Текст книги "Тень лжи (ЛП)"
Автор книги: Алия Доун
Соавторы: Софи Белль
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
ГЛАВА 16
«Я никогда не отпущу тебя, маленькая Вишенка!»
КЕЙТЛИН
После того, как он отстраняется от меня, Неро снова поправляет штаны, хватает простыню, заворачивает меня в неё и поднимает на руки. Движения ловкие, но в то же время я чувствую нежную заботу в его жестах. Слишком измученная, чтобы возражать или спрашивать, что он замышляет, я позволяю этому случиться.
Так он несёт меня из подвала, по мрачному коридору и вверх по лестнице. Тишина между нами тяжела и полна невысказанных слов. Несмотря на всё, что произошло, есть небольшая часть меня, которая доверяет ему, которая верит, что он защитит меня.
Неро входит в комнату наверху и осторожно кладёт меня на большую кровать. Она уютнее, чем холодное подвальное помещение, с мягкими коврами и тяжёлыми шторами, которые приглушают свет. Он осторожно натягивает на меня тонкое одеяло и убирает с моего лица прядь волос. В его глазах трудно что-либо прочесть, в них видна смесь беспокойства, раскаяния и решимости.
– Отдохни. – С этой фразой он выходит из комнаты, и я остаюсь одна.
События дня, откровения о моём дяде, неожиданная близость с Неро – всё это проносится в моей голове, пока я, наконец, не погружаюсь в беспокойный сон, неуверенная в том, что принесёт следующий день.
Проснувшись, я сначала в замешательстве, и мне требуется несколько секунд, чтобы осознать ситуацию.
Затем на ум приходит вчерашняя ссора, и наш горячий секс. После чего, Неро перенёс меня сюда и уложил спать.
Стены выкрашены в нежно-бежевый цвет, пол застелен мягким темно-красным ковром. Матрас, на котором я лежу, большой и застелен тяжёлым одеялом. Рядом с ним находится небольшая прикроватная тумбочка с лампой, и свет придаёт комнате тёплую атмосферу.
Напротив – стол с двумя стульями, на котором установлена ваза со свежими цветами, которые привносят нотку жизни в тихую комнату. У одной стены стоит массивный деревянный гардероб, который кажется старым и потёртым, но всё же излучает определенную элегантность. Так же есть одна дверь, которая, вероятно, является проходом в ванную, и другая, ведущая обратно в коридор.
Всё выглядит чистым и ухоженным, но в то же время здесь царит жуткая тишина, которая пробуждает воспоминания о последних днях. Позже мне придётся узнать, что задумал Неро, теперь, когда он знает, что я понятия не имела обо всём этом. Но что бы это ни было, я ни в коем случае не позволю, чтобы со мной продолжали делать ужасные вещи. Но сначала я должна сохранить ясную голову и привести себя в порядок.
На другой половине кровати, которая не используется, я обнаруживаю свежую одежду. Совершенно очевидно, что Неро не спал со мной. Одежда аккуратно сложена и, кажется, была приготовлена специально для меня.
С одеждой в руке я осторожно направляюсь в смежную ванную. Дверь тихо открывается, и я вхожу. Она небольшая, но чистая и функциональная.
Затем я рассматриваю себя в прямоугольном зеркале над раковиной.
Мои глаза покраснели, а волосы растрепались. Я впервые вижу себя с короткими волосами. Если бы я не была в таком удручающем виде, мне бы даже понравился этот новый образ. Также нельзя игнорировать порезы на моей коже. Тонкие линии напоминают мне об интенсивности этого.
Страдание и гнев, которые я испытывала, смешались со странным возбуждением. То, как моё тело отреагировало на травмы, было тревожным, но в то же время отчасти интригующим. Какая-то часть меня наслаждалась острым краем на себе. Этот момент размыл границы между болью и удовольствием, и я просто приветствовала это.
Это запретно, но это именно то, чего я хочу и в чём нуждаюсь сейчас.
Встряхнув головой, я прогоняю эту мысль и решаю воспользоваться душем. Пар заполняет маленькую комнату, и на короткое время я чувствую себя почти нормально. Когда вода стекает по моим порезам, она слегка обжигает. Едва я думаю о нём, как его руки уже касаются моей влажной кожи, они ласкают мои плечи, а затем находят мои груди, тискают мои соски.
Только тогда я осознаю, что он действительно стоит за мной, и это не просто представление.
– Привет, маленькая Вишенка. – На самом деле, я должна ненавидеть эти слова. Но его хриплый голос проникает мне в мозг. И в совершенно другие места.
– Нам нужно поговорить. – Неро взорвал бомбу, сказав мне, что мой дядя – убийца. Разговор неизбежен.
– Ты действительно хочешь поговорить, или...
Его пальцы уже тянутся к моей киске. Задыхаясь, я пытаюсь повернуться к нему, но он удерживает меня между собой и стеной.
– Или… мне продолжать?
Этот сукин сын прекрасно знает, чего я хочу.
– Наклонись. – Никаких просьб. Простая команда, которую я выполняю. Как только Неро оказывается рядом со мной, все вопросы и сомнения сразу забыты, и я просто хочу получить то, что он может мне дать. Не прошло и секунды, как его твёрдый член вонзился в меня. У меня вырывается громкий стон. Неро берет меня с такой звериной свирепостью, которую я не могу описать.
Я даже не представляла себе ничего подобного в своих самых смелых мечтах.
– Мне нравится твоя влажная киска. Она принадлежит только мне. – Одна из его рук скользит к моему центру, стимулируя его, в то же время он безжалостно трахает меня. Даже если его не волнует мой комфорт, Неро всё равно пытается сделать мне приятное.
Мой бывший лучший друг берет меня быстрее и интенсивнее, так что у меня почти кружится голова, и я распадаюсь на тысячу кусочков, когда кончаю с громким стоном. Он отрывает руку от моей киски и запускает её в мои волосы, яростно откидывая мою голову назад, когда он снова и снова вонзается в меня.
Его дыхание прерывистое, учащённое. Моя кожа головы горит, а шея болит от резкого движения. Он отстраняется от меня, тянется ко мне и берет бутылку, которая стоит рядом со мной на полке. Несмотря на мои дрожащие ноги, я снова выпрямляюсь и на этот раз поворачиваюсь к нему. Он капает немного геля для душа себе на ладонь и начинает намыливать меня.
Этот высокий, сильный мужчина с жестокими руками, который сейчас стоит передо мной на коленях и моет меня… это, наверное, самая горячая и в то же время самая пугающая вещь, которую я когда-либо видела.
После того, как с нас смывается пена, мы выходим из душа. Затем он протягивает мне большое тёплое полотенце, которым я быстро накрываюсь. Я уже понимаю, что он уже несколько раз видел меня обнажённой, но сейчас, после секса, мне всё равно как-то неуютно. Особенно учитывая, что его напряженный взгляд не отрывается от меня ни на секунду. Я быстро вытираюсь и надеваю одежду, которую взяла с собой. На мне простые, но удобные брюки и мягкая черная футболка, которая мне немного великовата.
Хорошо, когда на коже есть что-то чистое.
– Спасибо за одежду, – шепчу я.
– Без неё тебе лучше. И я не гарантирую, что она будет на тебе долго.
Мы вместе выходим из ванной, и моё сердце замирает.
У кровати сидит человек, которого я видела в подвале. Его глаза пронзают меня насквозь, а на губах играет зловещая улыбка. Незнакомец выглядит угрожающе и в то же время как-то скучающе, как будто он только и ждал, чтобы встретить нас.
Неро остаётся стоять рядом со мной, и я сразу замечаю, как его напряжение возвращается, но он ничего не делает.
– Кейтлин, позволь представиться – это Итан.
Итан медленно поднимается и оглядывает меня сверху донизу.
– Ты делаешь успехи, Неро, – говорит Итан тоном, который одновременно насмешлив и одобрителен. – Похоже, она уже доверяет тебе. Она должно быть хороша.
– Итан. – Тон Неро звучит как предупреждение.
– Может тебе стоит поделиться. Ради старых времён. Если тебе нравится киска, я уверен, что она и мне понравится.
Неро не реагирует на замечание Итана, а просто смотрит на него с ледяным выражением лица. Настроение улетучивается, и я понимаю, что Неро совсем не в восторге, хотя однажды он сам пригрозил отдать меня Итану в подвале.
Мысль о том, что эти двое разделяли одну и ту же женщину, заставляет меня закипать.
– Чего ты хочешь, Итан? – Наконец спрашивает мой бывший лучший друг. Тот пожимает плечами.
– Я просто хотел посмотреть, как всё идёт. Чтобы убедиться, что ты не упустишь из виду план насчёт киски. – Его внимание переключается на меня. – И чтобы я был уверен, что с нашей маленькой принцессой здесь не возникнет никаких проблем. – Страх, который охватывает меня в его присутствии, не похож на страх перед Неро. Итан излучает опасную непредсказуемость.
Но я устала от того, что меня запугивают такие люди.
– Проблем не будет. – Мой голос звучит увереннее, чем я себя чувствую.
Итан холодно улыбается.
– Я надеюсь на это, потому что в противном случае мы могли бы быть вынуждены принять другие меры.
Я закатываю глаза в раздражении.
– Она ничего не знает, – обращается Неро к своему другу. Теперь он стоял передо мной, как защитная стена, как моя тень.
Какая ирония судьбы, ведь именно он привёл меня сюда.
– Так, как ты и предполагал. Тогда нам следует поговорить о том, как мы поступим с ней. – Меня это действительно злит, этот Итан говорит обо мне так, как будто меня нет в комнате.
– Я тебя слышу громко и ясно! – С меня хватит этого высокомерного парня.
О чём он думает, кто он такой?
По-видимому, его это не волнует, потому что он бросает на меня насмешливую ухмылку, обнажающую его белые зубы, и выходит из комнаты. Дверь закрывается за ним с оглушительным треском, и напряжение спадает. Едва Итан уходит, Неро садится на один из стульев, стоящих у стола. Его глаза следят за каждым моим движением, и напряжение между нами почти осязаемо.
– Ты должен отпустить меня.
На мгновение наступила тишина. Взгляд Неро внезапно становится жёстким, и он кричит, полный отчаяния и ярости:
– Нет! Я никогда не отпущу тебя, маленькая Вишенка!
– Почему нет? Ты же сам признался, что я ничего не знаю!
– То, что я трахнул тебя, не означает, что ты имеешь право голоса здесь.
Меня это не должно удивлять и, конечно, не должно ранить, тем более что я теперь знаю, насколько он непредсказуем, но всё же я не могу отрицать лёгкий укол в груди. Конечно, я уже подумала, что для него это ничего не значит, но я не собираюсь уступать.
– Что тогда? Чего ты хочешь?
Сидеть здесь и ждать его следующего решения для меня больше не вариант.
– Я хочу уничтожить Гарри Андерсона. – При его упоминании лицо Неро становится ещё более напряженным, если это вообще возможно.
– И как именно это должно выглядеть? Какую роль в этом играю я? – В ярости я скрещиваю руки на груди.
– Мы обрушим на него весь его мир. – Сначала я ожидала, что он захочет убить моего дядю, но это не имело смысла, и его замысел намного ужаснее.
– И какова моя задача в этом плане? – Как именно я должна помочь ему в этом?
– Это ещё выяснится, маленькая Вишенка. – Слова угрожающе витают в воздухе и не сулят ничего хорошего.
– Тогда позволь мне хотя бы поговорить с Эммой, – требую я, полная решимости одержать хотя бы небольшую победу. – Я должна сказать ей, что со мной всё в порядке.
Неро колеблется, его глаза сужаются, пока он обдумывает мою просьбу.
– Хорошо, но ты не должна ничего рассказывать о своём местонахождении или о нашей ситуации здесь. Если это произойдёт, Эмме придётся столкнуться с последствиями.
Как предсказуемо. Между тем, наверное, все мои действия имеют соответствующие последствия.
– Я и не ожидала ничего другого.
– Если ты хотя бы намекнёшь, что что-то не так, она пострадает, – резко возражает он. – Ты поняла? – Я медленно киваю, волнуясь за Эмму.
– Я поняла.
Без дальнейших церемоний Неро выходит из комнаты. Через некоторое время он возвращается с мобильным телефоном. Я даже не хочу знать, сколько звонков я пропустила.
– Ты отправил сообщение моему дяде? Он, наверное, волнуется.
– Это не твоё дело. Так ты хочешь поговорить с Эммой по телефону или нет? – Моего кивка достаточно в ответ. – Я буду рядом, если ты допустишь хоть одну ошибку, тогда...
– Да, я знаю, – перебиваю я его. – Ты повторяешься. – Конечно, я не хочу, чтобы он снова причинил мне боль, но я просто не могу не брыкаться.
Взволнованная, я набираю номер Эммы и жду, когда она ответит. Через несколько секунд я слышу её знакомый, радостный голос.
– Привет, Кейтлин! Я так волновалась! Где ты была!?
– Привет, – начинаю я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и нормально и не беспокоил её. – Прости, я … Я в полном порядке. – Неро подходит ко мне ближе, его присутствие – постоянное напоминание. Но Эмма знает меня много лет и знает, что это совсем не мой способ – просто не отвечать на звонки в течение нескольких дней.
– Кейтлин, с тобой действительно все в порядке? У тебя проблемы? – Прежде чем подступающие рыдания вырываются из моего горла, я заливисто смеюсь.
– Я в порядке. Я просто кое с кем познакомилась, и он действительно особенный.
– Ты о недавнем свидании? – Спрашивает Эмма с любопытством, но не до конца удовлетворённая. Она сомневается в моём утверждении.
– Нет, к сожалению, всё прошло не так хорошо. Вскоре я встретила кое кого ещё. – Подруга выдыхает.
– И это причина, по которой ты не звонила? – Её скептицизм абсолютно понятен. Так что я вкладываю в свои слова ещё больше убедительности.
– Я знаю, что это глупо. На самом деле, я должна была сказать тебе об этом прямо. Просто всё так завертелось, и я наслаждаюсь периодом знакомства. – Нервничая, поверит ли она мне, я расхаживаю взад и вперёд.
– Ладно. На этот раз я прощаю тебя. Но я не позволю тебе отвертеться. Ещё одно такое действие, и я лично приеду, чтобы пнуть тебя по самому дорогому. – Такова моя Эмма.
– Как будто я осмелюсь это сделать. – У меня вырывается лёгкий смешок, на этот раз искренний. Возможность поговорить с дорогим человеком в это трудное время, который не предал меня – это немного покоя.
– Ты что-нибудь слышала о Габриэле? Он тоже был очень пренебрежительным в последнее время. – О нет. Мои глаза останавливаются на Неро, который предостерегающе качает головой. Я ненавижу эту ситуацию.
– Мы время от времени разговариваем, но сейчас он очень напряжен. – Угрызения совести расползаются во мне. У неё есть два лучших друга, ну, или нет, и никто с ней не общается.
– Тогда я действительно успокоилась. Если что-то узнаешь, дай мне знать, хорошо? – Как бы мне хотелось рассказать ей обо всём этом.
– Конечно. Спасибо, Эмма. Береги себя, – отвечаю я вместо этого.
– Ты тоже, Кейтлин. Я надеюсь, что мы скоро увидимся.
– Да, я тоже, – отвечаю я, заканчивая разговор и поворачиваясь к Неро.
– Молодец, – снова говорит он более спокойно. – Помни, одно неверное движение, и последствия неизбежны.
Бремя его слов тяжело ложится на мои плечи.
– Да, я помню.
– Хорошо, – повторяет он и кладёт мой телефон обратно. – Мило, как ты упомянула меня и наше интенсивное знакомство.
Я не уверена, дразнит он или провоцирует.
– Неужели? Это действительно особенное событие. – Парирую я и иронию трудно не услышать.
– Думаешь, я был бы хорош в качестве зятя?
– Почему ты так сильно ненавидишь моего дядю? Он мне как отец, и просто не может быть, чтобы он кого-то убил.
Временная лёгкость исчезла, и напряжение вернулось.
– Хочешь узнать о нём правду? – Я молча киваю.
– Тогда я расскажу тебе.
ГЛАВА 17
«Иногда разочарование – это нож, который режет больнее всего.»
НЕРО
Парень ведёт меня по тёмным улицам, прочь от переулка, который чуть не стал для меня могилой. Через некоторое время мы подъезжаем к большому старинному поместью. Это выглядит внушительно и как-то угрожающе, но я чувствую, что это больше, чем просто здание. Это убежище.
– Это наш дом, – отвечает он, открывая дверь. – Здесь ты в безопасности. – При слове «наш», которое он произносит так естественно, как будто мы знакомы целую вечность, мне на мгновение становится жарко, чувство, которого я не испытывал с тех пор, как умерли мои родители. Я следую за ним внутрь, и спокойствие дома мгновенно окутывает меня. Разница с ледяным воздухом снаружи ошеломляющая.
Через большое фойе мы попадаем в гостиную, мебель старая, но в хорошем состоянии, а атмосфера спокойная, почти умиротворяющая.
– Садись. – При этом он указывает на удобное кресло перед камином. – Я принесу тебе что-нибудь поесть.
Я с благодарностью опускаюсь на подушку. Тепло огня проникает сквозь мою одежду и прогоняет холод из моих костей. Неизвестный исчезает на кухне и вскоре возвращается с дымящейся тарелкой. На мгновение я начинаю сомневаться, стоит ли мне оставаться здесь, или это просто плохая шутка, но что-то подсказывает мне, что я нахожусь в нужном месте.
– Вот, съешь это, ты выглядишь так, как будто не ел несколько дней. – Он недалёк от истины. Во всяком случае, ничего настоящего. У бабушки я почти ничего не мог достать, поэтому я ел то, что мог достать на улице, или старые продукты, которые она не заметила бы.
– Спасибо. – Первые несколько ложек, как благословение, и постепенно энергия возвращается в моё тело, и мой желудок наполняется.
– Как тебя зовут? – Прерывает он мои мысли.
– Габриэль, а тебя?
– Итан, – отвечает он и садится напротив меня. – Как ты здесь оказался? – Я тоже иногда задаюсь этим вопросом, мне часто трудно поверить, какой поворот приняла моя жизнь за очень короткое время.
– Ты привёл меня сюда. – Итан коротко усмехается, глядя на меня. – Не выставляй себя дураком. Ты понимаешь, что я имею в виду, мальчик.
Как много я могу ему рассказать и насколько я могу ему доверять? Со своими родителями я видел, что значит отдать свою жизнь в чужие руки. На мгновение я колеблюсь, но затем слова вырываются из меня.
– Он могущественный человек, убийца, и на его совести мои родители. Это выглядело как несчастный случай, но я знаю, что за этим стоит. У меня есть доказательства. Это чудовище убило их. – Я повторяю одни и те же слова снова и снова, почти в отчаянии, как будто это меняет реальность, но это не так.
– Успокойся. Расскажи мне историю с самого начала. – Могу ли я действительно раскрыть ему это? Что, если он посмеётся надо мной и сочтёт сумасшедшим? То же самое было и с полицейскими, которые меня допрашивали. Травмированный мальчик, придумывающий истории. Это то, чем я был для них. Но мой собеседник вызывает у меня чувство, которое я сам не могу до конца оценить.
Итак, я начал свой рассказ:
– Это был солнечный день, и я играл на улице с родителями в саду. Мой день рождения был бы на следующий день. Пока они готовили еду, моё любопытство взяло верх, я отчаянно хотел узнать, каким будет мой подарок, и поэтому побежал на верхний этаж, в спальню моих родителей. Я был ещё мал и понятия не имел, что найду, но то, что я обнаружил, изменило всё.
В старом пыльном ящике под кроватью я нашёл дневник своей матери. Кожа была потёрта, страницы пожелтели. Сначала я не решался открыть его, но любопытство взяло верх. Сначала я подумал, что это что-то придуманное, но, к сожалению, это было не так.
Дрожащими пальцами я пролистал страницы и начал читать.
Мои родители постоянно говорили о проблемах с деньгами, но я никогда не осознавал истинных масштабов их страданий. Мой отец, когда-то гордый и трудолюбивый человек, потерял работу. Он отчаянно искал работу, но экономика была плохой, и шансы были невелики. Моя мама была уборщицей в крупной фармацевтической компании. Тем не менее, с каждым месяцем денег становилось всё меньше, и мои родители были на грани потери своего дома.
Они хотели сохранить его.
Они не хотели, чтобы я узнал о их проблемах, а тем более бабушка, что и имело место до этого момента. Одна запись в дневнике моей матери особенно запомнилась мне. Она рассказала, как Гарри Андерсон узнал об их затруднительном положении. Тот предложил им сделку – они могли бы работать испытуемыми на новом препарате.
Гарри, конечно, никому не разрешал об этом говорить. Это было строго засекречено, поэтому всё происходило за закрытыми дверями. Что на самом деле стояло за всем этим, мои родители и не подозревали. Они всегда были доброжелательны и хотели удержать нас на плаву.
Скорее всего, они поверили бы во что угодно, потому что это предложение обещало достаточно денег без особого труда. Гарри заверил их, что другие уже участвуют в этом, и пока никаких побочных эффектов не наблюдается.
Я помню, как моё сердце забилось быстрее при чтении этих слов. Мысль о том, что они ввязались во что-то подобное, была мучительной.
Она писала о том, как лежала без сна по ночам, глядя в потолок, в то время как мой отец тихо храпел рядом с ней.
Она задавалась вопросом, приняла ли она правильное решение и действительно ли деньги того стоят. Каждый раз она приходила к одному и тому же выводу: это был её единственный выход. Счета накапливались, а долги росли. С другой стороны, моего отца, казалось, меньше волновала опасность. Он считал своим долгом заботиться о семье, какой бы ценой это ни стоило.
Вместе они принимали лекарства, проходили тестирование и проходили бесчисленные обследования. Врачи и учёные обращались с ними как с подопытными кроликами, и я чувствовал растущее отчаяние в записях моей матери. Были даже названия для тестовых объектов. ПК 101 и 102.
Она разрывалась между надеждой на финансовую помощь и страхом за здоровье своей семьи. Это был мрачный взгляд на жизнь моих родителей, они старались изо всех сил, чтобы обеспечить меня, даже если это означало поставить на карту свои собственные жизни.
Это осознание поразило меня, как пощёчина. Я решительно закрыл дневник и спрятал его обратно.
Воспоминание об этом дне врезалось в мою память. Это был момент, когда я начал понимать истинные проблемы и жертвы, с которыми столкнулись мои родители. Они погрязли в чём-то большем, чем могли вынести, в уверенности, что спасут нашу семью.
Какое-то время эксперимент проходил хорошо, они не жаловались на какие-либо побочные эффекты, наоборот, они были счастливее, чем когда-либо. У моих родителей было не только достаточно денег, но и много времени, которое они могли бы проводить со мной.
Но постепенно что-то изменилось.
Мама и папа больше не были самими собой. Началось с того, что они часто уставали, иногда даже в середине дня. Это было страшно, но я списал это на стресс предыдущих месяцев. Потом они всё чаще убегали в ванную и их рвало. Я прекрасно помню, как испугался и сомневался в их сделке с Гарри, но не осмеливался заговорить с ними об этом. В какой-то момент мои родители больше не могли скрывать своё плохое состояние, они буквально излучали его наружу, их глаза потемнели, они похудели и почти не ели.
Эта единственная ночь особенно запала мне в сердце. Вообще-то я уже собирался спать, но меня разбудили рыдания мамы. На цыпочках я прокрался в комнату моих родителей и услышал, как они разговаривают по телефону с каким-то мужчиной.
– У нас не всё в порядке. Что-то не так, Гарри. Мы должны прекратить эту попытку. Этот препарат опасен и не должен подвергаться дальнейшим испытаниям.
И тогда я услышал его. Безжалостный голос, который навсегда останется в моей голове.
– Вы просто накрутили себя. Всё в порядке. – Они продолжали разговаривать с ним, но он не обращал внимания на все их слова и не воспринимал их всерьёз.
Тогда я был ещё слишком молод и неопытен, чтобы понять это, но в тот момент я понял, что он лжёт. Гарри было ясно, что происходит, и он проигнорировал это. Оба моих родителя были не первыми и, конечно, не последними, но по голосу я понял, что он был уверен в том, что мои родители были лишь очередными, погибшими в результате его исследований, и он не пытался им помочь.
На следующее утро я проснулся и начал уборку в нашем доме, но родители так и не встали.
Как только я вошёл в их комнату, я сразу почувствовал, что что-то не так.
Я быстро подошёл к ним и позвал, но они не отреагировали. Затем я начал трясти маму, затем отца, и здесь тоже ничего не произошло. Я сидел перед их кроватью и умолял их проснуться. Было уже слишком поздно. Моих родителей не стало. В тот момент я потерял ребёнка внутри себя и стал человеком, чья единственная цель была отомстить за своих родителей.
Итан понимающе смотрел на меня.
– Это тяжёлая история, Габриэль, – услышал я от него. – Но теперь ты здесь. Мы позаботимся о себе сами. – Он ведёт меня по старому, внушительному зданию. – Это будет наш дом, наше убежище и наша крепость. – Деревянные половицы скрипят под нашими шагами, а приглушенное освещение заливает всё тусклым светом.
Высокие потолки и массивные деревянные балки придают дому возвышенный, почти сакральный вид. Стены оклеены выцветшими обоями, которые, должно быть, когда-то были великолепны, но теперь несут на себе следы времени. В коридорах висят старые картины и запылённые зеркала, каждое из которых рассказывает свою историю из прошлых дней.
Как у него может быть такое поместье?
– Кому принадлежит всё это? – На мгновение он кажется задумчивым, но это быстро проходит, и он оживлённо продолжает. – Это дом моих родителей. – Хотя я понимаю, что ему неприятна эта тема, я продолжаю бурчать: – А где они? Разве они здесь не живут? – Итан поворачивается ко мне, и я вижу предупреждение в его глазах. – Нет, они здесь не живут. – Дальше я не спрашиваю, потому что он явно не хочет об этом говорить.
Затем он показывает мне различные комнаты, в том числе просторную кухню с деревянным обеденным столом и тяжёлыми медными кастрюлями, свисающими с потолка. Гостиная обставлена старой, но удобной мебелью, а над одной стеной возвышается большой камин, готовый обеспечить тепло холодными вечерами. К сожалению, я не обнаружил фотографий или других личных вещей.
Я не понимаю, где я оказался, но это похоже на то, что я был дома. Этот человек вселил в меня чувство безопасности с того момента, как я оказался в переулке. Этот дом, каким бы мрачным и гнетущим он ни казался, предлагает мне убежище. Позже я узнаю, что судьба Итана также связана с моей. После моего рассказа он целых два дня игнорирует любые вопросы о том, что с ним случилось, или уклоняется от них.
Только на третий день, в холодную серую субботу, он открывается и рассказывает мне правду.
Мы сидим на том же месте, что и раньше, когда я рассказывал ему свою историю. Мой спаситель смотрит в пустоту, его глаза темны и полны боли:
– Габриэль, есть одна вещь, которую ты должен знать. Нас кое-что связывает. – С любопытством я смотрю на него и жду, когда он продолжит.
Итан делает глубокий вдох, как будто ему нужно подготовиться к следующим словам.
– Я потерял своего младшего брата, он был частью этих экспериментов. Гарри Андерсон также вовлёк его в свои махинации. – Мой новый друг тоже через многое прошёл, но это был новый уровень боли и связи между нами. – Что с ним случилось? – Тихо спрашиваю я, почти боясь ответа.
– У моего брата была эпилепсия. Приступы случались нечасто, но он просто не мог смириться с тем, что мы должны были видеть его таким. Вот почему он обратился к Андерсону. Тот пообещал ему лекарство, которое предотвратит её. Он тоже попросил держать его всё в секрете. – Он делает глубокий вдох. – Но мой младший брат рассказал мне об этом. Я сразу заподозрил неладное, однако судорог больше не было, поэтому я отложил это.
– А потом?
– Потом ему снова стало хуже. Я лично обратился к Андерсону. Я никогда не забуду его безжалостную харизму. Гарри сказал мне, что он ничего не знал о препарате, просто отрицал это. Вскоре после этого мой брат умер. Они просто выбросили его. Как будто он ничего не стоит. Просто ещё одна неудачная попытка.
Боль в его глазах отражала мою собственную. Мы оба стали жертвами одних и тех же безжалостных махинаций, мы оба потеряли близких из-за жадности и безрассудства Андерсона. В этот момент я понимаю, по какой причине Итан заметил меня в переулке. Почему он помогает мне и защищает меня.
– Что ты собираешься делать сейчас? – Итан откидывается на спинку кресла и смотрит на меня пронзительным взглядом. – Габриэль, у меня есть план, – говорит он твёрдым голосом. – План, чтобы добиться справедливости и отомстить за наши потери. Пришло время тому, кто сделал это с нами, заплатить за это.
– Итак, мы собираемся … Мы собираемся его убить? – Мой новый знакомый качает головой. – Смерть была бы для него слишком лёгкой. Мы его уничтожим. – От этих слов у меня по спине бегут мурашки. Решимость в его голосе, ледяная точность его плана – это ясно, он осознает, что делает. И я знаю, что ему можно доверять. Наша общая цель объединила нас, и теперь, когда мы знаем, что поставлено на карту, пути назад нет.
– С чего мы начнём? – Тихо спрашиваю я, готовый внести свой вклад.
– Со сбора информации. Мы должны выяснить всё о делах Гарри, его союзниках, их слабостях. Все, кто сознательно помогает и позволяет людям умирать, также будут страдать. Вместе мы убьём Гарри Андерсона и сделаем так, чтобы он больше никогда ни с кем не мог так поступить.
Когда-то я и помыслить не мог, чтобы кого-то убить, лишить кого-то жизни. Я считал, что такие решения должны быть зарезервированы только для Бога. С каждым днём это уважение уменьшалось. Жизни других людей становились для меня всё менее и менее ценными, и убийства стали частью моей повседневной жизни. То, что когда-то казалось немыслимым, должно было стать моим повседневным делом.
– Но Габриэль. Мы должны быть терпеливы. Мы не собираемся привлекать этого человека к ответственности ни сегодня, ни завтра.
Я вопросительно смотрю на него. Что именно он имеет в виду под этим? Чего же он ждёт, в конце концов?
– Но мы должны действовать сейчас. Прежде чем пострадает ещё больше людей.
– Нет! – Кричит он, впервые повышая голос по отношению ко мне, но меня это не пугает.
– Это займёт много времени. Сможешь ли ты держать ноги на месте?
Этот человек знаком со мной не так давно, но, видимо, мой новый союзник быстро понял, что терпение – не моя сильная сторона. Кивнув, я соглашаюсь с ним. Что ещё мне остаётся делать? В одиночку мне никогда не удастся отомстить за своих родителей, и отныне это моя новая цель. Если для этого потребуется терпение, то я его приложу. Даже если это разорвёт меня на части.
Но один вопрос всё ещё вертится у меня на языке после его откровения.
– Как ты меня нашёл? Ты уже знал мою историю раньше, я прав? – Его выражение лица открытое, и мне не кажется, что он что-то скрывает. – Да, ты прав. Когда я увидел тебя там, я уже знал это. Парень, который должен был передать мне досье моего брата в «Андерсон Меди Фарм», оказался идиотом. Он принёс мне папку. Тем не менее, это были твои родители. Конечно, я в ярости отшвырнул её, но эти двое не выходили у меня из головы. Поэтому я провёл небольшое исследование о них и нашёл газетную статью, в которой сообщалось о их смерти и оставленном сыне. О тебе, Габриэль. Это сразу напомнило мне о моём брате. Найти тебя было несложно, и вот мы здесь.
