Текст книги "Дитя Меконга (СИ)"

Автор книги: Алена Сереброва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

Глава 14

Бассейн преобразился.

Пока Тонг помогал на факультете, здесь перекрыли свободный доступ к внутренним комнатам и украсили бортики с волногасителями зеленью и цветами, сделав намёк на естественный водоём. Даже листья лотоса принесли, пустив их в воду в компанию к получившим свои хвосты пловцам, отмечает замерший у самого выхода Тонг.

Ним, кажется, эта заминка не приходит по вкусу, потому как она уверенно огибает его, направляясь к ведущим с трибун вниз ступеням.

Тонг отмирает, стоит ей спуститься всего на несколько шагов, и спешит догнать, пристраиваясь позади, будто телохранитель.

Большинство людей сосредоточилось у бассейна, хотя на трибунах тоже хватает зрителей, видимо решивших посмотреть на «русалок» с высоты.

– Может, останемся здесь? – предлагает Тонг, оценивая открывающийся с их места вид.

– Хочу посмотреть ближе, – качнув головой, отказывается Ним и с улыбкой напоминает: – Пи, а как же повод для поддразнивания? Давай найдём Пи Синга. Пожалуйста? Можно?

Ним возвращается на ступеньку вверх, кажется, лишь для того, чтобы сделать жалобный вид и заглянуть в глаза.

«Вот так она из вас верёвки вьёт, да, Пи Нок?» – мелькнувшая в голове мысль вызывает улыбку, но Тонг поджимает губы, не позволяя ей появиться. Однако в конце концов с просьбой Ним соглашается:

– Идём.

– Спасибо, Пи!

Ним разворачивается так быстро, что высокий хвост едва ощутимо хлещет воздух.

Мгновение и она уже сбегает, бодро стуча невысокими каблучками по ступеням, и этот звук вплетается в окружающий шум, будто был тут всегда.

Следуя за Ним, Тонг переводит взгляд на бассейн, где в воде, подныривая под волногасители, хаотично плавают те, кто не успел сбежать от Ная. Яркие хвосты делают их похожими на разноцветных рыбок. И чем ближе они подходят к бассейну, тем больше становятся «рыбки».

– Пи, посмотри как красиво!

Ним становится похожей на маленькую восторженную девочку. Такое же выражение лица было у Пла, когда ей подарили долгожданный двухколёсный велосипед.

– Это фантастично, – шепчет Ним, продолжая блуждать глазами по плавающим фигурам. – И ощущается совсем не так, как в аквариумах.

Кто-то подплывает к бортикам, чтобы поздороваться с такими же восторженными, как и Ним, школьницами или заглянувшими на огонёк студентками, кто-то выныривает, забираясь на противоположный бортик, чтобы передохнуть. – Настоящая лагуна…

– Я же просил не приходить, – вынырнув из воды рядом с бортиком, ворчит Синг и стоящая совсем рядом Ним прыскает в кулак. Тонг, впрочем, с ней согласен. Плавательные очки с ярко рыжим, как всполох пламени, хвостом совсем не сочетаются и портят всю сказочность образа. Похоже, уговорить Синга отказаться от них оказалось делом непосильным, и Най сдался.

– Прости, Пи, мне было слишком интересно посмотреть, – кается Ним, на мгновение складывая ладони в вае и тут же пряча их за спину, чтобы в следующий момент волне искренне протянуть: – Так красиво…

– Ну, если красиво, тогда смотри, – расплывается в улыбке Синг и, ухватившись за бортик под зеленью, чуть разворачивается, демонстрируя хвост и искусственный плавник. – Хорош, а? Давай к нам, Тонг. Окунись и охладись. Кто-нибудь точно одолжит тебе хвост.

– Спасибо, воздержусь, – смеётся Тонг, подобно Ним пряча руки за спиной. – Пи Нок скоро должен прийти.

Тонг оглядывается в сторону выхода, и именно этот момент выбирает Синг, чтобы плеснуть в них водой.

Ним с тихим писком отскакивает, стуча каблучками по полу, а Тонг чувствует, как в ботинках, которые приняли на себя большую часть воды, становится сыро. Не смертельное, но неприятное чувство, тем более кажется, будто Синг целился именно в его сторону.

– Мне тебя притопить, русалочка?

– Вам придётся спуститься в воду, принц, – насмешливо отзывается Синг, отталкиваясь от бортика и ложась на спину. Для полноты картины он ещё и руки за голову закладывает, позволяя всем желающим рассмотреть не только крепкие мышцы живота и то, с какой лёгкостью он держится на воде, но и хвост. Будто хвастаясь. – Рискнёте, Ваше Высочество?

– В ближайшую неделю ужин готовишь сам, понял меня? – с колкой усмешкой отзывается Тонг, и Синг тут же уходит под воду, под испуганный писк Ним.

Разворачивается в ней он, впрочем, тоже с невероятной лёгкостью, а на поверхность выныривает уже снова у бортика, задирая голову вверх, будто в попытке заглянуть в глаза.

«Позёр» – хмыкает Тонг, выгибая бровь в ответ на жалобный взгляд друга.

– Ты ведь это не серьёзно, да? Ты ведь не оставишь меня голодать целую неделю? Ты не можешь быть таким жестоким…

Появившаяся в голосе Синга плаксивость заставляет Тонга закатить глаза и вздохнуть.

– Пи-и-и, – тянет Ним и смотрит, кажется, ещё более жалостно, чем только что смотрел Синг, и вместе с тем осуждающе, будто он тут маленького щеночка без еды оставить хочет.

– Не ведись на его жалобные взгляды, Нонг Ним. Он вполне может заварить лапшу или купить ужин. Голодным не останется.

– Но ты готовишь вкуснее, – тут же парирует Синг. – Честно вкуснее. Нонг Ним, знала бы ты, как он умеет готовить.

– Хватит, – ворчит Тонг, хотя внутри разливается приятное тепло, будто его только что погладили по голове, а так и рвущуюся на губы улыбку едва удаётся подавить. Улыбнись он сейчас и Синг, почувствовав слабину, не отстанет, пока он не согласится готовить.

– Пи, ты умеешь готовить?

– Умеет, – замечают из-за спины голосом Нока и Тонг цепенеет. – У его родителей ресторан в Паттайе.

– Кхун Нок.

– Пи!

Два голоса звучат почти одновременно, а Тонг, отмерев, медленно оборачивается, чтобы взглянуть в лицо Ноку и внезапно встречает прямой взгляд.

* * *

– Кхун Нок?

Голос Кома разрушает сгустившуюся вокруг них тишину. Тонг смаргивает, прерывая тем самым зрительный контакт, да и Нок отворачивается, переключая своё внимание на внезапно появившегося Кома.

Досада разливается внутри Тонга и слегка кислит на корне языка, хотя он должен был испытать облегчение. И благодарность за то, что Ком разрушил это странно повисшее молчание за него.

Тонг оборачивается, чтобы увидеть опускаемые после приветственного вая руки. Ком, как всегда, сосредоточен и спокоен. Даже тень улыбки не трогает его губы.

– Вы с сестрой пришли посмотреть на шоу, Кхун Нок?

Ним сейчас выглядит совершенно иначе, чем буквально несколько минут назад: собранная, тихая, будто черепашка, спрятавшаяся в свой панцирь, и Тонг удивляется, насколько, оказывается, она была открыта перед ними там, в столовой и позже.

– Здравствуйте, Пи.

– Не только мы, – Нок улыбается, кивая на толпящихся школьниц с другой стороны бассейна, там, где места у бортика гораздо больше.

– Могу я чем-то помочь? Если вы хотите, могу организовать вам экскурсию по университету.

Тонг оборачивается к неожиданно притихшему Сингу, ожидая обнаружить пустоту, но друг всё ещё на месте, лишь притаился у украшенного зеленью бортика, будто в надежде там спрятаться.

Словно в подтверждение его подозрений, Синг прикладывает палец к губам и уходит под воду ещё больше, так что из-за зелени становятся видна лишь макушка.

– Нонг Тонг.

– Да?..

Тонг оборачивается, понимая, что, кажется, пропустил часть разговора, как и перестановку. Он даже не заметил, как Ним не только перебралась поближе к Ноку, но и спряталась за его спиной, теперь поглядывая на всё происходящее из-за его плеча.

– Раз уж ты здесь и, похоже, свободен, возьми у кого-нибудь из старших хвост и поучаствуй.

– Эй! – Синг выныривает из воды по плечи, привлекая к себе внимание и не давая Тонгу даже рта раскрыть. – Он работал на стенде факультета и только недавно закончил. Имей совесть, Пи. Он с самого утра там был.

– Что ты здесь делаешь? – Ком складывает руки на груди, становясь более внушительным.

– Плаваю? – Синг дурашливо улыбается, разводя руками. Будто грозный вид Кома его совсем не пугает. – Вот, приплыл справедливость сохранить. Вовремя я да, Тонг?

– Вовремя, – соглашается Нок и теперь уже Ком не успевает высказаться, хотя весь его вид говорит – собирался. А вот Ним смелеет, уже не только выглядывая из-за плеча Нока, но и немного выходя из-за его спины. – Нонг Тонг проводил экскурсию для Ним, так что можешь не беспокоиться на счёт этого, Нонг Ком. Я сегодня здесь не как спонсор, а как гость и просто Пи. Однако…

Тишина на несколько секунд сгущается вокруг них. Даже голоса людей будто бы становятся глуше.

– Я хотел бы попросить, чтобы Нонг Синг присмотрел немного за моей сестрой.

– Пи!

Вся напускная серьёзность слетает с Ним, словно шелуха, и она снова становится той девчонкой с которой Тонг уже успел познакомиться. И снова вызывает улыбку.

– Мне просто нужно поговорить с Нонгом, Ним. Потом мы поедим то, что тебе захочется, хорошо?

– Да, Пи.

– Да не кусаюсь я, чего ты нос повесила… – тихо и как-то расстроено бормочет Синг, но никто не обращает на него внимание. Только Тонг на мгновение оборачивается, чтобы убедиться – друг действительно удручён.

– Нонг Ком, могу я воспользоваться вашей клубной комнатой?

– Да. Идёмте…

– Я помню, где она находится, спасибо. Нонг Тонг?

Удивление вспыхивает и гаснет внутри Тонга, стоит ему встретиться взглядом с Ноком. На языке так и вертится вопрос: «Вы хотите поговорить со мной?», однако с губ так и не срывается.

– Идём, поговорим.

Нок кивает в сторону едва заметного прохода в ограждении. Видимо именно оттуда пришёл к ним Ком.

– Нонг Синг, оставляю Ним на тебя. Не позволяй ей скучать.

* * *

Тонг ёжится, переступая порог пустой сейчас раздевалки вслед за Ноком.

Тишина тут же ложится на плечи тонким покрывалом, приглушая голоса оставшихся позади людей и порождая странное напряжение. Оно словно сгущается в воздухе и множится от молчания Нока.

«И как мне себя вести с ним?»

Всё недавнее дружелюбие может быть лишь маской и игрой на публику, однако, сейчас и здесь они одни. И от этой мысли становится не по себе.

«Разве есть моя вина в том, что я просто хочу понять, что происходит в моей жизни?» – глядя в спину замершему в нескольких шагах от него Ноку, вновь задаёт себе вопрос Тонг. Тот самый, что уже один раз поддержал его и вдохнул уверенность.

– Кхун Нок, о чём вы хотели поговорить? – всё-таки спрашивает Тонг, нарушая тишину. – Кхун Нок?

Нок наконец-то отмирает, будто только сейчас вообще вспомнил о его присутствии, и оборачивается: странно медленно и как-то деревянно.

– Сколько раз мне просить тебя называть меня «Пи»? Или стоит воспользоваться правом старшего и приказать?

Нок щурится, и от этого прямого недовольного взгляда становится стыдно. Действительно просил. Тонг даже принял просьбу, но сейчас…

– Простите… Пи, – выдыхает он и замирает, когда Нок внезапно делает шаг, сокращая расстояние между ними. Лёгшая на макушку ладонь лишь добавляет Тонгу растерянности.

– Умница, – тянет Нок с усмешкой, ероша волосы. Будто собаку треплет за ухом.

– Пи!

Тонг выворачивается из-под наглой ладони, отступая на шаг и принимаясь приводить волосы в условный порядок. Нока это, похоже, только веселит, потому как улыбается он довольно, едва ли не сыто.

– Пи, вы взрослый человек, да и я не ребёнок, чтобы вы так поступали…

– Ну да, взрослый… Успел забыть, что мне уже тридцать три… Спасибо, что напомнил, Нонг Тонг.

Улыбка пропадает с губ Нока, будто её там и не было, и вместо неё появляется усмешка: острая, горьковато-колкая, но направленная словно вовнутрь.

– Тридцать три?..

Тонг замирает, забывая и о растрёпанных прядях и о лёгкой обиде на чужое веселье.

– Ну да, – пожав плечами, Нок поправляет ремень сумки и всё та же горько-колкая усмешка на мгновение снова мелькает на губах. – Слишком стар? Продолжишь называть меня «Кхун»?

– Нет. Просто… Я думал вам гораздо меньше. Максимум тридцать…

– С чего вдруг?

В тёмных глазах зажигается неподдельное любопытство и от этого огонька Тонгу отчего-то становится легче.

– Посчитал?

– Плохо с математикой? – поддевает Нок: мягко и по-доброму и, не успевает Тонг даже показательно обидеться, идёт на попятную: – Прости. Я позже поступил в университет. Не хочу об этом говорить сейчас. Давай лучше…

Тонг с любопытством смотрит, как Нок копается в небольшой наплечной сумке и недоуменно приподнимает брови, когда тот протягивает ему несколько тетрадей.

– Возьми. Пусть ты и использовал их как предлог войти в мой дом, однако… Они всё равно могут пригодиться тебе в этом году.

Тонг замирает, не решаясь взять из рук Нока протянутые конспекты. Неуверенность и неприятное напряжение возвращаются, тяжестью оседая на плечи, и исчезают от одного прикосновения.

Нок сам вкладывает в его руки тетради с конспектами.

– Держи. Пригодятся. Скажешь потом, какие предметы выберешь на следующем курсе. Поищу конспекты и по ним.

– Вы… Не сердитесь, Пи?..

Тишина вновь заполняет небольшую раздевалку, но она больше не давит на плечи.

– Тётушка Нэн мне всё рассказала.

– Всё?..

«Что именно входит в это самое „всё“, Пи Нок?..»

– И даже про то, как ты точно описал крышечку от её любимого шампуня, – усмехается Нок, но как-то по-доброму. – Кстати, каким образом ты это сделал?

Сердце у Тонга в груди вздрагивает, а пальцы впиваются в конспекты, так что рискуют помять их.

– Я просто… – Тонгу хочется облизнуть пересохшие губы или хотя бы поджать их, но он лишь продолжает говорить, мешая правду с ложью и невольно отводя взгляд: – Запах просто показался знакомым, наверное, кто-то подобным пользовался, вот и вспомнил…

– И больше ничего?

– И больше ничего, – на этот раз Тонг смотрит прямо, желая тем самым поставить точку в этом разговоре. Он понятия не имеет, сколько на самом деле рассказала Ноку тётушка Нэн и проверять не собирается. – Простите, Пи, не могли бы вы подвинуться? Мне нужно убрать конспекты, а вы как раз стоите рядом с моим шкафчиком.

Тонг делает шаг вперёд, и Нок отступает, давая ему пространство.

– Как насчёт поужинать с нами, Нонг Тонг? – предлагать Нок, стоит только дверце шкафчика оказаться закрытой. – Я угощу тебя, в знак извинения. И Нонг Синга, разумеется. Он ведь твой близкий друг?

– Друг, – то ли соглашается, то ли просто повторяет Тонг. – Только шоу вряд ли скоро закончится. Может быть в следующий раз, Пи?

– Как тебе будет угодно, Нонг Тонг, – с улыбкой соглашается Нок. – Просто не забывай, что я должен тебе ужин, хорошо?

– Вы такой… – Тонг заминается, не зная как правильно охарактеризовать упрямство и не всегда соответствующей возрасту поведение Нока, но тот приходит на помощь, внезапно напоминая ему Синга:

– Молодой? Общение со всеми вами делает меня моложе…

– Невыносимый, – припечатывает Тонг, на мгновение переставая бояться чужой реакции. – Невыносимый, Пи.

«А ещё упрямый» – добавляет он уже мысленно.

– Эй! Не забывай, что я твой Пи.

– Вы мне об этом постоянно напоминаете, Пи Кхун Нок. Тут не забудешь.

– Спасибо, – внезапно говорит Нок, вместо того, чтобы разозлиться на непочтительность, и Тонг теряется. – Спасибо за всё.

* * *

«Так что же ему всё-таки рассказала тётушка Нэн?.. – в который раз задаётся вопросом Тонг, бездумно наматывая на вилку лапшу и снова позволяя ей соскользнуть обратно в тарелку. – Что такого, что Пи не только решил поговорить, но и поблагодарил?..»

– Тонг? Эй, Тонг!

Тонг вздрагивает, когда его пинают под столом, и поднимает взгляд на недовольного Синга.

– Ешь, пока не остыло. Чего завис?

– Задумался, прости…

В очередной раз подцепив лапшу вилкой, Тонг наконец-то перекладывает её в ложку, прежде чем отправить в рот.

– Сначала ешь, потом думай. Я понимаю, что ты умный, но давай будешь заниматься этим на сытый желудок, – ворчит Синг и тут же выходит из образа заботливого друга: – Или, если в следующий раз захочешь подумать, отдай сначала еду мне, чтобы она не остыла.

– Проглот.

– А-то ты не знал.

Усмехнувшись, Тонг качает головой. Однако он благодарен другу за то, что тот отвлёк его от мыслей. Ответа на крутящийся в голове вопрос он всё равно не найдёт. Сколько не думай.

– Спасибо.

– Вместо того чтобы благодарить, не знаю, правда, за что, но ладно. Так вот… Скажи лучше, – Синг дожидается, пока Тонг прожует и заканчивает: – Тебе нравится сестра Кхун Нока?

– Чего? – если бы во рту Тонга была еда, он бы непременно подавился.

– Нонг Ним, – как маленькому, медленно повторяет Синг, откладывая столовые приборы. В отличие от Тонга, он свою порцию лапши с курицей уже подъел. – Ты получил её лайн.

– Ты тоже, – напоминает Тонг, возвращаясь к ужину.

– Тебе она дала его сама, а мне просить пришлось. Это не одно и то же.

– Мы вроде бы говорили, что не стоит лезть к Нонг Ним, – напоминает Тонг прищурившись. Есть остывшую лапшу не особо приятно, и он выбирает оставшиеся в ней кусочки курицы, прежде чем отодвинуть тарелку.

– Ты просто скажи, нравится или нет. Трудно, что ли? – Синг подаётся вперёд, опираясь локтями на стол, будто ответ ему действительно очень важен и нужен.

– Да, – спокойно признаётся Тонг, с интересом глядя на то, как меняется в лице друг. – Она милая забавная и решительная девушка. Думаю, моему факультету повезёт, если она не передумает и поступит сюда.

– Да ну тебя! – Синг морщится. – Я про другое. Как девушка. Как девушка она тебе нравится?

– Си-и-инг, – тянет Тонг хмурясь. – Она несовершеннолетняя и к тому же сестра Пи Нока.

– Я так понимаю, это значит «нет»?

– Синг.

– Кстати, «Пи Нок»? Серьёзно? Смотрю, ты с ним сблизился.

– Пи Най тоже его так называет.

– Спорим, что Пи Най не бывал у Кхун Нока дома? – насмешливо щурится Синг, поднимаясь из-за стола. – Просто признай, что вы подружились.

– Просто иди мыть посуду, – ворчит Тонг, утыкаясь в мобильник, однако не спеша заходить ни в один из чатов лайна. Соприкасаться с делами факультета или клуба совсем не хочется.

– Это и собирался сделать, Кхун Ча-а-ай, – насмешливо тянет Синг, собирая тарелки в стопку и подхватывая приборы.

Новое сообщение, как и новый чат, появляется в тот момент, когда Тонг собирается заблокировать телефон и привлекает внимание именем отправителя.

Ним.

Тонг щёлкает по сообщению, прежде чем успевает подумать, и замирает.

«Пи Тонг, помоги, Пи пропал!»

Сердце пропускает удар, проваливаясь по ощущениям куда-то к желудку, а пальцы уже набирают ответ, когда сам Тонг поднимается из-за стола:

«Что случилось? Вы где?»

«Мы ужинали, и Пи вышел ненадолго… Его всё ещё нет, а телефон не отвечает. Я боюсь за брата, Пи. Ты можешь приехать? Пожалуйста?»

«Где ты?»

– Эй, ты куда⁈

Синг возвращается в комнату в тот момент, когда Тонг уже обувается, засовывая босые ноги в кроссовки. О том, что нужно бы переодеть домашние шорты, он даже не задумывается. В голове, будто счётчик появляется, отсчитывая время и подгоняя.

Тик-так.

– Ним написала. Сказала, что Пи Нок пропал. Нужно съездить, успокоить её, – скороговоркой поясняет Тонг, заканчивая с кроссовками и поднимаясь.

– Возьми ключи от машины.

– А?

– Ключи от машины бери, говорю. Я с тобой.

Синг уже и сам обувается, напоследок приглаживая волосы.

– Не тормози, Тонг. Если что-то действительно случилось, то нужно поторопиться.

«Тик-так» – соглашается с Сингом что-то внутри и Тонг, подхватив с полочки у выхода ключи от машины, выскакивает за порог. Спорить с другом не хочется. Хочет, пусть едет.

– А если всё в порядке, то просто купим на обратном пути что-нибудь к завтраку, – заканчивает Синг, выскакивая следом и захлопывая дверь. – Всё тебе утром не готовить.

– Проглот, – коротко хмыкает Тонг и странный узел в груди немного ослабевает.

Глава 15

Ночной рынок встречает их светом множества гирлянд и лампочек, смесью запахов и шумом голосов. Тонг уверенно ныряет в людской поток, то поглядывая на экран мобильника в руке, то вокруг, выискивая среди рядов из палаток и навесов цель.

– Эй! Тонг, притормози, я не успеваю, – Синг ловит его за локоть, заставляя замедлиться и обернуться. – Не беги так. Рискуешь пробежать мимо.

«Не пробегу, – хочется сказать Тонгу, но он лишь сильнее сжимает в руке мобильник и оглядывается, пристальней вглядываясь в окружение. Ним больше ничего не писала. Как сказала, где её можно найти, так и замолчала, и от этого молчания всё внутри Тонга напряжённо сжимается. – Он ещё не вернулся?..»

Тонг предпочёл бы ехать напрасно. Только бы Ним написала на полпути о том, что зря их вытащила из дома. Или даже сейчас. Вот прямо сейчас бы написала, что всё в порядке и она извиняется. Только мобильник остаётся глух к его желаниям, а экран темён.

– Туда, – командует Тонг, завидев нужную им вывеску в соседнем ряду слева.

Он успевает сделать лишь шаг, когда пальцы Синга снова сжимаются на локте, останавливая и вынуждая обернуться.

– Ты там не пройдёшь, придётся слишком долго обходить. Лучше вернуться и свернуть в другом месте. Идём, покажу. Ну же, идём!

Вслед за Сингом Тонг проскакивает мимо пары иностранцев, выискивая проход и действительно находя. Даже в начало ряда возвращаться не приходится.

Здесь аппетитные запахи становятся ещё сильнее, отчего желудок даёт о себе знать, напоминая, что ужин Тонг не доел даже наполовину. Однако настроения где-то останавливаться, чтобы перекусить, нет, как и времени.

– Вон там. Справа. Второй от нас столик. Видишь?

Тонг видит.

Ним сидит одна, сжав в пальцах мобильник: одинокая потерянная девочка. Даже наличие тарелок с едой и двух стаканов с напитками не делают картину мягче. А снующие туда-сюда люди и вовсе сгущают краски, делая Ним ещё более потерянной и несчастной.

– Ним, – тихо зовёт он, убрав мобильник в карман и присаживаясь напротив.

– Как ты? – дополняет Синг, занимая соседнее место.

– Он до сих пор не вернулся…

В дрожащем голосе стоят слёзы, однако в покрасневших глазах их нет. Быть может, они уже пролились, а может, застряли внутри неприятным тяжёлым комом. Почти таким, как тот, что стоит сейчас в горле самого Тонга.

– Не переживай, Нонг Ним, – Синг накрывает её подрагивающие пальцы ладонью, заставляя поднять на себя взгляд. – Кхун Нок вернётся. Обязательно.

Тонг готов поддержать друга, однако больше он согласен со словами, что срываются с губ Ним:

– Когда? Пи, я жду уже час… Я ела, пыталась дозвониться, даже вы уже приехали, а он…

Ним обнимает себя за плечи, не выпуская, впрочем, мобильника из рук. Будто если выпустит, то потеряет опору.

Тонг же цепляется за кольцо, сжимая на его ребристых боках пальцы и прокручивая.

– Расскажи подробней, что случилось?

Он старается говорить спокойно и мягко. У Ним и так губы дрожат, будто она сейчас всё-таки расплачется.

– Выпей и расскажи.

Тонг пододвигает к Ним один из стаканчиков, терпеливо дожидаясь пока она сделает глоток и начнёт говорить.

– Это я затащила сюда брата. Попросила заехать, чтобы перекусить. Именно сюда, потому что мне здесь суп с вонтонами нравится. Могла бы и без него обойтись, глупая…

Тонг снова проворачивает кольцо на пальце, едва заметно притопывая в нетерпении ногой. Синг даже толкает его под столом коленом и строит недовольную рожу. Однако это мало чем помогает. Собраться, правда, удаётся.

– Ним, дальше, пожалуйста.

– Ему кто-то позвонил. Не знаю… Брат сначала странно удивился, я так понимаю, решил, что ошиблись, а потом прислушался и… Ушёл. Сказал, что найдёт место потише, поговорит и тут же вернётся. И… Не вернулся. Я ему звонила и писала, но… Он не ответил ни разу и сообщения не читает…

Тонг снова проворачивает кольцо на пальце, однако сказать ничего не успевает, Синг делает это за него.

– А телефон был доступен? Может он просто всё ещё говорит?

– Нет. В смысле, да. Звонок нормально шёл, просто брат на него не отвечал. Просто…

«Просто не отвечал…» – соглашается Тонг. Он и сам набирал номер, пока они ехали сюда. Несколько раз звонок сбивался, несколько оставался без ответа. С кем бы Нок ни говорил, когда ушёл, но тот звонок он закончил.

«А если…»

В памяти всплывает преследовавший Нока человек в чёрном и внутри всё сжимается.

«Не думай. Это было всего один раз. Только раз…»

Словно издеваясь, память подбрасывает тёмную фигуру в тени дерева, а затем и на улочке в университете.

Тонг царапает ногтем ребристую поверхность кольца и едва замечает, когда задевает и кожу рядом, оставляя на ней красноватый след.

– В какую сторону он пошёл, Ним?

– Я не…

Тонг ловит Ним за вновь положенные на стол руки, почти как сделал это Синг в самом начале, только сжимает куда как ощутимей, заставляя посмотреть на себя.

– Ним, вспомни, в какую сторону пошёл Пи Нок.

– Я думаю к выходу… Там же тише…

– Ним, – повторяет Тонг, снова ловя взгляд тёмных глаз. – Сосредоточься и вспомни. Закрой глаза и представь. Вот ты сидишь на своём месте, напротив тебя сидит Пи Нок. Ему звонят, он поднимается, обещает скоро вернуться, затем разворачивается и…

Ним хмурится, сильнее зажмуриваясь и закусывая губу, будто так легче представлять.

– В. Какую. Сторону. Он. Пошёл.

– Туда, – вырвав руку из цепких пальцев Тонга, Ним уверенно показывает направление. Противоположное тому, откуда они пришли.

Тонг вспоминает, что, кажется, с той стороны река подбирается ближе всего и места гораздо менее людные.

– Я схожу, посмотрю.

Он подрывается, будто получил отмашку на старт.

– Я с тобой!

Голос Ним звучит так громко и звонко, что несколько человек оборачиваются в их сторону, вынуждая извиняться, а саму Ним втягивать голову в плечи, будто черепашка.

Желания спорить у Тонга не возникает. Он лишь бросает короткое: «Синг, позаботься о ней», и устремляется в указанном направлении.

* * *

Стоит ступить за пределы рынка, как становится гораздо тише и темнее. Чем дальше они отходят от последних палаток, тем тише становится. Тонгу даже кажется, что он может расслышать шуршание воды в клонге где-то неподалеку.

– Тонг, – тихо зовёт Синг сзади. – Ты уверен, что нам именно сюда? По пути мы прошли ещё один выход, и я не думаю…

«Что он бы пошёл сюда» – мысленно заканчивает за друга Тонг.

Глаза постепенно привыкают к темноте, и та отступает, позволяя осмотреться.

Днём даже эта состоящая их невысоких домов с глухими заборами и решётчатыми воротами улочка может быть людной. Сейчас же она выглядит скорее как пристанище призраков.

– Проверьте другой, – тут же предлагает он, так же шёпотом. – Вернитесь обратно и посмотрите там. Если что, позвонишь, и я вас найду.

Тонг не собирается оборачиваться, однако внезапная опустившаяся тишина вынуждает его это сделать.

В добирающемся сюда от рынка свете Синг с Ним выглядят как одна большая чёрная бесформенная фигура. Слишком близко стоят, чтобы воспринимать их по отдельности.

– Что такое, Синг?

Внутри волной поднимается раздражение, однако говорит он всё так же тихо, не желая привлекать к себе внимание, и ровно. Только глаза всё же закатывает, они в такой темноте это всё равно вряд ли увидят.

– Ты действительно собрался идти туда один? В эту темноту?

Ним жмётся к боку Синга, придвигаясь ещё ближе. Будь ситуация другой и Тонга это бы позабавило, однако сейчас на губах не появляется и тени улыбки.

– Ты сам сказал… – начинает Тонг, но замолкает, едва слуха касается странный шум.

На мгновение прижав палец к губам, в надежде, что его жест увидят, Тонг прислушивается.

Не проходит и минуты, как шум повторяется, и ему даже начинает казаться, что он слышит голоса.

– Там кто-то есть, – всё-таки шепчет Тонг, прежде чем развернуться, оставляя Синга с Ним позади и устремляясь к концу короткой пустой улочки.

По мере того, как он приближается, голоса становятся всё отчётливей. Вернее голос. Тихий, вкрадчивый, холодный. Тонг ёжится от пробежавшего по спине холодка и замирает на повороте.

Шаги за спиной приближаются и затихают, давая понять, что Синг с Ним всё-таки пошли следом.

– Теперь вы готовы меня слушать?

В чуть шипящем вопросе, что разрезает тишину, звучит явная и неприкрытая насмешка, несмотря на вежливость слов.

– Что вам от меня нужно? По телефону вы сказали, что можете рассказать о смерти Кхема, о том кто убил его, а в итоге…

Возмущение обрывается шумным вдохом, а сердце Тонга пропускает удар.

Нок.

– Пи…

Испуганный выдох Ним за спиной лишь подтверждает мысли Тонга. Там, за углом дома находится Нок.

– А я и сказал тебе, кто его убил, – продолжает меж тем холодный голос. – Ты. Ты его убил.

Сглотнув сухим горлом, Тонг на мгновение зажмуривается, сжимая пальцы на кольце, будто цепляясь за спасительный якорь.

«Пи убил Кхема?..»

От одной только мысли внутри становится неприятно горько, а тело простреливает болью: острой, жгучей…

«Нет. Он не…»

– Я не убивал его, – звучит больной, отчаянный голос, подтверждая такую же отчаянную мысль Тонга.

Не убивал. Не он.

– Я не хотел… случилось… Лучше бы я… – глотая слова, продолжает Нок, и Тонг на шаг подступает ближе к углу невысокого дома, сжимая пальцы в кулаки.

– Ты прав, – в шипящем голосе сквозит такой холод, что по спине у Тонга ползут мурашки. – Ты и должен был умереть. Только ты. Но ты отделался лишь переломом позвоночника, с которым, как я смотрю, справился.

«Перелом позвоночника?..»

Что-то ворочается в памяти Тонга, но ухватить эту мысль так и не получается, а прикосновение к локтю и вовсе прогоняет её.

– Что происходит? – шепчет Синг напряжённо.

Тонг не отвечает. Вместо этого он осторожно выглядывает из-за угла и замирает.

Нока взгляд находит моментально: фигура рядом с тёмной тенью. Именно так воспринимается тот, кто его удерживает, будто он и не человек вовсе, а злобный призрак.

Желание вмешаться огнём вспыхивает внутри, и этот жар лишь разрастается, когда взгляд выхватывает закованные в чёрные перчатки ладони на обнажённых до локтей, заведённых за спину руках Нока.

«Их двое» – напоминает сознательная часть Тонга, когда тело напружинивается, готовясь в любой момент прийти в движение.

– Ты что-то вообще видишь в этой темноте?

Прозвучавший совсем рядом шёпот Синга едва не срывает с губ Тонга ругательство и оказывается той самой мелочью, что привлекает внимание.

Удерживающая Нока тёмная тень оборачивается и у неё оказывается вполне человеческое лицо.

У него.

И на этот раз на нём нет маски.

Дыхание у Тонга перехватывает, а в ушах начинает противно шипеть.

Он видел это лицо раньше…

* * *

Они снова приходят, когда он остаётся один. Добираются даже до паркового озера, будто точно знают, где искать, и останавливаются напротив: высокие гибкие фигуры, облачённые в классические чёрные брюки и белые рубашки с коротким рукавом.

От них не исходит угрозы, но внутри него всё сжимается, а недавнее спокойствие растворяется, будто и не было.

Оттолкнувшись от металлического ограждения, он отворачивается от водной глади и возвышающихся по ту сторону парка узких высоток. Хочется уйти, однако он прекрасно знает, что если так сделать, то они пойдут за ним.

– Кхун Хемхаенг.

Это обращение горчит на языке и вызывает желание поморщиться. Он просил не называть его так, он не Кхун, он не…