Текст книги "Пари на попаданку (СИ)"

Автор книги: Анастасия Кольцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

15. Нетривиальные способы спасти магичку

Константин

То, что рассказывает нам Оскальд Романович, преподаватель предмета со странным названием “домоводство”, переворачивает нашу картину мира. И это ещё слабо сказано. Так вот, значит, как всё на самом деле устроено! Вот каким образом наши маги добились всего, что мы сейчас имеем!

Однокурсники воспринимают сказанное преподом как непреложную истину. Им не приходит в голову подвергнуть его слова даже малейшему сомнению. А я… Я всегда ценил в людях силу и талант. И для меня было странно узнать, каким образом общество избавилось от тех, кто мог бы составить достойную конкуренцию нашим лучшим магам.

– Но почему они тогда учатся с нами? – возмущается кто-то из однокурсников. – Если это под запретом, как их допустили? И это же явно не первый раз, когда девушки учатся в академии!

– Да, к сожалению, изредка случаются осечки, – тяжко вздыхает Оскальд Романович. – Но наша система основана не на запрете колдовать редким магичкам, а на более фундаментальных вещах. Нашем братстве, нашем единстве, нашей сплочённости. И если кто-кто не разделяет эти ценности… Что ж, такой маг сам делает свой выбор.

В конце занятия каждый из нас приносит клятву о неразглашении того, что мы сегодня узнали, и, ошарашенные новой информацией, мы покидаем кабинет. Чтобы тут же наткнуться на Окси и Крис, отчаянно пытающихся заставить нас эту клятву нарушить.

Реакцию однокурсников было нетрудно предугадать – к девушкам и раньше относились с опаской, а теперь, зная о том, что на самом деле представляют из себя магички, парни как с цепи срываются.

– Так подставить своих отцов, – еле слышно бурчит кто-то, с ненавистью глядя на Окси и Крис.

– Блондиночка воплощает в себе все мерзкие черты, о которых говорил нам Оскальд Романович, – поддакивает ему товарищ.

А ещё парни почему-то решили, что я непременно разболтаю всё Окси. Моё желание поддержать девушку, которая чувствует себя обделённой и отвергнутой, воспринимается как какое-то предательство. Поэтому я не афиширую, что мы с магичкой собираемся прогулять пару вместе, пропускаю её вперёд, и лишь когда она скрывается из виду, иду следом.

– Что, уже в курсе? – смеются проходящие мимо меня второкурсники. – Живи теперь с этим!

Да уж, согласен. Жить с этой информацией будет непросто.

Когда что-то или кто-то портит мне настроение, у меня есть отличный способ отвлечься от проблем и настроиться на весёлый лад. Поэтому я решаю не изменять себе, и приятно провести время в воздухе с любимым драконом. А ещё со зловредной, опасной, непредсказуемой, но такой симпатичной магичкой.

Я ничего не могу ей рассказать, но обязательно постараюсь разубедить насчёт дальнейших поисков информации о стихийной магии и том, что происходило на домоводстве. Она должна остановиться, иначе… Я могу её потерять.

– Неужели моему Рубину ты тоже не нравишься? – ехидно интересуюсь я, когда Окси на удивление ловко запрыгивает на моего дракона, и обнимает меня со спины. – Смотри, как он сразу заволновался, задёргался, наверное, хочет тебя сбросить!

– А может, это не он заволновался, а ты? – Окси крепче сжимает меня в объятьях.

Я чувствую спиной её формы в облегающем платье, и мне становится немного не по себе. Зачем она так сильно ко мне прижимается? Хм… Может, и прав был Оскальд Романович, когда рассказывал, что магия развращает женщину?

Хотя, с другой стороны, должна же Окси как-то держаться? Поводья в моих руках, а ей и правда ничего не остаётся, как обнимать меня. Как-то я об этом не подумал, когда звал её кататься на Рубине.

Скорость, полёт, свежий морской воздух, бьющий в лицо, шикарный вид на скалы, море и академию – ничто не могло бы поднять мне настроение лучше. Ну разве ещё приятная компания кудрявой магички. Чего бы ни говорил Оскальд Романович, я не считаю её опасной.

Даже с учётом того, что произошло в клетке волакуса. Ну, подумаешь, умеет без волшебной палочки колдовать! Я верю в свои навыки и умения, и в дуэли с Окси обязательно бы победил. Пусть и не с голыми руками, но всё же победил бы.

– Долго мы будем кататься на твоём Рубине? – интересуется магичка, когда мы облетаем весь остров. – У меня уже голова кружится, твой дракон слишком быстрый!

– Неужели совсем не понравилось? – разочарованно спрашиваю я.

Почему-то меня задевает то, что магичка не оценила полёт на Рубине. Прогулка на драконе – это же так круто! А с таким красавчиком, как я – вдвойне круто.

– Ну, полёт ничего так, но с дракона ещё нужно будет как-то слезть, – делится опасениями Окси. – И я на все сто уверена, что когда я сойду на землю, Рубин захочет меня поджечь!

– Ты из-за этого переживаешь? – смеюсь я. – Не волнуйся, я ему этого не позволю.

Но Окси оказывается права: когда Рубин приземляется на одну из скал, и магичка спускается с него, дракон тут же пытается плюнуть в неё огненной струёй.

– Рубин, нет! – кричу я, хлопая дракона по тёмно-красному чешуйчатому боку.

Рубин недовольно поворачивает голову в мою сторону и смотрит крайне осуждающе. Но огненную струю всё же пускает выше кудрявой головы магички.

– Почему все драконы меня так ненавидят? И не только они, волакусу я тоже не очень понравилась? – возмущается Окси, вместо того, чтобы испугаться.

Неудивительно, что все так боятся магичек – на что они способны, если их страх так быстро сменяется гневом?

– Он чувствует твоё отношение, – делюсь я с Окси своими наблюдениями. – Ты относишься к магическим животным как к чему-то необычному, опасному, не принимая их как неотъемлемую часть нашего мира. До академии ты редко общалась с драконами? Иначе я никак не могу объяснить такую твою реакцию на них.

– Ну, мне как бы никто не давал с ними общаться, меня же не собирались отправлять в академию, – кивает Окси. – Но если дело только в принятии, то я постараюсь смириться с их существованием. Надеюсь, ты прав, и это мне поможет. Не хочется быть съеденной или сожжённой!

Магичка подходит к краю скалы и увлечённо смотрит на накатывающие на берег волны. Так, будто видит там что-то, чего не вижу я. Всматриваюсь внимательнее – ничего особенного, море как море. Но Окси так довольно улыбается, что на моём лице тоже появляется улыбка, и я на какое-то время забываю о разговоре, который мне предстоит.

Но магичка сама мне о нём напоминает.

– Так, жизнью я рискнула, на драконе с тобой покаталась. Пришла пора раскрыть мне пару секретиков. Признавайся, что вам такого наговорил мерзкий препод по домоводству?

Я киваю Рубину, приказывая ему вернуться в своё жилище. Дракон взмахивает крыльями и улетает в сторону академии. А я начинаю формулировать фразы, которые совершенно не хотел бы говорить. Но так нужно. Я должен её обезопасить.

– В нашем мире всё устроено… Сложно. И я хочу попросить тебя – не пытайся узнать, что происходит на домоводстве, не пытайся найти информацию о стихийной магии. Это не обернётся для тебя ничем хорошим, – говорю я, строго глядя в синие глаза Окси.

– Почему? – удивлённо вскидывает брови магичка. – Потому что кучка придурков мне это запрещает? И ты почему-то решил к ним присоединиться, чему я совершенно не удивлена…

– Всё совсем не так, ни к кому я не присоединялся! – я недовольно хмурюсь. – Но ты ничего не сможешь сделать! Просто подвергнешь себя опасности! Послушай же, что я тебе говорю!

– Я тебя отлично слышу, можешь не кричать, – Окси скрещивает руки на груди. – И своим поведением ты убедил меня в том, что мне обязательно нужно продолжать моё расследование. Чтобы понять, наконец, что от меня скрывают и что на самом деле здесь творится. Не хочешь говорить – узнаю от кого-то другого.

– Это плохая идея! – вскипаю я. – Я же сказал тебе…

– Ничего ты мне не сказал, хотя обещал. Я думала, ты на моей стороне, но оказалось, что нет. Чао, врунишка!

Рассерженная магичка поворачивается на каблуках и быстро идёт в сторону академии. А я сжимаю кулаки от бессильного гнева – какая же эта Окси упёртая дура! Но ничего, я всё равно помогу ей не влезть в неприятности! Даже если для этого мне придётся лишиться её приятного общества.

Дурная блондинка не понимает, во что ввязывается, и чем ей это грозит. Система, секреты которой магичка хочет узнать, работала на протяжении столетий, и если Окси удастся что-то выяснить и разболтать… Её не пощадят. Поэтому я должен сделать всё, чтобы магичку исключили из академии. Для её же блага.

Я засовываю руки в карманы брюк, и решительно шагаю в сторону Академии. В ближайшее время мне придётся хорошо потрудиться.

Следующая пара посвящена истории магии, особо не развернёшься. Ни опасных животных тебе, ни бурлящих котлов, только несколько длинных столов, за которыми мы сидим и слушаем лекцию о прославленном маге Святославе Чёрном.

Андрей Васильевич, как и большинство преподов академии, седовласый, умудрённый годами и жизненным опытом. Помешанный на своём предмете, так что я не теряю надежды подставить Окси и разозлить его.

Когда Андрей Васильевич раздаёт нам старинные свитки с первым упоминанием подвигов Святослава, я жду, когда препод отвернётся, направляю волшебную палочку на свиток Окси и поджигаю его.

Почуявший запах дыма старик бросает разгневанный взгляд в сторону магички, но не успевает ничего сделать – свиток на его глазах превращается в пепел.

– Это не я! Я даже не прикасалась к волшебной палочке, вот она лежит! Это сделал Константин! – начинает оправдываться возмущённая Окси.

– Ничего Конс не делал, она сама свой свиток подожгла, – приходит ко мне на помощь парень, сидящий за длинным столом слева от Окси.

– Да, она сама, – подтверждают все остальные однокурсники.

– Они врут, ничего она не поджигала! – начинает оправдывать подругу Крис, но Андрей Васильевич, разумеется, не верит.

– Знаю-знаю, что вам для колдовства волшебная палочка не нужна, можете даже не рассказывать, что не прикасались к ней, – строго говорит преподаватель Окси. – Напоминаю, что стихийная магия – очень опасная вещь! Как вам пришло в голову использовать её на моём занятии!

– Да не использовала я её! И свиток ваш не поджигала! Я что, идиотка, уничтожать старинные реликвии! – в голосе Окси звучит праведный гнев.

А потом она оборачивается и одаривает меня убийственным взглядом. Мне аж не по себе становится – это сейчас она мне ничего не сделает, а вот после занятия… Она же и правда стихийной магией владеет! Эх, тяжело быть добрым, заботливым человеком.

– Ну, к вашему счастью, это не старинная реликвия, а её копия, – хитро улыбается препод.

Направляет волшебную палочку на свиток в руках Крис, что-то бессвязно шепчет, и из свитка Крис выскакивает его идеальный дубликат.

– Возьмите, и больше ничего не сжигайте, – говорит Андрей Васильевич Окси и возвращается к теме лекции.

А я разочарованно смотрю на свиток в своих руках, оказавшийся просто дубликатом. Это надо же было так ни за что ни про что подставиться и раскрыть магичке все свои карты!

На перемене, несмотря на все мои старания по избеганию кудрявой, она вылавливает меня и прижимает к стенке коридора. Волшебная палочка Окси утыкается мне в грудь, и я понимаю, что дела плохо.

– Что задумал? Хочешь меня подставить? Дискредитировать перед преподами? – сердито шипит на меня магичка. – А поначалу казался таким милым… Я даже подумала, что ты не такой, как все остальные придурки!

– Если бы хотел – сдал бы тебя, когда ты проникла в библиотеку, – насмешливо улыбаюсь я. – А это так, просто маленькая месть за твою грубость. Ты же и сейчас мне грубишь, верно? Ещё и к стенке прижала, волшебной палочкой угрожаешь… Нехорошо.

– А ну-ка, оставь его в покое! – к нам подбегают однокурсники с волшебными палочками наперевес. – Отойди от него, иначе пожалеешь!

– Забирайте своего беззащитного мальчика, – Окси неспешно убирает свою палочку в складки платья, окидывая меня презрительным взглядом. – И приглядывайте за ним получше – вдруг кто обидеть захочет.

Я провожаю взглядом уходящую вдаль по коридору магичку, и внезапно мне в глаза бросается прогуливающаяся по коридору странная парочка. Мужиковатая подруга Окси, а с ней… Лиам! Это ещё что такое? С каких пор он так с ней сдружился?

Когда розововолосая, наконец, променивает Лиама на Окси, я тут же подхожу к другу, чтобы прояснить ситуацию.

– Конс, неужели ты забыл? Наше пари, – смеётся Лиам. – Я решил, что путь к сердцу Окси лежит через страстную любовь ко мне её подруги. Знаешь, женщины ведь такие сплетницы… Когда Крис расскажет Окси, какой я потрясающий любовник, у меня появится шанс на ваших драконов.

– Ты серьёзно? – я закатываю глаза. – Я уже думал, что ты успокоился.

– Ну да, конечно! Успокоюсь я, когда ты так активно подбиваешь клинья к нашей магичке! – подмигивает эльфёнок. – Нет уж, я воспользуюсь вашей так вовремя случившейся ссорой и завоюю её сердце!

– А как вообще Крис тебя к себе подпустила, завоеватель? – решаю я уточнить интересующий меня вопрос. – Насколько понимаю, ты тоже ей ничего не рассказал о том, что происходило на домоводстве. Почему она так мило с тобой общается, и даже не ненавидит за скрытность?

– О том, что на домоводстве происходило, не рассказал. Но упомянул о том, что нахожусь под непреложной клятвой, так что при всём желании ни о чём не проболтаюсь.

Непреложная клятва? Я недовольно хмурюсь. Я что-то пропустил?

– Ба, Конс, ты меня разочаровываешь! – от Лиама не укрывается моё замешательство. – Неужели ты не понял, что мы в принципе не сможем раскрыть существам женского пола секрет магического мира? Когда мы приносили клятву, Оскальд Романович направлял на нас волшебную палочку и шептал заклинание, делая наши обещания непреложными. Удивлён, что ты этого не заметил.

– Блин! И о чём я в тот момент думал… – разочарованно протягиваю я.

В моей голове возникает картина, как я говорю Окси, что при всём желании ничего не смогу ей рассказать о произошедшем на домоводстве, она это принимает, и мы продолжаем общаться. Но сделанного не воротишь, отношения с магичкой уже испорчены, так что стоит довести начатое до конца.

Лиам и Елисей, конечно, будут страдать, когда Окси выпрут из академии, ведь им так и не удастся завершить пари. Но ничего, они сильные, они это переживут.

Теперь, когда Окси в курсе моих поползновений, подставить её становится куда труднее. На паре по повседневным заклинаниям, где мы изучаем создание утреннего кофе, я планирую устроить из чашки магички небольшое извержение горячего напитка, но внимательная Окси сразу же замечает направленную в её сторону волшебную палочку.

– Ай! – вскрикиваю я от неожиданности, когда палочка вылетает из моих рук.

Что ж, Окси отлично освоила заклинание, которым Лиам разоружил её во время нашей встречи в магазине, молодец. Вот только это здорово усложняет мне задачу по её спасению от её же собственного любопытства.

На паре по магической математике я вновь пытаюсь провернуть поджог, но на этот раз меня останавливает подружка Окси, и моя волшебная палочка вновь летит куда-то в угол кабинета.

Понимающие однокурсники замечают мою проблему и обещают на следующий день помочь разобраться со строптивой магичкой. Я беру с них обещание не причинять Окси вреда, а только подставить её, и со спокойной душой отправляюсь отдыхать от учёбы.

Перед сном меня гложет мысль о том, что я поступаю ничуть не лучше магов, действия которых осуждаю, но я успокаиваю себя тем, что делаю это из благих побуждений. Моя совесть успокаивается, и я проваливаюсь в глубокий сон.

– Конс! Вставай! Мы проспали! – будит меня встревоженный голос Лиама. – Я вчера забыл поставить наш магический будильник!

– Потому что допоздна гулял с розововолосой, – недовольно бурчит Елисей. – Если бы не объявление ректора, вообще проспали бы до обеда!

– Объявление ректора? – я сажусь на кровати. – Не слышал, что он сказал?

– Что через десять минут ждёт всех в пиршественном зале. Думаю, назовёт имена участников турнира на Кубок Академии, – Лиам кидает в меня моими брюками. – Давай скорее, мы не можем это пропустить!

Когда мы с друзьями, по-быстрому собравшись, заходим в пиршественный зал, там уже полно студентов, да и все преподаватели во главе с ректором в сборе. Только мы успеваем занять три с трудом обнаруженных за столом свободных места, как ректор Огнев поднимается, чтобы сделать объявление.

– Дорогие студенты! – громогласно, на всю академию приветствует нас Огнев. – На протяжении нескольких дней наш дорогой гость Светоч изучал ваш магический потенциал, и, наконец, вынес свой вердикт. Пятеро из вас оказались достойными участия в турнире на Кубок Академии, и сейчас я с гордостью назову вам их имена.

Все в зале замирают – становится так тихо, что слышно, как чистят свои пёрышки наши фамильяры. Вся академия в предвкушении имён счастливчиков, которые удостоились внимания магической птицы, сидящей сейчас на плече ректора.

– Ни для кого не секрет, что чаще всего Светоч выбирает студентов старших курсов, – Огнев гладит птицу по голове. – Этот раз тоже не стал исключением. Александр Добровольский, Николай Драконов и Теодор Багринцев с нами последний год, и, прежде чем нас покинуть, с радостью покажут, чему успели научиться. Молодые люди, поднимайтесь к нам!

Трое старшекурсников, среди которых желтоглазый Тео, жертва волакуса, поднимаются на возвышение во главе стола и встают возле ректора.

– Смотри, волшебную палочку не потеряй! – кричит кто-то Тео, но натыкается на строгий взгляд Огнева и замолкает.

– Этот год преподнёс нашей академии немало сюрпризов, и одним из них стало то, что в битве за кубок примут участие целых двое первокурсников, – произносит Огнев слова, которых я так ждал.

Да! Наверняка один из тех первокурсников – именно я! А второй – Лиам или Елисей. Я замедляю дыхание и начинаю ждать, когда ректор назовёт моё имя…

16. Неожиданная опасность

Оксана

– Не знаешь, почему Никон Борисович внезапно стал таким душкой? – интересуется у меня Крис, когда проходит половина пары, а Никон Борисович так и не запирает нас в клетке с каким-нибудь агрессивным животным. – Да ещё и гадости не говорит… Вообще на него не похоже!

– Считай, что ему сделали внушение, – усмехаюсь я, вспоминая разговор с Павлом Семёновичем.

Ректор не обманул – Никон Борисович и правда стал как шёлковый.

Невинно полюбовавшись через прутья клетки на обитающего в лесах огненного лемура и послушав вполне себе адекватную лекцию о его повадках, мы начинаем задавать уточняющие вопросы по теме занятия, как вдруг нас прерывает голос ректора.

Огнев говорит, что после пары нам нужно собраться в пиршественной зале, и глаза моих однокурсников загораются.

– Наконец-то объявят участников турнира, – восторженно перешёптываются парни.

– Наивные, надеются, что их возьмут, – смеётся Крис, когда после звонка с пары мы идём слушать объявление Огнева. – Всем известно – первокурсников на турнире никто не ждёт.

Уже усевшись за стол в пиршественной зале, я замечаю выискивающих себе места Конса, Лиама и Елисея. О как – первую пару прогуляли, но на объявление результатов отбора всё же решили явиться. Не иначе, что надеются услышать свои имена, заносчивые засранцы.

Когда Огнев называет имена трёх старшекурсников и объявляет, что среди выбранных Светочем целых двое студентов первого курса, я вижу, как напрягается сидящий за противоположной стороной стола Конс. Улыбаюсь его волнению – сама я абсолютно не переживаю, потому что ни малейшего желания участвовать в турнире у меня нет. Тут бы со своими проблемами разобраться!

– И первым первокурсником, выбранным Светочем становится… – Павел Семёнович выдерживает театральную паузу. – Оксана Искра!

Боже, что тут начинается! Моё имя производит эффект разорвавшейся бомбы. Студенты вскакивают со своих мест, начинают возмущённо свистеть и выкрикивать оскорбления в мою сторону.

– Первокурсница, да ещё и девчонка! Нужно пересмотреть итоги отбора!

– Это нечестно! Она отнимает место достойного мага!

– У неё есть стихийная магия, и наверняка она жульничала!

– А ну-ка, все сели на свои места! – ректор Огнев метает взглядом громы и молнии. – Выбор Светоча не обсуждается! Оксана становится первой в истории академии девушкой, выбранной для участия в турнире, имейте уважение к её способностям, ведь магическая птица выбирает только лучших!

Под ненавистными и завистливыми взглядами студентов Крис радостно обнимает меня, а я до сих пор не верю в произошедшее. Первокурсников, отобранный на турнир, можно по пальцам одной руки посчитать, и я – среди них? За что мне это! Парни и так не пылают ко мне любовь, а тут ещё это…

– Поздравляю. Рад за тебя, – доносится с противоположной стороны стола.

Конс? Неужели надменный самодовольный мальчишка удосужился меня поздравить? Ловлю одобрительный взгляд его карих глаз и совершенно перестаю его понимать. Только вчера хотел меня подставить, а сегодня единственный из парней меня поддерживает, хотя, возможно, я занимаю место, которое он так сильно хочет заполучить.

У него что, биполярное расстройство? А может, раздвоение личности? Эх, жил бы он в моём мире, сводила бы его к психиатру, а так остаётся только гадать, что с этим парнем не так.

– Спасибо, – холодно бросаю я Консу и перестаю смотреть в его сторону.

Больно много чести – желанием общаться с однокурсником после его подстав я не горю. Тем временем Павел Семёнович окидывает суровым взглядом замолкнувших студентов, и объявляет последнее имя.

– Константин Златов! – гремит голос ректора, и Конс с восторженным воплем подскакивает со своего места.

Однокурсники начинают горячо его поздравлять, и я брезгливо морщусь – моему отбору они почему-то так не радовались.

– Оксана, Константин, присоединяйтесь к остальным участникам турнира, – ректор делает пригласительный жест. – Студенты, поприветствуйте наших самых юных участников!

Под сдержанные аплодисменты мы с Консом поднимаемся на возвышение и встаём возле снисходительно смотрящих на нас старшекурсников.

– Ничего, мы им ещё покажем, – тихо шепчет мне Конс, и уголки моих губ приподнимаются в невольной улыбке.

Но я тут же одёргиваю себя: мы не союзники, мы соперники. И если вчера он хотел меня подставить, то сегодня, когда знает, что я буду стоять на его пути к Кубку Академии, наверняка усилит свои старания. А может, он и вчера об этом знал? Узнал итоги заранее…

– По традиции Кубок Академии проходит в конце учебного года, но этот год станет исключением, говорит тем временем ректор. – В конце мая внимание наших граждан будет приковано к переизбранию министров, поэтому турнир будет проведён намного раньше... Уже в следующем месяце!

Студенты встречают эту новость бурными аплодисментами и звёздами в потолок академии, а улыбки моих соперников со старших курсов становятся ещё более самодовольными. Тут и к гадалке не ходи – надеятся, что первокурсники не успеют хорошо подготовиться, тогда как у них за плечами несколько лет учёбы.

– Каждый участник турнира должен будет выбрать себе напарника, который будет помогать в прохождении испытаний. Имя напарника нужно объявить сегодня до двух часов дня, – даёт ректор последние указания. – Ещё раз поздравляю наших претендентов на Кубок Академии, о мероприятиях по подготовке к турниру вы будете уведомлены лично. Благодарю Светоча за ежегодную помощь в отборе талантливых студентов. Наш друг помог нам и улетает в родные горы Небиструса. Попрощайтесь с ним!

Студенты одаривают птицу звёздами из волшебных палочек, та делает прощальный круг под потолком и вылетает в открытое окно. Явно довольный отбытием Светоча фамильяр ректора Феликс занимает своё место на плече хозяина и окидывает залу горделивым взглядом. Он снова важен и значим!

– Можете расходиться по своим кабинетам! – объявляет ректор, и почему-то бросает на меня встревоженный взгляд.

К чему бы это он? Но думать о тревогах ректора мне некогда, ведь я должна сделать внушение своему новоявленному сопернику. Выйдя из залы, я, по доброй традиции отлавливаю Конса и приставляю волшебную палочку к его груди.

Однокурсник даже не пытается сопротивляться, только тяжко вздыхает и закатывает глаза.

– Теперь я понимаю, почему ты так сильно хотел меня подставить. Наверное, как-то заранее узнал, что мы соперники, и решил от меня избавиться. Если ещё раз попытаешься такое провернуть – все узнают о твоём неспортивном поведении. Уяснил?

– Да не собираюсь я тебя подставлять! – недовольно хмурится Конс. – И о результатах отбора я заранее не знал. А тот поджог твоего свитка… Эта была просто неудачная шутка.

– И ещё несколько раз, которые мы пресекли с Крис, тоже были неудачной шуткой?

– Что поделать, весёлый я человек, – разводит руками Конс.

Но я ни капли ему не верю. Ух, сейчас он у меня получит!

– Окси, постой, оставь его в покое, у нас есть дела поважнее, – меня хватает за плечо Крис. – Лайма с письмом вернулась! И говорит, Тимошка тоже прилетел, но задерживается где-то на кухне академии.

Я нехотя прячу волшебную палочку в складки платья. Вот только вместо того, чтобы спасаться бегством, Конс продолжает свои козни.

– Мы оба с первого курса, и должны держаться вместе, так что давай закопаем топор войны, – предлагает однокурсник.

– Это индивидуальное испытание, и твоя помощь Окси не понадобится, – недовольно усмехается Крис. – Сама как-нибудь справится!

– Я так понимаю, ты будешь её напарницей, – к нам присоединяется Лиам. – Я буду в аналогичной роли поддерживать Конса, так что нам и правда лучше подружиться. Старшекурсники вам совсем не рады, и вчерашние шалости Конса – цветочки по сравнению с тем, что может устроить вам эта троица. А ещё все остальные, недовольные тем, что выбрали вас, а не их.

– Нам не привыкать, – огрызаюсь я. – Если вы не заметили, на нас весь наш курс косо смотрит!

– Больше не будет, – уверенно говорит Конс. – Я объясню им, что стоит относиться к участнице турнира с уважением.

– То есть до этого можно было не уважать? – я возмущённо приподнимаю бровь. – И почему все так зациклены на этом дурацком турнире!

Пререкаться с Консом, конечно, дело занятное, но пора читать письма, поэтому мы с Крис бросаем парней, и направляемся на балкон. Лайма уже сидит на плече своей хозяйки, освобождённая от привязанного к её лапке письма с сургучной печатью, и я начинаю вертеть головой, высматривая Тимошку.

Долго искать не приходится – вот же он, летит над головами студентов, отягощённый палкой копчёной колбасы, которую держит в зубах.

– Тимошка! Почему же ты так долго! Я тебя ещё вчера ждала! – радостно кричу я, хватая своего кота и отнимая у него колбасу, явно приобретённую незаконным способом. – Ну же, рассказывай, почему так долго?

– Когда Доротея получила твоё послание, мы с ней прошли через портал и отправились к твоим родителям, чтобы убедиться, что у них всё в порядке, – Тимошка хищно смотрит на колбасу. – А дальше… Лучше прочитай письмо, твоя бабушка обо всём подробно рассказала.

Я отвязываю от лапы Тимошки свёрнутый в трубочку пергамент, и мы с Крис садимся на лавочку на балконе. Начинаем с письма, принесённого Лаймой. Подруга ломает печать, и дрожащим голосом читает вслух ответ из Министерства безопасности.

В нём уведомляют, что преступление, в котором подозревается отец Крис, накладывает запрет на переписку.

– Мой отец не преступник! – подруга в гневе комкает пергамент. – И что это за проступок такой, что ему нельзя общаться с собственной дочерью? Это какой-то бред, какой-то абсурд! Давай, открывай скорее своё письмо, убедимся, что с твоими родителями всё в порядке.

Я откладываю колбасу, разворачиваю письмо и читаю его вслух. Новости тревожные и совершенно для меня неожиданные. Доротея пишет, что в дом родителей пришли сотрудники Министерства безопасности, и арестовали моего отца. В чём обвиняется – неизвестно, переписка с ним, как и с отцом Крис, запрещена.

– Не нужно быть гением, чтобы догадаться, что эти аресты связаны с нашим поступлением в академию, – подруга незаметно смахивает с глаз слёзы. – Напиши бабушке ответное письмо, спроси, случилось ли что-то с её отцом, когда в академию поступила она.

Я дочитываю письмо от Доротеи, узнаю, что бабушка до сих пор в доме моих родителей, поддерживает маму и Алекса. Значит, Тимошке придётся потратить на дорогу чуть больше времени.

Не обращая внимания на поглощающего колбасу фамильяра, я достаю из сумки пергамент и быстро записываю интересующие нас с Крис вопросы. Отняв у крайне недовольного моим поведением Тимошки остатки колбасы, я привязываю к его лапе письмо и отправляю в дом родителей Окси.

– Оксаночка, это возмутительно! Я только прилетел! – недовольно топорщит усы Тимошка. – Мне полагается хотя бы день отдыха!

– Тимошка, миленький, времени нет, вопрос жизни и смерти, нужно срочно лететь. Можешь взять с собой колбасу, – уговариваю я фамильяра. – Поешь где-нибудь по дороге.

– Ладно, так и быть, – Тимошка вцепляется в страстно любимую им колбасу, поэтому дальнейшая его речь больше похожа на довольное урчание.

Мы с Крис машем моему фамильяру с балкона, и в расстроенных чувствах идём на вторую пару. В отличие от Крис я не привязана к отцу, он для меня – просто незнакомец, но тревога за его судьбу всё равно накрывает меня с головой. Если его забрали из-за меня и моей внезапно проявившейся магии… Как я буду с этим жить?

– Что-то случилось? – на паре по истории магии к моей убитой горем подруге подсаживается Лиам. – На тебе лица нет!

Я ожидаю, что Крис грубо пошлёт назойливого блондина, но, судя по всему, горе настолько ослабило девушку, что она лишь неопределённо пожимает плечами. Лиам воспринимает это как молчаливое приглашение к беседе, присаживается Крис на уши и начинает травить байки.

Я облегчённо вздыхаю – на самых смешных моментах подруга даже слегка улыбается, а это значит, что она не сдаётся и готова к борьбе. Преподаватель делает блондину замечание, после которого тот ненадолго умолкает, но потом снова принимается за своё. Вот и хорошо, Крис нужно отвлечься от грустных мыслей.

Перекусив на большом обеденном перерыве, я тихонько оставляю парочку наслаждаться обществом друг друга и покидаю здание академии. Хочется подышать свежим воздухом, побыть одной, подумать над всем происходящим, поэтому я начинаю неспешно гулять между цветниками, деревьями, и лабиринтами из кустарников.

Сады, где я провожу время, тянутся достаточно далеко – вокруг всего здания академии, и к высоким скалам, омываемым морскими волнами. Задумавшись, я не замечаю, как дохожу до последнего из лабиринтов, расположенного почти вплотную к скалистому обрыву, где мы вчера стояли с Консом.

До следующей пары осталось не так много времени, поэтому я решаю прогуляться по лабиринту, и выдвигаться обратно в сторону академии. Прикоснувшись к приятным на ощупь аккуратно остриженным высоким кустарникам, из которых состоят стены лабиринта, я шагаю в его глубину и поворачиваю направо. Потом налево, потом снова направо… Хочу заблудиться и попробовать выбраться.