Текст книги "Моя лучшая студентка (СИ)"
Автор книги: Алена Энн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)
Глава 42. Нина
Как приятно… Щеке так тепло… Вот только этот непонятный ритмичный стук, отдающий в виски, заставляет мою и без того гудящую голову болеть еще сильнее. Слышу тихий вздох и чьи-то руки крепко сжимают меня, а горячие губы нежно касаются моих. В этот момент я осознаю, что лежу абсолютно голая. Заверещав, подскакиваю, хватая одеяло и кутаясь в него. А следом за мной подскакивает заспанный Максим. Судя по виду, совершенно не понимающий, что происходит. Это мне и самой интересно!
– Господи! Боже правый! – причитаю я, неотрывно глядя на моего обнаженного до пояса преподавателя. То, что его джинсы на месте, внушает крохотную надежду.
– Нина, это совершенно не то, что ты думаешь! – сонно бормочет он, судя по всему, лихорадочно пытаясь найти взглядом футболку. А вот на мне даже нижнего белья нет. Ну вот, снова накатывает истерика!
– Я в твоей постели совершенно голая. Что тут еще можно подумать? Мы явно не дипломную обсуждали!!!
– Тише, тише, Нина, дыши, вот так. Послушай, ты вчера выпила и пришла ко мне, я тоже немного выпил! Ну ладно, я очень много выпил, но… мы просто легли спать. Между нами ничего не было. Почти…
Последнее слово добавляет тихо, отводя взгляд. И тут ко мне резко возвращаются воспоминания… Все! Абсолютно все, до последней детали! Каждый поцелуй; каждый мой сдавленный стон; каждое движение его горячих рук по моей коже. И то самое «почти». О, боже! Меня затапливает волной стыда.
– Я все помню…, – жалко пищу, пряча алое лицо в ладонях. Тут же ощущаю, как Максим опускается на кровать рядом со мной. Осторожно касается моих ладоней, отводя их от лица. Его невероятные глаза сейчас так близко, что меня дрожь пробирает. Поверить не могу в то, что вчера он касался меня так, как не касался никто другой.
– Ты жалеешь об этом? – внимательно вглядываясь в мое лицо, произносит он, а я даже не знаю, что ответить. В голове словно перекати-поле гоняется единственная мысль: «Ты почти переспала со своим преподавателем»!
– А ты? – струсив, отвечаю вопросом на вопрос.
Вдруг мягко рассмеявшись, бережно касается ладонью моего лица.
– Мне не о чем жалеть, я хотел этого уже давно.
От его откровенных слов мое сердце начинает биться чаще. Это ведь признание? Я не верю в это! Снова машинально прикрываю лицо ладонями, но Максим обхватывает мои запястья, на этот раз не давая спрятаться. Смотрит омутом синих глаз, даже не представляя, насколько сильно сейчас мучает меня своей близостью. Мне тяжело смотреть на него и не отводить стыдливо взгляд, мне тяжело дышать рядом с ним. Эти пальцы на моих запястьях словно прожигают насквозь. Упирается лбом в мой лоб, и я перестаю дышать. Глаза сами собой закрываются, и я тянусь к его губам, проклиная себя за слабость. Но он целует первым… Замираю, полностью передавая инициативу ему. Я хочу знать, что чувствует он, как далеко он может зайти. Правда хватает меня ненадолго, сама обхватываю ладонями его лицо, со всей сдерживаемой страстью прижимаясь к губам. Шумно выдохнув, Максим углубляет поцелуй. С силой прижимает к своему телу, словно пытаясь слиться со мной воедино.
Все заканчивается резко со звонком его будильника.
Возвращаемся в реальность, отстраняясь друг от друга и тяжело дыша.
– Что мы будем делать с этим? – еле слышно выдыхаю, но он молчит. Слышит, но отвечать не спешит.
– Я хочу задать тебе один вопрос, – наконец произносит Максим, когда его дыхание приходит в норму. – Вчера ты кое-что сказала мне…
«Люблю тебя…» – тут же всплывает в моем сознании. Не знаю почему, но я понимаю, что спросить он хочет именно об этом.
– Можно, я не буду на него отвечать? – не дожидаясь, произношу я, и Максим вздыхает.
– Слишком много произошло, я понимаю…
Да, произошло слишком много. И если бы я вчера не напилась, этого бы явно не произошло. Господи, какая я глупая! Сегодня будет решаться судьба Максима, а я все только усложнила!
Будильник снова прозвенел.
– Нам пора в колледж, Нина, – неохотно протянул Максим. И у меня сердце зашлось от этой мысли. Нет-нет! Снова терпеть на себе эти презрительные взгляды, слышать перешептывания за спиной. Тем более сейчас это будут вовсе не сплетни… Какой ужас!
– Нет, Максим, только не это! – запричитала я, машинально схватив его за руку. – Давай не пойдем, пожалуйста!
Максим удивленно смотрит на меня и вдруг начинает смеяться.
– Ты понимаешь, что предлагаешь прогулять занятия своему преподавателю?
– Иногда я забываю, что ты мой преподаватель. Особенно, когда просыпаюсь с тобой в одной постели, – невольно фыркаю я, и он улыбается.
– Нина, мы с тобой взрослые люди, а взрослые люди не бегут от своих проблем. Знаешь, я тоже не в восторге от того разноса, что мне сегодня устроят.
– Ох, все правда настолько серьезно?
– Не знаю, Нина, но приятного мало.
– Когда тебе идти?
– Не знаю, Иван Антонович прилетел сегодня ночью.
О, боже правый, теперь я еще больше не хочу идти в колледж!
– Иван Антонович? Все дошло до директора?
– Да.
– О, Господи…, – простонала я, сжав ладонями виски. Но Максим тут же отвел мои руки, нежно поцеловав запястья. И теперь мне еще больше хотелось остаться здесь, в его постели, и завершить то, что мы вчера начали… О, боже!
– Не переживай Нина, все будет хорошо.
– Конечно…, – потерянно произношу, стряхивая с себя это наваждение. – Что ж, я вызову такси.
– Да. Нина, не волнуйся, на тебе это не отразится. Потерпи немного, скоро экзамены, и все закончится. Я понимаю, что терпеть эти насмешки очень тяжело.
– Все хорошо, Максим.
Однако, я понимала, что в нашем положении не было ничего хорошего… Такси приехало быстро, и уже спустя час я, выпив таблетку от головной боли и наскоро собравшись, поспешила в колледж. Подошла как раз к концу первой пары. Звонок еще не прозвенел, поэтому я устроилась возле окна напротив библиотеки. Вереница мыслей и чувств не давала мне покоя. Поверить в то, что я нравлюсь этому невероятному мужчине было просто невозможно. Я вновь и вновь прокручивала в голове события прошлой ночи и сегодняшнего утра. Что он чувствует ко мне на самом деле? Желание? Несомненно. Но, кажется, и не только это. Его глаза… так могут смотреть только глаза влюбленного мужчины, я уверена в этом! От этой мысли сердце сладко заныло, а в животе словно бабочки запорхали. Подняв взор, я увидела Максима в конце коридора. Его лицо было хмурым, и мне захотелось разгладить эти морщинки на его лбу нежным поцелуем. Он подошел ко мне и улыбнулся. От этой улыбки мое сердце забилось чаще.
– Как все прошло? – тихо спросила я, оглядевшись по сторонам.
– Пока никак, меня не вызывали, – ответил он.
– О, тогда удачи.
– Все будет хорошо.
***
Тем временем в кабинете замдиректора…
– Так что там за скандал с Корниловым, Анатолий Матвеевич? – без предисловий поинтересовался Иван Антонович, войдя в кабинет замдиректора.
– Никакого скандала, Иван Антонович, просто кто-то из студентов решил глупо пошутить и распространил среди студентов информацию о том, якобы Максим Алексеевич хм… близко общается с одной из студенток.
– С кем именно?
– С Егоровой Ниной.
Взглянув на замдиректора, Иван Антонович от души расхохотался.
– Да уж, действительно шутник. А о каких фотографиях речь?
– Да там тоже все за уши притянуто, их сфотографировали возле дома Корнилова, когда он передавал Нине какую-то литературу. В общем, проблема высосана из пальца и не стоит вашего внимания, Иван Антонович.
– Вот и отлично, у меня и без того проблем выше крыши. Шутника-то вы нашли, Анатолий Матвеевич? – поинтересовался мужчина, и тот поперхнулся чаем.
– Нет, Иван Антонович, не удалось.
– Что ж, полагаю тогда мы с вами должны лично принести извинения Корнилову и Егоровой.
– Полностью с вами согласен, – закивал в ответ мужчина.
– Тогда предлагаю сделать это прямо сейчас, пойдемте.
Неохотно поднявшись с кресла, Анатолий Матвеевич последовал за директором.
***
Нежно погладив меня по волосам, Максим повернулся, чтобы уйти, но я машинально схватила его за рукав.
– Постойте, Максим Алексеевич.
Так странно называть его по отчеству после всего, что между нами было. Максим застывает на мне взглядом, и я попадаю в плен этих синих, словно океан, глаз. Сердце разрывают чувства. Сильные, захватывающие, и я больше не могу держать их внутри.
– Вы хотели задать мне вопрос…
Но больше сказать ничего не успеваю. Шумно выдохнув, Максим притягивает меня к себе, лишь на мгновение замирая в жалких сантиметрах от моего лица.
– Я люблю тебя, – выдыхает, яростно сминая губами мои губы. Кажется, мое сердце не способно вынести столько счастья. Еще секунда и оно точно разорвется. Он ведь правда только что сказал это? Я не ослышалась?
Спустя несколько мгновений ко мне возвращается здравый смысл. Что же мы творим? Прямо здесь, в стенах колледжа! Неохотно пытаюсь высвободиться из этих крепких рук, но он не отпускает.
– Максим Алексеевич, нас увидят.
– Плевать, – шепчет он, вновь притягивая меня к себе. – Теперь я хочу услышать…
– У нас могут быть неприятности.
– Нина, хватит меня мучить.
Послав все к чертям, обхватываю ладонями любимое лицо и притягиваю к себе.
– Я люблю вас, Максим Алексеевич, – выдаю на одном дыхании, глядя ему прямо в глаза. Пытаюсь отстраниться, да не тут-то было. Снова целует. Так страстно, что у меня ноги подкашиваются. И я не могу остановить его, хотя здравый смысл вопит прекратить все это. Но вместо этого обхватываю ладонями его шею, вплетаюсь пальцами в волосы цвета тьмы… Так сладко, что…
– Корнилов!!! – гремит на весь коридор голос директора, и я отскакиваю от Максима, пытаясь не грохнуться в обморок. Рядом с директором стоит бледный, как полотно, Никифоров, во все глаза глядя на нас.
– Что вы себе позволяете?!
Последние слова заглушает звонок, и к моему ужасу, в коридор высыпают студенты. Словно загнанный зверек озираюсь по сторонам, переводя взгляд с рассерженных лиц Анатолия Матвеевича и Ивана Антоновича на удивленные лица ребят. Неподалеку стояли Дима и Лера, ошарашенно глядя на меня. В толпе мелькнуло искаженное злобой лицо Анжелы, все вокруг слилось в какую-то серую массу. А затем мир для меня сузился до лица любимого. Он смотрел на меня и улыбался. Сделав шаг навстречу, я уверенно взяла Максима за руку.
– Я люблю тебя.
– Я люблю тебя, – еще шире улыбнулся он мне в ответ.
– Помнишь, ты говорил мне утром, что взрослые люди не бегут от своих проблем? – тихо произнесла я, глядя ему в глаза, и Максим кивнул. – Бежим!!!
Крепко схватив любимого за руку, я потянула его сквозь толпу под изумленный гул голосов и возмущенные крики директора. Стремительно преодолев два лестничных пролета, мы вылетели из здания колледжа, и плотная стена ливня поглотила нас.
– Моя сумасшедшая девочка! – смеялся Максим. Мокрые волосы облепили его лицо. Я задыхалась от ветра, но ничто в мире не смогло бы сейчас остановить меня. Я бежала, продолжая тянуть его за собой. Впереди показалась остановка. Добежав до нее, я заскочила в так вовремя остановившееся такси, и Максим сел рядом. Его мокрые от дождя волосы торчали во все стороны, по щекам стекали капли дождя, а с лица не сходила счастливая улыбка.
– Куда едем? – послышался с переднего сидения хрипловатый голос водителя. Я посмотрела в глаза любимого и улыбнулась, нежно проведя ладонью по его лицу.
– Солнечная, семнадцать…
Эпилог
3 года спустя…
Господи, боже правый, как же меня тошнит…
– Макс, умоляю, выброси этот одеколон!
Удивленно глядя на меня, усаживает к себе на колени, привычно принимаясь поглаживать ладонью мой пока еще небольшой живот.
– Но, родная, ты ведь сама его мне выбирала.
– Это было до того, как твой сын самым наглым образом поселился внутри меня!
Ладонь мужа тут же замирает на моем животе, а сам он меняется в лице.
– Ты была на узи! У меня будет сын! – рассмеявшись, словно ребенок, получивший долгожданный подарок, Максим принимается покрывать мое лицо и губы нежными поцелуями. – Слава Богу!
– Так, Корнилов! Я не поняла! А если бы была девочка, ты бы ее со скалы сбросил? – возмущенно ворчу, сощурив глаза.
– Нина, вот когда будет второй малыш, пусть будет девочкой. А братик будет ее защищать.
– Ну уж нет, Корнилов! Второго будешь рожать сам! – возмущаюсь, снова делая глубокий вдох. – Как же мне нехорошо!
– Потерпи еще немного солнышко, это все временно.
– Легко тебе говорить, меня сегодня чуть не стошнило прямо на лекции! Как мне диплом писать?
– Любимая, я помогу тебе, не переживай из-за этого, – улыбается, нежно целуя в щеку.
– Я справлюсь, Макс, у тебя и так с этим повышением хлопот невпроворот.
– Это так, прости, что уделяю тебе не так много времени сейчас, когда это так необходимо.
Да, сейчас, когда внимание мужа так нужно, мне его отчаянно не хватает. Стараюсь занять себя делами, пока он весь в работе. Сегодня вот занималась поисками квартиры, присмотрела нам отличную двушку, не поверите, в микрорайоне Солнечном! Видимо, это судьба.
– Мне не верится, что скоро у нас появится собственное жилье! У нашего ребенка будет своя комната, представляешь? Все-таки хорошо, что ты тогда уехал вместе со мной!
– Разве я мог поступить иначе? Ты буквально украла меня с работы!
– О, боже, Макс! – протягиваю я, пряча лицо в ладонях. – Не напоминай мне о том, как тебя уволили из-за меня!
– Ну что ты, солнышко, все к лучшему, зато мы переехали сюда, а теперь я получил должность замдиректора. И вообще, меня не уволили, я ушел по собственному желанию! Кроме того, тебе пришлось хуже, я-то ушел, а ты потом там экзамены сдавала.
– Да, эти последние недели были просто ужасны, – наконец смогла признаться я. – Хорошо, что все в прошлом. Кстати, перезвони Сергею, он звонил утром, я забыла тебе сказать.
– Я уже перезванивал, не волнуйся.
– Ну и как он?
– Весь в любви, – смеется Максим. – Вот только надолго ли это?
– Кто знает, – улыбаюсь в ответ. – Может Оля окажется его единственной.
– То же самое ты говорила и про Ксюшу, и про Настю, и про Галю…, – принялся перечислять Максим, и меня смех разобрал.
– Хватит, хватит, я поняла!
Вздрагиваю от звонка телефона. В последнее время я стала очень беспокойной.
– Димка, звонит.
Кивнув, Максим аккуратно спускает меня с коленей.
– Я пока приготовлю мятный чай для тебя.
Благодарно пожав его ладонь, отвечаю на звонок.
– Эй, мышонок! – тут же слышу возмущенный голос друга. – Ты обещала озвучить результат узи еще вчера! Почему не позвонила?
Максим лишь возводит глаза к потолку и, качая головой, скрывается на кухне. Но я знаю, что он делает так больше из вредности. На самом деле этим двоим все же удалось найти общий язык после того, как мы помирились.
– Ну что, кто там у нее? – слышу на заднем фоне голос Леры и не могу сдержать улыбки.
– Прости, я совсем забыла предупредить, что узи перенесли на сегодня. У нас будет мальчик.
– Ну слава богу! – выдыхает Димка, вызывая шквал моего негодования.
– Вы с Корниловым сговорились что ли?
– Нет-нет, мышонок, крестнице я бы тоже был рад, но вот мальчик… это же совсем другое! Я соберу ему байк!
Вопреки своим мечтаниям Димка со своей группой все же не смог добиться известности. Но зато вплотную занялся другим своим увлечением и сейчас у него своя автомастерская.
– Только через мой труп!
– Скучная ты, Нинок! – фыркает он, и я вновь слышу голос Леры.
– Денисов, ну не томи уже!
– Ладно, мышонок, мы приедем к вам в следующем месяце, береги крестника!
– Обещаю.
Из кухни появляется Максим с кружкой ароматного чая в руках.
– Я тут подумала… не уверена, что хочу ехать на Димкину свадьбу, – выдаю как на духу.
– Ты что, родная? Я просто обязан взглянуть на ту девушку, которая смогла захомутать твоего балбеса, – улыбается муж, протягивая мне кружку. Да-да, вы не ослышались, Дима скоро женится. Ну, как скоро… аккурат тогда, когда я стану неповоротливой слонихой. Я рада, что в итоге он смог найти свое счастье. Ира хорошая девушка. Единственная из тех, кому мне не хочется выцарапать глаза! А самое главное – она по-настоящему любит Димку. Большего мне и не нужно.
– Поверь, она чудесная, – улыбаюсь в ответ. – Я бы хотела побывать на их свадьбе, но боюсь, что буду уже не в том положении, чтобы ходить по торжествам.
– Отчего же нет?
– Макс, я уже сейчас чувствую себя бегемотом, боюсь представить, что будет на поздних сроках.
– Ну какой же ты бегемот, – хохочет он, притягивая меня к своей груди. – Ты у меня самая красивая, – с этими словами Максим начинает покрывать мое лицо и шею поцелуями. – Самая добрая, нежная, восхитительная.
Чувствую, как его поцелуи постепенно начинают утрачивать оттенок нежности…
– Корнилов, усмири свой пыл, – шепчу, пытаясь совладать с тяжелым дыханием.
– Не могу, ты сводишь меня с ума… – шепчет в ответ, пуская по моей коже толпу мурашек. И я привычно зарываюсь пальцами в густые волосы мужа, благодаря бога за то, что однажды ноги привели меня к старой хрущевке с потертой табличкой.
Солнечная, семнадцать…
