Текст книги "Ужасно увлекательная жизнь главной героини (СИ)"
Автор книги: Анастасия Медведева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)
Глава 15. Всё, что было после
– Судя по всему, разговор окончен, – замечает госпожа Кири, входя в помещение спустя несколько минут.
– Вам не кажется, что вы должны пояснить мне за происходящее? – спрашиваю ровным голосом, стоя к ней спиной.
– О чём ты хочешь узнать на этот раз? – с лёгкой усмешкой уточняет госпожа Кири.
– Кое-что никак не укладывается в моей голове… как знание о присутствии Камы в моём доме сочетается с позицией любовницы Девдаса? – разворачиваюсь к ней лицом, встречая заинтересованный взгляд.
– Было бы странно, если бы это укладывалось в твоей прелестной головке, – глава гильдии убийц позволяет себе мягкую улыбку, после чего протягивает руку в сторону столика с чаем, – ты ещё слишком молода, Аша, – замечает она, направляясь в сторону кресла и щелкая пальцем, после чего слуги вносят в комнату ещё одно кресло, ставят с другой стороны от стола стола и выходят за двери, – Молодые уверены, что существует только две основные – и противоположные по своей сути – точки зрения; но сами не замечают, как гнутся во все стороны, словно гибкие деревца… Нельзя быть только хорошим или только плохим. Как нельзя быть преданным чему-то одному или кому-то одному. На самом деле преданным можно быть только себе, всё остальное – вопросы сиюминутного выбора.
Она грациозно опускается в кресло и переводит взгляд на меня, дожидаясь, когда я присоединюсь к ней в чаепитии.
– Ваш чай уже давно остыл, – замечаю негромко.
– Как обидно: он был хорош. Но разве это не вопрос наличия ресурсов – позволить себе обновить чашу? – спрашивает госпожа Кири с вежливой улыбкой, и обе чаши заменяют на новые – после всё того же звонкого щелчка пальцев.
– Почему вы скрываете от владыки знакомство с потомком племени духов? – спрашиваю прямо, когда двери за слугами вновь закрываются.
– Почему же я делаю это?.. – протягивает госпожа Кири, занимаясь обслуживанием своей гостьи… то есть, меня, – Прежде, чем я отвечу на твой вопрос и погружу тебя в глубокие воды негласных правил, окружающих меня и всех женщин Девдаса, позволь вернуться к насущной теме. О чём вы договорились с Камой?
– Ни о чем. Он сбежал, – отвожу взгляд.
– Удивлена, – поднимает брови госпожа Кири, но, встретившись со мной глазами, поясняет, – Кама не выглядит как кто-то, кто может сбежать: он достаточно решителен и уверен в своей правоте. Я не вижу ни одной причины для него уходить от разговора – даже с тобой, прелестный росточек.
– Но он ушел. Даже сбежал. Он выпрыгнул из окна! – с досадой замечаю.
– Что же его так испугало? Или вывело из равновесия...? – госпожа Кири медленно переводит взгляд на моё лицо.
– Не спрашивайте меня. Сегодня за пару минут общения с вами я узнала о нём намного больше, чем за пару месяцев жизни с ним под одной крышей. Я даже не знала о недуге живорожденных нимф!
– Это не недуг: просто они все общаются мыслями. И те нимфы, что рождались естественным путём, не видели необходимости разговаривать вслух, – жмёт плечом госпожа Кири, – другое дело, когда душа нимфы помещалась в новое тело, которое уже привыкло говорить ртом – как в твоем случае…
– Выходит, Кама не немой. Он просто не умеет разговаривать? – удивленно спрашиваю.
– Полагаю, что так, – кивает прекрасная и опасная гейша напротив меня.
– А ваши слова про не созревший плод…
– Ты ведь знаешь, как проходит процесс переселения души, прелестный росточек? – перебивает меня госпожа Кири.
– На могиле нимфы высаживается определённое растение, на котором в течение некоторого времени зреет плод, – отвечаю так расплывчато, как только возможно, понятия не имея, как много информации известно собеседнице, – затем, полагаю, этот плод нужно скормить человеку...
– В таком случае ты уже знаешь ответ на свой не заданный вопрос – твоя мама скормила тебе не дозревший плод. Потому сестра Камы, очнувшись в твоём теле, не помнила ничего и была идеальным белым листом для любых экспериментов.
Слово «эксперименты» неприятно режет ухо, заставляя поморщиться.
Зачем она сделала это?
Чего хотела добиться?..
– Ты знаешь, какое именно растение нужно высадить на могиле нимфы? – невзначай уточняет госпожа Кири.
– Кама не говорил мне об этом, – почему-то решаю соврать, – но разве владыка не в курсе?..
– Территория племени давно заросла сорняками. Узнать, есть ли у нимф шанс возродиться – практически невозможно, – отрезает госпожа Кири.
Итак, они не в курсе, как должно выглядеть Древо.
Но хотят узнать.
Какую ещё информацию я смогу вытянуть?
– Не понимаю, как они могут возродиться?.. – «растерянно» спрашиваю, – Разве владыка не заставил Аниша собрать все души нимф в проклятый клинок? – внимательно смотрю на свою собеседницу.
– Ты полагаешь, задание отыскать убийцу воров артефактов появилось на пустом месте? – госпожа Кири затягивается и выдыхает длинную струю дыма, – Разумеется дворец озабочен проблемой воровства, но куда больше его волнует другой вопрос…
– Как скоро этот убийца попытается выкрасть клинок Аниша и воскресить всех нимф? – решаю не играть в «дурака» или в моем случае – в «дуру».
– Победить Аниша в открытом бою не получится. Как не получится забрать у него проклятой клинок. Но свойства сворованных артефактов наводят на мысли, что у противника Первой Семьи есть план, – кивая своим словам, отзывается госпожа Кири, – и этот план он вынашивает очень давно…
– Это не Кама. Он был в совершенно другой части Галаарда во время последних происшествий, – качаю головой, уловив намёк в произнесенных словах, – а почерк убийцы говорит о его жестокости и непреклонности – вряд ли такой человек стал бы доверять свою миссию кому-то постороннему во время своего отсутствия…
– Я знаю, что это не Кама. Иначе схватила бы его прежде, чем ты пришла в мою башню, прелестный росточек, – покровительственно улыбается госпожа Кири, откладывая трубку и подавая мне чашу с ароматным напитком.
– Почему вы продолжаете звать меня так? Это звучит как вечное напоминание о том, что предыдущая хозяйка тела росла в глиняном горшке! Это не очень приятно! – морщусь, принимая чашу, затем принюхиваясь. Действительно приятный запах…
– И вновь ты ошибаешься, – замечает глава гильдии убийц, разглядывая моё лицо, – я зову тебя так, потому что удивлена и воодушевлена появлением среди молодёжи Галаарда такой интересной и перспективной личности.
– В Галаарде всё так плохо? – поднимаю бровь.
– А ты ещё не заметила? – поднимает бровь любовница Девдаса.
– Я заметила, что детей Великих Домов с любовью ломают в самый важный период их взросления, – произношу сухо, – вот, это действительно… плохо. Но кто я такая, чтобы давать оценку вашим устоявшимся порядкам?
– Ты одна из нас. И, если не ты, то кто ещё даст этому оценку? – отвечает госпожа Кири и вновь глубоко затягивается.
– Что вы имеете в виду? – присматриваюсь к ней.
– Ты чудесным образом избежала посвящения…
– Ни каким не чудесным: меня проткнули мечом, если вы помните, – отстранённо замечаю, перебивая её.
– Как бы то ни было, ты выжила и избежала этого «этапа взросления». А мы через него прошли и больше не можем судить о его необходимости… объективно, – отвечает госпожа Кири и встречается со мной взглядом.
– Даже вы? – переспрашиваю чуть спокойнее.
– Даже я, – как-то до жути не весело улыбается госпожа Кири.
– Что… – хочу задать вопрос «что с вами сделали?», но почему-то осекаюсь.
– Ты спросила меня – как же я могу сочетать в себе знание о присутствии потомка духов в центральном округе с позицией любовницы владыки? – заметив мою заминку, произносит прекрасная гейша, – Теперь я могу ответить тебе.
– Пожалуй, я не хочу об этом знать, – безотчетно отстраняюсь от неё, почувствовав себя неудобно.
– Как думаешь, что я курю? – проигнорировав мои слова, спрашивает глава гильдии убийц.
– Я… я полагаю, что-то вызывающее зависимость, – деликатно отвечаю.
Понятия не имею, какой запах имеет опиум, так что не берусь предсказывать.
– Это не опиум, распространённый в центральном округе силами Святого Храма, – качает головой госпожа Кири, – это нечто куда более опасное для представителя Великих Домов.
– Что может быть опасней опиума и… связи со Святым Храмом?
– Ещё не догадалась? – поднимает брови госпожа Кири.
– Связь с нимфами? – недоверчиво смотрю на неё.
– Забавный факт из биографии любовницы Девдаса – ей понадобилось сильное обезболивающее… на постоянной основе… но такое, чтобы не сказалось на умственных способностях и позволило и дальше вести свою деятельность. Ей пришлось задействовать все свои ресурсы, чтобы найти выход, и она до сих пор не уверена, откуда же пришла та помощь… хотя сейчас я всё больше склоняюсь к одному конкретному варианту, – бросив на меня цепкий взгляд, добавляет госпожа Кири, – это знание тогда спасло мне жизнь. Буквально. Но с добычей необходимого ресурса была большая проблема: данное растение росло на землях племени духов…
– Вы курите… – потрясенно протягиваю.
– Что-то, что выращивали у себя нимфы. Иронично, ты не находишь? С учетом того, что буквально через пару лет наш владыка решил, что племени духов больше не должно существовать – ни в Галаарде, ни в этом мире в принципе. Хорошо, что тот загадочный исполнитель привёз мне росток прежде, чем исчезнуть из центрального округа насовсем.
– Вы выращиваете его у себя? С тех пор? – напряженно смотрю на неё, стараясь не думать о том, что было очевидно.
Потому что в происходящем действительно слишком много иронии. Особенно с учетом желания владыки узнать, какая такая «трава» должна быть высажена на могиле нимфы…
– Верно. У меня просто не было другого выхода: я не имела возможности выбираться из центрального округа или бесконечно направлять в долину своих людей, – кивает госпожа Кири. – Но вот, что интересно – после того, как я стала пользоваться этим способом погасить свою боль, я заметила некоторые изменения в себе и в окружающих… изменения, необъяснимые с точки зрения простого обывателя.
– А какую такую боль вы хотели погасить? – решаю, наконец, задать этот вопрос.
Понимаю, он не тактичный: обезболивающее на постоянной основе для любовницы владыки – всё это неизбежно наводит на неприличные мысли, – однако, я уже привыкла, что "не всё так просто в Галаа…"
– Мне вырезали все органы, связанные с деторождением, – произносит госпожа Кири, глядя мне в глаза, и мой мысленный поток сам по себе прерывается, запнувшись и замолкнув от шока.
– Вам…
– Любовницы владыки не должны зачать в обход его официальной жены. Галаарду не нужны проблемы с наследием власти, – звучит ровный ответ, а я ощущаю, как внутри меня всё сжимается… от какой-то фантомной эмпатической боли.
– Мне очень жаль, госпожа Кири, – произношу в итоге, опустив глаза.
– Не стоит. Думаю, ты способна оценить, какие блага я получила взамен, – безмятежно отмахивается она, но я способна разглядеть настоящие чувства под маской «принятия».
Ей было больно. И, кажется, она до сих пор не простила своего «благодетеля».
– Как… это произошло? В смысле, как он выбрал вас? Владыка? – исправляясь на ходу, задаю интересующий меня вопрос.
– Я сама пришла к нему и предложила себя, – совсем просто отвечает госпожа Кири.
– Вы… – вот тут моё красноречие окончательно даёт сбой, – Но почему?!
– Ох, тогда я не знала, чем мне придётся расплатиться. И это был единственный способ обеспечить безопасность для своей семьи, которая потеряла доверие Первого Дома.
– Как это произошло? – напряженно смотрю на прекрасную пленницу своего положения, стараясь не пропустить ни слова из неожиданного откровения.
– Их было трое. Три подруги, три вольных разума, три свободных сердца: моя старшая сестра, сестра владыки и ещё одна девушка, лицо которой я никогда не успевала рассмотреть… – и вновь я ловлю на себе цепкий взгляд госпожи Кири, всё больше убеждаясь в её подозрениях относительно моей матери, – я не знала, о чём они говорили, собираясь поздними вечерами в нашем доме. Но тогда шла война и тем для долгих разговоров было слишком много. И пусть я не понимала, почему они все встречаются именно в нашем доме – ведь сестра уже была замужем и имела ребёнка! – я не задавала вопросов до тех пор, пока в наш дом не пришла дворцовая стража…
Сестра владыки… та самая «бунтарка», о которой рассказывал Сатиш. Мать Даярамы.
– Что они могли натворить? – удивленно спрашиваю.
– Понятия не имею. Но наш Дом оказался на грани, а наша фамилия начала ассоциироваться с предателями родины. И тогда мне пришлось идти на договор с Первой Семьей.
– Где сейчас ваша сестра? – рассудив, что до сестры Девдаса будет добраться сложнее, решаю выстроить себе определённую траекторию.
Любая информация о моей матери была для меня на вес золота.
– Я не знаю, – слишком резкий ответ… но, кажется, кое-кто хотел, чтобы я в нём усомнилась, – она сбежала из центрального округа, а возможно даже из Галаарда, и с тех пор считается пропавшей без вести, – чуть мягче заканчивает госпожа Кири.
– Они хотели остановить войну? – предполагаю осторожно.
– Они хотели использовать нестабильную ситуацию в Галаарде для проведения каких-то качественных изменений во внутреннем укладе… это всё, что я могу сказать – но даже это лишь мои догадки, – разводит руками госпожа Кири.
– Этот расчленитель с улиц может быть как-то связан с… ними? – решаю уточнить, хоть и не надеюсь ни на какой ответ.
– Я не знаю. Я пытаюсь разобраться в этой ситуации точно так же, как и ты, прелестный росточек, – мягко отвечают мне.
– Прошу прощения за этот вопрос. Но я не могла не задать его с учетом услышанного, – произношу вежливо и принимаю спокойный кивок госпожи Кири: она прекрасно понимала, что вопрос был логичным, – что ж, мой визит забрал у вас слишком много времени. Полагаю, мне следует хорошенько обдумать всё, что я услышала. Однако, прежде, чем уйти, я не могу не спросить вас о своей сестре…
– Она в Святом Храме, это всё, что я знаю, – качает головой госпожа Кири, – у меня нет связей с этой организацией.
– В таком случае… – хочу, было, распрощаться, чтобы попытаться найти Каму до вечера и выяснить всё, что он пытается от меня скрыть, как в дверь раздаётся стук.
– Входите, – мягко произносит госпожа Кири, и слуга с маской на лице бесшумно входит в комнату, и подаёт ей сложенный лист бумаги, – кажется, нам с вами не судьба расстаться: нас ждут во дворце.
– С какой целью? – спрашиваю, удивившись.
Насколько мне известно, меня никто не подгоняет с решением вопроса убийцы воров.
– Владыка нуждается в вашем даре, – встретив мой взгляд, отвечает госпожа Кири.
Моём…?
Твою ж!..
– Эм… мне необходимо переодеться, – нервно находя повод зайти домой за артефактом, произношу и опускаю взгляд на своё платье.
Как же мне повезло, что сейчас я одета «не по чину»!
– В таком случае, нам стоит поторопиться. Владыка не любит ждать, – госпожа Кири поднимается и указывает рукой на дверь.
– Как владыка узнал, где я? – спрашиваю, спускаясь вниз по тайному ходу вслед за главой гильдии убийц.
Размышлять – с чего вдруг мне оказали столько доверия? – было некогда. Радовало уже то, что нас обеих не увидят выходящими из этого здания. Остальное… об остальном я подумаю позже.
Естественно, я не была наивна и не полагала, что всё, что я сегодня услышала – я услышала случайно. Госпожа Кири не из тех, кто будет разбрасываться откровениями налево и направо. Она из тех, кто будет намеренно распространять необходимую для распространения информацию, дабы впоследствии пожинать плоды выгоды.
Искренних в своих проявлениях и открытых людей среди членов Великих Домов нет. Раньше я полагала, что в моём окружении искренний только Кама.
Но после его побега из башни…
– ...Аша? – раздаётся голос госпожи Кири из кареты.
Она что-то говорила? Я всё прослушала, погрузившись в свои мысли. Как глупо....
Любовница Девдаса кивает на сидение рядом с собой, и я послушно забираюсь внутрь, после чего мы трогаемся.
– С учетом того, что Святой Храм по какой-то причине начал распространять опиум по центральному округу, – протягиваю, старательно делая вид, что я вовсе не теряла нить беседы, – можно ли предположить, что они могут иметь отношение и к воровству артефактов? Ведь мы точно знаем, что они хотели захватить месторождение дулаха, принадлежащее нашей семье, а там… – резко осекаюсь, вспомнив, что госпожа Кири не в курсе моих знаний о добыче руды, из которой, собственно, и делают артефакты.
– А там? – переспрашивает она заинтересованно.
– А там… на той нашей единственной встрече с бессмертными монахинями… я услышала, что им нужны средства на строительство храма на границе, – пытаюсь выстроить логическое предложение и не выдать себя, – и они готовы были пойти на всё, лишь бы захватить моё имущество, – уже хочу, было, выдохнуть с облегчением, как вспоминаю, что бессмертные монахини хотели предложить госпоже Кири действовать сообща...
Поднимаю на неё взгляд и очень хочу понять – я вообще могу ей доверять?..
– Разве подобное поведение не демонстрирует определённый настрой Святого Храма действовать решительно? Они преследуют какую-то цель, это точно. Есть ли у вас какие-то мысли по этому поводу? – в итоге, перебрасываю мяч своей собеседнице, освобождая себя от необходимости выкручиваться.
– У меня много мыслей по этому поводу, но тебе лучше о них не знать до вашей встречи: твой взгляд о многом им расскажет, – поясняет госпожа Кири, – так что постарайся выглядеть бесстрастно во дворце. А ещё лучше – будь дружелюбной и ни о чём не подозревающей наследницей Двенадцатого Дома.
– Полагаете, они не догадываются, что меня уже снабдили всей информацией? – недоверчиво хмыкаю.
– Полагаю, что они не будут ожидать увидеть тебя вместе с владыкой, – госпожа Кири поворачивает голову и встречает мой взгляд, – фактор внезапности – одно из наших преимуществ.
Владыка… точно! Я снова встречусь с ним...
Глава 16. Отец
Когда карета останавливается около ворот нашего дома, я замечаю две мужские фигуры на пороге и глубоко вздыхаю.
– Какая интересная реакция на своего жениха, – протягивает госпожа Кири.
– Я не виделась с ним с момента пробуждения, – отзываюсь, дожидаясь, когда передо мной откроют дверцу, – и он явно не удовлетворится быстрым «привет, я ухожу», брошенным по ходу.
– Я могу выйти и объяснить ситуацию, – предлагает госпожа Кири, оставаясь в карете.
– Не стоит, – произношу уверенно и иду к Сатишу и Сандару.
– Аша, где ты была? – озабоченно спрашивает отчим.
– Уходила по делам. А сейчас поеду во дворец, – отвечаю кратко и прохожу в дом, кивнув Сатишу.
– Во дворец? Зачем? И что на тебе надето?! – продолжает обстреливать вопросами Сандар.
– Во дворец – по приглашению владыки. Надето на мне платье, и я заехала его сменить, потому что, естественно, не могу предстать перед владыкой в подобном одеянии, – отвечаю, держа путь к лестнице. – Отец, у меня очень мало времени, так что давайте обо всём поговорим вечером, хорошо?
Не услышав ответа, поднимаюсь наверх и иду в свою спальню; по ходу подзываю Неху:
– Мои распоряжения? – уточняю.
– Выполнены, – склоняет голову управляющая, – запрос на поиск информации отправлен. Список родственников Великих Домов составлен.
– В таком случае… – встречаю её взгляд, подхожу вплотную и шепотом отдаю несколько распоряжений; чувствую, как Неха расслабляется, услышав о моём плане, и кивает, принимая к сведению все требования; отстраняюсь от неё и указываю рукой на спальню, – А сейчас помоги мне быстро одеться для визита во дворец.
– Моя госпожа, для посещения дворца на этот раз вам следует выбрать не праздничное платье, а максимально свободное и легкое, – вдумчиво произносит управляющая, – разрешите принести подобное для вас?
– Поясни? – сведя брови, смотрю на неё.
– Ваша рана, – напоминает она.
Оу. Точно. Моя рана – а точнее её отсутствие.
– Хочешь перебинтовать мою талию? – понятливо уточняю.
– В целях безопасности, – склоняет голову Неха.
Она не задаёт вопросов. Но всегда думает наперёд.
Спасибо моему отцу за такую выучку…
– В таком случае, пойдём, сделаем из меня больную, – хмыкаю и открываю дверь.
Через пару минут в спальню раздаётся стук.
С учетом того, что мой живот уже был скрыт под бинтами, решаю впустить Сатиша внутрь. Всё-таки в нижнем белье он меня уже видел, а выискивать свободную минуту в своём забитом графике на разговор с ним… в общем, проще переговорить во время облачения.
– Войди, – приглашаю и даю знак Нехе, чтобы подавала приготовленное платье.
– Ты… – изумленно выдыхает Сатиш, не ожидавший, что его будут принимать в неглиже, затем отводит взгляд и прикрывает за собой дверь, – Как твоя рана?
– На мне всё быстро заживает, – протягиваю, разворачиваясь к Нехе спиной и облачаясь в новый наряд.
– Аша, мне жаль. Я не знаю, что должен сделать, чтобы получить твоё прощение…
Как минимум – предоставить дополнительную охрану своей невесте. Начать разбирательство на уровне дворца или хотя бы привлечь внимание общественности к тому факту, что наследница Двенадцатого Дома была проткнута мечом на территории Четвертого Дома наследником Восьмого... Я не знаю – вариантов много! Стоит ли продолжать?..
– Сатиш, остановись, – прошу его, – у меня нет времени на это представление. Ты уже с утра обсуждаешь какие-то дела с моим отчимом, не испытывая никаких мук совести ни передо мной, ни перед моей семьей. Так что говори, что хотел: количество моего свободного времени в данный момент крайне ограничено.
– Я отомщу за тебя.
– Вот, только этого не надо, пожалуйста, – закатываю глаза, – это моя рана, – встречаю его взгляд, произнося слова с нажимом, – и мне решать, кто и какую цену будет за неё платить.
– Аша, я твой жених, – сжав кулаки, напоминает Сатиш.
– Временный. Я не давала согласия на наш брак – только на фиктивную помолвку. Про твою сторону в этом вопросе и говорить нечего – ты и сам всё прекрасно знаешь, – закончив с облачением, подхожу к зеркалу и надеваю на голову обруч, принесенный Нехой.
Я уже надевала его на смотрины Лилы в таком виде – и ни у кого из отпрысков Великих Домов не возникло вопроса, что на моей голове делает бесценный артефакт?.. А на встречу делегации я прятала его в волосах, замаскировав под ободок, так что, если у кого-то и появится мысль, то только в связи с его отсутствием на моей голове.
Думаю, проблем не возникнет.
– Ну, и? Я слушаю тебя! – оборачиваюсь на Сатиша, всё ещё ожидая, что он воспользуется своей возможностью.
– Твоя грудь выросла.
Моргаю, потрясенно глядя на господина Седьмого Дома.
– Прости? – переспрашиваю, решив, что ослышалась.
– Она правда увеличилась с того момента, когда я увидел тебя впервые без одежды – кажется, это было во время примерки перед смотринами?.. Ты растёшь, Аша, – отвечает Сатиш с каменным выражением на лице.
Смотрю на него долго – и самым тяжелым взглядом, на который была способна в этот момент. Затем отворачиваюсь к зеркалу, поправляю волосы и молча иду на выход мимо своего жениха.
Он только что сделал свой выбор. И лишился моего доверия.
Одного этот остолоп не просчитал – я пересекусь с отчимом на выходе из дома…
– Какие дела вы обсуждаете с Сатишем, отец? – спрашиваю прямо, спустившись с лестницы.
– Ох, это сейчас не самое важное, Аша… – начинает, было, Сандар.
– Какие. Дела. Вы. Обсуждаете. С Сатишем.
Интонации во время повтора вопроса наводят отчима на мысль, что мне лучше ответить.
– Я планирую продажу нашего рудника Седьмому Дому: он сможет нас защитить в случае…
– НЕМЕДЛЕННО ПРЕКРАТИТЕ! – срываюсь на крик, прерывая его.
– Аша… – Сандар отступает, глядя на меня с изумлением на лице.
Поворачиваюсь к Сатишу, спускавшемуся по лестнице вслед за мной.
– Никаких сделок с Седьмым Домом. Никаких продаж моей собственности в обход меня. Если я услышу, что вы продолжаете обсуждать это дело, я отрекусь от вас публично. От обоих, – предупреждаю, сдерживая гнев внутри.
– Ты была ранена. А у твоего Дома даже не было средств для защиты своей наследницы, – вкладывая силу в каждое произнесенное слово, Сатиш смотрит на меня без какого-либо желания услышать моё мнение.
– Не тебе говорить об этом, друг детства, решивший воспользоваться моей слабостью для получения моего источника дохода, – предупреждение в моём голосе выходит на новый уровень.
И, да, я ему сейчас угрожаю.
– Аша, это источник дохода нашего Дома, – напоминает Сандар, не на шутку взволнованный моим настроем.
– Это наследие моей матери. К вам, отец, оно имеет отношение только до моего совершеннолетия. Но я сейчас поеду во дворец и поставлю вопрос о лишении вас права отцовства – если вы не услышите меня! – сверкнув глазами в его сторону, чеканю с такой прохладой, что отчим в очередной раз отступает от меня.
– Аша… – растерянно отзывается он.
– Всё твоё будет нашим, как и всё моё, – произносит Сатиш напряженным голосом.
– Мне не нужно ничего твоего. И свой Дом я тебе отдавать не намерена, – чеканю по слогам, – Неха!
– Да, моя госпожа, – управляющая тут же подходит ко мне.
– Конфисковать из кабинета отца все бумаги. Опечатать дверь и не выпускать самого господина Сандара из дома до моего возвращения. Господина Сатиша… выпроводить за ворота, – цежу, волком глядя на своего бывшего жениха.
– Я ведь пытаюсь тебе помочь! – бросает мне Сатиш, не желая сдавать позиций.
– Нет, ты помогаешь только себе. Обо мне ты не думаешь – иначе пришёл бы ко мне с утра, а не обсуждал сделку с моим отцом за моей спиной. Такую помощь… оставь при себе. Я в ней не нуждаюсь. Неха! Действуй, – отдаю команду и выхожу из дома, слыша, как за моей спиной вокруг Сатиша собирается охрана по приказу моей управляющей.
– Аша, что ты творишь? – с искренним недоумением восклицает Сандар, – Сатиш – твой друг детства! Он заботится о тебе и о нашем Доме!
– Отец, – останавливаюсь и опускаю голову… пережидаю, пока моего бывшего женишка проведут мимо меня к воротам… и подхожу к отчиму, – если у вас есть хоть какие-то тёплые чувства ко мне, я прошу вас немного напрячься и вспомнить хоть один случай, когда я вредила вам лично или нашей семье в целом. У нас двоих были довольно сложные взаимоотношения, я это понимаю… но вы никогда не были моим врагом. Однако, сейчас вы в буквальном смысле уничтожаете наш дом. И я очень хочу понять, зачем вы это делаете?
– Как только вы поженитесь, всё это… – протягивает, было, Сандар, как я его перебиваю:
– Это моя вина, признаю, – произношу, кивая, затем поднимаю на него взгляд, – я не предупредила вас о том, что наша помолвка – фиктивная.
– Фиктивная? – хмурится отчим.
– Да. Сатишу не позволят жениться на мне. Его семья против этого брака, а его матушка согласилась сделать вид, что согласна – только при условии, что до свадьбы не дойдёт. Так что всё, что сейчас делает Сатиш – он делает только для своей собственной семьи. Ведь недавно они утратили доверие владыки. Их Дому теперь необходимо любыми способами вернуть своё положение. И наше месторождение дулаха в данном случае – настоящий подарок для них… подарок, почти врученный им вашими руками.
– Аша… я не знал, – бледнеет Сандар.
– Поэтому я просила вас заниматься исключительно своим делом и не лезть в мои дела. Общение с Великими Домами… да вы даже представить себе не можете, что это такое! – не выдержав, перехожу на взволнованный шепот, – В первую очередь это небезопасно именно для вас! Разве вы не сделали никаких выводов из моего ранения?! Сатиш не рассказал вам, что это часть посвящения «в свои»? Госпожа Кири не сказала, что все члены Великих Домов проходят через дикий обряд, а потом устраивают его для всех новеньких, кровожадным взглядом следя, чтобы никто не ушёл целым и здоровым?! И ладно я – у меня есть способы справиться даже со смертельной раной, но вы! Как вы собираетесь противостоять им? Как вы защититесь, если меня не будет рядом? Из всего дома только я, Кама и Неха способны выжить при недовольстве кого-то из Великого Дома! Вас же просто растопчут! Так что, прошу, остановитесь!!! У меня нет времени бороться ещё и с вами! Мне нужен хоть один союзник! Хотя бы внутри своего собственного дома!!! – ощутив в руках дрожь от какой-то дикой безысходности, восклицаю приглушенно, но крайне эмоционально.
– Ты так много взвалила на себя, – глаза Сандара вдруг увлажняются, после чего он подходит и обнимает меня, – и всё равно продолжаешь заботиться об этом старике…
– Вы не старик, отец… Вы всё ещё хорошо выглядите… – отзываюсь сконфуженно, ощутив некоторую неловкость во время этих объятий.
– Прости меня за эту инициативу. Я думал, что помогаю, – тихо произносит отчим.
– А я думала, что защищаю вас, когда оберегала вас от лишней информации, – качаю головой, признавая и свою неправоту, – но теперь мы знаем, к чему ведёт такая забота. Отец, – отстраняюсь от него и заглядываю ему в глаза, – я справлюсь со всем, если вы действительно будете мне доверять. Я не оставлю вас. И не приведу к уничтожению наш Дом. Клянусь.
– Хорошо, доченька, – кивает Сандар, не замечая, как расширяются мои глаза от его обращения; а затем поджимает губы, – а Лила…
– Лила сейчас в Святом Храме, – отвечаю поспешно, – и я обещаю, что попытаюсь связаться с ней в ближайшее время.
– Госпожа Кири сказала, что она оказалась в немилости у своего жениха… – отводя взгляд, протягивает Сандар.
– Её жених мерзавец. А Лила – она сильная девочка. И у неё есть план. Поверьте, отец, она не пропадёт. И когда мы окрепнем… мы попытаемся её вернуть, – даю слово, решив этот вопрос окончательно.
Я долго сомневалась – стоит ли мне брать на себя ответственность за сестру? Но теперь не могу позволить себе разбрасываться своей кровью.
Ведь семья – это то единственное, что дано нам изначально. И то единственное, что останется у нас в любом случае. Даже если отношения внутри семьи оставляют желать лучшего…
– Я верю тебе, Аша. И я надеюсь… что ты снова объединишь нашу семью. Кажется, мы захотели откусить больше, чем можем прожевать, – Сандар грустно вздыхает, переводя взгляд на наш дом, – и если ты захочешь остановиться…
– Я уже не смогу остановиться, отец, – говорю, как есть, – в нашем случае только смерть остановит движение. А я умирать не планирую – только не сейчас.
– Могу ли я как-то тебе помочь?
Рассматриваю его лицо, испещренное благородными морщинами, но всё ещё сохранившее остатки прежней привлекательности. Его строгий взгляд смягчился за последние месяцы, мышцы вокруг рта чуть расслабились, и то впечатление непреклонности и категоричности, которое он производил на собеседника, – оно почти сошло на нет.
Если я доверюсь ему…
– Неха введёт вас в курс дела касательно наших планов. Но я должна предупредить – как только вы узнаете обо всём, вы начнёте нести ответственность за все наши последующие действия, связанные с месторождением дулаха. Это может стоить вам жизни, – говорю прямо.
