Текст книги "Что такое не везет, или С рогами на выход (СИ)"

Автор книги: Анастасия Миллюр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

– А то, что ты сделал с воротами? Это ведь была печать?

– Тебе показалось! – начал злиться он.

И дальше я говорила только то, что подсказывала мне интуиция.

– И не просто печать. Она ведь исчезнет, как только появятся другие некроманты. Ведь так?

– Хе-хе. Знай наших! – хмыкнул Азя из-за угла.

– Ты... Ты вообще человек?!

– Какая разница?! – рыкнул Сиэн. – Я помог тебе? Помог! Могла бы сказать спасибо, а не лезть туда, где я, очевидно, видеть тебя не хочу! Важно другое. Ради чего мы вообще туда пошли?! Что ты нашла?

Я посмотрела на книжку, которую прижимала к груди. А потом медленно взяла ее в руки, проведя рукой по кожаному черному переплету, усыпанному многочисленными красными символами,  а затем раскрыла ее на первой странице.

– Сиэн... – выдохнула я, глядя во все глаза на строчки текста. – Ты не поверишь... Но, похоже, мы нашли гримуар Севианы Флемио!

Я повернула голову и встретилась взглядом с грордом.

– Ура? – будто бы сомневаясь, сказал он.

И еще какое «ура»!

И что мне теперь делать?!

Глава 17

Стоит ли говорить, что когда я пришла утром на занятие, в меня вперилось больше дюжины укоряющих взглядов. Старательно игнорируя это, я постелила на пыльный стул платочек и, сев, стала протирать поверхность стола. Реакция не заставила долго себя ждать.

– Кэмрин! Я думала, мы заодно! А ты так и не пришла вчера к нам.

– Разве я забрала хоть одну свою вещичку из казармы? – спокойно спросила я Алетту.

Та несколько смутилась.

–Нет.

– Я провела ночь вне общежития, и что с того? Имею я, в конце-то концов, право на личную жизнь?!

И на это мне ответила совсем не ведьмочка, как я того ожидала, а бывшее тело Ази.

– Конечно, имеете, о Ваше Имперское Высочество!

Я нахмурила брови и оглянулась назад, чтобы поймать взгляд студента Каварко.

И чего это я его так официально? Коли уж не самый подходящий момент для знакомства, буду звать его, как сама пожелаю – Диком.

Так вот. Дик смотрел на меня с такой нехилой долей презрения во взгляде.

– Вы только подумайте! Великая и непобедимая Кэмрин Аморано, независимая и злая ведьма, а сама захомутала драконьего принца!

А ну-ка стоп. Придержите коней. Какого еще, к грордовой матери принца?! О пречистый Дэминул, дай мне ума!

На самом деле, даже молиться тут было, собственно, незачем. Все и так понятно.

Либо Дик чего-то напутал, либо каким-то образом узнал, кто такой мой жених. Странно, на самом деле, что я этого не узнала... И был всего один способ выяснить, какое из этих предположений – верное.

– Что ты несешь? – спокойно спросила я, показывая, что меня не впечатлила его жалкая попытка провокации.

– А то, – хмыкнул он.

На лице его цвела самоуверенная лыба, наверное, потому, что позади него стояла кучка ведьмаков, которые похоже оказывали моральную поддержку. Ну-ну. Тем временем ведьмочки потихонечку перешли на мою половину аудитории.

– Разве твой жених не Его Императорское Высочество Валентайн Джейрос Айторэ брат короля Ифровара Его Императорского Величества Луиджи Ромэра Айторэ?

Самоуверенность из улыбки Дика можно было ложками черпать и целую армию ей накормить. В тот момент, его наверняка пронзало такое чувство превосходства, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Не знаю, конечно, что уж он такого оскорбительного нашел в том, что мой жених предположительно драконий принц, но Дика это безмерно радовало в его злорадстве. Хотя... Была еще вероятность, что он ошибся в своем предположении, и мой Валентайн – не принц, ибо, во-первых, мало ли там по империи Валентайнов бродят, а во-вторых, ну не может мне вот так повезти. Просто взять и стать принцессой империи, которой в немалой степени восхищаешься – это не про меня.

Однако, возвращаясь к нашим баранам, а точнее к одному конкретному – Каварко, стоит сказать, что свою самоуверенность он быстро растерял, ровно после моих слов: «Не знаю».

– Что? – его лицо исказилось в удивлении, брови приподнялись, а рот округлился.

– А я не знаю, кто мой суженый. Мне было как-то все равно. Как ты любезно заметил, я – ведьма независимая, мне и без сомнительных женихов проблем хватает.

Грорд, который запрыгнул на стол сразу же, как я его отчистила, хрюкнул в лапку.

– Но...

Договорить ему не дала Дельфина, которая вошла в аудиторию.

– Как я вижу, нам, наконец-то, слава Фейнон, выдали другую аудиторию, – сказала она, переступая порог.

Это послужило сигналом к тому, что пора бы помолчать.

Женщина бодро пересекла аудиторию, выложила свои материалы на стол и повернулась к нам.

– Кто мне скажет, какой сегодня день?

– Солнечный? – выдал какой-то умник с задних рядов.

Улыбка на лице преподавательницы не дрогнула.

– Нет. Конечно, это не входит в рамки нашей дисциплины, но такие основы вы просто обязаны знать. И исходя из вашего молчания, я возьму на себя смелость оторвать двадцать минут от нашего времени, чтобы рассказать вам об этом событии.

Она вздохнула и продолжила.

– Сегодня минуло десять лет, как при загадочных обстоятельствах погиб король Рамивии Ладин Четвертый. До дня своей смерти он правил три года, и за это время успел провести ряд реформ, которые значительно улучшили жизнь ведьм, колдунов и некромантов. Он начал торговлю с темными эльфами из Завирского княжества, более того открыл путь в наше королевство для людей из Туисского княжества. К сожалению, такие нововведения не могли не отразиться на высшем эшелоне власти. В рядах высокопоставленных лордов стали подниматься недовольства, а вскоре после этого с королем случился несчастный случай.

– Вы на что-то намекаете, профессор?

Только спустя мгновение, я осознала, что этот вопрос был произнесен мной. Дельфина пристально на меня посмотрела.

– Нет. Разумеется, нет.

– Это довольно странно, вы словно говорите есть два, знаю «плюс» и три. Вы утверждаете, что не просили нас складывать числа, но мы и так понимаем, что получилось пять.

Лицо Дельфины окаменело.

– Меня радует тот факт, что вы знакомы с принципами арифметики, однако это не имеет никакого отношения к нашей лекции.

– А меня не радует тот факт, что вы говорите нам довольно провокационные вещи, которые могут привести к недовольству существующей властью.

– Я приучаю вас думать, а не слепо проглатывать то, что подносят к вашему рту на золотой ложке.

– Интересная позиция... А подобная концепция учебного плана была одобрена ректором?

– Госпожа Элишто, поддерживает меня в моих взглядах.

В аудитории стояла мертвая тишина. Преподавательница едва удерживала маску хладнокровного спокойствия. Я думала, что несколько перегнула палку, однако в процессе этого вылез вполне любопытный факт. Получается, ректорша против нашего короля? Любопытно...

– Приношу свои глубочайшие извинения. Если данный экскурс входит в учебный план, я не имела никакого права прерывать вас, – я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно искреннее.

Дельфиана едва слышно вздохнула и одернула блузку.

– Вам не за что извинится, как я уже сказала, моя цель – научить вас думать, и то, что у вас возникли возражения показатель того, что я двигаюсь в верном направлении.

 Это, конечно, вряд ли. Маловероятно, что за одну лекцию ты достигла своих целей. Но вот то, что каждый раз ты даешь мне достаточно вкусную пищу для размышлений – не может не радовать.

После того, как инцидент был исчерпан, продолжилась лекция.

Дельфина рассказывала о гонении ведьм около пятисот лет назад, поскольку тогда нас считали приспешниками нечисти, с которой отчаянно боролись. Тема была интересной, и я с удовольствием ее слушала. Правда, грорд, видимо, подобной любознательностью не обладал. Он то и дело зевал, пара его глаз были закрыты, а третий беспрестанно обводил взглядом аудиторию, наверное, пытаясь уцепиться за то, что могло развеселить его. Но попытки его были тщетными, поэтому он снова зевал и осматривался.

По окончании лекции, Дик снова попытался пристать ко мне со своими дурацкими попытками меня задеть, но я его просто игнорировала. У меня было более важное дело. Следующей парой стояло Знаковедение, для которого было нужно зеркало, а оно еще со вчерашнего дня лежало в казарме.

Едва я взяла зеркало в руки, Эвникия показалась на поверхности и принялась читать мне лекцию о том, что я не должна ее оставлять, и мне необходимо всегда носить ее при себе. Я молча выслушала поток ее возмущений и кивнула.

– Выговорилась?

– Да! – обиженно отозвалась Эвникия.

– Ну, вот и прекрасно.

Я аккуратно положила зеркало в сумку и пошла в нужную аудиторию. Грорд, шедший позади, был под впечатлением.

– Госпожа, как вы сообразили, что надо дать ее проораться? Ты ведь даже слова в свое оправдание не сказала и не перебила ее.

– Годы практики, – хмыкнула я. – У меня матушка такая же.

– Ясно... Суровая школа жизни, значит?

– Ну, не то чтобы совсем суровая. Так... Серединка на половинку.

Больше Азя ничего не сказал, да и я молчала.

Тем временем, мы вошли в аудиторию и заняли оставшееся свободным место. Дик ко мне больше не преставал, девчонки сменили гнев на милость, и Линта, как их выдвиженец, подошла ко мне.

– Можно я тут сяду?

– Конечно.

– Ты правда нас не бросила, а просто переночевала в другом месте?

– Да. Я же сказала, что останусь с вами. Значит, так оно и есть.

Девушка помолчала.

– А ты, правда... Принцесса?

Ухмыльнулась.

– А я, правда, не знаю.

К слову об этом, надо сходить в библиотеку попросить историю имперского драконьего рода, а еще все-таки поискать информацию о берегинях, а еще было бы неплохо почитать о Севиане Флемио, ведь Дельфина говорила, что та передала ключ к гримуару своей дочери, но мы ведем свой род от другой ведьмы. Все это было странно.

Из потока мыслей меня вырвал вошедший преподаватель. Если верить расписанию, звали его Лисван Дюпрель. То был высокий, симпатичный ведьмак, в самом расцвете сил. Взгляд только у него был какой-то недружелюбный, а так вполне себе позитивный персонаж.

– Открываем учебник на двадцатой странице.

Ну вот. Ни здрасте вам, ни до свидания. Сразу в корень зрит. Хм, пожалуй, мне нравится.

Я зашуршала страницами учебника и вскоре увидела заголовок: «Трактовка простейших символов».

– Я не буду тратить время на лекции, все, что нужно, вы найдете в этой книге, если информации в ней вам будет недостаточно, я выдам вам разрешение на получение в библиотеке книги повышенного уровня сложности. На моей практике такого еще не случалось. Студенты ленивы, точно мухи осенью. Сразу перейдем к практике. Начнем с простейшего упражнения. Узнайте у вашего зеркало, что вас ждет в ближайшем будущем. Если возникнут проблемы с трактовкой, почитайте учебник, если что-то все равно непонятно, почитайте еще раз, и если после трех прочтений вам все равно не ясно, значит вы – отсталые идиоты. А поскольку идиотизм не лечится, можете позвать меня. В ином случаем меня не беспокоить.

Все это мужчина произнес с каменным лицом, а после того, как закончил сел за стол и принялся что-то читать.

Да, после такого, врядли кому-то захочется позвать его, даже если что-то будет неясно после ста прочтений.

Я достала Эвникию, положила ее перед собой и попыталась сосредоточиться. Азя уселся рядом, с любопытством поглядывая в зеркальную поверхность.

– Что меня ждет в будущем? – тихо спросила я, вглядываясь в глаза Эвникии.

Девушка моргнула, ее изображение исчезло,  и появились три символа.

– Эм, госпожа, советую их записать, – предложил Азя.

Мысль была дельной, и я  поспешила ее осуществить. Едва я закончила дорисовывать последний знак, Эвникия появилась снова.

– Полагаю, самое интересное закончилось. Теперь надо все это расшифровать.

Провозилась я с этим не менее получаса. Символы сами по себе значили одно, в совокупности с другими символами – третье. Важно было их количество, порядок, отношение их к стихии и так далее и тому подобное. Едва картинка складывалась в голове, я находила какое-нибудь замечание, и приходилось все сопоставлять заново. А ведь символов всего-то три!

– Так. Если я правильно все поняла, то получается, что в ближайшем будущем меня ждет... – я еще раз пробежалась взглядом по своим заметкам. – Смерть?!

Глава 18

Из корпуса я вышла под впечатлением. И думаю, это не удивительно. В принципе существует довольно малое количество людей, которые обрадовались бы предсказанию подобному моему. И хотя Азя с Эвникией в один голос утверждали, что я могла напутать значения символов, да и вообще предсказание было довольно абстрактным. Вдруг это не моя смерть, а какого-нибудь пролетающего мимо воробушка.

Но проблема была в том, что чудо-то такое именно моей скромной персоне выпало, а поэтому даже если и умет-то всего воробушек, это как-то на мне отразится. Да и к тому же, я вообще не хочу, что бы кто-то умирал, а уж тем более ни в чем не повинная птичка!

В общем мысли в моей голове крутились самые темные, и наверное их течение как-то отражалось на моем лице, потому что даже Каварко, который уже почти открыл своей мерзко ухмыляющийся рот, внезапно передумал, кинул несколько встревоженный взгляд на меня, развернулся и скрылся в неизвестном направлении.

Ну и правильно. У меня сейчас не было желания отвечать на его дурацкие подколы.

Едва я покинула мрачное, грязное, разваливающее здание и вышла на божий свет, мое настроение потихонечку стало подниматься. Ярко грело солнышко, лаская лицо, дул теплый ветерок, теребя подолы мантии, еще зеленая травка радовала глаза, а пение птичек  заставляло улыбаться.

Азя, заметивший, что я немного повеселела, замолчал. Наверное, боялся, что своей болтовней спугнет мое хорошее настроение. Эвникия тоже из своего зеркала не высовывалась. Мне даже казалось, что она чувствовала себя так, будто накосячила. Это было глупо, конечно. Она же не виновата в том, что мне такое предсказание выпало. Ни сама же посланница его выдумала, в самом деле.

В общем, шли мы в полной тишине, а потому у меня не было и шанса на то, чтобы не расслышать голос Сиэна, который звучал неподалеку. Говорил он приглушенно, и слов было не разобрать. Но мне почему-то стало невероятно важно услышать, что же он говорил, особенно когда я расслышала еще и женский голос.

Тут очень вовремя мне подвернулся раскидистый куст, за которым я и спряталась. Обзор между ветками был превосходный. Я видела все, что нужно и что нет.

Эти двое стояли друг к другу очень близко. Девушка смотрела на Сиэна во все глаза, а тот с незнакомой мне улыбкой говорил ей что-то на ухо. Почти после каждого его слова девица краснела и скромно кивала. Наконец, он закончил говорить, провел носом по ее виску и отстранился. Его пассия была красна точно перезревший томат. Видимо такое сравнение пришло в голову не только мне, потому что Сиэн усмехнулся, коснулся ее щеки и ушел.

Девушка стояла, не двигаясь еще некоторое время, она прижимала ладони к полыхающему лицу и глупо улыбалась.

Я фыркнула и отвернувшись села прямо на землю.

– И спрашивается... Чего они в нем находят?! Что сейчас в моду ботаники вошли? Или их очки, сквозь которые лица не разглядеть, возбуждают?!

Негодование и раздражение, смешанные в моем голосе, сложно было не заметить. Грорд бросил на меня косой взгляд присел рядом, как человек, смешно растопырив задние лапки.

– Не знаю. Ты скажи, госпожа.

Я прищурилась и грозно посмотрела на Азю, который будто ни в чем не бывало, рассматривал свой двигающийся хвост.

– Это почему я должна это сказать?

Грорд раздраженно вздохнул.

– Вот любите же вы люди так себе жизнь усложнять. Чего ж ты врешь-то? Кому ты что-то хочешь доказать? Мы с Эвникией давно поняли, в чем дело, не надо разыгрывать перед нами клыкастого барашка. Влюбилась – так и скажи, чего перегонять из пустого в порожнее?

– Кто влюбилась? Я влюбилась?! – возмутилась его словам.

– А кто? Я что ли за Сиэном слежу и баб его из кроватей гоняю? Если мне все равно, то все равно. А тебе, очевидно, нет. И вообще! Разберитесь там уже у себя!

– С чем?

Он посмотрел на меня, очень по-человечески вздохнул и махнул лапкой.

– А... До вас доходит как до жирафов! Не бери в голову.

И замолчал.

Нет, вы понимаете?

Наговорил мне тут, значит, всякого, и в молчанку! Тоже мне друг называется!

Пока я переваривала полученную информацию, мое укрытие оказалось рассекреченным.

– Кэмрин? Ты чего тут сидишь?

Подняв голову, я увидели Милару. Ту самую ведьму, с которой я познакомилась на церемонии для первокурсников, которая является дочерью Валхары.

– Я?

Осмотрелась, чтобы придумать логичное объяснение, но потто решила не заморачиваться.

– Не важно. А ты чего?

Девушка усмехнулась.

– Иду в библиотеку.

– О, надо же. Мне тоже туда.

– Тогда пойдем. Хватит на сырой земле сидеть, можешь заболеть.

Милара протянула мне руку, которую я с улыбкой приняла.

Нравилась мне эта девушка, вот что ни говори. Была она располагающей к себе. Из нее так и лучилась доброта, но не та, на которую и смотреть не хочется, потому что может святостью ослепить, а та, которая греет, точно лучики солнца – тепло и приятно. Было у нее и чувство юмора, и кроме того, не смотря на то, что жила в богатой семье и была дочерью не последней ведьмы, в ней не было ни капельки чопорности.

Всю дорогу до библиотеки мы молчали. На входе в административный корпус я отсалютовала скелетихе, а та помахала мне рукой, накрашенной моими лаками. Их, конечно, было жалко.

– А тебе зачем в библиотеку? Вам же учебники на парах выдают? – спросила Милара, отворяя дверь.

– Мне нужна информация для расширения кругозора.

– Дополнительно обучение? – уточнила девушка, качая головой. – Надо же, какая старательность.

– Типун тебе на язык! Мне бы с текущими предметами разобраться!

Девушка посмотрела на меня с пониманием.

– А есть какие-то проблемы?

– Не то чтобы очень большие... Просто... Например, знаковедение – это настоящий кошмар.

– У вас его ведет ни Лисван Дюпрель, случаем?

– Он, – кивнула я. – У вас он тоже был?

– Нет. Нам этот предмет декан преподавал, просто я наслышана о нем. Знаешь, я могу дать тебе свои лекции. Приходи за ними сегодня, если хочешь. Мы живем в башне.

– В башне? – с сомнением уточнила я. – И как вы там умещаетесь?

Перед глазами всплыла соответствующая картинка – полуразваленная конструкция, со ступенями, которые держатся на добром слове и завесе из паутины над единственной уцелевшей дверью.

 В глазах Милары заплясали грордики.

– Как ты думаешь, сколько ведьм ежегодно выпускает наша академия?

Вопрос был явно с подвохом.

– Очень мало, да?

– Не больше дюжины. Нас уже среди девочек – семь, а среди мальчиков – восемь. Так что всемером мы вполне умещаемся.

– А как так получается? Неужели стольких отчисляют?

– Кого-то отчисляют, а кто-то уходит сам. Не все готовы жить в таких условиях, как наши.

– Кстати об этом, а как же паутина над дверью. Учти, я через нее не полезу.

– Это у нас такая защитная система, ты просто постучись, и я тебе открою.

– Понятно... Ну спасибо.

Я улыбнулась. А тем временем мы дошли до стола Сан Палыча, который по своему обыкновению что-то перебирал на столе, но почувствовав наше приближение поднял голову.

– Милара, Кэмрин... Добрый день. Чем могу помочь?

Ведьма посмотрела на меня, и я приняла это как знак того, что я  могу начать первой.

– Я бы хотела получить книгу про правящий драконий род.

Улыбка на лице библиотекаря расплылась до ушей.

– Что собственный дракон вас уже не устраивает? На кого повыше заглядываетесь?

Сказал бы это кто-нибудь другой, я бы обиделась, но так я просто хмыкнула.

– Нет. Со своим разбираюсь.

Почувствовала пристальный взгляд, повернулась и посмотрела на Милару, ее брови были приподняты.

– Ты истинная пара дракона, что ли?

Я кивнула.

– Любопытно.

– Не то слово!

Тем временем Сан Палыч нашел для меня книжку и протянул ее через стол.

– Держи. Правда, она на драконьем. Сейчас еще переводчик поищу.

Вот же не было печали...

– А портреты там есть?

– Должны быть! – отозвался мужчина из глубин библиотеки.

Милара, да вознаградит ее Фейнон за тактичность, молчала.

Наконец, я получила вожделенный словарик, и пошла читать.

Логичнее всего было бы открыть, разумеется, с конца. Но меня в принципе всегда интересовал Ифровар, поэтому я не посчитала затруднительным почитать чуть больше одной страницы.

Чтение шло с трудом. С драконьим языком я была знакома едва-едва. Знала только элементарные фразы. Здесь же речь была сложной, поэтому спустя пару страниц, после которых у меня возникло желание вырвать себе глаза, я перелистнула в конец.

Я не верила своим глазам.

На портрете был действительно изображен Валентайн.

О Боги!

Поставив локоть на стол, я уперлась лбом в ладонь.

О Боги!

Мало того, что он напыщенный, самоуверенный, беспринципный хам, который развлекается с девками в свое удовольствие, несмотря на мою боль, так он еще и принц!

Да... Теперь я примерно представляю, почему он такой. Наверное, вокруг него с самого детства все на цыпочках ходили и пылинки сдували. С этим, конечно, будет очень сложно работать. Очень сложно.

Азя, который все это время просто молчал и настолько не выдавал своего присутствия, что я о нем и забыла, запрыгнул на стол и положил мне лапку на спину.

– Не расстраивайся, хозяйка... Уверен, что все не так плохо. Эвникия, подтверди!

Зеркало, болтающее на специально креплении на поясе, что-то проворчало, но оптимистичного исхода не выдало.

– Да ну тебя! – рассердился на нее грорд. – Тебе что, сложно приврать?

Снова невнятно ворчание.

– Э-хе-хе... – вздохнула я.

– Кэмрин?

Услышав голос Сиэна, я быстро захлопнула книгу и, прикрыв рукой ее название, обернулась к парню.

– Чего тебе?

Азя, поняв, мое нежелание показывать сие чтиво некроманту, культурно уселся на него, освобождая тем самым мою руку.

– Да ничего, – усмехнулся он. – Где ночуешь сегодня?

Перед глазами тут же вспыхнул их разговор с той девицей.

– А что кровать самому нужна?! Не переживай. Я ночую  в общежитии.

– Хм... – усмехнулся он шире. – Погоди-ка, что это было? Неужели ревность?

– Губу закатай, пока не наступил на нее! – рыкнула я и отвернулась от него.

– И все же?

Он оперся рукой недалеко от меня и наклонился, заглядывая мне в лицо. Если бы не эти его очки, конечно!

Я елейно улыбнулась.

– Тушку свою из моего личного пространства убери, пожалуйста.

Ноль реакции.

– Сгинь, говорю, болезный! – я отпихнула его и схватила со стола словарь, показывая, что была  очень занята.

– Это что, драконий?

– Не твое дело.

– И зачем тебе драконий язык? Что, думаешь в Ифроваре практику проходить? Или жить там собралась?

– Что в словах «сгинь» и «не твое дело», тебе было не понятно?

– Ладно, злючка-колючка, уже ухожу, – он хмыкнул, поднял руки, будто признавая поражение, и попятился к двери.

Пока он не скрылся, Азя молчал, а потом одарил меня многозначительным взглядом.

– Как ты там говорила? Что-то вроде: «Кто влюблен? Я влюблен? Быть не может!»... Ну-ну.

Я вздохнула.

Да какая мне влюбленность, хухлик ее задери! Я почти замужем, а изменять мне природа истинности не позволит. Поэтому... Об этом лучше не думать вовсе. С глаз долой, из сердца вон... Кажется, это так работает?