Текст книги "Некроинтернационал: Неофит (СИ)"

Автор книги: Алексей Малиновский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Глава 7

«Бойня» оказалась очередным трактиром, фирменным блюдом которого была свежая парная свинина. Собственно скотобойня располагалась на задворках этого заведения и являлась официальным прикрытием для темных делишек банды «Мясника». До меня долетали запахи кислого свиного навоза, горькой тухлятины и свежей крови. Ароматерапия сопровождалась какофонией из звуков: жалобного мычания, предсмертных визгов забиваемых свиней и грубых мужских ругательств.

Я выбрался из фиакра и, попрощавшись с Клайном, направился к темному зданию трактира. Cлучайный человек десять раз бы подумал, прежде чем заходить сюда на обед – это место выглядело как натуральный приют маньяков-людоедов. Закопченная кирпичная кладка первого этажа, серые выцветшие доски на втором и куцые деревья с ржавой, не по-сезону листвой. Грязные зарешеченные окна навевали мысли о жандармских казематах, а почерневшие, с плесенью, ступеньки выглядели щербатым ртом. Крыша пестрела растрескавшейся глиняной черепицей, укутанной одеялом из мертвой красно-коричневой листвы. Антураж что надо, не хватало только череп… Прямо над входной дверью, под небольшим козырьком, располагались три свежих коровьих черепа – еще влажные, будто кожу с них содрали не далее чем один-два часа назад. Что за мерзость? Может они здесь и полы кровью моют? Поморщившись от отвращения и сплюнув на землю, я вошел внутрь.

В воздухе чувствовалась тревожность: к гостям здесь явно не привыкли. Бармен выстрелил в меня внимательным оценивающим взглядом и "незаметно" кивнул компании расположившейся в зале. За одним из столов сидели пятеро мужчин с лицами характерными для листовок "их разыскивает жандармерия": широкополые шляпы, недельная щетина, цепкие злые взгляды и целая гора острого железа на поясах. Пройдя мимо них, я устремился к длинной лакированной стойке: за ней сидел всего один человек и молча хлебал пиво из литровой деревянной кружки. При моем приближении он повернулся и я неожиданно узнал в нем Бринера. На его крапленом лице отразились испуг и удивление. Я же приветливо улыбнулся и немедленно ударил его кулаком в висок. Перехватив заваливающееся на грязный пол тело, я приставил к его горлу кинжал и только тогда поднял взгляд. Уголовники уже были здесь, окружив меня полукругом и обнажив оружие – две рапиры, удлиненная дага, моргенштерн и даже кривая сабля, как у элитных воинов Порты. Я на миг задумался: нормальный меч мне бы тоже не помешал, последняя моя рапира сломалась о рёбра одного ублюдка, решившего присвоить мой кошель в подворотнях Новограда.

– Спокойно, свои, я по делу к Мяснику, – произнес я, прижимая острие моргенштерн к горлу рыжего.

– А он тебя ждет? – ехидно спросил, стоящий за стойкой бармен, продолжая протирать белым полотенцем пивную кружку. Казалось, мой финт его нисколько не удивил.

Я достал из кармана сюртука письмо-рекомендацию из Грайнема и положил на стойку перед собой.

Повертев конверт в руках, бармен махнул рукой охране и те вернулись за свои столы, продолжив предаваться пьянству и игре в кости. Видимо на бумаге были какие-то опознавательные знаки, мне неизвестные.

– А с Бринером что не поделил? – широко зевнув, спросил бармен.

– Денег должен, – коротко ответил я, не желая вдаваться в подробности.

– Этот может, идём, – он открыл дверь в служебные помещения и пригласил меня следовать за ним.

Пройдя по коридору, отделанному лаковыми дубовыми панелями, мы поднялись на второй этаж. Пол был застлан вытертой ковровой дорожкой, по цвету напоминающей язык трупа двухдневной свежести. Я решил, что это хороший знак – с мертвецами у меня всегда были особые доверительные отношения. В воздухе пахло корицей и чем-то острым, вроде кайенского перца.

Бармен постучал в дверь, и спустя несколько секунд ожидания нам разрешили войти.

Кабинет местного босса выглядел также аскетично, но по-своему стильно: старое дерево, паркет из мореного дуба, несколько книжных полок, до верху забитых разнообразной макулатурой и новомодная люстра с магическим источником света. Между прочим, дорогая штука!

Сам Эдвин Мясник сидел за столом-конторкой, изучая лежащую перед ним стопку бумаг. Внешне выглядел он совершенно неопасно – эдакий дворянин-интеллигент. Строгий сюртук, более подходящий государственному служащему, белый воротник рубашки и длинные темные волосы с легкой проседью, собранные в простой "хвост". Рекомендатели из Грайнема рассказывали, что этот парень настоящий псих и садист, и потому мне самое место в его команде. Честно говоря, изучив внешность своего потенциального "работодателя" никаких признаков, присущих помешанным я не увидел. Стало немного обидно.

Бармен протянул ему письмо и что-то шепнул на ухо. Эдвин распечатал конверт и быстро пробежал взглядом по чернильным строчкам. На его лице появилась довольная улыбка, он взглянул на меня с хитрым прищуром. Хм, а вот глаза точно выдают личность неординарную! Взгляд больного бешенством зверя. Однажды, еще в детстве, к нам в поселение забежала больная лисица и пока ее не убили, успела укусить нескольких собак. Через неделю псы сошли с ума и стали бросаться на прохожих: их пасти наполнились белой пеной, шерсть стала дыбом, а глаза превратились в мертвые стеклянные бусины с запертым внутри безумием. Так и Эдвин – со стороны казался милым интеллигентным человеком, но в глазах плескались тьма и хаос.

– Я слышал: есть такие рисунки особые, что заставляют человека визжать от боли, как свинья! Пара мазков – и ни каких тебе иголок под ногти, клещей и прочего мусора. А главное – следы-то на теле не остаются! – полушепотом, тоном заговорщика произнес он, бегая по мне глазами.

Я пожал плечами:

– А я слышал, что за такие рисунки положена смерть в железной деве.

Эдвин поднял брови и улыбнулся. Я выдержал паузу и продолжил:

– Но если нужно добыть информацию и не оставить следов – я могу взяться.

– Вот и отлично! Таких услуг крайне не хватает нашей организации. Сложно в последнее время бизнес вести – у всех связи, защитники и высокие покровители. Обычных «переговоров» никто уже и не боится. – он продолжил шептать, внимательно изучая мое лицо.

– Есть у меня для тебя одно выгодное дельце, ждёт-дождаться не может твоих способностей, – улыбнулся он.

– Но, для начала решим мелкие бытовые проблемы, – он неожиданно «включил» голос, от чего я едва не подпрыгнул на месте. Хороший приёмчик!

– Что за дела у тебя с Бринером? Конечно, разбитая рожа ему только на пользу, но может помешать выполнению… трудовых обязанностей. – немного замявшись, произнес он.

Я коротко рассказал о своей пьянке с рыжим и последующих приключениях.

– Занятно, и много денег было? – спросил Эдвин, после чего позвонил в небольшой медный колокольчик.

– Четыре с половиной сотни, – ответил я.

– Ого! Неплохо! – присвистнул «босс».

Дверь открылась, и на пороге появились два мордоворота, одетых в кожаные фартуки, забрызганные свежей кровью.

– Бринер там не очнулся? Тащите-ка его сюда, и желательно, чтобы он был в сознании, – приказал Мясник.

– А ты не стой, присаживайся, – улыбнулся Эдвин и указал мне на кресло.

– Выпей немного – чувствуй себя как дома! – он извлек из-под стола объемный хрустальный графин и плеснул мне в бокал темно-янтарной, остро-пахнущей жидкости.

– Ром с Черного Архипелага! Амброзия! А как бодрит! – сказал он и опрокинул в себя целую стопкой горючей жидкости.

Я осторожно принял угощение, понюхал и отхлебнул мелкий глоток. Горло немедленно свело, будто я разом проглотил целую хурму.

– Ну как? Понравилось?

– Да ты пей-пей, я не жадный, еще налью! – похлопав меня по спине, произнес он.

Чтобы промочить горло, я разом залил в себя остатки содержимого бокала. Как ни странно – горло сразу отпустило, а в голову ударило похлеще чашки крепкого кофе. С чем этот ром мешают?

Через пару минут дверь вновь отворилась, и подручные Мясника внесли в кабинет мокрого, как корабельная мышь, Бринера. Справа его лицо украшал красочный кровоподтек.

– Красавец! – рассмеялся Эдвин.

– А расскажи-ка мне дружок, кто тебе разрешал грабить клиентов мадам Лейнер? Может ты забыл, что ее заведение под нашей защитой?

– Да я…. неуверенно промямлил рыжий. Он еще не до до конца пришел в себя и смотрел на Эдвина мутным, рассеянным взглядом.

– Но главное даже не это: почему я не вижу от тебя взноса в общак? Говорят, ты солидный куш урвал! И не хочешь делиться с самыми близкими людьми? Ай-яй-яй! Нехорошо! – погрозив пальцем, произнес Мясник.

– Сдаётся мне: уши тебе совсем ни к чему, без них ты будешь гораздо привлекательнее! А парни, как думаете? – Эдвин плотоядно уставился на Бринера и даже облизнулся.

– Вам виднее, босс, – произнесли они, едва ли не синхронно.

Один из мордоворотов схватил Бринера за ухо и чуть приподнял над полом, тот отчаянно завизжал, как роженица, обнаружившая, что из нее лезет не один желанный ребенок, а сразу троица.

– Босс, да я не хотел… друзей старых встретил – лет пять не виделись, они матросами на торговой шхуне служат. Выпили, вот и решили вспомнить, как по малолетке развлекались… – из глаза рыжего ублюдка хлынули слезы, а голос охрип.

– Продолжай-продолжай. Отпусти его, – скомандовал Эдвин, с удовольствием разглядываю пунцовое опухшее ухо своего подчиненного.

– К тому же постоянных клиентов «Шторма» я знаю, – затараторил Бринер.

– А тут лох какой-то приезжий, откуда ж я знал, что он…что… – рыжий замешкался и перевел взгляд сначала на меня, а потом нам босса.

– Это наш новый специалист по добыче информации и наказанию нерадивых работников, – злобно улыбнулся Эдвин.

Бринер испуганно икнул и побледнел, осознав, что нарвался совсем не на того "клиента".

– С деньгами-то что? – неожиданно резко произнес Мясник, поднявшись на ноги.

– Нет денег, – печально вздохнул Бринер и виновато опустил глаза.

– Кинули меня. Я ж с ними всё детство рос, братья практически, а они вон как со мной…Деньги взяли и смылись. Я на пристань с утра пришел разобраться – может с пьяни попутали чего, а их корабль уже час как отчалил… – он развел руками.

– Удобно как, и свидетели все сбежали…ладно, проверим твои слова. Не совсем ж ты дурак, чтобы мне врать? Верно говорю? – Эдвин довольно усмехнулся и подойдя к рыжему, пнул его в живот.

Бринер согнулся пополам, закашлялся и быстро-быстро, как болванчик, закивал головой.

– Вот такая беда. Придется нашему другу в три смены работать, чтобы вернуть тебе должок, – продолжил Мясник.

– Не мне же за него расплачиваться? Так ведь?

Я согласно кивнул. Спорить с этим персонажем было явно не разумно. Тем более Бринеру деваться некуда – не сбежит же он из города?

– Так что насчет дела? Столица – место недешёвое, деньги на глазах испаряются. – пригладив рукой волосы, произнес я.

– Это по-нашему! Настоящий трудоголик! Только приехал и тут же рвется в бой! – похвалил меня Эдвин.

– Я пожалуй выдам тебе аванс. И Бринера в персональное рабство, пока должок не отработает. К тому же, в этом деле он будет тебе незаменимым помощником, – рассмеялся он.

Эдвин открыл ящик стола и, отсчитав пять квадратных монет, протянул мне. Чуть поклонившись, я принял деньги и ссыпал в свой карман. Пятьдесят гемов, ну что ж, сумма неплохая. Для начала сойдет.

– А дело такое. Есть один человек, которому мы заплатили за весьма ценный груз. Очень хорошо заплатили! – подняв указательный палец вверх, произнес Эдвин.

– И ты можешь себе представить? Случилась оказия: пропал груз, жандармерия случайно наткнулась и всё изъяла. Вроде и не виноват никто. Форс-мажор! Однако есть у меня подозрения, что дело тут не чисто. Но вот стандартными методами действовать нельзя, человечек тот – фигура видная. Трогать его опасно – шуму будет слишком много. А вот если кто-нибудь заглянет к нему анонимно и поболтает по душам… Аккуратно поболтает! Понимаешь к чему я веду?

– Но если я спрошу о грузе – он же сразу догадается, кто его подослал, – усомнился я.

– Ну-у, ты что меня за дурака считаешь? – усмехнулся Эдвин.

– У меня к нему много вопросов! Я тебе организую списочек. А про груз – мельком спросишь, такая ерунда среди прочего легко затеряется.

Неожиданно Мясник склонился ко мне и вновь перешел на шепот:

– Запомни главное: убивать его нельзя, он хоть и крыса, но в определенных кругах высоко сидит. К тому же на него завязаны серьезные дела. И второе: анонимность. Ни в коем случае, он не должен узнать, кто его навестил!

Глава 8

Мясник взял два дня отсрочки, чтобы подготовить «почву» для будущего дела. Бринер отправился на больничный – залечивать опухшее лицо и надорванное ухо, а я решил посветить свободное время изучению города и покупкам. Нужно было приобрести кое-что из одежды и бытовых вещей.

Первый день прошел спокойно и размеренно: я хорошо отоспался, позавтракал в трактире борделя, и отправился бродить по столице. Прикупил туристический путеводитель с подробной картой города, портативный фонарь с пятью сменными энерго-кристаллами, и "Размышления о МУЗах" – книгу некоего Аристарха Герлона. Продавец обещал, что из нее я узнаю всю подноготную магических школ. На деле она оказалась лютой графоманией, повествующей о похождениях престарелого профессора, помешанного на молодых студентках и… студентах. Тем не менее, среди сцен насилия, совращения и получения зачетов "через постель", я смог вычленить довольно интересную информацию, которой в обычных брошюрах и альманах о МУЗах не было. К примеру – Медицинская Академия и Военка находились под строгим надзором тайных имперских служб, как стратегические учебные объекты. Дворняжка стояла особняком и всё происходящее в ней тщательно скрывалось, а вот ИМП был своеобразной тихой гаванью – здесь собирались все вольнодумцы, изобретатели и помешанные на прогрессе люди. С моим темным прошлым и неизвестным будущим, соваться в места находящиеся на особом контроле было явной глупостью и я сделал окончательный выбор в пользу ИМПа.

Второй день преподнёс мне неожиданный сюрприз: когда я по заведенной привычке завтракал в трактире борделя и обдумывал план покупок в торговом квартале, ко мне подошла мадам Лейнер. На меня вновь опустилось облако удушливо-приторных духов. Я перестал дышать носом и насторожился.

– У меня к тебе дело, – сходу заявила она, властно окинув меня взглядом.

– Внимательно слушаю, – произнес я, продолжаться ковыряться вилкой в тарелке.

Даже интересно стало: чего от меня может хотеть хозяйка борделя. Предложит работу по профилю заведения?

– Нужно сходить на прогулку с Нимилори, – сказал таким тоном, будто предлагала выгулять одну из этих мелких визгливых собачек. Впрочем, характер у Ним был немногим лучше…

– Что? – я едва не поперхнулся куском бифштекса.

Мадам Лейнер заботливо похлопала меня по спине и продолжила:

– Ну, если быть точной, то – сопроводить её до института. Перед Испытанием нужно пройти предварительный тест и получить допуск. А она всё тянет до последнего.

Странно, я почему-то был уверен, что Ним уже давно это сделала.

– А после – можете прогуляться по магазинам – приобрести кое-что для будущей учебы, заглянуть на выставку. Бедная девочка тут совсем с ума от скуки сходит.

– И почему именно я? С чего такие почести? Не проще отправить с ней охрану? – выпалил я, справедливо подозревая в этом предложении большой подвох.

– Вы вроде бы неплохо общаетесь, по крайне мере ты первый, на кого она не натравила охрану. К тому же Эдвин о тебе тепло отозвался. Уж не знаю, чем ты ему угодил, но обычно от Мясника похвалы не дождешься. – загадочно произнесла она.

Рекомендация от Мясника? Это чем же я заслужил его доверие? Тем, что разбил морду Бринеру? Или еще один аванс, за мои "особенные" умения… Вообще крайне странно, что он не стал меня проверять – обычно все эти "боссы" крайне мнительны и стараются выяснить всю подноготную своих новых "сотрудников". Или будущее дело и будет проверкой?

– Всё это красиво звучит, но в чем настоящая причина выбора моей персоны для такого важного дела? – усмехнулся я.

– Тебя не проведешь! – улыбнулась она, наклонив голову.

Пизанская башня ее причёски катастрофически наклонилась. Сегодня её верх украшала серебряная роза, украшенная крупными рубинами. Испугавшись, я едва не протянул вперед руки, желая поймать падающее украшение. Обошлось. Мадам тряхнула головой, пизанская башня выпрямилась, роза стала по стойке смирно.

– Ты знаешь почему я не выпускаю ее отсюда? – отведя взгляд в сторону, спросила она.

– Слышал, что у нее роман с каким-то дворянчиком, – ответил я, вспомнив рассказ Бринера.

– Роман… роман это когда оба человека влюблены друг в друга. А этот хлыщ просто хочет ей воспользоваться. Даже будь там взаимная любовь – он ведь аристократ, голубая кровь, совершено ей не ровня. Да и родственники загрызут, у них с этим строго, – произнесла она, обмахиваясь разноцветным веером.

Хозяйка борделя, ведущая беседу о любви! Что может быть милее в такой ситуации? Наверное, только палач и убийца в качестве собеседника, внимательно слушающий ее размышления.

– Она же перспективный маг. Неужели они не сочтут ее достойной? – усомнился я.

– Мещанское мышление. Дворяне думают иначе – для них все плебеи, кто не имеет в своем роду пяти-семи поколений, – неприязненно, но с тоской в голосе, ответила она.

– Вам лучше знать, я во всём этом…болоте не эксперт, – я развел руками. – Так в чем же проблема отправить ее с местной охраной?

– От охраны она не сможет сбежать – дело проверенное. Они следят за ней как цепные псы. А вот с тобой побег может выгореть. – хитро подмигнув, сказала мадам Лейнер.

– Что-то я не улавливаю логики… – озадаченно произнес я.

– Логика простая: если дать ей в провожатые какого-нибудь влюбленного обалдуя вроде тебя, она решит, что сможет договориться или обмануть его. Я же уверена, что ты не подведешь. – подмигнула она.

– Спасибо конечно за предложение, но я не мастер-охранник, да и к чему мне это? – чуть охрипшим голосом произнес я.

– Я думала она тебе нравится. Разве нет? – подняв брови, произнесла мадам Лейнер.

– Вы что решили поработать сводницей? – удивился я.

– Девочке нужно отвлечься. К тому же, скоро Испытание – после него все будет иначе, – задумчиво произнесла мадам.

Что-то она явно не договаривала, но я решил, что если судьба настоятельно тянет меня в этот ИМП – глупо идти ей наперекор. К тому же эта прогулка будет и для меня хорошим средством чтобы развеяться.

– Хорошо, я согласен. Но если это деловое предложение, то должна быть и оплата? – сказал я.

– Хитрый какой…Раз ты все равно постоянно здесь ошиваешься – могут сдать тебе комнату со скидкой.

– Разве у вас есть гостевые комнаты? – удивился я. Кто же станет добровольно жить в борделе?

– Пара штук найдется, для особых гостей, – ответила она.

Забавно…знала бы она, что у меня уже есть здесь комната! С другой стороны…

– А там ванна есть?

– Организуем. – улыбнулась Лейнер.

* * *

– Это не свидание! Просто ты самый сносный вариант из худших. Знаешь такое: принцип меньшего зла? Вот ты наименьший урод среди прочих вариантов. Хотя всё равно урод! – раздраженно сообщила Ним, когда мы вышли вдвоем из борделя.

– Ну, спасибо, давно мне таких комплиментов не делали, – ответил я, открывая дверцу фиакра.

– Вообще я в курсе, что ты хочешь сбежать от меня и трахнуться с каким-то дворянским уродом, – с усмешкой произнес я.

– Ты его не знаешь! Он не такой! Да и вообще – то, чем мы будем заниматься не твое дело! – гордо вскинув голову, она оттолкнула меня в сторону и первой забралась в фиакр.

– Да ладно, мне-то какая разница, – хмыкнул я, залезая следом.

– Так значит, ты не будешь мешать мне с ним увидеться? – она посмотрела на меня с надеждой.

– Еще чего, мне пообещали весьма интересный вариант за сохранение твоего целомудрия, – я подло улыбнулся.

– И как, позволь узнать, ты собираешься меня удержать? – скрывая интерес, произнесла она.

– Если я расскажу сейчас – ты откажешься ехать, – сказал я.

– Ну-ну, – Ним отвернулась к окну и напряженно молчала до самого конца поездки.

Глава 9

Через добрый час тряски по брусчатке, мы добрались до Института Магической Промышленности. Извозчик остановил возле мощных чугунных ворот, украшенных сложным гербом в виде «механической арфы» и объявил о конце поездки. Я выбрался наружу и огляделся: по левую и правую руку от ворот тянулся высокий забор из красного кирпича, сверху украшенный искрящейся колючей проволокой. От такой картины меня невольно передернуло. Чему же там учат, если нужны такие меры безопасности? Весь внешний вид музы больше напоминал территорию военного завода, или хуже того – тюремную. Поддавшись интуиции, я поднял голову вверх и смог разглядеть пару вышек, выглядывающих с той стороны забора.

– А это точно ИМП? – озадаченно спросил я.

– Точнее некуда! Не зря ж я баранку столько лет кручу! Весь город наизусть знаю! – усмехнулся извозчик.

– Больше на тюрьму строгого режима похоже. – ответил я, показывая на забор.

– И правильно! Неофитов нужно в строгости держать, вот в прошлом году один напился и брусчатку на центральной площади заколдовал… – он с азартом принялся пересказывать уже известную мне байку.

– Да слышал я об этом! И как же он забор этот перемахнул? – спросил я.

– А тот парень из дворянки был, у них свои правила. Обычно больше всего город страдает от них и почему-то медиков. ИМПы по-другому развлекаются. Пару лет назад одни шутники из манипуляторов перехватили управление над смердами-уборщиками и заставили тех ругательства, да картинки всякие на стенах рисовать, – заразительно засмеялся извозчик.

– Говорят, на стене костёла Бравия до сих заветное слово из трёх букв висит – не оттирается. Кто-то подсунул смерду особую краску на основе изумрудной пыли из демонических рогов.

Вздохнув, я выбрался из мобиля и попрощался с шофёром. Тот заискивающе посмотрел на меня и протянул руку – скрепя сердце, я полез в кошель и выдал ему стандартные пять чаевых капель. На этой публике я привык зарабатывать, а не тратить деньги…Довольный извозчик поклонился и укатил вниз, к ближайшей закусочной.

Тем временем Нимилори уверенно штурмовала будущую альма-матер. Подойдя к стене рядом с монструозными воротами, она как ни в чем не бывало распахнула неприметную деревянную дверцу, выкрашенную в один цвет с забором. Я мог бы поклясться, что еще секунду назад никакой двери там не было! Что за шутки? Предварительный тест? Если не нашел вход, то и в институте делать нечего? Хитро придумано! Расфокусировав взгляд, я увидел настоящее светопредставление – весь забор был пронизан многочисленными энергетическими линиями, искрящимися, будто новогодние гирлянды. А в том месте, куда нырнула Ним, линии образовывали светящуюся арку прохода. Хм, а ведь в требованиях к поступающим про "колдовское зрение" ничего не говорилось. Умение не великое, но всё же, всё же… Последовав в секретную дверь, я оказался внутри кирпичной стены – она оказалось куда толще, чем выглядела снаружи. Вот уж действительно – крепость. Здесь располагалась полноценная проходная с турникетом-вертушкой, двумя вооруженными охранниками и престарелым вахтёром со знаком адепта на груди. Моя подопечная к этому моменту уже получила от старика какую-то бумажку и быстро проскользнула на территорию института.

– Куда? – недовольно заворчал адепт, едва я подошел к турникету.

– В приемную комиссию! – ответил я.

Как будто есть другие варианты! Или сюда на экскурсии пускают?

– Давай паспорт, – сказал, будто выплюнул старик.

Я снял с шеи алую кристаллическую пластину и передал ему в руки. Адепт сунул ее в лоток хитрого металлического устройства, напоминавшего мясорубку, и принялся крутить ручку. Через минуту в специальном отверстии показалась тонкая бумажная лента, быстро заполняющаяся информацией о моей личности. Не найдя ничего интересного, старик болезненно сморщился и принялся выписывать мне пропуск.

– Иди по центральной тропинке прямо в главное здание, а дальше по табличкам. И не вздумай с дороги сворачивать! Мне лишние трупы ни к чему! – сказал он и протянул мне бумажку с пропуском.

Оказавшись на территории кампуса, я несколько обомлел – передо мной открылась огромная территория, густо засеянная травой и деревьями. Будто в ухоженный парк попал! Вдалеке виднелся смешанный лес, несколько многоэтажных жилых корпусов, тренировочные полигоны, длинные склады с черепичными крышами и небольшое голубое озеро, напоминавшее формой ограненный сапфир. Центральный комплекс зданий был выполнен из уже привычного красного кирпича, имел около пяти этажей в высоту, несколько круглых острых башен и множество закопченных труб, выпускавших в небо густой черный дым. Он, как траурная вуаль, накрывал собой всю территорию кампуса, надежно защищая ее от солнца. Здесь что не любят загорать? Или солнечный свет не приятен нежити, которую создают местные аниматоры и химерологи?

По бокам от дорожки стояли несколько смердов с косами в костлявых руках и планомерно приводили газон в порядок. Ради эксперимента я шагнул в сторону от тротуара и два смерда тут же уставились на меня своими пустыми глазницами. Ничего себе система охраны! Решив дальше не рисковать, я вернулся на тропу и поспешил к центральному зданию. Смерды проводили меня подозрительными взглядами, после чего продолжили своё увлекательное занятие.

Поднявшись по гранитным ступеням, я вошел в двери под затейливой вывеской "Институт магической промышленности. Корпус Альфа". В огромном темном холле было пусто. Подлая Ним исчезла в неизвестном направлении. Надеюсь этот тест занимает хотя бы минут пять, иначе моя задача по охране девушки окажется с позором проваленной. Я осмотрелся: в стороны уходили длинные лестницы, а по центру располагалась громадная статуя скелета с арфой в руках. Я, как завороженный, подошел ближе. Статуя была изваяна с гипертрофированной реалистичностью – кости выглядели настоящими, чуть пористыми, кое-где покрытые серой грязью и бурым мхом. Нижняя челюсть скелета была горделиво задрана вверх, и разглядеть верх головы не представлялось возможным. Как бы я ни старался – были видны только шейные позвонки и белые, будто керамические чашки, зубы.

– Неофит?

Неожиданный голос заставил меня вздрогнуть. Я обернулся и увидел практически монохромную миниатюрную девушку с гербом ИМПа на жакете и знаком адепта на груди. Черные волосы, черная одежда, и бледное, практически белое лицо. Ее изящный палец с блестящим угольным ногтем велел мне подойти.

Вблизи ее имидж оказался дополнен аналогичным макияжем – бледная пудра на коже, губы подведены черной помадой, серые глаза, в обрамлении длинных ресниц, смотрят с интересом. Она внимательно изучила моё лицо, обошла по кругу, потрогала мышцы на руках, ущипнула за задницу и только после этого заговорила.

– Интересный экземпляр. Разрешишь забрать твой труп для опытов? – мило улыбнувшись, спросила она.

– Ты так уверена, что я не пройду Испытание? – поперхнувшись, сказал я. Такого вопроса я уж точно не ожидал!

Она лишь флегматично пожала плечами.

– Допустим, разрешу, но что я получу взамен? – прищурившись, спросил я.

– И чего ты хочешь? – спросила она.

– А чего хотят все парни от девушек? – на автомате ответил я.

– Не слишком ли нагло? – фыркнула она, изогнув тонкую черную бровь.

– Так ты же уверена, что я будущий труп. Перед смертью можно и понаглеть. К тому же таких интересных… экземпляров я тоже раньше не видел, – честно ответил я. Девушка меня определенно заинтересовала.

– Хорошо, если пройдешь Испытание – я согласна, – подозрительно быстро согласилась она.

Но я сразу разгадал её маневр.

– Э, нет. Простое согласие меня не устроит. Давай оформим официально. Как тебя зовут? – я достал из сумки два листа бумаги.

На первом листе, я разрешил некой Рисс Ариньон использовать своё мертвое тело в любых целях, а на втором изложил свои требования: к её живому телу. После чего протянул девушке на подпись.

– Какой… хитрый, – улыбнулась она. – Что ж, это может быть интересно, – поставив свою подпись, она извлекла из-под блузки медальон адепта и поставила на бумаге магический оттиск.

Я повторил ее действия, ограничившись одной подписью. Медальона у меня пока не было, а паспорт такого функционала не предусматривал. Обменявшись бумагами, Рисс вызвалась проводить меня к аудитории, в которой заседала приемная комиссия.

– Что это за скелет в холле? Обычно ставят статуи основателям известным магам или ученым, – спросил я, идя по коридору.

– Так и есть – это некроконструкт, созданный одним из основателей ИМПа – Арланом Ароссо. Мы зовем его Жорж, – ответила она, поправив прическу.

– Некроконструкт? Эта махина еще и двигаться может? – удивился я.

– Может, если ты найдешь сангвиний размером с дом. Арлан же экспериментировал с энерголинией, ведущей от самого Источника. Можно сказать, памятник себе воздвиг. Рукотворный, – усмехнувшись, произнесла она.

Остановившись перед дверью приемной комиссией, я задал мучащий меня вопрос:

– А зачем тебе вообще труп? Я думал: учебный материал итак выдают. Или… ты из этих, что любит развлекаться с холодными любовниками? – неожиданно догадался я.

– Ну нет, – фыркнула она.

– Я может, и выгляжу как сумасшедшая, но…до такого еще не опустилась. Пока… – задумчиво произнесла она, будто в ее голову пришла новая идея.

– Трупы после неудачной инициации обладают особой ценностью. Их забирают непосредственно для научной работы, студентам мало что достается. Вот я и ищу материал, – загадочно улыбнулась она.

– А…а я думал, что просто понравился тебе, – вздохнул я. – Что ж, увидимся после Испытания.

– Надеюсь, ты к тому времени будешь холодным, – подмигнула она.

– Не дождёшься! – буркнул я, заходя в кабинет.

* * *

Я зашел в кабинет приемной комиссии и тут же встретился с неприязненным взглядом Нимилори. Неужели она надеялась, что я заблужусь? В аудитории оказалась небольшая очередь из других абитуриентов. Три девушки и семеро парней, в неприметной городской одежде.

Секретарями служили парень и девушка в форменной одежде института, сидящие за большим конторским столом. Они проверяли документы, проводили какие-то тесты, заставляя абитуриентов манипулировать праной, и выдавали бумажки-допуски.

Кивком головы поздоровавшись со всеми присутствующими, я плюхнулся на лавку, вплотную к своей подопечной. Она немедленно отодвинулась.

– Интересное местечко и студенты приветливые, – шепнул я ей на ухо, скользнув по лавке в ее сторону.

– Когда это ты успел познакомиться с местными? – прошипела она. Дальше отступать было некуда и ей пришлось смириться с моей близостью.

– Если никуда не торопиться и смотреть по сторонам – можно найти много интересного. Вот ты знала, что скелет в холле – это действующий некроконструкт?