Текст книги "Мы не всерьёз (СИ)"
Автор книги: Алёна Черничная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)
– Ага. Сейчас, – хмыкнула я, а телефон у меня кармане пикнул одновременно с шуршанием автомобильных шин за моей спиной. Елейно улыбнувшись, опять ткнула пальцем в твёрдую грудь Геры как будто так и тянуло прикоснуться к нему. – Всего тебе хорошего, Герасим.
Развернувшись на каблуках, важно зашагал прочь от лакшери иномарки к тарахтящему на весь двор такси. И запретила себе даже допускать мысль, что подъехать к ресторану на «бмв» было бы куда эффектнее и удобнее, чем на стареньком «рено».
Я чувствовала, как взгляд Геры стрелами вонзается в мою спину.
– Серьёзно, Маш? Опять сбегаешь? Ты моё сердце, вообще-то, украла. – Вызывающе громко усмехнулся он. – Я же тебя все равно поймаю.
К лицу мгновенно прилипла неконтролируемая и какая дурацкая улыбка, а пульс стал отчётливо вибрировать в венах, подгоняемый непонятно откуда взявшимся азартом. Ни на миллиметр и не повернув головы, я на мгновение замерла возле открытой двери такси:
– Удачи, Гер!
До жуткого любопытства хотелось обернуться, но я лишь демонстративно впорхнула в старенький «рено», словно в шикарный лимузин. Стоило только мне оказаться в машине, как мое пылающее лицо тут же спряталось в ладонях, а сердце слетело с привычного ритма. И где ты, мой противный внутренний голос, так уверенно всегда твердящий: «Осторожно, Маша, обожжешься».
Я затрясла головой, как если бы могла действительно избавиться от лишних мыслей, а именно от этого обаятельно– нахального образа, застрявшего в голове. Пальцами пощипала свои щеки, возвращая себя в чувство реальности из состояния, словно мне опять семнадцать: горячее сердце, зашкаливающий пульс и танцующие сальсу гормоны.
Но как назло, на красном светофоре с нами поравнялась уже знакомая, напрочь тонированная, «бмв» с номером три единицы. Стоило только загореться зелёному, как спорткар, угрожающе зарычав мотором, чёрной молнией метнулся вперёд по проспекту, вызывающе поморгав аварийкой.
– Нет, вы поглядите! – Возмутился таксист. – Вот выпендрежник!
– О да, – тихо фыркнула я, кусая губы, которые так и норовили расползтись в предательской улыбке. – Ещё какой…
__________________________________
Мулета – кусок ярко-красной материи, которым во время корриды тореадор дразнит быка.
Кто бы мог сомневаться, что на утренней стычке наше общение не закончится. Как только переступила порог ресторана, так завибрировал телефон в кармане.
Нет, это звонила не Кира. Все оказалось гораздо проще. Это был всего лишь Герасим, присылавший мне фото моей машины, украшенной рисованными стикерами. У неё появилось забавное сомбреро и выросли ручки, держащие маракасы.
– Придурок, – буркнула я, сдерживая смешок, и спрятала телефон обратно в карман.
Только Гера и не собирался останавливаться на одной смс. Дальше – больше. То моя машинка летела на луну, то её пассажирами были какие-то мультяшные герои. И как не старалась, но не смогла не реагировать на подобные фото, которых за день набралось не меньше десятка. Я непроизвольно улыбалась и выпадала из рабочего процесса, отвлекаясь на ответы Гере. Один раз даже сбила с ног официантку, залипнув в телефон во время поиска нужного смайлика в мессенджере. Эта переписка с Герой обошлась мне в полторы тысячи рублей. Именно по такой цене стоял коньяк на подносе у той официантки, попавшейся мне на пути.
Я весь день пыталась одернуть себя, пристыдить, уговорить, что неправильно тратить время на обмен бессмысленными рожицами, но как промолчать, когда с экрана телефона на меня грустными, нарисованными глазками вместо фар смотрела моя машинка с подписью: «Забери мне к себе».
«Заберу, как только отожму ключи у этого разрисованного выскочки».
Ответ Геры не заставил себя долго ждать: «Бери со мной в придачу. Обещаю, не пожалеешь. Кстати, по поводу разрисованного. Ты хоть запомнила, как все-таки заканчиваются мои татуировки ниже ремня?»
Вопрос, который жаром прошёлся по телу, заставив мозг выдать короткими вспышками картинки той ночи. Сжав телефон в ладонях, я юркнула в дальний угол ресторана от зорких глаз начавших перешёптываться и косо поглядывать на меня официантов. Ведь табу на использование сотрудниками мобильных телефонов в зале было введено мной же. Мои пальцы застучали по экрану, остервенело давя на каждую букву:
«Я запомнила, что ты жуткий показушник и наглый выпендрежник. Всё. Мне некогда. Отвали».
Мне показалось, что я даже не успела отправить сообщение, как уже пришло ответное: «Чем занята?»
Вот болтун! Только я собиралась опять коснуться пальцами экрана, как из другого угла ресторана раздался звон бьющейся посуды и громкие голоса, по всей видимости, недовольных посетителей. Перед мои носом тут же возникла взвинченная официантка:
– Мария Сергеевна, там требуют управляющего.
– Допереписывалась… – тихо простонала я себе под нос.
Оставив Геру без ответа, поспешила закончить переписку: «Соберись, Маша. Ты на работе в первую очередь. Совсем уже!»
Но как бы я ни вникала во все мелкие неурядицы, то и дело преследовавшие рабочий день, все равно настороженно прислушивалась к своей правой ягодице, к которой был плотно прижат телефон. Он молчал уже больше часа. И чего это Гера затих?
«Закончилась фантазия как ещё можно отфотошопить мой автомобиль?» – так и чесались руки кинуть ехидное сообщение, но я мужественно боролось со своим уж очень навязчивым любопытством, устало наблюдая за посетителями в ресторане. Но в животе моментально затянуло трепетом, а пальцы пришлось нервно сцепить в замок перед собой, чтобы не дать им в эту же секунду вытащить мобильный, который снова ожил в кармане джинсов.
Я намеренно одернула себя от дикого порыва нетерпения. Но сопротивление длилось не больше пары секунд. Да к черту! Я хотела прочитать эту дурацкую смс, поэтому как партизан скрылась в крохотной уборной для сотрудников.
«Тебя когда забрать?»
Вздохнув, я покачала головой и напечатала гордый ответ: «Сама доберусь»
«Время видела? Никаких сама»
«Гер, тебе больше нечем заняться?»
«Я занят тем, что до сих пор пытаюсь понять, почему кое-кто сбежал тем утром от меня. И этот кто-то не выходит из моей головы… Сообщи, когда соберёшься домой. Я тебя заберу».
Грудную клетку неожиданно приятно сдавила теплота, ломая привычный ритм дыхания, а я уставилась в начищенное до бриллиантового блеска зеркало напротив. Играющие огоньки в глазах и жутко тупая улыбка на румяном лице – это именно я стояла посреди уборной с телефоном в руках.
– Ненормальная, – с укором прошептала своему отражению.
Отложив мобильный, я ополоснула лицо прохладной водой и сделала глубокий вдох-выдох. Хотелось не думать о татуированных руках и не вылавливать из обрывков воспоминаний той ночи детали, которые очень живо тормошили моих глупых бабочек в животе. Пригладив ладонями слегка торчащие волоски у пучка на макушке, я постаралась выдохнуть все мешающие мысли. Хотела же поставить хладнокровную точку, сбежав в то утро из клуба! Собиралась не думать и запрятать это куда-нибудь на задворки своей памяти. И молчать, даже если наступит судный день. А в итоге?
Перед тем как выйти из уборной, я ещё раз повертела телефон в руках, но поставив бесшумный режим, запихнула его обратно в карман.
Нет. Не сдамся!
***
Я выползла с работы в десятом часу ночи и даже не удивилась, когда возле входа в ресторан заметила уже знакомую черную «бмв». А если быть совсем честной, то еще пару часов назад меня стало упорно посещать приставучее ощущение, что он где-то рядом. Что все равно приедет. И неважно попросила бы об этом или нет.
– И давно ждёшь? – усмехнулась я, застыв на месте.
– Часа два, – он расслабленно подпирал спиной свой спорткар, вальяжно держа руки в карманах.
– А как же твой клуб? Почему не на работе?
– Сегодня будний день. Народу немного, и без меня мои ребята справятся. Поехали? – Гера сделал пригласительный жест к своей машине.
– Ты не угомонишься, да? – устало вздохнула я.
Он молча завертел головой в отрицании, продолжая буравить меня глазами, а непослушная волнистая прядь опять съехала на лоб. Как же она меня бесит! Я едва не дернулась вперёд, чтобы зачесать её обратно.
– А если так и не сяду в твою машину? – поинтересовалась я, вызывающе проскользив взглядом сначала по «бмв», потом и по ее хозяину.
Слегка взъерошенные волосы, чёрная толстовка, чёрные рваные джинсы, черные кроссы и завораживающие тёмные узоры на оголенных до локтя руках. Жутко гипнотизирующий тотал блэк в рассеянном потоке света уличных фонарей. Но всей моей насмешливости пришлось испариться где-то в теплой октябрьской ночи за секунду. С весьма настораживающим блеском в глазах Гера сделал уверенный шаг ко мне и неторопливо закатил рукава толстовки ещё выше:
– Тогда у меня нет других вариантов, Маш…
________________________________________________
Подозрительно нахмурившись, я попятилась к дверям ресторана, спешно пытаясь предугадать его действия. Но не успела и пикнуть, не то что сориентироваться. В один широкий резкий шаг Гера преодолел расстояние между нами. Ловким захватом я оказалась перекинута через мужское плечо. А бесстыдные ладони уверенно легли на мои ягодицы, слегка сжав их, чтобы удержать меня в равновесии.
– Ты офигел! Отпусти! – Мой возглас разлетелся по пустынной улице.
Но Гере хватило считаных долей секунд, чтобы приземлить мою пятую точку на пассажирское сидение «бмв» и захлопнуть за мной дверь. Я даже не успела побрыкаться ради приличия. Лёгкие мигом заполнил приятный аромат дорогой кожи, смешанный с хвойным парфюмом хозяина машины. Крышесносная смесь на какое-то мгновение легко выбила меня из ориентации в пространстве и заставила рывками вдыхать носом воздух.
– Это похищение, – я в ярости подпрыгнула на сиденье.
– Всё, теперь точно не сбежишь, – усмехнулся Гера, уже усевшись за руль. Под мой разъярённый взгляд одним нажатием кнопки он заблокировал двери в салоне.
По-звериному заурчав мотором, машина резко рванула вперёд, а меня магнитом притянуло всем телом к сиденью. И не только телом. Показалось, что все внутренние органы будто бы припечатали к спине.
– Это что за клоунада? – Я на всякий случай потянулась к ремню безопасности.
– Всего лишь собираюсь доставить тебя домой в целости и сохранности. Это называется забота. – Гера преспокойно выжимал скорость из мотора «бмв», легко лавируя в немногочисленном потоке автомобилей. – Почему не написала мне?
– Забыла. – Вздёрнув подбородок, я демонстративно уставилась в окно, где одни огоньки витрин магазинов через секунду менялись на другие. – И вообще, Гер, ты чего такой приставучий, а? Преследуешь, не даёшь прохода…
– Ты не оставляешь мне выбора, постоянно сбегая и прячась от меня. – Последовал невозмутимый ответ.
– Потому что нормальные отношения двух нормальных людей не начинаются с секса по пьяни, – не выдержав, я пробурчала себе под нос то, что вертелось в моей голове с того момента, как проснулась в постели у Геры.
Все еще не поворачивая головы к водителю, боковым зрением заметила, как он несколько секунд внимательно разглядывал на меня в упор.
– То есть ты именно так запомнила тот вечер? – задумчиво цокнул Гера.
Все терзающие меня мысли тут же потоком хлынули к языку. Резко повернувшись, я набрала в лёгкие воздуха и выпалила ответ на одном дыхании:
– Я никак его не запомнила. Напилась и проснулась с тобой в обнимку, а твой утренний стояк упирался мою голую в задницу. Если тебя вдруг беспокоят последствия нашей ночи, то не парься. Я пью таблетки и ничем не болею. Надеюсь, от тебя в этом плане то же не будет сюрпризов. И интересно тебе это или нет, то понятия не имею, какого хрена переспала с тобой в первый же вечер.
И кто это решил, что если позволить себе высказаться, то словно камень с души? Бред. Я лишь сильнее напряглась в ожидании реакции Геры, притаившись на сиденье. А он просто молча пропустил через татуированную пятерню и без того взъерошенные пряди темных волос.
– Забавная ты, Маш, – Широченная улыбка озарила его лицо. – Любишь сама все додумывать вместо того, чтобы поговорить.
– А не о чем разговаривать. Вспыхнуло и погасло. Все.
– То есть прям «все»? – Гера иронично выгнул одну бровь дугой, бросив на меня косой секундный взгляд.
– Да, – для большей уверенности в ответе, подалась телом вперед, насколько позволял мне ремень безопасности.
Я даже не обратила внимание, что «бмв» уже въехал в двор моей девятиэтажки. Гера не спеша заглушил мотор и развернулся ко мне. В полумраке салона авто его глаза озарились обаятельно наглым блеском. Воспользовавшись моим замешательством, он ухватился за мою руку, а сам буквально навис надо мной, снова впечатывая в спинку кресла. Дыхание настороженно замерло, когда лицо Геры оказалось так близко, что до него оставались миллиметры.
– Ты что делаешь? – прошептала я на вдохе, чувствуя, как мужские пальцы аккуратно окольцовывают мое запястье.
– Проверяю, действительно ли все погасло. – Его низкий, обволакивающий голос огнем прожег мне губы.
Сглотнув нервный, ком в горле, я опустила взгляд на свою руку, находящуюся в теплом капкане его ладони.
– Ты пытаешься нащупать мой пульс?
– Ш-ш-ш, – выдохнул Гера, встречаясь со мной глазами.
Боже. Сердце начало хаотично подпрыгивать в груди, игнорируя все приказы головы держать оборону, не поддаваться. Но все полетело к чёртовой матери, когда, не говоря ни слова, Гера прижался своей щекой к моей щеке, а кончик его носа коснулся мочки уха. Я чувствовала такое жгучее дыхание и мягкое покалывание щетины, разносящие волнами неконтролируемый трепет: от кончиков пальцев до самых сокровенных точек моего тела. Налившиеся теплотой соски, мучительное томление внизу живота и расползающийся дурман в голове – у меня больше не было оправданий в виде алкоголя.
По-прежнему держа руку на моем пульсе, Гера провел кончиком носа от скулы к щеке и снова вернул свое дразнящее дыхание к мочке ушка. Он гипнотически пах терпкой хвоей. До одури. До ощущения, что я, кажется, пропадаю…
– Сто пятнадцать. Погасло, говоришь? И кого ты хочешь обмануть? – Усмешка с мягкой хрипотцой вернула меня в реальность, даря чёткое чувство, что вот-вот растекусь прямо здесь и сейчас, если останусь в этой машине ещё хоть на секунду.
Резко выдернув руку из захвата мужских пальцев, я уперлась ладонями в грудь Геры, отодвигая его от себя. От себя и от греха подальше.
– Так, ну все. Хватит. Цирк какой-то, – дрожащими ладонями отстегнула ремень безопасности, потянулась к ручке на двери, намереваясь громко хлопнуть ей напоследок.
Но грациозно выпорхнуть из машины не вышло. Ноги оказались настолько ватными, что с первым же шагом я чуть не полетела носом к асфальту. Словно моё тело никак не хотело слушаться меня же.
– Осторожнее, Машуль. Остановись, отдышись, – услышала я за спиной. – Заеду завтра в половину девятого утра.
Обернувшись, рассержено пробила взглядом довольную физиономию Геры, выглядывающую из приоткрытого пассажирского окна машины. Что творилось внутри меня нельзя было сравнить и с извержением вулкана. Я готова была взорваться от потока чувств, неожиданно хлынувших в кровь. Адская смесь из раздражения, адреналина и жуткого притяжения. Но лишь одна маленькая деталь, вовремя всплывшая в голове, уберегла меня от того, чтобы не рвануть вперед и не сомкнуть свои пальцы на разукрашенной шее.
– Хорошо, Гер, – произнесла я, наигранно похлопав ресницами. – Давай лучше пораньше. В восемь. Не опаздывай, пожалуйста.
В глазах Геры тут же промелькнуло откровенное недоверие, но я не стала ждать ответа, а быстро скрылась за дверьми подъезда. Слава богу, не чертыхнулась перед ним хоть в этом раз. Все– таки из Геры вышел никудышный математик.
«Сто пятнадцать… Ох, если бы это было действительно так», – усмехнулась я, пытаясь восстановить дыхание и пульс. Мое сердце до онемения рвалось из грудной клетки.
Уже в лифте поставила телефон на беззвучный, проверила точно ли отключён будильник и со спокойной душой убрала его обратно в карман ветровки. Действительно, пусть приезжает за мной. Я нисколько не против. Мне просто совершенно все равно. У меня же завтра законный выходной, только Гере знать об этом было необязательно…
…Тепло расходится по моему обнажённому телу, растворяясь накатывающими возбуждением. Я невольно прогибаюсь в спине, сжимаю бедра и чувствую, как все мучительно тянет и становится влажным в самом низу живота. Сильные руки обхватывают меня за талию, скользят по её изгибу и ложатся на ягодицы, а позади в шею вонзается поцелуй. Горячий язык выписывает влажные узоры на коже одновременно с ласковыми пальцами, оказавшимися между моих ног. От накрывшей истомы нет сил открыть глаза, чтобы понять кто рядом со мной, но мне это и не нужно. Я и так знаю кому принадлежит этот хвойный парфюм. Разум требует отстраниться, а тело немедленного продолжения. Утыкаясь лицом в простыни, развожу ноги и пропускаю мужские пальцы глубже, слыша собственный стон. Я возбуждена до такой остроты ощущений, что голова хмелеет, словно меня накачали алкоголем. Кошкой потягиваюсь на кровати, упираясь ягодицами в твердое мужское достоинство. Боже, да… Мышцы ломит от желания почувствовать его внутри себя, впитывать его горячую пульсацию, ощущать, как он заполнит меня всю: глубоко и без остатка. Мое дыхание становится рваным от того, как жадно ласкают мужские губы мою шею и плечи. Чужие, но такие осторожные пальцы касаются нежной кожи между моих ног, гладят влажные складки, ласкают самые чувствительные точки, слегка проникая вовнутрь. Меня трясёт. Я буквально хнычу и трусь ягодицами о горячий член. Ещё секунда, и сильные ладони сжимают мои бедра, рывком насаживая на разгоряченную плоть. Так туго, что я тихо, но с наслаждением, скулю, когда толчки внутри меня сразу становится все размашистее, а дорогой аромат хвои и терпкий запах мужской кожи раздирает лёгкие до головокружения. Черт! Между ног так жарко и мокро, но мне хочется больше. Я сильнее прижимаюсь к рельефному телу позади себя. Слышу низкие несдержанные стоны у своей шеи. Нахожу силы приоткрыть глаза, когда ощущаю, как мои соски пронизывает тепло от настойчивых ласк. Я знаю, кому принадлежат эти пальцы, поэтому по телу тут же проносится лавина тягучей эйфории. Я не ошиблась, моя грудь накрыта татуированной ладонью с выступающими костяшками. Ощущаю несколько грубых толчков внутри себя и лишь сильнее прогибаюсь, подстраиваясь под жесткий ритм. Ещё и ещё… Низ живота уже готов взорваться искрами в подступающей разрядке…
Если бы не странный глухой нарастающий стук с каждой секундой…
Долбаные соседи со своим вечным ремонтом и перфоратором.
Я резко подорвалась на кровати, нервно дыша, а между ног тоскливо отзывались тёплые спазмы. Меня тут же накрыло отчетливое чувство обиды и ощущение пустоты внизу живота. Запустив ладони в спутавшиеся от беспокойного сна волосы, постаралась вернуть себе нормальное пульс и дыхание. Сердце билось словно заведенное, а мое обоняние… Я что? Схожу с ума? Мне казалось, что в комнате пахло парфюмом. Его парфюмом. Так ощутимо, что едва это могло не быть реальностью. Черт! Я закрыла пылающее лицо ладонями, до боли потирая щеки.
Это был сон. Сон! Как давно мне снилось что-то подобное? Не могла даже и вспомнить… Но сон, где я занимаюсь сексом с Герой, сейчас стоял перед моими глазами в мельчайших подробностях.
Гера! Точно! Быстро вытащив телефон из плена покрывала, я разблокировала экран, на котором тут же отобразились двадцать пять пропущенных звонков.
Моментально ринулась к плотно зашторенному окну и осторожно отодвинула тяжелое полотно. С четвертого этажа открывался прекрасный обзор на двор, в котором бельмом среди захудалых жигулей, блестел черный «бмв». А ее владелец подпирал пятой точкой капот, уставившись в телефон.
Мои губы невольно расплылись в улыбке. Может, конечно, я и не совсем права, так бессовестно рано утром выдернув человека за ненадобностью, но уведенная картинка приятной патокой разлилась в груди. Приехал… Ждет… Не все же ему постоянно наглеть. Телефон, все еще зажатый в моих ладонях, ожил в настойчивой вибрации.
– Спящая красавица, проснулась наконец, – с укором раздалось в динамике, стоило мне только нажать зеленую кнопочку, – на работу опаздываешь. Я все еще жду.
– Доброе утро. Ты извини, Гер, – я «виновато» вздохнула в трубку, продолжая с довольным выражением лица наблюдать за ним из окна. – Мне сегодня никуда не надо. Выходной.
Несколько секунд недовольного молчаливого дыхания в трубке, а его высокая фигура в черной куртке-косухе и джинсах поднялась на ноги, начиная медленно вышагивать возле автомобиля.
– В смысле выходной? А зачем я приехал? Сказать нельзя было? – От низкого тона со слегка угрожающими нотками разбежались мурашки по коже.
Интересно, а он сильно разозлился? А если сильно? Будет кричать? Или вообще обидится?
– Просто забыла, – я инстинктивно спряталась обратно за штору, и уверенности в моем голосе слышалось все меньше.
– Забыла, значит? Тогда вспоминай номер своей квартиры. Мало того что я голодный, так еще теперь и злой, Маша. Очень злой. Я торчу здесь около часа, пока твоя аппетитная задница дрыхнет. Нет, уж так не пойдет. Зови на кофе.
Фраза про «аппетитную задницу» невольно потянула мои уголки губ вверх, но я все равно бросила в трубку непоколебимое:
– Нет.
– Ты, я смотрю, по-хорошему никак не хочешь? – усмехнулся Гера. – Ладно… Ма-а-а-ша-а! – Мое имя одновременно взорвалось в динамике и глухо отозвалось за окном.
От неожиданности я подпрыгнула на месте, едва не выронив телефон из рук.
– Ты что творишь? Орешь на весь двор! Совсем уже? – гневно зашипела я в трубку, без колебания высунувшись из-за шторы. – В подъезде Маш больше нет. А мне здесь жить еще!
Гера, усевшись на капот «бмв», ищейкой всматривался в окна, задрав голову.
– Ага, значит, четвертый этаж, – торжествующе констатировал он, заметив меня, с грозным видом прилипшую к окну. – А номер квартиры?
– Три шестерки, – съязвила я, но точно понимала, что меня неминуемо ждет расплата за дурацкую шутку ввиде татуированного гостя, которой очень даже приветливо махал рукой.
От прилета чего-нибудь тяжелого в темноволосую макушку, Геру спас идеально пустой подоконник. В этот момент я искренне пожалела, что мы с Кирой не разводим какие-нибудь цветочки в горшках.
– Я жду приглашение на кофе. – Последовало спокойное заявление Геры.
Он продолжал глазеть на мое окно. И даже с четвертого этажа я видела его нахально-обаятельную улыбку.
– Десятая квартира, – буркнула я сдавшись.
Привести себя в божеский вид, но так, чтобы выглядеть по милому сонно мне понадобилось всего пара минут. Точнее, у меня было всего пара минут до того, как Гера поднялся бы к моей двери. Уже умытая с расчесанными, но нарочито небрежно распущенными волосами и переодетая в симпатичную пижаму вместо растянутой старой футболки, едва прикрывающей ягодицы, я стояла в коридоре и трепетом прислушивалась к звукам в подъезде. И… да, нервничала, так как раз десять критично бросала взгляд на зеркало: то прядь волос поправить, то покусать губы, чтобы не смотреться такой бледной.
От трели входного звонка у меня едва не подкосились ноги, но нацепив маску полного равнодушия, я распахнула дверь.
– Доброе утро, – Гера впорхнул в квартиру и без какого-либо дальнейшего приглашения скинул кроссовки и всучил мне в руки свою кожаную куртку. – А ты прям свежо выглядишь для только что проснувшейся. – Его взор бесцеремонно задержался на моем лице.
– Не могу сказать тебе то же самое, – съехидничала я, но мысленно себя все же пропесочила. Наверное, пару взмахов тушью по ресницам были все же лишними.
– И что у нас на завтрак? – деловито уточнил Гера, оглядывая тесный коридорчик с пуфиком и тумбочкой.
– У меня – сон, – пожала я плечами.
– Я час просидел под твоим домом просто так. Тебе не стыдно? – Татуированные руки Геры скрестились на его груди, а сам он с укором уставился на меня.
Было ли мне совестно? Разве что чуть-чуть, так как я все же прокрутила в голове возможные варианты завтрака исходя из содержимого своего холодильника. И эти варианты были весьма неутешительными. На кухне точно повесилась мышь. И, скорее всего, не одна.
– Могу предложить кофе с печеньками, – закинув его куртку на комод, я поплелась в сторону кухни.
– Давай хоть с печеньками, – за моей спиной послышался обреченный вздох.
Это была самая неуклюжая готовка кофе за все мои двадцать четыре. Все почему-то валилось из рук, высыпалось мимо чашки, углы и ручки кухонных шкафчиков так и норовили зацепиться за руки или ноги. И все это под пристальным наблюдением янтарных глаз, пока их хозяин спокойно же расположился за столом, улыбаясь и подпирая подбородок рукой. Я ощущала себя каким-то кукловодом: куда бы ни двинулась по кухне, туда же и следовал взгляд Геры. Он сковывал и заставлял чувствовать себя как на чужой территории. Я то и дело совершала какие-то суетливые телодвижения, теряясь на своей же кухне.
– Не выспалась, что ли? Кошмары снились? – ехидно усмехнулся Герасим, когда одним неуклюжим движением мной было пролито немного кофе из турки мимо чашки.
– Типа того, – пробормотала я, тут же стерев разводы со стола салфеткой.
– Надеюсь, не со мной в главной роли.
Я едва не выронила турку из рук, тогда как щеки опалил жар, а в горле мгновенно пересохло. Экстрасенс хренов. И как можно было сохранять спокойствие, когда перед глазами стояли не чашки-кружки, а татуированные ладони, ласкающие мою грудь. А еще эти же самые ладони теперь находились всего в метре от меня. Какое тут душевное равновесие? Мои мысли разлетелись по голове, как стая птиц.
– Не с тобой, – просипела я, с грохотом поставив наконец-то готовый кофе и придвинула конфетницу к его бесстыжему носу. – Приятного аппетита.
– Это и все? – Гера разочарованно взглянул сначала на горку печенек, потом на меня. – Я же не наемся.
Ясно. Он еще и троглодит.
– Хватит тебе. А то будешь толстым и некрасивым.
– Исключено. Толстым мне не быть. У меня отличный обмен веществ, – Гера гордо похлопал себя по худым бокам и потянул свои татуированные щупальца к моей конфетнице.
– Ага, – недобро хмыкнула я, приподняв брови. – Или глисты.
Лицо Герасима тут же картинно скривилось, а я, как ни в чем не бывало, выпорхнула из кухни. То-то же.
Оказавшись в свой комнате, я с размаху плюхнулась на кровать и забралась под плед. Раздражало ли меня присутствие Геры? Черта с два! Меня раздражало больше, что я, как шпион, прислушивалась к каждому звуку квартиры.
Да и вообще! Как так получается, что пытаюсь ускользнуть от Геры, а он все равно сидит у меня на кухне, попивает кофе и догрызает мои печенюшки?
– Надо же. Посуду моет, хозяюшка, – оповестила я свою подушку, слушая шум воды на кухне.
Но когда послышались уверенные приближающиеся шаги в коридоре, то ничего лучше не придумала, как Натянув на себя повыше плед, сделать вид, что крепко сплю. Но и это никого не смутило.
– Ты ничего не перепутал? – шикнула я, выглянув из-под пледа, когда моя кровать просела под чьей-то тяжестью.
Гера вальяжно развалился у моих ног, растянувшись по периметру всего спального места.
– Тесно у тебя здесь, конечно, но уютно, – проигнорировав вопрос, он внимательно окинул взглядом скромное пространство.
Похвастаться действительно было нечем. Небольшая комнатка с совершенно непримечательным ремонтом в виде светлых обоев, серых плотных штор, держащих комнату в полумраке, одинокий шкаф, полуторная кровать и письменный столик, используемый мной в качестве будуара. Но Гера прав. Мне было здесь достаточно уютно.
Правда теперь на этот уют посягала татуированная шпала, разлегшаяся посреди моей кровати. Задравшаяся футболка Геры демонстративно обнажала косые мышцы живота. Мой взгляд сначала задержался на вызывающе темной дорожке волос, идущей прямо под ремень джинсов, а потом и на четких линиях татуировок, стремящейся туда же. Тело мигом пробило трепетом, а я шумно сглотнула, ощущая ноющую пустоту внизу живота, такую же, что предательски настигла меня сразу после пробуждения.
– Какие планы на сегодня? – поинтересовался Гера, перевернувшись набок, и удобно подмял под себя часть моего покрывала, подпирая рукой голову.
– У меня спать, – Рассерженно втянув носом воздух, я поморщилась и резко со всей силы дернула плед к себе, скрываясь под ним.
– Ну, спи-спи. – Глухо хмыкнул голос извне. – Я тоже полежу. Уж очень рано пришлось встать сегодня.
У моих ног началась какая-то возня, по площади кровати словно потоптались слоны, а потом что-то приземлилось прямо возле моего лица. Я осторожно высунулась из-под покрывала, сразу же натыкаясь взглядом на узоры татуированных рук перед свои носом. Гера уже удобно расположился на подушках и, подперев спиной изголовье кровати, вальяжно вытянул ноги вперед.
– И ты просто собираешься вот так нагло лежать? – хмуро уставилась на расслабленный профиль Геры с умиротворенно прикрытыми глазами.
Хотя зачем я спрашивала. Ответ я и так знала. Мне уже становилось просто интересно, что еще может вычудить этот парень со странным именем Герасим.
– У меня есть пара свободных часов как раз, чтобы восполнить потраченную энергию на ранний подъем и беспонтовое ожидание тебя под подъездом, – он удобнее разместился на подушках и так сладко зевнул, что я с трудом удержалась, чтобы не сделать то же самое. – Но если мешаю, то могу уйти без проблем, – Все так же лежа с прикрытыми глазами, Гера лукаво приподнял уголки губ. – Мне уйти?
Дико захотелось ляпнуть что-нибудь едкое и колючее в его адрес, но все во рту слиплось, словно я разжевала горсть ирисок. Смогла лишь громко фыркнуть, закутаться по уши в плед и отвернуться от него буркнув:
– Да мне вообще все равно.
Хочет испытывать терпение – пожалуйста. Посмотрим у кого его больше. Пусть хоть весь день сидит здесь. И пусть тепло, исходившее от него, все сильнее расползалось по моему телу, и пусть запах его парфюма теперь точно стал настоящим, плотно окутывая мне сознание. Плевать, что желание приблизиться к татуированным крепким рукам настойчиво накатывало к низу живота, превращая меня в один наэлектризованный комок нервов. Главное – не дать картинкам из моего сна стать реальностью. Или да? Или нет? Или…
«Боже…» – крепко зажмурившись, напряженно вслушивалась в то, что происходило за моей спиной. Две, три, пять изводящих минут.
И я сдалась первая…
Гера
Меня разбудил четкий удар в самую чувствительно нежную часть моего тела. Ото сна и следа не осталось. Из глаз едва не повылетали искры, а губы пришлось сжать с силой, чтобы погасить рвущийся наружу стон. Тело, повинуясь инстинктам, захотело сжаться калачиком, но попытка сдвинуться хоть на миллиметр далась с трудом. Что-то или кто-то точно ограничивал меня в движении. А именно чья-то нога, закинутая мне на бедро с упирающейся коленкой мне точно в пах и теплая рука, перекинутая поперек моей груди. Собрав охреневшее от боли сознание по крупицам, я распахнул глаза.
