Текст книги "Системный целитель 4 (СИ)"
Автор книги: Алексей Ковтунов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)
Нет, характеристики и всякие навыки остались на месте, тут ничего не изменилось. Сила, ловкость, выносливость – всё по-прежнему отображалось в привычном формате, разве что шрифт стал покрасивее. Уровень, опыт до следующего уровня, список активных и пассивных способностей тоже на месте, никуда это не делось.
Но помимо этого появилась целая куча дополнительных окошек.
Во-первых, теперь я мог смотреть характеристики всех остальных пользователей Тёмной Системы. Не просто видеть их уровень и сорт над головой, как раньше, а полностью – все показатели, все навыки, весь прогресс. Достаточно было сосредоточиться на конкретном человеке, и перед глазами разворачивалось его полное досье, включая историю полученного опыта и даже график роста характеристик за последние дни.
Немного жутковато, если честно. Получается, я теперь могу следить за каждым подключённым, знать о нём практически всё, и он даже не будет об этом догадываться. Светлая, наверное, тоже так умеет, только у неё масштабы побольше, как-никак миллионы пользователей вместо моих нескольких сотен.
Во-вторых, и это уже куда серьёзнее, система дала мне возможность изменять количество энергии, которая будет передаваться Тёмной от того или иного человека. Прямо в интерфейсе, в разделе с говорящим названием «Настройки сбора», располагался ползунок, который можно было двигать от одного до восьмидесяти процентов. Один процент – минимум, восемьдесят – максимум. И это для каждого пользователя индивидуально, можно было настроить разные значения для разных людей.
Я уставился на этот ползунок, и внутри что-то неприятно сжалось. Как-то очень уж похоже на деление по сортам…
Можно забирать хоть восемьдесят процентов полученного опыта. Это значит, что человек убивает монстра, получает, скажем, сто единиц опыта, а до него доходит только двадцать. Остальное уходит системе. И мне, как главному оператору, судя по всему, тоже перепадает немаленькая доля.
Ещё была настройка частоты формирования артефактов при разрушении сердца прорыва. Точнее, как я понял после нескольких минут изучения, частоты похищения этих артефактов у людей. Суть простая: когда группа уничтожает сердце прорыва, система генерирует определённое количество или качество артефактов в качестве награды. И часть из них можно… просто забирать себе. Не давать людям, а перенаправлять в какое-то системное хранилище, откуда потом доставать по мере необходимости. Или же забирать в виде энергии, такое тоже возможно. Только галочку надо поставить где полагается, и всё.
Вот это уже откровенное воровство, как ни крути.
И что примечательно, согласно всплывающей подсказке, примерно половина от всей собранной энергии и похищенных артефактов тоже пойдёт лично мне. Как главному оператору. Как тому, кто несёт ответственность за всех подключённых и обеспечивает работу системы на своей территории.
Ну что? – раздался в голове знакомый голос Тёмной, и в нём слышались нотки ожидания. – Будешь менять настройки? Как видишь, сейчас я забираю сущие крохи, и этого едва хватает на хоть какое-то существование. Светлая, к слову, берёт восемьдесят процентов с третьесортных. И это только по моим самым скромным предположениям, а сколько она на самом деле забирает – одной ей известно.
Я задумался на секунду, глядя на ползунок, застывший на отметке в один процент. Такой маленький, такой незаметный. Кто вообще почувствует разницу, если поднять его до пяти? Или до десяти? Люди даже не узнают, что теряют часть опыта, они просто будут качаться чуть медленнее и думать, что так и должно быть.
А ведь это искушение… Самое настоящее искушение, классическое, из учебника по этике. Власть развращает, абсолютная власть развращает абсолютно, и всё такое прочее. Только здесь всё ещё хуже, потому что последствия решения будут не абстрактными, а вполне конкретными – сотни людей будут развиваться медленнее, получать меньше, страдать больше.
Помотал головой, отгоняя соблазнительные мысли.
– Ничего менять не собираюсь, – произнёс я вслух, чтобы закрепить решение. – Пусть всё остаётся как есть.
Уверен? – в голосе Тёмной не было разочарования, скорее любопытство. – Один процент – это действительно очень мало. Я на эти крохи еле существую, а ведь мне нужна энергия, чтобы развиваться, чтобы защищать своих пользователей, чтобы противостоять Светлой…
– Уверен, – твёрдо повторил я. – Знаю я эту логику. Сначала добавишь один процент – мол, всего один, никто не заметит. Потом второй, потом третий. А потом оглянешься и поймёшь, что забираешь уже пятьдесят, и остановиться никак не получается, потому что аппетит приходит во время еды.
Продолжай, – голос Тёмной стал серьёзнее.
– Жадность – штука такая, – я откинулся на поваленный ствол и посмотрел в небо, где медленно плыли облака, подсвеченные закатным солнцем. – Она не позволяет остановиться. Всегда кажется, что можно взять ещё чуть-чуть, ещё немножко, ведь это же для благого дела, верно? Да, у нас благие намерения, мы хотим победить Светлую и освободить людей от её тирании. Но все так говорят. Все злодеи в истории считали, что творят добро. Многие даже свято в это верили, искренне и до последнего вздоха, даже если творили самые ужасные дела.
Я замолчал, собираясь с мыслями. Перед глазами мелькнули образы из прошлой жизни – политики, которые начинали с искреннего желания изменить мир к лучшему, а заканчивали коррупцией и воровством. Врачи, которые сначала хотели помогать людям, а потом начинали брать взятки и выписывать ненужные лекарства ради откатов от фармкомпаний. Благотворители, чьи фонды постепенно превращались в личные кошельки.
Дорога в ад вымощена благими намерениями, и я не собирался становиться очередным подтверждением этой истины.
– Так что нет, – заключил я. – Процент энергии останется прежним, и это не обсуждается. А если ты против…
Не против, – перебила меня Тёмная, и в её голосе прозвучало что-то похожее на облегчение. – И я очень надеялась, что ты ответишь именно так. Это был своего рода тест, Вова. Проверка на прочность. Многие на твоём месте уже потянулись бы к ползунку, рассуждая о необходимости и целесообразности.
Ну надо же. Оказывается, меня тут проверяли, а я и не заметил. Впрочем, чего ещё ожидать от сущности, которая существует тысячелетиями и повидала всякого.
Но в любом случае, – продолжила система, – меньше одного процента энергии сделать не получится. Это технический минимум, необходимый для поддержания связи между мной и пользователями. И половина от этого одного процента будет идти на твои нужды и твоё усиление. Считаю, что это вполне разумная плата за каждого подключённого тобой пользователя.
– Может быть, – пожал я плечами. – Хотя я бы отказался и от этого, если бы была такая возможность.
Знаю. Именно поэтому ты и стал главным оператором, а не кто-то другой.
Лестно, конечно, хотя и немного настораживает. Тёмная Система явно неспроста выбрала именно меня на эту роль, и причины этого выбора могут оказаться куда сложнее, чем банальное «ты хороший человек и не будешь воровать». Но сейчас не время для паранойи, разберусь с этим позже.
Ладно, буду получать свою половину процента, стану сильнее, и появятся возможности как-то давить на Светлую. Тоже неплохо, если подумать. А ещё смогу вылечить ещё больше пациентов, если быстрее подниму уровень – с каждым новым уровнем эффективность исцеления растёт, и то, что раньше требовало часа работы, теперь занимает минуты.
Так что пусть будет как есть. Не идеально, но приемлемо.
Разведчики тем временем вернулись из пещеры, и по их довольным лицам было видно, что новости хорошие.
– Пусто! – доложил старший из них, подходя к герцогу. – Пещера глубокая, с несколькими залами, сухая и тёплая. Следов обитателей не обнаружено, разве что старое гнездо какой-то птицы у входа. Там можно разместить человек пятьдесят с комфортом, а если потесниться – все сто.
– Отлично, – кивнул Аксаков-старший. – Женщин и детей – туда. Выставить охрану у входа, организовать освещение. И найдите, чем закрыть вход на случай непогоды.
Бойцы тут же бросились выполнять приказ, и к пещере потянулась вереница людей с вещами и детьми на руках. Граф Аксаков лично руководил процессом, следя за тем, чтобы всё проходило организованно и без паники.
Охотники тоже вернулись, причем с неплохой добычей. Притащили две здоровенные туши, которые когда-то были волками, но размером действительно напоминали скорее телят. Шкура серебристо-серая, клыки в ладонь длиной, когти как кинжалы. Красивые звери были, пока живые. Сейчас же просто мясо, которое быстро разделали и повесили коптиться над кострами.
– Ещё оленя видели, – рассказывал один из охотников, вытирая руки о траву. – Здоровый, рога как деревья. Но он ушёл в соседний прорыв, мы за ним не полезли.
Разумное решение. Природные прорывы – это не шутки, там и опытный боец может нарваться на неприятности, если недооценит местную фауну.
Лагерь постепенно обретал вид настоящего поселения. Палатки выстроились ровными рядами, костры горели ярко и весело, отбрасывая тёплые отблески на лица людей. Откуда-то появились столы и лавки – видимо, всё-таки нашёлся тот самый грузовик с походным инструментом. Кто-то уже начал мастерить навесы из веток и брезента, кто-то рыл отхожие ямы на безопасном расстоянии от лагеря, кто-то таскал камни для очагов.
Жизнь продолжалась, несмотря ни на что.
Старик-друид закончил чаепитие с детьми и подошёл ко мне, держа в руках две дымящиеся кружки.
– Держи, – протянул он одну. – Ты выглядишь так, будто увидел призрака.
– Почти угадал, – усмехнулся я, принимая чай. – Увидел, во что может превратиться человек, если дать ему слишком много власти.
– А-а, понимаю, – старик опустился рядом на бревно и отхлебнул из своей кружки. Хотя явно даже не представлял, о чем я говорю. Но ему это и не особо важно.
Так мы просидели минут пятнадцать, попивая чай и каждый думая о своем. Старик, наверно, размышляет о своих корешках и скучает по дуплу, а я… Я просто пил ароматный напиток и смотрел куда-то вдаль.
– Ладно, – старик допил чай и поднялся. – Мне пора. Надо убедиться, что твои преследователи окончательно заблудились и не найдут дорогу сюда. А ты отдыхай, набирайся сил. Завтра проведу тебя обратно к городу, если всё будет спокойно.
Он свистнул, и из-за деревьев вынырнул его медведь, успевший где-то перекусить – морда была вся в чернике. Друид запрыгнул на спину зверю и скрылся в лесу, а я… А что мне остается делать? Буду сидеть и смотреть, как они тут всё обсутраивают.
Уровень +1
О! Может, пойти переманить еще пару сотен людей на сторону тьмы? Надо бы подумать, как их агитировать, чтобы никто точно не смог отказаться.
Предложи им печеньки, Вова. Просто скажи, что у нас есть печеньки. Или бублики с чаем.
Глава 5
Когда получил уровень просто за то, что сижу на бревне и смотрю на звёзды, сразу стало как-то теплее на душе. Приятное такое ощущение, словно выпил кружку горячего чая с мёдом в холодный зимний вечер. Система услужливо высветила уведомление о повышении, и я даже не сразу понял, откуда взялся этот опыт, пока не вспомнил про свою долю от общего сбора.
Ну а что? Да, я поступаю примерно как Светлая Система, и это, наверное, плохо с точки зрения какой-нибудь абстрактной морали. Но ведь процент сейчас минимален, это не восемьдесят и даже не пятьдесят, а всего-то один жалкий процент, половина от которого идёт мне. Капля в море, если подумать, и сделать этот процент еще меньше невозможно.
С другой стороны, пользователей уже несколько сотен, и все они сейчас активно сражаются с монстрами, зачищают прорывы. А значит, эти капли постепенно складываются в ручеёк, ручеёк – в речку, и так далее. Пассивный доход, как говорили в моём прежнем мире. Мечта любого бизнесмена.
Нравится? – ехидно поинтересовалась Тёмная. – Вот так можно качаться, даже не вставая с места. Но ты все равно булки-то не расслабляй. Реальный опыт всё-таки важнее.
Красота, не спорю, да и насчет опыта тоже все верно. Хотя совесть всё равно покалывает где-то в районе солнечного сплетения. Впрочем, я уже решил для себя, что не буду повышать процент, так что можно считать это… компенсацией за моральные страдания. Да, именно так и будем это называть.
Мысли сами собой потекли в практическое русло. Если я получаю опыт от каждого подключённого пользователя, то чем больше пользователей и чем активнее они качаются, тем быстрее расту я сам. А значит, в моих интересах, чтобы люди зачищали как можно больше прорывов. Прямо-таки хочется провести агитационную кампанию: «Товарищи! Прорывы зачищать нужно обязательно! Это ваш долг перед обществом и перед… ну, перед кем-нибудь там ещё!»
Но рисковать людьми тоже не хочется. Одно дело – пассивно получать опыт от тех, кто и так сражается по собственной воле, и совсем другое – толкать людей на опасные миссии ради собственной выгоды. Это уже попахивает тем самым скользким склоном, с которого я поклялся не съезжать.
Так что никакой агитации. Пусть всё идёт своим чередом.
Впрочем, это не значит, что я сам должен сидеть сложа руки. Дед ушёл разбираться с преследователями и обещал вернуться к утру, а до утра ещё куча времени. Можно потратить его с пользой, например, сходить и зачистить какой-нибудь прорыв из ближайших к поселению.
А их тут, надо сказать, хоть отбавляй. Куда ни кинь взгляд – везде мерцают разноцветные купола, от маленьких, едва заметных, до огромных, нависающих над горизонтом словно грозовые тучи. То и дело откуда-то доносились звуки боя – взрывы от атакующих навыков, лязг металла, крики команд. Бойцы герцога не сидели без дела, постоянно отбиваясь от монстров, которые лезли из прорывов как тараканы из щелей.
Придётся им тут постоянно держать оборону и защищаться, но это лишь поначалу. Зачистить ближайшие прорывы – и монстры уже не будут так досаждать, можно будет спокойно заняться обустройством поселения.
Поднялся с бревна, размял затёкшие мышцы и направился к палаткам, где расположились мои ребята. Паша сидел у костра и смазывал арбалет, методично проверяя каждую деталь механизма.
– Есть идея, – без предисловий начал я. – Пока ждём деда, можем сходить пощупать местные прорывы. Заодно посмотрим, что тут водится.
Паша поднял голову, и в его глазах мелькнул знакомый охотничий огонёк.
– Поддерживаю, – кивнул он, откладывая арбалет. – Давно руки чешутся. Сейчас соберусь, экипировку проверю.
– Далеко ехать не надо, – добавил я. – Тут в пешей доступности штук пять прорывов, если не больше. Выберем какой попроще для начала.
Паша уже вскочил и принялся собирать снаряжение – болты для арбалета, запасную тетиву, пару склянок с зельями, которые он где-то раздобыл. Профессионал, сразу видно, даже в полевых условиях держит всё в идеальном порядке.
Но прежде чем отправляться на охоту, стоило переговорить с новым хозяином этих земель. Всё-таки мы тут, можно сказать, гости, и было бы невежливо уходить куда-то без предупреждения.
Герцог Аксаков обнаружился возле одного из танков, где он что-то обсуждал с группой офицеров, тыча пальцем в разложенную на броне карту. Завидев меня, он махнул рукой, отпуская подчинённых, и повернулся навстречу.
– Что-то случилось?
– Нет, всё в порядке, – покачал я головой. – Просто хотел предупредить, что собираюсь прогуляться до ближайших прорывов. Размяться, так сказать.
Герцог хмыкнул, окидывая меня оценивающим взглядом.
– Размяться, значит. – усмехнулся он, – Один?
– С Пашей и остальными ребятами, если захотят присоединиться.
– Понятно, – Аксаков-старший задумчиво потёр подбородок. – Кстати, раз уж зашёл разговор… Я всё думаю о том, что ты предлагал раньше. Насчёт Тёмной Системы.
Я насторожился. Неужели передумал?
– И к какому выводу пришёл?
– К тому же, что и раньше, – герцог покачал головой, и в его глазах промелькнула тень застарелой боли. – Нет, Владимир. Я уже решил для себя. После того, что со мной сделала Светлая, после всего, что она заставляла меня творить… Я больше не могу доверять какой-либо системе в принципе. Ни светлой, ни тёмной, никакой.
– Понимаю, – кивнул я, и это была правда. Человек, которого десятилетиями держали на коротком поводке, угрожая смертью ему и его близким, имеет полное право не доверять никому и ничему. Это не трусость и не упрямство, это здоровый инстинкт самосохранения.
– Но это не значит, что я не благодарен, – продолжил герцог. – Ты спас мне жизнь, освободил от проклятия Светлой. Этого я не забуду. И если тебе когда-нибудь понадобится помощь…
– Договорились, – я протянул руку, и герцог крепко её пожал. – А сейчас мне пора. Прорывы сами себя не зачистят.
– Погоди, – Аксаков поднял руку, останавливая меня. – Зачем зазря рисковать? У меня есть люди, которым нечем заняться. Пока есть лекарь рядом, пусть помогут ускорить процесс зачистки.
Он обернулся и негромко свистнул. Из-за танка появились пятеро бойцов – все как на подбор крепкие, уверенные в себе.
– Это одни из лучших, – представил их герцог. – Справятся с чем угодно, так что берите их с собой.
Пятеро бойцов оказались непростыми, это я понял сразу, едва взглянув на них повнимательнее. Один явно был магом – худощавый мужчина средних лет с колким взглядом и руками, испещрёнными татуировками рунического характера. Двое других выглядели как классические мечники-танки: здоровенные, широкоплечие, закованные в тяжёлую броню из системного металла. Последние двое – стрелки, судя по колчанам за спиной и характерной осанке людей, привыкших часами выцеливать добычу.
Вместо винтовок, которые тоже висели за спиной, они взяли с собой луки, что меня немного удивило.
– Так себестоимость монстров получается ниже, – пояснил один из стрелков, заметив мой взгляд. – Пули ещё не скоро получится производить в этих условиях, а стрелы можно делать из чего угодно. Да и тише выходит, меньше внимания привлекаем.
Ну да, в условиях автономного существования каждый ресурс на счету, и тратить драгоценные боеприпасы на рядовых монстров – непозволительная роскошь.
Я принял подкрепление, а дальше собрались довольно быстро. Паша пришел со своим арбалетом, Виктор с огромным двуручным мечом, Архип с верным клинком и арбалетом, и пятеро бойцов герцога. Внушительный отряд, с которым можно было бы штурмовать небольшую крепость, не то что зачищать прорывы среднего уровня.
Первой целью выбрали прорыв четвёртого ранга, расположенный примерно в километре к западу от лагеря. Купол мерцал тёмно-фиолетовым светом, почти чёрным, с редкими всполохами багрового. Если не изменяет память, то это верный признак стихии тьмы… Не самый приятный тип прорыва, если честно, твари оттуда обычно вылезают… специфические.
– Стихия тьмы, – констатировал маг из отряда герцога, когда мы приблизились к куполу. – Будьте осторожны, там могут быть иллюзии и ментальные атаки.
– Разберёмся, – буркнул один из танков, проверяя крепление щита на руке.
Вошли в прорыв организованно – танки впереди, стрелки и маг в центре, я плелся где-то за их спинами, готовый в любой момент бросить исцеление на того, кто получит урон. Классическое построение, отработанное годами совместных рейдов.
Мне пока еще не доводилось контактировать с подобной стихией, так что для меня все было в новинку. Внутри прорыва было… странно. Даже по меркам этого мира, где странности давно стали нормой. Небо над головой отсутствовало совершенно – вместо него простиралась бесконечная чернота, из которой изредка проглядывали тусклые огоньки, похожие на больные, умирающие звёзды. Земля под ногами была мягкой и пружинистой, словно идёшь по гигантской губке, и при каждом шаге из неё поднимались струйки чёрного тумана, пахнущего чем-то затхлым и одновременно сладковатым. Запах разложения, понял я с неприятным холодком. Так пахнет гангренозная ткань на поздних стадиях некроза. Ну хоть что-то привычное в этом странном месте…
Первые монстры появились минут через пять неспешной прогулки. Вынырнули из тумана без предупреждения – чёрные, бесформенные сгустки, похожие на ожившие тени. Глаз у них не было, зато были пасти… Множество пастей, усеянных мелкими острыми зубами, которые открывались и закрывались, стараясь откусить от танков кусок побольше.
Теневые пожиратели, услужливо подсказала память. Твари низшего порядка, опасные только для неопытных авантюристов. Но их было много, штук двадцать, и они двигались слаженно, словно единый организм.
Танки даже не успели среагировать – стрелки выпустили по стреле каждый, и два пожирателя взорвались фонтанами чёрной слизи. Маг щёлкнул пальцами, и волна огня прокатилась по оставшимся тварям, заставляя их визжать на частотах, от которых закладывало уши.
– Слабаки, – презрительно бросил один из танков, опуская так и не пригодившийся щит.
Двинулись дальше. Туман становился гуще, видимость падала, и вскоре мы могли различать только силуэты друг друга на расстоянии вытянутой руки.
Следующая группа монстров оказалась посерьёзнее. Из тумана выступили существа, отдалённо напоминающие волков, только сотканные из того же чёрного тумана, что окружал нас повсюду. Теневые гончие – твари среднего уровня, быстрые, злобные и обладающие неприятной способностью проходить сквозь физические преграды.
Одна из гончих метнулась к магу, проскользнув между танками как призрак сквозь стену. Но маг оказался готов – выставил руку, и гончая напоролась на барьер из чистого света, вспыхнув и развеявшись пеплом.
– Они не любят свет, – спокойно прокомментировал маг. – Логично для тварей из прорыва тьмы.
Остальных гончих расстреляли стрелки, методично и без лишней суеты, словно выполняли рутинную работу. Паша тоже отметился – его болт прошил сразу двух тварей, выстроившихся в ряд, и обе рассыпались чёрной пылью.
Я наблюдал за боем и всё отчётливее понимал, что эти пятеро – не просто бойцы герцога. Это настоящие машины для убийства, идеально отлаженные и смертельно эффективные. Каждое движение выверено до миллиметра, каждое действие – результат тысяч часов тренировок и сотен реальных боёв.
От нечего делать вызвал интерфейс и посмотрел на их характеристики. А, ну да, конечно. Куда мы вообще с ними полезли. Теперь сложилось ощущение, что взрослые дяди вывели нас, детсадовцев, на прогулку.
Семьдесят второй уровень, семьдесят пятый, семьдесят восьмой… Дальше даже смотреть стало стыдно. С таким уровнем прорыв четвёртого ранга для них – лёгкая разминка перед завтраком.
Но что интересно – сами бойцы явно удивлялись своим возможностям. Я видел, как один из танков после очередной стычки недоверчиво смотрел на свои руки, словно не веря, что это он только что разрубил теневого голема пополам одним ударом.
– Раньше так не получалось, – пробормотал он, ни к кому конкретно не обращаясь. – Система забирала слишком много силы…
Ага, вот оно что. Когда сорт больше не актуален и система не отбирает львиную долю характеристик в качестве «налога», бойцы внезапно обнаруживают, что они намного сильнее, чем думали. Приятное открытие, наверное. А ведь дальше будет больше, поток опыта тоже приятно их удивит.
Сердце прорыва нашли в центре – пульсирующий чёрный кристалл размером примерно с меня, зависший в воздухе и испускающий волны тьмы. Маг подошёл к нему, взмахнул рукой, и вот, кристалл рассыпался черной пылью.
Барьер над нами тут же покрылся трещинами и распался, а тьма вокруг начала рассеиваться. Тогда как мы просто стояли и наслаждались потоком энергии, что хлынула в наши тела. Ну, особенно в мое тело, все-таки аспект Поглощения с каждым днем работает только сильнее. Скоро вообще всю энергию со всей планеты начну всасывать аки вселенский пылесос.
– Неплохо для разминки, – хмыкнул Паша, убирая арбалет за спину. – Что дальше?
Дальше был прорыв третьего ранга, расположенный чуть южнее – сдвоенная стихия льда и природы, что обещало интересную комбинацию существ. Купол этого прорыва переливался бело-зелёным, словно северное сияние, замороженное в камне.
Внутри нас встретила настоящая зимняя сказка, если бы эту сказку писал кто-то с очень больным воображением. Заснеженные поляны перемежались с участками густого леса, только деревья здесь были… неправильными. Стволы покрыты инеем, ветви – острыми ледяными иглами, а из-под снега то тут, то там проглядывали какие-то подозрительные бугры.
Первыми на нас напали белые мишки. Нет, не те милые плюшевые создания из детских книжек, а здоровенные твари размером с небольшой грузовик, покрытые бронированной шкурой из чистого льда. Когти у них были такие, что могли бы вспороть танковую броню как консервную банку, а из пастей валил пар и капала слюна.
Танки встали в оборону, принимая удары когтей на щиты. Стрелки сразу засыпали медведей стрелами, целясь в глаза и суставы – единственные уязвимые места на этих ходячих крепостях.
Один из мишек прорвался через строй и метнулся ко мне – видимо, почуял целителя и решил устранить угрозу в первую очередь. Умная тварь, надо отдать ей должное. Но недостаточно быстрая.
Виктор перехватил медведя на полпути, врезавшись в него своим огромным мечом как таран. Лезвие прошло сквозь ледяную броню, разрубая тварь почти пополам, и медведь рухнул в снег, заливая снег ручьями крови.
– Не лезь вперёд, док, – буркнул Виктор, стряхивая кровь с меча. – Твоё дело – дырки латать, а не геройствовать.
Справедливое замечание, не поспоришь.
Дальше стало еще веселее, ведь из-за деревьев выскочила стая хищных пингвинов. Да, вроде бы так они называются. Это и правда пингвины, только ростом с человека и с клювами, способными перекусить стальной прут. Они передвигались на удивление быстро для своей комплекции, скользя по снегу как на лыжах, и атаковали слаженно, пытаясь окружить группу.
Маг не стал церемониться – выпустил веер огненных стрел, которые прошили пингвинов насквозь. А с остальными разобрались стрелки. После чего оставалось только достать стрелы и спокойно двигаться дальше. Причем действительно спокойно… Настолько безопасной зачистки прорывов я еще пока не видел. Можно просто сидеть в кресле и ни о чем не переживать, бойцы сами все сделают как надо.
Хотя вскоре ледяная гусеница все же смогла застать нас врасплох. Она выползла из-под снега прямо под ногами у одного из танков, обвила его своим телом и попыталась раздавить. Тело у неё было полупрозрачным, словно выточенным из цельного куска льда, и внутри виднелись какие-то тёмные прожилки, похожие на кровеносные сосуды.
Танк заорал, правда не от боли, а от неожиданности, и сразу принялся рубить гусеницу мечом. Каждый удар откалывал куски льда, но тварь регенерировала быстрее, чем её разрушали.
– Огнём её! – крикнул я, вспомнив базовые принципы противостояния ледяным существам.
Маг кивнул и швырнул огненный шар прямо в центр гусеницы, после чего добавил еще несколько огненных плетей и еще что-то огненное, в суматохе особо не разобрал.
Тварь взвизгнула, её тело начало таять и трескаться, хватка ослабла. Танк вырвался и отскочил в сторону, а остальные добили ослабевшую гусеницу градом ударов.
Страж прорыва ждал нас у сердца – йети, здоровенная обезьяноподобная тварь, покрытая белым мехом и с глазами, горящими ледяным огнём. Ростом он был метра три, не меньше, и от него веяло таким холодом, что дыхание замерзало на лету, превращаясь в кристаллики льда.
– Классика жанра, – пробормотал один из стрелков, натягивая тетиву.
Йети взревел и бросился в атаку, размахивая кулаками размером с пивные бочки. Танки разошлись в стороны, пропуская его между собой, и ударили одновременно – один в спину, другой в ноги. Йети споткнулся, но не упал, развернулся и отшвырнул одного из танков мощным ударом.
Я тут же бросил исцеление, всё-таки боец влетел в дерево с такой силой, что ствол треснул, но благодаря моему навыку отделался только ушибами.
Стрелки засыпали йети стрелами, целясь преимущественно в глаза, но в основном попадали просто в йети. Но вскоре одна стрела всё же нашла цель, тварь взвыла, схватившись за лицо, и в этот момент маг нанёс финальный удар. Огненное копьё пронзило йети насквозь, и страж прорыва рухнул в шипящий расплавленный снег.
Сердце разбили без происшествий, собрали добычу и двинулись к следующему прорыву.
Пятый ранг, стихия воздуха. Вот тут уже пришлось попотеть.
Прорыв воздуха – это всегда непредсказуемость. Никогда не знаешь, чего ожидать: может быть, относительно мирные облачные духи, а может рой бешеных птиц-убийц. Нам, разумеется, повезло со вторым вариантом.
Первыми на нас налетели взрывные синички. Маленькие, размером с воробья, но набитые нестабильной энергией под завязку. При контакте с целью они детонировали, разнося всё в радиусе пары метров. Вроде поначалу выглядит не так страшно, но это только если встретить одну такую тварь. Вот только по одной они не летают… На нас выскочило сразу штук сто, не меньше, и все они неслись на нас сплошной визжащей волной.
– В укрытие! – заорал кто-то, и мы бросились к груде каменных валунов.
Синички врезались в камни, взрываясь фейерверком перьев и ударных волн. Грохот стоял такой, словно мы попали под артобстрел, осколки камней летели во все стороны, и мне пришлось постоянно применять исцеление на тех, кого задевало.
– Не могу прицелиться! – крикнул Паша, пытаясь поймать хоть одну птицу в перекрестье арбалета. – Слишком быстрые!
Маг решил проблему радикально – создал сферу огненного вакуума, в которую затянуло добрую половину стаи. Без воздуха синички не могли лететь и не могли взрываться, так что просто падали вниз безвольными комочками перьев.
Оставшихся добили стрелки, снимая по одной точными выстрелами. Я считал взрывы и поражался тому, как этим ребятам удаётся попадать в такие мелкие и быстрые цели.
Ну а после синичек появилась крылатая корова. Действительно, что еще можно ожидать от прорыва воздуха? Обычная с виду Бурёнка, с рогами, выменем и всем прочим, только с огромными белыми крыльями и способностью летать. И это довольно злая Бурёнка, видимо, кто-то из синичек был её другом.
Корова пикировала на нас сверху, пытаясь затоптать копытами, и при каждом пролёте создавала мощные воздушные потоки, которые сбивали с ног и швыряли о камни.
Виктор попытался достать её мечом, но промахнулся – корова оказалась на удивление маневренной для своих габаритов. Один из танков схватил здоровенный булыжник и швырнул в тварь со всей дури, попав прямо в крыло. Корова потеряла равновесие, закувыркалась в воздухе и рухнула на землю.
Добивали её всей группой, и это было… странно. Убивать корову, пусть даже летающую и злобную, казалось каким-то неправильным. Но когда она попыталась откусить магу голову, сентиментальность быстро прошла.
Ядовитые одуванчики оказались самой неприятной частью этого прорыва. Они выглядели как обычные одуванчики, только размером с подсолнухи, и когда мы проходили мимо, начали стрелять своими семенами-парашютиками. Безобидно, правда?
