Текст книги "Жизнь без собаки возможна… невозможна!"

Глава 6. Дачники

Рон очень любил город. Он был городской собакой до мозга костей. Любил городскую суету, асфальт под подушечками лап, спешащих мимо людей. С интересом следил за проезжающими машинами, велосипедистами, с удовольствием бесцельно бродил по улицам, рассматривая новые дома и вынюхивая свежие метки на столбах. Прогуляться по району ему было намного приятнее, чем в парке.

Каждое лето мы приезжали на дачу. Которую Рон не любил. Свежий воздух, лес, озеро, все за что ценят загородный дом, собаке было не нужно. Прогулки в лесу ему не доставляли никакого удовольствия.

Купаться в озере и вообще воду, он тоже не любил. Видимо, потому что плавать не умел. Если затащить его на глубину, то он старался лапами нащупать дно и так топориком и плыл, молотя передними лапами по воде. Пока не вставал задними на дно и как человек топал в сторону берега.

Однажды я зашла в озеро по грудь и стала делать вид, что тону. Я-то думала, что моя благородная собака, как в фильмах, ринется меня спасать. Ага, щаз! Не, конечно, он спасал. В силу своих возможностей. Бегал по берегу и громко лаял. В конце концов, сбежалось много народу и мой спектакль пришлось прекратить. При этом все почему-то подумали, что случилось что-то с собакой – вон как нервничает и орет.

Меня в этой суматохе похоже, вообще, не заметили. Но в целом, эффект был. Народ он созвал. Глядишь, может и меня бы спас кто, если бы помощь и вправду была нужна.

Если мы гуляли в лесу, то Рон всегда гулял только по тропинке и никак иначе. Болото, мох, канавы – где асфальт? Пожалуй, единственное время, когда Рон любил лес – это осень. Когда деревья уже голые, но под ногами еще шуршат сухие опавшие листья. Вот тогда он с удовольствием ими шуршал в лесу.

Однажды шуршим мы так с ним, и нас обгоняет спортсмен. Рон бодро припустил за мужчиной. Я громко кричу: «Стоять!». Встали, как вкопанные, оба. Пришлось извиняться перед мужчиной, он немножко испугался.

Да, в целом дачу Рон не любил, хотя ездил туда каждое лето. Видимо, сыграло роль то, что на дачу он приехал почти взрослой, годовалой собакой. При любом удобном случае он прыгал в машину и сидел, ждал, когда же его отвезут в город. И выковырять его из машины было проблематично. Он там как пробка от шампанского вставал в распорку. Несколько раз сестра из-за этого опаздывала на работу. В городе, кстати, Рон тоже любил прыгать в машину и куда-то ехать. Ездить он любил.

Однажды прыгнул в мерседес. На белые кожаные сиденья. Погода была мерзопакостная. Я «мяу» сказать не успела, как собака прыгнула в открытую дверь, когда мы проходили мимо. Уж как только я не извинялась перед хозяином машины! Даже предлагала сбегать за ведром с водой и помыть сиденье. Но водитель как-то не оценил моего порыва. Наверное, настолько офигел от наглости, что вежливо попросил убрать собачку из машины. Быстро захлопнул дверь и уехал. Видимо, в химчистку.

Единственное за что Рон любил дачу, так это за свой диван. В городе он спал просто на коврике в коридоре, диваны не жаловал. Приходил иногда чистый и мытый пять минут поваляться в ногах. А вот на даче у него был диван. Ну, не совсем диван, а огромная диванная подушка. Она была мягкая, теплая, на каркасе, двуспальная. Эдакая компенсация собаке за ее страдания на воле вольной и летней жизни на природе.

А еще он боялся темноты. Я вот тоже боюсь. Поэтому всегда брала Рона с собой ночью в туалет. В прямом смысле этого слова. Мы шли с ним по дорожке, а потом оба заходили в домик. Оставаться на улице и ждать меня Рон категорически отказывался. Уж какую бабайку он боялся – я не знаю. В городе по ночам он гулял вообще ничего не опасаясь. А на даче предпочитал по ночам тусить на веранде, на своем мягком ложе и сладко храпеть во сне.

С Риком мы приехали на дачу, когда ему было шесть месяцев. Самый тот возраст исследователя и безбашенного парня. На даче ему понравилось сразу. Лес – это же целый огромный мир! Там можно зарыться носом в мох, свалиться в канаву, бегать среди деревьев на немыслимых скоростях с воплями: «Вау, я шерстяной волчара, как быстры мои лапы!».

А еще озеро – это самое лучшее, что есть летом на даче. Рик оказался водоплавающим, поэтому достаточно быстро научился плавать. Первые три раза он осваивал этот навык в жилете.

Очень многие считают, что у собак есть инстинкт плавания с рождения. К сожалению, это не так. Из-за этого заблуждения ежегодно весной и летом тонет много собак. Они просто не умеют плавать, а хозяева пускают их на глубину и просто не успевают или не могут достать и спасти.

Поэтому я взяла детский жилет, увеличила ремни и застегнула их на пузе. Жилет на спине не давал толстой жопке утонуть, а задними лапами нащупать дно. Очень быстро Рик смекнул, как держать тело над водой, и поплыл самостоятельно.

Теперь он пытается сигануть в каждый встречный водоем или речку, причем холодное время года его не смущает, раньше моржом, видимо, был.

Первое дачное лето выдалось очень жарким и Рик предпочитал жить на улице. Я, по старой памяти, сделала на веранду классный крепкий и теплый матрас, чтобы собачий ребенок не замерз холодными ночами. Но непослушный подросток предпочитал спать на улице на жестких плитах дорожки к туалету. Тому самому, куда мы с Роном ходили вместе. Теперь я туда хожу одна, а Рик дрыхнет где-то в недрах участка. Зато он научился охранять территорию. Это было даже забавно.

Сижу на веранде кухни, чай пью. Вечереет. Вдруг Рик начинает лаять. Иду смотреть, может, кто к калитке подошел. Вроде пес шел следом, но понимаю, что лай как-то не так громко слышится. Оборачиваюсь, а он стоит за углом дома, выглядывает из-за бочки и лает. Мол: «Давай, мама, я с тобой, задай им там жару! А я вот тут постою, на всякий случай, мало ли, бежать надо». Смеялась я долго. У калитки никого не было.

Сейчас парень подрос и набрался смелости и уверенности в себе. Теперь он охраняет участок, уже ничего не боясь. Он очень четко различает, когда идут мимо калитки, а когда подходят к ней. Есть у него своя какая-то определенная граница, которую нарушать нельзя.

И так Рику было хорошо на даче, так он наслаждался природой и свободой, что мы с мужем заговорили о том, какая бедная собака, как же он вернется в город и лишится леса по утрам, прогулок без поводка и свежего воздуха.

В общем, больше в город мы не вернулись. Так, прямо с дачи, в свой дом и переехали. Теперь у Рика есть своя комната с окном, в которое он любит смотреть, как в телевизор. Тут он вообще проявляет чудеса собачьего слуха.

Например, по шагам он четко определяет, кто пришел – дочка вернулась с прогулки с друзьями или соседка зашла за солью. Дочку молча встречает, друзей ее уже тоже выучил. Гавкнет для проформы и бежит к двери, хвостом виляет. А вот взрослых встречает грозным басом. Нечего топтаться на его территории.

Правда, весь наш поселок любит и не боится Рика – «наш плюшевый мишка», все его зовут. Ну а мы с переездом получили свежий воздух, пение соловья весенней ночью, уютные зимние вечера и долгие лесные прогулки. И как бы Рик ни любил дом, каждое лето он с огромным удовольствием приезжает на дачу и из ухоженного плюшевого мишки превращается в грязного свинтуса, спящего на улице и чавкающего по болотной жиже в лесу.

Глава 7. Путешествие с собакой – та еще авантюра

Когда я была молодой и наивной, пускаться в разные безумные авантюры было легко и приятно.

Решили мы как-то все с той же моей любимой подругой Наташей поехать на выставку в Минск. А что – ехать всего-то ночь из Питера на поезде. Да я еще на форуме (да-да, тогда еще активны и очень популярны были форумы) списалась с одной женщиной из Беларуси, она-то меня на выставку собачью и зазвала. Сказала, что и гостиница в Минске есть, которая с собаками берет и, в случае чего, она нас у себя дома приютит. Купили мы билеты, выкупили целое купе и довольные загрузились в вагон.

Сразу все пошло наперекосяк. Оказалось, что в одном купе может ехать только одна крупная собака. А две крупные собаки в одном купе – нельзя. Черный терьер и американская акита ну никак даже за средних сойти не могли. И вообще, если выкупаешь купе, то надо выкупать по полной стоимости, а не два места брать на свидетельства о рождении племянников.

Не знаю, правда это или нет, но доплатить до полной стоимости купе нас заставили. Деваться некуда, доплатили. Даже расписку с нас взяли, что из-за того, что свободных купе не было, нас поселили в одном, и мы не против. Жуть-медвежуть, короче.

В Минске мы были рано утром. Прогулялись по городу в окрестностях вокзала и пошли искать гостиницу. Нашли. Она закрыта на ремонт. Никто сказать ни про какой другой отель не может, мобильного интернета нет. Что делать? Правильно.

Купили билеты на пригородную электричку и поехали на станцию к женщине, что зазвала нас в Минск. Ехали минут тридцать, наверное. Выгрузились на платформе. Из адреса у меня только и было, что название пригородной станции. Телефон ее не отвечает. Да у меня даже адреса, где выставка будет, не было! Нормально, да?

«Слабоумие и отвага» – это было тогда нашим девизом. Хорошо, что на станции был домик, где билеты продают. Там и засели, периодически названия моей женщине. И вот – о чудо! Часам к двенадцати она сняла трубку. Человек к этому времени только проснулся, а мы уже успели замерзнуть, проголодаться и почти впасть в уныние.

В общем, пришла она за нами, забрала к себе домой, минут на 15. Дома у нее ремонт, селить нас негде. И вообще, выставка будет в соседнем городке. Туда еще на автобусе надо доехать. Вот это сюрприз, блин. Погрузила она нас в автобус, хорошо, что сама с нами тоже поехала, попутно куда-то названивая.

Выяснилось, что в этом городке живет у нее знакомая одна, работает в клубе, что выставку организует, они правда с ней дюже не ладят, но она нас приютит. Представьте с какими мыслями мы ехали к этой знакомой? Но все обошлось и сложилось лучше некуда.

Женщина жила рядом с местом проведения выставки, идти пять минут. Нас напоили самой лучшей самогонкой в моей жизни, накормили холодцом со щетиной, он был очень вкусным (но эти щетинистые шкварки…), спать уложили. Ключи от квартиры оставили.

Когда мы проснулись, дома уже никого не было, все трудились на выставке. Вот это доверие! Выставка прошла отлично. Все, что можно мы взяли, чемпионов Беларуси закрыли и даже кубок в конкурсе «Лучшая креативная пара» получили. Еще бы! Два кобеля – акита и черныш прекрасно и нереально креативно смотрятся вместе. Особенно когда их на поводке ведет хрупкая Наташа, ростом ненамного больше самих собак.

Вечером нас гостеприимные хозяева накормили ужином и подвезли в Минск до поезда. Он был ночной. Проходящий. Стоял 10 минут. В поезд нас не пускали. Ибо в одно купе с двумя крупными собаками не положено. Не положено и все тут. Хоть монетку кидайте, кто поедет, а кто останется.

Проводница даже по составу пробежалась, чтобы найти свободное купе. Его не было. И, как назло, у нас у обеих отключили связь. Роуминг тогда был жесткий. Деньги закончились – все, давай до свидания, отключаем за неуплату.

Почувствовав неладное – на смс мы не отвечали, что сели в поезд, родители стали деньги на телефон нам класть, но они не доходили, мы вне зоны доступа. Буквально за минуту до отправления поезда нас таки посадили. Доплату за купе, естественно, взяли, правда, в этот раз без квитанций. Ну и ладно, главное – едем домой!

Где-то ночью, переходящей в утро, мне пробились деньги, и я смогла отправить смс домой, что мы едем и что надо оповестить и Наташину маму. В Питере нас встречали седые и не выспавшиеся родители. Простите нас, мы не со зла.

Глава 8. Если собака любит детей – грех этим не воспользоваться

Давно уже все знают, что у каждой собаки есть свой характер, свои предпочтения. Конечно, есть некоторые породные особенности – охотничьи породы будут с удовольствием бегать в поле по следу зайца, а вот служебным в голову такое не придет. Ездовые будут с удовольствием часами наматывать километры по лесу, в то время как собаки-компаньоны предпочтут неспешную прогулку в парке.

Черный терьер – это крупная служебная собака. Она недоверчивая и осторожная к незнакомым людям. Это не значит, что пес должен пытаться сожрать все и вся, нет. Но и кидаться обниматься и целоваться с незнакомцами не будет. Вот Рик у меня такой.

Он спокойно реагирует на незнакомых людей, детей. Даже если подходят его погладить, он терпит. Кусаться не будет, но и восторга не испытает. И это нормально. Мне это нравится в собаке. Спокойный, уверенный пес, не терпящий панибратства. Но, в то же время, совершенно спокойно реагирующий на чужих людей.

Собака служебная и она свои функции выполняет. Мне не надо паковать его в намордник, достаточно поводка. Я спокойно могу ходить в людных местах. Все же мы живем в социуме и агрессивный дурак, жрущий всех, мне на фиг не нужен. В общем, Рик отвечает всем моим хотелкам в отношении собаки. Вот прямо всем. Мне снова повезло. Опять собачий Бог послал мне собаку моей мечты!

А что же Рон? А вот с ним была другая история. Очень интересная. Когда заводила большую собаку, представляла, как я, вся такая маленькая и миниатюрная, иду рядом с огромным псом, и все прохожие разбегаются от нас в разные стороны. Вот идут хулиганы, нападают на меня, а мой защитник одним взмахом головы раскидывает всех по сторонам, и мы сдаем их в доблестные руки полиции. Вот идет мужик со своим псом, который терроризирует весь район, и моя доблестная собака дает отпор этому лохматому задире, и на районе воцаряется мир и порядок.

И что же было на самом деле? А полное разочарование. Это был еще один момент, когда я реально разочаровалась в своей собаке. На самом деле Рон любил всех. Абсолютно и без исключения. Взрослые, дети, собаки, кошки, пьяные и даже бомжи были его закадычными друзьями!

Это был совершенно неконфликтный пес, не умевший драться и даже не умеющий дать отпор тому самому псу, затерроризировавшему район. Пока он рос и носился с приветствиями и вилянием хвоста к каждому прохожему, я думала: «Ну щенок же, маленький еще, перерастет». Потом он вырос, но ничего не менялось.

Идем мы в парке, собака чуть отстала, потом смотрю – нет его рядом. Оборачиваюсь, Рон сидит довольный, рядом сидит девушка, обнимается с ним, целуется, ее мужчина их снимает на фотоаппарат, а я стою и жду, когда закончится несанкционированная фотосессия. Так обидно мне становилось в такие моменты, прям до слез!

Я же хотела охранного пса, а он… Короче, повела его изучать азы защитно-караульной службы. Правда, и там мы потерпели фиаско, так как на инструктора-то Рон работал хорошо. Но вот как любил всех людей на планете, так и продолжил любить.

Именно тогда вселенная сжалилась надо мной, и на каком-то форуме я увидела объявление, что ищут собак, любящих детей, для работы в детском лагере. Надо приехать и пройти тестирование. Ну, без машины на другой конец города – а почему бы и нет, решила я. Не пропадать же такому таланту.

Наш добрый и хороший знакомый подвез нас на район, где проходило тестирование, дальше дошли пешком. Тестировались у стрельбища. Там реально стреляли, а собак тестировали. Пока еще очень неумело – тыкали пальцами в бок, тетки кричали и внезапно падали в снег рядом с собаками. А потом вскакивали с воплями, бежали куда-то, потом вдруг с криками: «Собачка! Собачка!» кидались все на тестируемого и старались погладить.

Выдержали не все собаки. А Рон веселился от души. В общем, вот так мы попали в зарождающуюся команду по канистерапии1010
  Канистерапия – разновидность терапии с животными, метод лечения и реабилитации с использованием специально отобранных и обученных собак.


[Закрыть], которая работает и по сей день. Конечно, и методы отбора собак, и методы работы уже другие, но тогда была наша первая команда… Мы дружим и по сей день. Уже нет наших питомцев с нами, но мы есть друг у друга!

Обратно я добиралась на попутках. Кто-то подкинул до маршрутки, потом сменила еще одну, немножко пешком – и я дома. Сейчас мне на машине-то лень куда-то ехать далеко, а тогда в порядке вещей были такие прогулки. Хочется написать, что пока я ехала, я много думала о своей собаке, и моя вера в нее воспряла. Нет. Не было такого, мы просто приехали домой и занялись своими делами. Но это был первый звоночек.

Я получила столько комплиментов в адрес собаки, столько восхищения его добротой и дружелюбием, столько восторгов его танковому спокойствию, что ехала и гордилась своей собакой. Еще не понимая, что будь он другим – ни в какую команду собако-терапии мы бы не попали.

Нас тестировала Света, со своим ровно таким же добряком голден-ретривером1111
  Золотистый ретривер – охотничья порода собак, получившая всемирную популярность как собака-компаньон за свой добрый, веселый и покладистый характер.


[Закрыть] Заром и она вложила мне в голову мысль, что это очень даже неплохо иметь добрую и любящую всех собаку, что это очень даже хорошо! Защитную дрессировку мы бросили в пользу занятий с детьми.

Глава 9. Немного историй о работе с детьми

Наконец, настал наш первый выезд в детский круглогодичный лагерь – ДОЛ «Дружных». Как же я волновалась! Приехали. Вокруг собралось много детей, все хотят погладить, потрогать. Один мальчик стоит в стороне, а рядом медсестра. Вдруг он срывается и бежит гладить, а медсестра бежит с воплями следом. Оказалось, что у мальчика дикая аллергия на собак, вплоть до астматического приступа.

Но разве можно удержать юного любителя собак? Да, он давал обещание стоять в стороне и никого не трогать, но он уже висит на большой черной псине, зарывшись лицом в шерсть.

Столько счастья на лице я еще ни у кого не видела. Может, только у себя, когда я вот так же сидела на кухне и гладила свою первую в жизни собаку. Все обошлось. Никакого приступа у мальчика не было. Но медсестра, наверное, потеряла пару нервных клеток.

Наконец, первый восторг прошел. Все уселись по местам, и мы начали свое выступление. Конечно, были главные люди, организовывающие процесс, которые рассказывали про собак и взаимодействие с ними. А мы – новички, были как учебное пособие.

Кто-то показывал трюки, кто-то просто ходил и лез ко всем с почесухами. Рон трюков не знал, поэтому мы показывали просто чудеса общего курса дрессировки, в этом он уже был мастер.

Внезапно родилась идея – а давайте теперь дети будут давать команды, а Рон исполнять. Конечно же, лес рук. Но интуитивно я выбрала самого тихого и скромного мальчика, сидящего в углу. Он робко выходит и тихим голосом просит собаку сесть. Собака стоит. «А ну-ка, попробуй еще раз, не стесняйся, скажи громче и увереннее, подкрепи свою команду жестом».

Все тот же робкий и тихий голос, но умная собака садится по жесту. У мальчика появляется блеск в глазах и, уже намного громче и увереннее, он просит Рона встать. А тот и рад стараться. Мальчик берет поводок, громко говорит: «Рядом!» и проходит целый круг. А пес не тянет, идет рядом и слушается.

К концу нашего занятия этого робкого, стеснительного мальчишку уже было не узнать! Вместе со всеми он тянул руку, громко со всеми кричал ответы на вопросы, первый бежал в перерывах гладить собак. Вот она канистерапия в действии – ведь если тебя, девятилетнего маленького мальчика, слушается такая огромная собака, почему же другие не должны считаться с твоим мнением?

Самыми благодарными были дети из детских домов. Они всегда предлагали собакам покушать и налить воды. Всегда спрашивали, не устали ли собаки и, может, они хотят отдохнуть?

А отдохнуть они хотели. Мы работали на износ. В лагерь мы приезжали на выходные. Работали по 9 групп в день с перерывом на обед, уезжали домой поспать и на следующее утро снова в бой. В таком режиме мы отработали год. К нам присоединялись новые участники с собаками, кто-то уходил, не выдержав накала страстей, но основной костяк оставался. Две басенджи1212
  Басе́нджи, или африканская нелающая собака – одна из древнейших пород собак.


[Закрыть], голден и черный терьер присутствовали практически на каждом занятии.

Мы придумывали новые упражнения, подмечали реакции детей и собак и внедряли их в план занятий. Однажды, к нам присоединилась чудесная собака породы самоед1313
  Самоед, самоедская собака – одна из древнейших пород собак.


[Закрыть]. У нее был очень пушистый и красивый белый хвост. Проводили мы занятие и увидели девочку, которая смотрела в прозрачную дверь, но не заходила.

Наш руководитель объяснил нам, что девочка боится любых собак до потных ладошек. Это ее максимум – смотреть через дверь, ей интересно, но страшно. Мы не возражали. Даже смотреть через стеклянную дверь интересно. А потом был обед.

Кушаем мы и видим такую странную картину через панорамное окно. Сидит хозяйка самоеда на лавочке, а рядом с ней та самая девочка, которая боится собак, обнимает пушистую красавицу. У нас всех челюсти просто отвисли!

Как выяснилось потом, девочка подошла и что-то спросила про собаку. Уж очень она ей понравилась. Хозяйка рассказала и предложила потрогать хвостик. Ведь он белый, пушистый, мягкий, там нет зубов и вообще ничего страшного нет – вон он, как задорно виляет.

Девочка потрогала сначала хвостик, потом спинку, потом ушки, а потом обнималась со всей собакой. Вот так, посетив множество занятий «через окно», малышка вдруг встретила нужную лично ей собаку для преодоления своего внутреннего барьера, произошел некий щелчок и нажался переключатель.

Еще несколько раз мы видели нашу девочку на занятиях, и она уже уверенно общалась и с другими четвероногими друзьями. Так мы поняли, что для получения результата важно не только качество, но и количество, и разнообразие. Ведь никогда не знаешь, какая именно собака найдет в душе маленького пациента тот самый переключатель.

В детский лагерь мы ездили год. В течение этого времени я и поняла, что прям кайфую от своей доброй собаки, что он вон сколько дел делает добрых и нужных. Я полностью пересмотрела свои взгляды, развернулась в другую сторону и поплыла по течению, наслаждаясь моментом. Я снова любила, гордилась и наслаждалась общением с Моей собакой! Ведь мы вместе делали офигенно важное дело. Нет, делал он, а я так, за поводок держала.

За год работы в лагере мы набрались опыта, структурировали материал. В нашем строю появились детский психолог, куратор, организатор, реабилитолог. В общем, мы стали одной большой дружной командой. Нас стали звать работать с больными детьми. Особенные дети. Лучшие.

Конечно, были реабилитолог, психолог, а мы – волонтеры с собаками, выполняли все инструкции. И тут отбор собак был жестче. Не все пошли дальше, но Рон пошел. Он стойко терпел тычки и хватание за шерсть, ведь спастика рук не дает таким детям сильно себя контролировать. И в какой-то момент я хотела было даже отказаться от всего этого. Но выстоять помог один случай.

Однажды приехали мы в реабилитационный центр, и меня сразу предупредили, что есть там один мальчик, он очень боится собак. Он уже взрослый. Ему то ли 16, то ли 18 лет (сейчас не вспомню) и максимум, кого он подпускает, это маленькую собачку. На контакт ни с кем не идет, но мама упорно продолжает привозить его на занятия и верит, что дело сдвинется с мертвой точки.

Вот оно материнское сердце! Зашли мы в зал. Тихонечко прошли по стеночке, и Рон лег в уголочке. А мальчик вдруг как встрепенулся в своей коляске, одной рукой на Рона указывает, а другой бьет себя по груди: это значит – нравится.

Все занятие он лежал рядом с Роном, трогал (порой достаточно неприятно щипал) его шерсть, пытался зарыться лицом в теплый бок и улыбался. Мой пес терпел. Не зря. В конце занятия мальчик согласился сделать упражнение, но только лежа рядом с собакой. Именно после этого случая я поняла, какую сложную, но важную работу делают наши собаки.

Рон мог встать и уйти в любой момент, никто ему не запрещал. Наши собаки всегда знали, что если они устали от детей, то могут просто встать уйти и отдохнуть. Но он лежал до самого конца, как будто чувствовал всю важность этого момента. Потом мы еще несколько раз встречались с этим мальчиком и неизбежно его лицо озарялось самой радостной, самой светлой улыбкой, а рука била себя по груди: «Мне нравится, я люблю!».

Назад к карточке книги "Жизнь без собаки возможна… невозможна!"