Текст книги "Криминалист (СИ)"
Автор книги: Алим Тыналин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)
Глава 21
Озеро
Мы выехали из центра Аннаполиса на восток, по Route 50. Широкая дорога, свежий асфальт, четкая белая разметка. Движение редкое, нам попались только несколько грузовиков и легковых машин. Желтый школьный автобус, пустующий, возвращался после утреннего маршрута.
Город быстро редел за окном. Дома сменились полями, леса подступили к дороге с обеих сторон. Высокие сосны, с прямыми стволами и темно-зелеными иголками. А еще дубы и клены с густой листвой, шелестящей на ветру.
Низкие и серые облака быстро двигались по небу. Первые капли дождя ударили по лобовому стеклу.
Дэйв включил дворники. Резинки скрипели, размазывали воду по стеклу.
– Обещали дождь к обеду, – сказал он. – Надеюсь успеем до ливня.
Я смотрел на карту, отслеживал расстояние.
– По карте до Harry’s Diner около пяти миль от центра. Должны быть близко.
Дэйв кивнул, всматриваясь в дорогу. Дождь усилился, капли барабанили по крыше. Видимость ухудшилась, дворники работали быстрее.
Проехали мимо фермы: старый деревянный дом, красный амбар, металлический, ржавый силос. Коровы стояли под навесом, жевали сено, равнодушно смотрели на дорогу.
Дальше заправка: две колонки, жестяной навес, выцветшая вывеска «Gulf». Старик в комбинезоне заправлял пикап, помахал нам рукой. Дэйв помахал в ответ.
– Вот, – сказал я, указывая вперед.
Справа от дороги появилось здание, одноэтажное, длинное, обшитое деревянными досками, покрашеное белой краской, местами облупившейся. Крыша черепичная, красная. Над входом большая, деревянная вывеска, красные буквы на белом фоне: «Harry’s Diner – Since 1955». Под вывеской неоновая надпись «Открыто», синие буквы тускло светились даже днем.
Парковка перед рестораном из гравия, там стояло несколько машин. Старый шевроле, седан форд и мотоцикл харли под навесом.
Дэйв свернул с дороги, припарковался между шевроле и фордом. Заглушил двигатель. Дождь усилился, все громче стучал по крыше.
– Переждем минуту, пока ливень не утихнет, – сказал Дэйв, доставая сигареты.
Я кивнул, смотря на ресторан. Окна широкие, прямоугольные, стекла чистые. Внутри видны силуэты людей за столиками, официантка в белом фартуке несла тарелки. Рядом с входом стоял красный автомат Coca-Cola, со стеклянной дверцей, бутылки внутри запотели.
Дождь стих через несколько минут. Остались только редкие, моросящие капли. Облака слегка разошлись, солнце пробилось на мгновение, осветило парковку ярким светом. Лужи блестели на гравии.
– Пойдем, – сказал Дэйв, открывая дверь.
Мы вышли, прошли по гравию к входу. Ботинки хрустели на камнях. Воздух влажный, пах сосновой смолой и мокрой землей.
Деревянная дверь ресторана окрашена в красный цвет. Над ручкой латунная табличка: «Толкните чтобы открыть». Дэйв толкнул дверь, вошел. Я следом.
Внутри тепло, пахло жареным беконом, кофе, яблочным пирогом. Запахи смешивались, аппетитные и домашние.
Помещение длинное, узкое. Вдоль правой стены деревянная, покрытая лаком, потертая стойка. На стойке солонки и перечницы, металлические салфетницы, меню в пластиковых обложках. За стойкой высокие стулья на вращающихся ножках с красными кожаными сиденьями, некоторые потрескались.
Вдоль левой стены четыре столика, каждый на четверых посетителей с ламинированными столешницами, с узором под мрамор. Стулья деревянные, крашеные в белый цвет, спинки с вертикальными планками. За столиками сидели посетители: двое рабочих в комбинезонах ели сэндвичи, пожилая пара пила кофе, мужчина в костюме читал газету, попивая чай.
Потолок низкий, видны деревянные балки. На стенах висели черно-белые фотографии в рамках. Виды Аннаполиса, порт, парусники, старинные здания. Над стойкой круглые часы с белым циферблатом, черные стрелки показывали двенадцать двадцать.
За стойкой стоял мужчина лет шестидесяти. Высокий, плотный, седые волосы коротко стрижены, лицо загорелое, глубокие морщины залегли вокруг глаз и рта. Усы густые, седые. Фартук белый, длинный, завязан на талии, передняя часть испачкана соусом и жиром. Рубашка в клетку, синяя с белым, рукава закатаны.
Он вытирал стойку тряпкой, увидел нас, дружелюбно улыбнулся.
– Доброе утро, джентльмены. Присаживайтесь где угодно. Меню на столах.
Голос приятный, глубокий, с легким южным акцентом.
Дэйв подошел к стойке, я встал рядом.
– Доброе утро. Вы Гарри? Владелец?
Мужчина кивнул, отложил тряпку.
– Да, сэр. Гарри Томпсон. Владею рестораном семнадцать лет. Чем могу помочь?
Дэйв достал удостоверение, показал.
– ФБР. Агент Паркер. Это агент Митчелл. Несколько вопросов, если не возражаете.
Гарри выпрямился, брови поднялись.
– ФБР? Здесь? – Он посмотрел на нас внимательно, удивленно, но не испуганно. – Что случилось? Я в чем-то нарушил закон?
– Нет, сэр, – ответил Дэйв, убирая удостоверение. – Расследуем дело о мошенничестве. Нужна информация. Можем поговорить?
Гарри кивнул.
– Конечно. Минутку.
Он обернулся к кухне, крикнул:
– Долорес! Присмотри за стойкой!
Из кухни вышла женщина лет пятидесяти. Невысокая, полная, в темных волосах видна седина, собраны в пучок. Фартук белый, поверх цветастого платья. Лицо круглое, добродушное. Полные руки в муке.
– Что нужно, Гарри?
– Джентльмены из ФБР. Нужно поговорить. Присмотришь тут?
Долорес взглянула на нас с любопытством и кивнула.
– Конечно.
Гарри вышел из-за стойки, снял фартук, повесил на крючок у стены.
– Пойдемте в угол, там тихо.
Мы прошли к последнему столику у окна, сели. Гарри напротив нас, мы с Дэйвом по одну сторону. Из окна открывался вид на дорогу и лес за ней. Снаружи до сих пор моросил дождь.
Гарри сложил руки на столе, выжидающе посмотрел на нас.
– Слушаю. Чем могу помочь?
Я достал из портфеля брошюру Sunshine Estates, раскрыл на странице с фотографией озера. Положил перед Гарри.
– Мистер Томпсон, вы знаете это место?
Гарри взял брошюру, поднес ближе к глазам. Изучал фотографию несколько секунд. Затем лицо его озарилось.
– Конечно знаю! Это озеро Либерти. В трех милях отсюда по старой дороге на север. Красивое место. Популярное для пикников, рыбалки. Местные ездят туда семьями по выходным.
Дэйв спросил:
– Вы уверены, что это озеро Либерти?
– Абсолютно. Видите вон ту сосну на берегу? – Гарри указал пальцем на дерево на фотографии, высокую сосну с искривленным стволом. – Эта сосна там растет лет пятьдесят. Все местные ее знают. Под ней хорошо рыбачить, тень густая. И вон видите крышу? – Он указал на здание вдали. – Это мой ресторан. Видно с озера, если смотреть на юг.
Я записал в блокнот: «Озеро Либерти подтверждено. 3 мили на север от Harry’s Diner».
– Мистер Томпсон, кто-то фотографировал озеро осенью прошлого года? Вы видели?
Гарри задумался, почесал усы.
– Осенью… сентябрь, октябрь… да, помню. Видел мужчину с камерой. Приезжал несколько раз. Фотографировал озеро с разных сторон. У него была камера на штативе, профессиональная, большая.
– Можете описать его?
Гарри откинулся на спинку стула, посмотрел в потолок, вспоминая.
– Мужчина средних лет. Лет сорок-сорок пять. Рыжеватые волосы, седеющие. Лицо худое. Шрам на щеке, левой, кажется. Длинный шрам, заметный.
Дэйв и я переглянулись. Описание совпадает с типографией и магазином.
– Одежда?
– Простая. Джинсы, клетчатая рубашка. Ботинки рабочие. Ничего особенного. Выглядел как обычный парень, не турист. Не было ничего дорогого, ни хороших часов, ни украшений.
– Он приезжал на машине?
– Да. Синий пикап форд. Старый, помятый. Парковал здесь пару раз, заходил за кофе. – Гарри кивнул в сторону парковки. – Один раз купил сэндвич, сказал, что поедет к озеру на весь день.
– Он говорил, зачем фотографирует?
Гарри кивнул.
– Да. Я спросил из любопытства. Сказал, что работает на компанию, продают землю. Фотографирует для рекламных материалов. Сказал, что озеро красивое, хорошо будет смотреться в брошюрах.
Я показал обложку брошюры «Sunshine Estates».
– Он упоминал эту компанию?
Гарри посмотрел на название, покачал головой.
– Нет. Не помню, чтобы называл конкретное название. Просто сказал «компания по продаже земли».
– Он приезжал один?
Гарри задумался снова.
– В основном один. Но один раз видел его с другим мужчиной. Помоложе, лет тридцать пять-сорок. Темные волосы, зачесаны назад, гладко. Одет лучше, костюм, галстук. Выглядел как офисный работник, не как рабочий.
Я записал: «Второй мужчина, 35–40 лет, темные волосы, костюм. Деннис Уилсон?»
– Они разговаривали? Что вы слышали?
– Говорили тихо, я не слышал слов. Но выглядели знакомо друг с другом. Смеялись, хлопали по плечам. Явно не чужие.
– Когда вы видели их последний раз?
Гарри подумал, посчитал на пальцах.
– Осень прошлого года. Октябрь, наверное. Или ноябрь. Потом ни разу не видел. Зимой озеро пустое, никто не ездит. Весной тоже не видел.
Дэйв спросил:
– Они говорили, где живут? Из какого города?
– Нет. Не говорили ничего личного. Только о фотографиях, о погоде. Обычный разговор.
– Мужчина с рыжими волосами называл имя?
Гарри напрягся, вспоминая.
– Кажется, да. Другой мужчина называл его… Том? Или Томми? Короткое имя. Да, Том, точно.
Я записал, подчеркнул: «Том подтверждено».
– А второго мужчину как называли?
– Не помню. Может, не слышал.
Гарри снова посмотрел на брошюру, перелистнул страницы. Изучил фотографии домиков, текст о «райских озерах».
– Это мошенничество? – тихо спросил он. – Эти люди кого-то обманывали?
Дэйв кивнул.
– Да. Продавали несуществующие участки земли. Обманули семьдесят три человека. Пожилые люди, ветераны. Потеряли свои сбережения.
Гарри покачал головой, лицо омрачилось.
– Господи. Ветераны. Это низко. – Он отложил брошюру, посмотрел на нас. – Я сам ветеран Второй мировой. Тихоокеанский театр, 1943–1945. Знаю, как тяжело живется ветеранам после войны. И кто-то обманывает их. – Он сжал кулаки на столе. – Поймайте этих ублюдков.
– Работаем над этим, – сказал я. – Ваша информация нам очень помогла.
Гарри кивнул.
– Если увижу их снова, сразу позвоню. Обещаю.
Дэйв достал визитку, положил на стол.
– Номер ФБР. Агент Паркер. Если вспомните еще детали, звоните.
Гарри взял визитку, убрал в карман рубашки.
– Обязательно.
Я спросил:
– Мистер Томпсон, можете показать дорогу к озеру? Хотим осмотреть место.
– Конечно. Выезжаете на дорогу направо, едете три мили. Увидите поворот налево, это грунтовая дорога, между двумя большими дубами. Там старый деревянный указатель «Liberty Lake». Дорога узкая, езжайте осторожно. Доедете до озера через полмили.
– Спасибо.
Мы встали. Гарри проводил нас до выхода.
– Удачи, агенты. Поймайте мерзавцев.
– Постараемся.
Вышли из ресторана. Дождь почти прекратился, только редкие капли падали с крыши. Воздух свежий, влажный. На парковке блестели лужи.
Сели в машину. Дэйв завел двигатель, выехал на дорогу, повернул направо.
Мы ехали по Route 50, считали мили. Леса по обе стороны, густые сосны. Грунт на дороге мокрый, дворники медленно скрипели по стеклу, стирая капли.
Через три мили мы увидели поворот налево. Грунтовая дорога проходила между двумя огромными дубами. Толстые стволы, темная кора, раскидистые ветви. У поворота старый деревянный указатель, уже сильно выцветший, буквы едва различимы: «Озеро Либерти – 0.5 мили».
Дэйв свернул на грунтовку. Дорога сильно сузилась, мы ехали по глубокой колее, заполненной водой. Машина покачивалась, колеса скользили по грязи. Ехали медленно, около десяти миль в час.
Вокруг высился густой лес, деревья смыкались над дорогой, образуя зеленый туннель. Свет тусклый, воздух прохладный. Птицы пели, несмотря на дождь, я слышал дроздов и синиц, где-то вдали дятел стучал по дереву.
Проехали полмили. Деревья расступились, впереди открылось озеро.
Мы остановились на небольшой поляне у берега. Дэйв заглушил двигатель. Вышли.
Озеро среднего размера, около четверти мили в длину, восьмой части в ширину. Вода темная и зеркальная, отражала облачное небо.
Берега песчаные, местами поросшие травой и камышом. Вокруг озера росли высокие и старые сосны и дубы. На противоположном берегу виднелась та самая искривленная сосна с фотографии, одинокая и величественная.
Тишина. Только шелест листьев, плеск воды у берега, крик чайки где-то вдали.
Я достал брошюру, сравнил фотографию с реальным видом. Угол обзора совпадал. Это место снято с южного берега, там где мы и стояли. На фотографии видна та же сосна, те же дубы на заднем плане, та же линия берега.
– Это точно здесь, – сказал я.
Дэйв осматриваясь прошел к берегу. Я следом.
На песке виднелись следы, отпечатки ботинок, старые, размытые дождем. Следы костра у воды: круг из камней, черные холодные, покрытые золой угли. Рядом пустые банки из-под пива Budweiser, ржавые, выцветшие. Пустая пачка сигарет, зеленая, помятая.
Я достал пинцет и пакет для улик из портфеля. Аккуратно взял пачку сигарет, положил в пакет, запечатал.
– Может на них остались отпечатки, – сказал я. – Томас Уилсон курил. Владелец типографии и Гарри упоминали об этом.
Дэйв кивнул, пошел смотреть дальше. Нашел под кустом обрывок бумаги, промокший, почти распавшийся. Осторожно поднял. Часть карты: Мэриленд, видны названия городов, дорог. Район Аннаполиса обведен карандашом.
– Они изучали местность, – сказал Дэйв. – Планировали маршруты.
Я сфотографировал место костра, банки, следы. Каждый кадр часть доказательств.
Прошел вдоль берега, изучая все вокруг.
– Скорее всего, здесь стоял штатив, – сказал я, указывая на землю – Отсюда делали фотографии озера для брошюр.
Дэйв подошел ближе, посмотрел на противоположный берег.
– Все сходится. Они приезжали сюда осенью прошлого года. Фотографировали озеро.
Я смотрел на озеро, на спокойную воду, на отражение деревьев. Красивое место. Тихое, мирное. Идеальное для семейных пикников, рыбалки, отдыха.
– Пойдем, – сказал Дэйв. – Вернемся к Маркусу. Проверим, что техники нашли на складе. Потом доложим Томпсону. Завтра утром берем Уилсона.
Я кивнул.
– Пойдем.
Мы вернулись к машине, сели. Дэйв развернулся, поехал обратно по грунтовке. Колеса скользили по грязи, машина покачивалась на ходу.
Выехали на Route 50, направились обратно в Аннаполис.
Я смотрел в окно, записывал последние детали в блокнот. Дождь прекратился. Облака разошлись, солнце пробивалось сквозь разрывы, освещало поля и леса золотым светом.
На Industrial Road мы вернулись через двадцать минут. Дождь полностью прекратился, солнце пробивалось сквозь облака, освещало складские здания косыми лучами. Лужи на асфальте блестели, отражая небо.
Дэйв свернул на узкую улицу, проехал мимо грузовиков у погрузочных платформ, мимо рабочих, куривших у входов. Впереди у склада 1124, Unit 5, стояли три машины, синий Шевроле, черно-белый полицейский патруль Аннаполиса и белый фургон с надписью «FBI Evidence Collection Unit».
Дэйв припарковался рядом. Заглушил двигатель, мы вышли.
У входа в склад стоял Маркус, разговаривал с полицейским. Молодой парень в форме, в темно-синей рубашке, на груди блестел значок, фуражка надвинута на лоб. Рядом еще один полицейский, постарше, лет сорока, с усами, руки скрещены на груди, меланхолично жевал жвачку.
Маркус увидел нас, помахал рукой.
– Паркер, Митчелл! Как съездили?
Мы подошли. Дэйв достал сигареты, закурил.
– Продуктивно. Типография подтвердила, что Томас Уилсон заказывал брошюры в октябре 1971. Описание совпадает. Синий пикап, шрам на щеке, рыжие волосы. Все как в магазине канцтоваров.
Маркус удовлетворенно кивнул.
– Хорошо. У меня тоже новости. Техники закончили работу внутри. Нашли кое-что интересное.
– Что именно? – спросил я.
– Пойдемте, покажу.
Мы прошли к двери склада. Дверь открыта настежь, внутри яркий свет, техники установили переносные лампы на штативах, освещали помещение белым резким светом без теней.
Глава 22
Обрывки
Внутри работали двое мужчин в белых комбинезонах. На спинах комбинезонов черные буквы «ФБР». Один техник снимал отпечатки пальцев с клавиш пишущей машинки, IBM Selectric стояла на столе, техник аккуратно наносил черный порошок тонкой кистью на каждую клавишу, потом прикладывал липкую ленту, переносил отпечаток на белую карточку. Медленная, кропотливая работа.
Второй техник фотографировал обрывки бумаг, разложенные на другом столе. Каждый обрывок пронумерован белым ярлыком, помещен в прозрачный пластиковый пакет. Камера установлена на штативе, вспышка срабатывала с резким щелчком.
Маркус подвел нас к столу, где лежали улики.
– Смотрите. Техники нашли под столом еще один мусорный бак, полный. Вытащили все, разложили, систематизировали.
На столе лежали пронумерованные обрывки бумаг. Я наклонился к ним.
Обрывок №1: Часть письма, напечатанного на машинке. Верхняя часть листа, видна шапка:
'Корпорация по развитию Sunshine Estates
Абонентский ящик 412, Аннаполис, Мэриленд
Рональд Б. Кэмпбелл, директор'
Дальше текст письма, он обрывался на середине предложения:
«Уважаемый мистер Харрисон, мы рады сообщить вам, что ваша заявка на участок №23 одобрена. Пожалуйста, отправьте оплату в размере $1,500…»
Я записал в блокнот: «Черновик письма. Подтверждает схему».
Обрывок №2: список имен и адресов, напечатанный на машинке. Десять строк, все имена мужские, возраст указан в скобках рядом:
'Джордж Хендерсон (67), Оук-стрит 342, Ричмонд, Виргиния
Джеймс Симон (58), Пайн-авеню 89, Балтимор, Мэриленд
Томас Джерри (62), Элм-роуд 451, Аннаполис, Мэриленд'
Все имена из досье жертв, которые я видел в офисе.
– Список жертв, – сказал я. – Или потенциальных жертв.
Маркус кивнул.
– Именно. Мы сверили с нашей базой. Все десять имен жертвы мошенничества Sunshine Estates. Жалобы поступили в январе-марте этого года.
Обрывок №3: Часть банковской квитанции, которую я нашел раньше. Техники восстановили еще несколько цифр номера счета, используя увеличение:
«Первый национальный банк, Аннаполис. Счет №345–6778. Дата: 15.03.1972. Снятие: $8,500 (наличными)»
Дэйв присвистнул.
– Восемь с половиной тысяч наличными. Одна транзакция. Сколько таких было?
Маркус проверил записи.
– Банк даст полную информацию, когда запросим официально. Но по обрывку видно, что снятия наличными проходили регулярно. Прятали деньги.
Обрывок №4: Часть конверта с обратным адресом, который мы видели раньше:
'Т. Уилсон
Мапл стрит, 447. Аннаполис'
Техник обработал его на отпечатки пальцев. На обратной стороне конверта виднелись несколько четких отпечатков, следы пальцев, видимые под ультрафиолетовым светом.
Маркус указал на отпечатки.
– Техники сняли отпечатки. Отправят в лабораторию, проверят по базе. Если Томас Уилсон в системе, подтвердим личность окончательно.
– Он в системе, – сказал я. – У него судимость за мелкое мошенничество в 1968 году. Отпечатки должны быть в базе.
– Отлично. Подтверждение будет завтра утром.
Обрывок №5: Старая газета, помятая, с пятнами кофе. «The Capital» местная газета Аннаполиса. Дата на первой странице: «Вторник, 12 октября 1971 года».
Маркус взял газету, показал нам.
– Нашли под столом. Дата подтверждает, что они работали здесь в октябре 1971 года. Совпадает с заказом брошюр в типографии.
Я кивнул.
– Временная шкала складывается в соответствии с гипотезой. Апрель 1971 – купили IBM Selectric. Октябрь 1971 – заказали печать брошюр, работали на складе, готовили письма. Ноябрь 1971 – купили список адресов ветеранов. Январь 1972 – начали рассылку писем. Март-апрель 1972 -собирали деньги, закрыли банковский счет, исчезли.
Дэйв затушил сигарету ботинком, выдохнул дым.
– Профессиональная схема. Планировали полгода. Работали методично. Но мы их нашли.
Маркус подошел к машинке. Техник закончил снимать отпечатки с клавиш, упаковывал оборудование.
– Машинку упаковали для транспортировки, – сказал Маркус. – Отвезут в лабораторию к Чену сегодня вечером. Он проведет сравнительный анализ дефектов букв. Подтвердит совпадение с письмами.
– Хорошо.
Я подошел к столу, где лежали пепельницы. Три пепельницы, металлические, круглые, полные окурков. Техник уже собрал образцы, пронумерованные окурки лежали в отдельных пакетах.
Взял один пакет, изучил окурок сквозь прозрачный пластик. Белый фильтр, на папиросной бумаге зеленая полоса, фирменный знак Kool Menthol. Бумага желтая от никотина.
– Kool Menthol, – сказал я. – Томас Уилсон курил их постоянно. Все очевидцы упоминали об этом.
Техник, снимавший отпечатки с машинки, подошел к нам. Мужчина лет сорока, невысокий, худой, на глазах очки в тонкой оправе. Комбинезон испачкан черным порошком.
– Агенты, я закончил с отпечатками. Сняли четкие образцы с клавиш, столов, пепельниц. Много отпечатков, некоторые частичные, но несколько полных, хорошего качества. Отправлю в лабораторию сегодня вечером. Результаты сравнения с базой будут завтра утром.
– Спасибо, – сказал Дэйв. – Хорошая работа.
Техник кивнул, вернулся к упаковке оборудования.
Я прошел к дальней стене склада, где висел календарь за 1971 год. Подошел ближе, изучал. Календарь старый, бумага пожелтела, уголки загнулись. На каждом месяце фотография природы: леса, озера, горы. На месте октября фотография осеннего леса, с желтыми и красными листьями.
Несколько дат на календаре обведены красным карандашом:
8 октября обведено, рядом написано «типография».
15 октября тоже обведено, рядом надпись «забрать брошюры».
22 октября – «списки адресов».
5 ноября – «банк».
Я сфотографировал календарь. План мошенников, записанный их собственной рукой.
– Дэйв, Маркус, смотрите.
Они подошли, изучили календарь.
Дэйв прочитал вслух:
– Весь план на виду. Эти ублюдки даже не скрывали особо свои намерения.
– Слишком уверены в себе, – сказал Маркус. – Думали, что никто не найдет склад.
Второй техник, фотографировавший улики, закончил работу. Подошел к нам, держа папку с фотографиями и отчетом.
– Агенты, я закончил документирование. Все улики сфотографированы, пронумерованы, упакованы. Отчет готов. – Он передал папку Маркусу. – Общий список: одна пишущая машинка IBM Selectric, пятнадцать обрывков бумаг, три пепельницы с окурками, пустые коробки из-под конвертов, календарь, газета. Все упаковано для транспортировки в штаб-квартиру.
Маркус взял папку, пролистал.
– Отличная работа. Спасибо.
– Пожалуйста. Загружаем оборудование в фургон, везем в штаб-квартиру. Будем там через два часа.
Техники начали выносить оборудование. Машинку аккуратно упаковали в деревянный ящик с мягкими прокладками, чтобы не повредить при транспортировке. Коробки с уликами сложили в пластиковые контейнеры. Лампы разобрали, штативы сложили.
Мы вышли из склада. Полицейские Аннаполиса стояли у машины, негромко разговаривая между собой. Старший подошел к нам.
– Агенты, мы закончили? От нас нужно что-нибудь еще?
Маркус покачал головой.
– Нет, спасибо. Место осмотрено, улики изъяты. Можете ехать. Мы опечатаем склад.
Полицейский кивнул.
– Хорошо. Если понадобимся, звоните в участок.
Полицейские сели в патруль и уехали. Сирена не включали, машина спокойно выехала на дорогу и скрылась за углом.
Маркус достал желтую ленту «ФБР – Место преступления – Не пересекать». Приклеил ленту крест-накрест через дверь склада. Опечатал.
– Готово. Место под охраной ФБР.
Дэйв посмотрел на часы.
– Два тридцать. Возвращаемся в штаб-квартиру. Докладываем Томпсону. Подготовим документы для ордера на арест.
– Еще одна остановка, – сказал я. – Адрес 447 Maple Street. Хочу посмотреть дом Уилсона. Визуальная разведка, близко подходить не будем. Просто убедиться, что адрес реальный, а пикап стоит на месте.
Дэйв кивнул.
– Хорошая идея. Маркус, ты с нами?
– Конечно.
Мы сели в машину. Дэйв по-прежнему за рулем, Маркус впереди, я сзади. Выехали со складской зоны обратно в город.
Маркус достал карту Аннаполиса, разложил на коленях.
– Maple Street в жилом районе, западная часть города. Тихий район, старые дома, семейные кварталы.
Мы ехали по узким улицам. Аннаполис красивый город. Всюду исторические здания, церкви с высокими шпилями, парки с большими деревьями. Туристы гуляли по центру, фотографировали памятники.
Проехали мимо порта. Яхты качались у причалов, паруса сложены, высокие мачты торчали вверх, металлические тросы позвякивали на ветру. Чайки пронзительно крича, кружили над водой.
Дальше на запад, через центр, мимо магазинов и офисов. Город менялся на глазах: здания ниже и старше, деревья больше. Теперь мы ехали через жилые районы, мимо одноэтажных домов с верандами, с белыми заборчиками и аккуратными газонами. Дети играли на тротуарах, катались на велосипедах. Женщины поливали цветы в палисадниках.
Маркус смотрел на карту.
– Поворачиваем налево на Оак стрит, потом направо на Мапл.
Дэйв свернул. Оак стрит широкая, дубы росли с обеих сторон, ветви смыкались над дорогой, образуя зеленый туннель. Получилась прохладная и приятная тень.
Направо на Мапл стрит. Улица узкая, односторонняя. Дома стояли близко друг к другу, одноэтажные, деревянные, старые, построенные в 1940−50-х годах. Краска на некоторых облупилась, крыши покрыты черепицей, местами на стенах виднелся зеленый мох.
Маркус смотрел на номера домов.
– 435… 439… 443… вот, 447.
Дэйв медленно проехал мимо дома, не останавливаясь. Мы смотрели в окна.
Дом 447, как и остальные, был одноэтажный, деревянный, обшит досками. Выкрашен белой потрескавшейся краской, местами она отслоилась, под ней виднелась серая древесина. Крыша покрыта серой черепицей, несколько черепиц слетели. Крыльцо деревянное, на три ступени, перила покосились.
Окна закрыты, задернуты темными занавесками. Света внутри не видно. Дом выглядел пустым и необитаемым.
Во дворе стоял синий пикап Ford. Модель старая, 1966 или 1967 года. Кузов помятый, вмятина на правом крыле, ржавчина по краям дверей и капота. Номерной знак Мэриленда, белый с синими буквами и цифрами: «MRD-447».
Я записал номер в блокнот.
Дэйв проехал дальше, не останавливаясь, чтобы не привлекать внимания. Свернул на следующем перекрестке, остановился у тротуара. Заглушил двигатель.
– Синий пикап на месте, – сказал Дэйв. – Номер MRD-447. Проверим через базу, подтвердим, что зарегистрирован на Томаса Уилсона.
Маркус записал номер в блокнот.
– Дом выглядит пустым. Окна закрыты, нет признаков жизни. Может, его нет дома?
– Или прячется, – сказал я. – Пикап на месте, значит далеко не уехал. Может, внутри, не выходит. А дом специально выглядит заброшенным.
Дэйв достал сигареты.
– Не важно. Завтра утром придем с ордером. Если внутри, возьмем. Если нет, объявим в розыск.
Я посмотрел на часы.
– Три часа. Возвращаемся в штаб-квартиру.
Дэйв кивнул и завел двигатель.
– Поехали.
Мы выехали из Аннаполиса обратно на Route 50 и направились в Вашингтон. Движение редкое, машин мало, мы ехали быстро. Дэйв разогнался до семидесяти миль в час.
За окном мелькали поля, леса, фермы. Солнце опустилось ниже, свет стал золотистым, теплым. Облака рассеялись, небо стало ясное и синее.
Маркус откинулся на сиденье, закрыл глаза.
– Продуктивный день. Нашли склад, машинку, улики. Подтвердили личность мошенников. Нашли их дом. Завтра возьмем.
Дэйв усмехнулся.
– Митчелл проделал отличную работу. Анализ чернил, бумаги, география жертв, связь с типографией. Без этого мы бы искали месяцами.
Я молчал, смотрел в окно. Не хотел принимать похвалу. Я просто делал работу. Использовал знания и методы из будущего, обычную логику. Детали складывались в картину. Картина становилась доказательством.
Мы за час доехали до штаб-квартиры. Припарковались на служебной стоянке, вышли. Поднялись по ступеням, прошли через охрану, лифт, коридор.
Офис оказался наполовину пустой, рабочий день заканчился, многие агенты уже ушли. Томпсон сидел за своим столом, читал отчет, в пепельнице дымилась сигара.
Мы подошли. Томпсон поднял голову, отложил отчет.
– О, вы явились. Докладывайте.
Дэйв разложил на столе все записи: адреса, описания, фотографии, список улик.
– Сэр, дело почти закрыто. Томас Ричард Уилсон, сорок три года, адрес 447 Maple стрит, Аннаполис. Подозреваемый в почтовом мошенничестве. Нашли склад, где он работал с сообщником. Изъяли пишущую машинку IBM Selectric, которую он использовал для печати писем. Типография подтвердила, что он заказывал брошюры. Владелец ресторана около озера подтвердил, что он фотографировал место. Все улики собраны. Мы готовы к аресту завтра утром.
Томпсон изучил записи, медленно кивая. Жевал при этом сигару, состроив задумчивое лицо.
– Хорошая работа. Очень хорошая. – Он посмотрел на меня. – Митчелл, это ваши методы дали результат. География, анализ бумаги, связь с типографией. Впечатляет.
– Благодарю, сэр. Но команда работала вместе.
Томпсон кивнул.
– Скромность похвальна. Но факт остается фактом, вы снова сумели сократить расследование с месяцев до недели. – Он взял телефон, набрал внутренний номер. – Марта, соедините меня с федеральным судьей. Срочно. Нужен ордер на арест и обыск.
Пауза. Потом голос в трубке.
– Ваша честь, агент Томпсон, ФБР. Запрашиваю ордер на арест Томаса Ричарда Уилсона по обвинению в федеральном почтовом мошенничестве. Плюс ордер на обыск по адресу 447 Maple стрит, Аннаполис. Основания: собранные улики, свидетельские показания, идентификация машинки. Документы отправлю через час.
Слушал, кивал.
– Спасибо, ваша честь. Документы будут у вас к шести вечера. Ордер к восьми? Отлично. Благодарю.
Повесил трубку, посмотрел на нас.
– Судья Харрисон подпишет ордер сегодня вечером. Выезжайте завтра утром в семь. Паркер, Митчелл, Уильямс, плюс четыре агента поддержки. Берете Уилсона. Обыскиваете дом. Изымаете все доказательства: документы, деньги, оборудование.
Дэйв кивнул.
– Понял, сэр.
Томпсон достал из ящика стола папку, начал заполнять формы ордера.
– Идите домой. Отдыхайте. Завтра ранний подъем. Встречаемся здесь в шесть тридцать утра. Брифинг перед выездом.
– Есть, сэр.
Мы вернулись к своим столам. Маркус надел пиджак, взял ключи от машины.
– Итан, увидимся завтра. Отдыхай.
– До завтра.
Он ушел. Дэйв тоже собрался, но остановился у моего стола.
– Митчелл, ты молодец. Серьезно. Без твоих методов мы бы не нашли Уилсона так быстро.
– Спасибо, Дэйв.
– Отдыхай. Завтра будет тяжелый денек.
– Буду готов.
Дэйв ушел. Томпсон ушел с материалами к начальству. Офис опустел. Тишина. Слышалось только гудение вентилятора на потолке и тиканье часов на стене.
Я сидел за столом и смотрел на записи. Затем встал, надел пиджак. Взял портфель, вышел из офиса. Запер дверь.
Коридор пустой и темный. Спустился по лестнице, прошел мимо охранника у входа.
– Спокойной ночи, агент.
– Спокойной ночи.
Вышел на улицу. Вечер теплый и влажный. Солнце село, небо потемнело, на нем появились первые звезды.
Сел в машину, завел мотор. Но не поехал домой. Руки сжимали руль крепче обычного. Я чувствовал напряжение в плечах и в шее. День получился долгий и насыщенный.
Нужно снять напряжение. Тело требовало разрядки. Странное ощущение, раньше я справлялся с усталостью иначе.
