Текст книги "Эра Охотников - 2 (СИ)"

Автор книги: Анастасия Церковская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)

Миодай замахнулся, и клинки Эльвиры жалобно зазвенели, блокируя удар тео.

– И ты снова лжешь, – едва заметно ухмыльнулся мастер одним уголком губ. Эльвира замешкалась, и тут же получила подножку. Вскочив на ноги, дао продолжила защищаться, как ни в чем не бывало.

– Поединок – лучшее место, чтобы быть честным, – проповедовал Палес. – От тебя я ощущаю слишком много лжи, попытайся быть собой хоть сейчас.

Неконтролируемая улыбка проступила на лице Эльвиры. Быть самой собой?

Кто бы говорил.

Никто не хочет, чтобы она была сама собой.

Эльвира с размаху нанесла удар в центр фигуры противника. Преподаватель, не глядя, отразил атаку и ударил сапогом по ногам Эльвиры снова.

В этот раз она успела отпрыгнуть и защитить ноги.

Миодай довольно прищурился.

– Ты точно не Клинок. А раз так, то придётся поднапрячься, чтобы я воспринял твои навыки, как приемлемые для допуска.

И тут началось.

До этого момента он орудовал, расслабившись, не отказывая себе в удовольствии побеседовать с ученицей. А теперь начался кошмар.

Атаки сыпались градом, Эльвира пропустила несколько ударов и снова попалась на коварную подножку.

Как же её бесили эти удары по ногам!

Эльвира, ударившись головой об пол, перестала соображать. Её переполнял гнев!

Сколько можно донимать её? Она не хотела заниматься с Миодаем. С кем угодно, только не с этой сволочью! Да пусть сквозь землю провалится, падаль!

То, что Эльвира сделала, поняла она не сразу.

Ярость, застилавшая ей глаза, отступила, и она увидела, что случайно активировала руны, и Миодай по колено ушёл в пол.

Палес смотрел на соперницу диким разъяренным взглядом, словно бык, вздумавший всадить рога матадору в брюхо. Эльвира смотрела на него примерно также.

Хотел видеть её настоящую? Вот она!

Длилось это всего мгновение, крики одногруппников вывели дао из оцепенения, и она приложила ладони к полу.

– Какого демона?! – Миодай пытался вырваться, но всё глубже уходил под пол. Хоть бы диапазона хватило.

Эльвира прикинула, что Палес выйдет как раз с потолка первого этажа, под залом находился холл учебного корпуса. Убивать преподавателя на глазах у всех нельзя.

Голова Миодая скрылась в текстуре, напоследок бросив на Эльвиру бешеный, полный ненависти взгляд. Эльвира не отпускала руки, пусть тео наверняка пройдёт через всю конструкцию. На два метра вниз она контролировала объект.

Закончив, дао медленно подняла голову.

Она стояла на четвереньках перед всей группой, но при этом взгляды, полные страха, были обращены именно к ней.

– Душный тип. Тяжёлый. Полам академии не выдержать такого...

Шутку коллеги почему-то не оценили. Эльвира встала на ноги, оставив мечи на полу.

– Простите, я пойду. Мне что-то дурно.

Изгоняющие расступались перед ней, словно это она была невыносимо строгим и злым преподом, которому нельзя возражать.

О том, что за такой проступок её теперь точно не простят, она понимала, но думать об этом сейчас не могла. Ей не хватало воздуха, хотелось побыстрее убраться из проклятого зала.

Эльвира закрыла за собой двери.

Оставшись наедине с собой, изгоняющая судорожно выдохнула. Ее трясло, но мысли стали более упорядоченными.

Миодай убьёт её прямо на месте. Стоит ей только попасться ему на глаза.

Эльвира услышала на лестнице шаги и тут же спряталась за колонну, нанося на себя руны.

Миодай выбрался из каменного плена. Но, похоже, он падать с потолка не планировал, повредил ногу, и теперь сильно хромал. Со лба стекала кровь. Прядь волос осталась в потолке.

Хлопнула дверь зала.

Это стало сигналом. Эльвира побежала к выходу, выцепив в суматохе за дверью грозное: «Где она?!».

Конец, ей конец! Теперь все догадаются, кто на самом деле этот таинственный призрак, который блокирует двери и учиняет раздор. Эльвира чувствовала себя монстром в обители охотников. Враги повсюду, кругом опасность. Нужно прятаться!

На выходе из корпуса стояла охрана, пришлось бежать в туалет на первом этаже и выходить через окно.

Глава 25. Братский долг

Ждать больше нельзя!

Нужно уводить Асириуса из города немедленно!

Эльвира пробежала мимо конюха к деннику с едо-тенью. Разоблачили Эпопееву, значит, и до конеподобного спутника скоро доберутся. Мирон удивился странному визиту студентки в учебное время, пожал плечами, но продолжил заниматься своими делами.

Стянув со стойки запылившееся седло, Эльвира набросила его на едо-тень, торопливо затянула подпругу. Пальцы не слушались, ремни выскальзывали из непослушной перебинтованной руки. Эльвиру трясло как никогда.

– Идём.

У ворот Эльвира огляделась по сторонам. У корпуса собиралась толпа из охотников. Судя по вычурно-дорогим плащам, в основном Палесы и Гралианы.

– Спрашиваю один раз. Ты или спасаешь свою шкуру, или рискуешь всем и идешь в подземелье за тем, за чем пришёл на земли Хольма. Оно стоит того?

– Оно стоит того, – вторил едо-тень.

Не спрашивая ничего, он помог взобраться на себя и помчался в мертвую часть города. Они пробежали перед патрулем.

Изгоняющие закричали и пустились в погоню, но Асириус быстро оторвался за первым же поворотом.

В поместье Эльвира зашла без проблем.

Асириус, как оказалось, тоже. Они прошли по гнилому полу и спустились в подвал, где до сих пор остался открытым люк в подземелье. Эльвира придирчиво рассматривала габариты четырехногого спутника.

– Как бы тебе залезть туда...

– Я залезу. А вот ты хватай верёвку со стены и привяжи к тому, что хоть немного напоминает что-то прочное. Спуск очень крутой для человеческих ног, – прокомментировал едо-тень и мгновенно просочился внутрь. Эльвира мешкала, пытаясь соорудить узел покрепче.

Знакомый запах подземелья. Спускаться по веревке пришлось до тех пор, пока ущелье не стало достаточно широким, чтобы Асириус встал в полный рост. Эльвира ухватилась за луку и подтянулась на стремени.

Сейчас, в полной темноте, она не понимала, в какой плоскости находится. Где низ, а где верх. Оставалось держать перед собой руку, освещая каменные глыбы с вековыми наростами.

– Что у тебя случилось? – поинтересовался едо-тень. Эльвира глубоко вздохнула, переосмысливая последние дни, и начала свой рассказ, пока Асириус пытался разобраться с внутренним компасом и найти нужный проход.

На каждой развилке он оглядывался и размышлял. А Эльвира ставила пометку в виде смайлика, чтобы потом найти дорогу назад.

– Какое наказание ждёт за подобные преступления?

– Да убьют, скорее всего. Измена, покушение на сородича, сокрытие важной информации. Знаешь ли, грешков набралось немало. И мне кажется, даже то, что я – последняя дао Эпопеева, не спасёт. Поэтому нам надо бежать отсюда без оглядки. Надеюсь, ты быстро найдешь то, что ищешь.

– Из-за крысино-вороньей диеты я истощён и ослаблен. Поэтому дело идёт медленнее, чем должно. Но мы движемся в нужном направлении.

Спутник хоть и ворчал из-за невкусной пищи, но по дороге упорно продолжал напитываться крысами. Несчастные зверьки никак не ожидали нападения от коня, а он этим пользовался и хватал замешкавшихся гадов за хвосты и иссушал их.

Эльвира дышала и не могла надышаться. Неужели её обучение в Академии так быстро закончится? А может и не только обучение, но и жизнь?

Ей было очень страшно. Не хотелось умирать от рук своих коллег. И не хотелось всю жизнь скрываться. Сколько той жизни, чтобы тратить её на постоянный страх оглянуться и увидеть за спиной погоню? Сначала ее преследовали вампиры, а теперь будут охотиться изгоняющие. От этой ситуации Эльвира испытывала обречённость и отчаяние. Умом она это понимала, пусть и не чувствовала.

– Не волнуйся, – утешал едо-тень. – Лес пограничья примет тебя. Оборотень защитит. Вы ведь родня! Там ты будешь в безопасности.

Перспектива почему-то не утешала. Коротать свои дни среди оборотней в лесу? Не очень хорошая жизнь для изгоняющего.

– Это неправильно! Целый вампирский город под землёй, который надо уничтожить, а коллеги даже не знают о нем. Там люди, их спасать нужно. Если верить матери, то Себастьян должен умереть, и затем предстоит сражение с вуалью мрака. Эта война, в которой я не имею право отсиживаться в безопасности. Я связана с ней родовым проклятием. Но я абсолютно одна, у меня ничего не осталось! Есть ощущение, что я уже проиграла этот бой.

– Фортуна-мать – переменчивая особа. Сдаваться рано, всё может поменяться.

Эльвира устало вздохнула. Проход впереди был низким, поэтому она слезла с едо-тени и пошла вперёд.

Во всей ситуации была некая ирония: Эпопеева пряталась в подземельях от изгоняющих среди других монстров. Как будто она и вправду одна из них. Да и в самом деле, много ли ей до нечисти осталось? Родители – вампиры, друзья снаружи – могущественные оборотни, и конь в союзниках, который и не конь вовсе.

В узком туннеле покоилось много хлама. Эльвира освещала коробки с неизвестными ей приборами и вдруг почувствовала резкую боль.

Зашипев, она подняла ногу и осмотрела подошву, пробитую гвоздём.

– Ай!

Просто так гвоздь не вынуть, он пробил толстый каблук и проник под кожу на пятке. Наступить на ногу Эльвира не могла, поэтому пришлось искать куда присесть, чтобы исправить оплошность.

У стены стоял подходящий ящик, к нему изгоняющая и допрыгала на одной ноге.

Вот же попадалово! На хвосте охотники, а она с гвоздём в подошве!

Выдернуть гвоздь пальцами не получалось, требовались плоскогубцы. В ход пошли ногти, затем всё то, что лежало под рукой. Найдя плоскую железку, Эльвира, наконец, подцепила головку и вытянула железную занозу.

– Чую потомка...

Неживой, словно механический голос донёсся откуда-то из темноты между ящиков. Эльвира насторожилась, медленно потянула руку к истлевшей ветоши.

Резко сдернула тряпку с рамы.

Полу птичье лицо вскрикнуло, обнажая черную пасть. Из бездонной глотки сверкнул кристалл.

Эльвира не понимала, что сейчас перед ней. Рама с говорящим барельефом? Какой-то механизм?

Клюв и грубые перья были отлиты из металла, но сегментированы и приделаны так, что птиц мог ими шевелить. И даже разговаривать. В глазницах мерцали огоньки ламп, и птиц, похоже, видел гостью, белые точки смотрели на неё осознанно.

– Тебе нормально существовать только половиной головы? – не удержалась Эльвира. Асириус за её спиной фыркнул, подавив смешок. Наверное, хотел пошутить про полоумную голову, но тактично промолчал. Мало ли. – Что ты такое?

– Арвий Эпопей. Сознание, запертое в материальной форме.

– Дела...

Эльвира села на корточки напротив барельефа и потянула к нему руку. Но вовремя вспомнила, что говорил Диедаро о проклятых предметах в подземелье. Вдруг это один из таких?

Трогать сознание предка в металле дао не стала.

– И давно ты тут пылишься? – Эльвира сложила перед собой ладони, решив послушать любопытного собеседника. – Только расскажи быстро и по делу, а то у меня мало времени.

– А с чего бы? – проскрипел птиц. – Не хочешь слушать, так иди. Или... Можешь взять меня с собой. Я тебе все расскажу! Я так давно не видел солнечного света! Покажи мне этот мир, каков он сейчас, а я расскажу, каким он был раньше. Как тебе?

– Треклятая железка! Ну не до тебя мне! Я и сама не факт, что свет этот увижу. Коротай вечность дальше, Арвий, всего хорошего!

Едо-тень с любопытством разглядывал механизм, принюхивался. А потом лизнул его в клюв.

– Убери свою лошадь от моего лица, девчонка!

– От птичьей рожи слышу! – возмутился Асириус. – Я проверял твою природу. Эль, если что – оно не проклято. Просто штука, которая работает на кристалле. Я такое встречал, когда служил магу. Характер у них, мягко говоря, не подарок.

– И что ты мне прикажешь делать с ним? За нами гонятся разъяренные изгоняющие, а мы сувениры из подземелья потащим?

– Погоня? – удивилась голова.

– Да, Арвий, да! Я – последняя Эпопеева, которую скоро пустят под нож. Если мы не сбежим отсюда немедленно.

Голова птицы озадаченно замолчала. Эльвира помнила имя Арвий в родовом древе. То, что это ее прямой потомок – правда. Давно он жил, два века назад, примерно. И представления о мире у него точно устарели.

– Последний? Как? Что случилось с нашим родом?!

– Жопа случилась. Всё! – Эльвира поднялась на ноги. – Бывай, до встречи в вечности.

– Вы не сняли проклятие? – возмущённо скрипнул старый птиц.

– Неа. Проблемы?

– У вас – да. Возьми меня с собой, и я постараюсь помочь!

– Да чтоб тебя!

Эльвира схватила говорящий барельеф, и компания с пополнением ускоренным темпом отправилась дальше. Железка оказалась добротной, тяжелой, рука быстро онемела. Не придумав ничего лучше, изгоняющая подняла с пола тряпку, под возмущенные вопли предка обмотала объект искусства и прикрепила к седлу на лошадиной спине.

Эпопеева ощутила себя расхитителем гробниц. Вот только что она взяла? Драгоценности, призывное оружие или доспехи?

Вовсе нет, просто надоедливо орущего в тряпочку дальнего родственника.

– Хочешь на свет белый? Значит, заткнись и терпи.

Птиц недовольно поворчал и затих. С ним можно разобраться позже.

Узкий коридор закончился, уставшая хромать Эльвира с облегчением вернулась в седло.

Под землёй город казался больше, чем снаружи. Невозможно оценить его масштабы, но по меркам Эльвиры блуждали они не меньше двух часов.

Кое-где встретилась подземная речка. Совсем небольшая, она протекала по желобу в полу, сквозь отверстия между двух стен.

Эльвира принюхалась, затем попробовала воду на вкус.

Приемлемо.

Судя по всему, в этой части подземелья никто не появлялся уже много лет, и ничего не развалилось только потому, что каменные блоки не разрушались, как стены из камней поменьше.

– Мы близко, – констатировал едо-тень.

Они опускались всё ниже, пока не очутились в зале, на небольшой площадке со множеством выходов. Двенадцать колец по краям площадки держали проржавевшие цепи, все они вели к центру, и венчал это символическое мрачное солнце бугорок.

Кучка из камней какая-то? Эльвира посмотрела на Асириуса. Его глаза засияли голубым, и он вышел в центр.

– Брат...

Так вот, кто был так важен для едо-тени! Асириус не хотел покидать мир без своего брата. Эльвира не стала портить момент товарищу, отошла, позволяя одиноким сердцам воссоединиться.

Иномирный конь говорил ей, что едо-тени не умирают, а каменеют, впадая в спячку.

Асириус ударился лбом о выступ в камнях, напоминающий череп.

На дне глазниц загорелись зеленоватые огоньки.

– Пробудись, сородич! Возьми мою силу! – взывал едо-тень. Он открывал пасть и изрыгал голубое пламя. Оно окутывало камень, и структура постепенно пришла в движение. Кусочки собирались воедино, появлялись очертания костлявого тела. Существо жалобно заскрипело и шевельнуло шеей.

– Брат, я пришёл за тобой! Я освобожу тебя!

Чтобы помочь другу, Эльвира начала ходить по кругу, камнем разбивая цепь за цепью. Они настолько проржавели, что стоило ударить по одному звену, и оно рассыпалось в труху. Эльвира не видела тут никаких рун. Только камень и цепи. Изгоняющие не использовали магическую защиту на этом создании.

Тем временем совсем не дружелюбное с виду существо восстало и теперь напоминало коня-зомби. Асириус продолжал напитывать брата жизнью, постепенно истощаясь. В какой-то момент хрип пленника обрёл понятные очертания.

– Я верил. Что это будешь именно ты. Всё, хватит!

Едо-тень сверху вниз посмотрел на Эльвиру, которая подобралась к последнему кольцу.

И помчался на неё!

Уроки Миодая не прошли даром, Эльвира отлично научилась отпрыгивать, перекатываться и вскакивать. И теперь убегала туда, где не достанет зверь на цепи.

Для только что воскресшего, в едо-тени оказалось много прыти, в последний момент он вцепился зубами Эльвире в лодыжку и сжал челюсти.

Эльвира закричала. Боль оказалось невыносима, ведь едо-тень не просто держал её, а вытягивал из неё жизнь огромными глотками.

Послышался удар, и это прекратилось. Асириус зло фыркнул, встав между изгоняющей и братом.

– Эту не трожь!

– А я думал, это мне обед приготовили. Как это, не мне?

Скрипуче-свистящий голос постепенно смягчался, приобретая характер. Эльвира смотрела, как на черепе, по голубым венам текла её жизнь, облачая едо-тень в плоть и кожу.

Теперь они выглядели с Асириусом как равные.

Эльвира схватилась за ногу. Кажется, повреждена кость. Сильно кружилась голова, пришлось опереться рукой в пол, чтобы не упасть.

– Потомок Эпопеевой! – прогремел тёмный кучерявый едо-тень, смакуя кровь изгоняющей на своих зубах. – Её предок заточил меня тут! А потомок расплатился за дела предка, у них так принято!

– Эреус. Она привела меня сюда, чтобы я спас тебя! И так ты благодаришь своего спасителя?

– Маги и их полукровки-выродки не достойны благодарности. Эй, мясо! – едо-тень повернул к Эльвире голову. Янтарные глаза иномирной зверюги недобро сузились. – Я не стану тебя добивать, тебе и так недолго осталось.

Эреус ухмыльнулся и приблизил к изгоняющей изуродованную давними шрамами морду.

– Влачи своё жалкое существование, презренный выродок мага! А мы уходим.

Асириус топнул ногой.

– Она идёт с нами. Теперь и мы должны ей помочь. Она наша! – Асириус подошёл к брату ближе, напирал на него до тех пор, пока тот не отступил. – Ты спал, а я всё это время существовал! Мир другой, фигуры меняют цвет. Ты должен слушать меня, если хочешь вернуться домой. Только я могу спасти нас!

– Ты пошёл на сделку с этими мразями?! – презрение так и сочилось из кровожадной лошадиной пасти. Эреус оставался неприступен, он не шёл на компромиссы с мерзкими магами и им подобным. – Позволил натянуть на себя рабское седло и защищаешь, как покорный слуга, этого выродка!

– Всё сложнее. Нам надо уходить отсюда. Тебе придётся это выслушать и принять, но позже!

Асириус наклонился к изгоняющей и подставил морду, помогая ей встать. Её тошнило, а нога подкашивались. На вторую она не могла наступить. Едо-тень опустился, подставив товарищу спину.

– Извини за него. Десятилетия плена окончательно испортили его характер.

Сейчас Эльвире было всё равно. Всё равно, что с ней будет. Убьют её или нет – это казалось пустяком. Она хотела провалиться в сон, лишь бы не чувствовать жгучей боли в ноге.

Она сидела в седле, сложившись в три погибели, удерживаясь наверху только благодаря удобной ручке.

Эреус скинул с себя оковы, и жеребцы понеслись наверх, в поисках выхода.

Эльвира закрыла глаза, доверившись своему едо-тени.

Они петляли по туннелям, и изгоняющая различала только топот копыт и прерывистые диалоги, в которых появилось неприятное слово «погоня».

Едо-теням было плевать на магию. Любую. Враждебные руны им не вредили, магические барьеры не сдерживали иномирных тел.

Похоже, едо-тени пошли другим путём и выскочили к тому месту, где в прошлый раз Эльвиру оставили родители.

– Держись только. Очень сильно держись! – предупредил Асириус и вскочил на стену колодца.

Тело Эльвиры устремилось вниз, ноги болтались над пропастью, только руки держали ее в седле.

Позади неё злобно щёлкал зубами Эреус.

Несколько секунд длились вечно.

Прыжок!

Асириус, выскочив из колодца, перешёл в другую плоскость, а вот Эльвира не успела.

Руки соскользнули с луки, и изгоняющая кубарем покатилась по земле.

Она видела то небо, то землю, а в промежутке между ними множество сапог и низов лоснящихся плащей. Слышала крики и голоса. Восторженный свист и смех.

Она подняла голову и заметила два лошадиных зада, стремительно уносящихся вдаль.

Взгляд скользнул чуть в сторону. Охотники быстро окружали её, кольцо из их тел сужалось, а потом свет погас.

Потом появился, но всё вокруг оказалось слишком неразборчиво. Её куда-то несут? Впрочем, не важно.

Спасительная темнота окутала измученный разум снова. И больше ничего не раздражало, не мешало и не болело.

До тех пор, пока сознание вновь не решило существовать.

Место, в котором Эпопеева очутилась, было ей знакомо, но несколько с другого ракурса. Сейчас Эльвира лежала на жёсткой койке, расфокусированный взгляд смотрел в сводчатый потолок мед крыла.

В поле зрения появился кучерявый и улыбчивый доктор. Один на всю академию, весьма уважаемый изгоняющий из семьи Грач. Эльвира пыталась вспомнить его имя, но не могла. Он серьёзно посмотрел на пациентку, кивнул, приветствуя.

– Как вы себя чувствуете?

Как, как...

Эльвира боялась пошевелиться. Вдруг ещё что-то сломала?

– Стейк. Отбитый, хорошо прожаренный.

– Это хорошо, – на полном серьёзе сообщил доктор. – Когда наступает стадия варёного кабачка, это намного хуже. Нужно сохранять оптимизм, с одной ногой-то теперь он очень пригодится.

– Что?! – Эльвира вскочила, сдернула с себя одеяло и обнаружила свои ноги. Обе на месте, только перебинтованы.

Доктор, имея абсолютно несерьёзное курносое лицо с пухловатыми щёчками, умудрялся держать важную мину.

– Да, да, шучу, конечно.

А вот Эльвире было не до смеха. Лекарь-юморист, судя по всему, в рядах охотников не состоял никогда, жил при академии мирной и довольно скучной жизнью, латая студентов после пар Миодая.

– Но сменить повязку уже стоит.

Доктор размотал ногу и озадаченно покачал головой.

– Вот только не начинайте! – Эльвира уже предвидела потенциальную шутку от скучающего медика. Да и сама она всё прекрасно видела.

Опухоль спала, на обеих сторонах лодыжки зияли посиневшие рваные раны от острых зубов. Вокруг поражённых участков нанесены заживляющие руны.

– Пару дней придётся полежать, – подытожил Доктор. Свежую повязку он намотал отработанными движениями тонких рук. Эльвира хмурилась, всё пыталась вспомнить его имя. – Но хорошая новость в том, что вы, юное дарование, проникли в запретную зону и смогли выбраться, не подцепив проклятий. Вам очень повезло!

– О, да...

Эльвира вздохнула и огляделась по сторонам. Просторный округлой формы кабинет имел два входа, и у каждого из них сидело по охотнику. Они не сводили с Эпопеевой взгляд. Потом появились новые тео. Они заполоняли пространство между койками, благо, те пустовали. Последним зашёл ректор.

Вокруг Эльвиры стало очень тесно. И ни одного простого лица, сплошная знать и элита.

– Ладно, юное дарование очень заинтересовало сообщество. Не буду отвлекать вас...

Доктор почтенно кивнул гостям и ушёл в свой кабинет, а ректор сел на стул напротив койки изгоняющей. На часах давно перевалило за полдень, и подозрительная активность коллег глубоким днём настораживала.

Эльвира впервые видела ректора так близко. На уже давно немолодом лице, побитом глубокими морщинами, читалась только безоговорочная серьёзность. Этот шутить не будет.

– Полагаю, нам стоит познакомиться поближе. Я Володар, из семьи Аль-де-Зар, ректор академии Хольма. А кем на самом деле являешься ты?

Эльвира окончательно сбилась с толку. Охотники наверняка изучили досье Клинок и уже разобрались, что личность фальшивка. Миодай тоже вряд ли молчал обо всём, что с ним случилось.

– Я Эльвира, и семьи у меня нет.

– Я ознакомился с докладом Палеса Миодая. Он упомянул, что проявитель указал на фамилии основателей. И, судя по событиям, которые начались после твоего появления, я не могу списать это на ошибку...

– А я говорил, это та девчонка! – подал голос молодой охотник с идеальным лицом. Тот самый уважаемый Гралиан, который изволил преследовать её по самым грязным подворотням Нижнего Тая. – Она на моих глазах зарубила вампира!

– Ну и что? – насупилась изгоняющая. – Я шла в академию, остановилась на ночлег. А вы там облаву устроили, не дали мне позавтракать перед дорогой. Разозлило ли это меня? Да!

Гралиан подошёл к ректору.

– Эта дао использовала призывное оружие. Два меча – артефакт Эпопеевых. Мне не верили, а я говорил вам!

Ректор смотрел на Эльвиру спокойно, взгляд медленно скользил от волос до перебинтованной ноги.

– Спрошу прямо. Арчибаль Грач и Мао Эпопеева – твои родители?

– Да, – помедлив, призналась Эльвира. – И что вы со мной собрались делать?

– А вот этого мы пока не решили, – вмешался незнакомый Эльвире охотник. Он противно ухмыльнулся.

Эльвира скрестила на груди руки и стала рассматривать присутствующих. Некоторые лица были ей знакомы, хмурый Миодай также находился в толпе.

Эльвире от всего происходящего стало невыносимо отвратительно. Охотники словно позлорадствовать пришли. Стая стервятников, смеющаяся над нею, готовая вонзить когти и сожрать!

Володар смирил толпу взглядом, требуя тишины, затем обратился к Эльвире:

– Как я понимаю, руны на дверях и побег вампиров на твоей совести?

– Допустим.

– Ты выпустила из подземелья тварь, которая находилась там по контракту с магами. И этим самым разорвала контракт и выдала местоположение всего города. Раскрыта тайна, которую мы хранили много лет. Ничто не должно покидать подземелья, если туда попало. Ты понимаешь серьёзность своего проступка?

– Кое-чего я и вправду понимаю... – Эльвира свесила ноги с кровати и наклонилась к ректору. Они сражались взглядами, а Эпопеева в таких поединках не уступала. В выцветших глазах Володара осталась только усталость и равнодушие. Этот старик ей не ровня! – Мы сидим тут и прячемся от внешнего мира, как какие-то крысы. Настолько ограниченные, что даже не в состоянии слушать и принимать ситуацию такой, какая она есть. Вы выслушали моих родителей? Нет, зачем! Что могут знать единственные изгоняющие, которые смогли покинуть вампирский город Оббурат? Вы не способны слушать, только рубить!

– Да как она смеет? – возмущались охотники. Ещё никогда Эпопеева не слышала в свой адрес столько ядовитых и прогнивших речей. И что Эпопеевы всего лишь выродки, случайным образом захватившие главенство над родом, и то, что они все порочны и заслуживают лишь смерти. Ректор молчал, позволяя охотникам высказаться насчет Эпопеевой.

Эльвира чувствовала: эти псы лаяли, потому что на самом деле боялись её. Они ведь не знают, на что она способна.

– Этим всё до лампочки. Честь, гордость – эти слова Эпопеевым давно не знакомы! Что можно ждать от тех, кто готов обернуться нежитью? Они готовы весь род под удар поставить, лишь бы решить свои проблемы! Уничтожить эту гниль, и всё наладится!

– Я согласен с Эмридом, оставлять таких опасных изгоняющих в живых – небезопасно! Держать их вместе со всеми нельзя!

– Грай, умерь свой пыл, – попросил Миодай, положив коллеге на плечо ладонь. Тео, сильно хромая, сделал шаг вперед. Его нога, как и у Эльвиры, была перемотана в том же месте. Только у неё – левая, а у Миодая правая. Он приближался к койке Эльвиры, опираясь на трость, и не сводил с дао взгляд.

– Да, кровь Эпопея дурна, своенравна и непредсказуема, но сложно не заметить потенциал, который можно направить на благо всем нам! Нужно лишь направить поток её силы в нужное русло. – Миодай навис над Эльвирой, не излучая никаких эмоций. Возможно, он не держал на ученицу зла, но Эльвира в это не верила. Ведь Палес не смог смириться с поражением в поединке. В его тёмных глазах загорелась какая-то нехорошая искра. – Я готов взять на себя это бремя.

– Опять? – послышалось из толпы. – Уймись, герой! Покровительство – явно не твоё!

Миодай прищурился и повернулся к недовольным товарищам.

– Хорошо, можешь взять это на себя, Эмрид. Мы не знаем, правда ли то, что наш род падёт вместе с последним потомком Эпопея, и проверять это пророчество не собираюсь! Потомок был всегда, мы просто о нём не знали. И если уничтожим его своими руками...

– Так, остановитесь! – ректор встал между Гралианом и Палесом. – Пока что это единственное решение, которое я вижу. Очень благородно с вашей стороны предложить подобное, Миодай. Вы уверены, что готовы контролировать наследника? Вам, кажется, от неё уже досталось.

– Это пустяки. Я готов. Без своей магии она не опасна.

Как это без магии?! Эльвира вытянула перед собой руку и попыталась заставить её сиять. Это и вправду не сработало. Она лишилась сил?!

Изгоняющая провела по шее рукой и почувствовала на ней что-то металлическое. Неужели всё из-за этого ошейника?

– Что вы сделали, твари?! – Эльвира вскочила на ноги, на мгновение забыв о больной ноге. Ведь магия – единственное, что у неё осталось! Едо-тени бросили её, друг отвернулся, родители оставили ни с чем. Им нужно забрать у неё всё, до последнего?!

Нога стрельнула острой болью. Миодай схватил Эпопееву за локоть и приблизился так близко, что раздраженный шёпот могла услышать только она.

– Я спасти тебя пытаюсь, угомонись и подыграй.

С чего бы? Миодай, видимо, до сих пор не понял, что Палес Эпопею не товарищ. Но сейчас мастер меча был единственным, кто встал на её сторону.

– Ясно, – буркнула Эльвира и больше в диалог не вступала. Дальше её судьбу обсуждали без неё.

Решение, которое принял ректор, устраивало не всех, но лучшего варианта никто предложить так и не смог. Брать под своё крыло мятежника, кроме единственного Палеса, никто не осмеливался. Изгоняющая не могла прочитать эмоций мастера меча, но поняла одно: Миодай не так прост, и играет в какую-то свою игру на удивление изящно.