Текст книги "Истинная избранная для дракона (СИ)"
Автор книги: Аманда Франкон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)
– Пожалуй, ты готова.
– К чему? – я от удивления аж открыла глаза и поднялась с камня, на котором медитировала последние пару часов.
– К испытанию, – старик кивнул в сторону высокой горы, на вершине которой в ясном полуденном свете отчетливо виднелся храм. – В практике ты преуспела еще на острове Сайны, в теории за последний месяц я тебя подковал. Остальное зависит только от твоей смекалки. Тебе, и только тебе решать, для чего как ты будешь использовать свои навыки. И я бы отпустил тебя обратно на континент без испытания, но мы должны понять, сможешь ли ты выполнить миссию, которую мир так опрометчиво на тебя возложил.
Я спрыгнула с уступа и, скрестив руки на груди, окинула старика подозрительным взглядом. Его решение мне не нравилось, но может, во мне говорил банальный страх?
– И что надо сделать? – спросила я, все еще не особенно веря, что у пути обучения есть хоть какой-то обозримый финиш.
– Забраться в храм, – Нереус еще раз указал на вершину горы. – И спуститься. Выживешь – значит готова. Если же нет, то и говорить не о чем.
Задача казалась совсем простой, но с другой стороны совершенно непредсказуемой. За остаток дня мне не удалось вытянуть из старика ни слова, а утром он, снабдив меня скудными припасами, едва ли не пинком отправил на тропу, ведущую на заснеженному горному пику.
Глава 14
Тропа петляла по пологим склонам, и хоть я привычно оставалась настороже, не замечала вокруг даже признака опасности. Поэтому вскоре углубилась в свои мысли.
Впервые с того момента, как я заключила сделку с вождем Ардалом, задумалась о том, что буду делать, если план удастся. Если ничего не получится, то, очевидно, спасать собственную жизнь. А если удача все-таки мне улыбнется? Если у меня хватит умения разъединить стихии, да еще и выжить после этого, что тогда?
Вернуться в Академию? Даже если она продолжит работу, то мне там не место. После трех лет вольной островной жизни я не могу запереть себя обратно в пыльные кабинеты.
Вернуться в Край Драконов? Но далеко не факт, что Старр позовет меня снова, после того, как я сбегу обратно на континент. А если все же позовет? Хотя вряд ли. За все то время, что я провела в башне мага, он пришел только один раз. Я рассказала ему, что собираюсь делать. Он молча выслушал, пожелал мне удачи и удалился. Предложений остаться и бежать больше не делал и выглядел таким разочарованным, будто я его предала. Впрочем, может для него это и в самом деле так?
Меня кольнуло чувство вины, и я уже собиралась ей предаться, но вдруг заметила вдалеке силуэт дракона. Все мои чувства вопили о том, что он приближается именно ко мне, и вскоре темный силуэт на фоне ярко-голубого неба показался над горами.
Уже по размаху крыльев я узнала того, кто так жаждал увидеть меня, желательно без свидетелей. Ко мне приближался Лаогэр.
Я спустилась в просторную низину, где ему хватит места, чтобы приземлиться, и пока он преодолевал разделяющее нас расстояние, успела торопливо сгрызть яблоко.
Дракон приземлился, поднимая вокруг себя облака пыли – дни в последнее время стояли ветренные и сухие – и тут же обратился в человека. Понятно, значит, не есть прилетел.
Даже предчувствуя не самый приятный разговор, я ощущала себя вполне уверенно. Выпить воздух из огромной туши дракона, как оказалось, почти так же просто, как и из человека – Нереус показывал мне, как это делать более эффективно: так, чтобы у врагов не оставалось ни секунды на раздумья или действие. К тому же неподалеку я чувствовала сквозняк в узком скалистом ущелье, в котором легко могу скрыться от его неповоротливой огромной туши и уж тем более от медленных человеческих ног.
Судя по уверенным и спокойным движениям, дракон собирался лишь поговорить. По крайней мере, для начала. Он подошел, окинул меня тяжелым взглядом исподлобья и протянул вперед раскрытую ладонь.
– Отдай мой коготь, – потребовал Лаогэр сквозь зубы.
Я инстинктивно сжала в кулаке медальон, который висел на поясе, привязанный к ремню.
«Я слышу его!» – вдруг завопила Лайла так громко, что мне показалось, голова сейчас расколется на части. – «Отдай меня ему!».
Я уже и в самом деле собиралась распрощаться с красивой побрякушкой, но вспомнив свои недавние опасения по поводу Старра, решила повременить с этим.
– Быстро же ты забыл прежнюю любовь, раз он снова тебе понадобился, – с самой мерзкой улыбкой, на которую оказалась способна, я отступила на шаг и, сняв медальон с пояса, издевательски покачала им в воздухе.
– Коготь может принадлежать только одной! Он не должен быть у тебя! – прорычал дракон, подступая ближе ко мне.
Его слова заставили меня слегка покраснеть. Значит, Старр мог отдать коготь только одной женщине? И выбрал смертную меня?!
«Ну ты и…» – ругань Лайлы привела меня в чувства.
Заметив злой блеск в черных глазах Лаогэра, я решила отложить сантименты на потом.
– И что мне за это будет? – я отступила еще на шаг, медленно приближаясь к скалистому ущелью.
– Даже не надейся выторговать у меня что-то! Я отберу амулет силой, если сама не вернешь! – Лаогэр уже стоял на грани бешенства, но меня вдруг объяло необузданное желание отомстить ему за то, что он желал моей смерти по той лишь причине, что я – не Лайла.
– В амулете трещина, – я медленно провела по едва заметному зазору пальцем. – И он такой… хрупкий. Мне ничего не стоит немного охладить его, а потом нагреть воздух во внутренних пустотах камня. И твоя драгоценность, прибежище для духа Лайлы, навсегда рассыплется в прах.
Я прекрасно понимала, насколько отвратительной и мерзкой казалась сейчас дракону, и готовилась к тому, что он нападет. Конечно, разрушать подвеску не собиралась, но твердо вознамерилась вытрясти из него одно обещание.
Однако дракон меня удивил. Стоило мне упомянуть Лайлу, как его пыл куда-то испарился. Остался лишь удивленный, усталый взгляд и опущенные плечи. Лаогэр стоял, будто облитый ледяной водой, и со смесью злобы и надежды смотрел на меня. А я ведь могла и солгать о духе его возлюбленной. неужели он об этом не подумал? Или надежда, пусть даже самая призрачная, так сильно его изменила?
– Что ты хочешь? – прошипел он, делая еще один шаг вперед.
Я осталась на месте и с победной улыбкой озвучила свое условие.
– Если Старр откажется отнести меня на континент, то это сделаешь ты.
– И все? – Лаогэр выпрямился и удивленно поднял брови. – Помощь с армией противника или источником тебе не нужна?
– У меня на континенте и так достаточно врагов, – фыркнула я, перехватывая амулет поудобнее. – Тебя только там и не хватало.
– Я тебе не враг, – поспешил заверить меня дракон. – Не буду им, как только отдашь амулет.
Без лишних слов я бросила ему подвеску. Он поймал украшение в ладони и замер. Очевидно, едва потрескавшийся камень коснулся его руки, как Лайла заговорила.
Я же молча наблюдала за тем, как Лаогэр сначала едва заметно, но печально улыбается, как взгляд его уплывает в безвременье, а по щеке катится одинокая слеза. Дракон аккуратно надел подвеску на шею и прижал к груди ладонью, все еще не двигаясь с места.
Даже у меня, не обремененной излишней сентиментальностью, защемило сердце. Вот она, оказывается, какая – любовь дракона. Они ведь так давно не виделись. Если верить датам в дневнике Лайлы, прошло уже около сотни лет с тех пор, как она прибыла на острова. Для дракона, может, не так уж и много времени, но любой человек и даже эльф за столь долгий срок успел бы охладеть к былой любви. А этот все еще любит.
– Что вы сделали с ее телом? – тихо спросила я, рассчитывая, что если Лаогэр слишком поглощен мысленной беседой и не услышит меня, то я не стану повторять вопрос.
Но он открыл глаза и взглянул на меня осмысленно.
– Сожгли, – мрачно ответил он. – Если понадоблюсь, найдешь меня в пещере клана.
С этими словами он отвернулся и судя по тому, как напряглось его тело, собирался снова превратиться в дракона, но за миг до того, как его тело начало покрываться темной чешуей, обернулся.
– Спасибо, – Лаогэр кивнул, а в следующий миг взмахнул огромными крыльями, снова поднимая над низиной тучу пыли, и взлетел.
Я же, с трудом унимая подступающие к глазам слезы, двинулась дальше – уже не столь уверенно и легко, как в начале пути.
Ближе к подножию горы мне стали попадаться куски белой ткани. Они висели на нагромождениях камней или намертво вбитых в скалистую почву кольях. Обрывки материи, судя по виду и плотности, парусины, покачивались на ветру, будто указывая направление. Старик-маг о них предупреждал, и я уверенно двинулась от одного к другому в сторону ущелья, расколовшего бок самой высокой горы.
Когда я добралась до входа в длинную узкую пещеру, солнце уже садилось. Его золотые лучи выхватывали из темноты горных глубин ручей, который стремительно скакал по камням куда-то в темноту. Я последовала за водой, но прежде чем скрыться за очередным поворотом, не удержалась и обернулась. Посмотрела на солнце и вдруг подумала, что может быть, вижу его в последний раз. Ведь внутри наверняка опасно.
Но долго стоять и терять время себе не позволила и уверенно шагнула в темноту, прикрывая глаза, чтобы получше рассмотреть то, что меня ждет. Но к моему удивлению, как ни старалась, я не могла дотянуться силой дальше, чем на несколько шагов вокруг себя. И вскоре трудно стало не только смотреть, но и дышать.
Я долго шагала по извилистому коридору, проделанному то ли природой, то ли древним искусным магом, слушала звуки собственных шагов и тихий перезвон ручья. Постепенно воздух начал становиться теплее, и хоть я не могла сказать точно, но судя по ощущениям, двигалась вниз, к самому сердцу горы.
Вскоре к теплу прибавился и слабый свет вдалеке. Я зашагала быстрее и вскоре уже отчетливо видела пламя, пляшущее прямо поперек коридора. Подойдя настолько близко, что языки огня едва не опаляли лицо, я пригляделась и за широкой его полосой разглядела просторную пещеру, в которой тоже оказалось подозрительно светло. Странное сияние вместе с теплым паром шло откуда-то из-под земли в том месте, где каменный пол резко обрывался, образуя, по-видимому, глубокий разлом.
Интересно, что там внизу?
Я бы сделала пару записей, но Нереус запретил мне брать с собой блокнот. И копье отобрал, ограничившись лишь тем, что выдал мне простенький кинжал в кожаных ножнах. На все мои возражения ответил лишь, что настоящему магу ветра оружие не требуется вовсе, и демонстративно замолчал, предоставляя мне самой додумать остальные детали.
Я присела на корточки и пригляделась в попытках понять, как вышло, что горит камень. И увидела в полу глубокую нишу, по которой текла густая черная жидкость. Она сочилась из тонких щелей скалы и, едва соприкоснувшись с воздухом, воспламенялась. Видные ученые в академии считали, что это кровь дракона. Молодые же придерживались мнения, что это какое-то природное вещество, порожденное землей и столетиями.
Мне, очевидно, требовалось пройти вперед, и недолго думая, я сформировала воздушные крылья. Потом поднесла их к воде и немного подождала, пока они наполнятся каплями. Вскоре крылья отяжелели настолько, что мне физически тяжело стало с ними ходить, и я поспешила вернуться к огню.
В надежде, что мой план удастся, со всей силы махнула ими вперед, направляя влагу к пламени, и оно с гулким шипением погасло, однако едва заметные искры уже разгорались внизу. Я быстро прошмыгнула в пещеру, и как только отошла от выхода из ущелья на пару шагов, за моей спиной снова взметнулся огонь, опалив жаром спину.
Что ж, можно считать, первое испытание пройдено!
С победной улыбкой я направилась к краю обрыва. Взглянула вниз и от ужаса сердце пропустило пару ударов: я стояла прямо над озером жидкого огня, которое пузырилось глубоко под ногами.
В пещере стояла ужасная жара, но спина все равно покрылась холодным потом. Если камень окажется недостаточно прочным, то купаться мне в этом жидком огне. Интересно, эта субстанция есть только на островах или где-то под землей континента она тоже запрятана?
Я с трудом отогнала интересные, но бесполезные догадки и огляделась в поисках выхода из пещеры. Нашла лишь один – широкий круглый проем, похожий на колодец, на самом потолке, над самым озером лавы. Ход убегал куда-то вверх, не оставляя надежды на то, что смертоносное озеро можно как-то обойти.
На этот раз я думала гораздо дольше, чем перед тем, как набрать в крылья воды. Задачка предстояла серьезная. Допустим, до противоположной стены над обрывом я доберусь за пару взмахов крыльями. От нее могу оттолкнуться и попасть в колодец, но как дальше? Если он просто уходит вверх, то я не смогу по нему подняться – он слишком узкий, чтобы прыгать от стены к стене или махать крыльями, но слишком широкий, чтобы упереться спиной в одну стену, а ногами в другую.
Я еще немного постояла, наблюдая, как к потолку от огненного озера вздымается пар. Где-то внизу в жидкое пламя падал ручей, вода испарялась, горячий воздух поднимался вверх. Вверх… Точно, горячий воздух!
Припоминая лекцию о разных температурах, я вернулась к ручейку «драконьей крови», который все также невозмутимо горел, преграждая мне обратный путь. Поблизости воды не оказалось, так что назад я вернуться не могла, да и не собиралась.
Осторожно коснулась кончиком крыла черной жидкости и как только капля ее повисла на кончике волшебного пера, тут же отскочила на шаг назад и стала наблюдать. «Кровь» горела медленно, нагревая несколько перьев вокруг, и они становились на удивление легкими. Мне даже пришлось приложить усилия, чтобы одно крыло не задиралось выше другого. Пламя все не угасало и только через полминуты потухло, оставив в память о себе едкий дым.
Вот и решение!
На этот рез действовать стоило аккуратно, чтобы не разукрасить ожогами всю спину. Присев на корточки спиной к пламени, я, едва касаясь черной крови кончиками нижних перьев, наполнила их пламенем. Я понятия не имела, сколько времени придется подниматься, поэтому запасалась теплом до тех пор, пока оно не начало прижигать спину и все, что пониже. Как только поняла, что сделала все возможное для долгого полета, рванулась к краю обрыва и, не давая себе времени подумать, распахнула крылья.
Морально приготовилась к падению. К тому, что сейчас надо будет сделать рывок и зацепиться за скалу, но крылья плавно несли меня вверх, удерживая тепло в подрагивающих потоках-перьях.
Я с замиранием сердца направилась к «колодцу» и едва разглядев предстоящий путь, поняла, что поступила верно. Абсолютно круглый коридор с полированными стенами явно построен древними мастерами так, что без магии по нему не забраться.
Поднявшись на несколько метров, я задрала голову и заметила, что совсем рядом начинаются ступени узкой каменной лестницы, выдолбленной прямо в гладких как зеркала стенах. Когда пламя почти догорело, я встала на нижнюю ступень и, опершись руками о колени, закашлялась от едкого дыма. Попыталась разогнать его взмахами крыльев, но сделала только хуже, и еще несколько мгновений приходила в себя, утирая брызнувшие из глаз слезы.
Когда дым наконец рассеялся, я двинулась вверх, едва касаясь рукой стены, чтобы чувствовать хоть какую-то опору. Вниз старалась не смотреть: стоило хоть раз оступиться, и я бы полетела прямо в огненную пропасть.
Путь к вершине прошел относительно спокойно. Пару раз камни обвалились прямо под ногами, но каждый раз я успевала отпрянуть и, переведя дух, шагала дальше.
Сколько времени я шла, не знаю, но порядком устала, когда слабый свет над головой стал ярче. Он придал вне сил и оставшиеся ступени я пробежала, с наслаждением вырываясь из каменного плена на самую вершину храма.
Здесь изящные колонны поддерживали вершину горы, а широкие арки открывали вид на долину. Правда, при всем желании разглядеть я ее не могла – мешала кромешная ночная мгла. Зато звездное небо раскинулось передо мной во всей своей невероятной красоте.
Я подошла к краю обрыва и взглянула вниз. Южный бок горы испещряли выступы и острые камни, северный же казался почти пологим. Здесь, на вершине, я снова могла мысленным взором окидывать горные дали и чувствовала, что ветер беснуется вокруг храма, остервенело бьется о камень, будто пытаясь подточить скалу и повалить на бок.
Дыша полной грудью, я не вершила своей удаче. Неужели знаменитое испытание магов ветра, которым меня пугал Нереус, на самом деле такое легкое? Вернуться назад будет не так уж и трудно. Моих сил хватит, чтобы спуститься вдоль пологой стены, а потом сделать рывок над огненным озером к каменному уступу. Правда, перед этим надо прихватить с собой какую-нибудь ледышку или кусок снега, которого так много на вершине, чтобы растопить ее и затушить водой пожар, преграждающий выход.
От созерцания меня отвлек тихий скрежет. Обернувшись, я заметила, что выход из колодца почти полностью перекрывает гладкая каменная плита. Я бросилась к круглому проходу, присела на колени и попыталась нащупать в скале хоть малейшую трещину – что угодно, что помогло бы мне раскрошить преграду. Но увы, попытки оказались тщетными. Осознав это, я внутренне похолодела.
Глава 15
Смутная догадка уже закрадывалась в сознание, но я упорно гнала ее в надежде найти другой, менее рискованный выход. И не находила. Сколько бы я ни думала, сколько бы ни металась от одной колонны к другой, вглядываясь в темноту, вариант видела лишь один: спрыгнуть и спланировать на землю. Идея могла бы быть разумной, если бы не те остервенелые воздушные потоки, которые снова и снова штурмовали скалу. С ветрами такой силы мои крылья точно не справятся – первый же порыв размозжит меня о камень.
Осознание, что иного выбора нет, приходило медленно и болезненно. Когда оно вытеснило любую надежду на иной исход, я села прямо на холодный пол и сосредоточилась. Попыталась подчинить себе хоть одно из упрямых воздушных течений, но они не поддавались, хаотично сражаясь то с горой, то друг с другом. Я пробовала снова и снова, чувствуя, как из-за неудач в груди начинает клокотать бешенство. Наконец, обессиленная упала на камень и забылась в вязком беспокойном сне.
Рассвет встретил колючим холодом и пляской мелких снежинок в первых солнечных лучах. Ветер разумеется не утих, и даже, как мне показалось, разбушевался с новой силой. Зато теперь, подойдя к краю скалы, я отлично видела под ногами все выступы и впадины камня.
Немного подумав, решила, что спускаться все же лучше с пологой стороны. Там меньше возможностей за что-нибудь зацепиться, и когда ветер начнет мотать меня из стороны в сторону, это скорее плюс, чем минус.
С трудом проглотив остатки еды, я снова встала на краю обрыва и долго вглядывалась в туман, пытаясь обнаружить в движении воздушных потоков хоть какую-то систему. Но разумеется не смогла. Нереус говорил, что на вершине храма меня ждет испытание воли. И вот оно – в виде родной стихии, которая за малейшую ошибку размозжит меня об острые скалы.
Когда солнце почти добралось до середины неба, я поняла, что ждать больше нельзя. Оседлав короткую волну уверенности, разбежалась и прыгнула, распахивая крылья. Уже в воздухе прокляла себя за глупую спонтанность, но поздно – первый поток швырнул меня в сторону гладкой каменной стены.
С огромным усилием я взмахнула крыльями и оттолкнулась, избегая острых выступов, но меня тут же подхватило другим течением и понесло в обратную сторону.
Через несколько минут я уже перестала ощущать, где верх, а где низ, и совсем не понимала, как далеко смогла продвинуться. Только выкрикивала проклятья так громко, что кажется, горло давно охрипло, и, замечая рядом с собой скалу, пыталась избежать очередного удара. Когда мне наконец удалось осознанно взглянуть вверх, я поняла, что уже порядочно отдалилась от храма. Но за мгновение промедления стихия наградила меня сильным ударом. Он пришелся на плечо, и на несколько секунд я перестала чувствовать руку. Впрочем, она мне сейчас ни к чему – это сражение оружием не выиграть.
Я сосредоточилась, и как только поймала какое-то подобие ритма, со склонов начали скрываться комья снега, которые ветер тут же услужливо разметал, застилая мне глаза. Я с большим трудом смогла «прощупать» пространство на несколько шагов вокруг и, еще пару раз врезавшись в гладкий камень, приноровилась замечать опасность вовремя. Но к тому моменту в крылья набился влажный снег и падение ускорилось.
Мысль о том, что я останусь здесь, мокрым пятном на камне, на миг меня отвлекла, и за нее я получила очередной тычок – на этот раз в затылок. В глазах потемнело, но я усилием воли заставила себя остаться в сознании. Сдаваться уже поздно.
Меня носило над скалами так долго, что я даже не заметила, как небо потемнело, а солнце спряталось за горизонтом. Снег сменился пылью. Она забивала нос и горло, щипала глаза, но я теперь едва ли замечала неудобства. Остался лишь рефлекс: чувствуя очередной камень, на который меня бросает ветер, надо приложить все оставшиеся силы, чтобы об него не разбиться.
Землю под ногами я заметила слишком поздно. Стоило рвануться на пару метров вправо, и упала бы в воду, но успела только широко взмахнуть крыльями, замедляя полет, и повалилась за мелкие камни. Тело отозвалось резкой болью, когда весь его вес пришелся на раненое плечо, но стоило мне только ощутить, что меня больше не мотает в разные стороны, как сознание с облегчением покинуло голову.
Пробуждение радости не принесло. Острые камни впивались в щеку, вся левая половина тела, на которой я то и дело билась о камень, ныла и горела. Голова раскалывалась, а в горле забился песок. После неудачной попытки встать я на четвереньках подобралась к озеру и попыталась умыться. Малейшее движение отзывалось болью в левой руке, и в целом слушалась она плохо, так что я старалась как можно меньше ее напрягать.
В воду упали хлопья запекшейся крови. С трудом сфокусировав взгляд, я рассмотрела собственное отражение. Оно скривилось. Вся левая половина лица разодрана, рана на лбу забита грязью, которая теперь чернела на коже подтеками. Сухие губы потрескались, глаза покраснели, а волосы растрепались. И кажется, на затылке торчал отодранный клок.
– Да уж, – проскрипела я, с удивлением понимая, что в попытке поругаться с ветром сорвала голос.
С наслаждением напилась и как смогла умылась, но пришлось еще часик полежать, забившись в трещину под скалой, чтобы найти в себе силы и подняться на ноги. Стоило мне только выпрямиться, как все тело заболело разом. Особенно сильно саднило плечо, и судя по ощущениям, я в лучшем случае вывихнула его.
Уходить не торопилась. Подняла голову и посмотрела вверх, на заснеженный горный пик. Ветер все также метался вокруг него, по-прежнему колючий и враждебный, но ему не удалось меня одолеть. Осознав, что испытание все-таки прошла, я расплылась в улыбке – наверняка кривой. Радость смешалась в груди с грустью и даже злостью на стихию, которая все еще оставалась мне неподвластной. Внезапно я осознала, что теперь мы оказались почти на равных, но до конца она мне все равно никогда не покорится. Наверное, в этом и есть ее суть.
Я еще немного постояла, наслаждаясь покоем, потому наполнила фляжку водой и медленно направилась по едва заметной тропе в сторону башни мага.
До башни добралась на рассвете. И уже издалека услышала взволнованный голос Старра.
– Как ты мог ее туда отправить?! – рычал он, угрожающе нависая над Нереусом.
Старый маг оставался невозмутим и, заметив меня, едва заметно улыбнулся. Дракон меня еще не заметил, и я оперлась спиной о каменную стену, намереваясь посмотреть продолжение этой несомненно душераздирающей картины.
– Все с твоей колдуньей в порядке. Она жива и здорова. Почти, – с едкой улыбкой старик кивнул в мою сторону.
Старр тут же подскочил и внимательно смотрел меня. В его взгляде с ошеломляющей скоростью сменялись злость и беспокойство.
– Со мной все будет в порядке, – просипела я, пресекая нравоучительную нотацию, для которой дракон уже набрал в грудь побольше воздуха. – Надо только разобраться с плечом.
– Что там у тебя? – Нереус почти мгновенно оказался рядом, и у меня мураши пробежали по коже от осознания того, насколько обманчива его внешность.
Маг же деловито ощупал мое плечо. Оно разболелось с новой силой, и я скривилась, но сопротивляться не стала. Старик же с неожиданной силой дернул меня за руку. От резкой боли потемнело в глазах. Я невольно попыталась закричать, но из горла вырвался только мерзкий хрип.
– Не думал, что ты вернешься, – с ошеломляющей искренностью пробормотал старик, занятый разглядыванием остальных моих ран – не столь серьезных. – Пойдем, обработаю. А ты, – Нереус повернулся к дракону, – умрешь, если еще раз появишься здесь.
Судя по тому, как злобно сверкнули глаза дракона, я поняла, что самую интересую часть их беседы пропустила. К счастью, любопытство не стало слишком донимать меня по этому поводу, и я покорно поплелась за магом, который уже открывал дверь в дом.
– Вернусь так быстро, как только смогу, – шепнула я Старру. Он кивнул и, развернувшись, зашагал вниз по тропе.
– Намилуетесь еще, идем, – проворчал старик, провожая дракона ехидным взглядом.
Оказавшись в теплой уютной комнате, я осознала, насколько сильно вымотала меня борьба со стихией. Так что с удовольствием упала на подушки и в полудреме едва замечала, как жжет целебный раствор, которым Нереус покрывал раны и порезы.
– Впрочем, ты неплохо справилась для недоучки, – бормотал он, скорее размышляя вслух, чем желая завести беседу. – Классическое обучение занимает пять лет, и то не каждый выживает. ты справилась за три. Мощь источника, не иначе. Эх, был бы я посильнее, сам бы вернулся на континент…
Под убаюкивающее бормотание я задремала, но спала недолго. Едва почувствовав, что раны уже болят не так сильно, тут же подскочила и нашарила сумку, брошенную куда-то в угол, и стала собирать в нее записи, разбросанные по полу и книжным полкам. Почему-то безумно хотелось вернуться в пещеру. Туда, где журчит родник с ледяной водой, ветер поет в узких трещинах скал. Туда, я останусь одна и смогу нормально отдохнуть, не ожидая тренировочной атаки в любую секунду.
– Эй, молодежь. Все бы вам куда-то бежать, – укоризненно заметил Нереус, наблюдая за моими метаниями. – Но тебе и правда пора.
Я мельком взглянула на старика. Он очевидно не чувствовал никакого сожаления по поводу моего ухода. Оно и к лучшему.
– Спасибо за помощь, – вспомнив о вежливости, выдавила я.
– Ай, ладно тебе, – отмахнулся старик, устраиваясь в кресле поудобнее.
Я уже открыла дверь, но замерла на пороге.
– Скажи, где мне искать Арея? – спросила я и обернулась.
Маг смерил меня недовольным взглядом и поморщился.
– Откуда мне знать? То письмо, в которое ты сунула свой любопытный нос, было последним.
Я кивнула и без сожаления вышла из душной пыльной башни, аккуратно, но плотно прикрыв за собой дверь. Насколько я успела понять, старик ненавидел сквозняки – они мешали сосредоточиться.
Добралась до своей пещеры еще засветло, и уже предвкушала, с каким наслаждением умоюсь в роднике и упаду на теплые шкуры, но у входа меня поджидал Старр. И судя по его хмурому лицу, пришел он не просто так и разговор предстоял серьезный.
Я глубоко вдохнула, очищая мысли от лишних эмоций, и уверенно подошла к нему.
– Ты не должна этого делать, – заявил дракон, как только я остановилась напротив него и вопросительно заглянула в изумрудные глаза.
– Чего делать? – от усталости я соображала не слишком хорошо и вообще не понимала, чего он хочет от меня на этот раз. Все ведь уже обсудили.
Старр отвечать не спешил, так что я нырнула в пещеру и, нисколько его не смущаясь, сбросила рваную окровавленную одежду. По телу тут же пробежал бодрый ветерок, и я вздрогнула.
– Ты не обязана спасать континент. Люди того не стоят, – наконец, выдал дракон, буравя меня тяжелым взглядом.
И как объяснить, что он неправ?
Давая себе время на раздумья, я нырнула под ледяную родниковую струю. От холода свело щиколотки, но вода освежала и придавала если не сил, то уверенности в себе и спокойствия.
– Пойми меня, – я старательно смывала с волос пыль и грязь, а заодно убирала клоки, который ветер как-то умудрился вырвать из прически. – Я всю жизнь только и делала, что убегала, не могу так больше. Просто хочу, чтобы все это закончилось. Насовсем, понимаешь?
Судя по тяжелому вздоху, не особенно он понимал.
Выбравшись из воды, я тут же нырнула обратно под каменные своды и отыскала последнюю уцелевшую рубашку и легкие штаны. Ограничившись этой одеждой, стянула мокрые волосы в тугой хвост и повернулась к дракону, который терпеливо ждал, пока я разберусь со своим нехитрым гардеробом.
– Это закончится насовсем, если ты решишь оставить прежнюю жизнь и пойдешь со мной, – упорствовал он.
Его твердолобость меня порядком разозлила, и я с трудом сдержала желания послать упрямца к демонам на рога.
– Я уже не раз пыталась «начать новую жизнь», – передразнила я пафосные интонации дракона. – Да только никакой «старой» и «новой» не бывает. Есть только моя – одна, хоть и длинная. А хаос стихий и разрушение рано или поздно нагонит и вас.
Старр хотел было что-то ответить, но не нашел слов. Вот и хорошо. Чем меньше мы будем спорить, тем быстрее я лягу спать. Так что я решила перейти к главному.
– Поэтому, прошу тебя, помоги мне вернуться на континент, – я с надеждой посмотрела на дракона.
– Нет, – ответил он с победной улыбкой.
Что?!
От возмущения я подавилась воздухом и закашлялась. Горло заскребло, будто я наглоталась камней. А, впрочем, так и было. Ярость подняла из глубин сознания и разгорелась ярким пламенем в груди. Да как он смеет решать, что мне делать, а что нет?!
Ослепленная злобой, я стянула с шеи амулет-коготь и бросила его дракону. Тот поймал, но тут же отправил украшение назад. Рефлекторно поймала его и сжала в руке. Ярость тут же утихла, но при взгляде в спокойное лицо Старра вспыхнула снова.
– Я не могу взять его обратно, и уж тем более передарить. Ни одна другая женщина, будь то человек или драконица, не сумеет его надеть. И потому я не позволю тебе умереть, – спокойно сообщил Старр.
– Так помоги! Прошу тебя, пожалуйста, – обращаться к Лаогэру, хоть он и должен мне, крайне не хотелось. К тому же, я все еще питала надежду на то, что тот дракон, которого я знала и которому так безрассудно доверилась, все же сумеет меня понять.
– Прости. Это для твоего же блага, – Старр молниеносно приблизился, коснулся губами моей щеки.
Я не успела опомниться, как уже лежала на кровати, а он исчез в вечерних сумерках.
Вот же паршивец!
Я сжала коготь в ладони с такой силой, что острие больно впилось в кожу. Ощутила, как по щекам текут непрошеные слезы. Снова кто-то пытается мне приказывать, управлять! Снова во мне видят лишь глупое дитя, не способное сделать правильный выбор!
