Текст книги "Коттабыч и нашествие бесов (СИ)"

Автор книги: Алёна Васильева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Наверно я очень сильно изменилась в лице, потому что Акимовна и гусевладелец, неотрывно наблюдавшие за моими действиями с другого конца стола, тоже обернулись. Гуси угрожающе двинулись в нашу сторону.

– З-задержите их! Нужен ещё один ингредиент, – выдавила я, медленно поднимаясь на трясущиеся ноги.

Главарь гусей издал резкий неприятный крик и, замахав крыльями, вскочил на стол. Я, приобретя невиданную прыть, бросилась к своей комнате, успела ворваться в неё и захлопнуть дверь, тут же подперев её спиной с другой стороны. В тонкие доски что-то глухо ударилось.

Я попеременно слышала громкую ругань мужчины и хозяйки, грохот переворачивающихся предметов, но, кажется, пока людей никто не убивал и не ел. Кот, вздыбив шерсть, глухо рычал из-под кровати.

– Кис-кис-кис, – без особой надежды позвала я. Отпускать дверь не хотелось, а щеколд и засовов на ней не предусмотрели.

Блин, кто бы мог подумать, что этот бред окажется правдой: бесы в гусях! Как там говорила фея: «всё, что можешь представить»? Да к чёрту такое фэнтези! Хочу в серый, унылый, дождливый Питер! И неделю не вылезать из-за компа. Смотреть сериальчики. Исключительно юмористические и без всякой мистики.

В дверь снова стукнуло. Кошачий вой обрел новую тональность.

– Солнышко, Рыжик, Котик! – я попыталась подползти к коту, удерживая дверь ногами, но снаружи тут же поднажали, и появилась предательская щель.

– Блин-блин-блин! – пробормотала я, с силой впечатываясь спиной на прежнее место. Звуки боя во второй комнате нарастали.

Так, наверняка у меня есть шерстинки на одежде, кот ведь лез ко мне на плечи. Я начала внимательно, насколько это было возможно в теперешнем состоянии, оглядывать одежду. Раз, два, три… Ну же, хотя бы по волоску на каждую тварь! У кошатников, говорят, вечно одежда в шерсти, а тут днём с огнём не сыщешь… Есть! Четыре!

А хватит ли? Ладно, попытаюсь!

– Бесы и демоны в белых гусях, прочь улетайте на вольных ветрах, нужно всем вам непременно уйти и не встречаться на нашем пути! – чуть громче и тоньше, чем требовалось, выкрикнула я и с силой дунула на волосинки, поднимая их в воздух. Каждая замерцала бледно-зелёным ореолом, и они целенаправленно, как самонаводящиеся ракеты, скользнули под дверь.

Из большой комнаты раздалось четыре громких хлопка и удивленные охи-ахи. Я выглянула за дверь в тот самый момент, когда четыре шарообразных тёмных сгустка, похожих на клочья тумана, пронеслись мимо сгрудившихся на пороге просителей и умчались куда-то в поля. Толпа разразилась радостными возгласами.

– Эти б-бесы были с-сильнее, чем я ожидала, – сообщила я, очень стараясь принять гордый независимый вид. На подгибающихся ногах это давалось нелегко.

Несмотря на кошмарный шум, особых разрушений не наблюдалось: разбитая глиняная миска, в которую налили воду для «ритуала», поваленные огородные инструменты, рассыпавшиеся фрукты. И угольно-чёрные птичьи следы на столе, стенах и потолке.

– Да я так и понял, – пробормотал мужик, сгоняя обалдело озирающихся птиц в кучу. – Ну, вы, госпожа магичница, молодец, не растерялись. Только я уж и не знаю, хватит ли в уплату того, что я принес, – он выгреб из кармана несколько монет.

– Давай уж, что есть, – ворчливо заявила Акимовна, протягивая упитанную ручонку за подношением. А на мой непонимающий взгляд пояснила: – Вам же, чародеям, с деньгами дел иметь нельзя, верно говорят? Во-от, а мне еще дом в порядок приводить! Погляди, как эти твари его изгадили!

Я даже не нашла слов для ответа. Когда гусиная паника отступила, на смену ей пришла лютая усталость. А просителей меньше не стало. Похоже за время эпической битвы с бесами к крыльцу подтянулся кто-то ещё.

– Так, – сказала я, выходя к толпящимся на крыльце людям. – Если ещё есть кто с бесами – это не сегодня. По одному экзорцизму в день, не больше.

Народ не рассосался, только один угрюмый пацан с сероватой, землистой кожей и небольшой деревянной коробкой в руках угрюмо зыркнул на меня и побрёл прочь.

Глава 9

Глава 9

Далеко-далеко на юге в маленьком селении под названием Горбунки умытое вчерашней грозой утро началось с непривычного переполоха.

– Ой, девоньки! Беда-то какая! – причитал над ухом высокий бабий голос. Более тихие охи и ахи вторили ему с таким же усердием. – Такую молоденькую, да и молнией убило-о-о! Ой, горюшко! Что же это в мире деется?

Жертва «молнии» попыталась шевельнуться. Как ни странно, получилось. Деревенские тётки, собравшиеся вокруг тела, замолчали и разом отшагнули подальше, образовав широкий круг.

– Смотри-ка – живая, – удивлённо протянула самая шумная плакальщица. Особой радости в её голосе не было.

Девушка приподнялась и с трудом проморгавшись огляделась. Лицо оказалось покрыто толстым слоем грязи, но утереть его таким же грязным рукавом не удалось. Рукав, вроде бы, когда-то был синим, но побиться об заклад его обладательница не решилась бы.

Восходящее солнце только-только начало разгонять густые тучи, но просветы в небе сулили прекрасную, насколько это возможно в такое время года, погоду. По левую руку споро просыпалось село, огороженное старым частоколом, с тяп-ляп подновлённой калиткой. Прежняя, вероятно, просто развалилась. Справа посвёркивала лужами широкая накатанная дорога.

– Одета-то по-благородному, – констатировала одна из женщин, нависая над гостьей.

«Правда, что ли?» – подумала та, на всякий случай оправляя безнадежно замызганный наряд и пытаясь придать лицу горделивый вид. И как они умудрились разглядеть что-то под таким слоем грязи?

– Здравствуйте, – сказала она. Получилось хрипловато. Болели рёбра и отлёжанная за ночь рука, к тому же сидеть на земле в мокрой одежде было донельзя зябко и противно.

– Смотри-ка – разговаривает! – неподдельно восхитился кто-то. К этому времени вокруг столпилось уже человек двадцать – наверно почти всё местное население. Какой-то сердобольный мальчишка протянул девушке руку, но его тут же оттащили и отвесили подзатыльник.

– А ну не лезь! Вдруг это нечисть какая? Обернется змеем крылатым или лошадью дикой, да утащит… Поди лучше колдуна кликни, только в глаза ему не гляди. Позвал – и сразу за порог!

Дитё умчалось. Селяне с любопытством и опаской остались разглядывать незваную гостью. Пожалуй, пока лучше было не дёргаться, хотя зубы уже заметно стучали от холода.

Прошло минут пять. На единственной деревенской улице замаячила высокая фигура. Мужчина приближался почти бегом. Гостья заметила, что он на ходу разминает пальцы.

Люди расступились, колдун остановился напротив сидящей в луже девушки и уставился на неё с невыразимым удивлением и даже какой-то обидой на лице. Она в свою очередь тоже ожидала увидеть скорее скрюченного деда, увешанного амулетами и крысиными лапками, а не молодого мужчину в распахнутой белой рубахе, щегольских кожаных штанах и расшнурованных сапогах.

– И что? – грустно осведомился он, обращаясь непонятно к кому.

– Так… ить… это… – пробормотал пожилой коренастый мужик с ухоженной бородой. Староста? Возможно. Остальные смущенно потупились. Похоже, колдуна тут крепко уважали. Или побаивались.

– А ещё они меня нечистью обозвали! – Решилась накляузничать девушка, быстро оценив ситуацию.

– Ай-яй-яй, – покачал головой волшебник. – Пойдемте, будете гостьей.

Руки он, впрочем, не подал. Просто развернулся и неспешно побрёл по улице обратно.

Ну не сидеть же на земле в кругу шушукающихся крестьян! «Гостья» неуклюже поднялась, охнув от боли во всём теле, и заспешила следом.

– Как вас зовут? – спросил колдун, не оборачиваясь.

– А… м-м-м… Катра.

– М-да.

– Что «м-да»?

– Да нет, ничего.

– Ну и ладно.

– Извините. Просто меня сердит постоянная тяга людей скрывать от меня даже прозвища. В жизни никого не сглазил.

– Ничего я не скрываю. Просто пыталась вспомнить.

Мужчина обернулся и пристально всмотрелся в лицо новой знакомой.

– Я ударилась головой! – с вызовом добавила та.

– М-да, – в очередной раз повторил маг.

Глава 10

Глава 10

За следующие не-знаю-сколько-часов посетители слились в сплошную изматывающую череду. Я при всём желании не смогла бы вспомнить их лица и имена. Почти все они хотели поговорить о своей нелегкой жизни и имели невероятно важные домыслы о соседях. И уже абсолютно без исключения – приходили с корзинами, коробками и кульками, которые перед уходом отдавали Акимовне. Я решила разобраться с этим позже. В конце концов, было бы неудобно самой брать плату с этих людей, расшаркиваться и смущаться. А у хозяйки с этим никаких проблем не возникало.

Последними оказались Соня с сыном. Высокая худая женщина с изможденным лицом и огромными кругами под глазами. И мнущийся, не поднимающий взгляда, конопатый пацан лет восьми – с огромными оттопыренными ушами и толстой, капризно выпирающей нижней губой. Узкие тёмные глазки бегали из стороны в сторону, явно высматривая повод для какой-нибудь пакости. Действительно, неприятный мальчик.

– Он у меня один, – дрогнувшим тихим голосом заговорила Соня, – Думала, помощник и опора вырастет, а он вот… дурачок.

В этот момент я как раз рассматривала мелкого и потому успела заметить быстрый взгляд в сторону матери и злющую искорку, мелькнувшую в глазах. Уж кем-кем, а «дурачком» рыжий точно не был. Тем временем он снова принял отрешённый вид и стал водить ногой по полу, что-то бубня себе под нос.

Опять, что ли, бесы? Только не это!!!

– Скажите, пожалуйста, он всегда таким был или внезапно изменился? – осторожно уточнила я.

– Да всегда! С раннего детства. Если вы про одержимость, так проверяли его специальным камнем на предмет второй души. Нету. Сам он такой.

– А его отец?

Женщина всхлипнула:

– А муж из-за него от нас и ушел! Говорит, мол, ты, женщина, видать, с пещерным троллем шашни водишь, раз такое родилось. Не нагуляла бы, он бы о-го-го был, весь в меня! И соседей на те же мыслишки настропалил!

– Что, правда совсем не похож?

– Правда, – вздохнула Соня. – Ума не приложу, как так вышло. Я – честная женщина, до помолвки на мужчин и взглянуть стеснялась, а замужем – и подавно. И за что мне такая напасть?

– Можно мне с вашим сыном наедине поговорить? – решилась я. Передо мной разворачивалась какая-то странная тайна, и даже усталость немного отступила на фоне любопытства.

– Поговорить, – невесело фыркнула гостья, – да он двух слов связать не может!

– И всё же, – я положила руку на плечо мальца и направила его в свою комнату. Он пошел неохотно, но и сильно упираться не стал.

Прикрыв за нами дверь, я обратилась к нему, уже готовая к любой реакции:

– Ну, и что ты такое?

– Ниму-бу-бу, – пробормотал он, глядя в пол и гоняя по нему носком лаптя сухую травинку.

– Давай ты не будешь притворяться, – мягко попросила я, отходя к окну. Солнце давно перевалило за зенит и уже уверенно двигалось к горизонту. Наверняка сейчас не меньше шести часов вечера. Какой тяжёлый день! Интересно, успею ли я добраться сегодня в библиотеку? Не переехать, конечно, а хотя бы осмотреться, что там и как. И понять, впустят ли меня вообще, или маги шутить изволили.

Когда я обернулась, то в очередной раз обалдела. Новая реальность продолжала подкидывать сюрприз за сюрпризом.

Пацан, растопырив руки, прижимался к стене, а его маленькие глазки, казалось, увеличились втрое от ужаса.

– Убери ЭТО! – очень четко, срывающимся от страха голосом попросил он.

К мальчишке шёл котик. Безо всякой агрессии, не спеша, потягиваясь всем телом. В общем, в своей обычной манере. Он, похоже, любил незнакомых людей, а после целого дня взаперти и интересной возни за дверью просто не мог проигнорировать нового посетителя.

– Не бойся, – улыбнулась я, тоже подходя ближе. – Это просто котик. Он не злой. Можешь погладить!

– Да знаю я, что это, ах-фагыш-муздырыбрын! – взвизгнул мальчишка, боком отползая по стене от кота.

Вторая часть фразы совершенно однозначно являлась ругательством. Вот только на каком языке? Фея же упоминала что-то про «заковыристые выражения»…

– Заба-авно, – я подняла кота на руки и встала так, чтобы преградить мелкому негоднику путь к двери. – Ты, значит, вовсе не дурак?

– Да уж поумнее тебя буду, – пробурчал тот, глядя исподлобья.

– И зачем тогда вся эта комедия? Не жалко мать?

– Да не мать мне эта… – он презрительно ухмыльнулся. Мелькнули мелкие острые зубки.

– А кто? – опешила я.

– Никто. Точнее это я ей не сын. Настоящий ребёнок давным-давно потерян где-то в Волшебном королевстве, может уже и умер лет сто назад. Время там идёт совсем иначе. А я его вроде как подменяю.

– Вот оно что! – я припомнила истории про хитрых фейри и гадких подменышей, которых оставляют вместо похищенных детей. Хотя, вроде бы и в славянском фольклоре что-то такое было. Кто таким промышляет: русалки, лешие? Впрочем, нет, «Волшебное королевство» – это явно что-то западное. – И долго ты ещё планировал доставать эту бедную женщину?

– Пока не надоест! – он зло ощерился.

Я сделала шаг вперёд, и кошак с любопытством уставился гаденышу в лицо.

– Н-не надо! – сразу сменил линию поведения мелкий, – Не подноси его ко мне! Больно!

Только тут я заметила, что кот начал едва заметно мерцать уже знакомым зеленоватым магическим светом. Сразу весь! Но похоже, что его самого это ничуть не беспокоило.

– Сегодня же уйду! Только оставь меня в покое, – пообещал подменыш, окончательно забившись в угол и заслоняя лицо рукой.

– Не уйдёшь, – у меня созрел план. – С сегодняшнего дня ты станешь отличным сыном. Самым лучшим, чтобы все соседки обзавидовались. И будешь честно, со всем уважением, служить этой женщине ещё много лет, раз уж её сын пахал на вашу Королеву Мэб, или кто там у вас нынче правит. Будешь называть ее «мама» и всячески беречь от горестей и печалей. Понял?

– Понял, – нагло осклабился рыжий, – так я пойду?

– Не так быстро! – я протянула руку и резко выдернула из его неопрятной башки несколько волосин.

– А-ау! – вскрикнул мальчишка, но ответных действий предпринять не рискнул. – Зачем?!

– Чтобы ты не вздумал меня обмануть, – сказала я. – Если что-то плохое случится с Соней или она будет вновь на тебя жаловаться, я при помощи этих волос найду тебя где угодно, поймаю и дам котику вдоволь с тобой поиграть.

Несчастного аж перекосило.

– Как тебя зовут хоть? – вдруг заинтересовалась я.

– Даргомыпрозонгор.

Ох…

– Давай я буду называть тебя просто Гор, хорошо?

– А предполагается, что мы встретимся снова? – недовольно уточнил новый знакомый.

– Однозначно, – кажется доброй колдуньи из меня не выйдет. – Тебе ведь наверняка на самом деле не восемь лет, и ты отлично знаешь всё про этот мир, про город, в котором мы находимся, и про его обитателей?

– Ну, не всё, – неохотно признался подменыш, – особенно про город. Никогда не интересовался. Но в целом узнать не проблема. Тогда ты от меня отстанешь?

– Поживём-увидим. Я планирую в ближайшие время перебраться в библиотеку. Мне нужна будет помощь с переноской вещей, с информацией, с новостями. Будешь ко мне приходить пару раз в неделю. Не думай, я не в рабы тебя записываю. Когда начну хорошо зарабатывать, – «если начну», подумалось мне, – смогу даже платить. Если тебе, конечно, интересны деньги.

– А у меня есть выбор? – кисло осведомился Гор.

– Не особо, – я постаралась максимально гнусно ухмыльнуться. Надеюсь, его это впечатлило.

Мальчишка тяжело вздохнул. Я усадила кота на кровать и распахнула дверь. Соня вскинулась навстречу.

– Пойдём, мама, – сказал ребенок, бочком выбираясь из моего логова, и взял женщину за руку, – я приготовлю тебе ужин.

Подменыш бросил на меня злой вопросительный взгляд. Я кивнула.

Женщина даже не нашлась, что сказать. У нее из глаз брызнули слезы, она крепко прижала к себе сына, потом отстранилась и горячо обняла уже меня.

– Да я… Да я по гроб жизни… Да я всё, что есть…

– Не нужно, всё хорошо, – я неловко похлопала ту по плечу, – просто идите домой.

Парочка направилась к выходу, но им столь же ненавязчиво, сколь и непреклонно, преградила дорогу Акимовна.

– Ах, да, – пробормотала Соня, сняла с пояса кошелек и дрожащими руками вручила его старухе, – Спасибо вам! Спасибо огромное!

Меня покоробило. Бабулька могла хотя бы со мной обсудить, нужна ли плата. Когда за клиентами закрылась дверь, я осведомилась:

– И сколько же мы сегодня заработали?

– Заработали? – поразилась Акимовна. – Ты ничего не говорила про оплату своей помощи. Помнишь, что ты ответила на предложение денег? «Мне бы водички», да?

Меня накрыла волна негодования. Это было обидно, несправедливо и неожиданно.

– И всё же ВЫ заработали, – настойчиво повторила я, глядя на свёртки и кульки.

– Да разве могут эти мелкие безделицы компенсировать тот бардак, что ты здесь устроила? – бабка указала на гусиные следы, несколькими тропками тянущиеся через весь потолок. – И вообще, я тебя пустила к себе бесплатно пожить. И что, не заслуживаю никакой благодарности?

Я на секунду устыдилась, но потом взяла себя в руки и постаралась не поддаваться. Какой-то благодарности – определенно, но не всего же, чем нас – да нет, меня! – отблагодарили посетители за день.

– Я прожила здесь всего два дня…

– Ну, кто ж виноват, что ты сбегаешь из хорошего места, стоит чародеям тебе только пальчиком помахать, – сразу же перебила меня старуха, сгребая полученное добро в кучу.

– Знаете, я могу быть очень благодарной, – сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал, – Или очень неблагодарной.

Последнее слово получилось громче чем я собиралась, видно сказалась усталость, но до хозяйки, кажется, дошло. Она обернулась и внимательно уставилась на меня. Не прошло и двух секунд, как её губы задрожали, а на глазах появились слёзы.

– Стараешься-стараешься для вас глупых! – забормотала она, вся скрючиваясь и непрестанно качая головой. – Забирай!

Уже не глядя на меня, она сердито махнула рукой на разложенное по столу богатство и медленно заковыляла к выходу.

– Подождите! – я только сейчас поняла, что знаю только отчество хозяйки. Местные, даже Марыся, называли бабку не иначе как «Акимовна», и мне всё было недосуг поинтересоваться.

А ещё накатил жгучий стыд. Вот ведь, правда, пожилая женщина пустила чёрт знает кого в свой дом (ну ладно, в пристройку своей родственницы), получила кучу сопутствующих проблем, обивающих порог посетителей, вопящего кота и гусей-демонов. А я зажилила для неё какие-то гостинцы! Да сколько я ещё таких заработаю! Море. А ведь я даже не знаю толком, чем она живет. Может быть полученная мной сегодня днём чашка бульона вообще была в доме последней, если не единственной.

– Простите меня! – попросила я. – Возьмите, пожалуйста, всё, что хотите.

– Ничего мне от тебя не нужно! – всхлипнула женщина, но остановилась.

– Пожалуйста, извините меня! – Я подбежала и взяла женщину за руку. – Просто я так устала! И гуси ещё эти! – мне на глаза тоже навернулись слезы.

– Ну ладно, ладно, – Акимовна по-матерински обняла меня. – Забудем эти глупости. Я сама не своя, волнуюсь, как ты там будешь совсем одна.

– А я вас навещать буду, – заверила я её, абсолютно уверенная в тот момент в искренности собственных слов.

– Вот и хорошо, деточка. Навещай почаще. Может пойдешь пока – приляжешь? А то на тебе лица нет.

– Не могу, – вздохнула я. – Нужно сходить поглядеть на новую комнату. Вдруг меня туда не пустят вообще?

– Да услышат тебя боги, – покивала женщина и занялась разбором гостинцев.

Я еще немного потопталась на пороге, сомневаясь, не остаться ли взаправду. Кто там знает, как меня примут в этой их Библиотеке? Но потом вспомнила нескончаемую очередь просителей, и твёрдо решила: нет, уж лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас. Да и что плохого может случиться в пыльной обители книг?

Глава 11

Глава 11

Запирать кота было жалко, брать его с собой – страшно. Если он чего-то испугается, вырвется и убежит, то найти скорее всего уже не получится. А без кота я тут… ну да, на сто процентов никто.

Интересно, смогу ли я развить способности к волшебству без магической шерсти? Совсем не факт. И точно – не за несколько дней.

Поразмыслив, я решила, что ещё от одного дня взаперти Коттабычу хуже не станет, и отправилась искать библиотеку. Продавец уздечек вроде говорил, что та находится в башне. Ну что же, это здорово облегчает задачу.

У дверей искомого заведения я оказалась поздним вечером. Ночь тут наступала рано и была тёмной, не чета питерским. Луну, если она и существовала, мне пока застукать на небе ни разу не удалось.

Стены башни были сложены из красивого, но не слишком старательно отёсанного камня, а вот дверь не впечатляла. Не ворота, не изящная кованая решетка, а банальная деревянная дверка, даже с узором в углу. Безобразие, одним словом! А если враги ворвутся в город и захотят получить доступ к многовековым знаниям? Интересно, тут вообще бывают беспорядки?

Я негромко постучала. Постояла перед дверью, раздумывая, стоит ли шуметь дальше. Всё-таки почти ночь на дворе, наверно лучше уйти. Когда я уже развернулась, чтобы разочарованно удалиться восвояси, внутри послышалось шарканье и кряхтение. Оба звука постепенно усиливались. Наконец за дверью заскреблись, и она со скрипом отворилась. На пороге стоял тощий старик с крючковатым носом и вздыбленными волосами, аж сиявшими в сумерках первозданной белизной. Зато, в отличие от каноничных хранителей древних тайн, совсем без бороды.

Даже при таком освещении было заметно, что кожа у библиотекаря загорелая, а глаза блестят совсем молодо, несмотря на сгорбленный силуэт и явные трудности с передвижением.

– Хе-хе, – потёр руки старик, – ну что, заходи, ведьма! – и зашаркал обратно в темноту.

– А… э… – только и успела сказать я. Пришлось двинуться следом.

По лестнице мы поднимались до-олго. Не потому, что та была очень уж длинной. Просто дедок еле полз. И молчал, полностью сосредоточившись на процессе передвижения.

Весь верхний этаж на первый взгляд состоял из одной единственной комнаты с высоченными потолками и огромными окнами, расположенными по кругу, но достаточно высоко, так что с пола не выглянуть. Воздух был на удивление свежим, а по стенам ещё ползли последние отблески заката.

Стены загораживали массивные шкафы, но я бы не сказала, что они прямо ломились от книг. Да, томов, томиков и тубусов, в которых, наверное, лежали свитки, было весьма много. Но и свободных мест хватало. Кое-где книги лежали на полках плашмя, некоторые шкафы и вовсе почти пустовали. В центральной – самой светлой – части комнаты, стояли четыре длинных массивных стола, окруженные резными стульями с высокими спинками. Я задумчиво провела пальцами по отполированному тёмному дереву. Да уж, красиво, но неуютно.

– Твой новый дом, – сказал дед, широко обводя рукой помещение.

– А где тут мне можно будет спать? – растерянно спросила я. Не на столе ведь, правда? Библиотека оказалась совсем не такой как я ожидала. С одной стороны, она была гораздо более просторной и светлой, чем изначально представлялось, с другой – совершенно не приспособленной для повседневного быта, что в общем-то и логично.

А удобства, простите, тут имеются? Самые простые, я имею в виду. Впрочем, мыться хотелось бы тоже не только в ближайшей реке.

– Как это, где? – старик хитро уставился на меня и замолчал. Пауза затягивалась. Я начала краснеть. Его многозначительный взгляд вдохновлял на то, чтобы провалиться сквозь землю прямо тут, не сходя с места.

– Да ладно, – наконец расхохотался он, вдоволь налюбовавшись моим замешательством, – сейчас покажу тебе комнату. Не смог удержаться от шутки, не обижайся уж на старика.

Оказалось, что башня вовсе не круглая, как казалось с фасада. В дальней стене обнаружилась почти незаметная, под цвет стены, дверь. Она вела в маленькую, скромно обустроенную комнату. Зато размеры окна впечатляли. Несмотря на то, что вид из него составляли крыши и переулки, света хватало за счет того, что башня доминировала над другими постройками.

Обстановка ограничивалась узкой кроватью, шкафчиком из шершавых досок и простым трёхногим табуретом. Зато высота и ширина подоконника вполне позволяли уютно устроиться на нём, рассматривая город. Да и потолки не ужасали высотой, в отличие от основного зала: метра два с половиной, не больше. При желании можно рукой дотронуться.

Интересно, что там, надо мной? Ещё комната, подниматься в которую нужно по стремянке? Или тайники, полные загадок?

На кровати лежала мягкая серая шкура неизвестного мне зверя. Видимо, вместо одеяла. Под неё сразу хотелось забраться, не думая больше ни о каких проблемах. Желание сбегать за котом и остаться тут насовсем, прямо этой же ночью, стало почти нестерпимым. Только сейчас я поняла, насколько устала от постоянного досужего внимания малознакомых людей. А в библиотеке царила лёгкая отстраненность. Казалось – хоть днями напролёт сиди в своей каморке, и никто даже в дверь не постучит.

– Какие у меня будут обязанности? – на всякий случай уточнила я. Повторно обжигаться на ошибочном первом впечатлении не хотелось.

– А что, нужны прям обязанности? – удивился библиотекарь. – Я-то думал, ты здесь будешь основной своей работой заниматься.

– Я на всякий случай уточняю, – призналась я. – Вдруг есть какие-то дополнительные условия, а меня не предупредили? И ещё у меня с собой будет котик, это ничего? – и на всякий случай добавила громко и уверенно: – Фамильяр!

– Котик – это ведь такой маленький зверь, который ловит и ест мышей, правильно? – заинтересовался мой новый арендодатель.

– Н-ну, наверно ест, – задумчиво протянула я, некстати вспомнив, что ничего, кроме большой миски молока и варёной репки, перед моим уходом Рыжик (тьфу, Коттабыч!) сегодня не получил. Такими темпами он начнет и на что-то покрупнее охотиться. Например, на меня.

– Замечательно! – восхитился дед. – Это же то, что нужно! А то мне самому за ними приходится гоняться. А годы уже не те, ох, не те!

Я попробовала представить героическую картину погони и удивилась, почему мыши до сих пор не сожрали тут всё, включая шкафы и стулья. Но от души отлегло. Котище придётся здесь очень к месту. Надеюсь, что он будет стараться, всё-таки с улицы взят и наверняка умеет добывать пропитание. Вряд ли он очень быстро обленится от домашней сытой жизни. Да и само наличие кота, скорее всего, заставит грызунов вести себя осторожнее.

Тот факт, что будущее жилище кишит мелкими вредителями, восторга, безусловно, не вызывал, но я успела морально подготовиться к подобным сюрпризам. То ли бесо-гуси меня так закалили, то ли понимание того, что новая реальность – почти средневековье. Не шастают по улицам «чумные доктора», не полыхают костры инквизиции, и спасибо.

– А во сколько закрывается библиотека? – спросила я.

– Закрывается? – удивился смотритель. – Да ни во сколько… я всегда здесь: приходи да читай. Но, как видишь, желающих немного. Да и за свечи посетителям платить не с руки. Упыряки, правда, иногда заходят хроники всякие полистать. Смеются. Это видать для них что-то вроде жизнеописания.

У меня по спине пробежал холодок. Спокойно спать, когда прямо за дверью бродят и хихикают припозднившиеся упыряки…бр-р. Хотя, деда-то они вот не трогают. Я решила отложить обсуждение кровопийц на потом, занявшись более насущными вопросами.

– То есть мы с котиком можем прямо сегодня к вам сюда перебраться? Не разбудим? Мне часа два нужно на сборы.

– Да приходите в любое время! – махнул рукой старик, – Я мало сплю.

– Спасибо!!! – я искренне обрадовалась и только сейчас поняла, что не знаю, как называть своего благодетеля. – Как мне можно к вам обращаться?

– Фелбс. Перед тобой старина Фелбс. Ну, или просто – дедушка, – старик тепло заулыбался, но хитринка из взгляда так никуда и не делась.

Я представилась и помчалась собираться. Хотелось решить все насущные проблемы за один день, завтра проснуться в новом месте, с новыми надеждами, новыми силами и без демонических птиц за порогом.

Хотя нет, кого я обманываю? Больше всего на свете мне хотелось бы оказаться дома. Чёрт с ним, волшебным новым миром, полным подменышей, бесов и бог знает, кого ещё…

Как там родители? Извелись уже наверняка…

Почувствовав, что глаза снова предательски защипало, я сжала зубы и перешла на бег. В таком темпе плакать совсем не с руки.

* * *

Свернув на очередную улочку, я поняла, что до полной темноты сбегать туда-обратно, да ещё прихватить нужные вещи не успею. Солнце уже ушло за горизонт и лишь едва золотило тонкие облака. Ледяной весенний воздух, напоенный запахом древесного дыма и новыми надеждами, заставлял кожу покрываться мурашками. Я зябко поёжилась, некстати припомнив тёплые объятия Хина, мысленно послала на голову мошенника все кары небесные и, отдуваясь, припустила к дому Акимовны.

Меня встретила решительная и какая-то взбудораженная Марыся. Она явно мерила общую комнату шагами всё время, пока я договаривалась о новом жилье.

– Ты завтра уходишь, – скорее утверждая, чем спрашивая, начала она.

– Вообще-то, уже сегодня, – устало вздохнула я. – Спасибо тебе огромное за всё. Я постараюсь отплатить добром, как только устроюсь.

– Ты можешь отплатить прямо сейчас. Забери меня с собой, – девушка уставилась на меня огромными серыми глазами. Я только сейчас обратила внимание, что под ними залегли большие круги, а в уголках уже появились первые морщинки. Что за ерунда? Ей ведь нет ещё и двадцати! Или есть?

– Слушай… – оторопело начала я.

– Подожди. Прежде чем отказываться, дай мне сказать. Ты ведь ещё ни с кем здесь толком не знакома, люди к тебе сходу не потянутся. Наши местные бабушки тоже побредут к тебе на поклон далеко не сразу, всё будут надеяться, что вернешься. Я слышала их разговоры. А я делаю кружева! Некоторые богачки из центра – мои постоянные заказчицы. И денежка на первое время, и знакомства! А ещё я могу работу по дому делать – готовить там и всё такое. Убирать, стирать. Волшебникам ведь не по чину такими вещами заниматься, а? Я не буду тебе помехой, только позволь пойти с тобой. Вы же, мастера магических дел, всё больше за книгами да за травами сидите. А коли одежда прохудится, кто починит?

Марыся замолкла и в ожидании уставилась на меня. Я заметила, что она до белых костяшек сцепила пальцы, опасаясь отрицательного ответа. Крепко же ей припекло сбежать от Акимовны! Впрочем, девушку можно понять. Я вот и недели не продержалась. Даже если бы не «совет» более опытных чародеев, я бы скорее всего постаралась убраться из гостеприимного омута бабулиной «заботы» поскорее.

А ещё я, оказывается, совсем забыла уточнить у Фелбса, где предполагается готовить пищу и будет ли вообще в башне такая возможность. Вряд ли допустимо работать с огнем в здании, где хранятся книги. Хотя, может быть, на первом ярусе есть кухня?

Интересно, как библиотекарь отнесется к появлению двух девиц вместо одной? Выглядит-то он добрым. Но мир Лимба, кажется, всеми силами пытается отучить меня доверять первому впечатлению.