Текст книги "Четвертый всадник (СИ)"

Автор книги: Алексей Шмаков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Четвёртый всадник

Глава 1

Вот стою, держу весло, через миг отчалю.

Сердце бедное свело скорбью и печалью.

Тихо плещется вода, голубая лента.

Вспоминайте иногда вашего студента.

ММУ, или Московский Магический Университет, что это, если не кладезь знаний, навыков и бесценного опыта для сильнейших магов Российской империи с момента образования сего чудесного учебного заведения?

На этот вопрос вам смогут ответить только те, кто обучается здесь на данный момент. И никакого отношения к вышесказанному оно не имеет. Большинство из учащихся поступает в университет, уже имея достаточно навыков и знаний.

Просто у выходцев из древнейших родов не может быть по‑другому.

И вот здесь начинается самое интересное. С чем наша четвёрка познакомилась практически сразу после поступления.

Буквально через пару недель каждому из нас пришло приглашение на посвящение в студенты. Насколько я помню из прошлых жизней, это всегда невероятно весёлое и интересное мероприятие, с разными активностями, музыкой, алкоголем, горячими студентками и прочими прелестями молодости.

Вот только посвящение в ММУ сильно отличалось от этого. На первом месте здесь стояла магия.

– Всё очень просто: насколько сильное и сложное заклинание вы сможете сделать здесь и сейчас, настолько высоко сможете подняться в иерархии среди других студентов, – мило улыбаясь, сообщила нам Александра Александровна Романова, глава студсовета и первая среди всех студентов университета.

Мы и не знали, что у Петра Дмитриевича есть дочь или племянница, которая обучается в ММУ. Да и вообще практически ничего не знали о роде Романовых. Как‑то совершенно не интересовались. Даже Ленка, которой вроде положено по статусу. Поэтому удивились, когда узнали, как зовут главу студсовета.

И сразу стало понятно, почему глава тайной канцелярии просил нас вести себя в университете примерно. Не выкидывать ничего, как мы привыкли. Просто переживает, что зацепит его родственницу. Но этого точно не случится.

К тому же Александра и сама не даст себя в обиду, не зря же лучшая студентка университета. И это ещё на четвёртом курсе. Сделала всех выпускников и своих сверстников. Её имя гордо возглавляет списки лучших.

В университете даже имелась своя таблица лидеров. Причём висела в главном корпусе рядом с расписанием. Правда, видели её исключительно студенты, и распространяться об этом негласном соревновании было запрещено. Тайна, касающаяся исключительно студентов.

И это было здорово, что‑то общее объединяет. Для чего была создана подобная система, я прекрасно понимал. За какой‑то месяц после начала обучения в ММУ уже случилось три дуэли, одна из которых закончилась весьма плачевно. Проигравший погиб, а победителя выгнали.

Аристократы они такие: чуть что бросаются в драку. Пытаются всем доказать, что нет сильней и круче их рода. Даже на нас пару раз пытались наехать, но быстро поняли, что это бесполезно.

Я и Мирослава не аристократы и смело можем слать желающих лесом. К Шуйской никто не посмеет сунуться, ну а вокруг Гришки всегда такая мрачная атмосфера, что кроме нас с ним вообще больше никто не общается. Что Воронова вполне устраивает.

Вот и сейчас рядом с нами практически никого не было. Из сорока трёх первокурсников, что поступили в этом году, осмелились встать достаточно близко к нашей четвёрке всего пятеро. Исключительно девчонки, довольно симпатичные и смелые.

Нам с Гришкой это весьма понравилось, а вот Мира с Ленкой явно были не в восторге, но сделать ничего не могли.

Пока не могли.

Просто использовать магию можно только после сигнала от главы студсовета. Все должны быть в одинаковых условиях и успеть создать своё заклинание всего за двадцать минут. Растягивать церемонию посвящения на часы ради создания заклинания никто не собирался: люди пришли сюда, чтобы развлечься, а не становиться свидетелями составления зубодробительных заклинаний.

– Все готовы? – прозвучал голос Романовой, словно она стояла у нас за спиной. Хотя на самом деле довольно далеко от места наших магических экспериментов.

Раздалось нестройное мычание, которое было расценено как положительный ответ, и Романова дала сигнал к началу.

Какое заклинание можно создать за двадцать минут, чтобы оно оказалось круче, чем у остальных?

В моём случае практически любое. Только нужно позаботиться о безопасности окружающих, что и займёт больше всего времени.

Моей главной соперницей здесь была Мира. Просто у нас практически одинаковый запас магической энергии. При поступлении проводились замеры, так ни у меня, ни у Скворцовой не удалось ничего замерить. Приборы оказались слишком слабыми. А новые сделать пока не могут. Лучшие артефакторы империи ломают над этой задачей голову, в том числе и Левша, который уже несколько раз приглашал нас на проверку его новых творений. Все оказывались слишком слабыми.

Так вот, кроме Миры мне больше некого опасаться. Значит, нужно создать заклинание, которое точно переплюнет её.

А в чём я лучше всего?

Правильно, в иллюзиях, которые в любой момент могут стать совсем не иллюзиями. На этом я и сыграю.

Основа создаётся проще всего, а уже потом на неё накручиваются необходимые условия, пояснения, ограничения и так далее.

На основу у меня ушло пару минут и совсем немного расходников. Покажу всем, что могу работать без кучи костылей, исключительно за счёт огромного запаса магии.

Гришка рядом работал с тьмой, Ленка выращивала своих любимых малышей, которые уже пугали многих собравшихся, а вот Мира затихарилась. Явно создавала что‑то, действующее на разум.

Поэтому нужно добавить в моё заклинание ещё один небольшой штрих. Знаю я Скворцову – любит она всех пугать.

– А это зачем? А это? А вот тут это что? – начал заваливать меня вопросами Каспер, который не понимал даже половины того, что я вкладываю в заклинание.

Мы уже переросли своих наставников, но раз они всё ещё остаются с нами, то не выполнили своё предназначение. Значит, мы ещё не знаем чего‑то крайне важного. Но мы и не жалуемся, привыкли к ним и ощущаем неотъемлемой частью себя. А ещё они очень хорошо умеют отвлекать внимание, когда это нужно.

– Вы видите? Это же Благославенный! В трусах! – раздался чей‑то голос, и все тут же повернулись.

Даже Мира не смогла удержаться, а вот я за это время успел малость вмешаться в заклинания ребят.

Хватило буквально пары мгновений, и я уже совершенно уверен в том, что займу первое место среди поступивших в этом году. За мной точно будет Мира, а потом Гришка с Ленкой. Ну а дальше уже все остальные.

Хоть уже прошёл месяц с начала обучения, но толком мы так ни с кем и не успели познакомиться. Слишком нас сторонились. Нам же проще и спокойнее. Но я уверен, что совсем скоро это изменится. Совсем как в школе.

– Посмотрите, а там Зелёный Патрик и Виктор Вагнер. Они что, дерутся?

Похоже, не я один решил отвлечь внимание зрителей от наших заклинаний. Но в мои ребятам точно не получится залезть.

Надеюсь…

– А это кто? Йозеф Мартинсен? И чего он там делает возле кадки с цветами? Неужели нужду справляет?

В общем, наша четвёрка устроила отличный отвлекающий манёвр. Правда, его быстро раскусили.

– Отец говорил, что вы можете доставить много хлопот, – появилась за нашими спинами глава студсовета, на которую не подействовали наши отвлекающие манёвры.

И теперь мы знаем, что она дочь Петра Дмитриевича.

– Я прямо сейчас могу снять вас с этого соревнования и лишить возможности оказаться в числе лучших новичков.

– Но не будешь этого делать, – улыбнулся я.

Если Александра действительно хотела это сделать, то не стала бы нам говорить.

– Не буду, – кивнула девушка. – Но вы немедленно должны отозвать эти иллюзии. Они ведут себя недостойно сильнейших магов Европы.

– Это ещё почему? При жизни они были такими же людьми, как и ты, и любой из собравшихся здесь, – возмутилась Мира.

– При жизни, возможно, – пожала плечами Романова. – Но их нет уже восемнадцать лет, и вот такое использование образов бывших всадников можно расценивать как акт вандализма и надругательства над почившими героями.

Мы с ребятами переглянулись. А ведь Александра была права. Просто мы никогда не смотрели на материализацию наставников с этой точки зрения. А ещё раньше нам никто не осмеливался говорить подобное. Или просто не придавал значения, что было более вероятно. Тот же Пётр Дмитриевич, Левша, Бродский, да и любой из глав нашей охраны. Они бы точно не стали молчать.

– Как скажешь, – остановил я рыжую, которая уже хотела наехать на Романову.

Первым же и отозвал Каспера. Он уже выполнил свою роль и был не нужен. Ребята последовали моему примеру. А через две минуты истекло отведённое на создание заклинания время.

Александра провела его рядом с нами. Следила, чтобы мы больше ничего не выкинули.

Впрочем, она была не одна. Практически все присутствующие не сводили с нас взгляда. Выделилась только одна миниатюрная блондинка из параллельной группы. Она не обращала ни на кого внимания и работала до того момента, пока не закончилось время.

– Что же, пришла пора посмотреть, насколько талантливые первокурсники поступили в этом году в ММУ, – заговорила Романова. – Всё, что от вас сейчас требуется, – это просто активировать своё заклинание, а потом мы все вместе определим первую пятёрку студентов, которые получат преференции от университета. Какие именно, узнаете немного позже.

Преференции, это очень хорошо. Это все любят, и мы не исключение.

Было бы логично, чтобы начали с наших заклинаний, поскольку Александра стояла рядом, но, как выяснилось, она и логика две совершенно не совместимые вещи.

Заклинания нашей четвёрки оставили на потом. А пока все наблюдали за огненными фигурами, которые могли двигаться, водяными фейерверками, земляными и каменными постройками, вылезающими прямо из сцены, и прочими стихийными проявлениями.

Когда оставалось увидеть всего пять заклинаний, Романова подошла к рыжей, хотя все думали, что сперва это будет та самая миниатюрная блондинка, что работала до последнего.

– Шуйская, ваша очередь, – сказала глава студсовета, и рыжая расплылась в довольной улыбке.

Стоило ей щёлкнуть пальцами, как прямо из плитки, что лежала на полу, начали расти невероятно красивые цветы, от одного взгляда на которые на душе становилось невероятно легко и спокойно. А ещё они источали тончайший аромат, на который и рассчитывала Ленка.

Седативные свойства пыльцы этих цветов притупляли ощущения присутствующих, и поэтому никто даже не заметил, что, помимо этого аромата, у пыльцы были и другие свойства. Я бы сказал, что здесь поработала Мира, но она точно была не причастна к заклинанию Шуйской. Просто пыльца ещё и располагала всех, кто её вдыхал, к своей создательнице.

Уже все смотрели на Шуйскую с лёгкой улыбкой. В один момент она стала нравиться абсолютно всем, кто принимает решение о сложности и крутости представленных заклинаний.

Но не зря же я пытался помешать ребятам. Поэтому вскоре в изначальном аромате появились нотки навоза. Явно не понравившиеся многим. В том числе и самой Ленке, которая бросила на меня гневный взгляд. Но пускай докажет, что это я виноват, а не она сама накосячила.

– После того как все заклинания будут показаны, любой желающий сможет подойти и сорвать себе цветок, который понравится. Можете не переживать, их хватит на всех, – подкинула ещё одну монету в копилку своей победы Ленка.

Мира хмыкнула, а мы с Гришкой вообще никак не отреагировали. Впрочем, как и наша тёмная лошадка, смотрящая на Шуйскую как‑то странно. Словно на неё не подействовала пыльца. Очень интересно. Кто же это может быть?

– Уверена, многие обязательно воспользуются вашим предложением, Елена, – сказала Романова, которая так же попала под воздействие цветов рыжей. После чего обратилась к Гришке, – Теперь ваша очередь, Григорий.

Гришка пожал плечами, и через мгновение от пыльцы Шуйской не осталось и следа, а по помещению начал гулять ледяной ветер, нагоняющий на всех страх.

Кто‑то взвизгнул, кто‑то выругался, но в основной массе всем удалось справиться с накатившим страхом и никак не показать, что они испугались. Не зря в ММУ принимают только лучших.

Гришка решил не мудрить и просто призвал призрака. Самого простого, но накрутил в заклинание вызова дополнительных фишек, которые и дали вот такой пугающий эффект. Там и всполохи тьмы, начавшие расползаться по залу, и дополнительная иллюминация из глаз призрака, и даже его лёгкая маскировка.

Вместо какого‑то невзрачного старичка перед нами предстал настоящий дементор в развивающемся от призрачного ветра балахоне, с таинственной тьмой под капюшоном и леденящей душу аурой.

Эффектно, ничего не скажешь, но это всего лишь лёгкая обманка, которая подействовала далеко не на всех. У Ленки цветочки были круче.

А ещё вылезла моя помощь: у дементора слегка распахнулся его балахон, показав всем худощавую волосатую ногу, что вызвало волну смеха и недовольное бурчание Воронова.

– Жутковато, – сказала Романова и обратилась к Мире: – Надеюсь, вы не станете пытаться нас напугать?

– Даже в мыслях не было, – улыбнулась Скворцова и активировала своё заклинание щелчком пальцев.

По помещению прокатилась красная волна, которая заставила всех замереть, прислушиваясь к собственному разуму.

Именно к разуму, ведь Мирослава решила действовать наверняка и вложить нужную информацию сразу в разум ответственных за голосование лиц. А так как времени было слишком мало, чтобы заклинание действовало точечно, то оно просто распространилось на всех присутствующих.

Заклинание Миры давало возможность разуму попавших в него людей увидеть всё, что они захотят. Самые смелые фантазии могли обрести не только очертания, но и запах, осязание, вкус. Включались вообще все чувства. И самое главное, за пару мгновений можно было окунуться в океан самых ярких эмоций, которые невероятно сложно испытать в реальности.

Вот только снова появилась моя кроха. На этот раз вместе с желанием признать заклинание Скворцовой лучшим у всех появилось ещё одно, посмотреть, что же такого интересного подготовил я.

Это была невероятно тонкая манипуляция, которую не смог заметить вообще никто. Они уже были готовы отдать первое место Мире, но при этом держали в голове меня.

Понимание того, что сделала моя магия в заклинаниях ребят, приходило лишь в тот момент, когда они их активировали. Но я был вполне доволен.

После Миры образовалась небольшая пауза. Просто все отходили от пережитого и возвращались в реальность, пытаясь понять, как подобное вообще возможно.

Уверен, что к Мирославе потом будут подходить и просить снова применить это заклинание. Подсесть на подобное очень просто.

– Что же, – прокашлявшись, начала ошарашенная Александра, – Максим, настала ваша очередь продемонстрировать получившееся заклинание.

– Смотрим туда, – указал я пальцем вверх и активировал ключ‑руну.

Моё заклинание моментально вытянуло весь свет из помещения, и наступила тьма. Кто‑то тут же начал возмущаться, но быстро замолчал, когда над нашими головами начала разговаривать крошечная точка света, становясь всё больше и начиная показывать живую картину.

Для каждого она была своя. Кто‑то становился сильнее, умнее, лучше умел контролировать магию и так далее. Но это было ещё не всё. Каждый получал простенькое благословение, которое помогало ему достигнуть того, что показывал свет.

Эффект был временным, но это не отменяло того факта, что я смог создать заклинание, которое работало индивидуально на каждого присутствующего и воплощало его желание в реальность. Причём так, что каждый понимал, где именно стал немного лучше. И кого стоит за это благодарить.

– Ух ты, – произнесла Романова, когда моё заклинание закончило работать, а свет вернулся. – Никогда раньше не получала благословения. А это интересно. Вы действительно умеете удивлять.

Эти слова относились к нашей четвёрке. И каждый из нас был уверен, что займёт первое место. Но мы же знаем, что это буду я.

– Что же, это было действительно хорошо. И теперь нам необходимо посовещаться, чтобы объявить пятёрку победителей.

– Простите, – раздался робкий голос, прервавший Александру. – Но вы ещё не видели моего заклинания, – сказала та самая миниатюрная блондинка, о которой все просто забыли.

– Да? – удивилась Александра. – Приношу свои извинения, не могли бы вы представиться? Я всё ещё не запомнила всех первокурсников.

– Алёна Симонова‑Орлова, – произнесла девушка.

– Я и не знал, что у меня родилась внучка. Да даже о детях не знал. Это подстава! – произнёс ошарашенный Каспер.

Глава 2

– И как мы докатились до подобного? – спросила Ленка, разглядывая таблицу лидеров.

Она находилась на четвёртом месте, Гришка – на пятом, Мира – на третьем, а я – на втором. Всем утерла нос Алёна Симонова‑Орлова, внучка Благославенного и нашей школьной медсестры, которая после нашего выпуска уволилась.

Это мне потом Романов рассказал как‑то между делом.

– А всё очень просто, – заговорила Мирослава. – Просто мы считали соперниками только друг друга и ставили палки в колёса. Ведь так?

Скворцова посмотрела на меня, но я не подал вида, что причастен к тому, о чём она говорит. Я вообще не при делах. А то, что их заклинания сработали малость иначе, сами виноваты. Допустили где‑то в составлении ошибку и не хотят этого признавать.

– По‑моему, всё ещё проще. Просто Алёна – гений, – сказал я.

– Которого раньше прятали, и поэтому никто о ней ничего не знает. В том числе и её дед. Я разговаривала с отцом, но даже он не смог быстро найти информацию, – добавила рыжая.

Гришка просто стоял, смотрел на таблицу и что‑то жевал, словно ему вообще было наплевать на все эти глупые распределения. На себя, возможно, но точно не на свою невесту.

Кстати, свадьба у них должна состояться сразу после окончания университета. Подготовка уже идёт полным ходом. Даже почти всех гостей позвали.

– После случившегося на церемонии посвящения об Алёне теперь знают все. И это не удивительно. Даже у нас не получится за двадцать минут создать столь сложное заклинание, – сказал я, вспоминая произошедшее.

– И ведь надо было умудриться убрать со всех следы чужой магии, – цокнула Мира.

– И ещё сделать это так эффектно, – решил вмешаться Гришка, за что получил болезненный тычок под рёбра от невесты.

Хотя здесь парень был совершенно прав. Заклинание Алёны оказалось даже эффективнее наших. Я бы сказал, гораздо эффективнее. А как ещё можно назвать момент, когда абсолютно все присутствующие вспыхнули оранжевым пламенем?

Причём те, на ком было наложено много магии, включая и нашу, горели гораздо ярче. И особенно здесь выделялась наша четвёрка и глава студсовета. Там такое зарево получилось, что даже смотреть на него было больно.

Сперва началась паника: кто‑то решил, что реально горит, и стал пытаться потушить себя, хотя никаких неприятных ощущений мы в этот момент не испытывали. Кто‑то потерял сознание от страха. Кто‑то принялся активировать защитные артефакты и техники, которые в данном случае вообще не работали. Но большинство просто впали в ступор, не зная, что делать.

Здесь быстрее всех среагировала Шуйская. Все деревянные поверхности, что были в зале, мгновенно выпустили молодые побеги и спеленали Алёну. Ленка была крайне серьёзна и попыталась наехать на девчонку. Пришлось мне её защищать и доносить до всех, что никакой опасности в этом огне нет.

Мы его даже не чувствуем.

Но потом слово взяла сама Алёна и рассказала, что же за эффект даёт её заклинание. Но даже после этого многие колебались. Но не Александра Романова, которая сразу поняла, насколько заклинание Симоновой‑Орловой переплюнуло все остальные.

Она смогла воссоздать что‑то вроде упрощённой версии силы Годуновых. Конечно, мы с ребятами ещё довольно давно проворачивали подобное, но там и работа была сделана не за двадцать минут, и задействованы силы четырёх сильнейших магов Европы.

Теперь уже не потенциально, а вполне себе официально.

– Но ничего, мы ей ещё покажем, кто здесь по‑настоящему крутой маг, – подбоченившись, заявила Ленка, и, судя по выражению лица Миры, она её полностью поддерживала.

Ну а нам с Гришкой остаётся только тяжело вздыхать и смотреть, чтобы девчонки не перестарались. Знаем мы и их, и себя.

– Главное, как всегда, не перестараться. А для этого нам нужно учиться, и если не поспешим, то опоздаем на пару, – сказал я, показывая на часы, установленные рядом с расписанием и списками лидеров.

К слову, на каждый курс свой список. Первое место среди четвёртых курсов занимала Александра Александровна Романова. Впрочем, и лидеры остальных курсов имели весьма знаменитые фамилии. Как и у первокурсников, кроме нас, конечно.

– Опоздаем и опоздаем, – пожала плечами рыжая. – Чего такого там могут рассказать, чего не знает Гришка? Да и мне совершенно не нравится этот Преображенский. Какой‑то он слишком правильный. Запретил разговаривать на его парах, конспекты нужно делать, и вообще, вот зачем мне вся эта тёмная магия? Жизнь и смерть не совместимы.

– Свет и тьма, так же, – тяжело вздохнул я, прекрасно понимая, о чём говорит Шуйская. – Вот только выпускник ММК должен разбираться во всех видах магии. И даже использовать их самые простые техники. Да и сегодня Лев Давидович обещал нам практику. Даже думать не хочу, что это может быть, если последняя тема называлась «Поднятие простейшей нежити. И способы работы с мёртвой материей».

– Легкотня, с которой справится даже шестилетка. Я знаю, о чём говорю, и, если понадобится, то могу поднять нежить за вас. Гарантирую, что Преображенский даже ничего не заметит. Как тёмный маг он крайне слаб. Идеальное знание теории не гарантирует такой же результат на практике.

– Вот! – подняла указательный палец Ленка. – Это уже совсем другой разговор. Учитесь у Гришки, как нужно меня мотивировать ходить на эти пары. Хотя… Я же могу воспользоваться силой жизни и поднять…

Что именно собралась делать Ленка, она не договорила. Схватила Гришку за руку и побежала в сторону аудитории, которая находилась в восточном крыле на втором этаже. До начала пары оставалось всего три минуты.

На первой лекции профессор Преображенский нам сказал, что за любое опоздание прибавляет один дополнительный вопрос на экзамене. И так до бесконечности. Так что никому не хотелось закапывать себя собственноручно. А вот сам профессор оказался любителем острых ощущений.

Именно на этой лекции он впервые познакомился с поднятыми мной мертвецами. Забавная вышла история, которую запомнили абсолютно все в университете.

* * *

– Как я говорил вам на прошлом занятии, лучше всего теория познаётся во время практики. Конечно, это относится не ко всем видам магии, но точно к той, что мы сегодня будем изучать.

Вот таким нехитрым вступлением Лев Давидович подвёл нас к теме ближайших четырёх пар. После чего создал какое‑то простенькое заклинание, не требующее никаких дополнительных ритуалов, кроме пары пассов руками, и на электронной доске высветилось название темы:

«Поднятие простейшей нежити. Примитивные ритуалы, техники и способы работы с мёртвой материей».

– Может, мы не будем Макса подпускать к практике? – шёпотом спросила рыжая, сидевшая справа от меня. Слева сидела Мира, а Гришка – рядом со своей невестой.

– Шуйская, возможно, вы хотите рассказать нам о вопросах, которые будут затронуты на этой лекции?

Хоть Преображенский и выглядел древним старичком, но со слухом у него было даже более чем хорошо. Я‑то с трудом разобрал слова Ленки, а он находился от неё гораздо дальше.

– Насчёт использования жизненной энергии я могу рассказать очень много. Конечно, без родовых секретов. А вот со всем, что связано с тёмной магией, некромантией и так далее, это вы лучше к моему жениху обращайтесь. Он у нас в этом специалист.

Ленка ни капли не смутилась и бросила Гришку на амбразуру. Старую, пропитанную знаниями, мелом и любовью к дисциплине. На этой амбразуре погибли многие молодые дарования, которым не было суждено влиться в магическую элиту империи. Вот только Гришку она совершенно не пугала. Он действительно мог и сам стать такой амбразурой, заворачивая особо обнаглевших студентов.

– Специалист? Неужели⁈ – удивлённо воскликнул профессор. – Что же, в таком случае я хочу, чтобы этот СПЕЦИАЛИСТ, – специально выделив последнее слово, продолжил Лев Давидович, – показал нам всем мастер‑класс по поднятию простейшей нежити. Опытные маги способны осуществить поднятие за десять минут.

– За десять минут даже я справлюсь. Хотя тьма для моей силы является полной противоположностью.

Ну не удержался я.

Слишком уж пренебрежительно профессор отзывался о Гришке и его способностях.

Я‑то прекрасно знаю, что ему даже никаких ритуалов проводить не придётся. А все необходимые схемы у него в памяти, и для их воспроизведения не потребуется ничего, кроме нескольких десятков Рю. Этого с лихвой хватит, чтобы поднять простейшую нежить.

– Очень интересно. Прошу, представьтесь, молодой человек. Я уже привык, что первокурсники в начале нашего общения всегда пытаются бросить вызов старому профессору, но подобное заявление слышу впервые.

– Медведев Максим, унаследовал силу света, специализируюсь на благословениях.

– И говорите, что сможете поднять простейшую нежить за десять минут?

Впервые на моей памяти учитель никак не отреагировал на моё имя и магическую спецификацию. Уже привык, что все преподаватели знают о наследнике Благославенного. Только вообще никто не знает, как он выглядит. Да и видели меня единицы, и то всего один раз, во время нашей инициации, но прошло уже двенадцать лет, и я сильно изменился с тех пор.

– Вполне смогу, только сразу предупреждаю: поднятые мной люди становятся весьма проблемными.

– Об этом можете не переживать, Максим. Я способен справиться с любой простейшей нежитью. В противном случае никто не доверил бы мне вести этот курс.

– Как скажете, – пожал я плечами.

В принципе профессор говорит дельные вещи. Подумаешь, деда Архипа не могли поймать несколько недель, а Балкарнца и вовсе сумели разговорить только после участия Гироса.

Кстати, он сейчас находился рядом с Гришкой. Превратился в какую‑то мелочь и спал спокойно у него в кармане. Поэтому можно не опасаться, что снова произойдёт нечто непредвиденное. Некроморф легко справится с любой нежитью, что поднимут студенты. Даже я.

– В таком случае предлагаю начать нашу лекцию с практики. Если Медведев действительно сможет управиться за десять минут, то получит от меня плюс один балл на экзамене.

– Круто, можно вообще ничего не учить и получить три, – задумчиво произнесла Ленка.

Вот только Лев Давидович её быстро обломал:

– Можно и не учить, – кивнул профессор. – Только с чего вы решили, что за полное отсутствие знаний по моему предмету можно получить два? Ноль ставить у нас не принято, а вот кол, вполне.

– Тогда в любом случае придётся учить. Эх, а я уже было понадеялась.

– Надежда, это прекрасно. Но надежда, подкреплённая уверенностью, гораздо лучше. Что же, пройдём в лабораторию. Там уже всё должны подготовить.

В лаборатории действительно всё было готово. Правда, на группу из двадцати человек нам выделили всего четыре трупа, окружённых специальными заклинаниями и прикрытых простынёй.

Как сказал профессор, первокурсники в основной массе весьма впечатлительны, и ни одной лабораторной по принятию нежити не обходится без падения в обморок. Но избежать этих уроков не получится, программа обучения одна для всех.

В итоге, когда была снята простыня с первого трупа, у нас действительно нашлись две девчонки, которые отправились немного отдохнуть. Остальные вполне нормально восприняли слегка синюшное тело мужика лет пятидесяти.

– Если готовы, то можно приступать. Только сообщите, я запущу обратный отсчёт, – после того как привели в чувство отъехавших, обратился ко мне профессор. Ибо все должны присутствовать и получать знания от увиденного.

– Запускайте, – не стал готовиться я.

Да и к чему?

Я отлично знаю «Зарождение Жизни» и уже давно могу применять его без костылей. Никакой ритуалистики в том виде, в котором её привыкли видеть и ждал от меня Лев Давидович. Я работал исключительно с магической энергией, рисуя все необходимые знаки и руны взглядом.

Управился за шесть минут и ещё две проверял свою работу. Остальные с интересом наблюдали за моими действиями, не понимая, что вообще происходит. Большинство не могло ничего разглядеть, а те, кто всё же увидел мою работу, всё равно ничего не понимали. Даже наша гениальная Алёна.

– Закончил. Заклинание готово, осталось только его активировать, – произнёс я, когда выполнил проверку и был полностью доволен проделанной работой.

Мужик точно встанет. Правда, понятия не имею, как будет дальше себя вести. Но я ограничился минимальным количеством Рю. Так что если начнёт что‑нибудь вытворять, то совсем недолго.

– Что же, в таком случае можете его активировать, а мы посмотрим. Судя по тому, что я видел в процессе работы, вы решили использовать…

Что я решил использовать, профессор так и не закончил. Просто я уже активировал ключ‑руну, и знаки на теле мертвеца стали видны абсолютно всем. Несколько ярких вспышек и глаза мужика распахнулись, а из горла вырвался то ли хрип, то ли стон. Но его быстро заглушил девчачий визг, а затем и несколько глухих ударов падения бессознательных тел.

Впечатлительных среди одногруппников оказалось гораздо больше, чем после снятия простыни.

Ещё больше их стало, когда бывший мертвец сел и потряс головой, а потом ещё и выдал, глядя на нас застекленелыми зрачками:

– Вы кто?

– Первокурсники ММУ, – ответил я. – Вот профессор Преображенский не поверил, что я смогу поднять простейшую нежить за десять минут. А я смог и заслуженно получу плюс балл на экзамене.

– Боюсь, что это не так, – заговорил Лев Давидович.

Он выглядел крайне удивлённым, но всё равно не мог вот так взять и смириться с тем, что какой‑то первокурсник его уделал.

– Разговор шёл о поднятии простейшей нежити, которая не способна понимать даже элементарные команды. Я уже молчу про то, чтобы разговаривать и вести себя вполне осмысленно. Да и способ, который вы использовали, не имеет никакого отношения к тёмной магии. Если я не ошибаюсь, это было «Зарождение жизни»? Заклинание, применяемое друидами. Только немного изменённое.

Пока профессор говорил, наш живчик решил, что не хочет вот так просто сидеть и слушать всякий бред. Он спокойно слез со стола, при этом простыня совсем упала, а следом за ней и ещё пара девушек. Ну да, смотреть на причиндалы мертвеца не самое приятное зрелище.

– Профессор, никаких договорённостей о методах не было. Да и про то, что нельзя поднимать более продвинутую нежить, тоже. Я просто больше ничего и не умею.