Текст книги "На краю (СИ)"
Автор книги: Ана Эрмиш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)
10
Я проснулась от будильника, вырвавшего меня из крепкого сна. Села на кровати, не сразу поняв, где нахожусь, а когда в голову полезли обрывки воспоминаний, жалобно застонала и откинулась обратно на спину, натянув одеяло на голову. Я переспала с Владом.
Я. Переспала. С. Владом.
Не знаю, что нашло на меня вчера. Нет, не на меня, на нас. Какое-то помутнение рассудка, не иначе, другого объяснения для нахлынувших на нас с силой цунами страсти и всепоглощающего желания, я не находила. И нельзя сказать, что мне не понравилось – наоборот, даже очень. Но он ведь мой начальник, да не просто начальник, а ещё и сын генерального директора!
Несмотря на все доводы разума, сердце отчаянно забилось при воспоминании о Владе, открывшемся для меня с совсем новой, но волнующей до дрожи в коленях, стороны.
На кухне что-то загремело, и я резко отбросила с себя одеяло. Прятаться смысла нет, я не смогу вечно лежать в его кровати, как ни крути, но придется встать и посмотреть ему в глаза при свете дня. Я натянула одежду, в беспорядке раскиданную по всей комнате, и направилась на кухню.
Влад как раз ставил на стол две кружки свежесваренного, еще дымящегося кофе. В комнате витал аромат сладкой выпечки, и я с удивлением обнаружила на столе коробочку с круассанами, заботливо перевязанную шелковой ленточкой.
– Ты как раз вовремя, – улыбнулся Влад, – доброе утро.
– Доброе утро. Ты что, уже в магазин успел сбегать?
– Нет, только в пекарню на первом этаже. Подумал, что оставлять тебя без завтрака будет совсем невежливо и решил что-нибудь приготовить. Я даже сковородку нашёл для яичницы, но вот яиц не оказалось. Как, впрочем, и всего остального. Пришлось импровизировать.
– Не стоило так стараться, я бы в офисе поела…
– Ещё как стоило, – отрезал Влад.
– Спасибо, – я искренне улыбнулась.
– Пожалуйста. Поторопись, у нас не так много времени, если ты не хочешь опоздать на работу. Я слышал, у тебя очень строгий начальник.
– Просто зверь. Заставляет работать и днём, и ночью, – хмыкнула я.
Влад шагнул ко мне и, нежно отбросив с лица прядь волос, произнес:
– За такие ночные смены, он готов сделать поблажки на дневных.
Я лишь качнула головой и усмехнулась:
– Ещё чего!
***
После завтрака я быстро привела себя в порядок, сбегала в душ, и мы поехали в офис. Остановившись на парковке, Влад заглушил мотор и посмотрел на меня.
– Уверена, что хочешь туда идти? Может быть, рванем отсюда куда-нибудь? – из его груди вырвался тяжелый вздох.
– У меня нет выбора, я там работаю, если ты не забыл. Ты, кстати, тоже.
– Да плевать.
– Ты не слишком-то серьезно относишься к семейному делу.
– Я просто ещё до конца не решил, чего я хочу больше – чтобы это дело процветало или провалилось.
– Ты серьёзно? – я удивленно распахнула глаза. – Это же бизнес твоего отца.
– Это не только его бизнес, – сухо процедил Влад, – если бы он был только его, я бы не сомневался.
– О чем ты говоришь?
– Неважно, не забивай голову, – резко оборвал он. – Иди, а то опоздаешь.
– А ты?
– Пойду следом. Мне нужна пара минут.
– Хорошо.
Я вышла из машины, совершенно ничего не понимая. Только что этот парень бегал мне в кондитерскую за булочками, а теперь едва ли не выгнал. Я опять что-то не то сказала? Разговаривать с ним – как ходить по минному полю, ей Богу.
Поднявшись на этаж, я осторожно заглянула в отдел. Никого! Не веря своему везению, я быстро вытащила из сумки зеркальце и попыталась придать лицу в отражении чуть менее растрепанный вид. Получалось плохо – бальзама для волос у Влада, конечно же, не нашлось и сейчас они, совершенно неуправляемые, торчали во всех направлениях. Косметики у меня с собой тоже не было, потому сегодня я была даже без своей обычной туши для ресниц. Да и вид, в целом, был довольно помятый – сказывалось выпитое вечером вино и практически бессонная ночь.
Дверь в отдел открылась, и вошла Ирка, несущая два стаканчика с кофе. Кивнув мне в знак приветствия, она поставила один из них мне на стол.
– Спасибо, дорогая! – воскликнула я. Будто мысли мои читает, и вот как ее можно не любить после этого.
– Да не за что, – благосклонно махнула рукой она и, глядя, как я пытаюсь собрать непослушные волосы в хвост, спросила: – И где ты сегодня ночевала?
Я замерла с расческой в руке. Ну ничего от неё не скроется! У меня на лбу что ли написано?
– С чего ты взяла, что я не из дома?
– Ой, да брось, – рассмеялась подруга, – тут к гадалке ходить не надо. Вся растрепанная, невыспавшаяся, во вчерашней одежде, к тому же. Меня не проведёшь. Так где была?
– У Влада… – едва слышно прошептала я.
– Чего-чего? – Ира даже кофе поперхнулась, – ты шутишь?
– Нет, не шучу.
– Это у того самого Влада, который наш босс? И с которым вы ещё вчера тихо ненавидели друг друга?
– Ну, ненавидели – это слишком громко сказано… Скорее недолюбливали.
– Ты от темы не отходи!
– Да, да! Именно у него. И даже не спрашивай, как так вышло, я сама не знаю. Это наваждение какое-то.
– Только не говори, что ты влюбилась в него, – серьёзно посмотрела на меня Ирка.
– Нет, конечно, – отмахнулась я, – о какой любви может идти речь, мы с ним три дня знакомы.
– С первого взгляда, очевидно, – расхохоталась подруга.
Я хотела ответить, что она сошла с ума, но тут в отдел зашли Дима, Рита и Максим Фёдорович. Я тут же прикусила язык – не хватало ещё им ненароком узнать, где я была сегодня ночью. Рита не упустила случая пройтись по мне пренебрежительным взглядом, особенно по моим наспех собранным волосам. Я только поморщилась – на ее нападки я давно перестала обращать внимание.
Я принялась за работу и отвлеклась от компьютера только, когда ребята вокруг меня стали дружно вставать со своих мест. Глянула на часы – уже, оказывается, обед, вот это я увлеклась!
Я тоже подскочила со стула, почувствовав, как оказывается устала – спина затекла, глаза покраснели и накатило чувство голода. Дверь в отдел резко распахнулась, и на пороге возник Влад. Он окинул всех взглядом и пристально посмотрел на меня, будто собираясь что-то сказать. Но Рита его опередила:
– Ой, здравствуйте, Владислав Сергеевич! – сладко пропела она. – А мы на обед собрались. Вы что-то хотели? Если вам нужно, я могу задержаться и забежать к вам.
– Не стоит, Маргарита, – Влад отвел от меня взгляд, – я тоже собирался пообедать. Могу я к вам присоединиться?
– Ну, конечно! – Ритка вся расцвела, наверняка уверенная, что он решил присоединится только из-за неё.
– А мы думали, вы с директором обедаете, – вставил не к месту Димка, – а вы по-простому, с нами.
– Решил, что нужно быть ближе к коллективу, Дмитрий, – улыбнулся Влад.
– Чудесно, просто чудесно, – захлопала ресницами Рита, – пойдёмте же скорее.
Влад галантно приоткрыл дверь, позволяя всем выйти из отдела. Я вышла последней и, стоило мне поравняться с ним, едва ощутимо коснулся пальцами спины, а губами виска. Я едва не подпрыгнула от неожиданности.
– Что ты делаешь?
– Прости, не смог удержаться.
– Ну, конечно, – обиженно бросила я. – В машине ты не смог удержаться, чтобы не нагрубить мне, а сейчас, чтобы поцеловать. Тебе стоит быть хоть немного сдержаннее.
Он нахмурился и на мгновение замер, а я, воспользовавшись его заминкой, поспешила вперёд и догнала Иру. Краем глаза увидела, что Рита специально немного отстала и теперь бодро цокала каблучками рядом с Владом, что-то ему рассказывая. Тот старательно делал вид, что слушает ее, то кивая ее словам, то вставляя ответ в бесконечный поток ее слов. Я усмехнулась – сам виноват, вот пусть теперь и расплачивается общением с Ритой.
Спустившись в кафе, мы заняли столик у окна и сделали заказ. Обычно наши обеды проходили легко и непринужденно – мы ели, болтали и смеялись. Но сегодня, в присутствии начальника, ребята чувствовали себя не совсем уверенно, опасаясь сказать что-то лишнее или показаться глупыми. Ничего не боялась только Рита – сев по правую руку от Влада, она тянула на себе весь разговор, не забывая то и дело бросать не него томные взгляды и, будто бы невзначай, касаться рукой. Максим Фёдорович сидел неестественно бедный, а я то и дело чувствовала, как начинают гореть щёки при воспоминаниях о сегодняшней ночи, которые как назло так и лезли в голову. Ирка поглядывала то на меня, то на Влада, не переставая хитро улыбаться, за что несколько раз получила от меня ногой под столом.
– Как же это замечательно, что вы теперь работаете у нас, – не останавливалась Ритка, – сразу видно вы очень хороший руководитель.
– С чего вы взяли? – неожиданно вставил Влад, – может быть, я отвратительный руководитель, самодур, жадный до власти, глупый. Устрою сейчас переполох – сменю всех начальников отделов, уволю половину компании и наберу новых, заставлю работать сверхурочно, понижу зарплату.
Рита удивлённо захлопала глазами, а Максим побледнел ещё сильнее. Мне даже стало его жалко, и я пристально посмотрела на Влада и бросила:
– А я, как ни странно, согласна с Ритой. Вы производите впечатление умного, понимающего, но в то же время требовательного начальника.
– Первое впечатление может быть очень обманчивым.
– Тут вы правы! Бывает встретишь человека – просто чудесного, на первый взгляд, а потом копнешь поглубже, и сплошное разочарование. А бывает – вроде бы хам хамом, этакий подлец и негодяй, а стоит узнать получше, и оказывается, это совсем не так.
Губы Влада изогнулись в лёгкой, едва уловимой улыбке, но она тут же погасла, когда за его спиной раздался громкий возглас:
– Влад! Братан, это ты, что ли?
Неподалёку от нашего столика стояло трое парней, и один из них с широкой улыбкой спешил к нам. Он был невысокого роста, худощавый, с висящими до плеч несвежими волосами, и блестящими бегающими глазами. Одетый в рваные на коленях джинсы и растянутую толстовку, он никак не вязался с Владом и его идеально выглаженной рубашкой, начищенной обувью и гладко выбритым лицом. Невозможно было представить, что эти два человека из совершенно разных миров не просто пересекались, а, похоже, еще тесно общались.
Влад резко поднялся из-за стола, так, что ножки стула громко проскрипели по полу, и повернулся к подходящему к нему с распростертыми объятиями мужчине.
– А мне пацаны ещё не поверили, что это ты! Говорят, ты посмотри какой важный фраер. А я разве своего братуху не узнаю?
– Прошу извинить меня, коллеги, – сухо бросил нам Влад и, схватив мужчину за плечо, потащил подальше от нашего стола, к остальной компании.
Они стали о чем-то негромко говорить, и чем больше Вдад говорил, тем сильнее мрачнели лица его знакомых. Я украдкой поглядывала на них, стараясь изо всех сил сделать вид, что мне не особо интересно. Но, на самом деле, меня съедало любопытство – кто эти парни и какое отношение имеют к Владу? Мне вспомнилось, как он говорил о том, что раньше в его квартире то и дело собирались разные люди – так неужели это и есть его друзья из прошлого?
– Интересно, откуда у нашего мистера Совершенство такие знакомые? – не упустил случая пособирать сплетни Димка.
– Может быть, рискнешь и спросишь у него сам? – засмеялась Ирина.
Тот обиженно поджал губы.
– Ой, Ир, ты как всегда. Тебе что, совсем не интересно?
– Нет, – она пожала плечами, – с чего мне должна быть интересна личная жизнь начальника? Нас с ним связывают сугубо рабочие отношения. Вас, кстати, тоже.
– Вся такая правильная, аж противно, – Ритка закатила глаза, – а мне вот тоже интересно. Вы посмотрите на этих парней. Они будто под кайфом, особенно вон тот, с дредами.
Я проследила за ее взглядом. Один из компании, высокий парень, одетый совсем не по погоде в футболку и шорты, с копной дредов на голове, действительно выглядел не совсем трезвым. Он едва покачивался из стороны в сторону, бормоча что-то одними губами, то и дело потряхивал головой и смотрел куда-то в одну точку.
Можно было не сомневаться, скоро об этой встрече узнает весь офис – ни Дима, ни Рита не упустят такое впечатляющее событие.
– Займитесь своими делами, – довольно грубо сказала я, – хватит собирать сплетни.
Все подняли на меня удивленные взгляды – обычно я ни с кем не ругалась в коллективе. Даже Ритины высказывания не воспринимала или переводила в шутку. Поэтому такая моя реакция не могла не остаться незамеченной.
– А чего это ты его защищаешь? – тоном, не предвещавшим ничего хорошего, хмыкнула Маргарита.
– Я никого не защищаю. Просто вы немного забываетесь, что находитесь на работе и говорите сейчас о своем начальнике. И Ира права – если вам двоим так интересно, подойдите и спросите прямо, а не перемывайте кости за его спиной. Но, готова поспорить, ни один из вас не рискнет, правда?
– Да пошли вы, – злобно прошипела Рита, не переставая буравить меня тяжёлым взглядом.
Она явно что-то заподозрила и теперь не успокоится, пока не докопается до правды. Не то, чтобы меня это сильно заботило – я давно привыкла к постоянному обсуждению в коллективе, кто с кем спит. И пусть, до этого дня, мое имя в этих разговорах не фигурировало, мне было откровенно плевать на то, что на ближайшие время именно я могу стать стать главной героиней офисных сплетен.
Намного больше меня беспокоил Влад. Точнее, как это скажется на его, и так непростых, отношениях с отцом. Мне совсем не хотелось, чтобы именно я стала причиной их очередных разногласий. Особенно учитывая тот факт, что я только вчера уверяла Сергея Ивановича – нас с Владом ничего не связывает.
Рита, гордо задрав голову, встала из-за стола и направилась к выходу. Димка поспешил за ней – у него, наверняка, язык чесался обсудить произошедшее за обедом. Максим быстро допил свой чай и, зачем-то извинившись, пробормотал, что у него еще куча дел. И поспешил удалиться вслед за остальными.
– Ты идёшь? – спросила Ирка, когда мы остались с ней вдвоём.
– Ты иди, я догоню, – ответила я. Мне совсем не хотелось оставлять сейчас Влада.
Подруга понимающе кивнула и оставила меня одну за столом. Я посидела ещё несколько секунд, затем решила подойти поближе к Владу. Тон общения у парней уже сменился – похоже, теперь уже никто не был рад этой встрече.
– Ты изменился, братан, – с обидой в голосе сказал худощавый, – думаешь надел свой крутой костюмчик и все, ты лучше нас? Стремно даже поговорить?
– Я ничего такого не говорил, Миш, – покачал головой Влад, – мы теперь совсем разные люди. Я не знаю, чем вы сейчас живете, но я больше не планирую заниматься тем, чем раньше. О чем нам разговаривать?
– Значит, не о чем поговорить со старыми друзьями?
– Мы никогда не были друзьями, – его голос словно резал воздух в помещении. – Максимум собутыльниками. И сожителями, когда вам было негде жить.
Миша хрипло рассмеялся:
– Вот ведь как жизнь поворачивает, да, Влад? Сколько тебя знаю, ты всегда старался доказать всем и каждому, да и себе в первую очередь, что ты не похож на своего отца. А сейчас посмотри на себя – вылитый папаша!
Влад схватил его за грудки и со злостью прохрипел в самое лицо:
– Я на него ни капли не похож! Ты меня совсем не знаешь!
Я сама не поняла, как оказалась рядом с ними и схватила Влада за руку. Он перевел горящий яростью взгляд на меня и только, когда увидел, что я не на шутку напугана, немного ослабил хватку.
– Пожалуйста, пойдём. Прошу тебя, – я в ужасе представила, что он сейчас набросится на этого парня, и завяжется драка.
В ответ он лишь разжал руки, оттолкнув от себя Мишу, стряхнул с себя мою руку и, не говоря ни слова, пошел прочь. Я растерянно поглядела ему вслед. И долго он ещё будет то отталкивать меня, то снова лезть под кожу?
Я догнала его уже у лифта. Он тяжело дышал, будто пробежал стометровку, прислонившись головой к холодной бетонной стене.
– И что это было? – я смерила его хмурым взглядом.
Он непонимающе посмотрел на меня, словно увидел впервые. Его глаза все еще были затуманены злостью, и внутренний голос подсказывал мне, что лучше сейчас не лезть к нему под горячую руку, но остановиться было уже невозможно.
– Полин, давай поговорим позже, мне нужно успокоиться и побыть одному. Сейчас не лучшее время.
– Тебе не обязательно быть одному. Хочешь, я побуду рядом?
– Нет, – наконец, произнес он после долгой паузы.
Меня словно по голове ударили. Слова, оказывается, действительно могут ранить – потому что вот это его "нет", как нож в самое сердце. Я не знаю, что отразилось в моих глазах, но злость в его взгляде начала понемногу сменяться на разочарование. Я сделала шаг назад, и тогда в них отразилась почти что боль. Влад запустил руки в волосы и взъерошил их.
– Пожалуйста, не принимай близко к сердцу. Мне правда лучше будет побыть одному. Ты все равно не поймёшь.
– Ты так думаешь? Что ж, хорошо! – вспылила я и, не став дожидаться лифт, бросилась к лестнице.
11
Я зашёл в свой кабинет и с грохотом захлопнул дверь. Руки так и чесались что-нибудь разбить – кружку, стоящую на столе, ноутбук, окно… Что угодно. Кровь бешено кипела в венах, и я прекрасно знал, что мне может сейчас помочь – хорошая драка, несколько часов в спортзале или бурная ночь с девушкой. Хотя, драка была очень близка – чёрт бы побрал этого Мишу и его дружков. Я столько лет старался забыть своё прошлое, в корне менял жизнь, сбегал от всего на другой конец света. А теперь это возвращение… Плохая была идея, очень плохая. У меня уже почти получилось зажить нормально, без выжигающего изнутри чувства ненависти, так мешающего выстраивать нормальные отношения с людьми. И вот снова – эти люди, эти эмоции, эти преследующие меня ночью кошмары. Я опять в той же точке отсчета.
Я до боли сжал кулаки. В голове до сих пор пульсировали слова: "Ты вылитый отец" – слова, которые меня пугали больше всего, и заставляли дикого зверя внутри меня биться в ярости. Мне хотелось кричать на весь свет, что это не так, но то и дело на подкорках сознания всплывала отвратительная мысль: "А что, если это действительно так?" Ведь что-то же делаю сейчас здесь, в этом чертовом городе, в этом проклятом офисе. Что, если мы похожи, гораздо больше, чем мне хотелось бы?
В дверь постучали, и я быстро сделал пару глубоких вдохов, стараясь прийти в себя.
– Да, войдите.
В дверь просунулась голова Маши, отцовской помощницы.
– Владислав Сергеевич, – мило заулыбалась она, – Сергей Иванович уехал домой, просил вам передать, что вы остаетесь за главного вместо него.
– Что? Почему уехал? – я нахмурился.
Я не помнил, чтобы отец брал и уезжал с работы в разгар дня без серьёзной на то причины. Рука непроизвольно дернулась в сторону телефона, но остановилась на полпути. Какая мне, к черту, разница. Это не мое дело.
– Он ничего не объяснил, – Маша пожала плечами.
– Хорошо, – я махнул рукой, как бы показывая, что наш разговор окончен.
Но Маша не торопилась уходить. Она сделала ко мне несколько не очень уверенных шагов и смущенно улыбнулась.
– Раз уж вы сегодня за Сергея Ивановича, значит, и я должна быть вашей личной помощницей. Что я могу для вас сделать?
Она послала мне недвусмысленный взгляд, а я вздохнул. Что не так со всеми этими девушками? С самого моего появления мне не даёт прохода Маргарита, строят глазки почти все девушки в офисе, а теперь ещё и секретарша отца готова предложить мне разного вида помощь. На меня, похоже, объявили здесь своего рода охоту, и местные хищницы дружно пошли в наступление. Кроме Полины – вот уж кто вообще не собирался охотиться, но это не помешало ей подобраться ко мне ближе всех.
При воспоминании о Полине где-то внутри болезненно кольнуло. Я уже забыл, когда кто-то вот так на меня смотрел и хотел просто быть рядом. Это выворачивало наизнанку всю душу, я до дрожи хотел ей позволить помочь, но сделал лишь то, что всегда умел лучше всего – оттолкнул. Я слишком хорошо научился отпугивать тех, кто подошел слишком близко – еще до того, как они успеют сделать больно. Или просто исчезнуть из моей жизни.
Я отмахнулся от круживших в голове мыслей и посмотрел на Машу, как бы невзначай расправляющую кружево на слишком глубоком вырезе блузки.
– Спасибо, Мария, если мне что-то пригодится, я к вам обращусь, – холодно процедил я, – а сейчас извините, у меня много работы.
Она удивлённо захлопала ресницами, видимо, ещё раздумывая уходить или попробовать перейти в более активное наступление, но, столкнувшись с моим ледяным взглядом, пробормотала что-то невнятное и поторопилась выскочить за дверь.
Работы и правда было много, и время до конца рабочего дня пролетело незаметно. Мне даже почти удалось выбросить дневное происшествие из головы и остыть.
В начале седьмого я вышел из кабинета и направился к лифту. Возле него стояла Полина, не сводя глаз с табло над лифтом, отсчитывающего этажи. Двенадцать, одиннадцать, десять, девять…
Я успел запрыгнуть в уже закрывающиеся двери лифта. Полина бросила на меня удивлённый взгляд, а затем отвела глаза и стала упрямо смотреть куда-то в сторону.
– Полина.
Она лишь мотнула головой, как бы призывая меня остановиться и не продолжать.
– Ты вправе на меня злиться, – продолжил я. – Но так было лучше. Для тебя, в первую очередь. Зачем тебе это нужно, Полин? Это мои проблемы, тебе нет нужды в них вникать. Я в состоянии со всем разобраться сам.
– Хорошо, – глухо ответила она. – Я тебя поняла. Извини, что решила тебя поддержать, не стоило этого делать. Давай останемся просто коллегами, которые… Которые совершили небольшую глупость. И не будем больше лезть друг другу в душу.
– Я бы не назвал случившееся глупостью.
– Называй, как хочешь.
Двери лифта распахнулись на первом этаже, и она легко выпорхнула из них.
– Я не хотел обидеть тебя, – бросил я ей вдогонку.
Она резко остановилась и повернулась, гневно уперев руки в бока.
– Тогда что ты хотел? Не хочешь рассказывать, в чем дело – и не надо, я не настаиваю. Это твоя жизнь и твое право. Но можно же не так резко и грубо?
– Прости. Я даже не отрицаю свою вину. Я сорвался, и ты оказалась в зоне поражения. Знаю, хреновое оправдание, но какое есть.
Я увидел, как черты ее лица начали сглаживаться, а взгляд потеплел. Нет, Полина, не надо. Только не прощай меня так легко. Лучше скажи правду – что я та еще сволочь, развернись и уйди. Так для всех будет проще. Не позволяй мне сделать это с тобой снова.
– Ладно, проехали, – она кивнула, кажется, вполне удовлетворенная моим извинением.
Я вздохнул. И чем я только заслужил такое отношение? Ничем. Это все только она – и ее желание дать мне ещё один шанс. Который я наверняка бездарно упущу.
– Не хочешь прогуляться? Пройдёмся по набережной, выпьем кофе, – предложил я.
– Кофе? – прищурилась Полина.
– Хорошо, чай, – я усмехнулся, – согласна? Сегодня отличная погода, и совсем не хочется проводить этот вечер дома.
Она задумалась на несколько секунд, а затем коротко кивнула головой.
***
Мы шли по набережной, неспешно попивая чай из больших бумажных стаканчиков и вдыхая свежий весенний воздух, уже наполняющийся нотками распустившихся цветов. Я искоса глянула на Влада, и сердце в который раз предательски ускорило свой ритм. Все же он безумно привлекателен, этого не отнять.
– Я раньше очень любил тут бывать, – произнес Влад.
– На набережной?
– Да. Это одно из немногих мест, по которым я скучал.
– Ты долго прожил за границей? – я остановилась и оперлась руками об ограждения. Влад замер рядом со мной.
– Пять лет. Уехал, едва окончив институт. Хотел раньше, но решил дождаться диплома.
– И ты совсем не скучал по дому? Совсем-совсем?
– Нет.
– Я бы так не смогла, – вздохнула я. – Я очень люблю свой дом, свою семью. Я даже живу до сих пор с родителями, – у меня вырвался смешок. – Не представляю, как можно вот так все бросить и уехать на другой конец света.
– У тебя замечательная семья. Тебе не нужно это даже представлять.
Его голос едва уловимо дрогнул. Будто случайно сорвался. Но стоило заглянуть в глаза, и сразу становилось ясно – не случайно. Надо же, я три года проработала в компании его отца, и никогда бы не подумала, что этот приятный, интеллигентный и крайне умный человек мог так сломать своего собственного сына. Правду говорят: чужая семья – потемки. Что он делал? Бил, унижал, был домашним тираном? И как вообще мальчик из богатой и благополучной семьи оказался в интернате? Столько вопросов и ни одного ответа. Но, если честно, меня это не особо и касается – наши встречи и ночь, проведённая вместе, совсем не означает, что мы стали кем-то большим друг для друга.
– О чем задумалась? – Влад словно прочитал мои мысли.
– Ни о чем, – отмахнулась я. Так не хотелось портить сегодняшний вечер. – Расскажи мне лучше вот что. Это правда, что ты метишь на место одного из начальников отдела? Например, нашего?
Он округлил глаза, а затем тихо рассмеялся.
– Откуда ты это взяла?
– Разные слухи ходят, знаешь ли. Много кто переживает за свое место – ведь, подумай сам, в компанию пришел работать сын шефа и явно не простым менеджером.
– Нет, я не займу ничье место. Особенно в вашем отделе – Максим меня устраивает целиком и полностью.
– Да ладно?! – я так облегченно выдохнула, будто это моя карьера висела на волоске. – Я ему завтра расскажу, он умрет от радости. А то у него остановка сердца случается всякий раз, как ты мимо кабинета проходишь.
– Не думал, что вызываю у людей такой страх, – Влад покачал головой.
– Не ты, а перспектива потерять работу.
– Звучит немногим лучше.
– Тогда что ты планируешь делать в компании?
– Занять место отца, конечно же, – он ответил это таким тоном, словно это что-то само собой разумеющееся и совершенно очевидное.
– Да ладно? – моя рука так и зависла в воздухе, не донеся стаканчик чая до рта. – А он?
– А он планирует… Отдохнуть? Уйти на пенсию? В общем, он передаст мне дела и уйдёт.
Я стояла, потрясенная неожиданной новостью. Шеф ни разу никому даже словом не обмолвился о том, что скоро покинет свою компанию, которую строил годами. Да и как-то в голове не укладывалось, что мужчина в полном расцвете сил и абсолютно здравом уме вдруг засобирался на пенсию.
– Вот только об этом никому. Он сам скажет, когда приедет время.
– Да, хорошо…
Нас прервал телефон, зазвонивший в кармане его куртки. Влад нашарил аппарат и, увидя имя звонившего, нахмурился и на несколько секунд завис, раздумывая стоит ли отвечать. Потом, все-таки приняв решение, отошёл в сторону.
– Да, – его ответ прозвучал довольно грубо.
С того конца телефонной трубки начали быстро что-то говорить, и Влад постепенно менялся в лице. На нем все отчетливее появлялись разочарование, страх и боль. Я не слышала слов говорившего, но неосознанно напряглась, едва ли не кожей почувствовав, что ему сейчас говорят что-то ужасное.
– Понял, скоро буду, – наконец, кратко бросил он и нажал на отбой.
Поднял на меня глаза, в которых снова засверкал лёд. Я почувствовала, как внутри живота все сжалось в болезненный узел.
– Что-то случилось? – тихо спросила я.
– Отец в больнице, – ответил он так, будто каждое слово давалось ему с большим трудом, – прости, мне нужно ехать. Придётся продолжить нашу прогулку в другой раз.
– Какой кошмар! Что случилось?
Влад проигнорировал мой вопрос, словно не услышав или просто не захотев отвечать. Он выглядел таким потерянным, что я, обхватив его ладонями за лицо, заставила посмотреть мне прямо в глаза.
– Я поеду с тобой, слышишь? Никто не должен проходить такое в одиночку. И плевать, если ты скажешь, что это не мое дело, и ты справишься сам.
Влад смерил меня долгим внимательным взглядом, по которому я не смогла понять совершенно ничего – зол он, рассержен или рад, что я навязалась ехать с ним. А затем кивнул:
– Хорошо, поехали.
