Текст книги "Охотник с Земли. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Алексей Губарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 4
Герой понимает, что попал

– Ох ты ж, мать моя женщина! – вырвалось у Владимира. – Спаси и сохрани.

– Шрам, говори по существу! – оборвал я рыжего, одновременно осматриваясь. И замер, когда увидел то же, что и Володя. К нам приближался настоящий монстр.

В холке зверь мог дать фору слону. Только у земного зверя было два бивня и хобот, а у этого гиганта полноценная здоровенная пасть с полуметровыми клыками. Мощные лапы с гигантскими когтями, черная густая шерсть со множеством колтунов, янтарные глаза. И хвост – длинный, с утолщением на конце в виде шипастой булавы.

Мне хватило одного взгляда, чтобы понять – всё, нам хана. Это хищник, и он раздражён. Вон как хлещет по бокам своим хвостом-палицей. Черт, да мне одного удара таким будет достаточно, чтобы отправиться в Вальхаллу.

– Батыр, Шрам, слушай мою команду. – произнес я, наблюдая за зверюгой. Этот саблезубый шерстяной бегемот тоже внимательно следил за нами, словно бы никак не мог определить, кто вкуснее. А, к черту.

– На счёт два разбегаемся в разные стороны. Это единственный шанс выжить хотя бы одному.

– Хрен я тебя брошу, командир. – возмутился Батыр.

– Не, я не бегун уже, метров на двести меня хватит. – отозвался Владимир. – А дальше спекусь. Устал я сильно.

– Ну, тогда продадим свои жизни подороже. – ответил я, вскидывая оружие к плечу. Батыр повторил мои действия, смещаясь на шаг влево. Рыжий крутанул в руке мачете, и произнес:

– Эх, Володя. Говорила тебе мама – любопытство до добра не доведёт. А я – покоритель космоса, покоритель космоса…

– Кто это, Шиза? – спросил я вслух у своего цифрового помощника. Однако ответ был совершенно неожиданным.

– Неизвестный вид. Предположительно суперхищник, потенциальный носитель патогена «Мерцание».

– Каковы шансы на наше выживание? Может дашь какие-нибудь рекомендации?

– Не сопротивляться. – ответил искин. – Возможно неизвестный зверь не посчитает вас опасными, или добычей.

– Парни, не рыпаемся. – произнёс я. И чуть громче добавил: – Эй, Шнейн, ты слышал? Не вздумай атаковать зверя!

– Да я и с дерева спускаться не собирался. – раздалось сверху. – Здесь как-то безопаснее.

– Он движется. – глухо произнёс Батыр.

Зверь повёл себя странно. Не стал кружить, не рванул в атаку, не начал подкрадываться. Он просто двинулся в нашу сторону. Шаг, второй, третий. Под шкурой перекатываются мощные мышцы, голова гордо поднята, безжалостный взгляд хищника смотрит сверху вниз.

А затем произошло странное. Неожиданно мои руки налились такой усталостью, что я невольно выпустил оружие из рук. Мелькнула мысль, что это какое-то ментальное воздействие, гипноз, и я сейчас рухну на землю. Однако с ногами всё было в порядке.

Слева раздалось мычание, справа – звук падения тела. Секунда, и позади послышался хруст ломаемых ветвей, затем тяжёлый удар, и протяжный стон. Я мысленно представил, как Шнайдер сейчас корчится на земле от боли, ведь это он рухнул с дерева. Больше некому и нечему падать.

А зверь тем временем приближался, увеличивался в размерах, казалось, что он заполняет собой весь мир. В какой-то момент я почувствовал, что меня начинает поглощать неведомая сила. При этом сопротивляться совершенно не хотелось. Разум отказывался воспринимать такое поглощение, как нечто плохое.

Время, пространство – в какой-то момент всё прекратило свое существование. Остались лишь моё сознание, и нечто огромное, сильное, обладающее безграничной властью в этом безвременьи…

* * *

– Снайп, так твою через эдак! Очнись!

Голос был знакомым. Однако открывать глаза не хотелось, как и возвращаться из небытия в реальность. Но пришлось, потому как мне отвесили пощёчину.

– Батыр, ты мне так челюсть выбьешь. – с возмущением произнёс я, открыв глаза. И сразу обратил внимание на серое небо над головой. – Что происходит? Где мы?

– В Караганде. – товарищ улыбнулся. – Слава всем богам, ты очухался.

– Я долго был без сознания? Ох, чёрт! Где эта зверюга? Как мы вообще живы остались?

– А я откуда знаю? – пожал могучими плечами товарищ. – Очнулся первым, все валяются на земле. Тебя потормошил, но в ответ не алё. Тут Шнейн из-за дерева выползает на руках, и скулит. Похоже позвоночник сломал, придурок. Впрочем, это справедливо, что он единственный пострадавший. Хотя…

– Ну, договаривай! – потребовал я, так как друг резко прервал свой рассказ, и отвернулся.

– Со своим искином связаться попробуй. – вместо продолжения рассказа посоветовал Батыр. Я, разумеется, тут же прислушался к его совету. Только мне никто не ответил. Ни на мысленную команду, ни на голосовую. Шиза словно исчезла.

– Не получается. Постой, у вас так же? – спросил я у друга.

– К счастью – нет.

– Тогда как ты узнал, что у меня с этим проблемы?

– Ну, тут сразу несколько факторов было, намекающих, что с тобой что-то не так. – друг потупил взор.

– Батыр, сейчас укушу. – начал я злиться, видя, что товарищ юлит, пытается уйти от ответа. – Давай весь расклад.

– В общем, когда я очнулся, и подошёл к тебе, твоё лицо покрывала красная слизь. Сначала решил, что это кровь, но ошибся. Теперь считаю, что лучше бы это была рана с кровотечением. В общем, мой искин определил эту красную слизь, как носитель мерцания.

– Не понял. Мерцание, это же эффект, из-за туманности, он всюду.

– Всюду, ага. Только в разных концентрациях. – Батыр наконец уселся рядом со мной на пятую точку. – Короче, ты же помнишь о местных суперхищниках? Ну так вот, один из них облагодетельствовал тебя своей слюной. Ну, или выделением из какой-то железы. Чёрт, Снайп, ты же знаешь, что мне вся эта заумь научная, как зубная боль. Скажу просто – та зверюга выбрала тебя, и заразила.

– И долго мне жить осталось? – поинтересовался я, но тут же спохватился: – Подожди! Так я и для вас несу угрозу! Какого лешего ты меня вообще трогал?

– Да не заводись ты, командир. – махнул рукой Батыр, по прежнему не поворачиваясь ко мне лицом. Но я и по его голосу понял, что он говорит, едва сдерживая поток брани. – Никакой угрозы от тебя нет. Разве что самому себе угрожаешь. В общем, ты мутант, Гарри. Без помощи Фармгалактикс. Только во что выльется твоя мутация, никому неизвестно. Но статистика, она баба суровая. Мой искин утверждает, что из тысячи зараженных мерцающим мутагеном едва ли один сохраняет разум. У остальных башню сносит наглухо, и тело корёжит так, что мама родная не узнает.

– Там же инъекции какие-то помогать должны. – вспомнил я. – Имунил вроде. И это… Что с моим встроенным ИИ?

– Вот, еще одна побочка этого заражения. Искин не может взаимодействовать с носителем, когда начат процесс мутации. А чтобы эту мутацию остановить, хотя бы на время, нужна инъекция имунила. Которую в нашем случае колет искин. И увы, я или кто другой из нас не сможет поделиться с тобой своей вакциной. Мы попросту не можем извлечь её из наруча. Начальное оборудование, мать его разэтак. Контроль за заключенными и всё такое – у них такие же простейшие наручи.

– И как долго я смогу продержаться? – задал я очередной вопрос, постепенно осознавая, что вляпался.

– Сутки, но скорее всего меньше. – ответил друг. Он уже поднялся на ноги. – Ладно, раз ты очухался, давай, поднимайся. Нам ещё до грузовых контейнеров добраться нужно. Шрам! Доложить обстановку!

– Чисто! – раздался в ответ голос Владимира. – Шнейн стабилен!

– Так а что ему сделается. – проворчал Батыр, протягивая мне руку. Я не стал отказываться от помощи, и вскоре уже стоял на ногах, покачиваясь от слабости. Вот чёрт, что ж мне не везёт так? Судя по тому, как на этой планете сложно выжить, мне просто необходимы контролируемые мутации. Метаболизм, физическая крепость. А тут… Ну, такое себе. Вряд ли меня кто-то согласиться держать за стенами, зачем кому-то нужен никчёмный охотник, не способный выполнять свои обязанности.

– Командир, ты чего пригорюнился? – с беспокойством в голосе поинтересовался Батыр. – Нормально всё будет. Прорвёмся.

– Это да. – согласился я. – Нам для начала нужно добраться до места, куда был сброшен груз, а затем ещё и дождаться спасателей. А они не факт, что появятся. Кстати! Как далеко мы находимся от места нападения гигантского зверя?

– Да нормально прошли. – ответил товарищ. – По всем подсчётам до нужного места осталось чуть больше километра. Только у нас нет ориентиров, видишь, какой пейзаж вокруг?

Я осмотрелся, и поморщился. Кругом, на сколько позволяло зрение, виднелись каменные то ли столбы, то ли шипы, торчащие из земли и возвышающиеся на полтора-два метра. В основном темно-коричневого или даже черного цвета, с редкими пластами серого. Мда…

– Мы уже окрестили эту долину кладбищем драконьих зубов. – сообщил мне товарищ. – Если честно, крайне хреновое место, тут реально тухляком пованивает. Это сейчас не чувствуется, принюхались, а когда мы из леса вышли, очень даже ощущалось.

– И что, пока шли, никого и ничего не видели? Хотя бы шорох, или посторонние звуки?

– Ну, у моего искина есть теория, что красная слизь, в который ты был измазан, действует как отпугиватель для местной живности. – товарищ жестом пригласил следовать за собой. – Но это же может привлечь другого суперхищника. Так что пока живём, но не расслабляемся.

– Что-то нам везёт, как утопленникам. – усмехнулся я, следуя за Батыром. Успели пройти с десяток шагов, и очутились перед импровизированным лагерем. Два рюкзака на земле, две волокуши, сделанные из ветвей дерева. На одной лежит бледный Шнайдер, вторая пустует. Владимир чуть в стороне – сидит с оружием в руках, прислонившись спиной к каменному зубу. Увидев меня, он улыбнулся и помахал рукой:

– Здорова, командир. Как самочувствие?

– Относительно приемлемое. – ответил я. – Давно отдыхаем?

– С момента, как ты начал приходить в себя, минут пять. – ответил Батыр. – Я тебя чуть оттащил на всякий случай, вдруг ты уже подвергся неконтролируемым изменениям, и разум сказал – пока, до свиданья. Тьфу, давай не будем об этом, всё же хорошо закончилось.

– Шнейн, как самочувствие? – спросил я у блондина, приблизившись к самому проблемному члену отряда.

– Ног не чувствую. – ответил Шнайдер, и тут же добавил: – Оставьте меня здесь. Я – обуза, только замедляю ваше передвижение.

– Ну, это ты зря так говоришь. – включился в разговор Батыр. – Думаешь, мы откажем себе в удовольствии созерцать, как ты мучаешься? Ошибаешься.

– Это он шутит так. – успокоил я немца, увидев, как забегали его глаза. – Просто нам нужна ещё одна боевая единица. На всякий случай. Так что поднимаемся, и двигаемся дальше. Идти осталось совсем немного.

* * *

Шагая между каменными столбами, я размышлял. О своём неприглядном положении, о всё ещё слабых ногах, о тварях, которые реально обходили нас стороной – следов разной живности попадалось во множестве. Ну и о том, каким образом здесь сформировались эти столбы.

На ум приходили одна идея бредовее другой, но я решил исключить всякие фантастические. Остановился на извержении магмы, случившемся на дне озера, которое много позже пересохло. Нужно же как-то обосновать творящуюся вокруг дичь. Иначе разум свихнётся к чертям.

– Всё, я задолбался. – сообщил Владимир, идущий сразу за мной, и тащивший волокушу с раненым. – Батыр, меняемся.

Мой старый друг молча вручил рыжему рюкзак, игломёт, забрал мачете и накинул на плечо петлю от волокуши. Посмотрел вопросительно на меня, мол – Ну, чего стоим, кого ждём?

– Замерли, прислушались все. – приказал я. И сам прикрыл глаза, чтобы убедиться, что мне не показалось. Секунда, вторая, третья… Удар. Словно кувалдой по железному гаражу – именно такие ассоциации вызвал у меня услышанный звук.

– Командир, может пойдем уже? – спросил Батыр, когда я услышал четвёртый по счету удар. – Ничего же не слышно.

– Серьёзно? – я повернулся к товарищу. – Стук же, отчетливый. Словно по металлическому листу бьют.

– Да не, нет никакого стука. – покачал головой друг. – Ты ж знаешь, что у меня слух звериный.

– Говорю тебе – стучит кто-то. – начал я злиться. – Пока стоим, уже пятый раз ударили. Черт, как можно не слышать, это же громко. О, вот ещё раз ударили.

– Не-а, нифига не слышу. – покачал головой Батыр. – Знаешь, может у тебя слух обострился? Ну, красная слизь и всё такое. Вдруг это первая побочка проявилась? Искин говорит, что не должно так быстро, но кто их знает, эти неконтролируемые мутации

– Да какая разница, нам всё равно идти надо. – вмешался в разговор Шнайдер. – Если там стучат поисковики корпорации, то это же хорошо. Нам с командиром быстрее помощь окажут.

– Выдвигаемся. – принял я решение. – Только направление сменим, звук идет немного слева.

Дальше двигаться стало легче – так всегда случается, когда ты предвкушаешь увидеть конец пути, и чувствуешь, что он близко. Организм пробуждает скрытые резервы.

Где-то через километр звук ударов стал настолько отчётливым, что его услышали все, и это ещё больше придало сил. Ну а меня задуматься. Я же сейчас улавливал своим обострившимся слухом не только стук, но и другие звуки. Даже голоса различал, и что радовало – шум колышущихся от ветра вершин деревьев. И последнее могло означать только одно – мы наконец-то добрались до противоположного края кладбища зубов дракона.

Как это обычно случается на незнакомой местности, изменения пейзажа произошли совершенно неожиданно. Вот только что мы лавировали между каменными столбами, каждый до пятидесяти сантиметров в диаметре, а затем раз – и уже стоим на прогалине, между каменюками и невысоким кустарником, листва которого отливает синевой.

– Ух-ты! – вырвалось у Владимира. – Вы тоже это видите?

– Что там? – подал голос Шнайдер. – Мы что, добрались до места?

– Все умолкли. – приказал я. – Слушаем.

Как назло, грохот прекратился, и я вновь остался единственным, кто мог расслышать голоса и прочее. Прикинул направление, и распорядился:

– Укрываемся за каменными столбами, и движемся влево, метров пятьсот.

– Зачем? – не понял Владимир. – Может лучше по открытому пространству?

– Хочешь – иди. – разрешил я. – Но за сохранность твоей шкуры мы больше не ответственны. С чего ты вообще решил, что нас впереди ждут представители Фармгалактикс? Может это твари какие-то, или заключённые. Грохнут нас, и всё.

– Сорян, не подумал. – тут же пошёл на попятную рыжий. – Тогда веди, командир.

Владимир ещё говорил, а я в этот момент ощутил на себе сразу несколько посторонних, недобрых взглядов. Не долго думая, метнулся за каменный столб, одновременно крикнув:

– В укрытие! Враг!

А буквально через секунду по зубам дракона застучали иглы, выбивая крошку, и с визгом уходя в рикошет.

Глава 5
Герой осознает, но не успевает проникнуться

– А-а-а! Сука, меня ранило! – орал Владимир, ногами заталкивая себя глубже в поле с зубами дракона. Правой рукой он прижимал своё левое плечо, которое обильно пропиталось кровью. В это же время Батыр пытался затащить в укрытие Шнайдера, и делал всё молча. Ну а я, прижав приклад к плечу, уже выцеливал противника.

В момент, когда откатывался за каменный столб, мне удалось рассмотреть одного из нападавших, и это точно был не представитель Фармгалактикс. И даже не заключённый. Оборванец, которого хотелось обозвать варваром – вот кто это был. Вместо одежды набедренная повязка и нечто, похожее на кирасу, только сделанную из подручных средств. То ли из обшивки космического транспорта, то ли из чего-то ещё, непонятно. На голове какая-то полусфера, похожая на горшок с двумя ручками.

Я бы в другой раз посмеялся над таким клоуном, однако сейчас у меня преобладали совсем другие эмоции.

– Шрам, заткнись! – рявкнул я на рыжего. – Из-за твоего ора враг подкрадётся, а мы не заметим.

Подействовало. Владимир заткнулся, и начал стягивать с себя рюкзак. Игломёт он конечно же обронил. И как только умудрился, ведь ремень был перекинут через плечо. Господи, как же тяжело работать вот с такими бойцами.

В просвете между кустарником мелькнула тень, и я дал короткую очередь из игл, сделав поправку на скорость противника. Раздался крик, кто-то грохнулся, подмяв под себя сразу два куста. Не долго думая, добавил туда же ещё несколько игл. Послышался звук разбившегося стекла, а затем…

Сначала со стороны леса раздался испуганный вопль. Затем ещё один, чуть правее от первого. И буквально в эту же секунду с того места, куда я стрелял последний раз, в воздух взмыло целое облако каких-то мелких насекомых ярко-оранжевого цвета. На секунду это облако зависло, а затем стремительно рвануло в сторону леса, разделившись на четыре небольших шарообразных роя, каждый сантиметров тридцать в диаметре.

В лесу заорали дурниной – так, словно неизвестные увидели нечто жуткое, несущее ужасную смерть.

Крики сменились на визги через считанные секунды. А затем и вовсе начался такой ор – хоть уши затыкай. У меня в голове почему-то сформировался образ, как неизвестных пожирают заживо те самые насекомые.

– Медленно отходим вглубь каменного поля. – спокойным голосом произнёс я. – Шрам, идти можешь, или требуется помощь?

– Могу. – отозвался боец. – Только сначала за оружием схожу…

– Отставить. – скомандовал я, добавив в голос металла. – Сам сдохнешь и нас подставишь. Отходим, это приказ.

Пока товарищи отступали, я прикрывал их отход, отслеживая то, что происходит в лесу. А там, похоже, всё уже закончилось, и насекомые, которых значительно поубавилось, рванули в сторону – их рой был отчетливо виден на фоне голубой листвы. Фух-х, слава Богу, не к нам. Живем пока что.

– Батыр, доклад. – негромко произнёс я, когда рой скрылся среди деревьев.

– Шрам получил сквозное в левое плечо, я уже оказал ему первую помощь. Шнейн стабилен. Сам цел. Вовремя ты отдал приказ, командир, очередь прямо над моей головой прошла.

– Что скажешь о противнике? – спросил я, надеясь, что друг увидел больше меня.

– Какие-то аборигены дикие. Одеты в тряпьё, оружие как у нас, но явно изношенное. Наручи какие-то странные, раза в полтора больше наших. Вот, пожалуй и всё, что успел разглядеть. А, ещё среди них вроде одна женщина была. Но могу и ошибаться. Я всего троих успел засечь.

– На язык обратил внимание? Я имею ввиду, как они разговаривали.

– Нет. Тарабарщина какая-то, ничерта непонятно.

– Вот именно. Батыр, здесь все вроде как разговаривают на языке Содружества Миров, а эти на каком-то странном наречии. Сдается мне, корпорация нам многое не договаривает. Или не успела рассказать. Уровень допуска у нас слишком низкий, всё же охотники и охранники, это простые работяги.

– А ведь и правда. – согласился со мной Батыр. – Слушай, а что вообще произошло? Я ничего не успел понять.

Пять минут у меня ушло на рассказ, сдобренный моими предположениями. Я обрисовал рой, и то, что его добычей должны были стать мы, но так вышло, что враг сам «подорвался на своей гранате», а точнее – на разбитой ёмкости, в которой удерживались хищные насекомые.

– Искин говорит, это огнекрылые древоточцы. – морщась от боли, сообщил Владимир. – Крайне спокойный вид насекомых, проживающих крупными семьями, до тысячи особей. Однако, если потревожить их гнездо, они зачищают всё, что по их мнению может представлять угрозу. Черт, у них боевые характеристики, как у наших земных пираний. Только эти древоточцы не жрут, а просто превращают всю плоть в фарш.

– Что-то мне уже не хочется идти дальше. – произнёс Батыр. – Мы как-то в детстве с товарищами решили утащить с пасеки соту с мёдом. Днём. Однако что-то сделали не так, и полосатые камикадзе потом гнали нас метров пятьсот, нещадно жаля. Мать, когда я домой добрался, три десятка жал из моей тушки извлекла, а отец после ещё раз пять ремнем стеганул. В общем, после этого случая у меня появилось стойкое отторжение к меду. До сих пор смотреть на него не могу.

– Расслабься, эти древоточцы обычно гнездятся по берегам водоёмов, и после нападения успокаиваются, минут через десять. Этого времени им хватает, чтобы уничтожить все в округе. Главное, не приближаться к гнезду ближе, чем на два метра, а если приблизишься, то не убивать охранников. В одиночку они не страшны. Ну, если не атакуют в глаз.

– Тихо! – скомандовал я. – Все замерли. Они летят.

Мой слух действительно уловил со стороны леса шум, очень похожий на гул множества маленьких крылышек. Причем он стремительно приближался. Сердце ёкнуло – неужели оранжевые убийцы как-то почуяли нас.

– Всем в срочном порядке притвориться мёртвыми. – тихо произнёс я. – Это наш единственный шанс выжить.

Гул становился всё громче, отчётливей, а затем в просветах между столбов стал виден и сам рой. Он двигался рывками, из стороны в сторону, и при этом довольно быстро приближался к нам. Какие-то десять секунд, и вот я уже отчетливо вижу опасных насекомых. Черт, да они размером с земного шершня, причем азиатского. Вот только внешний вид у них другой. Больше подходит на гигантских дрозофил. Интересно, а они не отложили личинок в убитых дикарей? Черт, о чем я думаю, они же сейчас набросятся на нас!

Рой приближался. Я, прислонившись спиной к каменному столбу, наблюдал, как оранжевое облако увеличивается в размерах, гул нарастает, а мы не можем противопоставить этим насекомым ничего. Ну убьем два-три десятка, а дальше?

Твари начали охватывать нас, буквально отгородив собою местное серое небо. Рой на секунду завис, а затем начал опускаться. Секунда, вторая… Черт, они что, издеваются? Какого хрена не атакуют? Я же сейчас не сдержусь, и начну стрелять!

От стаи отделилась одиночная особь, и начала снижаться, прямиком ко мне. Ну иди сюда, жужелица оранжевая, сейчас я тебя раздавлю. Э, ты чего зависло, насекомое? Сюда иди, я сказал!

Древоточец неожиданно загудел как-то по особому, и резко ушёл вверх, к своим собратьям. Остальные тоже начали быстро набирать высоту, стремительно удаляясь от нас. Весь рой за считанные секунды словно ветром сдуло.

– Твою же сонную тетерю. – пробормотал я, всё ещё не веря, что нас не тронули. – Эй, бродяги, похоже мы ещё покоптим это неприветливое небо.

– Ш…Шук…ка шобака. – немного заикаясь, промямлил Владимир. – Страшно то как. Было.

– Долой уныние. – грозно произнёс я. – Выдвигаемся на задание. Шрам, сможешь тащить Шнейна? Сейчас мне нужен Батыр со свободными руками.

– Так это… Обезбол если поставить, то справлюсь. – ответил Владимир.

– Действуй. – разрешил я, и повернулся к другу: – Батыр, помнишь нашу высадку в зелёнку, на черном материке?

– В страну, где нас никогда не было? – уточнил товарищ.

– Да, там. Сейчас будем действовать так же, как в тот раз, после работы снайперов.

– Принял.

– Шрам, подталкиваешь волокушу к границе и ждёшь дальнейших указаний. – велел я рыжему, и приказал: – Выдвигаемся.

* * *

То, что осталось от тел варваров, можно было назвать одним словом – фарш. Плоть отдельно, кости и металлические части отдельно. Жуткое зрелище, от которого даже у меня подкатил ком к горлу.

– Грёбаная адская планета. – ворчал Батыр, оттирая очередной трофейный игломёт от кровавой жижи тряпьём, которое обнаружилось в трофейном рюкзаке. – Снайп, кажется мы очень сильно ошиблись, когда подписали контракт.

– Ну, зато андреналина кушаем большой ложкой, по несколько раз на дню. – усмехнулся я, откладывая в сторону самодельный метательный топорик, сделанный из куска металла. Увесистая игрушка, пригодится. – Я всё, закончил.

Мы расположились на границе с каменными зубьями. Владимир стоял в дозоре, Шнейн спал, а у нас с Батыром подходил к завершению процесс инвентаризации трофеев. Четыре старых, но ещё рабочих игломёта, два топорика, четыре рюкзака, четыре мачете – здоровенных, в полтора раза больше наших. Вода во фляжках – местная, нам такую пить нельзя, как и сушеное мясо, травяные лепёшки. Так что все продукты мы выкинули.

Единственное, что действительно представляло ценность, это девять капсул, заполненных мутагеном, и несколько элементов снаряжения. Что самое странное – наручи и капсулы сильно отличались от наших. Первые были явно устаревшими, а может и кустарно произведёнными – уж очень громоздкими выглядели, и весили раза в три больше. А вот хранилища для мутагена оказались в два раза меньше, и совсем другой формы. Искин Батыра не смог объяснить различия. Твердил, как заговорённый – «нет информации».

– Нужно выдвигаться. – произнёс я, поднимаясь. – Весь хлам на волокушу, и двигаем к контейнерам с грузом.

Контейнеры мы видели, и даже обошли их в поисках противника. Два вытянутых металлических короба, кубов на двадцать каждый, оба частично накрыты яркими оранжевыми куполами парашютов. Искин друга сказал, что где-то должны располагаться ещё два, но это не точно. Просто четыре контейнера – оптимальное число для судна, что нас доставило на планету.

– Тяжеловато тащить будет. – пробормотал Владимир, бросив взгляд на гору добра, примотанную к волокуше найденной самодельной верёвкой.

– Не скули. – прервал я его. – Сам подставил плечо под выстрел, значит и страдать будешь сам. Боец из тебя сейчас никакой. Но ты можешь остаться тут, пока мы с Батыром перенесём трофеи, а затем вернёмся за тобой.

– Нет уж, лучше пусть у меня пупок развяжется, чем оставаться здесь вдвоём с Шнайдером. – помотал головой Владимир, и набросил на плечо лямку. – Давайте, показывайте направление.

Так мы и двинули – Батыр первым, затем Владимир, который скрипел зубами, но пёр, а замыкающим я. До цели около шестисот метров, мелочь, если сравнивать с уже пройденным расстоянием. Однако до места нам удалось добраться только через двадцать минут. Несколько раз пришлось останавливаться, дожидаясь, когда Шрам отдохнёт.

Легче всего было Шнайдеру – вот кто получал удовольствие от нашего путешествия. Лежи, придерживай трофеи, да смотри в небо. На котором, между прочим, уже начали появляться первые признаки рассвета.

– Батыр, забирайся на крышу. – приказал я товарищу, когда мы наконец добрались до черного, матового корпуса контейнера. В сочетании с оранжевым куполом, да ещё и на фоне поломанных деревьев с синей листвой – выглядело всё это несколько сюрреалистично. Мозг воспринимал окружающий пейзаж, как странный сон.

Следом за Батыром наверх перекочевали все рюкзаки, затем мы вдвоем с Владимиром помогли поднять Шнайдера. Шрам так же влез на крышу с общей помощью. Ну а дальше, находясь под охраной сверху, я приступил к осмотру контейнеров. И первым делом сосредоточился на воротах.

Здесь не наблюдалось никаких шарниров, или торчащих навесов, всё это скрывалось внутри. Единственное, за что можно было ухватиться, это две ручки с углублениями. А, ну и стык между створок, на котором остались следы ударов. Тут же, под ногами, обнаружились и инструменты – мощное самодельное зубило, и такого же вида кувалда – металлическая болванка, насаженная на деревянный черенок. Хм, интересно, насколько дикари дорожат вот этим добром? Вдруг это большая ценность, и за ними скоро придут хозяева?

Я прикоснулся пальцами к щитку, расположенному в углублении, под ручкой. Ничего не произошло. Убрал руку, и подёргал сначала одну створку, затем другую. И совершенно неожиданно услышал в голове голос Шизы:

«Недостаточный уровень допуска. До самоликвидации грузового контейнера осталось 22 часа. Необходимо доложить о находке сотруднику корпорации Фармгалактикс, обладающему уровнем допуска выше второго»

– Капец. – я отошёл от ворот, и сообщил товарищам: – Внутри контейнера укрыться не получится. У нас нет соответствующего уровня допуска. И ещё – если через двадцать два часа не появятся представители Фармгалактикс, здесь всё самоликвидируется.

– У тебя что, искин заработал? – полюбопытствовал Владимир.

– Шиза, доклад о моем состоянии. – потребовал я. И неожиданно услышал ответ:

– В организме носителя зафиксировано наличие неизвестного мутагена. Состояние носителя удовлетворительное. Адаптация мутагена находится в начальной стадии, и составляет пять процентов от максимальной концентрации. До завершения мутации от восемнадцати до двадцати семи часов.

Секунда тишины, и новая порция информации:

– Внимание! Инъекция Имунила нейтрализована мутагеном. Мутации присвоен статус неконтролируемой. Зафиксирована угроза жизни носителя. Рекомендации – необходимо как можно быстрее посетить лабораторию Фармгалактикс.

– Командир, так заработал, или нет? – вновь спросил Владимир.

– Кто? – не понял я вопроса, но тут же сообразил: – А, да, работает. Только как-то странно. Словно компьютерная программа. Эмоции отсутствуют, фразы звучат, словно Шиза протокол зачитывает.

– Это он у тебя до начальных настроек откатился. – пояснил Рыжий. – На базе исправят. Но все равно странно всё это. Мой искин считает, что так не должно быть.

– Мой то же. – неожиданно подал голос Шнайдер. – И он предполагает, что неконтролируемая мутация уже вошла в финальную стадию.

– И что это значит? – забеспокоился я. – У меня что, не осталось времени?

– Максимум два часа, минимум – десять-пятнадцать минут. – с какой-то затаённой печалью в голосе произнёс Батыр. – Командир, если мутация пойдёт не по плану, мне придётся… Ну ты понял, короче.

– Чёрт! – ругнулся я. – И что мне делать сейчас, ваши искины могут посоветовать?

– Держи. – друг помахал зажатой в руке фляжкой. Убедившись, что я увидел его жест, кинул ёмкость мне. – Водички попей, перекуси, садись куда-нибудь в тенёк. Кстати, эти оранжевые шершни-мясорубки похоже испугались мутагена, который находится у тебя в организме. Так что ты считай спас нас всех.

– Вот спасибо, поддержал. – усмехнулся я, поймав фляжку, и сделал из неё несколько глотков. Затем вернул тару другу, и добавил: – Сухпай на меня не тратим. Неизвестно, когда бойцы корпорации доберутся сюда. И это… В общем, не церемонься со мной, если я превращусь в какую-нибудь чупакабру. На всякий случай наверх к вам не полезу, внизу останусь. Вон там, возле второго контейнера. Заодно осмотрю его. Да, примите инструмент дикарей. Мало ли, вдруг пригодится.

Передав Батыру зубило с кувалдой, я развернулся и, козырнув двумя пальцами, двинулся ко второму контейнеру, лежащему в сотне метров. Мало ли, вдруг его замок имеет другой уровень защиты, соответствующий моему статусу.

– Командир, далеко не вздумай уходить. Иначе я за тобой пойду. – произнёс мне в спину Батыр. Я лишь поднял левую руку и помахал ей в ответ. Поворачиваться к другу не хотелось. Не сейчас. Не в то время, когда узнал, что через пятнадцать минут я могу просто и легко прекратить своё существование. И самое паршивое – я не чувствую никакого беспокойства. Ни болей в теле, ни каких-то иных неприятных ощущений. Наоборот, самочувствие на пять с плюсом.

Так, размышляя, добрался до второго контейнера, и двинулся вокруг него, готовый открыть огонь в любой момент. Обогнул по дуге длинную правую сторону, заглянул за левую – чисто. Прислушался. И лишь после, убедившись, что мне ничто и никто не угрожает, приблизился к воротам. Уже проверенным способом прикоснулся пальцами к щитку, расположенному в углублении, под ручкой, после чего подёргал за ручку одну из створок. И совершенно неожиданно услышал в голове голос Шизы: