кого-нибудь. И тебе необходимо срочно уехать со мной. После чего ты вежливо со всеми попрощаешься, и мы отправимся прогуляться.

– Индира…

– Твою девку я отпущу сразу же, как только надену на тебя антимагический ошейник. Слово Лихаса.

– Верить тебе на слово…

– А у тебя нет выбора, – насмешливо подмигнул Валиен. – Или я выйду отсюда в ближайшие полчаса в твоём обществе, или… ну, ты догадался. Но если ты будешь вести себя хорошо, то зачем она мне? Мне нужен ты. Правда, ненадолго, сам понимаешь. У владельца большого поместья и члена Совета Долины столько дел…

Мерзавец явно наслаждался своей победой. С жадностью стервятника он следил, как Минай поднимается на ноги и, даже не глядя в сторону оружия, идёт к двери.

– Всё, бабуля. Больше я слушать не собираюсь, – прошипела я, рывком поднимаясь на ноги и не заботясь о том, чтобы хоть как-то приглушить свои действия. – Ты можешь говорить что хочешь, но…

Сообразив, что возражений не слышно, я удивлённо обернулась и увидела, что рядом никого нет. Летиция исчезла.

«Ну бабуля!» – выругалась я и, подобрав юбки, бегом рванула к выходу из зельеварни.

ГЛАВА 18. Ночью все кошки серы

А там…

А там полукругом выстроилось моё многочисленное семейство и вовсю орало! И тон задавала как раз моя беспокойная бабуля. Запутавшись в собственных ногах от удивления, я чуть не полетела кувырком. Благо полёт закончился, толком не начавшись – меня поймал Минай.

– Ди… Дира… – выдохнул он, стиснув мою несчастную тушку так, что захрустели кости.

– Задушишь, медведь… – просипела я. не сделав, впрочем, ни малейшей попытки вырваться.

Минай немного ослабил хватку, но отпускать меня и не подумал. Чёрные брови сошлись на переносице, губы сжались в тонкую линию.

– Ты хотел пообщаться, братец? – он вскинул вверх руку, и за моей спиной раздался громкий треск и грохот. – Прошу прощения, леди Белана, я всё починю.

Я вывернула шею, оглядываясь. Дверь в зельеварню висела на одной петле, а в поднятой руке Миная снова красовался объятый тёмным пламенем клинок.

– Так о чём ты хотел со мной поговорить в лесу, братец? – не повышая голоса, поинтересовался парень.

Валиен сглотнул и попятился.

– И какое отношение к этому имеет моя дочь? – не предвещающим ничего хорошего тоном добавила матушка.

Она стояла чуть впереди моего семейства и легко похлопывала по ладони здоровенной чугунной сковородкой.

– Эм… Вы всё не так поняли… Это какое-то недоразумение, – проблеял мерзавец, отступая и пытаясь одновременно держать в поле зрения всех и сразу.

– Так куда ты собрался? – холодно улыбнулся Минай. – Давай разберёмся. Со всеми недоразумениями сразу.

– Вам нечего мне предъявить! – взвизгнул Валиен, с ненавистью глядя на брата. – Это всё домыслы вот этого урода! Он всегда меня ненавидел и всё выдумал! У вас нет свидетелей!

– Ты уж реши, выдумал или нет свидетелей, – усмехнулась Летиция. Вот уж кто явно наслаждался происходящим сполна. – А то как-то несолидно получается.

– Есть свидетели, – вперёд вдруг выступил Дэй. – Я свидетель. Как думаешь, Валиен, хватит такого свидетеля?

– Ах ты, предатель, – мерзавец побледнел, а его лицо исказила жуткая гримаса. – Я тебе всё дал! А ты…

– Ты дал?! – побагровел громила. – Ты отнял у меня всё! Ты каждую минуту рискуешь жизнью моей сестры. Ты зарвался, Вал. С меня довольно!

– Сволочь! Тебе это с рук не сойдёт… – выкрикнул Валиен, брызгая слюной, и сунул руку в висевшую через плечо сумку, а в следующую секунду всё затопила тьма.

Раздались возмущённые и испуганные возгласы, глумливый смех, а потом откуда-то сбоку приглушённый голос заущельца:

– Жду полчаса. Или этот предатель вместе с моим братцем выходят. Без оружия и без сюрпризов. Или я приду за ними сам. Но тогда в живых никого не оставлю, так и знайте!

– Удрал, скотина! – совсем не светски выругалась Летиция. – Не могу его нащупать, мне нужен зрительный контакт!

– Две минуты. Может быть, три, – внёс ясность Минай. – Он не поскупился на порошок. Но эффект длится недолго.

– Что это вообще за дгянь? – сердито поинтересовался дядюшка Перкин. – И где такую бегут?

– Это слепень, – подсказал Дэй. – Его охотники на тварей используют, если удрать надо. Делается из…

– Ты сначала ворота запри, Перкин, – вмешалась матушка, – а потом уже всякой гадостью интересуйся. Вряд ли этот мерзавец вернётся, но…

– Он вернётся, – мрачно покачал головой Минай, а Дэй согласно кивнул. – У него нет другого выхода.

– Да. От имперской стражи он, может, и сможет отвертеться. У него целый баул поддельных бумаг, кому угодно голову заморочит, – добавил громила. – Но в Долине за контрабанду по головке не погладят даже возможного члена Совета. Тем более за такую контрабанду.

– А чем он промышлял, кстати, – заинтересовалась Летиция, подлетев поближе к заущельцу.

– Зелья. У нас многого нет, да и то, что есть – слабое. Имперские лечебные эликсиры и яды очень ценятся. Но в основном мы возили зелья, подавляющие магию.

– А это ещё зачем? – удивился дядюшка Вилор.

– Не вся магия принята в Долине, – пояснил Минай. – Некроманты, мягко говоря, не приветствуются.

– Скажи уж прямо – их ненавидят. Тёмные твари, вот как вас называют, – перебил Дэй.

– Да, – слегка побледнев, подтвердил парень. – Именно так нас и называют. И обращаются соответственно.

– У некромантов в Долине один путь – в корпус, а потом на границу к тварям. Долго они не живут, – продолжил громила. – Кому понравится, если его ребёнка угробят самым изуверским способом? Светлые инквизиторы ищут – люди прячут. Не все, конечно… Его отец не стал прятать, хотя имел для этого все возможности.

– Отец ненавидел тварей во всех их проявлениях, – криво улыбнувшись, покачал головой Минай.

– Сам он тварь! – рыкнул Дэй. – А моя сестра самый светлый человечек в этой проклятой хаосом Долине. И я не позволю скормить её безмозглому зверью!

– Так вы прячете сестру, Дэй? – уточнила Летиция, задумчиво поглядывая в сторону ворот, где с огромным магическим запором возился дядюшка.

– Да. Моя семья спокон веку живёт на землях Лихасов. Граница рядом. А мы охотники – все стёжки-дорожки наперечёт знаем, в том числе и перевалы. Когда малышка окуталась тьмой, даже думать долго не пришлось, что делать. С тех пор я и шастал в Империю. Пока меня не прихватил Вал со своей хаосом проклятой мамашей! Сначала я, идиот, обрадовался. Куда подевался Минай, никто не знал. А тут будущий патрон на плаху не тащит, светлых инквизиторов не зовёт. Наоборот – помочь хочет. Ну и… Хорошо хоть где сестрёнку прячем, ему не рассказал, идиот… Знал бы я тогда, что с Минаем на самом деле стало, замучался бы Вал из меня наши тропки выбивать. А отец и сам бы справился.

– Неудивительно, что отец не распространялся. Для него я был самым большим разочарованием в жизни, – поморщился Минай. – У светлого инквизитора сын и наследник – тёмная тварь.

– Не называй себя так, – наконец не выдержала я. – Ты не тварь!

Рука парня на моём плече дрогнула, но он ничего не ответил. Над укромной парковой лужайкой повисла тишина. Нарушила её, конечно, Летиция – самая беспокойная из моей родни. Вот уж кого сложившаяся ситуация скорее развлекала, чем тревожила.

– Поправьте меня, если я ошибаюсь, но у нас, похоже, нарисовался замкнутый круг: или вы избавитесь от Валиена, или он превратит вашу жизнь в ад, – задумчиво проговорила она.

Минай пожал плечами и кивнул, а вот Дэй недоверчиво хмыкнул.

– Не обольщайся, парень. Твою жизнь он не рассматривает ни в каком варианте, даже самом мрачном. Ты нужен ему мёртвым. Уж я-то знаю. Сейчас, когда Совет надумал замириться с Империей, у тебя все шансы всё же получить наследство. Тем более что невестой ты уже обзавёлся, а значит, никаких формальных препятствий нет.

Парень вздрогнул и попытался отстраниться, но тут уж я не стерпела и сердито ткнула его под рёбра локтем:

– Куда?!

– За правдой. Видишь ли, Дэй. Моя невеста, она…

– Она ваш Совет лично перетравит, если они её без жениха оставят, – перебила я.

– А я ей ещё и подскажу, если сама не сообразит, – многообещающе покивала Летиция. – Ах, какие яды были триста лет назад… Один «Последний поцелуй» чего стоит.

– Ты же говорила, что не помнишь рецепт?! – возмутилась я.

– Не помню. Яды детям не игрушка, – отмахнулась бабуля и подмигнула Минаю. – Но если понадобится – сварю.

– Бабуля! Это нечестно! Я не ребёнок!

– Вот замуж выйдешь, тогда поверю, что ты выросла, – ухмыльнулась она.

– Да я уже! Почти! Минай, скажи ей!

Парень откровенно растерялся. Развернул меня к себе лицом и заглянул в глаза:

– Индира, ты разве не слышала меня? Я никто. Тёмная тварь. Какой из меня муж?

– Такой, как мне надо… – внезапно оробев, тихо отозвалась я. – Если ты, конечно, хочешь…

– Так! Я не поняла! Ты мою дочь бросить собрался, что ли?! – маман угрожающе взмахнула сковородкой. Но Минай даже не посмотрел в её сторону, жадно пытаясь высмотреть что-то в глубине моих глаз.

– Я хочу? Я полжизни готов отдать только за надежду. Но ты… Разве ты не…

– Я не, – перебила я. – Я совсем не. И вообще не… Я тебя люблю.

– Индира… Ди… Душа моя… – выдохнул он мне в губы.

Его тёплое дыхание с нотками пряных трав прокатилось по чувствительной коже изысканной лаской. Но поцелуй не состоялся. За моей спиной раздались громкие отчётливые хлопки. Синхронно залившись краской, мы отпрянули друг от друга, как застигнутые за каким-то непотребством подростки.

Сгорая от стыда и злости, я обернулась. В полуметре от земли парила Летиция и картинно сводила ладони, изображая аплодисменты.

– Ну наконец-то! Я уж думала, вы ещё неделю кругами ходить будете.

– Упокою… – с мрачной угрозой прошипела я, заметив снисходительные улыбки на лицах родни. – Узнаю у мужа, как это делается, и упокою!

– О неблагодарные потомки! – возвела очи к небу бабуля, впрочем, не замедлив предусмотрительно отлететь за спину маман. – О них заботишься, ночей не спишь, а они…

– Лучше бы по ночам ты спала, – проворчала я, – вместо того, чтобы…

– Остановитесь, – Минай вдруг отпустил мою руку и шагнул в сторону. – Сейчас это всё не имеет значения. Вал сбежал. И он вернётся. Я не могу этого допустить.

– Да, – помрачнел Дэй. Отпускать жавшуюся к нему Биль он не стал, но улыбка сползла с его лица как некачественная краска. – Ничего у нас не вышло. Вывернулся мерзавец.

– Это только первая попытка не вышла, – парировала Летиция. – Кто мешает попробовать снова?

– Какая первая попытка? О чём вы? – не поняла я.

– Дэй ещё вчера признался во всём Летиции, – сообщила матушка. – План по твоему похищению стал последней каплей. И он…

– А я почему ничего не знаю?!

– Мы решили тебя не волновать. У тебя и так что-то непонятное с Минаем творилось.

– Так, подождите… Но тогда это отравление… Аллергия… Зелье… Всё враньё?! Ну, спасибо!

– Не враньё, а военная хитрость, – поправила Летиция. – Пара ягод рушорника, и признаки лихорадки налицо. Мерзавец поверил, что всё идёт по его плану, и выдал тебе свой идиотский рецепт. Его он, кстати, в библиотеке переписал, я сама видела. Только один ингредиент заменил. Тогда сразу стало понятно, куда тебя пытаются заманить. Мы рассчитывали получить признание при свидетелях, придержать его до приезда твоего отца, а потом накрыть всю банду. Но, увы. Получили только признание. А потом паршивец сбежал. Надо было всё-таки предупредить тебя, Минай, извини.

– Не надо, – покачал головой Дэй. – Уж простите великодушно, патрон, но всё, что связано с леди Индирой, у вас на лице большими буквами написано. А Вал… У него чутьё как у зверя. Мигом бы сообразил, что что-то не так.

– Да хватит гасшагкиваний! – прикрикнул вернувшийся от ворот дядюшка Перкин. – Только время тегяем. Мегзавец сбежал, что тепегь делаем? Пгинимаем бой?!

– Не будет никакого боя, – покачал головой Минай. – Я пойду к нему. Кроме меня ему никто по-настоящему не нужен. Он не станет лишний раз рисковать и нападать на поместье. А Дэя он сможет попытаться поймать уже в Долине.

– Да ты сдугел?! – возмутился дядюшка. Перкин. – Как это боя не будет?! Я, можно сказать, всю жизнь об этом мечтал, гассчитывал, готовился, а он… Даже не думай сдаваться!

– Но… Поймите, Вал – трус. Он бы не решился на такое без хорошей поддержки. В одиночку ему со мной не справиться, даже если на меня нацепят антимагический ошейник.

– Патрон прав, – пробасил Дэй. – Там минимум шестеро. Двое – маги. Это только те, кого я знаю. Может, ещё пара человек будет. И они крови не боятся… А у вас… – он красноречивым взглядом обвёл моё разношерстное семейство. – Лучше мы с патроном пойдём. Ещё посмотрим, кто кого. Тёмный инквизитор – это вам не баран чихнул. Да и я не вчера ущелье увидел.

Громила сжал пудовые кулаки, словно уже кое-кому демонстрировал это самое ущелье. Летиция сердито взмахнула призрачными юбками:

– Об этом не может быть и речи. А как же ваша сестра, Дэй?

– Там отец… Ну и… Вы же ей поможете… Биль говорила… Когда можно будет… Если успеете… – каждое слово он говорил тише и конце концов вообще умолк, бросив на Биль какой-то затравленный взгляд. Но, судя по сжатым кулакам, решение менять не собирался.

Я покосилась на Миная и по плотно сжатым губам поняла, что и он придерживается такого же мнения. Они оба понимали, что, скорее всего, не вернутся, но всё равно собирались переться в этот проклятый лес к толпе бандитов. Ну уж нет!

– Должно быть какое-то другое решение! – постаравшись придать голосу уверенности, сказала я. – Отец сегодня приезжает! А он без охраны не ездит!

– Отец будет только ночью, а то и к утру, – покачала головой матушка. – Надо как-то продержаться до этого времени.

– Послушайте, но если мы… – начал было Минай, но его перебил дядюшка Перкин.

– Даже не думай, пагень! Ваггасы своих не сдают! – он воинственно вскинул кулак. – Победа будет за нами! Впегёд во имя императора! Смегть и позог заущельцам!

– Перкин, – вздохнула матушка. – Ты увлёкся.

– А, ну да, – смутился дядюшка. –Я имел в виду тех заущельцев, что за воготами.

– Заворотцев? – ехидно уточнила Летиция.

– Чего?

– Хватит! – прикрикнула матушка. – Обороняем ограду или забаррикадируемся в доме?

– Чегез оггаду никто незамеченным не пегебегётся, – гордо вставил дядюшка. – У меня там сигналок завались. Этот пагшивец два газа по углам шастал, так я его сгазу пгихыватил. И минуты не пгошло!

– Лучше бы ты его не «пгихватывал у оггады», а за эту самую ограду выкинул, – проворчала бабуля.

– Ну кто ж знал, – снова полез в затылок дядюшка. – Пусть тепегь только сунутся. У меня за оггадой минные поля, и ловушки, и пгиманки, и…

– А калитка задняя? И ворота? – строго уточнила Летиция.

– Там ничего нет, – развёл руками Перкин. – Вот эта пацифистка не позволяла!

Он обиженно ткнул пальцем в матушку.

– А надо было позволить тебе каждый раз взрывать самобежку молочника и пугать мальчишку-газетчика? – взмахнула сковородкой маман. – Они и так уже к нам только за двойную плату ездят. А газет, между прочим, ты больше всех выписываешь!

– Я должен дегжать гуку на пульсе! – приосанился дядюшка. – Вдгуг година в опасности, а я не знаю!

– Без тебя бы справились!

– Угомонитесь! У нас нет времени на ваши дрязги, – прикрикнула Летиция. – В доме запираться нельзя. Это будет наш плацдарм для отступления.

– Импегская гвагдия не отступает! – завопил дядюшка. Но на него уже никто не обратил внимания. Мои родственники под командные выкрики бабули забегали как тараканы.

– Дэй, Минай, вы, как самые сильные – к воротам! Они пойдут оттуда. А если и нет, мы услышим. Перкин! Тащи свою баллисту!

– Котогую? – вытянулся по струнке дядюшка.

– Все! Вилор! Где там твоя недоделанная хлебопечка, которая из муки мгновенный клей делала и плевалась им? Её установим на привратницкой. Белана, на тебе все острые приправы, какие только есть! Пусть у вражин горят и пятки, и морды! Живо, живо!

Минай ошарашенно смотрел на всю эту суету, явно не понимая, что происходит.

– Они что, собираются драться? – тихо спросил он, догнав меня уже в кладовой зельеварни.

– Естественно, – кивнула я, выбирая самые вредоносные зелья и те, которые можно было такими сделать за пару минут.

– Зачем?

– Ну не отдавать же тебя этому проходимцу, – ответила вместо меня бабуля. – Или предлагаешь жениться на моей внучке кому-нибудь другому?

Минай вспыхнул и сжал кулаки. Идея бабули ему совершенно не понравилась, я прыснула и уткнулась носом в полки с зельями. Только ещё не хватало расхохотаться в такой момент.

– То-то же, – с удовлетворением проворчала бабуля. – К воротам иди. Дэй тебя уже заждался.

Мягкие шаги и скрип сломанной двери подсказали мне, что Минай послушался, и я рискнула обернуться. Бабуля всё ещё была здесь:

– Ты присмотри за ним, – посоветовала она. – А то ещё вздумает самопожертвоваться, гер-рой с пустой головой.

***

Тёмные фигуры на опушке появились только в сумерках. Бабуля угадала. Они пришли именно со стороны ворот. К сожалению, она ошиблась в другом. Бандитов было добрых полтора десятка, и шли они очень уверенно, а некоторые даже летели на мётлах.

– Эх… Многовато магов, – проворчал Дэй, в сотый раз проверяя поворотный механизм большой осадной баллисты, которую дядюшка притащил откуда-то с чердака по частям и с громкой руганью собирал уже у ворот.

– Может, я всё-таки… – начал было Минай, но на него зашикали все, даже зомби-мыши Биль, и он умолк, так и не закончив мысль.

Бандиты приближались неспешно, вразвалочку. Словно не на штурм шли, а на прогулку.

– Вилор! А угости-ка их из своей хлебопечки, – велела бабушка. – Она у нас самая дальнобойная – дотянется.

Пух! В воздух в дыму и искрах взлетело нечто отдалённо напоминающее булку и врезалось в далёкое дерево на опушке.

– Перелёт, – констатировала Летиция. – Давай ещё разок.

На этот раз благоухающий свежей сдобой снаряд снёс с метлы одного из магов. От бандитов послышались какие-то невнятные выкрики.

– Ага! Не нравится?! – азартно воскликнула бабуля. – То ли ещё будет! Всем дальнобойным, огонь!

Через ограду полетело всё и даже больше: стрелы, камни, зомбо-мыши. Небольшая катапульта отправила в бандитов целую связку моих зелий. Я даже думать не хотела, что за гремучая смесь получится, когда всё это разобьётся и смешается. Заработали ловушки дядюшки, забрасывая вражин всем подряд от сетей до тухлых яиц.

Бандиты засуетились. В защитное поле ограды влепились парочка заклятий и несколько стрел. Но перевес был на нашей стороне. Свалившийся с метлы маг намертво влип в верхушку дуба и мог только громко орать. Ещё парочка запуталась в сетях. А Дэй умудрился пришпилить одного негодяя к стволу дерева, как бабочку, угодив из тяжёлой баллисты ему точно между ног. Судя по тому, что тот ругался, а не корчился в смертельных судорогах, ничего важного не задел, но испугал изрядно. А уж сколько из нападавших обзавелись знатными синяками и шишками, и считать никто не пытался. Любое движение со стороны леса встречалось тучей разнообразных снарядов. Бандиты залегли.

– Вот так! Знай наших! – веселилась Летиция, паря над воротами как злой дух. – Перкин, подбавь-ка ещё булыжников на четыре часа от ворот. Там кто-то очень активно ползёт.

Дядюшка выполнить указание не успел. Мамуля с крыши бывшей привратницкой метнула в шустрого ползуна чугунок.

– В яблочко! – доложила бабуля.

– Аутч! – взвыл бандит, а потом вдруг вскочил во весь рост и взметнул над головой полыхающий огненным пламенем меч. – Это же любимая кастрюля моей жены! Ну, держитесь, сволочи!

– Папа? – пискнула я, плюхнувшись прямо в ковш катапульты.

– Да где ж ты шлялся так долго, когда нужен?! – возмущённо выкрикнула матушка и в сердцах швырнула с крыши тяжёлую гусятницу, которой уже было прицелилась для второго броска.

Что-то звякнуло, в ушах засвистел ветер, и я обнаружила, что ворота, опушка и бандиты остались далеко внизу, а рядом машет крыльями донельзя удивлённая сова.