Текст книги "Любовь, пироги и другие яды (СИ)"

Автор книги: Анастасия Никитина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

– А ректор-то тебе что сделал?

– Тебе сбагрил, – ухмыльнулся Минай.

Я аж задохнулась от возмущения:

– А со мной что не так?!

– Дай подумать, – этот нахал с заметным удовольствием принялся перечислять. – Привела на поляну к убийцам, укусила, чуть не сломала мне хребет об дерево и постоянно пугаешь своими родственниками. И это мы ещё двух дней не знакомы.

– А ты… А ты… А ты уже третий бутерброд стащил! Решил заморить меня голодной смертью?!

– Так вот почему ты кусалась, – хохотнул он. – Спасалась от будущей голодной смерти? Вас что, не кормят в вашей академии?

– Ещё как кормят, – прошипела я. – Студентами по обмену!

Я швырнула в него смятую салфетку с оставшимися от моего сгинувшего завтрака крошками, но он ловко увернулся и со смехом вскочил на ноги.

– Ну что, один-один, подруга заущельная? – поинтересовался Минай, пока я пыталась нащупать что-нибудь потяжелее салфетки.

Что значит его насмешливая улыбка, до меня доходило секунд тридцать, но всё-таки дошло. Невольно прыснув, я погрозила нахалу кулаком:

– Это ещё не конец, имей в виду.

– Как вам будет угодно, тисса Индира, – Минай отвесил мне издевательский поклон. – И, может быть, в честь зарождающихся дружбы и сотрудничества остаток пути мы проделаем как нормальные люди? Мне так надоело высматривать тебя наверху.

Я с сомнением покосилась на неустойчивого монстра, припомнила, как оно ревёт, стоит только сдвинуться с места, и покачала головой.

– Нет уж. Так далеко наши отношения пока не зашли. Кроме того, я не очень хочу явиться домой глухой на оба уха.

– Ну как скажешь. Тогда ноги хорошенько оботри, когда на свою палку полезешь.

– Это ещё зачем?

– Явиться в твоим родственничкам слепым в мои планы тоже не входит. А с твоих сапог вечно всякая дрянь сыплется. Как голову подниму, так и…

– Ах ты… – я уже начала возмущаться, но, заметив в уголках его губ затаившуюся ухмылку, вовремя прикусила язык, – …весельчак заущельный. Полетели уже. Я домой хочу.

Подобрав метлу, я взмыла в воздух. Секунду спустя снизу донёсся рёв голодного дракона – подопечный не стал тянуть. Набрав высоту, я убедилась, что внизу достаточно проходимая дорога и Минай не рискует отстать, и перевела взгляд дальше, туда, где за зелёными холмами располагалась наше семейное поместье. Ещё ни разу не было такого, чтобы по приезде меня не поджидал какой-нибудь сюрприз. Но на этот раз неожиданность припасла и я. И во что это выльется в итоге – совершенно не представляла. «Особенности моей родни и заскоки заущельного мага … Это просто не может хорошо закончиться, – мрачно проворчала я себе под нос. – Кстати, про заущельного… Что ж у них там за порядки, что слово «каникулы» ему незнакомо, а у меня он всё время выясняет про какие-то задания? Надо будет расспросить подробнее…»

ГЛАВА 5. Скоростная помолвка

Городок пришлось объезжать по большой дуге – завести в этот тихий уголок заущельца с его двухколёсной громыхалкой я не решилась. И так мы распугали всех окрестных собак, гусей и котов. Но всё когда-нибудь кончается. Закончилось и это путешествие. Завидев сверху знакомые ворота, я приземлилась перед поворотом и, скрываясь за густым кустарником, осмотрелась.

– Кого высматриваешь? – поинтересовался Миная, подходя ближе. Свой грохоцикл он оставил чуть в стороне.

– Да так. Просто глянула, – неожиданно для самой себя смутилась я. – От твоего механизма столько шума…

– Зато я не маячу в небе, как болтливая мишень, – ухмыльнулся парень.

Но мне было не до его шуточек.

– Да, – на полном серьёзе согласилась я. – Если бы этот грохоцикл ещё и летал, мы стали бы поводом для сплетен на ближайшие двадцать лет.

– Мотоцикл, – поправил Минай.

Я только отмахнулась.

– Неважно. Значит, так. Сейчас ты берёшь своё грохомото и тихонечко идёшь за мной вдоль этих кустов. Голову только пригни, а то тебя видно отовсюду. Потом мелкими перебежками перебираемся к забору, а там уже рукой подать до чёрной калитки. Ею никто не пользуется, так что нас не заметят. А там…

– А там вам всё гавно не пгойти, вгажьи дети!

Я подскочила, разворачиваясь буквально в полёте. На аллее стоял мой любезный дядюшка, направив на нас свой боевой посох. В другой руке он держал спутанный моток бечёвок.

Минай молниеносным движением выдвинулся вперёд, одновременно умудрившись задвинуть меня себе за спину.

– Дядя Перкин! – совершенно неискренне обрадовалась я, выглянув из-за широкого, обтянутого чёрной тканью плеча. – Я так рада тебя видеть!

– Какой я тебе дядя, лазутчица?! – возопил он и швырнул в нас своими верёвками.

Сверкнул полыхающий магией клинок, рассекая этот своеобразный снаряд прямо в воздухе. Мне на голову посыпались обрывки бечёвки и искры.

– Дядя Перкин! Минай! – взвыла я.

Но куда там, меня уже никто не слушал. Навершие дядюшкиного боевого посоха разгоралось от концентрируемой в нём магии, а Минай пригнулся, как готовый к прыжку хищник.

– Думаешь, спгавился с сетью, щенок, и победил? – картинно расхохотался дядюшка. – Как бы ни так. Сейчас ты узнаешь, на что способны импегские офицегы!

Слегка ржавый шлем съехал на бок, гнутая кираса топорщилась в самых неожиданных местах, но мне резко стало не до смеха. Слишком хорошо я знала, что следует за этим возгласом. В последний раз после такого в городе пришлось новую ратушу строить.

– Дядюшка Перкин, это я, Индира! – увернувшись от рук Миная, снова попытавшегося отправить меня в придорожные кусты, я выскочила вперёд. – Минай, убери свой дурацкий меч! Это тебе не учебный бой.

– Индига, говогишь? – прищурился дядя. – И кто тогда это? Мой потегянный во младенчестве племянник? И почему же тогда вы от меня пгячетесь? Импегские офицегы…

– Вот потому и прячусь, – огрызнулась я. – И имперским офицером ты никогда не был! Ты вообще в армии не служил!

– А ты откуда знаешь? Следишь за моей семьёй?!

– Ага, последние восемнадцать лет. Как родилась, так и слежу за этим балаганом.

– Глубоко законспигигованная шпионка? Польщён, – приосанился дядя.

– Размечтался. Всего лишь твоя племянница, – фыркнула я и, завидев у ворот матушку, замахала рукой. – Мама! Дядя опять забыл принять свои эликсиры!

– Это мама? – с оттенком меланхолии уточнил Миная.

– Ага… – обречённо отозвалась я.

– Дирочка! – распахнула объятья маман. Зажатый в её руке огромный нож со свистом рассёк воздух, и с лезвия полетели багровые капли. – А мы уж заждались.

– Да вот дядюшка бушует, – наябедничала я.

– Перкин?!

– Что ты понимаешь, женщина?! – Выпятил цыплячью грудь дядюшка. – Это шпионы!

– Ой, дурень! Да где ж ты таких тощих шпионов найдёшь? Их, поди, нормально кормят вражины-то! – всплеснула руками матушка. И оттеснив брата в сторону, что, учитывая её немалые рост и габариты, было несложно, направилась ко мне. – Дирочка… Похудела как, отощала, бедняжка… А это кто с тобой? Где ж ты такого худенького нашла? Ну ничего, откормим.

Заметив, как Минай попятился, я прыснула и обняла матушку. Благо свой любимый поварской нож она успела сунуть за пояс передника.

– Ну, давайте скорее в дом! Обед ещё не готов, но чем перекусить, найдётся. Возьми метлу, дурень старый! И шлем на место отнеси. Всё ж таки семейная реликвия, а ты её на своей дурной башке таскаешь.

– Ты пожалеешь, женщина, сама вгажину в дом ведёшь, – пафосно возвестил дядюшка. – Эта и пгавда на Индигу смахивает. А того, чёгного, я не знаю и в свой дом не пущу! Вдгуг он из-за ущелья пгишёл наши секгеты выведывать?

– Ваши секреты мне совершенно не нужны. Я по другому поводу приехал, – ляпнул в этот момент Минай.

По-моему, в этот момент затихли даже вездесущие воробьи.

Я машинально втянула голову в плечи: сейчас начнётся…

– Что я такого сказал? – вполголоса поинтересовался парень, окинув быстрым взглядом скульптурную группу из моих застывших родственников.

– Понимаешь, этот тот момент, когда надо… – начала было я, но не успела. Родичи опомнились.

– Батюшки! – воскликнула матушка, хватая бедолагу за руку. – Такой путь, и без горячего!

– Я знал! – одновременно завопил дядя, вцепившись в другую. – Вгаг не пгойдёт!

– Да какой же он враг? Посмотри, какой худой! В чём только душа держится?!

– Это потому, что на наших хагчах ещё отожгаться не успел!

– Даже врагам надо есть!

– Только чегез мой тгуп! Я, можно сказать, этот момент всю жизнь ждал!

– Перкин!

– Белана!

Перебрасываясь словами как мячиком, они дёргали Миная то в одну, то в другую сторону. У парня был настолько ошалевший вид, что мне стало его жаль. Вот так, приезжаешь учиться, а тебя мало того, что учить отказываются, так ещё и усылают хаос знает куда. А там отдают на растерзание каким-то безумным крикунам, с которыми и воевать вроде нет причин, но и не воевать нельзя – разорвут.

– Хватит! – рявкнула я.

Разумеется, никто не услышал. У меня загудела голова: «Опять двадцать пять! Ну, ничего не меняется! Придётся вводить в бой тяжёлую артиллерию...»

– Дорогие родственники! – завопила я, с трудом перекрикивая этот галдёж. – Позвольте представить вам моего жениха! Его зовут Минай...

«Пхе! Осталось только увернуться от вопроса, где мы познакомились», – мелькнула в голове дурацкая мысль, прежде чем запрещённый приём сработал. Да ещё как...

Дядюшка Перкин выпустил многострадальную руку Миная и, поправив манжет, отступил назад. Ну, это и ожидалось. Его паранойя всегда пасовала перед священными Семейными Узами. Маман ахнула и, подавившись очередным возгласом, умолкла, быстро шаря в кармане передника в поисках несуществующего платка. Она считала, что на свадьбах, помолвках и прочих романтических событиях надо обязательно плакать. А бедолага Минай, забыв, что минуту назад чуть не погиб геройской смертью в руках моих родственничков, воззрился на меня, как на воплощение хаоса. Он даже за меч не стал хвататься, походу, окончательно ошалев от удивления.

«Да... А вот о нём-то я и не подумала, – проворчала я про себя. – Надо было хоть предупредить бедолагу...»

Впрочем, раскаяние не помешало мне действовать. Следовало пользоваться ситуацией, прежде чем в трагикомедии «Индра приехала с незнакомцем» начнётся второй акт «Индира выходит замуж». Этот бедный заущельный маг с его тонкой душевной организацией и привычкой чуть что хвататься за оружие точно не переживёт: или разорвут, или самоубъётся. Что я потом ректору скажу?

– Мам, мы будем у меня, – сообщила я, подхватывая гостя под руку, и прошипела ему на ухо: «Пошли быстро, пока они не опомнились!»

Надо отдать должное Минаю, он не сопротивлялся. То ли уже научился мне доверять, то ли, что более вероятно, успел сообразить, что из себя представляет семейка Варгас.

Быстрым шагом, сильно смахивающим на бегство, мы вошли в ворота и почти сразу свернули на боковую аллею, ведущую к моему флигелю.

– А мой мотоцикл? – приподнял бровь Минай, когда ворота скрылись из виду.

– Можешь за ним вернуться, – хмыкнула я. – Если жизнь недорога. Имей в виду, родственников матушка любит куда больше, чем гостей. А дядя...

– Понял. Потом заберу, – поспешно кивнул Минай.

– Умница, – хихикнула я. – Ты не думай, они быстро к тебе привыкнут, проверено.

– Ты часто приводишь в дом женихов? – вскинул брови парень.

– Не я. Кузина Биль. Это её хобби. Иногда мне кажется, что ей нравятся сам процесс и статус невесты.

– Ну да, при таком приёме насладиться этим статусом вдоволь она явно не успевает, – фыркнул Минай.

– Да ладно тебе, – отмахнулась я. – Они хорошие. К ним просто надо привыкнуть.

– А кто-то ещё и успевает привыкнуть? Отсюда так сложно удрать?

– Ты на что намекаешь?! – возмутилась я. – Это Биль вечно в последний момент свадьбу отменяет. Отсюда никто не убегает!

– Значит, кроме забора есть ещё какие-то защитные сооружения...

– Конечно, есть, – кивнула я. – Ты же уже знаком с дядюшкой. Он бы никогда не ограничился только забо... Так, подожди... Ты что имеешь в виду?!

– Да это я так... Мысли вслух, – ухмыльнулся парень.

– Дурацкие мысли, – буркнула я. – И совершенно несправедливые.

– Конечно, конечно, – преувеличенно бодро закивал он. В его голосе мне почудилась издёвка.

Окончательно обозлившись, я втолкнула его в тесную прихожую флигеля и, прижав к стене, прошипела:

– Хватит! У меня отличная семья! Какие бы ни были, но мы друг друга любим, ценим и уважаем. И защищаем! И не тебе, дикарь заущельный, зубоскалить!

– Да, ты права, не мне, – внезапно отвёл глаза он.

Мне стало не по себе. Было что-то такое в выражении его лица, что и злиться, и огрызаться сразу расхотелось. Стало неудобно, будто я сама, того не подозревая, зацепила какую-то болевую точку. Я отступила на шаг, машинально расправила смятый камзол на его груди и заговорила преувеличенно бодро:

– Давай обсудим тактику и стратегию совместного проживания. Нам с тобой тут все каникулы жить, а они, – я ткнула большим пальцем себе за спину в направлении ворот, – скоро опомнятся.

– Ну, излагай тактику и стратегию, – хмыкнул Минай, стряхивая несвойственную ему меланхолию. – Ты тут старожил – тебе и карты в руки.

***

Заущельный маг оказался куда более здравомыслящим, чем мне казалось. Игру в помолвку принял без возражений, да и язвить о моих родственниках больше не пытался.

– Торжества по случаю помолвки нам не избежать, – объясняла я. – Но это тебя ни к чему не обязывает, ты не бойся. Биль такие праздники по пять раз в год устраивает, и ничего – ещё никого не женили.

– Что, твоя любящая родня так и спустит, если я вдруг брошу невесту и откажусь идти к алтарю?

– А кто тебя заставляет отказываться? – пожала плечами я. – Я сама откажусь.

– И выставишь меня брошенным дураком?

– Да тебе-то какая разница? – всплеснула руками я. – Хотя, да... Дядюшка, конечно, может заинтересоваться, чем таким ты меня обидел. Это к вывертам Биль все уже привыкли. Но за ущелье защищать честь семьи даже он не поедет. У него послеобеденный сон, ежедневное патрулирование и прочие «военные обязанности»... Да, точно не поедет.

– Ты ещё и не уверена? – тихо рассмеялся парень.

– Как-то не довелось раньше проверить, – невольно усмехнулась я. – Только тебя пришлось вытаскивать из заботливых лапок моих родственников таким замысловатым способом.

– Ты имей в виду, я лучше на тебе женюсь, чем с ним объясняться буду.

– И станешь членом моей семьи? Уверен? Ты ещё не всех моих родственников видел.

– Тёмного инквизитора родственниками не запугаешь! – картинно приосанился парень. – Возьму и женюсь!

– Кого не запугаешь? – опешила я.

– Эм...

– Минай? – я приподняла бровь в ожидании ответа.

В Империи любили сказки. В детстве я, как и прочие дети в Империи, затаив дыхание слушала, как храбрый гвардеец или вдовий сын отправлялись спасать принцесс, добывать «живую» воду или молодильные яблоки и обязательно побеждали злого и коварного Тёмного инквизитора. Но ещё никому на моей памяти не приходило в голову так себя назвать!

– Ну, хорошо. Я уже закончил обучение. В прошлом году. Довольна?

– Научился принцесс похищать? – ляпнула я?

– Что-о?! – вытаращился парень.

– Ну, в сказках Тёмный инквизитор всегда принцессу похищает...

Минай склонил голову к плечу и внимательно посмотрел на меня:

– А ты принцесса?

– Нет!

– Очень хорошо.

– Что-то этот разговор перестаёт мне нравиться, – медленно проговорила я, чувствуя себя полной дурой. – Знаю, что что-то упускаю, но не понимаю, что. Это ты так шутишь, да? По-заущельному?

– Да какие уж тут шутки! – махнул рукой Минай и с размаху плюхнулся в кресло.

– Тогда объясни, – я села напротив.

– Ну, хорошо... Тем более что к имперской тайной страже ты явно отношения не имеешь. Или имеешь? – он бросил на меня острый взгляд.

– Да какая, к хаосу, тайная стража?! – обозлилась я. – Я ещё учиться не закончила. И после учёбы буду зельеваром, а не стражником!

– Да понял я уже, понял. Шучу! – замахал руками парень, но в его голосе было нечто такое, что я ему не поверила. – Что ты вообще знаешь о нас?

– Ну... Вы живёте за ущельем... И не умеете пользоваться самописными перьями.

– И всё?

– А что ещё я должна знать? Нам и про перья-то ректор рассказал два дня назад.

– М-да...

– Можно подумать, вы о нас много знаете, – слегка обиделась я. – Самописные перья ещё двести лет назад придумали. Они в каждом доме есть.

– Перья? – Минай перевел на меня затуманенный взгляд, но, тряхнув головой, мгновенно опомнился. – А, ну да. Перья… Ну, в общем, мы просто немного по-другому живём. Но ни младенцев на завтрак, ни массовых убийств на обед не практикуем. Честно.

– Я и не думала ничего такого, – огрызнулась я.

Слегка покривила душой, на самом деле. Ходили у нас слухи и похлеще. Ну, когда о том, что за ущельем вообще-то тоже люди живут, вспоминали. Правда, случалось это редко. Например, когда приходила блажь страшилки перед сном порассказывать.

– Ну, вот и здорово.

– И при чём тут Тёмный инквизитор? – прищурилась я

По лицу парня скользнула тень досады, и я догадалась, что последние пять минут мне старательно заговаривали зубы. Осознание, что у заущельного нахала это едва не получилось, злило до икоты. Ведь я всегда считала себя очень внимательными и сосредоточенным человеком.

– Минай?

– Да дался тебе этот инквизитор, – буркнул он. – Ну, оговорился. Будущего Тёмного инквизитора не испугает. Так будет точнее. Довольна?

– Нет. Я всё ещё не понимаю, кто такой этот Тёмный инквизитор.

– Да что ж ты такая дотошная? – поморщился Минай. – Вот ты когда академию свою закончишь, кем будешь?

– Зельеваром, – растерялась я.

– Ну вот. А я – Тёмным инквизитором.

– И чем ты будешь заниматься?

– Жить буду. Так же, как и ты. Ты будешь зелья варить, когда заказ получишь, а я на восточную границу ездить, когда там очередная войнушка случится.

– И кого будешь завоёвывать?

– Ты совсем сдурела? Что там завоёвывать? Вулкан с монстрами? Просто тамошние зверюги иногда мигрируют. А они голодные и злые.

– Боевик, значит, – глубокомысленно покачала головой я. – Тогда почему меня выбрал? Я же зельевар.

– А какая разница?

Я не чувствовала себя в настроении рассказывать заущельному недотёпе о системе специализации. Да и часы давно пробили полдень. Наверняка матушка скоро в столовую позовёт, а как изображать влюблённую парочку, мы так и не обсудили. В итоге я махнула на спонтанный допрос рукой и вернулась к более насущным темам. Зря, конечно, но все мы задним умом крепки.

ГЛАВА 6. Бабуля

– Сам хаос не разберёт, как вы там за ущельем живёте. То детей мало, то монстры бегают, – проворчала я. – Взяли бы да переселились все вместе в Империю. Какая разница, как императора зовут? А тут хотя бы звери на людей не бросаются.

– Действительно, и как мы только сами не догадались, – с сарказмом бросил Минай.

Я припомнила обмолвки ректора и тему развивать не стала. Как говорится, у каждого дракона своя попона. Мало ли. Может, они без драки жизни не мыслят. Или у них император злой как цепная собака и никого никуда не пускает. Я мимоходом порадовалась, что родилась всё-таки перед ущельем. Наш император никого не держит – езжай куда хочешь. Находились даже гуляки, которые к оркам переезжали, и ничего. Как по мне, даже лучше. Пусть лучше там с орками отношения выясняют и дубинками меряются, чем здесь воду мутят.

– О чём задумалась? – напомнил о своём присутствии Минай. – Планируешь переезд целого народа?

– Что? – я слегка покраснела. – Нет, конечно, нет. Прикидываю, как тебя с роднёй знакомить.

– А что знакомить? Виделись уже.

– Угу, виделись они. Это ты ещё не виделся. Это ты так, мимо пробежал. А теперь матушка уже поплакала, свой любимый роман о любви перечитала и будет из тебя романтику давить.

– Э… – подобрался парень. – Индира, я на такое не подписывался, мне всего двадцать три…

– Сколько же у вас там учатся? – опешила я. – Впрочем, неважно. Чему вас там учат, если тебе такая дурь в голову пришла?!

– Ну уж точно не романтике, – ухмыльнулся парень.

– Жаль. Тогда ускоренным курсом. Запоминай. Ты меня увидел во дворе академии и влюбился с первого взгляда.

– А ты в меня?

– Угу.

– Значит, я тебе увидел, подошёл и говорю: «Выходи за меня замуж. Кстати, как тебя зовут?»

– Да, ты прав… В такое даже Биль не поверит, не то что матушка. Тогда так: погуляли в роще и влюбились.

– Здесь это называется романтика? – хмыкнул Минай. – Звучит несложно.

– Да не цепляйся к словам, – слегка рассердилась я. – Где ещё, по-твоему, мы могли познакомиться?! Надо точно договориться, в ближайшие два дня тебя об этом раз двадцать расспросят со всем подробностями дяди, тёти, матушка и все кузены поголовно. Даже бабуля явится, можешь не сомневаться, хотя она и редко из своей башни выходит.

– Тут ещё и бабуля есть?

– Уже лет триста есть, а что тебя смущает?

– Ско-олько?! – вытаращился парень.

– А, ну да, – спохватилась я. – Ты же не знаешь. Бабуля Летиция уже не совсем живая.

Минай смотрел на меня как на полоумную, явно решая, всё ли у меня в порядке с головой. Я глубоко вздохнула и постаралась говорить как можно спокойнее:

– Она считает, что не может семью без присмотра оставить. Мы уже привыкли. Только спать иногда мешает – цепями своими звенит, но…

– Так, всё. Я с ума тут с тобой сойду. У тебя нормальные родственники есть?!

– Они все нормальные!

Парень с силой провёл ладонью по лицу и, явно сделав над собой усилие, проговорил:

– Ладно… Понял. Мама, дяди, тёти, кузены и неупокоенная бабушка Лисиция…

– Летиция! – рявкнула я. – Бабушка Ле-ти-ция!

– Хорошо, Летиция. Что я должен им говорить?

– Что любишь меня без памяти, конечно, что же ещё. У нас браки только по любви заключаются – семейная традиция.

– Забавно…

Но что именно Минай посчитал забавным, я выяснить не успела. Сквозь стену проступил полупрозрачный силуэт.

– О юные горячие сердца… – пропела бабуля, мелодично позванивая многочисленными цепочками и ожерельями по моде трёхсотлетней давности. – Как давно это было. Помню…

– О, бабуля! – обрадовалась я. Точнее, хотела обрадоваться, но не успела. Как парень успел развернуться и сформировать плетение, я даже не заметила. Что-то грохнуло, запахло озоном, а на месте моей любимой, хоть и давно почившей бабули вспухла зеленоватая клякса.

– Ди, не шевелись! – рявкнул Минай. – Сейчас я её…

– Что вы себе позволяете, молодой человек?! – бабуля, возмущённо звеня цепями, выглянула из противоположной стены.

– Ах ты, шустрая какая! – ругнулся парень. У него в руках быстро разгоралось новое плетение, и я наконец опомнилась:

– Минай! Стой! Ты что, белены объелся?! – взвыла я.

– Это ты белены объелась! И все твои родственники! – возмутился парень, силясь стряхнуть меня со своего локтя, в который я вцепилась мёртвой хваткой. – Как можно жить в одном доме с привидением?!

– У всех свои недостатки, молодой человек! – парировала бабуля, снова ныряя в стену.

– Хорош недостаток – вампирская сущность! Пусти меня, Ди, пока она тут всех не сожрала!

– За триста лет не сожрала, и теперь не сожрёт! Угомонись! – с натугой просипела я. Силой заущельного мага боги не обидели: удерживала я его с большим трудом. И то, скорее всего, только потому, что кустарника, куда меня можно сунуть, в комнате не было.

– Кстати, а почему не сожрала? – удивился Минай, чуть опустив руки, хотя его взгляд так и метался по стенам в поисках цели.

– Потому что мне вполне хватает общего магического фона, молодой человек, – бабуля предусмотрительно выглядывала из стены только у него за спиной. – Стыдно этого не знать! Чему вас только теперь в академиях учат?!

– Общий магический… Ах, вот оно что! – он опустил руки.

– Всё? Успокоился? – на всякий случай уточнила я.

– А она точно не…

– Точно не.

– И никогда…

– И никогда. Точно. Я уверена. Теперь всё?

– Ну, хорошо, поверю тебе на слово, – с лёгким оттенком недоумения наконец согласился парень. Я осторожно отпустила его рукав.

– Неплохо было бы извиниться, молодой человек, – попеняла бабуля из простенка между окнами. – Тем более раз уж вы собираетесь стать членом моей семьи.

– Я не… – начал было Минай, но вовремя осёкся. – Кхм… Я не владел всей полнотой информации, мадам, прошу прощения. Моя дорогая невеста несколько неточно описала ситуацию. Ночные прогулки, звон цепей, мешающий спать живым…

– Ах, ты! – задохнулась я, сообразив, как виртуозно нахал перевёл стрелки на меня. В общем-то, правильно. Я бабулю лучше знаю, мне с ней и разбираться. Но всё равно нахал же!

А бабуля предсказуемо напустилась уже на меня:

– Дира! Ну сколько можно! Какие цепи?! Это лучшие украшения от императорского ювелира! Что, если я умерла, то должна выглядеть нищенкой?!

– Нет, бабуля, конечно, нет! – защищалась я, поглядывая на вновь развалившегося в кресле парня. Тому ситуация явно доставляла огромное удовольствие: в глазах сверкали смешинки, в уголках губ притаилась улыбка.

«А он ничего… – неожиданно для себя самой подумала я. – И нормальным тоже может быть… А мне-то какая разница?!»

Я тряхнула головой, отгоняя неуместные мысли, и снова посмотрела на недовольную бабушку:

– Бабуль, а ты что-то хотела? Зачем заглянула?

– Хотела? – переспросила она. – Хотела… Это ты хотела! Кто меня звал, а?!

Я вспомнила, как рявкнула на Миная, и мысленно выругалась: ну правильно, позвала.

– Я не звала, бабуль. Это я Минаю про наше семейство рассказывала.

– Как-то ты громко очень рассказывала… Молодой человек страдает тугоухостью?

Подавив мстительное желание ответить «да» и обречь нахала на громогласные возгласы бабули при каждой встрече, я покачала головой:

– Нет, бабуля. Так случайно вышло.

– Ну хорошо. Но ты смотри. Приглядись повнимательнее. Отца будущим детям надо выбирать очень тщательно и все болячки лечить до свадьбы. А то лекари сейчас такие, что могут и залечить, а ты уже на свадьбу потратишься.

Я покраснела, а Минай ухмыльнулся:

– Не волнуйтесь, тисса Летиция. Прежде чем сделать предложение, я прошёл полный целительский контроль.

– Вот! – одобрительно кивнула бабуля. – Учись, Дирочка – молодой человек очень ответственно подходит к этому вопросу.

Она подлетела к Минаю и погладила его по голове. Ледяное прикосновение приятным не бывает, но парень даже не вздрогнул. Я почувствовала определённое уважение. Сама под такой «лаской» визжала дурниной.

– Ну, милуйтесь, дети. Не буду вас смущать, – величественно кивнула бабуля и наконец убралась обратно в стену.

– Фух… – выдохнула я. – Это было близко…

– Да, кстати, Дирочка. По дроге сюда я видела твою матушку. Он просила предать, что если вы не спуститесь через четверть часа, то она сама за вами придёт.

Бабуля исчезла, а мы с Минаем переглянулись: мятая пропылившаяся дорожная одежда, всклокоченные волосы и полный разгром в комнате.

– Маман решит, что мы передрались, – охнула я.

– Не решит, – отозвался парень, окидывая бардак коротким взглядом. – Душ есть?

– Д-да.

– Живо. У тебя пять минут. Я пока тут приберусь.

– А ты?..

– Живо!

Сообразив, что на споры времени нет, я рванула в душевую.

Как оказалось, у меня и на душевую времени не было, но об этом я узнала несколько позже.

***

Быстро смыв дорожную пыль, я вспомнила, что моя сумка с вещами осталась в комнате, а чтобы добраться до комода в спальне, придётся через эту самую комнату и пройти. Лихорадочно соображая, как прикрыть куцым полотенцем все стратегические места, я выбралась на пушистый коврик и слегка оторопела. На полу у двери стояла моя дорожная торба.

«Смотри-ка, какой внимательный!» – удивилась я, мысленно поблагодарив Миная.

Выдернув первые попавшиеся шмотки, я привела себя в порядок. Только волосы пришлось сушить магией. Не люблю это, но выхода не было. Заплела жёсткие пряди в простую косу и вышла в коридор:

– Душ свободен! – хотела была крикнуть я, но вовремя прикусила язык – из гостиной доносились голоса.

Мигом представив, что может наговорить дикий заущельный маг любому из моих, мягко говоря, необычных родственничков, я рванула на звук. Хорошая новость: комната сверкала первозданным порядком и ничем не напоминала о «битве с кровожадным призраком». Плохая новость: напротив Миная восседала моя матушка.

Сглотнув, я шагнула в комнату.

– А, Дирочка! А мы с твоим молодым человеком уже заждались…

– Ну… Пока то, пока сё… – замялась я, лихорадочно соображая, когда они успели заждаться, если я ушла отсюда от силы минут десять назад.

– Ничего страшного, тисса Белана, – вмешался Минай. – Девушкам всегда требуется много времени на уход за внешностью.

– Минай, вы чудо, – засмеялась маман. – Столько понимания к нашим слабостям. Но не буду задерживать. Дира, ты нашла свежие полотенца?

– А? А, да! Конечно, нашла. Сейчас Минаю покажу, – наконец сориентировалась я.

Парень не стал ждать новых намёков. Поднялся, закинул на плечо свою странную, длинную как толстая колбаса сумку и подошёл ко мне. А вот дальнейшее снова загнало меня в ступор. Он вдруг наклонился и мягко поцеловал меня в макушку:

– Мне так нравится, как пахнут твои волосы… Иногда я думаю, что влюбился именно в них…

Пока я хлопала глазами, он подхватил меня под локоть и почти вытащил в коридор.

– Ты чего? – высвободилась я, едва дверь за нами захлопнулась.

– Играю предписанную тобой же роль влюблённого идиота.

– Зачем идиота? – растерялась я.

– Твоя мать раз пять упомянула, что от любви глупеют. Пришлось соответствовать, – пожал плечами Минай.

– Что ты ей наговорил?!

– Ничего сверх того, о чём мы договаривались.

– Но мы ни о чём не успели договориться! – схватилась за голову я.

– Дирочка! – позвала маман. – Полотенца в верхнем ящике. Показать?

– Нет, мам! – преувеличенно бодрым голосом отозвалась я и распахнула дверь в ванную. – Полотенца… ну, ты слышал.

Минай ухмыльнулся, но язвить не стал:

– Понял. И ты это… На левое кресло не садись. За ним иллюзия.

– Какая ещё иллюзия?!

– Дирочка!!

– Иду, мам! – махнув рукой на очередную загадку, я бросилась обратно в комнату. Что бы ни прятал за иллюзией заущелец, моей матушке это видеть явно не стоит. Мало ли, может, он там любимого монстра укрыл или свою мото-громыхайку воткнул. Парни это любят.

Первым делом матушка отчитала меня за то, что не пропустила гостя вперёд в ванную. Не слишком приятно, но хоть стало ясно, с чего она рассказывала Минаю, что от любви глупеют – дочурку выгораживала в меру своего понимания. А вот потом она вдруг рассыпалась в похвалах моему жениху. Он и «заботливый», и «понимающий», и «красивый», и вообще «просто чудо». Я только поддакивать успевала. А что ещё оставалось? Но где-то на периферии сознания уже маячила мысль, что спонтанное решение объявить Миная своим женихом мне ещё аукнется. По крайней мере, маман точно не поймёт, почему я его бросила, такого замечательного, и выспрашивать подробности будет с дотошностью имперских дознавателей.

«Может, удастся его уговорить «бросить» меня?» – тоскливо подумала я, в десятый раз подтверждая мнимые достоинства своего «выбора».

– Кстати, а расскажи, как вы познакомились?