Текст книги "Тайное желание злодейки (СИ)"

Автор книги: Анастасия Гудкова

Соавторы: Лада Орфеева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)

Глава 21

Я уставилась на мужчину, потом перевела взгляд на кровавое пятно, расползающееся по неуместно белой рубашке, прикусила губу, стараясь справиться с волнением.

– Никуда не уходи, – пробормотала я, вскакивая и ныряя обратно в экипаж, бурча себе под нос. – Разбойников раскидал, себя продырявил, возницу напугал… прекрасное начало поездки.

Внутри экипажа все было перевёрнуто вверх дном, видимо, разбойники искали чем поживиться. Сумки валялись на полу, подушки съехали следом за багажом, зато где-то в углу, среди одеял и вконец испорченного плаща, я нащупала заветную бутыль с водой.

– Нашла, – воскликнула я и выскочила наружу, прижимая бутыль к груди так, будто это был какой-то особенный королевский артефакт, а не обычная пресная вода.

Ардаррен сидел, опершись спиной о колесо, изо всех сил стараясь казаться бодрым. Как будто ему было совсем небольно, а присел он просто так, отдохнуть.

– Не двигайся, – скомандовала я, опускаясь рядом.

– Я и не планировал…, – хрипло ответил он.

– Ну хоть сейчас в тебе здравый смысл проснулся, – фыркнула я, откручивая пробку. – Это ж надо, броситься в драку в одиночку!

Я осторожно приподняла ткань его рубашки, и Ардаррен тотчас зашипел, стиснув зубы от боли. Рана была глубокой и неприятной: длинный порез, уже успевший щедро окрасить ткань.

– Красота-то какая, – буркнула я, стараясь скрыть волнение. Как-то прежде мне не приходилось оказывать первую помощь в полевых условиях.

Я сделала глубокий вдох и решительно плеснула водой на рану. Мужчина резко втянул воздух, сквозь зубы, как человек, который привык терпеть боль молча.

– Терпи, – буркнула я, стараясь не думать о том, что его плечо под моими пальцами оказалось неожиданно крепким, даже несмотря рану. – Я не целительница, но очень стараюсь.

Вода стекала по его телу, смывая кровь и дорожную пыль, и я наклонилась ближе, чтобы лучше рассмотреть порез. Рана была длинной, но моими стараниями чистой, опасной скорее своей глубиной, чем протяженностью. Я осторожно отвела ткань рубашки, стараясь действовать быстро и аккуратно, хотя пальцы вдруг перестали слушаться и предательски дрожали.

– Ты, – пробормотала я, сосредоточенно глядя на рану, – имеешь весьма странную привычку вступать в бой в одиночку. Это, знаешь ли, уменьшает твои шансы куда-то доехать целым.

Ардаррен едва заметно усмехнулся, но ничего не сказал. Я снова плеснула немного воды, и он вновь коротко вдохнул. На мгновение мне показалось, что мужчина отстранится, но он лишь напрягся и замер, позволяя мне делать то, что я, прожившая всю жизнь в мире, где есть бактерицидный пластырь и перекись водорода, делать вовсе не умела.

В какой-то момент я случайно коснулась края раны, и дознаватель рвано выдохнул. Испуганная, я склонилась над ним и сделала то, что казалось мне самым логичным: подула на порез, стараясь приглушить боль.

– Лира, – хрипло позвал мужчина. – Что ты делаешь?

– Заклинание заживления нашептываю, – смущенно соврала я.

Я неуклюже перевязала рану рубашкой Ардаррена, несколько раз перепутав, в какую сторону завязывать узел, один раз едва не завязав слишком туго, а потом, заметив это, поспешно ослабила импровизированный бинт, отчего наши руки случайно соприкоснулись.

Я поспешно отдернула ладонь и отвернулась, делая вид, что крайне занята исключительно медицинской деятельностью.

– Все, теперь ты спасен, благодарность принимается расторгнутыми клятвами, – стараясь казаться веселой, сообщила я.

– Это невозможно, – тут же возразил раненный зануда. – Но все равно спасибо, Лираэль.

Я тут же вскинула подбородок.

– Не привыкай. Это разовая акция. В следующий раз убегу, разбирайся сам. И это даже нарушением клятвы считаться не будет.

– Хорошо, – ухмыльнулся Ардаррен и тотчас согнулся от боли. – Вот дьявол! Ладно, нам нужно ехать дальше, ни к чему оставаться в лесу.

– Если ты не заметил, у нас возница сбежал, – напомнила я.

Дознаватель попытался встать.

– Я поведу.

– Ты с ума сошел? – мгновенно отреагировала я. – Не хватало еще, чтобы ты по пути отключился! И как, по-твоему, я буду и тебя ловить, и лошадей останавливать⁈

– У нас нет выбора, Лира, – пожал плечами Ардаррен, поднимаясь и, пусть медленно, но вполне уверенно взбираясь на место возницы. – Либо мы едем, либо ждем следующую компанию разбойников.

Это, увы, звучало логично. Ждать, пока на нас снова нападут, не хотелось. Но и мой спутник не выглядел человеком, способным долго путешествовать. Я постояла секунду, затем тяжело вздохнула и, вместо того чтобы забраться внутрь экипажа, неожиданно для самой себя уселась рядом с ним на козлах.

– Ты могла бы ехать внутри, – прищурился дознаватель.

– Могла, – согласилась я. – Но тогда ты бы героически потерял сознание и свалился в канаву, а я, если бы вообще это успела заметить, тащила бы тебя обратно на место возницы. И вообще, я, знаешь ли, не подписывалась на перевозку дознавателей в бессознательном виде.

Лошади тронулись, экипаж медленно покатился по лесной дороге.

Некоторое время мы ехали молча. Колеса мягко посстукивали, прыгая на кочках, а рядом сидел раненый, упрямый мужчина, который, по всем законам здравого смысла, должен был лежать, а не управлять экипажем.

– Слушай, – позвала я, решив, что если он будет разговаривать, то дольше останется в сознании, – а расскажи, почему ты стал королевским дознавателем?

Ардаррен удивленно уставился на меня, явно не ожидая такого вопроса.

– Не похоже, что это работа мечты, – размышляла я. – Скучные королевские бумаги, заговоры, воровки, разбойники и, наверняка, постоянные ранения. Должна же быть причина, почему ты выбрал это унылое занятие.

– Выходит, причина у меня и правда была…

Глава 22

Я украдкой покосилась на дознавателя. Сидел он прямо, как и прежде, но движения стали осторожнее, экономнее будто. Так выглядит человек, который изо всех сил притворяется, что с ним все в порядке, и тем самым лишь сильнее выдает обратное.

Лес тянулся вокруг нас темный, плотный, сгущаясь перед нами, будто собирался захватить незадачливых путников в плен. Стук колес звучал приглушенно, словно дорога не хотела тревожить деревья лишним шумом.

– Когда я был младше, – наконец, рассказал Ардаррен, – я думал, что закон – это нечто простое. Черное и белое. Виновен или невиновен. Правда или ложь.

– Наивно, – улыбнулась я. – А мир, оказывается, разноцветный, да?

Мужчина горько усмехнулся краешком губ.

– Да. Потом я увидел, как легко ложь может выглядеть как правда, если к ней прилагается нужная печать, подпись и достаточно влиятельные друзья.

Я молчала. Почему-то шутить расхотелось.

– Было одно дело, – продолжил дознаватель. – Купец, обвиненный в измене. Бумаги безупречные, свидетели надежные. Приговор тоже вполне законный.

Он на секунду прикрыл глаза, будто эта история до сих пор не давала ему покоя.

– Он был невиновен.

Экипаж мягко подпрыгнул на кочке, и я машинально ухватилась за край сиденья, чтобы не качнуться в сторону Ардаррена. Или, если быть честной, чтобы не придвинуться к нему еще ближе.

– И ты это доказал? – осторожно спросила я.

– Нет, – дознаватель пожал плечами и поморщился от боли. – Я был слишком молод. Слишком уверен в системе. И слишком наивен, чтобы понять, что документы могут лгать не хуже людей.

Я нахмурилась.

– Мрачная история для выбора профессии.

– Он умер в тюрьме, – добавил Ардаррен.

И вот теперь мне стало по-настоящему грустно. И понятно, почему некогда романтично настроенный Ардаррен стал тем, кем стал: жестоким и принципиальным королевским дознавателем, который не остановится ни перед чем, чтобы раскопать правду.

– Тогда я решил, что если закон можно толковать в угоду кому-то, значит, нужен кто-то, кто будет искать не только улики, но и истину. Кто-то, кто станет задавать неудобные вопросы. Даже если ответы будут неприятными.

– Поэтому ты стал королевским дознавателем. Человеком, который копается в чужих тайнах, ловит заговорщиков и ездит по лесам с воровками с сомнительной репутацией.

– Тут не поспоришь, – развеселился мужчина. – Компания у меня та еще.

Он тихо рассмеялся, а я удивленно уставилась на обычно сдержанного мужчину, который, оказывается, умеет смеяться.

Некоторое время мы ехали молча. Ветер шевелил его волосы, свет пробивался сквозь листву пятнами, а я вдруг поймала себя на том, что слишком внимательно наблюдаю за тем, как Ардаррен держит поводья: крепко, уверенно, несмотря на перевязанное плечо.

– И все же, – пробормотала я, делая вид, что рассматриваю дорогу, – работа у тебя ужасная. Постоянная опасность, ответственность, ни минуты покоя…

– Красивые женщины, перевязывающие мои раны, – спокойно добавил он.

Я поперхнулась воздухом.

– Я просто не привыкла оставлять людей умирать, – мгновенно заявила я. – Совершенно ничего такого, о чем ты мог подумать.

– Разумеется, – серьезно кивнул мой спутник. – Исключительно в деловых целях спасала.

К счастью именно в этот момент экипаж как раз подпрыгнул на кочке, и мне пришлось вцепиться в сиденье, чтобы не съехать к дознавателю плечом. Хотя, если уж быть честной, расстояние между нами и без того было подозрительно небольшим. Буквально на еще пару таких кочек.

Я покосилась на Ардаррена.

– И ты правда считаешь, что все это стоило того? Мог бы сейчас открыть какую-нибудь оружейную лавку, обзавестись семьей…

Он не сразу ответил. Лишь чуть сильнее натянул поводья, и лошади замедлили шаг, входя в более густую часть леса.

– Если благодаря моему выбору хотя бы один невиновный не окажется на месте того купца, – мрачно сказал дознаватель, – значит, стоило.

Я отвернулась к дороге, потому что внезапно стало слишком сложно смотреть на него без привычной насмешки.

– Глупо, – пробормотала я. – И благородно. Ужасное сочетание.

– Ты так говоришь, будто это оскорбление.

– Конечно, – ответила я с прежним ехидством, которое, к моему собственному облегчению, вернулось на свое законное место. – Благородные люди обычно плохо заканчивают. Их слишком мало, а вокруг люди такие… Другие, в общем.

Экипаж выехал на небольшой просвет между деревьями. Впереди, сквозь листву, уже угадывались очертания дороги, ведущей к холму, туда, где, по словам Ардаррена, стоял дом заговорщика.

Я глубоко вдохнула лесной воздух, затем искоса посмотрела на мужчину и добавила:

– Хотя… если уж быть честной, из всех дознавателей, с которыми мне доводилось иметь дело, ты пока самый нормальный.

Он повернул голову, и в его взгляде мелькнула мягкая улыбка.

– Это комплимент?

Я вздохнула.

– Можешь и так считать.

Я устроилась поудобнее на козлах, скрестив руки и глядя вперед, туда, где за деревьями уже скрывался дом, полный тайн, поддельных указов и, вероятно, охранников.

И что-то мне подсказывало, что если вдруг что-то случится со мной, Ардаррен не оставит меня одну. И вряд ли это только из-за клятвы…

Глава 23

Лес постепенно редел, словно неохотно выпускал нас из своих темных, переплетенных тенями объятий, и дорога, до этого упрямо петлявшая между деревьями, вдруг стала ровной настолько, что даже видно стало то, что скрывалось за крепкими дубовыми стволами.

Дом, который мы искали, стоял на холме, немного в стороне от дороги. Моему взору предстали каменные стены, темная крыша, высокие окна, в которых горел мягкий свет.

– Уютно, – протянула я, прищурившись. – Особенно если твоя цель – хранить государственные тайны в условиях полного комфорта и при минимуме свидетелей.

Ардаррен, не спуская взгляда с поместья, слегка натянул поводья, и лошади послушно замедлили шаг, будто и сами почувствовали, что дальше лучше двигаться осторожнее.

– Это поместье лорда Валдреса, – нехотя пояснил он.

Я медленно повернулась к дознавателю.

– Разумеется, – кивнула я с нарочитой серьезностью. – И, конечно же, этот лорд – образец честности, добродетели и бесконечной любви к короне, просто предпочитает проявлять все это подальше от посторонних глаз.

– Он член королевского совета, – холодно добавил Ардаррен.

– Тем лучше, – хмыкнула я. – Значит, если нас поймают, нас не просто повесят, а сделают это быстро, аккуратно и, возможно, даже с соблюдением всех формальностей.

Он не ответил, но в уголках его глаз мелькнуло что-то хулиганское. Видимо, подразнить члена королевского совета он мечтал давно, но как-то повода не выпадало.

Экипаж остановился у края дороги, там, где наше присутствие было сложно обнаружить: густая кустовая поросль скрывала и сам экипаж, и лошадей, главное, чтобы они не вздумали ржать.

Я спрыгнула первой, мягко коснувшись земли, и тут же присела, сосредоточенно вглядываясь в пространство вокруг дома, скользя взглядом по стенам, окнам, крыше, пытаясь оценить обстановку, в которой нам предстояло искать артефакт.

– Давай посмотрим… – пробормотала я, больше для себя, чем для кого-то.

Ардаррен спустился следом. Медленно, чуть осторожнее, чем прежде. Я краем глаза заметила его напряжение и, разумеется, ничего не сказала, потому что если он делал вид, что с ним все в порядке, то я могла хотя бы сделать вид, что ему верю.

– Двое у главного входа, – пробормотала я, едва заметно кивнув в сторону ворот. – Слишком крепкие для того, чтобы я могла спутать их с садовниками.

Я чуть наклонилась вперед, прищурившись.

– Один у боковой стены, делает вид, что ему все равно, но слишком часто смотрит по сторонам, а значит, боится пропустить что-то важное. И…

Я замолчала, всматриваясь в крышу.

– … и еще один наверху, – добавила я уже тише.

– Где именно? – тут же спросил Ардаррен, мгновенно превращаясь в прежнего собранного и цепкого дознавателя.

– Вон там, у края крыши, почти не двигается. Если бы я не знала, что ищу, решила бы, что это часть архитектуры, видишь, рядом там какие-то статуи.

Он внимательно проследил за направлением моего взгляда и коротко кивнул.

– Значит, минимум четыре.

– Минимум, – согласилась я. – И это только те, кого видно. А те, кого не видно, как правило, гораздо опаснее, потому что считают себя умнее остальных.

Я поднялась, стряхнув с ладоней невидимую пыль, и повернулась к Ардаррену с тем выражением лица, которое обычно предшествовало неприятным вопросам.

– Итак, господин дознаватель, – протянула я, – не просветишь ли меня, каким именно образом ты собираешься войти в дом, полный вооруженных людей, подозрительных документов и, вероятно, находящийся под неусыпным контролем весьма нервного хозяина? Через парадную дверь с обвинением или через окно с извинениями?

– Мы войдем тихо и незаметно, – без колебаний отозвался мужчина.

– Какое неожиданное решение, – ехидно прощебетала я. – Даже не знаю, как я до него сама не додумалась.

Он проигнорировал сарказм с той же невозмутимостью, с какой, судя по всему, игнорировал половину окружающего мира.

– Есть служебный вход, – продолжил Ардаррен. – С задней стороны.

Я внимательно посмотрела на него. Меня озарила внезапная догадка, которая отчего-то мне очень не понравилась. Но на всякий случай я решила прояснить.

– Ты уже бывал здесь, ведь так?

– Да.

– И тогда у тебя не получилось найти артефакт? – уточнила я, не скрывая интереса.

– Тогда я не знал, что именно искать, – пожал плечами дознаватель.

– А теперь, выходит, знаешь. И привел меня. Как удобно складываются обстоятельства. Почему-то мое сердце шепчет, что где-то есть подстава, но я никак не могу понять, где именно…

Мужчина не ответил, и это молчание было гораздо выразительнее любого оправдания. Оставалось только выяснить, неприятности ждут только меня или нас обоих?

– Я пойду внутрь, – стараясь не смотреть на Ардаррена, буркнула я. – Скажи, что там поискать, а сам можешь подождать тут.

– Нет, – сразу же ответил он.

Я даже не удивилась.

– Ардаррен, – вздохнула я, поворачиваясь к нему, – ты ранен, я нет. Я умею двигаться тихо, открывать замки и исчезать до того, как меня заметят. Ты умеешь… – я задумалась на секунду, – врываться, задавать неудобные вопросы и, судя по последнему часу, получать ранения.

– Мы идем вместе, – тоном, не терпящим возражений, заявил мой спутник.

– Это плохая идея, – спокойно заметила я.

– Это единственная идея. Другой не будет.

Я прищурилась, неожиданно понимая, что спорить с ним достаточно забавно.

– Ты правда собираешься спорить со мной в вопросах проникновения в чужое жилище? Смею напомнить, воровка тут я.

– В вопросах выживания, – поправил дознаватель. – Кажется, я куда предусмотрительней, чем ты.

Я внимательно посмотрела на него, затем на его плечо, затем снова на него.

– Если ты потеряешь сознание внутри, – произнесла я медленно, – я тебя там и оставлю.

– Не оставишь, – ответил он так же спокойно.

– Еще как оставлю.

Он чуть наклонился ко мне, и голос его стал тише, а горячее дыхание пронеслось от уха к ключице, вызывая россыпь мурашек.

– Нет. Потому что ты уже могла уйти, Лираэль. Там, в лесу. И не ушла.

Я не нашлась, что ответить, только отвернулась, кусая губы. Вот ведь подлец, я его спасла, а он мне это еще и припомнил!

– Это было… тактическое решение, – буркнула я.

– Разумеется.

На лице дознавателя сияла самодовольная ухмылка. С такими союзниками, пожалуй, и врагов не надо. Я резко выдохнула.

– Ладно. Идем вместе. Но если нас поймают, я буду утверждать, что ты меня заставил.

– Я даже спорить не буду, но нас не поймают.

Я фыркнула, но уже без прежнего раздражения.

– Ненавижу, когда у людей есть план.

– У меня нет плана, – пожал плечами он.

Я остановилась и уставилась на мужчину так, будто он только что признался в том, что по вечерам читает любовные романы. Его заявление было настолько абсурдным, что я даже растерялась.

– Что? К-как это нет плана⁈

– У меня есть цель.

– Это, знаешь ли, звучит гораздо опаснее. Лучше бы план был.

Мы двинулись вдоль деревьев, обходя дом сзади. Здесь было темнее, тени ложились гуще, и каждый шаг казался чуть громче, чем должен был. Я первой заметила дверь.

– Вот она, – прошептала я. – Черный вход.

– Закрыта?

Я уже доставала отмычку.

– Было бы странно, если бы нет.

Я присела, вставила инструмент в замок и замерла, прислушиваясь к едва уловимым щелчкам магического механизма.

– Тихо, – пробормотала я.

– Я и так молчу.

– Я не тебе. Я замку. Он сейчас думает, впускать меня или нет.

Дознаватель вздохнул, но не стал спорить. Замок поддался с тихим щелчком, и я на мгновение замерла, положив ладонь на ручку. Бросила быстрый взгляд на Ардаррена, который на всякий случай осматривался, чтобы не пропустить приближения стражников.

– Последний шанс передумать, – тихо сказала я.

– Поздно уже, – хмыкнул он.

Я кивнула.

– Тогда держись ближе и не шуми. Чтобы мне не пришлось краснеть за неловкого соучастника ограбления.

И, не дожидаясь ответа, я скользнула внутрь.

Глава 24

Дверь закрылась за нами почти бесшумно, но чувство было такое, как будто мы окончательно отрезали себе путь назад и добровольно начали партию в опасную игру, правила которой нам еще только предстояло понять.

Я не сразу двинулась вперед, позволив глазам привыкнуть к полумраку. Запах был странный, казалось, здесь должно было быть пыльно, сыровато, но воздух был подозрительно свежим и чистым, будто кто-то использовал особые артефакты. Для кого-то этот проход был так важен? Судя по тому, какие заросли были снаружи, дверью этой пользовались нечасто. Так зачем ухаживать за этой стороной дома изнутри?

– Не двигайся, – попросила я дознавателя.

– Я не собирался, – тут же отозвался Адерран. Я даже на мгновение смутилась: нашла кого учить, все-таки служба его подразумевала наличие неких навыков тайного проникновения. Ну или хотя бы мозгов. Впрочем, глупцом мужчина однозначно не был.

Я сделала шаг вперед, медленно, почти на ощупь, позволяя пальцам скользить по стене, пока не нащупала выступ. Я осторожно провела по нему ладонью, угадывая аккуратную, явно рукотворную резьбу охранной руны.

– Этот дом… – пробормотала я, чуть склонив голову, – не просто хорошо охраняется. Кажется, его обитатели намерены проверить незваных гостей на прочность.

– Ты чувствуешь ловушки? – догадался дознаватель.

Я усмехнулась, не оборачиваясь.

– Я чувствую чужую осторожность, а она, как правило, проявляется в виде ловушек, запертых дверей и неприятных сюрпризов, которые выскакивают в самый неподходящий момент.

Я присела, провела пальцами по полу и на мгновение замерла.

– Вот, – прошептала я.

– Что?

– Линия, – ответила я, чуть отодвигаясь. – Тонкая, почти незаметная. Если бы ты сделал еще шаг вперед, мы бы сейчас уже знали, насколько громко умеет кричать охранный артефакт.

Ардаррен остановился сразу, без лишних вопросов, и это было, пожалуй, самым убедительным признаком того, что он действительно доверяет мне больше, чем я того заслуживаю. Вряд ли в его глазах я была надежным напарником, но другого-то у него и вовсе не было.

– И как мы это обойдем? – поинтересовался мужчина.

Я выпрямилась, оглядываясь.

– Аккуратно, разумеется. И желательно так, чтобы потом никто не понял, что мы здесь были.

Я осторожно перешагнула через тонкую нить, почти касаясь ее носком сапога, и, оказавшись по ту сторону, обернулась к дознавателю.

– Повтори, шепотом потребовала я.

Он сделал шаг, затем еще один, а на третьем остановился чуть ближе, чем следовало.

Я почувствовала это на мгновение раньше, чем мужчина успел сделать фатальную ошибку.

– Ардаррен, – прошептала я, – если ты сейчас наступишь не туда, я не успею тебя поймать.

– Я не собирался падать, – так же тихо ответил он.

– Это радует, потому что я не собиралась тебя спасать второй раз подряд. Это, знаешь ли, начинает входить в привычку.

Он чуть наклонился ближе, и голос его прозвучал неожиданно проникновенно и мягко:

– Ты уже делаешь это чаще, чем планировала. Признайся, тебе просто нравятся приключения, Лира. И спасать меня тебе тоже нравится.

Я медленно подняла на него взгляд.

– Не обольщайся, – фыркнула я, презрительно оглядывая ухмыляющегося дознавателя. – Это исключительно временное явление. Вот заберем, что нужно, и больше друг друга не увидим.

Он не ответил, лишь некоторое время неотрывно смотрел мне в глаза. На губах его была все та же раздражающе-насмешливая улыбка. Дьяволов соблазнитель! Я первой отвела взгляд.

– Идем, – тихо скомандовала я, делая шаг вперед. – Чем дольше мы стоим, тем больше вероятность, что кто-нибудь решит внезапно проверить тайный ход, почему-то это всегда так бывает.

Мы двинулись дальше по коридору. Пол под ногами был чист, стены безупречны, и от этого все вокруг казалось не жилым, а выставочным, как бывает в музеях, хранящих историческую атмосферу. Вот вроде бы и кровати, а никто на них не спит, безукоризненно заправленные, без единой складочки. В коридоре, разумеется, кроватей не было, но были примерно такие же шкафы: обеспыленные до блеска и совершенно пустые.

– Мне это не нравится, – пробормотала я.

– Что именно?

– Все, – честно ответила я. – Когда в доме слишком чисто, слишком тихо и слишком идеально, это значит, что кто-то очень старается, чтобы никто не увидел, что скрывается за глянцевым фасадом. А там может быть всякое, зачастую крайне омерзительное.

Ардаррен не стал спорить. Мы свернули за угол, и в этот момент пол подо мной едва заметно дрогнул. Я успела только выдохнуть.

– Стой…

Но было поздно. Плита под ногами ушла вниз, и я провалилась куда-то. Вот это провал для профессиоональной воровки, причем в самом прямом смысле этого слова!

Мир на мгновение перевернулся, и я уже готова была встретиться с чем угодно: падением, болью, ловушкой. Но в последний миг чья-то рука резко сомкнулась на моем запястье. Меня дернуло вверх, и я ударилась плечом о край проема, но не упала в пропасть.

Меня держал Ардаррен. Я повисла, на секунду потеряв равновесие, и, прежде чем успела что-либо сказать, он потянул меня к себе, прижимая к стене, чтобы удержать.

Я тяжело выдохнула, ощущая, что сердце стучит слишком быстро. Казалось бы, должно от страха, но вопреки ожиданиям, я чувствовала вовсе не страх…

– Ты цела? – поинтересовался Ардаррен, не отпуская.

– Пока да, – выдохнула я, все еще не до конца осознавая, что произошло. – Но если ты не отпустишь меня в ближайшие несколько секунд, я могу передумать.

Он не сразу убрал руку, а когда все же отстранился, это движение показалось слишком медленным.

Я осторожно заглянула вниз. Там, в темноте, виднелись острые металлические штыри. Я присвистнула.

– Ну что ж… приятно осознавать, что нас здесь действительно ждали.

Я выпрямилась, стараясь вернуть себе привычное спокойствие, хотя тело все еще помнило прикосновения дознавателя. Вот дьявол, а думать-то надо было про штыри…

– Спасибо, – добавила я, не глядя на него.

– Не за что, – невозмутимо отозвался Ардаррен.

Я не выдержала и повернулась.

– Если ты еще раз решишь спасать меня таким образом, предупреждай заранее. Я хотя бы морально подготовлюсь.

– Сомневаюсь, что у нас будет время, – спокойно возразил мужчина.

– Тогда постарайся не отпускать слишком рано, – пробормотала я, прежде чем успела осознать, что именно только что попросила…

Потом только поняла, смутилась ужасно и больше старалась на Ардаррена не смотреть, боясь увидеть на его лице откровенную насмешку. Хороша лучшая воровка королевства: полагается на мужчину и млеет лишь от того, что он вовремя выдернул ее из ямы.

– Ладно, – глядя в пол, сообщила я. – Нам нужно идти дальше. И желательно так, чтобы следующий шаг не оказался последним.

Но, двигаясь вперёд, я уже знала одну вещь, которая нравилась мне гораздо меньше, чем любые ловушки в этом доме: я начинала доверять Ардаррену едва ли не так же, как он мне…