Текст книги "Коттабыч и нашествие бесов (СИ)"

Автор книги: Алёна Васильева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

– Сколько нам добираться? – спросила я. Пожалуй, стоило узнать эту информацию до выезда, но я была слишком взбудоражена и всё время отвлекалась на мелкие повседневные проблемы.

– Чуть больше недели, если не возникнет непредвиденных трудностей.

Ну вот. Туристический экстремальный поход по незнакомому миру. Больше недели. Без бани, без нормальной постели! И без других удобств, как ни печально.

Я и дома-то подобные развлечения не особо любила. Одно дело – выбраться с родителями и их друзьями на шашлыки, в качестве экзотики и без ночёвки. И совсем другое – целыми днями уныло брести сквозь лес несмотря на погодные условия.

А если на нас всё-таки нападут бандиты? Или дикие звери, которые вряд ли будут разбираться, есть ли у нас с Нэй какая-то магическая защита, раз уж мы так нагло путешествуем вдвоём. А что, если, вернувшись в Библиотеку я не обнаружу своего волшебного кота? Нет, надо было всё-таки взять его с собой.

Забегая вперёд, мои тогдашние переживания, вполне возможно, были самым настоящим скверным предчувствием. Было ли оно связано с открывшимися способностями менталиста или свойственной каждому человеку способностью чуять беду пятой точкой, не столь важно. Но приключений нас впереди ждало немного больше, чем ожидала Нэйилинн. И во много раз больше, чем нам обеим бы хотелось.

Глава 18

Глава 18

В тот момент я ещё не слишком доверяла собственным предчувствиям. Мне просто очень хотелось обратно в башню. В тепло и уют. К коту, Фелбсу, Марысе и утреннему не-чаю. Упорно ползли в голову всякие ужасы, которые могут приключиться с Рыжиком в моё отсутствие. Надо же, как я успела к нему привязаться! Я действительно больше боялась за него, сидящего в уютной безопасной библиотеке, а не за себя – в незнакомом и наверняка недружелюбном лесу.

И дело не только в том, что волшебный зверь до сих пор оставался единственным залогом нормальной жизни. Просто прикосновение к тёплой рыжей шёрстке удивительным образом успокаивало.

Я глубоко вздохнула, пытаясь отогнать беспокойство.

– Да что с тобой? – Нэйилинн подошла и положила руку мне на плечо, заглядывая в глаза. В первый раз с того случая в башне. – Боишься не справиться?

– Боюсь не дойти, – честно призналась я. – В моей жизни подобных путешествий раньше не было.

– Так ты из знатных? – поразилась та. – Извини, никогда бы не подумала.

– Правильно бы не подумала, не из них.

– Так значит из… пришлых? – спутница искренне заинтересовалась.

– Ага, – я не стала вдаваться в подробности. Даже странно, что Фелбс ей всё про меня не выболтал. Впрочем, у него, кажется, был на эту тему собственный, слегка странноватый, кодекс чести.

– И что же, вы там совсем никуда не ездите? Расскажи мне, пожалуйста! Я встречала и других пришлых в своих странствиях. Даже демонов! Ну, да ты знаешь, – Нэй передёрнула плечами от неприятного воспоминания, но любопытство из её взгляда никуда не делось.

– Слушай, у меня так и не было случая попросить у тебя прощения за тот раз. Я не собиралась подсматривать такое личное. И вообще не знала, как это делается. Обещаю, я никогда снова не полезу к тебе в голову без разрешения!

– Да ладно, – девушка махнула рукой, – я всё понимаю. Просто… неприятные воспоминания, вот и разбередило. А по поводу не лезть – у меня хорошая идея. Попробуй в качестве тренировки показать мне свой мир.

– Как это?

– Ну, тебе виднее, – вдруг хихикнула она, совсем как девчонка. – Я просто слышала, что менталисты умеют не только смотреть чужую память, но и передавать образы из своей головы. По собственному выбору. Но если на ходу неудобно, можем попробовать на привале.

– Давай, – я улыбнулась.

Интересно будет посмотреть на лицо спутницы, когда та узнает про машины и высотные новостройки. Что бы ещё такого классного припомнить? Электричество, компьютер, самолёты…

Да, пожалуй, всё сразу.

Легкие, но тёплые куртки с мембраной, мягкие пушистые синтетические пледы, электрические чайники, яркие витрины магазинов, новогодние гирлянды. Интересно, станут ли родители отмечать Новый год без меня?

Какой прекрасный мир у нас… был.

Чтобы отогнать стиснувшую горло тоску по дому, я спросила:

– Слушай, вот про демонов я не раз уже слышала. А есть у вас ангелы?

Нэйилинн помедлила с ответом.

– Я понимаю, о чём ты хочешь спросить, – наконец сказала она. – Мне знакомы некоторые ключевые тезисы этой веры. Хорошие добрые ангелы, плохие опасные демоны… Но тут всё не так устроено. Люди порой встречают представителей крылатого народа. Но они не ходят войной на демонов, и не пытаются как-то изменить мировоззрение людей. Да и демоны, честно говоря, вряд ли «выпивают души». Жизненную силу – может быть. И то – в крайнем случае. Все попавшие в наш мир создания – просто отдельные личности. Здесь – как и с людьми. Есть красивые личины с уродливой сущностью и наоборот. Есть и те, чей внутренний мир совпадает с внешностью. Не суди их просто по названию или облику, смотри на дела. Именно на этом всё держится.

– Понятно, – я вздохнула. Поделить мир на «тёмных» и «светлых» было бы очень соблазнительно. Хоть какая-то опора и ориентир. А так – поди распознай, хорошая ли ты сама или не очень.

– Ты разберешься, – подбодрила меня воительница. – Я же как-то справляюсь! А ты – ничем не хуже.

«Не уверена. Ой, как я в этом не уверена…»

* * *

Пешая прогулка понравилась мне куда больше езды на лошади. Размеренный темп позволял отогнать неприятные мысли и насладиться нетронутой красотой леса. Золотые и красные, подсвеченные солнцем, листья смотрелись особенно яркими на фоне невероятно синего неба. В холодном, но кристально чистом воздухе витали незнакомые ароматы. На ветвях пересвистывались птицы.

Покой, умиротворение. Счастье.

Да, пожалуй, именно оно. Несмотря на все обстоятельства.

Именно в такие моменты удается ощутить себя «здесь и сейчас». Не думать о том, как организовать будущее, не вспоминать о недочётах и ошибках прошлого. Просто жить. Переставлять ноги, подбрасывая в воздух опавшую листву. Давать сердцу с разумом долгожданный отдых. И до головокружения радоваться просто тому, что дышишь и чувствуешь.

Наверно моя спутница испытывала нечто похожее. По крайней мере она тоже молчала, поглядывая по сторонам с легкой улыбкой.

Остановились мы, по моим подсчётам, ещё часа через три. Я натаскала веток, Нэй разожгла костер и повесила над ним котелок с водой из ближайшего ручья. Достала из сумки куски вяленого мяса. Я тоже полезла за своими припасами.

– Ни к чему распаковывать сразу всё, – остановила меня воительница. – Давай съедим сначала это.

Угрызть угощение оказалось не так-то просто. К тому же мясо оказалось довольно солёным, и сразу захотелось пить. Обжигаясь, я стала прихлёбывать из кружки пустой кипяток, и в который раз пожалела о том, что в здешних краях не растёт чай.

Моя спутница, в отличие от меня, пила беззвучно, аккуратно, сидя с идеально прямой спиной, и я подумала, что Фелбс не зря как-то в разговоре обратился к ней «леди Нэй».

– Расскажи мне о своей жизни, – попросила я. – Как ты стала воином?

– А тренироваться? – та вопросительно приподняла бровь.

– Я думаю, что у нас будет ещё полно времени. Итак?

– Ла-адно, – протянула девушка, вытягивая ноги и опираясь спиной о дерево, – кто же не любит поговорить о себе?

Выяснилось, что всю юность Нэйилинн провела в отцовском замке. Однажды туда приехал загадочный молодой человек, а хозяина, словно нарочно, не было в ту пору дома. Гость настолько очаровал молодую, скучающую в четырёх стенах девушку своими историями про дальние странствия, что она через несколько дней после его отъезда отправилась с несколькими слугами следом, якобы на ярмарку в ближайший городок. Вернувшийся домой барон застал дочь за сборами, но не заподозрил ничего плохого и без препирательств отпустил ту немного развлечься.

В городе события закрутились не так, как ожидала девушка, и она, в надежде на приключения и подвиги, увязалась в затяжное путешествие. А когда поняла, что походные трудности не по ней, отвертеться уже не было никакой возможности.

– А хотелось, – засмеялась она. – О, боги, как же мне хотелось оказаться дома! И чтобы снова скучища, и вечный дождь за окном. Романтика дальних дорог здорово пугает, когда сталкиваешься с ней лицом к лицу. Знаешь, что меня больше всего поразило тогда, в первом моём дальнем походе?

Я только молча помотала головой, ожидая продолжения. Вариантов сходу придумалось хоть отбавляй, потому что лично меня поражала и пугала целая куча вещей, но не хотелось сбивать рассказчицу с мысли.

– Комары! – честно заявила та. – Полчища комаров! От главных трактов-то маги их отпугивают. Ну, попадётся один-два за день. И недолгие поездки с отцом всегда были скорее увеселительным мероприятием, а тут! – её аж передернуло. – Я буквально сходила с ума. Постоянное жужжание не давало мне спать. Укусы нещадно зудели. Запах дыма намертво въедался в волосы и одежду. Я чувствовала себя грязной и несчастной. Всё на свете раздражало. Вдобавок к прочим неприятностям, я почти сразу застудила ухо и была совершенно уверена, что оглохну.

Я мысленно возблагодарила небеса за то, что хотя бы с комарами мне встретиться ещё не довелось. В городе они почти не появлялись, а здесь, в сентябрьском лесу, кровопийцы уже повымерзали и отправились ждать своего часа в какой-нибудь особой комариной Вальгалле.

Удивительным казалось то, насколько сходны были описания переживаний спутницы с тем, что чувствовала сейчас я сама. Впервые увидев Нэйлинн тогда, в библиотеке, я уверилась, что она вот так и родилась – в кольчуге и с мечом, и что любые трудности для неё – пыль под ногами. Помнится, я тогда еще подумала, что девушка гораздо старше, чем оказалось на самом деле.

Теперь же выходило, что баронская дочь точно так же поначалу боялась трудностей, ошибалась и влипала в неприятности. Это давало некоторую надежду на то, что и я со временем смогу подтянуться к её уровню.

Нэй продолжала свой рассказ, уделяя теперь больше внимания фактам, а не личным переживаниям. Кажется ей давно хотелось выговориться, и девушка с головой ушла в воспоминания.

В том походе ей пришлось провести немногим меньше года. Пробираться пришлось через весь континент, то на лошадях, а то и вовсе пешком. Иногда отряд задерживала погода или иные обстоятельства. Нэй пробовала отправлять весточки отцу, но те, наверное, не доходили, потому что, вернувшись, девушка нашла поместье в запустении. Соседи рассказали ей, что барон сильно изводился из-за пропажи дочери, а затем отправился воевать далеко на север, уже несколько месяцев назад. В тех краях вечно затевались какие-то беспорядки, и наемные дружины были в цене, независимо от того, откуда и почему они пришли.

Дожидаться возвращения отца в большом пустом замке было одиноко, холодно и уныло, поэтому через несколько недель девушка окончательно перебралась в маленькую деревеньку, лепившуюся к стене столицы. Несмотря на проваленную задачу по доставке драконов, во дворце к Нэй относились довольно снисходительно. Ей стали поручать различные задания: сначала простые, потом – «деликатные» и даже опасные.

Можно сказать, головокружительная карьера.

– Прости, если это прозвучит невежливо, но как из простой и наверняка избалованной девчонки ты за какой-то год превратилась в личную наёмницу короля? С вот этим вот мечом и железным характером? – не удержалась я.

– С железным, скажешь тоже, – фыркнула Нэй, но зарделась от удовольствия. – С мечом, палками и метательными ножами мы тренировались на привалах. Всегда есть пара свободных часов, которые нечем занять. А вот характер…

Путешествие оказалось куда сложнее, чем обещали самые суровые прогнозы. Оно отняло одиннадцать месяцев и жизни троих членов отряда. Когда до цели оставалось всего ничего, горный обвал унёс одного из дракончиков. Чародей, приставленный в помощь, успел защитить большую часть людей, но главная задача выполнена не была.

– Если бы не он, вряд ли мы говорили бы сейчас, – бывшая леди горько вздохнула, – но мы тогда натурально сели в лужу. Один единственный дракон не мог выполнить поставленную задачу. Белый и Золотой должны были занять ниши Держателей Мира. Это огромные лучи света в пещере Светоча далеко на севере, которые питают весь наш мир, а говорят – и не только его, энергией жизни.

Драконы медленно росли бы в них сотни лет, не нуждаясь ни во сне, ни в пище, словно вмороженные в лёд, но живые. «Сохраняли бы естественный баланс», как сказала придворная чародейка, отправляя отряд в путь.

Но у нас остался только один дракон, а место второго по собственному решению занял маг.

– Он был хорошим человеком, – воительница смахнула набежавшую слезу и продолжила только через несколько секунд:

– Его жертва – это только временная заплатка. Человеческое тело слабо и недолговечно. Когда искра жизни в нём угаснет, мир начнёт потихоньку рассыпаться на части, и никто на самом деле не может точно сказать, когда всему придёт конец.

Меня прошиб холодный пот. Нэйилинн сидела рядом и вот так спокойно рассуждала о конце света. И не об абстрактно-религиозном, типа апокалипсиса или рагнарёка, а о вполне конкретном: вот, сила не питает стержень, на котором всё держится, а значит скоро окружающая нас красота накроется медным тазом.

– Но это же ужасно! – Не выдержала я.

– Да, – просто согласилась Нэй, шевеля угли длинной палочкой.

– Но ведь надо что-то делать! А почему нельзя найти другого дракона?

– Ну, для начала, молодых драконов не так много. И они очень хорошо прячутся от людей. Может быть, те двое и вовсе были последними. А найти какое-то сопоставимое по мощи существо, чтобы заменить второго держателя пока не удалось. По крайней мере, я об этом ничего не знаю. Сейчас маги и мудрецы по всему Лимбу, включая Фелбса, изучают этот вопрос, но ни ты, ни я тут ничего поделать не можем.

Проблема ещё и в том, что из-за несоответствия силы человека, даже волшебника, и дракона, весы мироздания уже сейчас потихоньку идут вразнос. Медленнее, чем если бы Светоч не контролировал вообще никто, но всё же. У нас ещё есть годы. Может быть, даже десятилетия. Не думай, что все просто смирились и ждут конца.

Я вспомнила, как темноволосый незнакомец в день моего переезда притащил библиотекарю какие-то страшно важные свитки, и от сердца немного отлегло. Никто не сидит, сложа руки. Это волшебный мир. Все проблемы будут решены, как водится, в последний момент. Сгорит какое-нибудь Кольцо Всевластья, будет пронзено сердце гениального злодея, таймер бомбы остановится за секунду до взрыва…

Но неприятный холодок никак не хотел уходить. Он засел где-то глубоко в душе, словно песочные часы, из которых медленно, но верно утекают оставшиеся секунды. Потому что волшебные сказки – это одно, а окружающий мир – пугающе реален и не похож ни на одну из них.

После привала мы молча топали ещё часа три, задумавшись каждая о своём. Когда солнце опустилось совсем низко, и в подлеске начали густеть тени, начали искать место для привала. Нэй забраковала и присмотренный мной уютный песчаный холм, и неприметную ложбинку у озера. Наконец мы остановились прямо посреди соснового бора, на довольно большом отдалении от воды, но ниже окружающих пригорков.

– Тут меньше ветра, чем наверху, – ответила наёмница на мой недоумевающий взгляд. – И не будет тянуть холодным туманом от озера. А ещё – мошкара, если она еще не перемёрзла, не любит запах сосен.

Я постаралась запомнить эти небольшие хитрости. Мало ли, пригодится в будущем! Хотя надеюсь, что нет. Не хотелось бы путешествовать одной. И, тем более – куда-то добираться с группой, в которой я окажусь самым опытным туристом.

Перед сном я полистала «учебник» и попробовала передать Нэйилинн образы из своего мира. Но вместо пейзажей Питера и достижений цивилизации в голову почему-то постоянно лезли сцены из фильмов и дурацкие ситуации из школьной жизни. Так что воительница, кажется, ничего толком не поняла. А ещё – лица родителей.

Как они поступили, когда я перестала отвечать на звонки и СМС? Как среагировали, вернувшись из отпуска и обнаружив, что меня нет дома? Мама, наверно, плакала, а отец разговаривал с соседями и полицией. Может быть они решили, что я, как Дядя Фёдор из детской книги, сбежала в какое-нибудь Простоквашино. Макнулась в деревенскую романтику с головой и скоро вернусь. Но с каждым днём их надежда таяла, а участковый только разводил руками, мол, «ищем».

Как было бы здорово дотянуться до них, хотя бы мысленно или во сне, и сообщить, что у меня всё хорошо! Возможно ли это, сквозь все миры? В какой я реальности, на какой планете? На глаза навернулись слезы. Я постаралась, чтобы спутница этого не заметила.

– Хочешь спать или подежуришь первой? – спросила та, явно нарочно пытаясь меня отвлечь.

– Посижу ещё, – ответила я. – Когда тебя разбудить?

– Часа через четыре. Потом я пригляжу за лагерем уже до утра. Доспать можно будет по очереди в седле.

Идея спанья на лошади меня ужаснула. Я поплотнее укуталась в прихваченное из города шерстяное одеяло и придвинулась ближе к костру. Становилось по-настоящему холодно.

Глава 19

Глава 19

Наверно я всё-таки задремала. Не следовало так удобно прислоняться к дереву, вытянув ноги к костру.

Меня разбудил холод. Оказалось, что, пытаясь согреться во сне, я засунула ноги почти в угли. К счастью, те уже покрылись толстым слоем пепла, и подошвы новых кожаных сапог пострадали совсем немного. Одеяло ощутимо воняло палёной шерстью. Зато ступни всё это время оставались в относительном тепле.

Спина же, напротив, окоченела. Если верить ощущениям, она даже покрылась инеем, причём – прямо изнутри. Жутко затекла шея и левое плечо: всё-таки древесный ствол – далеко не лучшая подушка.

Интересно, сколько времени прошло?

Небо ещё оставалось непроглядно-чёрным. Лес вокруг, слабо подсвеченный звёздным светом, выглядел зловеще. Он словно подступал всё ближе, полнился таинственными шорохами и угрожающими движениями теней на самой грани видимости. Очень хотелось разбудить спутницу, приврав, что услышала подозрительный треск.

Но я уже успела убедиться, что Нэй – такой же человек, как я. Как бы непринуждённо она ни носила кольчугу, сколько бы шуточек не отпускала о своих долгих и опасных странствиях, внутри девушка – отнюдь не железная. Неважно, что именно её затея втянула меня в это безрадостное и ужасающе дискомфортное путешествие. Спутнице тоже необходимо спать. Возможно, даже больше, чем мне, ведь только она способна ориентироваться по карте и защищать нас обеих от опасностей. По крайней мере, очень надеюсь, что способна.

Скривившись от холода и боли в плече, я поднялась и начала ходить взад-вперёд, разминая затёкшие мышцы и пытаясь справиться со страхом. Казалось, что отовсюду: с ветвей, из-за кустов, просто из темноты наблюдают за мной маленькие враждебные глазки. Несколько раз я резко оборачивалась, готовая увидеть позади что угодно, но добилась только того, что стало тянуть и второе плечо.

Лес безмолвствовал. Шептал сам себе страшные сказки и не пытался нападать.

Нэйилинн пошевелилась и что-то тихо пробормотала во сне. Я наклонилась, прислушиваясь и вглядываясь в её лицо. Если спутнице (называть ту подругой я пока не решалась даже мысленно) снится кошмар, моя первоочередная задача – разбудить её, ведь правда?

Внезапно лес вокруг подернулся дымкой и исчез.

* * *

Июнь. Бесконечная череда серых дождей окутала окрестные леса и луга. В стенах роскошного поместья тоже сыро и неуютно, и страшней промозглого холода – лишь безумное желание вырваться из плена осточертевших стен и мчаться, мчаться навстречу порывам обжигающего ветра…

Ну что за лето в этом году? Может быть суматошные, взбалмошные обыватели вновь чем-то прогневили капризных богов?

Нет, небожителей винить бесполезно. Остаётся только ждать и верить, что однажды из грязно-серой пелены облаков появится солнце.

* * *

Я вздрогнула, осознавая, что вновь провалилась в чужое воспоминание. Попыталась вырваться из него, но чувства были живыми, настоящими, почти моими собственными.

Побарахтавшись немного в попытках вернуться к реальности, я смирилась и стала смотреть чужой сон дальше. Единственное, чего удалось добиться – это отделить себя от объекта наблюдения.

* * *

Раздался робкий стук в дверь, и Нэйилинн с раздражением захлопнула дневник. С тех пор как уехал отец, девушку, казалось, ни на секунду не оставляли в покое. «Что подать на ужин?», «Срезать ли для вас желтые розы или красные?», «Хотите ли вы посмотреть товары проезжего купца или гнать его к бесам?»

– Когда же отец уже наконец объявится? – пробормотала девушка, раздражённо распахивая дверь.

На пороге стоял слуга, всем своим видом изображая искреннее раскаяние.

– Госпожа, простите, что так поздно беспокою вас… – он сделал паузу, чтобы увидеть реакцию хозяйки.

Ответа не последовало. Нэйилинн довольно неплохо держала себя в руках, хотя внутри всё кипело. И неспроста – её как раз отвлекли от написания романтической баллады.

– Там человек у ворот, он просит разрешения переждать бурю.

Привыкший к тяжёлому и переменчивому нраву хозяина, парнишка съежился, не зная, чего ожидать от его законной дочери.

– Снова какой-нибудь попрошайка? – нахмурилась Нэй. Как только стало известно, что суровый барон уехал, нищие так и потянулись к воротам, надеясь снискать милость неопытной, но наверняка сердобольной девчонки.

– Сегодняшний гость выглядит благородным, – всё еще с опаской пробормотал слуга.

– Так впусти его! – воскликнула девушка, бросаясь к лестнице ведущей вниз. «Хоть какое-то разнообразие в этой серой тоске» – думала она, заодно прикидывая, откуда мог ехать незнакомец в такую непогоду. Дожди зарядили неделю назад, и дороги медленно, но верно превращались в малопроходимое грязное месиво.

Не прошло и пятнадцати минут, как «благородный гость» предстал перед хозяйкой. Он был ощутимо выше неё, короткие чёрные волосы топорщились во все стороны, а с дорогого тёмно-синего плаща на пол ручьями стекала вода.

Кожа незнакомца оказалась совсем светлой, несмотря на разгар лета, а льдисто-серые глаза словно излучали внутренний свет.

Неужели – горец? Не из того воинственного, рассеянного по огромной территории полудикого народа, чьи умельцы славятся выделкой шерсти, а настоящий представитель таинственного малочисленного племени, являющегося, если верить легендам, единственными исконными обитателями Лимба?

Да нет, не может такого быть. Древний горец в замке Аррен? Кажется, стоит меньше увлекаться книгами. Девушка тряхнула головой и взглянула на гостя вновь, стараясь отбросить надуманный ею самой ореол таинственности.

Теперь посетитель напомнил девушке скорее мокрого взъерошенного воронёнка, и в попытке не выдать своего веселья она совершенно упустила все подобающие случаю приветственные фразы. В итоге тот вынужден был первым нарушить молчание:

– Я прошу прощения, – начал он и вдруг некуртуазно чихнул.

Тут уж Нэйилинн не удержалась и фыркнула. К ее облегчению поздний гость тоже рассмеялся.

– Простите, что неожиданно ворвался в ваш дом…Меня зовут Исет эн Данауэ. Я прибыл в Восточный порт меньше четырёх дней назад, а тут у вас так… сыро. Я еду в столицу. Мне позарез надо попасть туда как можно скорее. Я собирался двигаться дальше и ночью, но с погодой творится что-то безобразное. Пришлось завернуть к вам.

«Эн Данауэ… Значит, всё-таки настоящий горец! Но ему уж точно не сотни лет, как в преданиях. Обычный молодой человек. Вот это везение!»

– Вы ничуть не стесните меня, – чопорно ответила дочь барона, стараясь не выдать охватившую её радость. О такой удивительной встрече в родном замке она и помыслить не могла. – Моё имя Нэйилинн Аррен. К сожалению, в замке сейчас нет моего отца, но я уверена, что барон Гирн Аррен был бы рад предложить вам кров и пищу. Я сейчас распоряжусь обо всём.

– Благодарю вас.

* * *

Я снова предприняла попытку вернуться в стылый осенний лес, но воспоминания Нэйилинн держали крепко.

Чёрт, нужно учится контролировать свой, с позволения сказать, дар! Энтузиазма по поводу обретения магической силы у меня уже изрядно поубавилось. Если я стану проваливаться в чужое сознание каждый раз, приблизившись к человеку, меня же за километр станут обходить! Ох, не зря Фелбс говорил, что менталистов не любят и боятся.

Между прочим, в дурацком учебнике целая глава посвящена подготовке к сеансу «связи»: сядь так, глаза скоси эдак. И на кой ляд это нужно, если достаточно просто подойти поближе?

Моё нынешнее состояние здорово напоминало сонный паралич. Я сталкивалась с этой пакостью всего дважды, но ощущения запомнила навсегда.

Еще немного подёргавшись в паутине памяти Нэйилинн, я продолжила просмотр в надежде, что скоро всё закончится.

* * *

Слуги уже вовсю суетились, готовя спальню и поздний ужин для гостя.

Поблагодарив за гостеприимство, Исет поцеловал руку Нэйилинн. Его губы оказались ледяными, а руки – слишком горячими.

«Надо будет прислать к нему утром лекаря» – подумала Нэй, направляясь в свою комнату.

На следующий день полночный гость проснулся довольно поздно. Дождь прекратился, но серые густые тучи и не думали расходиться.

– Приветствую вас, о прекрасный цветок среди каменных стен, – велеречиво обратился он к Нэй, заходя в обеденный зал.

– Вы поэт? – улыбнулась та.

– Как будто хоть кто-то избежал этой участи, – невесело усмехнулся Исет.

– Даже среди каменных стен цветам нужно солнце, а я уже даже не помню, как оно выглядит, – вздохнула девушка.

В небе гулко громыхнуло и дождь зарядил с новой силой.

– Солнце всегда светит. Просто сейчас оно за облаками. Представьте, насколько прекрасны эти серые тучи сверху. Они кажутся сияющим жемчужным покрывалом без конца и края.

– Вы так рассказываете, будто и правда бывали выше облаков, – заметила Нэйилинн, надеясь услышать интересную историю.

– Бывал. Я много путешествовал по горам. Потрясающее зрелище.

– Расскажите, пожалуйста, о своих странствиях, – попросила хозяйка поместья. – Я никогда не забиралась в горы. Видела их довольно близко, но и только. Если честно, они меня испугали: в каждом камне мерещились тогда драконы и великаны.

– Драконы… – мечтательно протянул эн Данауэ, а девушка вдруг поймала себя на мысли, что гость вряд ли намного старше неё. Или нет? Молва утверждала, что горцы чуть ли не бессмертны.

Ещё вчера дождь казался худшим из зол. Но заметив тем же вечером просвет в облаках, дочь барона неожиданно загрустила. Это означало, что незваный гость скоро уедет.

Но пока дороги еще не превратились из грязевых потоков в нечто более пригодное для передвижения, Исет оставался в замке. Он маялся от невозможности продолжить путь и, чтобы отвлечься от невесёлых мыслей, часами болтал с красивой хозяйкой обо всём на свете.

Новый день пребывания гостя в замке выдался ясным и почти жарким. От мокрой дороги поднимался пар, а грязь быстро твердела. Так что свой отъезд путешественник запланировал на раннее утро.

– Может быть, вам следует подождать чуть дольше? – с надеждой заглянула Нэйилинн тому в глаза. – Вдруг это только недолгое затишье перед новой бурей? – она мысленно умоляла богов, чтобы так и было. Ровно с той же искренностью, как недавно просила тепла и солнца.

– Надеюсь, что это не так. Я уже потерял непростительно много времени. Поверьте, я очень благодарен за гостеприимство! Да простоит ваш дом ещё много веков!

«Да чтоб он провалился, этот дом!» – подумала Нэй, но изобразила милую улыбку.

И вдруг ей пришла гениальная идея:

– Вы ведь наверняка не знаете здешних мест? Мне, как хорошей хозяйке, следует проводить вас! Хотя бы часть пути…

Исет странно посмотрел на собеседницу. Она уже замечала у него это выражение лица: будто тот думает о чём-то очень далеком, пытаясь сохранять внешнюю заинтересованность.

– Я думаю, это излишне, – он вежливо улыбнулся. – Помимо прочего, я уже бывал в ваших краях. Давно, правда.

«Давно? Ну-ну. Когда пешком под стол ходил?»

Нэй захотелось биться головой о стену. Головой гостя, пожалуй.

Опять потянутся тоскливые дни взаперти и в одиночестве. Ну что за паршивая судьба?

Натянуто попрощавшись, девушка удалилась в комнату, дабы полночи заполнять дневник стихами о своей горькой доле. Так, над испещренными кляксами страницами, она и заснула.

Разбудили её солнечные лучи.

Нэйлинн поспешно переоделась и выскочила из комнаты, вопреки тяжёлому предчувствию надеясь застать гостя внизу.

– Госпожа изволит завтракать? – спросил попавшийся навстречу слуга.

– Уехал? Исет… ну, гость наш, уехал уже?

– Да, господин изво…

– Давно?

– На рассвете.

– И ничего не передавал?

– Господин просил ещё раз поблагодарить вас за гостеприимство.

– А письмо, записка… ну хоть что-нибудь! – взмолилась Нэйилинн.

– Нет, госпожа, простите.

На душе стало пусто и звонко.

* * *

Навязчивое видение наконец отступило.

Вот оно как… вовсе не тяга к приключениям погнала Нэйлинн в дорогу! Глупая девчачья влюблённость в таинственного велеречивого странника, помноженная на скуку и романтическую белиберду из прочитанных книг. Занятно.

И не рассказала ведь! Стыдится? Или просто не помнит своих тогдашних ощущений? Ой, вряд ли…

Я отпрянула от лежащей девушки. Чёрт! Обещала ведь не подсматривать ее воспоминания без спроса. Интересно, в этот раз она тоже почувствовала, что я рылась в её памяти? Надеюсь, что нет. Главное теперь – не упомянуть случайно в разговоре что-то из подсмотренного.

Вот зараза, я же не специально! Что мне, теперь совсем к людям не подходить?

В этот момент Нэй зашевелилась и приподняла голову.

– Что-то случилось? – спросила она. – Или просто пора сменить тебя?

– Понятия не имею, – честно призналась я, переводя дух. Кажется, в этот раз спутница меня не подловила. – Я как-то потеряла счёт времени.

– Задремала? – понимающе усмехнулась та.

– Ага, – я пристыженно уставилась в землю.

– Ну ладно, ничего страшного. Это довольно безопасная дорога. Идеальное место, чтобы потренироваться нести караул и проспать первые несколько раз. Ложись, отдохни нормально.

Я могла бы много сказать о том, что в понятие «отдохни нормально» не входит ночёвка на земле на тонком одеяле при практически минусовой температуре. Но какой смысл ныть? Всё равно мы не сможем телепортироваться в тёплые постели или добыть посреди леса горячую ванну.

– Не расстраивайся, – сказала Нэйилинн, понаблюдав за моей скорбно кукожащейся у костра фигурой, – под открытым небом будет всего пара ночевок за всё время пути. Остальные – в постоялых дворах.

Эта мысль оказалась настолько вдохновляющей, что я почти моментально провалилась в глубокую дрёму, полную сумбурных сновидений. То один, то другой бок подмерзал, я выныривала из сна, переворачивалась и тут же снова уплывала по течению психоделических образов.