Текст книги "Эра Охотников - 2 (СИ)"

Автор книги: Анастасия Церковская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)

Глава 6. Местное гостеприимство

Не бывать мятежной душе в тихой гавани.

Эльвира не осталась на ночёвку с изгоняющими, как её ни уговаривали. Разве что согласилась принять в дар от компании томагавк. Славий настоял, потому что негоже светить редким призывным оружием перед кем попало. Без острой необходимости в волшебном серебре можно помахать и топором. Клинки достались Эльвире от матери, после смерти брата. Изначально оружие мать собиралась передать ему. Оно было призвано защищать новую хозяйку от вампиров, и Эпопеева быстро привыкла к изогнутым лезвиям, похожим на сабли.

Они спасали ее много раз, но теперь она вертела в руке томагавк и понимала, что навыки владения обыкновенным оружием у неё так себе.

– Нет, ну это ни в какие рамки! Ты не просто не избегаешь неприятностей, ты нарываешься и намеренно идешь им навстречу! Зачем ты к этим полумагам полезла, окаянная?

Эпопеева закатила глаза и повесила серебряный топорик на петлю ремня. Асик – зануда.

– Ой, да ладно тебе. Мы с тобой спасли три жизни. А душ – пять! Как ты думаешь, вендиго чем питается? Ему одного мяса мало, он поглощает саму сущность! Люди пропадали, но о них никто не вспоминал. Будто и не жили они вовсе.

– Это не оправдание. А если бы я не оттолкнул тебя?

– Но ведь оттолкнул. Я знала, что мы сработаемся!

Едо-тень негодующе фыркнул и не стал спорить с воодушевленным неадекватом.

Эльвира уважала редкие приступы вдохновения. Не пойти на их зов – себя не уважать. Она давно не испытывала этого чувства, и тут – вот тебе раз! За сутки уже дважды. Теперь она научилась паре очень полезных заклинаний.

Цепочки рун, меняющих цвет, и «провались сквозь землю, гад», Эльвира на всякий случай записала на обратной стороне карты.

Дорогое знание необходимо оберегать, а то, мало ли, забудется.

Дожди становились всё холоднее, дорога из-за них уже не казалась приятным приключением, когда, покачиваясь в седле, можно уткнуться в какой-нибудь простенький любовный роман.

Пока никто не видит.

Днём и ночью сплошная свинцовая стена туч накрывала королевство, лишив его золота солнца. Иногда, вечерами, где-то у самого горизонта, между деревьев, проглядывалась оранжевая полоса заката. Порой её призрачный свет освещал верхушки скал и деревьев, но длилось это недолго.

Тёмными ночами мало чего удавалось разглядеть: путники брели через открытые деревни и селения, заглядывая в злачные переулки.

Желаемого граффити Эльвира так и не обнаружила. Вся надежда в Белом графстве оставалась на город Плотск. Он прочно обосновался у перекрёстка двух крупных рек, Сирин и Алконост.

Они причудливо переплетались сложным рисунком вен земли. Каждая из сестер-рек разделялась надвое, и их затейливые хвосты уходили куда-то за границы королевства.

Путники вошли в вечерний город под королевский марш, кричащий во все стороны из побитых жизнью динамиков.

По городу Эльвира перемещалась верхом, прячась в целлофановый дождевик. Едо-тень теперь не отпускал изгоняющую ни на шаг.

Старую часть города украшала рельефная брусчатка, по которой так приятно цокали неподкованные копыта.

В первую очередь Эльвира собиралась обсохнуть и отдохнуть для дальнейшего путешествия, которое своей однообразной тусклостью тяготило всё сильнее.

Среди унылых бетонных стен мелькнул зеленый свет кофейни. Вход в «Ведьмину избу» украшали подсвеченные изнутри зелеными и фиолетовым бараньи черепа. Они висели на столбах, их обвивали ветви оленьих деревьев. Атмосферное место. Желания тут же сместили ориентир.

Всадница дёрнула едо-тень за гриву.

– Кофе хочу. Я посижу тут, а ты можешь прогуляться.

– Ну уж нет, – категорично заявил транспорт с характером. – Смотри не подавись, полумаг. Потому что я буду стоять тут и смотреть. Внимательно.

– Как пожелаешь. О тебе же волнуюсь, вдруг ты голоден. Хочешь, кексик вынесу?

– Чувство ответственности оттуда вынеси, пожалуйста, – буркнул едо-тень. У Эльвиры не было сил на ленивые перепалки со спутником, поэтому она промолчала и поднялась по дощатым ступенькам в ароматное заведение.

Приятно зазвенел колокольчик. Кафе не пустовало, но, на удивление, одинокий столик у окна оказался свободен – там стоял всего один стул, а остальные посетители сидели компаниями.

Эльвира расположилась поудобнее, сделала очаровашке-официантке заказ и стала пересчитывать оставшиеся деньги. А осталось совсем немного, может, сотня грифов и наберётся, но с ночевками в просторных гостиничных номерах придётся завязать. Да и с ресторанами тоже. Она не хотела снимать со своего счета в банке, а тратила заработанную почти честным трудом наличку.

Сейчас путница сделала исключение, чтобы отдохнуть и погреться. Вряд ли в академии балуются столь уютными заведениями с ароматами свежемолотого кофе, корицы и ванили.

Эльвира уставилась в окно, где под моросящим дождем недовольно шевелил хвостом хмурый едо-тень.

Тёмных пятен в его истории оставалось слишком много для того, чтобы Эльвира смогла понять, кто такой Асириус на самом деле, сколько он скитается по землям этого мира, и, самое главное – друг ли он?

Изгоняющая понимала, что он боится не донести всадницу до пункта назначения, ведь тогда договор будет расторгнут.

Едо-тень – тёмная и явно недобрая сущность. Но ему так хотелось довериться! Зверь очаровывал загадочностью, и, казалось, что он меняет Эльвиру.

Она словно уже не она.

И неизвестно, сможет ли изгоняющая сесть на другую лошадь не думая о едо-тени.

Мрачные мысли отогнала официантка с подносом.

Круассаны с шоколадом и тыквенный латте ждали своего часа. Эльвира отхлебнула напиток и стала осматриваться.

За одним столиком сидело четверо нарядных девушек, они звонко смеялись, одна из них рассказывала что-то занимательное.

За столиком у второго окна, похоже, случилось первое свидание. Пара то неловко молчала, то перекидывалась топорными фразами, которые можно было бы засчитать за флирт, но очень неумелый. Девушка поправляла непослушные каштановые локоны, натянуто улыбалась.

Кажется, их свидание будет и последним.

Остальные компании также не представляли собой ничего необычного, но за небольшой колонной Эльвира разглядела ещё один столик с единственным человеком.

Парень поймал её взгляд, поправил очки и улыбнулся.

Эльвира тут же отвернулась. Вступать в контакт с людьми лишний раз не стоило. Особенно в таких местах, где принято говорить о себе.

Эльвира принялась увлечённо поглощать свежий круассан и больше по сторонам не смотрела.

Увы, это не помогло. Человек, недолго думая, пересел к ней. В нос ударил простой, но приятный парфюм. Правда, после того, как изгоняющую облило гнилой кровью вендиго, любой дезодорант казался потрясающим.

Молодой человек с интересом изучал Эльвиру.

– Привет.

Эльвира опрокинулась на спинку стула, скрестив на груди руки. В ответ она буркнула усталое «здрасте» и прикрыла глаза. Может, ей и сейчас стоило сыграть в немого, но такими темпами можно забыть, как издавать нужные звуки для общения с людьми.

– Непохоже, что ты ждёшь кого-то. Я не помешаю?

– Чем тебе старый столик не угодил? Стул ещё притащил зачем-то...

– Так я познакомиться хочу, а в ногах правды нет. Прекрасная дева окажется мне такую честь?

– И будем мы сидеть и пялиться друг на друга, как та пара за дальним столиком. Что-то не особо привлекает.

Человек негромко засмеялся. Даже Эльвирина ершистость не остановила приветливого типа.

– Скажешь, тоже. За этими я давно наблюдал, парень, вот, год собирался силами, чтобы Диену в кафе позвать. Работает она тут неподалёку, в магазине. Тут все уже насмотрелись на неловкие сцены заигрывания этих двоих. Для меня это как-то слишком.

– А нападать лучше на одинокую жертву, да? – Эльвира кивнула на компанию девушек за соседним столиком. Выглядели они куда более ухожено и опрятно. Эльвира вообще не понимала, как немытой уже вторую неделю головой и обгрызенными ногтями привлекла кого-то.

– Количество и внешний лоск – это не то, что сейчас меня интересует, – заверил молодой человек. – Я за эксклюзив и интересное общение. Никогда не видел девушек, которые ходят в кафе с топорами.

Местами ободранный и измазанный невесть чем плащ висел на дереве-вешалке, там же, на петле, сияя острыми гранями, болтался и томагавк.

– Был трудный день. Я пришла выпить кофе. Молча.

Тип в очках не унимался:

– Я сперва подумал, топор бутафорский, а теперь смотрю поближе и понимаю, что это не так. Можно подержать?

– Нет.

– А я тебя раньше тут не видел. Неместная?

– Да. Вид отдыха такой. С налётом дауншифтинга, если угодно. Путешествую по королевству со своим конём и ночую где придётся. А по вечерам люблю томагавк в дерево бросать. Ничего необычного, – проворчала Эльвира. – Кто так не делал?

– Не встречал таких, кто бы подобным увлекался. Время нынче неспокойное, власть короля слабеет, графы сходят с ума с новыми правилами пересечения границ графств. Проблем не возникло?

– С этим нет, – изгоняющая сделала небольшой глоток и задумалась: – Обычно графства я пересекаю не по главным дорогам, поэтому могла и не заметить. Не интересно. И разговор мне не интересен.

Эльвира глянула за собеседника в окно. Асириус всё ещё смотрел на неё зелёными точками глаз. С приходом темноты видно его стало хуже.

Человек в отражении нахмурил лоб.

– Алтан с тобой, милашка! Я не навязываю свое общество. Но мой бог направляет меня, я чувствую, где могу пригодиться и с кем стоит познакомиться. Ты же тут проездом? А где остановиться решила?

– Не знаю пока что. Придумаю. А Алтану ты зря так доверяешься, он покрывает не только знакомства. Он бог интриг и заговоров в том числе. Эти связи могут завести не туда. Ты и сейчас на грани...

Человек проследил за взглядом собеседницы.

– Это что, серные псы твоего коня собираются угнать?

– Да, – флегматично ответила изгоняющая. – Просто смотри.

Троица местных головорезов, опьяненных безнаказанностью, обступили жеребца. Один из них осмелился забраться в седло и, не обнаружив поводьев, взялся за гриву. Товарищи стояли рядом и трогали Асириуса за шею и морду.

Тип в седле ударил ногами по крутым лошадиным бокам, но едо-тень не отреагировал. Эльвире не доводилось видеть такое смиренное поведение прежде: Асириус стоял как статуя, с опущенными веками, в идеальном сборе, и только по прижатым к шее ушам можно было понять – сейчас начнётся.

– Их нужно остановить! – воскликнул собеседник Эльвиры.

– Почитатель Алтана, как там тебя...

– Стас.

– ... Стас, добро. Сиди, пей свой кофе и смотри. Совершенно бесплатно.

– Но...

Эльвира строго посмотрела на очкарика, и тот передумал с ней спорить. Асириус нагнетал обстановку и героически терпел шлепки и удары. Похоже, путешествие в команде с полумагом подарило ему невероятную выдержку. В какой-то момент хулиганы решили, что лошадка просто спит и начали хлопать в ладоши у самых ушей едо-тени.

Мокрую гриву трепал холодный ветер, зверь аккуратно выдыхал клубы белого пара.

Вдруг Асириус разомкнул черные веки и уставился голубыми прожекторами глаз на человека перед собой. От неожиданности наглец отшатнулся. Совсем не травоядный оскал с пробивающимся из глубины рта светом рассек лошадиную морду.

Едо-тень схватил за грудки громилу, хорошенько тряхнул и отбросил в кирпичную стену кофейни. Второй тип, что стоял в стороне, растерянно хлопал глазами и наблюдал, как третьего, сидящего в седле, едо-тень добродушно решил покатать.

По стенам.

Когда едо-тени пришли в этот мир, правила гравитации им не объясняли. Вероятно, именно поэтому Асириус бежал по стене соседнего здания вверх, точно вампир.

Особые отношения с гравитацией пришлись всаднику не по вкусу: он не смог удержаться ногами за бока и теперь висел, ухватившись за луку. Отпускать её он не собирался, едо-тень утащил громилу на третий этаж. Асириус сделал рывок и залез на крышу. Огромная лошадиная туша с грацией кошечки со стороны вызвала диссонанс у неподготовленных зрителей.

Конечно же, громила не знал про «прыжок веры», который Асириус собрался ему продемонстрировать, описав круг по двухскатной крыше с небольшим наклоном. На свое счастье, почувствовав неладное, перепуганный наездник разжал руки и упал на черепицу, в последний момент затормозив подбородком.

Едо-тень разогнался по скользкой поверхности и сиганул вниз.

Ещё немного, и человек полетел бы вслед за зверем.

Асириус, как ни в чем не бывало, приземлился, встряхнул головой и направился к кофейне.

– Что оно такое? – задался очевидным вопросом Стас.

– Я не знаю, – пожала плечами Эльвира. – Но меня всё устраивает.

Немногочисленные свидетели наблюдали за спектаклем через камеры телефонов. Эльвире это не нравилось, но оставалось только смириться с тем, что её напарник попадёт в общую сеть.

Эльвира осушила стакан. Звонко стукнув им об стол, изгоняющая заявила:

– Всё, я пошла. Пока.

Она схватила вещи и неторопливым шагом, невозмутимо вышла под дождь.

Получив сигнал, Асириус последовал за изгоняющей вдоль улицы. Представление, устроенное едо-тенью, заслуживало похвалы.

– А ты хорош! Только теперь мы тут остаться не сможем...

Немногочисленные прохожие оглядывались на странную пару, некоторые опускали едкие комментарии, иные просто отворачивались и торопливо убирались прочь.

Местами разрушенные и покрытые трещинами кирпичные и бетонные стены пестрили вывесками с рекламой. За витринами сиял тёплый свет бутиков и офисов.

Навстречу Эльвире выехала белая машина стражей порядка города. Автомобиль ехал по пешеходной улице, и изгоняющая ни разу не сомневалась, что это по ее душу. Кто-то уже настучал городской страже о суматохе у кафе. Оперативно они появились, это Эльвиру несколько удивило.

Из белого авто выбрался страж, отдал честь.

– Аве дао!

Эльвира удивленно кивнула. Никогда люди так с ней не здоровались. Страж продолжил:

– Вы ведь изгоняющая? Разрешите задать пару вопросов.

– Да...

– С вами говорит капитан отряда Комрад Багуев. Позвольте узнать, с какой целью вы прибыли в Плоцк? Вы по приказу короля?

Эльвира поморщилась. Ее приняли за другого. Видимо, поступил запрос на зачистку какого-то участка в округе.

– Нет, нет. Я проездом, мне бы переночевать и подкрепиться. А у вас какие-то проблемы?

– Не тот это город, где стоит разгуливать с питомцем иной природы...

Эльвира непонимающе приподняла бровь и посмотрела на Асириуса. Тот ловко прикинулся хлебушком.

Страж воровато огляделся, убедившись, что поблизости нет лишних ушей, и продолжил:

– Это всё они. Даже стража не в силах их остановить. Их много, и часть народа их поддерживает. Серные псы.

– Кто они?

– Изначально кучка головорезов. Но со временем банда расширилась. Они устанавливают свои правила на улицах. И в последнее время зверствуют, ведь...

Изгоняющая с любопытством наклонила голову и пристально всмотрелась в карие глаза стражника, ожидая продолжения. Капитан неуверенно замялся. Говорить дальше он не хотел, но Эльвира не отводила взгляда.

– Кто-то убивает членов банды по одиночке. Они уверены, что это дело рук какой-то нечисти. Я не могу левого человека в детали дела посвящать, но одно скажу точно: всё, что подозрительно для серных псов – тут же истребляется ими. А вы двое сильно привлекли внимание. Поэтому даю добрый совет: уходите отсюда, пока целы. Неплохой номер можно снять в трактире «Странник», он к северу, за городом, выйдете по Вишневому проспекту на дорогу и по ней до магистрали доберетесь. Там вас не тронут. Поступайте как знаете, юная дао, но я вас предупредил. Всего доброго.

Страж скрылся за тонированными стеклами авто, и машина удалилась. Асириус принюхался. На несколько мгновений замер, собираясь с мыслями. И потом его прорвало.

– Вот опять. Как ты это делаешь? – возмутился едо-тень. – Сколько? Сколько это будет продолжаться? Ты магнит для неприятностей! Ты их притягиваешь – а я вынужден терпеть! Терпеть, как ко мне прикасаются мерзкие людишки! Надо тебе было это кафе?

Жеребец фыркал и негодующе стучал копытами по брусчатке. И у бессмертного существа порой сдают нервы. Эльвира до сегодняшнего дня не наблюдала голубых всплесков света из ноздрей и глаз спутника. Истерика Асириуса продолжалась недолго, но Эпопеева напряглась. Выглядело это все нехорошо.

Они двинулись дальше.

Спутники прошли несколько улиц, то и дело слыша оклики за спиной. Тот тип Стас, который «совершенно не навязывался», преследовал их все это время и что-то кричал по другую сторону улицы. Из-за шума дождя и ветра Эльвира не могла разобрать слов, да и не хотела. Постепенно звуки улицы становились все тише, а переулки все запущеннее и уже. И в какой-то момент над головой изгоняющей кто-то залихватски свистнул.

Тут же из-за угла появилась парочка, не внушающая доверия. Громилы в броском прикиде для уличных потасовок покачивали ломами в толстых руках.

– Полезай в седло, живо! – прорычал Асириус.

Спорить со спутником изгоняющая не стала и тут же вскарабкалась зверю на спину. В паре метров от них спрыгнул, судя по всему, главный в банде. Он покачивал битой с гвоздями и с недобрым прищуром смотрел на чужаков.

– Граф четко дал приказ, не впускать в город подозрительных лиц. Вы подходите под описание. Придется пояснить за коня. Димитрий в больнице с переломом ключицы и ребер. За коня тебе пояснять, шавка!

«Бежать» – первая мысль, которая закралась в голову Эльвиры. На удивление, здравая. Но в этот раз она не стала молчать. Асириус, если что, рванет так, что громилы и опомниться не успеют.

– Ваш Димитрий сам полез на коня. Я не разрешала его трогать!

Бандит снисходительно вздохнул. Его голос стал неторопливым, вкрадчивым, словно он что-то объясняют несмышленому ребёнку. Местный авторитет пристроился на ящиках поудобнее и стал поглаживать биту.

– Красавица, то, что ты не знаешь наших правил, не освобождает от последствий. Вот все знают, кого ни спроси: чей это город на самом деле? Графа? Ха-ха! – тип смачно сплюнул. – Да плевать ему на нас с башни своего замка! Его хоть раз видел кто-нибудь? Это город серных псов! Наш город. Всë, что попадает в город без уплаты взносов – наше.

– Вы б хоть табличку повесили. Осторожно, уличные отжималы тачил и мобил. А то ставите перед фактом... – съязвила Эпопеева. Ногами она почувствовала, как под ней утробно зарычал едо-тень. Да, она снова перегнула палку и нахамила местным авторитетам. Но что поделать? Бандиты, конечно, не нечисть в буквальном смысле, но кровь в жилах изгоняющей вскипела. От возмущения и гнева. Ей так хотелось раскидать этих выскочек, утопить их нахальные морды в асфальте. Но что-то ей подсказывало, что этого делать не стоило.

Мельком она заметила у местного авторитета что-то металлическое и блестящее в руке за спиной.

Эльвире это очень не понравилось. Она сжала бока едо-тени.

Асириус прекрасно знал, что это значило: он встрепенулся и помчался на препятствие к свободе. Прогремел выстрел.

Нестерпимая боль пронзила плечо, но Эльвира не разжала рук. Она вцепилась в луку и позволила Асириусу самому разобраться. Едо-тень протаранил бандитов массивной тушей и умчался прочь.

Эльвира не могла сосредоточиться на дороге, боль была невыносимой. Изгоняющая до крови прикусила губу и сжалась всем телом. А едо-тень всё не останавливался и нёс её куда-то мимо безликих домов.

Глава 7. Семейный психолог

– Значит, ранее ты границ своего мира не переходил...

Ференкерен сжимал в руках канистру и морщился от непривычного запаха. Как он сказал, такого горючего у них, в центре вселенной, никогда не использовали, обходились экологически чистыми кристаллами.

По просьбе Эйвана маг натянул на голову капюшон, чтобы не пугать неподготовленных к моде высшего мира людей. По трассе проносились машины, рассекая лужи и гремя на коварных ямках, спрятанных под водой. По избитой дороге плакал ремонт: стоило немного пройтись, как тут же находились отвалившиеся на скорости запчасти.

Так вышло, что юность Эйвана пришлась на то время, когда только-только появились первые автомобили. Совсем неуклюжие и медленные громадины с паровым двигателем.

На тот момент они увлекали Эйвана, и будущий оборотень мечтал сесть за руль одной из них.

С этим не сложилось. Оставалось лишь издали наблюдать, как прогресс шагает вперёд, меняя форму и увеличивая скорость стальных коней. Наблюдать со стороны сквозь века, и по прежнему мечтать вдавить педаль газа в пол...

– Я бы и не уходил оттуда, – вздохнул Френкерен. – Для начала, создание дыр между мирами вредит общей структуре. Разрыв в материи не затягивается. Я принадлежу к течению магов, которые против скитаний между мирами. Мы пытались ограничивать перемещения разными способами. Но какому черному магу есть дело до целостности материи между мирами? Ах, да, а ещё я не люблю путешествовать.

– Странный ты, – пожал плечами Эйван и, взяв две канистры, вышел с территории заправки. Им предстояла долгая дорога сначала вдоль трассы, до второй своротки на Куом, несколько километров по ней и оставшийся путь через лес. Оборотень с нетерпением ожидал перевала, чтобы перекусить купленными сладостями. – У вас, магов, есть билет в другие миры, и вселенная лежит у ног. Я бы не упускал шанса жить так, как те, кого мне довелось встречать.

– Хочешь поговорить об этом? – ткань капюшона натянулась – птичий гребень рвался на свободу, ведомый эмоциями хозяина.

– Покопаться в неразрешенных внутренних конфликтах и попытаться найти детские травмы? – Эйван поморщился. – Давай без этого.

– Но тебя же это беспокоит, – прищурился маг.

– Да ты полон сил, я смотрю! Вот, на вторую канистру.

Френкерен с презрением посмотрел на протянутую ему ёмкость и недовольно отвернулся.

Эйвану не было тяжело нести их, но немало удовольствия доставляло наблюдать, как пыхтит и краснеет неженка-маг, волоча несчастные десять литров горючего.

– Вы порой такие штуки вытворяете, что жуть берёт. Призываете всякое, сжигаете неугодных заживо одним взглядом, превращаете врагов во что-то. Но ни разу не видел, что вы таскаете вещи в руках. А как же эта... левитация?

Френкерен со вздутыми на висках венками недовольно фыркнул и перехватил канистру другой рукой. Его одежды волоклись по земле, ряса и плащ явно не предназначалась для физической работы.

– Магия – не игрушка, использовать её надо в случае необходимости. Я же говорил, мои сторонники пытаются держать баланс. Не вмешиваться в чужие миры и ход их истории. Тем более, я тут чужой. И внимания я не хочу привлекать, тут очень враждебно выглядят потоки...

Маг смотрел куда-то в пространство, разглядывая нечто, невидимое глазу оборотня.

Моросящий дождь постепенно прекратился, и где-то на полпути Эйван решил передохнуть в уютном местечке, которое не так давно открыл для себя, пока бродил по округе. Начинало темнеть, и в молчаливом осеннем лесу стелился туман. Он окутывал корни деревьев, и из молочной дымки выглядывали причудливые верхушки пней, украшенные грибами.

В подлеске, под небольшой отвесной скалой, Эйван развёл костёр.

Мимо пару раз пробежали дикие козы, и спрятанного внутри зверя, который жаждал охоты, пришлось отвлекать сладостями. Компромисс его не то что бы устраивал. Оборотень собрал волю в кулак и втянул когти и клыки.

Эйван насадил на ветку зефирку в форме грибочка и стал держать её над огнём. Она быстро покрывалась коричневой сладкой коркой.

– На.

Эйвану нравилось смотреть на то, как иномирный гость пробует что-то новое для себя. Сначала осторожно осматривает, затем принюхивается, восторженно улыбается и уже уверенно хватается зубами за угощение. Вот бы оказаться на его месте хотя бы ненадолго...

Френкерен обкусал корочку и свесил над огнём ветку с остатками зефирки, позволяя им также обрести карамельный панцирь.

– Что-то подобное у нас есть, но вкус совершенно другой. Сахар будто бы не такой сладкий. А мне нравится!

Эйван довольно прищурился и вонзил зубы в долгожданную сладость. Для него поедание зефирок у костра не было чем-то новым, но по-прежнему оставалось приятным моментом.

И компания оказалась ему по душе. Чудаковатого, немного сутулого гостя язык не поворачивался назвать магом. Синонимы к этой расе приходили в голову не самые приятные, но ни один из них не подходил под описание гостя.

На первый взгляд Френкерен имел то самое вытянутое лицо с тёмными веками и крючковатым носом, которое идеально подходило под типаж иномирной злыдни. Лиловые радужки и тонкие брови дополняли этот образ. Но когда он говорил и выражал эмоции – образ хладнокровного, высокомерного мага тут же рассеивался.

– Расскажи о своём мире, – попросил оборотень. Такая возможность выпадала нечасто, а он очень любил слушать о других мирах.

Френкерен задумчиво выдохнул пар и протянул озябшие пальцы, тронутые мозолями, к огню.

– Он прекрасен и огромен, – Френя с лёгкостью подобрал подходящие слова. Речь магов пусть и была полностью понятна местным жителям, но отличалась особым, мягким акцентом. Только поэтому рассказ уже звучал волшебно и таинственно. – Центр вселенной вобрал в себя всё лучшее. Ты, наверное, этого не видишь, но всё пространство вокруг нас окутано потоками. Они как нити, пронизывающие материю миров. И если смотреть на них там, на Ар-1, то потоки очень мощные. Больше таких нет нигде. Но даже если их не видеть, можно чувствовать энергию мира. Небо там другого цвета, а над землёй парят острова. Иногда между ними протягивают мосты. На некоторых из этих островов живут представители разных рас и культур. На небосводе несколько спутников – четыре сферы, фазы которых очень редко совпадают. Рэхо, Мальоро, Вениа и Арат. Арат – самый большой и тусклый спутник, его хорошо видно ранним вечером...

А Мальоро и Вениа – братья-близнецы...

Эйван через пламя смотрел на воодушевленного мага. Тот любил свой мир, в его взгляде мелькало то, что оборотень не единожды видел в глазах едо-тени. Тоска по дому.

Желание вернуться назад, к своим.

Эйван этого не чувствовал. Дома, в котором он родился, давно не существовало. На пепелище давно возвели новые, чужие постройки. Нынешние жители и не знали о кровавой истории той земли.

Да и дело вовсе не в стенах и крыше. Дом там, где тебя ждут, это не место, а люди и прочие существа. Получалось, что Эйван бездомный, ведь его никто нигде не ждал. Все рано или поздно уходили, и оборотень снова оставался один. Он старался бороться с привычкой привязываться к кому-то, но всё равно продолжал попадаться на это и считать кратковременных гостей – близкими. А ведь они все бросят его. Так было всегда.

И это почему-то начало оборотня злить.

Френя увлечённо вещал о красоте величественного мира и его обитателях, а в оборотне закипала ярость. Он ведь не увидит этого никогда. Зачем ему это знать?

Руки вцепились в колени, когти вонзились под кожу.

Маг всё говорил, а пространство вокруг него темнело, закрывая всё остальное. Только красное пятно птичьего гребня маячило впереди узкого туннеля слепого гнева.

Маг должен замолчать!

Из груди вырвался утробный рык и Эйван встрепенулся.

Это не его эмоции!

Он даже не заметил, когда Френкерен замолчал и наклонился к нему.

Едва заметная золотая вспышка и неожиданно крепкий щелбан.

– Эй! – оборотень возмущённо потер лоб. Но сам быстро сообразил, что наваждение отступило и его рассудок снова ясен. А вот с лицом появились проблемы. Эйван знал эту фазу, когда превращение остановилось в начальных стадиях, и от лица оставалась лишь пугающая маска, готовая вот-вот разорваться, выпустив звериный облик. Но Эйван пока держался и переводил дыхание, чтобы попытаться вернуться назад. Это далеко не всегда получалось, фаза была крайне нестабильной. Он осознал всё произошедшее, и постепенно к нему подступал страх.

Он ведь может навредить иномирному гостю, просто находясь рядом.

– Тебе лучше уйти.

Маг не выглядел напуганным или хотя бы встревоженным. А вот Эйван этим похвастаться не мог: к нему слова подступала темнота с липкими и цепкими лапками. Они охватывали разум, пытаясь утопить сознание в приступе необъяснимого гнева.

Щелбан!

Снова неприятно, но тьма от золотой вспышки исчезла. Вытянутое лицо мага внимательно изучало оборотня.

– Ты же сказал, что не возражаешь, если я поживу у тебя немного. Ты передумал?

От перенапряжения сердце было готово выпрыгнуть из груди, а тело пронзила дрожь.

– Я по-прежнему не возражаю... – Эйван выдохнул, и попытался успокоиться. – Но теперь ОН знает о тебе. И хочет, чтобы я тебя убил.

– Так я готов с ним говорить, – Френкерен пристально смотрел в глаза оборотню, но видел будто бы сквозь него.

«Мне нравится, что ты снова решил поиграть со мной...» – отчётливо услышал в голове давно знакомый голос старика. «Теперь мой ход».

– Он не станет с тобой говорить, – Эйван тер виски, пытаясь унять боль, которую владыка мира причинял ему, если забирался в голову. Одно радовало: если боль пришла, то Гельзар наверняка ушёл.

– А зачем он тогда приходил? – не понял Френкерен.

– Сказал, что рад снова поиграть. Я бы на твоём месте бежал отсюда.

– Зачем? – искренне недоумевал иномирный гость.

– Как бы доходчиво объяснить-то... я опасный. Меня создали машиной для убийства. Рвать на части и ломать кости врагам. А я стараюсь быть тем, кем хочу, а не тем, кем заставляют быть против воли.

– Так я Гельзару и не враг, если на то пошло. И сам бы хотел встретиться с живой легендой. Я многое слышал об этом маге. Если его так ненавидят Тёмные Властелины в моём мире, то мне определённо стоит познакомиться с ним. Враг моего врага... ну ты понял.

– Он тебе не друг, Френя. Брось эту идею!

Маг угрозами оборотня не особо проникся. Эйвану казалось, что иномирный гость находится под убойными транквилизаторами, которые напрочь убивают чувство самосохранения. С одной стороны, только такие и могли находится рядом с нестабильным оборотнем, но за них ведь тоже страшно. Френкерен огляделся по сторонам.

– Темно совсем. Пойдём домой.

– Есть небольшая проблема.

Оборотень продемонстрировал свои руки, которые практически потеряли человеческие очертания. – Как ты смотришь на то, чтобы все-таки воспользоваться магией? Я канистры больше нести не могу. У меня лапки. Почти. Назад вернуться пока не получится.

– Ха! – ехидно заулыбался Френкенен. – Обращайся, дружище, у меня есть план!

«План у него есть, ага.»

Эйван спустя некоторое время угрюмо стоял на земле и недовольно помахивал хвостом.

Маг недолго церемонился и просто воспользовался верёвкой. По бокам, на волчьих плечах, крепились канистры, а Френкерен забрался оборотню на спину с третьей, довольно свесив ноги.

– Замечательный у тебя план! – ворчал оборотень, ощущая себя навьюченным осликом. – Моя гордость уничтожена! Но магией ты и вправду не воспользовался, что намного важнее.

– Проверь своими звериными глазами, всё ли мы забыли.