Текст книги "Охотник с Земли. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Алексей Губарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

– Батыр, работаем, как на шестом полигоне! – скомандовал я, а затем с силой, поднатужившись, вырвал стол из оставшихся креплений, превратив столешницу в этакий ромбовидный щит. Два коротких куска от погнутых ножек выступили в роли креплений. Встав в полный рост, отдал очередной приказ: – Я несу щит, ты бьёшь!

– Раньше наоборот было. – сообщил мне друг, приближаясь. – Дай вторую ножку, я с двух рук бить буду.

– А мне их кусать прикажешь? – возмутился я. говорили мы, разумеется, на русском, так что вряд-ли присутствующие нас понимали. – Пошли уже. Бей по рукам и головам, так оно надёжнее. И ещё – при сближении я рывок применю, предварительно подам сигнал. Не упусти.

– Принял. – посерьёзнел Батыр, и мы двинулись вперёд. В столешницу тут же полетели ножи, некоторые из них пробивали вспененный пластик, но не сильно, так что я лишь слегка отвёл от себя «щит», чтобы не получить ранение. Заодно смог увидеть странное – по лезвию ножа, вышедшего на уровне моего лица, была размазана какая-то желтоватая субстанция. И она дурно пахла. Мне хватило одного мгновения, чтобы понять – это яд.

– Ножи отравлены. – сообщил Батыру. – Будь осторожнее. И где, мать его, Шрам?

– Живот у него скрутило. Хитрая задница у Рыжего, чует проблемы! – съюморил друг. А затем стало не до шуток – один из противников попытался зайти за столешницу с левого боку, и ударить меня ножом. Батыр оказался быстрее, и от его богатырского замаха нож полетел куда-то в сторону, а враг заорал – похоже друг раздробил ему кисть. Так, похоже наша группа поддержки вся закончилась, и можно действовать жёстче.

– Батыр, рывок на счёт раз! – предупредил я друга, а затем произнёс: – Два, раз.

Рывок со столешницей в руках получился мощным. Оно и понятно – после третьего необычного сна я мог активировать его аж пять раз подряд, и гораздо сильнее, чем раньше. До двух с половиной метров запросто перемещался. Вот и в этот раз всё произошло стремительно и мощно. Я лишь почувствовал несколько болезненных ударов в плечо, которым подпёр столешницу, а затем…

Затем накатила боль. Я, конечно, ожидал, что моя игра в «сбей нескольких человек на огромной скорости» выйдет боком, но не до такой степени. Во-первых при столкновении столешницу чуть повернуло, и один из ножей вошёл в мышцу руки. Плюс предплечье не выдержало и сломалось. Хотя, может это просто сильный ушиб.

Ну и зрение уже привычно заволокло багровой пеленой. Ох уж эти перенапряжения. И подлечиться не смогу – наруча на мне нет, как и мутагена.

– Ра-а-а! – раздался разъярённый рёв Батыра. Следом стали слышны удары – ножка от стола оказалась необычайно крепкой, раз мой озверевший друг до сих пор крушит ей напавших. Или он уже перешёл на удары ногами и локтями? Когда в ярости, Батыр превращается в берсерка, может такое, что после повторить не в силах. Так что я, отшвырнув столешницу, попытался сместиться в сторону. И тут же наткнулся на острие ножа. Чёртова кровавая муть перед глазами…

Перехватив ударившую меня руку, вывернул её так, что та не выдержала и сломалась. Затем рванул ударившего меня на себя, и подставил подножку. Всё это проделал здоровой правой рукой, левая висела вдоль тела, словно плеть. И лишь после того, как устранил угрозу, ухватил рукоять ножа, торчащую из живота. Фух, кажись повезло – рана не серьёзная. А яда я не боюсь… В отличие от Батыра.

– Батыр, осторожнее!

– Ра-а-а! Командир, держись!

Вот же псих, в раж впал, теперь у него режим «всех убью, один останусь». И пока это хорошо, но что, если товарищ не остановится вовремя, и сам получит отраву? Чёрт, да он уже получил, боевой клич какой-то вялый у него стал.

Размахивая здоровой рукой с зажатым в ней ножом, я наконец получил возможность видеть. Видимо организм справился с болью и попавшим в кровь ядом. За долю секунды оценив сложившуюся ситуацию, охренел от той бойни, что предстала передо мной. Похоже я своим рывком выбил дух, а так же жизнь, сразу из трёх противников. Ещё вокруг валялось пятеро заколотых бойцов, отдыхавших с нами, а скорее всего прикрывавших нас. А ещё я увидел остальных врагов, а точнее их изувеченные трупы. И посреди всего этого Батыра, стоящего на коленях. Твою же мать, да он сейчас отключится! Два ножа в груди у друга, и взгляд потеряный-потеряный…

– Ох, ты ж нихрена себе! – раздалось со стороны бассейна. Повернув голову на голос, увидел Владимира, всего залитого кровью. Тот, встретившись со мной взглядом, произнёс: – Мы тоже только что еле отбились. Мара ранена. Две девушки погибли.

– Врача вызвать можешь? – спросил я. – И почему система безопасности не сработала? Где охрана?

– Да я откуда знаю⁈ – вспылил рыжий. – Сейчас найду кого-нибудь!

Убедившись, что Владимир поспешил к выходу, я метнулся к Батыру. Тот до сих пор сжимал обеими руками щиколотки одного из врагов. Так вот чем, а точнее кем друг бил нападавших. Силён… Только сейчас ему явно не хорошо.

– Батыр, ты меня слышишь⁈

– Ног не чувствую. – неожиданно чётко произнёс товарищ. Только как-то замедленно. – И не вижу ничерта.

– Сука! – выругался я. – Говорил же, держись подальше от ножей! Это в твою кровь яд попал, у меня те же симптомы были. Только мой организм справился, а твой – не знаю. Как-то ты хреново выглядишь.

– Руки онемели. – растерянно произнёс товарищ. – Командир, ты это… Позаботься о Маре. Вы у меня единственные остались…

– Заткнись! – рявкнул я. – Не сдавайся! Сопротивляйся, мать твою!

– И это… Ры… Рыжего не нак… ывай. – добавил друг уже совсем заплетающимся языком, после чего начал заваливаться на бок. Я едва успел подскочить к нему, подхватил здоровой рукой. Сам споткнулся о тело противника, и в итоге завалился вместе с ним на бок. С трудом начал подниматься, стиснув зубы – раны свело от болевого спазма.

– Снайп! – раздался от входа в бассейн крик Ананды. – Снайп, ты ранен!

– Помоги. – не в силах кричать, тихо произнёс я. – У меня друг умирает. Лучший… Скажи, что его можно спасти. Ты умная, ты точно знаешь, как побороть яд.

– Какой яд? – подскочила к нам наянга. Батыр к этому моменту уже еле дышал, с хрипом, прерывисто.

– Нож возьми. – мотнул я головой. – Лезвия отравлены. Воняет.

– Вижу. – секундой позже ответила жена. – Что-то знакомое… Точно! Это желчь болотной ухватки, у неё десятый ранг опасности. Стоп, ты тоже ранен, я вижу кровь.

– Я справился с ядом – третья способность мутации помогла. – ответил я.

– Противоядия от этой желчи ещё не придумали. Снайп, я не знаю, как помочь Батыру. – почти что плача, произнесла Ананда.

– Ну я же живой. Значит есть что-то, способное нейтрализовать отраву. Стоп. Придумал одну вещь, надо попробовать.

Как только в моём мозгу возникла идея, я тут же ухватился за неё. Да, это может навредить Батыру, но нам терять уже нечего, друг скоро дышать перестанет.

Схватив валяющийся на полу нож, я зажал его между сломанной рукой и телом, и медленно вытянул, стирая яд. Повторил так дважды, чтобы окончательно очистить лезвие. Затем перехватил нож здоровой рукой за лезвие, и зажал подмышкой уже рукоять. Повернулся к жене:

– Ананда, подними Батыру голову и открой его рот.

Не дожидаясь, когда наянга выполнит приказ, прижал ладонь к лезвию и провёл туда сюда, делая глубокий порез. Держись Батыр, это твой последний шанс!

Глава 22
Герой готовит себе логово, а позже вынужден сделать сложный выбор

Батыр выжил. Уж не знаю, что помогло – моя кровь, его мутация, или подоспевшие вовремя медики. Врач сказал, что скорее всего всё вместе, потому что при подобных отравлениях обычно не выживают.

Мара отделалась лишь несколькими порезами и двумя колотыми ранами. Она же и нейтрализовала почти всех диверсантов, под видом техников проникших в центр отдыха через систему вентиляции.

Что характерно, ни один из нападавших не принадлежал к сектантам. Все двенадцать человек считались благонадежными, и никогда не покидали город. Кто их завербовал, и много ли таких диверсантов ещё бродит по закрытой территории – никто не знал. Корпорация перешла на осадное положение, начались тотальные проверки, и теперь по улицам, коридорам и даже внутри отдельных зданий разрешалось перемещаться только группами, в броне. Оружие разрешалось лишь немногим, прошедшим спецпроверку.

Нас с Анандой вообще взяли под защиту – у дверей в аппартаменты теперь всегда находились два бойца, закованных в бронескафандры. Плюс патрули, проходящие каждые несколько минут по коридору. В общем, у Фармгалактикс явно случился кризис, с которым они не знали, что делать. Или знали, но чего-то ждали.

Двое суток мы провели в условиях осады. Только однажды меня сопроводили до местного лазарета, где я смог поговорить с Батыром.

– Командир, мне тут сказали, что ты меня своей кровью напоил. – произнёс друг, после того как мы пожали друг другу руку. Выглядел здоровяк немного бледным, из-за чего его зеленоватая кожа приобрела бледные бирюзовые тона.

– Спасал, как мог. – улыбнулся я. – Ты зачем на рожон полез?

– Да за тебя испугался. – ответил товарищ. – Они же окружили твою тушку, я думал забьют насмерть.

– Меня теперь хрен убьёшь. – я шагнул к столику, расположенному возле больничной койки. – Это кто тебя подкармливает? Откуда фрукты?

– Мара передала. – усмехнулся Батыр. – Не знаю, где она их достала. Час назад заглядывала ко мне, где-то недалеко находится, седьмой номер палаты. Мне пока нельзя вставать, может открыться внутреннее кровотечение.

– Вот и лежи. – приказным тоном сказал я. – Отдыхай, восстанавливайся. Сейчас мы в безопасности. Относительной. И да, возможно в ближайшие несколько дней не увидимся, скорее всего меня забросят в джунгли, подальше от обжитых земель. Недели на три, не меньше. Я хотел взять с собой весь отряд, но вам там попросту не выжить. И ещё… Не должен был говорить, но обстоятельства изменились. В общем, будем вас всех поить супермутагеном.

– Но он же не сработает на нас. – нахмурился Батыр.

– Сработает, только в урезанном виде. Скажем, у вас будет лишь три особенности мутаций. Но поверь, то, что у тебя есть сейчас от мутации, и всё, что от неё сможешь получить – ерунда по сравнению с теми возможностями, которые приобретёшь с супермутацией.

– Я останусь зелёным? – уточнил Батыр. Увидев мой непонимающий взгляд, друг пояснил: – Не хочу, чтобы дома меня называли Халком.

– А я откуда знаю? Это тебе к местным учёным нужно. – усмехнулся я. – В общем поправляйся. И это… Ты опять меня спас. Спасибо.

– Сочтемся. – прикрыл глаза друг. – Всё, иди в свои джунгли, а то бесишь, весь такой здоровый.

– Когда вернусь, ты чтобы тоже здоровым был. И присмотри за остальной группой. – произнёс я, поднимаясь. – Всё, давай.

Покинув палату друга, спросил у проходившего мимо медика, где седьмая палата. Нашёл, постучался, и после разрешения заглянул внутрь. Мара располагалась в помещении не одна, с ней было еще две пострадавших. Увидев меня, зеленокожая вскочила с койки, и тут же поморщилась.

– Командир?

– Лежи, отдыхай. Я на минутку, проверить, как вы тут.

Разговор с Марой тоже был коротким. Я расспросил о самочувствии, наказал присматривать за Батыром, после чего предупредил, что сам исчезну на долгое время.

Владимира обнаружил в спортзале – парень после инцидента решил плотно заняться своей физподготовкой. Хорошо, если его хватит надолго. Так-то он упёртый, поэтому должен быть результат. С ним поговорили более обстоятельно – парень очень хотел разобраться, как нам всем жить дальше. Пришлось обрисовать ему ближайшее будущее, набросав несколько вариантов. Рыжий впечатлился.

А после состоялась сложная, но продуктивная беседа с Анандой. Было тяжело, но я смог её убедить держаться подальше от проблем и опасности. Хорошо, что у меня имелся весомый аргумент – беременность наянги. В идеале ей вообще лучше было покинуть Антимату, но жена упёрлась, мотивировав это тем, что ей при любом раскладе безопаснее здесь. Спорить не стал – она знала намного больше меня. Единственное, что мог, это попросил быть осторожнее. А после мы отдыхали, вели ничего не обязывающие беседы, рассказывая друг другу истории из жизни, и в целом оба чувствовали себя прекрасно.

* * *

Транспортник высадил меня на границе красной зоны и диких, неисследованных земель. Буквально в нескольких сотнях метров от образования, называемого каменной рекой. Эти гигантские колонии смертельно опасных паразитов имелись повсюду. То, что мы в первые сутки нахождения на Антимате прошли сквозь ряды каменных столбов, заслуга того самого супермутанта-охотника, даровавшего мне свой мутаген. Он словно бы дал нам шанс на выживание. Мы вообще не должны были спастись, так как наше судно нарушило границы Хранителей.

Пока транспортник удалялся, я проследил направление его полёта, после чего достал энергоклинок, и двинулся к приметному дереву, чтобы оставить ориентиры. Не хотелось бы остаться в диких джунглях только потому, что я заблудился и перепутал место приземления.

В этот раз у меня с собой было много всего. Две винтовки – обычная на энергоячейках, и пневматическая. Так же имелся короткоствол – энергопистолет и мои пистолеты, улучшенные местными техниками. В рюкзаке боеприпасов на месяц охоты, несколько различных видов холодного оружия, в том числе сборного, превращающегося в копьё, палатка из сверхпрочной ткани, сухпаёк на неделю, специи, предметы обихода. Энергоячейки выдали особенные, такие долго не поддаются эффекту Мерцания, и месяц не теряют заряд в условиях Антиматы. В общем, полная автономка.

А ещё у меня был особенный наруч. Я мог снять его в любой момент – необходимое действие при охоте. Хотя… Супермутанты умели издали чувствовать любое скопление металла, любой носитель энергии, в том числе и биологический. Так что я становился своего рода маяком, и первые дни на диких территориях мне следовало ожидать гостей. На это и была надежда – супермутанты не любят корпорантов (как и людей), а потому обязательно попытаются уничтожить и источники энергии, и того, кто их принёс. По факту меня забросили впритык к враждебным территориям.

– Какой ты нахрен охотник, Снайп. Диверсант на вражеской территории – вот это понятие подходит больше. – пробормотал я, закончив делать зарубки на приметном дереве, которое ближе всех располагалось к каменной реке. Развернувшись, внимательно осмотрел место, где собирался пересечь каменные сооружения. Отсюда, с пригорка, было видно, что у каменных столбов на вершинах имеются отверстия. Ради любопытства достал бинокль, и пригляделся более внимательно.

– Твою ж! – невольно вырвалось у меня, когда я настроил линзы, благодаря чему увидел крупное насекомое, выглянувшее из отверстия на миг. Размером с ладонь взрослого человека, с мощными жвалами. Почему-то я сразу подумал о том, что эту тварь даже сапогом не раздавить, настолько крепкий у неё панцирь.

– Сумасшедшая планета. – пробормотал я, убирая бинокль в специальный карман. Затем подтянул лямки рюкзака, сплюнул через плечо, и двинулся вперёд. Как говорится, ни пуха ни пера. Только вот ауру свою разверну в полную силу.

Едва прошёл между первыми каменными столбами, неожиданно для себя понял, что я чувствую насекомых, скрывающихся за стенками. Они, скорее всего, тоже услышали меня, и тут же затихли. Интересно, почему эти твари боятся супермутантов? Наверное инстинкты, взращенные эволюцией. Да плевать, главное что меня не трогают. Я ж сейчас словно жук, идущий по муравейнику.

Минуты три мне понадобилось, чтобы пересечь каменную реку. По пути попались старые, уже пожелтевшие кости каких-то животных. выглядели они так, словно их пытались разгрызть, но потом почему-то бросили. Так что я почувствовал огромное облегчение, оказавшись на чистом открытом пространстве. Ну здравствуйте, степь да лес. Супермутанты, за вами охотник пришёл.

* * *

Первые сутки ушли на поиск и обустройство жилья. Для этого пришлось прикончить местного хищника-одиночку девятого ранга опасности. Но он сам виноват – первым попытался напасть на меня, причём пёр буром, не скрываясь. Может, если бы он почувствовал мой запах, то передумал. Однако ветер дул с его стороны, и я выглядел слишком мелким для серьёзного противника. Пришлось ранить хищника, а после проследить за ним до логова, и там уже окончательно прикончить.

Так я по закону сильнейшего стал обладателем довольно уютной небольшой пещеры, подходы к которой первым же делом оснастил кое-какими сюрпризами. Растяжки со светошумовыми и наступательными гранатами если и не прикончат опасного хищника, то напугают, а главное – предупредят меня.

Следующим моим действием было устранения жизнедеятельности бывшего хозяина, вместе с ним самим. Вонь в пещере стояла адская, но как говорится – к любому запаху привыкнуть можно, к смерти, особенно своей – нет. Уже смеркалось, когда я, закончив уборку, прогулялся по округе и отыскал неподалёку ручей, из которого запасся водой.

Ужинать пришлось сухпаем – времени на охоту как-то не было, по дороге никто из живности не попался, а брать мясо от бывшего хозяина пещеры не было никакого желания. А вот завтра стоит озаботиться о подножном пропитании – травки там поискать какие-нибудь ароматные, фрукты-ягоды, зверя какого-нибудь.

Пока ужинал, расположившись снаружи, у самого входа в пещеру – внутри прямо сейчас на углях тлела душистая трава. Ну а как ещё избавиться от вони, оставленной зверем? Правильно, ароматный дым наше всё. Он проникнет в самые дальние, самые скрытые уголки пещеры. А я пока понаслаждаюсь ночной Антиматой. Эх, хорошо то как, в такие моменты начинаешь чувствовать какую-то невероятную, настоящую свободу. Вот он ты, а вот целый мир перед тобой. И сейчас можно делать всё, что угодно, никто и ничто не может ограничить тебя. Ну, кроме разума и совести, разумеется…

Закончив с сухпаем, в целом недурственным, уже местного производства, я с удовольствием выпил кружку ароматного напитка – местного аналога земного чая, после чего занялся приготовлением ко сну. Для этого у меня имелась специальная сетка, которую с помощью пневматической винтовки закрепил вокруг входа. Теперь, чтобы попасть внутрь, ты должен быть или мелким, размером с мышь, или сильным, как трактор.Ну или знать коды от двух замков, запирающих сетку. По итогу я мог видеть, кто ко мне пожаловал в гости, а вот хищник проникнуть в пещеру не сможет.

– Ну вот, можно и лечь спать. – пробормотал я, закончив накачивать матрас палатки, и укладываясь поудобнее. – И пусть весь мир подождёт.

* * *

Меня разбудил взрыв светошумовой гранаты. Вскочив, мгновенно снял винтовку с предохранителя – оружие было буквально под рукой, и навёл ствол на выход. Чёрт, светает уже, это ж кто ко мне под утро пожаловал?

Словно бы в ответ где-то внизу прозвучал рёв, полный обиды и ярости. Ох ты ж мама дорогая, это что там за слоняра орёт так громко? Мне такие побудки что-то не нравятся.

Словно бы в ответ снаружи рванула наступательная граната. Да твою же в печень, этот гость все растяжки сейчас уничтожит, а у меня каждая граната на счету!

Выскочив наружу, сразу же увидел зверя, который припёрся к моей пещере. Ну, теперь всё понятно. Зверь десятого уровня, десятого ранга опасности. Виторог лесной – название получил из-за своих рогов, очень ценных кстати. Похоже учуял меня, и решил, что с таким соседом ужиться не сможет. Что ж, зря это он затеял.

Тварь находилась в трёхстах метрах от моей пещеры – нас разделял лишь пологий склон и несколько разлапистых невысоких кустарников. Мы оба видели друг друга, и оба начали действовать почти одновременно. Я сделал первый выстрел, когда противник закончил свой первый прыжок. Оружие издало шелестящий звук, оборвавшийся в конце гулом, пуля мгновенно преодолела разделяющее нас расстояние, и угодила в рог. Удар, равносильный тяжелому молоту, сбил мутанта с траектории, и следующий прыжок развернул его ко мне боком. Не желая терять подобную возможность, всадил вторую пулю в мощную шею виторога.

Зверь завалился на бок, взбрыкнул своими когтистыми лапищами, но затем как-то извернулся, и смог вскочить. Ты смотри, крепкий на рану! Здоровенный, падлюка. И куда ж тебя бить? Что-то в наставлениях охотнику корпорации не было описания слабых мест у данного вида. Зато было упоминание о невероятной живучести виторога. Придётся стрелять в голову.

Пока зверь, мутировавший под воздействием Мерцания, пытался вывернуть шею так, чтобы пережать кровоточащую рану, я опустился на землю, упёр сошки винтовки, прицелился. Секунда, плавный вдох, досчитать до трёх, выдох. Выстрел. Есть, попал прямо в глазницу. Виторог словно разом потерял все силы – ноги подогнулись, тело плюхнулось на землю, и осталось лежать в неподвижности. А в следующую секунду произошло то, от чего я подорвался с места, будто ужаленный.

– Ня-я-я! – раздался за моей спиной крик, полный радости и торжества. Миг, и вот я уже сижу лицом к пещере, и целюсь из винтовки в существо… Чёрт, что это вообще такое?

– Ты кто, мелочь пучеглазая? – поинтересовался я у зверька, а точнее у детёныша. Существо было невысоким – едва ли полметра до макушки, покрытое густой пушистой шерстью серого цвета, с длинными ушами, свисающими вдоль тела, и огромными глазищами с янтарной радужкой вокруг голубого зрачка.

– Мока-мока! – произнесло существо, задрав свои маленькие мохнатые лапки над головой. Я невольно обратил внимание на ладошки, абсолютно лысые, и отсутствие коготков на пухлых коротких пальчиках. Да и зубы у зверя без клыков, вон он мне как пасть свою раззявленную демонстрирует. Не нужно быть учёным, чтобы понять – передо мной травоядное существо.

– Ты откуда здесь взялся такой? – поинтересовался я. И добавил: – Такой разговорчивый.

– Мока-мока! – зверь, не опуская верхние конечности, указал пальчиком на тушу виторога. – Мока-мока. У-у-у!

– Ты пришёл с ним? – усмехнулся я, чувствуя, что ситуация стремительно переходит в категорию абсурдных. Сижу на склоне, беседую со зверьком. Здравствуй, шиза.

– Мо-о! – существо отрицательно замотало головой, из-за чего его длинные уши растрепало в разные стороны. – Мока-мока! У-у-у!

– Сука! – произнёс я с нервным смешком. Затем поднялся, осмотрелся. – Значит ты убегал от виторога?

– Мо, мо-о! – закивал ушастик. Затем вновь указал пальчиком на виторога, и уже испуганно добавил: – Мока-мока!

– И где твой дом, ушастый говорун? – поинтересовался я. – Стоп! Ты что, понимаешь меня?

– О-о-о, мока-мока! – закивал ушастик, и постучал себя пальчиками по пушистой голове. – Мока мука.

– Капец. – только и смог выговорить я. – Грёбаный сюр. Слышь, знаток языков, ты это… Дорогу домой найдёшь?

– У-у-у! – зверёк неожиданно плюхнулся на пятую точку. впервые показав мне свой пушистый хвост. Обхватив свою голову руками, он запричитал: – У-у-у, мока-мока! У-у-у!

– Ты не знаешь, где твой дом? – уточнил я, наконец опустив оружие. Зверёк, продолжая тоненько подвывать и раскачиваться из стороны в сторону, чуть притих и отрицательно помотал головой.

– Ну, если знаешь дорогу, то можешь идти домой. – я даже отступил в сторону, и указал рукой, мол – беги.

– Мока. – грустно произнёс зверёк, и прикрыл глаза лапками. – Мока-мока мука…

– Ничерта непонятно. – признался я, и двинулся ко входу в пещеру. Зверёк весь подобрался, напыжился, глядя на меня сквозь щели между пальчиков, распушился… Но не сбежал, так и остался сидеть на одном месте. Я спокойно обошёл его, и через секунду уже оказался в пешере. Быстро взял разделочный нож, защёлкнул на предплечье наруч, подхватил пластиковое ведро с водой, и вышел наружу. Насколько помнил, у виторогов отличное мясо, вкусное и питательное.

Заперев за собой замки, краем глаза отметил, что ушастик наблюдает за мной. Верхние лапки он сложил на животик, ушки у него встали торчком, из-за чего я вспомнил одного мультяшного персонажа из детства. Чёрт, а ведь действительно похож. Только пушистый и цвет шерсти у него другой. Ну и не такой круглый.

– Снайп, ты бредишь. – произнёс я, приближаясь к убитому виторогу. – Точно бредишь.

Активировав иглу, добывающую мутаген, вогнал её в ноздрю зверюги, и стал ждать, когда наполнится первая капсула. Обычно с такого мутанта можно было собрать до четырёх капсул оранжевого мутагена десятого уровня. Вот только цвет собираемой жидкости почему-то оказался насыщенного зелёного цвета, да ещё и светящийся. Последнее вообще было невозможно, так как свечение мутагена – признак. что его добыли из супермутанта. Но виторог точно не был супермутантом.

– Что нахрен здесь происходит? – пробормотал я, заполняя уже десятую по счёту капсулу. В неё неожиданно потекла не зелёная, а оранжевая жидкость – такая, как в описании виторога. Повернувшись к ушастику, за которым всё это время приглядывал в полглаза, спросил: – Эй, мохнатый, ты не в курсе, что за чудеса я вижу?

– Мока-мока. – закивал своей лохматой головой детёныш, отчего его уши начали мотаться взад-вперёд. – Мука!

Зверёк чуть ли не кубарем скатился до меня, шустро обогнул тушу убитого виторога, и остановился, глядя мне прямо в глаза. Затем жестом своей короткой лапы пригласил следовать за ним, добавив при этом:

– Мока!

– Э, ты шибко то не наглей! – возмутился я. – Дай мясо хотя бы срезать, а то туша без мутагена усохнет быстро. Останемся без еды. Хотя… Ты же наверняка травоядный, да?

– Мока-мока. – закивал зверёк своей забавной головой, не уступающей по размерам всему телу.

– Ну вот, значит подождешь.

* * *

Шагая за ушастиком, бесшумно перемещающимся по лесной тропе, я размышлял о том, что занимаюсь непонятно чем. Сдался мне этот лопоухий? Занимался бы своими делами, но вместо этого иду чёрт знает куда, возможно в ловушку. Нападения не боялся, меня в нынешней броне крайне сложно прикончить, а полные капсулы, заряженные в наруч, в любой момент впрыснут мутаген в кровь и запустят процесс лечения.

С другой стороны, зверёк вёл меня по тем местам, которые я всё равно обошёл бы сам, так что время проходит с пользой. Так-то мы уже километра два точно протопали. Чудо, что этот мелкий ушастик ещё не устал. Любой другой детёныш схожей комплекции давно бы уже остановился на отдых, а этот ничего – пыхтит, но шагает.

– Может отдохнёшь? – предложил я, когда мы вышли на открытое пространство.

– Мука. – проворчал ушастик таким тоном, словно я предложил ему что-то совершенно неуместное в подобной ситуации. Что ж, шагаем дальше.

Наш путь окончился у одинокой горы, выглядевшей несколько чужеродно в данной местности. Слишком каменистые и крутые склоны, минимум растительности – словно её воткнул сюда неведомый великан. Ушастик неожиданно замедлился, и стал вести себя осторожнее. А когда мы обошли гору по кругу, причём на приличном расстоянии, зверёк вовсе замер. Ткнув пальцем в каменный выступ, он тихо произнёс:

– Мока-мока. Мука.

– И? – не понял я.

– Фука. – ушастик ткнул пальчиком в мою винтовку. – Мока.

– Думаешь, там опасно? – нахмурился я. – Ну пошли, посмотрим.

Оказалось, что пушистик привёл меня к пещере. А его осторожность стала понятна мне, когда через несколько минут наблюдения мы увидели винторога, выходящего наружу. Этот был помельче того, что я уничтожил, но не менее опасный. И вот в этот момент у меня наконец-то начало складываться понимание, что же здесь происходит.

– А ну-ка, малой, посторонись. – произнёс я, опускаясь на колено. Затем прицелился в голову винторога, и выстрелил. Так как стрелял сбоку, пуля поразила мозг, и зверь умер мгновенно. Вот он, опыт.

В следующий миг из пещеры выскочило сразу трое винторогов. Подобного я не ожидал, нигде не было сказано, что они обитают стаями. Впрочем, нигде не было сказано и обратного, никто попросту не знал, как вообще живут эти твари. И оно понятно – десятый ранг – это серьёзно.

– Пошла жара. – произнёс я, и начал стрелять, посылая пулю за пулей в растерянных винторогов, не понимающих, откуда их так больно бьют.

В итоге победила скорость. Звери хоть и обнаружили меня, добраться уже не успели. Последнего я добил с расстояния в полсотни метров. Итого шесть особей, больше из пещеры никто не вышел. Я, конечно, предположил, что кто-то из рогатых хищников укрылся и ждёт, когда враг подойдёт слишком близко, но Ушастик неожиданно что-то выкрикнул, и ломанулся вперёд.

– Стой! Куда? крикнул я, но мелкий проигнорировал мой голос, продолжая бежать к пещере. Выругавшись, поспешил следом, готовый в любой момент открыть стрельбу.

Ко входу в пещеру мы подбежали одновременно. Я едва успел перехватить ушастого за холку, подняв его в воздух. Тот сразу же забился, пытаясь вырваться, заверещал:

– Фука-фука! Мука!

– Сам ты фука! – ответил я, отступая в сторону. Вовремя – наружу выскочил ещё один винторог. Худой, с подпорченной шерстью, и бельмом на левом глазу. Завертевшись, он быстро сориентировался в пространстве, наведясь на верещащего ушастика. И тут же получил две пули в морду. С такого расстояния я не мог промахнуться, так что завалил зверя наглухо ещё первым попаданием.

– Здесь стой. – приказал резко обмякшему ушастику – видимо понял зверёк, что чуть на рога не попал из-за своей глупости. Опустив мохнатика, осторожно заглянул в пещеру, всмотрелся. И лишь после рискнул войти. Внутри было неожиданно свежо – никакой вони, чисто, если не считать несколько свежих куч помёта. Винтороги, суки гадливые.

Чем больше я осматривался, тем сильнее удивлялся. Отделка стен, предметы обихода, грубо сделанная мебель, шкура, сейчас задранная к своду, но раньше скорее всего перекрывавшая вход – всё говорило о том, что здесь жили разумные существа.

А потом я увидел мохнатые тела, истерзанные рогами и когтями. Успел сделать в их направлении лишь шаг, когда мимо меня с воплем пронёсся комок серого меха:

– Анна! Мука-мука!