Текст книги "Благословенный лед. Желания бессмертных (СИ)"
Автор книги: Алисс Падарин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)
Глава 23
Даром для души становится Мир
Склонив голову, она с уже привычной скукой созерцала происходящее, но была погружена в свои мысли, игнорируя все остальное.
– Они пытаются воззвать к твоему брату? Очень странно и бессмысленно. – прозвучало немного недоуменно, будто она совершенно не понимала, к чему все это ведет.
– Свет моего пути, это бесполезные волнения. Поступки какого-то глупца недостойны твоих волнений. – раздался в ответ мурчащий голос.
Нахмурив лицо, она покачала головой, но согласилась, что было бы глупо опрометчиво бросаться решать это. В любом случае их ребенку не могло ничего угрожать, а чтобы разобраться с остальным есть кое-кто помимо них.
Даррен был недоволен попыткой обмануть его, но не пытался сунуть свой нос или помешать делам Мирель. Он хотел быть поддержкой, а не вставать у нее на пути. Дракон, один за другим строя порталы, в самый последний момент останавливал себя, пока в конечном счете не выдохся и не упал от истощения. Новость, что ведьма вернулась, вызвала у него взволнованность и тревогу, он был не в состоянии терпеливо дождаться утра, поэтому мужчина стоял возле ее покоев.
Мирель была удивлена ночному гостю, но апогея это чувство достигло, когда он нежно заправил, выбившуюся из-за ветра, прядь волос. Его руки аккуратно обхватили ее. Рен нежно потерся лбом о ее плечо, будто прося больше утешения за долгую разлуку. Мира, не отдавая себе отчета, потянулась к его светлым волосам, которые мягко рассыпались между ее пальцев. Они ничего не говорили, каждый пытался унять свои чувства, этого призрачного мгновения единения хватало им обоим.
– Тебе идет черный, мне очень нравится. – спокойно пробормотал Даррен.
Стражи не обращали внимания на шипение и угрозы Силесты. Противостоять ей мешали не только металлические ограничители на запястьях, дух будто потушил ее магию, не позволяя совершить на своей территории очередное злодеяние. Больше он мог не закрывать глаза на поступки Барлейн и не терял надежды, что теперь статус их рода будет подниматься и наступит рассвет.
– И ради чего ты все затеяла? – выдохшись, спросила Силеста, пока ей заковывали за спиной руки.
– Если бы я не решилась совершить подобное, один крылатик был бы очень опечален твоим самоуправством. – ухмыльнулась девушка, в попытке спрятать, отводя грустные глаза. Быть может, ей двигала обычная месть и низменные желания? Мирель не чувствовала, что что-то существенно изменилось, казалось, груз на плечах лишь возрос и не давал свободно перевести дыхание для дальнейшей жизни.
«Бред…» – она моргнула, прогоняя нелепые чувства, несвойственные ей.
Хаяла была в хорошем расположении духа и перенесла девушку прямо к воротам замка. Ей было интересно, каким путем пойдет история и как это затронет весь остальной мир.
– Не рассчитывала, что ты не выдержишь без меня и дня. В будущем я это учту, раз уж ты зависишь еще и от моей смерти, а не только от моей милости. Чтобы ты знал, мне это совершенно не нравится. И почему что-то тебе указало, а ты уже побежал, виляя хвостом за какой-то парой, а если найдется другая, то что? – Она попыталась отпихнуть его.
Даррен замер, не поднимая головы, и крепко сжал ее, не позволяя вырваться. Он не был готов к этому разговору. Сначала дракон хотел убедить ее и не оставить ни единого сомнения в его любви к ней, а затем уже раскрыть, кем они друг для друга являются.
– Да, я виноват, но скажи я это в неподходящее время, – Он не был уверен, что этот момент вовсе когда-нибудь бы наступил. – ты бы сразу ускользнула, разве нет? – Мирель, на мгновение задумавшись, в душе согласилась с его словами, но это не уменьшило ее прежней обиды. – Как же я тебя обожаю, ты такая замечательная. – Его руки стали нежно гладить ее по спине, вызывая бесчисленное количество мурашек.
– Прекрати делать мне комплименты, когда я настолько зла! Это путает мне мысли!
В тот момент она еще не догадывалась, что дракон приручал ее, как дикую кошку. Шаг за шагом он подкрадывался к ней, желая поймать в свои сети. Он с самого начала действовал коварно. Даррен старался заложить в ее голову мысль, что полностью принадлежит лишь ей одной. Однако некоторое время назад она уже рассудила, что Даррен был неплохим кандидатом для потери ведьминского сердца в омуте любви, вероятно, поэтому не сопротивлялась его чувствам, позволяя им захлестнуть и ее.
– Давай станем парой? – предложил он.
– Может, через год или другой? Я слышала, что эти балы проводятся каждый год. – усмехнулась девушка, стрельнув глазами. Даррен притворно вздохнул, показывая разочарование, но никак не сопротивлялся. – Я не отпускаю тех, кто осмелился залезть мне в душу. Если ты когда-нибудь решишь бросить меня, об этом грандиозном скандале будут помнить долгое время.
– Разве я уже не в твоем сердце? – улыбнулся Даррен. – Сдаюсь на волю души моей пары.
Он заметил в ее глазах абсолютное принятие и тщательно скрываемое удовлетворение его ответом. Рен не знал всех подробностей, через что ей пришлось сегодня пройти, но он чувствовал ее душевное смятение. Когда утром девушка попросила его немного подождать, он был слишком рад, чтобы здраво мыслить, поэтому до ее возвращения нервничал и не находил себе места, но дракон и не подозревал, что все обернется таким образом.
– Почему это ты медлишь? Где мои свидания? – ужаснулась она его нерасторопностью. – Ладно. Я в силах сама тебя пригласить. Пойдем завтра утром куда-нибудь?
– Завтра у меня встреча с Калией, но если ты немного подождешь, то я твой на весь день.
– Кто это? – не выдержала Мирель.
Вокруг было тихо, и приглушенный свет мягко освещал ее лицо. Их тихие перешептывания в объятиях друг друга заполняли теплом ее душу. Мирель постаралась, чтобы в словах не звучала излишняя заинтересованность.
– Пусть она и не покидает свои покои, но отчего-то меня посещает уверенность, что внешность императора ты тоже не удосужилась запомнить.
– Почему это? Он мужчина… – возмутилась Мирель, Даррен беззвучно затрясся.
– Калия – жена Джаспера, старшего сына императора. – сквозь смех выдавил он. – Нужно обязательно познакомить вас и Айрис захватить. Думаю, вы найдете с ней общий язык.
– Может, зайдешь? – поинтересовалась Мира, поняв, что тема, которую Даррен поднял, была не настолько интересна ей в данный момент.
Ведьме было сложно стоять на ногах после столь длинного дня, но отпускать парня она тоже не собиралась. Ей не хотелось тревожить Айрис поздней встречей, но ей нужно было успокоить свое шаткое состояние.
– Если ты продолжишь говорить подобное, я буду вынужден завтра с рассветом понести тебя в храм.
– Почему с рассветом? Что это ты там напридумывал? – притворно возмутилась Мирель.
– Не думаю, что успею насладиться тобой… – Рен глухо застонал, когда она ущипнула его.
– Извращенец! Ты так уверен в себе? И много у тебя было таких рассветов с кем-то, а? – Мира отскочила от него и сложила руки на груди.
– Ты что, ревнуешь? – поразился Даррен. – Поревнуй еще! – попросил он и с детской надеждой вгляделся в ее лицо, но спустя пару секунд грустно продолжил: – Все? Ревности не осталось?
Мужчина сжал ладонь, пытаясь остановить себя. Все его мысли сводились к одному. Мирель всегда казалась ему слишком милой, но сейчас он был не в силах вынести ее очаровательное поведение. Рен медленно соединил их пальцы вместе.
– О чем думаешь?
«С ума сойти… Нужно найти предлог, чтобы поцеловать ее?»
– Хочу поцеловать тебя. – честно признался он.
– Ты мне нравишься. Нравишься в любовном плане. – решительно прошептала Мира, ощущая напряжение, которое распространилось от сердца по всему телу. Его рубашка была немного расстегнута, а выглядывающая, чуть загорелая кожа с самого начала отвлекала ее от разговора и мешала чисто мыслить. Даррен неспешно сокращал между ними расстояние.
«Не хочу сегодня расставаться.» – промелькнула мысль в голове ведьмы.
Усмехнувшись, дракон провел губами по ее подбородку. Несколько нежных поцелуев пришлись на его кончик, чтобы потом быстро прикусить ее губы. Он обвил ее руками, сильнее притягивая к себе. Чем напористее он действовал, тем сильнее затуманивался ее разум. У Миры перехватило дыхание от его вида. На губах Рена размазалась помада, взгляд был страстным и шальным. Больше не было бесполезных разговоров и отговорок, им лишь оставалось дойти до покоев дракона и довериться чувствам.
Такой исход показался Мирель наиболее подходящим, ей не хотелось тревожить подругу или мешать ей. Впрочем, она бы удивилась, зайдя к ней.
Принцесса попросила служанку, как раз приставленную к ней для всяких поручений, отвести ее к Сераму. Им не удавалось с ним поговорить после приезда к драконам, но это была не единственная причина, по которой она желала встречи с ним. Ей пришлось долго следовать за девушкой, чтобы в итоге прийти к нему.
Младший принц был занят делами империи, которыми должен был заниматься его старший брат, но не мог этого сделать из-за семейных невзгод. Серам вместе с сестрой рано перенял его дела и стал помогать отцу, но не смел жаловаться на это. У него имелась собственная причина для ухода за занавес от липких глаз остальных, которая долгое время вызывала пересуды у тех, кто впервые слышал об этом. В том числе из-за этого он всеми силами пытался показать, что у него нет никаких проблем и причин опускать руки, уходя в тень, но сложно быть в чем-то первым.
У Серама было много сторонников, но когда сам не веришь в свои силы, чужая поддержка может лишь отравить и загнать в угол от чрезмерно высоких ожиданий и давления.
– Ты не уточняешь, какого рода информация тебя интересует. Как я могу помочь тебе, если не знаю с чем? – объяснил Серам. – Я изначально не понимаю, почему ты спрашиваешь что-то у меня, если рядом с тобой постоянно ходит… Карлайл. Он явно знает намного больше меня.
Айрис и сама понимала, что ей стоило обратиться именно к нему, но вопреки всем доводам здравого смысла не хотела этого делать. Причин было слишком много, чтобы обходить его стороной, будто вся ее сущность не хотела влезать в водоворот его личности. Он был для нее загадкой, края которой никак не сходились. Кусочки фактов были разбросаны перед ней, но не желали вставать как надо, чтобы показать ей хоть толику разгадки. Поэтому она решительно покачала головой, заставляя Серама подыскать ей кого-нибудь другого.
– Если верить разговорам, что в последнее время не утихают, ты поладила с главной жрицей, а она любит интересные истории.
– Не уверена, что леди Хаяла что-то знает, но она тоже неплохой вариант. Еще я слышала, что у драконов есть книга, где записаны все рожденные в этой стране. Мне стало интересно, правда ли это?
– Арун создал ее, чтобы все помнили о ценности жизни и истории. С этим тоже может помочь леди Хаяла. Она одна из тех, кто имеет доступ к ней, если я правильно тебя понимаю.
В книге записывались новорожденные или вступившие в семейство члены, но, в отличие от принятых почти в каждом роду, в этих листах хранились записи обо всей империи драконов. Информация появлялась с помощью магии, поэтому было невозможно утаить внебрачных детей или скрытно принять кого-нибудь в семью.
– Серам, ты лучший! – искренне улыбнулась Айрис и, погрузившись в свои мысли, быстро убежала, не заметив появившегося рядом с окном Карлайла.
– Что это было? – мрачно поинтересовался он.
– О чем вы? – спросил Серам, натолкнувшись на раздраженный взгляд дракона.
Лайл, столкнувшийся с Дарреном, и так был темнее тучи, но, услышав последние слова Айрис не в свою сторону, не мог приглушить чувства. Она так легко улыбается кому-то, когда он всеми силами пытается добиться ее расположения. Лайл будто ступал по вязкому болоту, его ноги вязли все больше, а расстояние до цели лишь увеличивалось.
Ему никто не мог противостоять, поэтому он никогда не контролировал свое поведение и не старался выглядеть в чьих-то глазах лучше, чем он был на самом деле. Даже Даррен, увидевший человеческую сторону того, на чьих глазах рос, был ошеломлен и не смог устоять.
– Мне нужно подготовиться к предложению. Как вы думаете, какое самое подходящее место во дворце? Где императоры обычно предлагали такое своим парам? – проявил любопытство Рен.
– Тебе разрешено жениться только после меня. – предупредил его Лайл.
– Но вы даже не встречаетесь! Не думаете, что сначала нужно добиться внимания, а лишь потом строить совместные планы? – Лис, сидевший рядом, пошевелил усами, наслаждаясь их препирательствами.
– Именно поэтому тебе не стать императором. – Лайл выпрямился и сложил руки за спиной, но после минутного молчания, продолжил: – Я дам доступ в башню ветра. Скажи заранее. Пусть она ведет тебя по жизни, сияйте вместе.
Даррен был удивлен его пожеланиями и склонился в низком поклоне, принимая неожиданное благословение. Прежде он не слышал, чтобы кто-то заслужил подобного. Башня ветра была недоступна никому, кроме Карлайла.
– Благодарю. Вы уже добились многого, раз фамильяр Айрис… – он запнулся на полуслове, заметив взгляд Лайла. – фамильяр принцессы Колт проводит время с вами и, вероятно, доверяет вам. Я пойду.
– В самом деле не шибко умный. – рыкнул Лис, когда от Даррена не осталось и следа. – Ты пытаешься задобрить ведьму таким банальным жестом? Считаешь, она встанет на твою сторону? Заносчивый дракон не заслуживает доверия! Я удивлен, что для тебя до сих пор не выкопали глубокую яму, но ничего еще не потеряно. С этим делом нам всем поможет ее отец, причем сделает это с большим удовольствием. Бедная хозяйка! Умудрилась попасть в твои жадные лапы. – облизнулся фамильяр, прищурив глаза.
– Если судить по человеческим меркам, она выросла очень красивой. – поделился с ним своими наблюдениями Лайл.
– А с точки зрения крылатых стариков, нет?
– С моей точки зрения, она невероятно очаровательна. Никогда не встречал кого-то прекраснее. – честно сообщил дракон, заставив Лиса измученно покачать головой.
Утром Мирель рассказала подруге о приглашении Даррена присоединиться к нему. К разочарованию ведьмы, принцесса была не против этой идеи.
Даже не заходя, Айрис поняла, что именно они увидят за дверью и почему супруги не появляются на людях. Лекарственный запах витал по всему этажу.
На большой кровати, усыпанной пуховыми подушками, лежала жена старшего принца. Сквозь полупрозрачные шторы пробивались лучи солнца, легкий ветерок играл с ними и разносил по комнате запах. В воздухе витал едва различимый пряный аромат базилика, перемешиваясь с гвоздикой и сладкой лавандой. На тумбочке стояли различные склянки с мазями и отварами.
Калия не выглядела больной или тщательно притворялась, заметив с Дарреном двух незнакомок. Она старалась наслаждаться моментом покоя и умиротворения, которые дарили ей стены дома и близкие люди. Очаровательная улыбка осветила ее лицо. Джасперу пришлось всю ночь заботиться и следить за состоянием своей жены, а сейчас он отсыпался, поэтому девушка была рада новым лицам.
Калия была до удивления яркой и светлой, казалось, ее тепло было заразнее всякой болезни. Оно проникало глубоко в сердце, и любой начинал сиять вместе с ней. Порой самые красивые люди испытывают ничем не заслуженные трудности. Испытания будто сыплются на их голову. На первый взгляд, она была слишком беспечной для ее состояния, но с ней никто не мог проследить за ходом времени.
– Почему никто не вылечил ее? – задумавшись, спросила Мирель, едва они вышли.
Глава 24
Перевернуть жизнь на начало
– Вас таких двое в этом мире – «особенные». – мужчина вычурно перекривил под маской лицо. – Он притянул тебя за собой, и ты оказалась на своем месте лишь благодаря ему. Твоя смерть стала бы для богов единственным утешением. – усмехнулся он. Капюшон и закрытое лицо превосходно скрывали его личность.
– Не попадайтесь мне больше на глаза. Я ухожу. – утратила терпение девушка.
Он взмахнул ладонями, останавливая ее, его движения были хаотичны, но некая грациозность, имманентно присущая ему, всякий раз прорывалась наружу. Гневный взгляд остановился на нем, стоило ему слегка очертить пальцем изгиб ее шеи.
– Тот, кто пришел за тобой, знает ответы… Твой жизненный спутник. Магический зверь. Так, вы его зовете? Не скажет он, иди к драконам. Может, правда сама придет к тебе в руки? А теперь уходи!
Он избаловано тряхнул пальцами, будто устал от нее, отчего девушка ощутила знакомое раздражение, которое возникало у нее всякий раз, когда они встречались. В прошлый раз он вел себя точно так же. Зародил в душе сомнения и ушел, не отвечая на вопросы. Его не волновали магические всполохи, гуляющие по ее рукам уже через пару минут после встречи с ним. Напротив, ему нравился огонек, вспыхивающий в ее глазах, он жаждал увидеть, что он направлен лишь на него, и никто больше не удостоен такой чести.
Как же Джаспер злился на богиню. Он не мог понять, чем их пара не угодила ей, почему они не заслужили ее благословения? Подросток проклинал Севаду, стоя прямо перед ее статуей, ведь они с Калией с детства были вместе, он обещал ей жениться, когда вырастет, но кольцо никак не реагировало на нее. Сколько бы дракон ни старался, каждый раз был провальным и приносил лишь боль обоим влюбленным.
Джаспер отказывался не только брать других за руку, он вовсе не появлялся на таких мероприятиях и всячески доказывал всем, что не отступится от своих планов. Калия только улыбалась на людях и не показывала своего разочарования. Нежность в ее глазах была направлена лишь на него, и она не знала, что ждет их в будущем.
Все шептались, что богиня пыталась уберечь старшего сына императора от горечи потери пары, но ее благосклонность не знала меры. Старания Джаспера принесли плоды, и их с Калией ждало благословение. Как прекрасна была свадьба! Счастью влюбленных не было предела, все радовались за них, но за хорошими вестями вскоре пришли плохие.
Мана Калии стала утекать и постепенно совсем перестала удерживаться внутри нее. Крупица за крупицей, пока она сама не почувствовала это, потеряв сознание от легкого заклинания. С каждым днем она угасала, а по словам ученых, магия тянула жизненную энергию вместе с собой. Этому не было ни объяснения, ни лечения.
Неумелые усилия подростков переросли в красивую влюбленность, что должна была гореть в их сердцах до самого конца. Любовь без срока годности! Как печально, что дату все же быстро определила сама планида.
Джаспер передал все обязанности младшему брату и сестре. Мужчина не отходил от кровати супруги и заботился о ней, совершенно забыв о себе. Калия кричала, плакала навзрыд, ругала его за то, что он ежедневно тратит свою жизнь на бесполезную опеку. Она верила, что Джаспер должен идти дальше, оставив ее в прошлом. К чему принцу драконов обуза в виде нее? Его забота больше душила ее своей горечью.
– В детстве ты заявил у всех на виду, что не хочешь быть моим другом, помнишь? Я тогда расплакалась, а ты…
– А я подошел и сказал, что хочу жениться на тебе. Я все помню. – Его улыбка была насквозь пропитана досадой.
– Ты светился от счастья, говоря о детях, Джас. Ты сиял ярче любых звезд. Я буду молить богов, чтобы они послали тебе ту, с кем ты сможешь стать отцом…
– Не говори такого. Не отталкивай меня с таким лицом!
Больше своей смерти Калия опасалась, что Джаспер последует за ней, поэтому Армель стала той, кто сохранил ее секрет и исполнила особенное последнее желание. Принцессе пришлось украсть яйцо, что давно было подготовлено ее братом, но запрятано в самую глубь с момента обнаружения болезни у его жены.
При естественных родах ребенок рождался с магией и не был драконом. Драконы могли появиться на свет, лишь вылупившись из яйца. Обоим супругам необходимо было отдать частицу своей души и на протяжении всего срока питать яйцо магией – чем больше магии, тем сильнее потомство, но в данном случае у девушки не было никакого выбора, и ей пришлось за раз вложить почти всю свою ману до последней капли.
Армель отводила глаза, сжимая зубы от желания прервать ее, пока Калия кашляла кровью, но не останавливалась, стремясь скопить свою магию и направить еле заметный ручеек в самое ядро плода. Калия ласково гладила его, представляя их с Джаспером малыша. Он мог никогда не родиться или расти без матери. Яйцо будто поглощало соленые капли, что она роняла на него.
– Только в том случае, если он не справится, отдай его ему. Ребенок станет для него дополнительным якорем. Джаспер не сможет закрыть на это глаза, поэтому сохрани его… – прошептала Калия, закрывая глаза от усталости.
Ком в горле и застывшие слезы не позволяли принцессе что-то вымолвить, поэтому она усиленно кивала, хотя на нее уже никто не смотрел. Армель стиснула яйцо, едва не выпавшее из обессиленных рук Калии, и выбежала из покоев.
Прежде у Айрис не было возможности создать что-то до такой степени огромное и при множестве посторонних лицезреть своими глазами статую богини изо льда, поэтому ей было не очень комфортно. Лед не таял и был едва ли не прозрачным, поэтому казался огромным драгоценным камнем. Она вспоминала, как творила ее своими руками, и жадный взгляд Хаялы, которая хотела посмотреть и подала ей хороший совет – закрыть глаза и довериться внутренним чувствам. В конце концов, магия словно сама знала, что делать и какой изобразить великую Севаду. Ее образ будто проступал в памяти и стоял перед глазами.
Принцесса ждала знака от Хаялы. Ей предстояло перед всеми собравшимися зажечь священный огонь. Таков был удел победительницы охоты, которую ей отдал в руки Карлайл. Слишком очевидно на ее лице было написано: «Что я здесь делаю?». Ей стоило больших усилий утаить это от других.
О возвращении Мирель особо никто не был в курсе, впрочем, как и об ее отбытии из страны, поэтому отсутствие ведьмы не вызвало никаких вопросов, а вот Даррену пришлось оставить свою пару досыпать, а самому присутствовать в храме, как и всем его родственникам.
Вокруг скопилась многочисленная публика. В толпе были и аристократы, и обычные жители империи. В этот день не было разницы, как высоко их положение, для Севады все были одинаковы.
Вблизи храма устроили фестиваль, который должен был продолжаться до глубокой ночи и заканчивался представлением драконов в небе. Повсюду стояли лавки с милыми сувенирами и едой. На импровизированных подмостках выступали талантливые артисты. Дома и здания были украшены к празднику. На лицах драконов проступала радость, стоило им узнать девушку, которая провела обряд со жрицами, некоторые вовсе приветливо улыбались и здоровались с ней. На Лайла, идущего рядом, никто особо внимания не обращал.
Разговор Айрис с Хаялой прошел практически на бегу. Женщина смогла выделить на него лишь несколько минут, потому что после в ее обязанности входило провести обряд почитания богини.
– Вы знаете что-либо о моем рождении? Или знаете того, кто расскажет о моей жизни до появления в семье Колт? – прямо спросила она, внутри нее цвела уверенность, что не стоит ходить кругами.
Ей был необходим ответ на этот вопрос, хоть крохотная подсказка, куда устремить свои силы для дальнейшего поиска. Айрис чувствовала, что за всем кроется какая-то безумная тайна. Лис же с непоколебимой уверенностью известил ее о том, что королевская семья не знает всех ненужных подробностей, и чего-то требовать от них бесполезно. Девушке не хотелось как-либо ранить родителей своим расследованием. И все же это была не единственная причина. Желание все узнать не покидало из-за многих факторов, и в их списке любопытство было не на первом месте.
– Ройлский лес не повинуется никаким законам. У него своя душа. К слову, весьма скверная.
– А нет кого-то более разговорчивого? – неоднозначно отреагировала она. Ее пугало, что лес разумный, и размышления в подобном ключе были слишком странными.
– Полагаю, тот, кто может вам помочь, не согласится, хоть он и совершенно слаб перед вами и в это же время близко знаком с лесом. – глумливо усмехнулась женщина.
Жрицу увели из-за какой-то мелочи, чем она воспользовалась, сбежав от дальнейших расспросов, но Айрис было достаточно и такого намека.
В голове вспыхнула яркая догадка о знакомом драконе. Карлайл упоминал, что посещал этот лес и был единственным, в ком Айрис подозревала ту самую слабость. Впрочем, принцессе не пришлось придумывать что-то самой, Лайл пригласил ее погулять на фестивале.
Он ждал Айрис с мороженым в руках, было немного знойно, поэтому дракон решил, что для начала им неплохо было бы освежиться. Лайл отметил необычным, новое для него выражение, вспыхнувшее во взгляде Айрис, когда она приблизилась к нему.
– Это для меня? Спасибо. – искренне поблагодарила девушка.
Ее наряд был изменен так, чтобы он немного напоминал одежду, которую полагалось надевать в храме во время фестиваля. Исыль не хотела, чтобы принцесса была в старой хламиде, да и стоило ей начать создавать наряд, все получалось без лишних раздумий.
Светлая ткань развивалась от легкого ветра, и девушке было не так жарко, но все же погода давила, поэтому первым делом парочка направилась к огромному фонтану на территории храма. Вокруг него сейчас никого не было, все ждали ночи, чтобы насладиться представлением, а сейчас гуляли по столице.
Под удивленный взгляд Лайла, скинув обувь, Айрис забралась на фонтан и с высоты кинула взор на всю близлежащую округу.
– Сколько ни смотрю, меня каждый раз удивляет богатство этого красивого места. – поведала принцесса. – Сколько же денег в него было вложено?
– Если ты захочешь себе собственный храм, я готов проспонсировать его. – заверил ее Карлайл, что вызвало смех у Айрис.
– Обещай, что ты больше никому не предложишь такое. – отсмеявшись, попросила его девушка. – Слишком щедрое для меня предложение, поэтому вынуждена отказаться. Более того, это может вызвать гнев богини смерти. Кстати, почему сегодня возносят молитвы только ей? Для Аруна есть отдельный день? – поинтересовалась Айрис, неспешным шагом огибая фонтан.
– Арун был разгневан, когда все начали почитать его как символ жизни, ставя выше богини смерти. Они забыли, что для него лишь Севада была всей его жизнью и ключом к его жестокому сердцу. Храмы, воздвигнутые в честь него, были разрушены по его приказу. После жестокой жизни приходит милостивая смерть. Именно поэтому ему достаточно почтения, направленного на Севаду. – рассказал Лайл.
– Романтично. – мечтательно вздохнула девушка и, будто уловив момент, добавила: – Это заставило меня более явно ощутить свое одиночество. – улыбнулась она.
Внезапно подувший ветер заставил ее подол вздуться, и в борьбе по сохранению чести или лакомства победил здравый рассудок, но вода была коварнее. Она оступилась, потеряв равновесие, и, взмахнув, протянула руку в сторону Лайла, но даже драконы не властны над временем.
Принцесса смеялась над ошарашенным мужчиной. Он, не раздумывая, полез за ней, и как итог, они были по пояс в воде.
Лайл помог Айрис выбраться и встал рядом. Дракон неторопливо снимал верхнюю одежду и, взглянув прямо ей в глаза, задорно подмигнул.
– Боюсь, я не смогу не вспоминать это, поэтому лучше скрыть причину помутнения моего рассудка. – Зайдя к ней за спину, он заботливо укрыл ее своим камзолом, оставшись в рубашке. – Я постараюсь быть очень аккуратным и не переборщить с силой. – предупредил Лайл.
Айрис была удивлена его поведением и не понимала, зачем ей его одежда, если он высушил ее наряд за одно мгновение.
– Если тебя интересует что-то, с чем я могу помочь, лучше спроси об этом прямо. Не стоит даже случайно давать мне призрачных надежд. – отчетливо прошептал Лайл, убирая свои руки с ее плеч.
Айрис опустила глаза, понимая, что поступает глупо и самонадеянно. Мужчина признался в своих чувствах, но все это время думал, что она видит в нем лишь инструмент для достижения каких-то целей. Тяжело усмехнувшись, она подумала, что, будь ее цель более серьезной и значимой, это было бы намного легче принять. Ей было стыдно.
– Прости. Я заигралась и стала вязнуть в многочисленных победах. Все шло слишком гладко, и это ослепило меня. – глухо созналась она, кусая щеку от вины. – Мне уже сказали, что не получится расспросить тебя касательно моего вопроса. Однако меня не покидала уверенность, что и сейчас все пройдет хорошо, стоит мне лишь подтолкнуть тебя.
Карлайл молчал, эта тишина была слишком удушающей для Айрис, но она не могла дать ответа на его чувства к ней. Она хотела оградить его от ложных ожиданий, но не могла ничего сказать, поэтому решила поведать кое о чем другом. История ее детства должна была послужить ступенью к главной новости, которую она боялась озвучить. Лайл же просто не знал, как реагировать, и уже хотел что-то сказать, но Айрис начала свой рассказ.
Девочка сидела на полу, ловя горячие капли и даже не пыталась их скрыть. Фамильяр, учуявший состояние хозяйки, вышел из-за книжной полки, ложась рядом с ней. Лис давал ей время выпустить чувства и терпеливо ждал, пока ее пальцы зарывались в его стремительно мокнущую шерсть. Порой казалось, что он клубочек меха – стоит намочить его сильнее, и он растает.
– Не получается… Ничего не выходит… Я совсем не чувствую в себе ничего от ведьм. Все говорят, что это неважно, но… – прошептала она.
– Откуда же им быть с такими родителями… – выпалил Лис, но округлил глаза, поняв, что сболтнул лишнего, и зарылся поглубже, надеясь на плохой слух своей хозяйки.
– Ты что-то знаешь? Расскажи мне, пожалуйста! – отчаянно взмолила она, не замечая, что ее слезы резко высохли.
Она была не готова узнать всей правды, впрочем, Лис и не мог рассказать ее. В любом случае, рано или поздно настало бы время для раскрытия информации, но он понимал, что сейчас слишком рано для подобного.
– Вот же говорливый веник! Кто тебя за язык тянул? Сказать такое ребенку! – послышался голос со стороны.
Женщина подошла внезапно и явно была рассержена. Она присела рядом с ними и согнала Лиса с его места, крепко обняв внучку.
– Я помню тебя, когда ты еще была маленькой веточкой и голосила так, что по коридорам эхо гуляло на все этажи. Так как ты считаешь, есть ли разница между тобой и твоим братом? Кто-то тебе хоть взглядом показал это? – Кемина ощутила, как девочка отрицательно покачала головой. – Вот и не забивай мысли всякой чепухой. Много толка с этих ведьм! Вот я, была бы не готова подсовывать тебе какого-нибудь колдуна. В то время я немного помирала, но когда Десмонд принес и слезно умолял Риадну оставить тебя, у них не было сомнений, что они справятся. Все любят тебя с момента твоего появления, а ты здесь сопли развела! – возмутилась женщина, гладя девочку по голове.
Дракон, быть может, и хотел ей помочь, но давно дал клятву даже не вспоминать о произошедшем.
