Текст книги "Моя лучшая студентка (СИ)"

Автор книги: Алена Энн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4. Нина

Да уж, зря конечно я надела сегодня теплое пальто, слишком жаркий выдался денек для начала апреля. Расстегнув пуговицы, стянула с шеи шелковый шарф, который мне кстати подарила Лера. Впрочем, о дарителе можно было догадаться сразу по ярко-зеленому цвету шарфика. Подруга считала, что он просто безумно подходит к цвету моих глаз. Я не очень любила эту вещицу, но обидеть Леру вовсе не хотелось, ведь она подарила мне этот шарф на день рождения. Кстати, насчет дня рождения! Осталось совсем немного. В конце этого месяца мне исполнится целых девятнадцать лет! Даже представить боюсь, что в этом году для меня устроит Лерка! В прошлом, например, она отпросила меня у родителей к себе на ночевку, а сама притащила в какой-то ночной клуб. А ведь я говорила ей, что добром это все не закончится. Как в воду глядела! Мой папа позвонил родителям Леры, которые естественно даже знать не знали о нашей липовой ночевке. Как же мне тогда попало! Клянусь, в какой-то момент я даже подумала, что отец меня ударит от ярости. Этого конечно же не произошло, потому что каким бы папа не был, он никогда не поднял бы руку на женщину.

Лера как всегда опаздывала. Что сказать, пунктуальностью она никогда не отличалась. Ну а я продолжала переминаться с ноги на ногу, ощущая себя при этом безумно неловко. Я всегда себя так ощущала в больших скоплениях людей. Почему-то мне казалось, что окружающие смотрят на меня с каким-то осуждением, хотя умом понимала, что это все глупости. Ну кому я нужна? Избавиться от этого навязчивого чувства было не так-то просто… А вот и Лера.

– Ну наконец-то! – поспешила я выразить свое недовольство, едва подруга оказалась в пределах досягаемости. – Ты что так долго?

– Прости, дорогая, на самом деле…

– Ты что сходила без меня?

Знаю, перебивать невежливо, но как я могла смолчать, если на брови этой обманщицы красовалось маленькое золотое колечко, которое она так и норовила потеребить!

– Нин, прости, просто Дэн позвонил так неожиданно, попросил прийти пораньше, у него там какие-то проблемы нарисовались. Я полетела как бешеная, даже тебя предупредить не успела.

– Какой еще Дэн?

– Мастер. Крутой чувак. Хочешь, познакомлю? Он еще и тату набить может. Вдруг захочешь…

– Точно не захочу!

Вот в этом и была вся Лера. Сама взбалмошность и непредсказуемость. Впрочем, это мне в ней и нравилось.

– Ну, Нин, – потупив глазки, залепетала подруга, вновь принявшись теребить проколотую бровь. Я просто не могла спокойно на это смотреть!

– Ну хватит уже! Ты же так инфекцию занесешь!

Лера тут же улыбнулась мне, осознав, что «буря миновала», как она любила выражаться, когда я на нее злилась.

– Ну как, круто? – поиграв бровями, поинтересовалась она.

– Совсем не круто, – скорей из вредности буркнула я в ответ. На самом деле в этом все же что-то было…

– А мне кажется, очень даже круто!

От услышанного голоса у меня сердце замерло, а затем, пропустив пару ударов, пустилось в галоп. Резко крутанувшись, я чуть не врезалась в широкую грудь Андрея Холодова.

– Эй, осторожней, Нина, – улыбнулся он, машинально схватив меня за плечи. По моему несчастному телу разом промчалось стадо мурашек, и я невольно отпрянула от Андрея словно от прокаженного, что он в свою очередь интерпретировал по-своему. – Прости, я напугал тебя?

Я хотела ответить, но язык словно онемел. Хорошо, что в этот момент мне на помощь пришла Лера.

– Спасибо, Андрей! Ну хоть кто-то оценил мой пирсинг!

– Он на самом деле крутой, тебе идет, – улыбнулся он, и я просто растаяла. Боже, какая же красивая у Андрея улыбка! – Девчонки, вы давно здесь гуляете? Может, в кафешку зарулим? Я по делам три часа мотался, голодный как волк. Нина, что думаешь?

О, боже, он что только что пригласил меня в кафе? Нет, это просто какой-то сон, такого не может со мной случиться! Воздуха стало отчаянно не хватать, и я на автомате схватилась за горловину водолазки.

– Нина?

– Я…э… – наконец вернулся ко мне дар речи. – Простите, мне нужно бежать.

Жалко пропищав это, я рванула в противоположную сторону, услышав Лерино: «Прости, Андрюх, но не сегодня». Дура! Ну почему я такая дура? Подруга нагнала меня через несколько секунд. Я уже знала, какой разнос она мне сейчас устроит…

– Нинка, ну ты и дура, – протянула она. А мне и без того было ужасно стыдно. Лицо просто пылало костром. Спрятав его в ладонях, я чуть не разревелась от досады. И ведь действительно дура, ни убавить – ни прибавить.

– Лерка…, – простонала я, не зная, что тут можно сказать.

– Ты зачем это сделала?

– Он мне нравится…

Взглянув на меня как на умалишенную, подруга вдруг расхохоталась.

– Вот дуреха, ну так и ты ему тоже нравишься!

– Что? – теперь настала моя очередь смотреть на подругу как на сумасшедшую. – С чего ты взяла?

Меня аж в дрожь бросило от слов подруги, хотя я прекрасно понимала, что это все глупости.

– А ты разве не видела, как заинтересованно он смотрел на тебя?

– Да как и обычно, не фантазируй, Лерка.

– Ну я же говорю, дуреха! – подытожила она, подхватив меня под руку. – И то, что он в кафе нас позвал тебе тоже ни о чем не говорит?

– Говорит. Конечно говорит. О том, что Андрей был голоден. Впрочем, он об этом так прямо и сказал.

– Да что ж ты упертая такая? – вспылила подруга к моему огромному удивлению. Будто бы я сказала действительно что-то неимоверно глупое. – Почему тебе так сложно поверить, что ты кому-то нравишься?

– Да потому что я не могу никому нравиться!

Я остановилась, выдернув руку из Леркиного захвата. Не знаю почему этот разговор так ужасно разозлил меня. Может потому, что Лера, сама того не понимая, дала мне ложную надежду. Нет, я не хочу этого! Надумывать лишнее, а потом страдать от того, что это не так. А это явно не так. Ну не может такой, как Андрей, заинтересоваться такой, как я.

– Почему ты так думаешь?

И тут меня просто взорвало.

– Да потому что посмотри на меня! Просто посмотри, Лера! Я не выгляжу так, как остальные девчонки! Я некрасивая! Ты сама не устаешь повторять мне об этом!

Лера смотрела удивленно и растерянно, словно не ожидала от меня такой реакции. Может, и не ожидала. Вообще-то обычно я не отличаюсь бурным темпераментом, не знаю какая муха меня сегодня укусила.

– Я никогда тебе не говорила такого, – наконец отойдя от шока выдала она.

– Может и не говорила напрямую, но твои действия очень красноречивы. Ты ведь постоянно пытаешься меня переделать.

– Глупая ты, Нина. Вот потому, что ты красотка, поэтому я и пытаюсь тебя переделать. Если бы ты только понимала, какое сокровище скрывается под этими невзрачными тряпками, – неожиданно Лера схватила меня за рукав пальто и толкнула к одной из зеркальных стен магазина. – Просто отбрось свои комплексы и заморочки и посмотри на себя настоящую, Нина. На точеную фигурку, да она ведь потрясающая, Нин. Ты как маленькая, хрупкая Дюймовочка. Да мужики просто с ума сходят от таких! Посмотри на свои роскошные шоколадные волосы, на милое личико и необычные глаза. Я такого оттенка ни у кого не видела. Но ты не сможешь это разглядеть! Потому что эта фигурка прячется под безразмерным пальто. А эти роскошные волосы заплетены в косу. Свою красоту надо подчеркивать, а ты ее губишь! И я вижу это! Я не пытаюсь тебя обидеть, я просто хочу, чтобы ты увидела то, что вижу я!

Лера смолкла так резко, что тишина вокруг показалась мне звенящей. Я продолжала смотреть на свое отражение, но хоть убей не видела того, что разглядела во мне Лера. Просто она моя подруга, она любит меня. А если любишь человека, то не замечаешь его недостатков. Сил спорить у меня больше не было.

– Хорошо, Лера, как-нибудь прогуляемся по магазинам, и ты мне что-нибудь подберешь.

Не хочу расстраивать подругу, мне приятна ее забота обо мне. Да и в конце концов, даже если и купим мне что-то, я же не обязана буду это носить, верно?

– Ты серьезно? – ошеломленно выдохнула подруга, и я кивнула в ответ. – Тогда никаких «как-нибудь»! Дуем ко мне немедленно! Буду из тебя человека делать!

Глава 5. Нина

– Нин, я в душ на пять минут, приготовь нам пока чего-нибудь перекусить. – сделав невинное лицо, протянула Лерка. Вот хитрая! Готовить подруга, мягко говоря, не любила, поэтому часто просила об этом меня. Ну а мне готовка была совсем не в тягость, я этим, можно сказать, с детства занималась. Когда мне было девять, родители с головой ушли в бизнес. Папа занялся ремонтом бытовой техники и неплохо поднялся на этом. Начиная в каморке три на два метра, буквально за несколько лет он достиг грандиозного успеха. Сейчас в его собственности была целая мастерская и штат в двенадцать мастеров. Мама же изначально вела бухгалтерию, была за секретаря, в общем, помогала всем, чем могла. Ну а я частенько оставалась одна до самого позднего вечера. На мне была большая, по моему детскому мнению, ответственность. Приготовить еду и прибраться в доме к возвращению родителей, сделать уроки и отгладить форму к утру. К десяти годам я умела даже простенький пирог испечь. Если честно, это было непростое для меня время. Хорошо, что продлилось оно недолго. Отладив бизнес как следует, родители стали иметь больше свободного времени. А я за эти два года научилась быть ответственной и самостоятельной в плане быта. В общем, приготовить парочку бутербродов для меня уж точно не составит труда.

Орудовать на кухне Леры мне приходилось не впервые. Вытащив из холодильника все необходимое, я принялась за дело, и спустя десять минут, на тарелке красовалась горка бутербродов с колбасой. Аккуратно повесив фартук на крючок, я развернулась и тут же вскрикнула от неожиданности, вписавшись носом в чью-то грудь. Да что за день-то сегодня такой!

– Ну, привет, любопытная Варвара, – отпрянув назад, я больно врезалась пятой точкой в край столешницы, чуть было не завалившись на нее, но Димка молниеносно вцепился в мои плечи, дернув на себя, чем спас от неминуемого тарелку с нашими бутербродами. Я замерла в его руках и даже дышать перестала. Угольно-черные глаза находились в такой критической близости, что у меня просто мурашки пошли по коже. Глупая! Ну не дьявол же он на самом деле! И чего я так испугалась? – А ты у нас значит, любишь подсматривать? Не ожидал…

Не дававшие мне покоя глаза лукаво сощурились, а губы изогнулись в кривой ухмылке. Вникнув наконец в смысл сказанного, я мгновенно залилась жгучим румянцем.

– Да как ты… да ты! – от его наглости я даже дара речи лишилась. И как он только мог такое подумать! – Я просто услышала, как ты пел знакомую песню, когда вышла попить! Поэтому и остановилась.

– Ах, сколько ярости, сколько экспрессии! – рассмеялся он в ответ. – В тихом омуте черти водятся, да, мышка?

Этот тип таинственным образом будил во мне все самое темное. Вот сейчас, например, мне ужасно хотелось врезать по этому ухмыляющемуся лицу!

– Не называй меня мышкой! – прошипела я, попытавшись освободиться из крепкого захвата. – Единственный чёрт тут – это ты!

Я ожидала чего угодно, но не того, что Димка вдруг отпустит меня. Кажется, он даже не злился на меня за оскорбление. Просто стоял и смотрел как-то по-новому, как-то странно… мне аж не по себе стало. Наконец, пропустив сквозь пальцы такие же черные, как и его глаза, пряди волос, приземлился на стул.

– Так все-таки, почему ты стояла под моей дверью? Про песню не заливай, не думаю, что такое тебе вообще знакомо, – нахально выдал он, закинув ногу на ногу. Бесячий! Какой же он бесячий!

– Какое «такое»? С каких пор творчество Арии стало чем-то сверхъестественным? Это ведь была песня «Дьявольский зной», верно?

А вот сейчас я ликовала, ибо лицо Димки мгновенно вытянулось. Так-то, нахал!

– Ты что, реально знаешь эту группу? – все еще с сомнением протянул он.

– У меня отец всю свою сознательную жизнь рок слушает. Да я тебе всю дискографию Арии наизусть могу рассказать.

Димка хмыкнул. Потеребив серьгу в ухе, вытащил из кармана пачку сигарет и щелкнул по ней. Облизнув губы, обхватил ими фильтр выскочившей сигареты и открыл форточку, явно намереваясь закурить.

– Людмила Петровна не разрешает курить на кухне, – робко возразила я, памятуя о правилах этого дома. Людмила Петровна действительно ругала за это Бориса Игнатьевича. Сильно сомневаюсь, что на Димку это правило не распространяется.

Удивленно приподняв бровь, Димка вновь усмехнулся и вдруг медленно направился в мою сторону. От его странного взгляда я с ног до головы покрылась мурашками. Сделав шаг назад, уткнулась спиной в холодильник и нервно сглотнула, когда Димка горой навис надо мной. Высокий же чёрт!

– А ты у нас как всегда чересчур правильная, да, мышка? – тихо проговорил он. – Хочешь, возьми и отбери.

Впечатав ладонь в дверцу холодильника за моей спиной, ловко выхватил сигарету изо рта и поднял ее над своей головой. Вот же гад! Знает, что я все равно не дотянусь. Господи, что я вообще делаю здесь, на этой кухне рядом с этим дьяволом? Лера не права! Ее братец не чёрт, а самый настоящий дьявол! Разве можно так издеваться над людьми? У меня закружилась голова. То ли от дикого волнения… впервые кто-то так нагло нарушал мое личное пространство. То ли от терпкого запаха Димкиного одеколона. То ли от всего вместе… Но я готова была потерять сознание. Глубоко дыша, я хватала воздух ртом, словно рыба, выброшенная на берег.

– Эй, Нина, ты чего?

Мгновенно отшвырнув сигарету в сторону, Димка обеспокоенно схватил меня за плечи.

– Ничего, – еле смогла выдохнуть я. – Просто у меня приступ… клаустрофобии!

Боже, что за бред я несу? Какая к черту клаустрофобия? Если честно, я просто не привыкла, чтобы кто-то чужой находился так критически близко, тем более… мужчина.

– Клаустрофобии?

Черные брови разом поползли вверх. А я отчего-то жутко разозлилась.

– Да, клаустрофобии! Незачем ко мне так прижиматься! – закричала я, и схватив со стола сигарету, разломила ее пополам, швырнув в Димку.

Машинально схватив останки сигареты и сжав в кулаке, он вдруг громко расхохотался.

– А ты не такая, как я думал, – сквозь смех выдал этот дьявол. Да, Димка тоже был совершенно не таким, как я думала. Для одиночки, вечно торчащего в углу аудитории, он оказался слишком уж болтливым. Не в силах больше вносить всей этой странной ситуации, я рванула на выход. Но Димка тут же прекратив смех, перехватил меня у самой двери.

– Ладно, прости, мышка, я больше не буду над тобой издеваться. Останься.

– Через пять минут Лера выйдет, мне некогда.

– Лерка? Через пять минут? Да ты оптимистка, мышка, – фыркнул он, подтолкнув меня в сторону стула. – Скорей через пятьдесят.

И ведь не поспоришь с ним. Лерка действительно была любительницей поплескаться в душе, иногда я даже успевала посмотреть целую серию «Сверхъестественного», пока она пропадала в ванной. Ладно, не покусает же он меня…

– Останусь, если прекратишь называть меня мышкой!

– Хорошо, мыш… то есть, Нина. Ниночка? Нинуся? Нинок? – принялся ерничать этот гад.

– Нина!

– Ну… Нинок, так Нинок! – вот же зараза! – Говоришь, дискографию всю знаешь… Сейчас и проверим! Первый альбом назови.

– «Мания величия».

– Второй.

– «С кем ты?»

– Я пока еще свободен, а ты на что-то конкретное намекаешь? – проведя указательным пальцем по моему плечу, подмигнул он. Сама не заметила, как начала краснеть. Вот придурок!

– Название альбома «С кем ты?»! – чуть ли не заорала я, оттолкнув от своего плеча его шаловливые ручонки. Снова хохочет! Видимо гордость распирает за свое остроумие!

– Тсс, Нинок, ты чего такая напряженная? Ладно… какие песни вошли в альбом «Герой асфальта?»

– «Герой асфальта», «Улица роз», «Мёртвая зона»…

– Достаточно, – перебил он. – Как я вижу, ты у нас прямо эксперт, а раз так… Ты просто обязана меня послушать. Пойдем!

– Куда?

– В мою спальню конечно!

О, нет! Я не общаюсь с нахальными парнями! И тем более не остаюсь с ними наедине в спальне!

– Только через мой труп!

– Зачем же так радикально? – подмигивает Димка и вдруг, подхватив на руки, перебрасывает через плечо и вытаскивает из кухни…

Глава 6. Нина

– Отпусти меня немедленно! – злобно шиплю, болтаясь не плече этого наглеца. Орать не позволяет стыд, не хочу, чтобы Лера стала свидетельницей творящегося непотребства.

– Что же ты дикая такая, Нинок? Не бойся, насиловать не собираюсь, – от его гнусных слов у меня даже кончики ушей начинают пылать! Не успеваю придумать достойный ответ, Димка открывает дверь ногой и словно куль картошки скидывает меня на свою кровать. От его мерзкой улыбочки мне становится не по себе. – Ну… если только чуть-чуть.

Кровь в жилах застывает, когда этот дьявол начинает медленно наклоняться к моему лицу.

– Димка! – пищу, зажмурив от страха глаза, и тут же… слышу его хохот.

– Господи, Нинок, ну ты совсем что ли? Я просто хочу, чтобы ты меня послушала.

С этими словами Димка берет гитару и бухается рядом. А через мгновение пространство комнаты заполняет звон струн и хрипловатый мужской голос. Я знаю эту песню. «Пробил час». Одна из моих любимых. Она пропитана свободой и духом бунтарства. Пробуждает внутри что-то скрытое очень глубоко. Пусть на мгновение, но делает меня тем, кем я никогда не буду. Но в глубине души так хотелось бы быть!

– Ну как?

Даже и не заметила, когда Димка прекратил петь и отложил гитару в сторону.

– Моя любимая песня, – выдаю на одном дыхании, и Димка широко улыбается.

– И моя тоже. Думаешь, зайдет публике?

– Какой публике?

– Я играю в группе. У нас концерт в пятницу в «Орбите». Ну, как концерт… на разогреве будем, до самостоятельных концертов нам, конечно, как до луны пешком. Но это большой шаг, готовиться буду всю неделю денно и нощно.

– Но у нас же проверочная работа будет в пятницу по философии, может лучше к ней будешь готовиться? У тебя двояки одни.

Взглянув на меня как на сумасшедшую, Димка снова расхохотался.

– Ну ты и зануда, Нинок! Да плевать мне на твою философию с высокой колокольни! У меня своя философия. Кайфуй и бери от жизни все! Она и так ужасно коротка. Ну, чем не философия, а?

Потянувшись как довольный котяра, он плюхнулся на кровать так, что меня чуть не подбросило.

– Ну отчислят тебя, и кончится вся твоя философия. Жить дальше ты как собираешься? В этом мире без образования никуда. Только если грузчиком вагоны разгружать.

– Да хоть грузчиком, – лениво отмахнулся от меня Димка. – Все больше свободы, чем в офисе отца бумажки перебирать от восьми до восьми, а в двенадцать, как собака Павлова, по звонку бежать запаривать картофельное пюре с сосиской, как и десятки таких же загнанных «собачек». Или мозгоправом поправляя очечки на носу, каждый час повторять: «У вас проблемы? Вы хотите поговорить об этом?» Тьфу! Нет, Нинок, такая жизнь не по мне. Я музыкантом хочу быть, и все для этого сделаю! Вот увидишь, плакаты с нашими именами будут висеть по всей стране. Я буду играть даже круче Холстинина!

– Ага, и петь круче Маврина… Димка, ты чего наивный такой? Такого успеха добиваются единицы. Наивность твоя пройдет, а что останется? Сидеть на шее у родителей великовозрастной детиной? Знаешь такую поговорку: «Лучше синица в руках, чем журавль в небе»?

– Скучная ты, Нинок. Вот и сиди со своими синицами в руках, – фыркнул он и, вытащив из-под головы подушку, вдруг со всей дури залепил ею в меня. Если бы я не сидела на самом краю, то вряд ли бы свалилась на пол. Лежу и только ноги кверху торчат, хорошо хоть догадалась сегодня брюки надеть! – Ой, прости, силы не рассчитал!

Взъерошенная голова Димки свешивается с кровати, и мне снова хочется от души врезать по его ухмыляющейся физиономии.

– Ты точно брат своей сестры! – шиплю, пытаясь приподняться на локтях. В этот чудесный момент на пороге и появляется Лерка.

– Это что здесь происходит?! – ошарашенно выдает она, переводя взгляд с меня на своего брата.

– Да вот, растлить пытаюсь, – пожимает плечами этот гад! – Вроде получается. Закрой дверь с той стороны, Блонда, может еще срастется.

– Придурок озабоченный! – верещит Лера, влетая в комнату. – Нина! Быстро ко мне!

Под хохот Димки я еле-еле принимаю пристойное положение и следую приказу подруги.

– Лер, это не то, что ты думаешь…, – жалко лепечу, когда за нами закрывается дверь Леркиной спальни. – Он не пытался сделать ничего плохого…

– Как ты вообще оказалась в его комнате? Он даже нас туда не пускает. В последний раз, когда мама там пыталась убраться, такую истерику закатил. Наверное, наркоту там прячет! Или складирует труселя своих девок и не хочет, чтоб мама нашла!

– Лер, – еле сумела я вклиниться в этот бурный поток речи. – Да нормальный он, насколько это конечно возможно, просто попросил посмотреть, как он играет.

– Играет? О, боже, он еще и играет? Что это, Нина? Биржа, казино, ставки на спорт?!

По мере перечисления Димкиных «прегрешений» мои глаза становились все больше и больше.

– Лера, он точно твой брат? Как можно всю жизнь прожить с человеком и не знать его? Нет, он просто играет на гитаре.

– Ты знаешь, что мы с этим засранцем как кошка с собакой. Вот еще бы мне интересоваться, чем он там увлекается. Ну да, слышу я тряньканье с его комнаты. Да и скрытный он, просто жуть. Дома почти и не появляется, откуда мне знать, что он там творит? Короче, не связывайся с ним!

– Да не собираюсь я с ним связываться, Господи, Лера! Ладно, давай уже приступим к делу! Хотя нет, хотели же бутерброды…

По загоревшимся глазам Лерки я сразу поняла, что перекус придется отложить… Зря я это предложила! Но ведь надо было как-то отвлечь подругу от неудобной для меня темы. А тема ее братца на самом деле была для меня неудобной.

– Да какие к черту бутерброды! – подтвердила мои опасения Лера, тут же соскочив с кровати и распахнув шкаф. – Сначала красотку из тебя сделаем, а потом уже и перекусить можно будет!

Примерно пять минут спустя я словно очутилась в одном огромном платяном шкафу… Вся кровать, стулья и даже стол были завалены Леркиной одеждой. Боже мой, подруга словно магазин одежды ограбила!

– Вот, – вынырнув из горы разноцветных тряпок, взбудоражено пролепетала она. – Это точно должно тебе подойти, оно мне мало, а тебе в самый раз будет. Давай, переодевайся.

С сомнением я смотрела на лоскуток черной блестящей ткани в своих руках.

– Лер, если это топ, то какой низ лучше подобрать? – неуверенно протянула я, прикинув на себя это безобразие на тонких бретельках.

– Нин, ну какой топ? – рассмеялась подруга. – Это ведь платье! Надевай!

С этими словами Лера запихнула меня за открытую дверцу шкафа. Так… ладно, я просто примерю. Еле-еле я натянула на себя это «платье».

– Лер, кажется, мне оно тоже мало, – поспешила я озвучить свои сомнения подруге, выглянув из-за дверцы шкафа. Выходить полностью было как-то стыдно. – Еле…низ прикрывает, и грудь, кажется, вот-вот вывалится.

– Все правильно, так и должно быть! – к моему изумлению, ответила она.

– Но грудь…

– Ой, Нин, не будь ханжой! По крайней мере все узнают, что она у тебя есть! Поверь, Холодов просто охренеет! Иди сюда, сейчас макияж и прическу забацаем, а потом так и быть, разрешу тебе посмотреть на себя!

Я и пикнуть не успела, как Лерка вытащила меня из моего укрытия и усадила возле трюмо, предусмотрительно повернув к зеркалу спиной. Что ж, придется сдаться на милость подруге…

Она орудовала надо мной целую вечность. Наконец, придирчиво осмотрев меня с ног до головы, просияла.

– Один момент! Только не подсматривать!

Лера нырнула в шкаф, а я, будучи честным человеком, так и осталась неподвижно сидеть, хотя любопытство так и распирало. Через пару мгновений подруга протянула мне обувную коробку.

– У меня размер ноги побольше немного будет, но… хотя бы примерно взглянуть как ты будешь смотреться на шпильках.

И Лера раскрыла коробку. Стоит признать, туфли и правда были очень красивыми. Бархатисто-черные, с изящным серебристым узором сбоку и на ужасно огромной тонкой шпильке. Да она должно быть шутит! Я же упаду, даже не успев на них встать! Но Леру данный факт, похоже, мало заботил.

– Давай, Нина, мне уже не терпится увидеть твое лицо!

Неуверенно я обула туфли и, крепко держась за ручки кресла, встала. Что ж, не все так ужасно. Аккуратно развернувшись, я застыла, раскрыв рот. Это… разве это я? Из зеркала на меня смотрела совершенно незнакомая девушка. На веках жирные стрелки, делающие мой взгляд каким-то кошачьим. Румяна на щеках и ярко-алая матовая помада. Ну вот и исполнилась моя мечта. Только радости особой я не испытала. Все выглядело так… вульгарно. Распущенные волосы прикрывали абсолютно голые плечи. Черное «платье» обтягивая мое тело словно перчатка, заканчивалось где-то чуть ниже эм… моих ягодичных мышц, а вот с грудью прямо вообще беда. Это подобие платья почти не прикрывало мое нижнее белье. Честное слово, я даже боялась выдохнуть, вдруг свалится.

– Лер, тебе реально это нравится? – с сомнением проговорила я, одернув подол.

– А ты разве сама не видишь? Ты просто роковая женщина, Нина! Андрей с ума сойдет, когда увидит тебя. Вот просто поверь мне на слово.

– Не верь Блонде, Нинок! – от неожиданности я аж на месте подскочила и, чуть не подвернув ногу из-за этих адских каблуков, едва не грохнулась, влетев прямо в объятия Димки. Подняв-таки взгляд от моего декольте, он усмехнулся, проговорив как-то совсем интимно. – В этом наряде ты вызываешь только одно желание – затащить тебя в постель. Серьезно, ты выглядишь как шлюха.

Я была настолько ошеломлена и внезапным появлением Димки в Лериной комнате и его пошлыми словами, что даже не нашлась, что ответить. Отпрянув от него как от чумного, безуспешно попыталась подтянуть декольте. Как хорошо, что мне на помощь подоспела Лерка.

– Какого дьявола ты забыл в моей комнате?! – заверещала она, спрятав меня за своей спиной.

– У меня зарядное сломалось, хотел твое одолжить, а тут такой нежданчик, – снова взглянув на меня, криво усмехнулся этот гад.

– Не слушай его, Нина, – прошипела подруга, обернувшись ко мне. – Ты выглядишь просто потрясно!

– Не верь Блонде, Нина, у нее со вкусом совсем беда.

– Можно подумать ты у нас великий стилист! – гневу Леры не было предела.

– Нет, моя дорогая сестрица, но в отличие от тебя я смогу подобрать такой наряд, что ваш Холодов голову свернет и челюсть потеряет, – я просто кожей чувствовала, как жаркий румянец стыда разливается по моему лицу. Он слышал! Он все слышал! Что будет, если Димка разнесет это по всему колледжу? Боже, какой позор! А Димка продолжал лукаво улыбаться одними глазами.

– Ах, ты, засранец! Еще и подслушиваешь! Вон отсюда! – запыхтела Лерка, принявшись выталкивать брата из комнаты, но кажется скалу было проще сдвинуть с места. Димка продолжал смотреть на меня, никак не реагируя на сестру.

– Что скажешь, мышка? Хочешь получить своего Андрюшенку? Мы можем попробовать.

Вот дьявол! Во мне сейчас разразилась внутренняя борьба. Димка был прав, в наряде, подобранном Лерой, я выглядела как женщина легкого поведения. Увидев меня в таком виде, Андрей в лучшем случае бы удивился, а в худшем испугался. Серьезно, по количеству краски на лице я уступаю только клоуну. А вот Димка мог бы дать мне чисто мужской совет. Но если я соглашусь, обидится Лера. Я не хотела обижать подругу, но почему-то именно сейчас мне хотелось сделать так, как хочется мне. Я ведь никогда не делала того, что хотелось мне! А еще я очень хотела понравиться Андрею!

– Лер, ты меня прости…

Закончить не успела, подруга округлила глаза и обиженно надулась.

– Серьезно?! Ты променяешь меня на этого… этого…

– Ну Лера, я просто хочу посмотреть, что предложит твой брат, ну не злись! Просто это платье… оно и правда немного… вызывающее. А Дима – он все-таки мужчина…

– Спасибо за «все-таки мужчину» – закатил глаза Димка, – Ну да ладно, мышка. Завтра в два возле ЦУМа! И чтоб никакой Блонды с нами не было! Хлопнув в ладоши, Дима подмигнул рассерженной Лере, и, прихватив зарядное устройство, вышел из комнаты…