Текст книги "Отвергнутая жена. Новая жизнь попаданки (СИ)"

Автор книги: Алиса Росман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Отвергнутая жена. Новая жизнь попаданки

Глава 1

– Андрей, как ты мог⁉

Я не могу поверить своим глазам. Мой муж Андрей, мужчина, с которым я прожила почти пять лет, лежит в нашей постели с моей сестрой.

Отвратительно!

Сестрица потягивается и нахально улыбается, а затем поправляет на груди простынь, будто есть смысл прикрываться.

– Ань, давай без истерик, и так давно понятно, что нашему браку пришел конец.

– Наташ. – Я смотрю на сестру и не могу поверить своим глазам. – У тебя совести совсем нет.

– Нужно было думать раньше. – Сестра заматывается в простынь и идет в сторону ванной комнаты. – Я же тебе говорила, что надо следить за собой, а иначе он уйдет. Вот и ушел. Ко мне!

Я снова перевожу взгляд на своего мужа. Хочется услышать от него хоть слово, но похоже, что ему все равно. Еще вчера муж подарил мне цветы и пригласил в театр на выходных, а сегодня в постели с другой.

– Андрей, ты не хочешь мне это объяснить?

– А что объяснять, Ань? Я от тебя устал.

Я резко разворачиваюсь и убегаю в гостиную. Складываю в сумку свои вещи. Ноги моей в этом доме не будет! Бросаю в сумку белье, платья.

Открываю комод и достаю шкатулку. Тут все мои сбережения. Денег немного, но на пару месяцев хватит, еще есть брошь моей бабушки, она ценная, но рука продать не поднимется.

Убираю шкатулку в сумку, взгляд цепляется за свадебные фотографии.

Мы там счастливые, улыбаемся, смотрим друг на друга с любовью. Это был прекрасный день, в тот момент мне казалось, что я самая счастливая на свете.

– Бабушкину брошь не вздумай забирать. – Слышу голос сестры за своей спиной.

– Она подарила её мне. – Резко поворачиваюсь.

Наташа надела мой халат. Противно. Даже не хочу думать о том, сколько раз она тут была и носила мои вещи, а еще спала с моим мужем.

– Бабушка отдала её нам!

Сестра хватает шкатулку, шкатулка в сумке, вытряхивает содержимое на диван, а затем пытается схватить брошь.

Я успеваю первой.

– После такого ты еще смеешь говорить мне про брошь?

– Ты сама виновата! – кричит сестра. – Он никогда тебя не любил, никогда. Женился на тебе из жалости, потому что ты увивалась за ним еще со школы.

Наташа бросается на меня и хочет отобрать брошку, в этот момент в комнату заходит Андрей.

– Прекратите!

Из броши вырывается яркая вспышка света. Перед глазами темнеет, и я будто проваливаюсь в тягучий омут.

Когда открываю глаза, то вижу стены из грубого камня, небольшое окошко под потолком, из которого вырывается солнечный, яркий свет.

Я лежу на куче сена, от которого пахнет плесенью и полынью. Пытаюсь повернуться на бок. Тело онемело и не слушается.

Как я тут очутилась?

Опираюсь на руки и смотрю по сторонам. Комната круглая, будто я в башне, вот только такого точно не может быть.

Затем я слышу громкие шаги.

Недалеко от меня в полу люк, его крышка подрагивает при каждом шаге, а потом распахивается.

Я задерживаю дыхание и отползаю ближе к стене. По ступенькам поднимается мужчина.

Он немного похож на Андрея, вот только его лицо более суровое, волосы длинные, и одет он странно, будто прибыл из Викторианской эпохи.

Длинный камзол, расшитый узорами, брюки и высокие сапоги.

– Андрей? – шепчу я.

– Совсем помешалась умом, – рычит мужчина, – я Эрнар. Твой муж. Ну что, ты одумалась? Прекратишь истерики и подпишешь договор?

– Какой договор? Ты о чем?

Я медленно поднимаюсь на ноги. Смотрю на свою одежду. Я в старинном длинном платье из грубой ткани. Подобного никогда не было в моем гардеробе.

– Айлин, я очень устал. – Мужчина трет переносицу пальцами. – То, что ты сегодня устроила, уже перешло все границы. Подпиши договор, или я буду вынужден пойти на крайние меры.

– На крайние меры? – переспрашиваю я, не понимаю, почему он называет меня Айлин.

– Я выставлю тебя на аукционе, и мы расторгнем брак.

– Вы что-то путаете, я не Айлин.

– Сколько можно, – громко кричит мужчина, а затем быстро подходит ко мне, хватает за руку и тащит за собой. – Ты прекратишь или нет? Решила поиграть в полоумную, но я тебя проучу.

Он тащит меня по винтовой лестнице.

Я пару раз спотыкаюсь, чуть не падаю, но чудом удерживаюсь на ногах.

– Идем, Айлин.

– Куда вы меня тащите, что происходит?

Мужчина толкает меня вперед, и я падаю на пол, успеваю опереться на руки.

– Приготовьте её к аукциону.

– К аукциону, господин Эрнар?

Я поднимаю голову и вижу перед собой женщину в длинном платье и белом переднике. Волосы уложены в аккуратную прическу, а лицо не выражает ничего. Ей будто абсолютно все равно, что со мной так обращаются.

– Да, Гельда, я ее продам. Мне не нужна такая жена. – Эрнар смотрит на меня с презрением. – Ничтожество.

Мужчина разворачивается и уходит, а я поднимаюсь и бросаюсь к женщине.

– Помогите, я не Айлин, я не понимаю, что тут происходит.

– Доигралась? – женщина усмехается. – А я тебе говорила, что если будешь так себя вести, то он от тебя избавится. Быстро пошла вперед.

Она подталкивает меня к выходу.

– Может, купит тебя какой-то олух, пусть мучается. С твоей магией никто за тебя и серебреника не даст.

Женщина выводит меня из башни, и я будто впадаю в ступор. Не знаю, где нахожусь, но это точно не мой мир. Люди одеты в старинную одежду, я вижу, как женщина стирает одежду на улице в тазу. Недалеко от нас высокая каменная стена. Оглядываюсь назад.

Я и правда была в башне, чуть дальше, впереди, – дом, даже не дом, а замок.

Каменные серые стены частично увиты плющом и диким виноградом. Гельда ведет меня к дому, и мы заходим в здание.

– Переодевать тебя смысла нет, – говорит женщина, – но хоть умойся, может, кто-то поведется на твое милое личико.

Гельда толкает меня в одну из комнат. Судя по всему, это кухня. Большой деревянный стол в центре. У дальней стены очаг, еще несколько столов, а стены над ними увешаны разной кухонной утварью.

Тут душно и пахнет вареным мясом и луком.

– Чего стоишь? Времени мало.

Я вижу недалеко от входа раковину, а над ней небольшое мутное зеркало.

Быстро подхожу к зеркалу и пытаюсь себя рассмотреть, но лицо перепачкано грязью.

Открываю кран с водой и тщательно умываюсь, затем снова смотрю на свое отражение. Я вижу себя, но это не совсем я. Мои волосы светло-русые и довольно редкие, а сейчас они густые и золотистого цвета.

Лицо очень похожее, только подбородок более аккуратный, а еще очень длинные ресницы и пухлые губы.

– Что тут происходит? – шепчу себе под нос и в этот момент вижу за своей спиной Эрнара. Быстро оборачиваюсь.

Мужчина хватает меня за горло. Просовывает под волосами кожаный ремешок и защелкивает его на шее.

– Все так, как ты хотела, Айлин, – произносит Эрнар, – все произойдет по традициям, которые ты так чтишь. Я бы мог провести закрытый аукцион и избавиться от тебя, но раз ты по-хорошему не понимаешь, то я тебя продам.

– Что я вам сделала?

Доказывать, что я не Айлин, смысла нет, он точно мне не поверит. Больно смотреть на этого мужчину, он так похож на моего Андрея, но в то же время отличается.

Причем в худшую сторону. Он более грозный, а еще выше ростом и шире в плечах. От одного взгляда мужчины мне хочется спрятаться, сбежать.

– Что ты сделала, Айлин? Ты опозорила меня и мою семью. Ты предала, прикрываясь традициями. А теперь ответишь за свои поступки. Посмотрим, захочет тебя кто-то купить или нет.

– Ты не можешь продать меня!

Я хватаюсь за горло и понимаю, что на мне надет кожаный ошейник, хватаю его пальцами и пытаюсь найти застежку.

– Могу. – Эрнар пристегивает поводок к ошейнику. – Сегодня утром была последняя капля, я не намерен это терпеть. Ты же чтишь традиции, Айлин, вот я и продам тебя на аукционе, сделаю так, как положено поступать с женами, которые больше не нужны.

Глава 2

Гул голосов оглушает, и я закрываю уши руками. Эрнар тащит меня через толпу за поводок.

Толпа ликует, все в восторге от того, что сейчас произойдет.

Я поднимаюсь по неустойчивым ступенькам на помост. Эрнар подтягивает меня к себе.

– Моя жена Айлин, – громко говорит Эрнар, и толпа затихает, – предала меня, опорочила честное имя моей семьи, поэтому я принял решение ее продать.

Я оглядываюсь по сторонам, на площадь пришло очень много людей, и, судя по крикам и сальным взглядам, они в восторге от происходящего.

Никто из них не захочет мне помочь, и даже женщины смотрят на меня с ненавистью.

– А магия у нее есть? – кричит мужчина из толпы.

– Есть, – усмехается Эрнар и смотрит на меня, – есть у нее магия.

В его усмешке что-то злобное и пугающее.

Я хватаюсь руками за ошейник и пытаюсь его сорвать. Хочется кричать и плакать, но Эрнар что-то сделал с моим голосом: с того момента, как мы покинули замок, я не могу вымолвить и слова.

– А готовить умеет? – кричат с другой стороны.

– Научится при должном воспитании, – произносит Эрнар, с силой дергает поводок, и я падаю на помост.

Успеваю опереться на руки. Волосы падают на лицо, закрывая мое заплаканное лицо.

Я дрожу от страха и безнадеги. Куда же я попала?

– Ну что? Кто готов взять в жены Айлин Риан?

– Я возьму. – Слышу старческий голос, а затем покашливание. – Дам за нее три золотых, и не монетой больше.

– Три золотых слишком много для такой дряни. – Эрнар дергает меня за поводок подтягивая к себе. Смотрит в мои глаза и добавляет: – Будет тебе уроком, Айлин. Я тебя предупреждал.

Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но слов не слышно, только слезы текут по моим щекам.

– Плакать уже не стоит, Айлин, ты могла иметь все, но решила предать меня. Я хотел тебя защищать, помочь тебе с магией, но ты решила иначе. Пусть будет так.

Эрнар отходит от меня в сторону, и я вижу пожилого мужчину, он отдает Эрнару небольшой мешочек с монетками и берет меня за поводок.

– Меня зовут Эмрэ Калмей, – скалится мужчина, – теперь ты моя.

Мужчина старше меня лет на пятьдесят. У него морщинистое лицо, густые брови с длинными седыми волосками и лысина с родимым пятном.

– Я никуда с вами не пойду. – Держу руками свой поводок и отступаю назад.

– Я решу эту проблему, – говорит Эрнар, а затем прикладывает к моему лбу ладонь.

Мир вокруг начинает кружиться, ноги слабеют, и я проваливаюсь в темноту.

Когда прихожу в себя, то понимаю, что я уже не на городской площади, а в какой-то небольшой комнатке. Закрываю глаза и думаю: «Хоть бы все вернулось обратно, пусть все окажется дурным сном».

Я снова в родном городе, а мой муж…

Нет, я этого не вынесу.

Открываю глаза и, опираясь на руки, сажусь. Все тело болит, будто я накануне перекопала весь огород.

Комната небольшая. Кровать, шкаф с покосившейся дверцей, письменный стол и стул. В углу у входа стоит несколько сумок. Видимо, это вещи Айлин.

Осторожно опускаю ноги на холодный пол. По телу бегут мурашки. Наверное, я долго лежала без движения.

Я помню, что какой-то мужчина называл меня Айлин, а затем продал на аукционе. Не понимаю, как я в подобное вляпалась.

Выглядываю из комнаты. Длинный темный коридор. Никого не видно и не слышно.

Выхожу в коридор и иду к лестнице, которая виднеется в конце. Половицы поскрипывают под ногами, я стараюсь идти бесшумно, но не получается.

Когда подхожу к лестнице, чувствую насыщенный аромат выпечки и корицы. В желудке предательски урчит. Я и не помню, когда последний раз ела.

Начинаю спускаться по лестнице, и на первом этаже появляется тот самый мужчина, который купил меня на аукционе.

– Очнулась? Пойдем, я расскажу тебе о твоих обязанностях.

– Каких еще обязанностях?

– Теперь ты моя жена, Айлин, – гадко усмехается Эмрэ. – Ты же не думала, что будешь целыми днями лежать и отдыхать в своей комнате? Я не собираюсь тебя кормить и содержать просто так, будешь работать.

Мне нужно отсюда сбежать, вот только я не представляю куда. Я даже не знаю, где именно нахожусь и почему все называют меня Айлин.

Эмрэ идет вперед и манит меня рукой. От старика неприятно пахнет, ему бы не мешало помыться и постирать одежду.

– Называй меня господин Эмрэ, – говорит мужчина и шаркающей походкой подходит к двери, – только на «вы», запомни важные правила.

Эмрэ открывает дверь и заходит в комнату, а я следую за ним.

Мы оказываемся в кабинете. Тут тесно, стол и стеллажи завалены книгами и папками с документами. В углу висит паутина с огромным пауком.

Я обнимаю себя за плечи, стараясь не рассматривать бардак, который царит в кабинете. Не люблю беспорядок. Я привыкла к чистоте.

– Первое, – продолжает Эмрэ, – никогда ничего не трогай в моем кабинете без разрешения, второе – когда ко мне приходят посетители, ты встречаешь их, предлагаешь нам напитки и затем уходишь. Узнаю, что подслушиваешь…

Мужчина что-то бормочет невнятное, потом садится за стол.

Не хочу уточнять, что именно со мной будет, не думаю, что что-то хорошее.

– Поняла?

– Да, господин Эмрэ. Что еще входит в мои обязанности?

Я немного успокаиваюсь, он явно не хочет быть моим мужем, хоть это радует. Нужно переждать в его доме пару дней, а затем сбежать, только сначала разведаю, где вообще нахожусь.

– Мои глаза уже не те, что в молодости, – сообщает Эмрэ и недовольно цокает, – поэтому иногда ты будешь читать мне документы вслух. Эрнар сказал, что ты умеешь читать.

– Умею.

– Отлично. На кухне работает моя повариха. Познакомишься с ней сама. Будешь помогать ей в свободное время. И еще. В доме не шуметь, громко не смеяться. Шторы не открывать, я не люблю яркий свет.

Я слышу, как в дверь стучат, и невольно вздрагиваю.

– Открой дверь, чего стоишь? – кричит Эмрэ.

Я быстро вылетаю из комнаты и бегу к двери, не сразу понимаю, где она, но, когда стук повторился, я нахожу дверь. Быстро открываю и замираю.

На пороге стоит девушка, практически точная копия моей сестры, только моя сестра – блондинка, а у этой девушки темно-русые длинные волосы, уложенные в идеальные локоны.

На голове изысканная шляпка с синими перышками и сверкающими камнями. Она одета в темно-синее платье из атласной ткани, с тугим корсетом.

– Чего стоишь? – говорит девушка. – Господин Эмрэ дома?

– Дома.

Я не могу поверить своим глазам, я будто попала в параллельную реальность. Тут люди, которых я знаю, но они выглядят иначе и, кажется, меня не помнят.

Во всяком случае, Эрнар не подал вида, что помнит меня, уверенно называл меня Айлин и говорил, что я опозорила его семью.

– Скажи, что пришла Талия Ризорт. Быстро! – велит гостья.

Мне хочется послать девушку в пешее путешествие, но я беру себя в руки. Сначала разберусь, как я сюда попала.

Если скажу сейчас, что я не Айлин, то меня просто сочтут сумасшедшей.

– Проходите, – бормочу себе под нос и иду к кабинету Эмрэ. – Господин Эмрэ, к вам Талия Ризорт.

– Пригласи госпожу Резорт, – недовольным тоном отвечает Эмрэ.

Я снова поворачиваюсь к девушке, которая уже идет в моем направлении, она морщит носик и недовольно смотрит по сторонам.

Согласна. Воняет тут просто ужасно. Но не это сейчас меня волнует.

Я вглядываюсь в лицо девушки, пытаюсь понять, помнит она меня или нет.

– Чего пялишься? – говорит Талия, она выглядит как леди, а ведет себя как бабка с рынка. – Нравится моя одежда, замарашка?

Я натянуто улыбаюсь, но ничего не отвечаю.

– А! Ты же та самая Айлин… Точно! – Щелкает пальцами Талия. – Эрнар продал тебя пару дней назад на аукционе. Мерзость какая. Неужели кто-то еще готов тебя приютить? Уничтожила родовой источник семьи Эрнара в день свадьбы. Такого от тебя никто не ожидал. Эрнар еще мягко с тобой обошелся. Я бы отправила тебя на каторгу. Ты предала всю империю.

Я только опускаю взгляд. Не имею представления, о чем она говорит. Сейчас во мне закипает злость. Наташа не только моя сестра, но и любовница моего мужа.

Я помню, что она сделала. Пусть сейчас передо мной Талия, а не Наташа, но от этого не менее противно.

Не смогу забыть, как она меня оскорбляла.

– Господин Эмрэ. – Талия заходит в кабинет. – Почему эта предательница работает у вас?

Дверь захлопывается, и я не слышу, о чем они говорят.

Быстро разворачиваюсь и иду к выходу, распахиваю дверь.

Не собираюсь я терпеть унижения, в прошлой жизни их хватило. Хочу сделать шаг на улицу, но мое горло обжигает огнем.

Быстро отступаю назад, падаю на колени. Хватаюсь за горло руками.

Ничего! Почему тогда так больно?

Медленно вытягиваю руку и касаюсь невидимой преграды. Горло снова отдает болью, будто на мне невидимый ошейник.

Сердце бьется как бешеное. Дыхание перехватывает.

Я не могу дышать. Я в ловушке.

Делаю еще одну попытку и снова скручивает от боли. Мне не сбежать из этого дома.

Несколько секунд сижу на полу и смотрю на улицу. Старинные постройки из камня, черепичная крыша. Женщина вешает белье на веревку, а рядом с ней играют ребятишки.

Я будто попала в Средневековье. Не вижу машин или другой техники.

Такого не может быть!

Немного отползаю назад и закрываю дверь. Может, стоит попытаться выбраться через окно?

Я не знаю, почему не могу выйти из дома, никаких устройств не видно. Захожу в первую попавшуюся комнату. Открываю окно и как только выглядываю на улицу, то горло снова обжигает болью.

Падаю на пол, с трудом сдерживая слезы. Мне не выбраться.

– Что за истерику ты тут устроила? – Слышится за моей спиной женский голос. – Быстро на кухню. Сейчас господин Эмрэ услышит, и места всем будет мало.

– Меня не должно тут быть. Почему он это делает со мной?

– Радуйся, что господин Эмрэ тебя выкупил, после того что ты натворила. Тебе заблокировали магию, а я считаю, этого недостаточно. Я бы тебя на каторгу отправила. Быстро на кухню! Работы невпроворот.

Глава 3

– Меня зовут Ирма, – говорит женщина, пока идет по коридору. – Я работаю у господина Эмрэ уже сорок лет, знаю каждый уголок этого дома.

– И каждую паутинку, – бормочу себе под нос, пока рассматриваю интерьер.

Может быть, Ирма и хорошая женщина, но служанка из нее ужасная. Я не могу представить, как можно жить в таком грязном доме. Но это не мое дело, надеюсь, что я скоро отсюда сбегу.

Только нужно понять, как выбраться из дома.

– Я занимаюсь стиркой, уборкой и готовлю господину Эмрэ. Часть обязанностей ты теперь возьмешь на себя.

Я ухмыляюсь и удивленно приподнимаю брови, что-то мне подсказывает, что она хочет всю работу скинуть на меня.

Не получится. Мой муж, теперь уже бывший, судя по всему, перекладывал на меня все обязанности по дому. При том что мы работали и зарабатывали наравне.

Я больше на такое не пойду.

Столько лет готовила ему завтраки, обеды и ужины. Стирала вещи, старалась поддерживать в доме чистоту, а он ушел к моей сестре, которая в жизни палец о палец не ударила.

Пока мы шли по коридору, в голове начали всплывать воспоминания о моем браке. Мой муж всегда жаловался, что денег не хватает, хотя у него была неплохая должность.

В голову закралась неприятная мысль о том, что он давал деньги моей сестре. Она не работала, говорила, что у нее есть парень, который её обеспечивает.

Вот теперь я догадываюсь, кто ее парень.

– Ты хоть посуду мыла в своей жизни? – спрашивает Ирма, упирая руки в бока.

Мы стоим посреди небольшой кухни, тут довольно темно, пахнет гарью и перебродившими помидорами.

– Конечно, мыла.

– Ну тогда приступай.

Конечно же, я не хочу заниматься подобной работой, но сейчас нужно подстроиться под ситуацию и постараться найти выход.

Я подхожу к раковине, заваленной посудой. Похоже, что посуда тут лежит не первый день. Жир засох до такой степени, что просто так не отмыть.

Нахожу таз с водой и наливаю в него горячую воду. Тут есть водопровод, это не может не радовать. Ставлю таз на стол и складываю в него тарелки, вилки и ложки. С кастрюлями будет сложнее.

Ирма несколько минут наблюдает за работой, а затем уходит.

Я сильно не расстраиваюсь. Беру тряпку, которая лежит на столе, и подхожу к очагу. Тут есть зола. Отлично.

На моющие средства рассчитывать не приходится, поэтому будем пользоваться подручными материалами. Я беру самую чистую миску, которую удается найти. С помощью лопатки набираю немного золы.

Жаль, что нет перчаток, зола очень сильно сушит кожу.

Я перемываю часть посуды, воду приходится менять очень часто. Ополаскиваю тарелки в раковине. Когда остаются кастрюли, на кухне снова появляется Ирма.

– Еще не справилась? – фыркает женщина, сверля меня недовольным взглядом. – Господин Эмрэ ждет кофе, нужны чистые кружки.

– Сейчас помою.

Ирма стоит рядом и внимательно наблюдает, как я отмываю кружки до блеска, затем блюдца и ложечки.

Ирма недовольно ухмыляется, а потом идет заваривать кофе.

Я успеваю помыть поднос и возвращаюсь к остальной посуде.

Пока убираюсь, раздумываю над происходящим. Не знаю, в каком месте я оказалась, но тут очень странные порядки.

Женщину могут выдать замуж, а затем продать, словно животное или какую-то вещь.

Положение незавидное, но я уверена: можно найти варианты, чтобы выбраться из текущей ситуации. Ирма уходит относить кофе, а я вытираю руки о полотенце и подхожу к окну.

Распахиваю створки и осторожно выглядываю. Горло снова саднит от боли. Отскакиваю назад.

Не выбраться.

Нужно узнать, каким образом это происходит. Не понимаю.

Посуда чистая, остается протереть стол, остальное трогать не буду, хотя тут каждый угол такой грязный, что хочется убраться.

Но я не собираюсь становиться рабыней в этом доме.

Ирма возвращается, когда я заканчиваю со столами.

– Можешь поужинать и иди в свою комнату, ночью по дому не шастай, господин Эмрэ не любит, когда шумят. Подъем на рассвете, нам нужно будет приготовить завтрак.

– Я буду помогать только на кухне?

– Этого недостаточно? – Ирма удивленно смотрит на меня.

– Я просто хочу понимать свои обязанности в этом доме.

– Будешь иногда ходить за покупками и по поручениям господина Эмрэ, раньше этим занималась я, но ноги уже не те, – недовольно ворчит Ирма и садится за стол. Она растирает поясницу рукой и кривится. – И спина постоянно болит, вот соберу немного денег и схожу к целителю.

Я заглядываю в кладовую, тут тоже полный бардак. Аппетита нет, тем более когда я вижу такой беспорядок.

Свежий хлеб лежит рядом с заплесневелым, некоторые овощи давно сгнили. Закрываю кладовую и говорю Ирме, что не голодна, поэтому иду спать.

Женщина никак не реагирует, сидит за столом и трет спину.

Я поднимаюсь на второй этаж и быстро нахожу комнату, в которой проснулась. Тут по-прежнему уныло и очень грязно. Я ложусь на кровать прямо в одежде и сворачиваюсь калачиком.

Желудок предательски урчит, но спускаться на кухню не хочу.

Засыпаю быстро, а просыпаюсь от криков Ирмы.

– Господин Эмрэ! Господин Эмрэ, очнитесь.

Я быстро подскакиваю с кровати и выбегаю из комнаты. Крики доносятся с первого этажа.

– Господин Эмрэ!

Спускаюсь по лестнице, потом бросаюсь к кабинету Эмрэ. Дверь открыта.

Я застываю на пороге.

Господин Эмрэ сидит за столом, опустив голову на столешницу. Рядом бегает Ирма и кричит. Я вижу, что глаза господина Эмрэ открыты, они безжизненно смотрят в пустоту.

Кожа покрыта ледяной коркой, будто господина Эмрэ облили водой, а затем выставили на мороз.

– Что с ним? Он мертв? – спрашиваю я.

– А ты как думаешь? – Ирма наконец-то замечает меня. – Признавайся. Это ты натворила? Что ты с ним сделала?

Ирма тычет в меня пальцем, ее подбородок трясется.

– Я ничего не делала, я была в своей комнате.

Отступаю назад, еще не хватало, чтобы меня обвинили в смерти Эмрэ. А он точно мертв.

– Это все ты! – кричит Ирма. – Я знала, что не стоит тебя пускать в дом. Я говорила господину Эмрэ, но он такой добрый человек. Пожалел бедняжку.

Я отступаю в коридор, прижимаюсь к стене. Не могу отвести взгляд от Эмрэ. Я видела странности в этом мире, но то, что я вижу сейчас, меня пугает больше всего.

Это будто какая-то магия.

Слева от меня резко распахивается дверь, и я слышу громкий голос.

– Замечена подозрительная магическая активность! – раздался громкий мужской голос. – Приготовьте магические метки для осмотра!

Я вжалась спиной в стену и наблюдала, как в дом зашли трое мужчин, двое выглядели как люди, а третий был выше остальных, с зеленой кожей и клыками, выступающими из нижней челюсти.

– Имя?

Я оторвала взгляд от странного зеленого существа и посмотрела на мужчину, который стоял передо мной.

Длинные темные волосы, квадратные скулы, волевой подбородок. Я нервно сглотнула и тихо произнесла:

– Ан… Айлин.

– Айлин Риан?

Я кивнула, хоть и не была уверена, что отвечаю верно.

– Метка.

– Какая метка?

– Это все она, – послышался голос Ирмы, – я уверена, это все она. Ох! Господин Эмрэ, на кого же вы меня оставили?

– Выведете эту женщину, – рявкнул мужчина, а затем снова взглянул на меня. – Покажите метку, Айлин.

Я не понимаю, о чем он говорит. Какая еще метка? Продолжаю стоять и пялиться на него.

Мужчина хватает меня за руку и резко поднимает рукав.

Касается ладонью моего предплечья, и я чувствую приятное тепло. Он убирает руку, и я вижу, как на моей коже вспыхивает узор сине-фиолетового цвета.

Маленький дракончик.

Это еще что такое?

– Метка блокирована, – громко говорит мужчина, – обыскать дом.

Он продолжает держать меня за руку, а я не могу отвести взгляд от его синих глаз. Не знаю, каким образом, но я будто под гипнозом. Тело кажется податливым и мягким. С трудом удерживаюсь на ногах.

– Господин Алистер. – «Зеленый» подошёл к нам. – Магический след спрятан, видно, что работал профессионал.

– Господин Эмрэ! – продолжала кричать Ирма.

– Зор, отведи Айлин на кухню, я позже с ней поговорю, а ту даму успокой.

– Понял.

Алистер отпустил мою руку и направился в кабинет Эмрэ, а Зор взял меня за локоть и потащил за собой.

– Я иду-иду, не нужно меня тащить.

– Предупреждаю. Побег будет рассматриваться как соучастие в преступлении.

– Я не могу сбежать из этого дома. – Я вырываю свою руку из хватки Зора и бодро иду вперед. – Я не знаю, что они сделали, но я не могу покинуть дом.

Мы заходим на кухню, и Зор внимательно меня рассматривает и произносит:

– Ты права, я вижу, что на тебе маячок, ты не можешь покинуть этот дом, но господин Эмрэ мертв, и заклинание должно рассеяться.

Мое сердце набирает темп. Значит, я смогу отсюда сбежать?

– Жди тут, господин Алистер к тебе скоро придет.

Зор уходит, а я бросаюсь к окну, распахиваю створки. Я должна проверить!

Острая боль пронзает мое горло мгновенно. Я падаю на пол, пытаюсь перевести дыхание. Мое тело пробивает мелкая дрожь, будто я попала под прохладный дождь.

Но в этот раз я быстрее прихожу в себя.

– Тебя же просили не убегать, Айлин.

Я слышу голос Алистера за свой спиной.

Медленно поднимаюсь и, покачиваясь, иду к стулу.

– Я хотела проверить…

– Я чувствую твой маячок, но можешь не пытаться сбежать, это не магия Эмрэ, он слишком слаб для подобного.

– Тогда кто?

Я смотрю на Алистера, как же мне хочется, чтобы хотя бы он мне мог, но я не вижу в его взгляде сочувствия, скорее, безразличие.

– Ты же понимаешь, Айлин, что ты подозреваемая.

– Я была в своей комнате!

– Я могу понять, – продолжает Алистер, – тебя заперли в этом доме, поставили маячок. Ты девушка свободолюбивая, из известной семьи. Думала, что и подобную выходку тебе простят родители.

– Я не Айлин, – говорю шепотом, глядя Алистеру в глаза, – я не знаю, как тут очутилась.

Алистер на мгновение прищуривается и даже немного приподнимает бровь, но тут его лицо снова становится полностью безразличным.

– Дом ты не покинешь. Пока будешь оставаться тут. Когда нотариус огласит завещание, то тебе сообщат, где ты будешь жить.

– Я же не вещь…

– Айлин, ты принадлежала Эмрэ. Прекрати играть в эту игру, у меня нет ни времени, ни желания слушать твои легенды. Поэтому лучше сиди тихо в доме и не пытайся сбежать.

– И как долго мне тут сидеть?

– Иногда подобные дела затягиваются, – сообщает Алистер, – месяц, два, может быть год.

Мое сердце бьется быстрее, может быть, это я сама себе надумала, но, кажется, это мой шанс. Пока я могу жить в доме, успею во всём разобраться.

Возможно, даже уберу ненавистный маячок, хоть даже и не представляю, что это за странная штуковина.

– Ирма поедет к своим родным, Эмрэ уже увезли. Все отпечатки, следы и улики сняли.

– Значит, я буду жить тут одна?

– Это временно, Айлин.

Алистер так странно произносит имя Айлин, не так, как другие, будто он знает Айлин очень давно.

Тут точно что-то не чисто!

– Спасибо, господин Алистер, – говорю я и замечаю, что Алистер напрягается. – Я буду ждать дальнейших указаний нотариуса.

Несколько секунд мы играем в молчанку. Чем дольше мы молчим, тем напряженней становится атмосфера.

Наконец-то, в наше гнетущее молчанье врывается Зор.

– Господин Алистер, там господин Эрнар, он заявляет, что он муж Айлин. Пригласить?

– Пусть проходит в кабинет, – велит Алистер, – я там с ним поговорю.

– Он требует, чтобы ему показали Айлин.

– Он не имеет права требовать. – Алистер наконец-то отводит от меня свой гипнотический взгляд, – Сейчас он может только подчиняться. Проведи его в кабинет, я подойду через минуту.

Я в этот момент уже успела побледнеть и чуть не потерять сознание. Мне только Эрнара не хватало, мало того что он тиран, так еще и похож на моего мужа.

Я снова вглядываюсь в лицо Алистера, оно мне тоже начинает казаться знакомым, а может быть, я просто схожу с ума, что неудивительно после всего, произошедшего со мной.

– Что ему от меня надо? Он продал меня, я не буду с ним разговаривать!

Я стараюсь вложить в слова больше эмоций. Если бы Эрнар не был так похож на моего мужа, то мне было бы наплевать. Оказаться на той площади было унизительно, но я смогу это забыть.

А вот если он будет приходить или, еще хуже, потребует от меня вернуться к нему, то с таким я точно справиться не смогу.

– Не желаешь с ним разговаривать? – спрашивает Алистер.

– Нет, – говорю твердо и уверенно.

Алистер разворачивается на каблуках и быстро уходит, а я остаюсь одна на кухне. И как мне теперь выживать в этом доме, когда я не смогу даже сходить за продуктами?

Нужно что-то придумать и желательно быстро.

Но подумать мне времени не дают. На кухню влетает Ирма, да не с пустыми руками – с мешком.

Она подходит к столу и открывает ящик, а затем начинает складывать в мешок столовое серебро.

Я теряю дар речи, совершенно не понимаю, что говорить в этой ситуации.