Текст книги "Пленница песчаного альфы (СИ)"
Автор книги: Александра Салиева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)
Глава 13
Амин аль-Хайят
Что-то безмерно тёплое росло во мне по отношению к чёрной волчице. С каждым днём всё больше и больше. С каждой её улыбкой. Смехом. Взглядом. Поцелуем. Касанием.
И чем больше проходило ночей, чем ближе становился день расставания, тем чаще я задумывался над тем, чтобы забрать все свои обещания обратно и задержать девчонку возле себя ещё на немного. День. Три. Месяц. Год. Потому что даже спустя две недели жажда по ней так и не утихла. Наоборот. Стоит мне с ней расстаться хотя бы ненадолго, как я уже вскоре ловлю себя на мысли, что хочу вернуться и увидеть, как она, например, просыпается.
Чертовски стрёмное ощущение – нуждаться так сильно в ком-то. До зависимости. Вот как сейчас. Глядя на неё столь прекрасную и величественную. Глядя на игру света бриллиантового колье, что опоясывало тонкую шею, с уходящим вниз "хвостиком", украшенным несколькими крупными изумрудами каплевидной формы. Но вряд ли они сияли ярче её глаз. Как и идущие в комплекте к нему кольцо, серьги и браслет.
Любую другую девушку эти украшения легко затмили бы, как в своё время мою мать, а вот в случае с Мириам они лишь подчеркнули красоту своей носительницы. Как и подходящее платье в тон.
Чёрная волчица стояла перед зеркалом, тоже любуясь собой. Тонкие пальчики нервно теребили складки плотной ткани изумрудного платья, украшенной золотой вышивкой. Пышное, с открытыми плечами, которые я сейчас крепко сжимал, чуть поглаживая большими пальцами в успокаивающем жесте, оно ей шло неимоверно. Чёрные волосы частично были собраны на затылке и перекинуты через одно плечо. Их тоже украшала заколка с изумрудами.
– Не уверена, что могу принять такое, – улыбнулась Мириам с долей смущения.
Прижал её ближе к себе, с наслаждением втягивая в себя аромат туберозы, ставший в последние дни непостижимым образом ещё более насыщенным.
– Не принимай, если не хочешь. Просто побудь этот вечер в них, ладно? – попросил, фактически наступая себе на горло ради этого. – Мне нравится, как ты выглядишь. В моём воображение это всё и на сотую долю не выглядело так красиво, как в действительности, – признался честно.
– Да? – загорелся изумрудный взор. – Если ты так считаешь, – улыбнулась уже с восторгом Мириам, разворачиваясь ко мне лицом. – Мне тоже нравится, если честно. Очень нравится, – выдохнула уже в мои губы.
Сжал девушку в своих объятиях сильнее и ответил на поцелуй. Коротко, но со всей переполняющей меня к ней нежностью. Погладил по щеке, поправляя выпавшую из причёски прядку.
– Нужно идти, – выдохнул, не скрывая своего сожаления, отстранился и предложил ей локоть.
Она тут же ухватилась за него с радостной улыбкой, и мы, наконец, направились в зал, где должно происходить торжество в честь моего дня рождения.
Я бы вообще не праздновал, но с тех пор, как в моей жизни появились племянники, это событие игнорировать не получалось. Уж не знаю, откуда они оба узнали дату данного события, когда я никогда и никому не распространялся о нём в принципе, но теперь постоянно приезжали и гостили не меньше двух дней. Пришлось прервать наш с Мириам отдых и вернуться на это время обратно в резиденцию.
– Кстати, наверное, надо было раньше сказать, но у нас гости, – признался, будучи уже у дверей в нужный зал.
– Гости? – удивилась Мириам.
– Да. Но могу заверить, тебе не о чем переживать. И один из гостей тебе точно понравится, – тяжко вздохнул, припомнив дикий нрав той, о ком упомянул.
Больше ничего сказать не успел. Двери открылись.
На нашей паре скрестились несколько чужих взоров. Только недавно слышимые разговоры разом смолкли. И дело было не столько в моём появлении, сколько в присутствии рядом со мной Мириам.
Первым опомнился мой младший племянник – Доминик аль-'Азиз. Откровенно присвистнул, одарив меня насмешливым взглядом, а после улыбнулся ещё шире на какое-то тихое высказывание его пары – Селены.
– И почему я не удивлён? – покачал головой Александр, тоже ухмыляясь. – Привет, Мириам. Рад снова тебя видеть, – поздоровался следом с моей спутницей.
А вот его пара ни словом не обмолвилась, лишь одарила меня сканирующим придирчивым взглядом, после чего в несколько шагов поравнялась со своей сестрой и сграбастала её в крепкие объятия. Потом ещё долго не отпускала, что-то совсем тихо нашёптывая на ухо. Мириам в ответ тепло улыбнулась ей, бросила на меня мимолётный взгляд, снова вернула внимание к сестре.
– Всё хорошо, – заверила Алексию.
Та совсем не поверила. Уставилась на меня своими зелёными, как и у старшей родственницы, глазами уже враждебно и требовательно.
– Вы что-то хотите мне сказать, Алексия? – выгнул я бровь вопросительно, глядя на неё с неприкрытой насмешкой.
На мой вопрос младшая из О'Двайер скривила нос.
– Если бы хотела, сказала бы.
– Действительно, о чём это я? – хмыкнул. – Что ж, раз все поздоровались, прошу к столу, – махнул в сторону ведущих дверей в сад с бассейном, возле которого был установлен праздничный шатёр. – Амон, – пожал руку старому другу, отцу парней.
Как и у них, у него были коротко стриженные светлые волосы и янтарные глаза, в которых светился ум и мудрость прожитых веков. Но несмотря на приличную разницу в возрасте, все трое выглядели ровесниками друг друга.
– Амин, – улыбнулся тот. – Мириам, – кивнул уже девушке. – Вам очень идут эти украшения. Давненько я их не видел на ком-то, – заметил, глядя на меня с лукавым прищуром.
Девушка тоже ему улыбнулась и на меня вопросительно посмотрела. Не стал отвечать. Просто тоже улыбнулся, поцеловал её ладошку и повёл следом за всеми.
Да и что я могу сказать?
Что в последний раз фамильные драгоценности надевала моя мать десятки лет назад, и с тех пор они лежали в сейфе, никому не нужные, а мне вдруг захотелось их достать и увидеть на чёрной волчице?
Тупость!
– Ну и? – поинтересовался, когда мы с Мириам уже уселись за стол. – Каким словом меня охарактеризовала твоя сестра?
К слову, спросил я об этом совсем не стесняясь того, что нас слышит та, о ком зашла речь.
– М-мм… Вы же помните тот момент, когда мы с вами обсуждали статус леди? – усмехнулась моя спутница. – Так вот, я решила, что выражаться больше не буду.
Её усмешке вторила усмешка от младшей О'Двайер. Которая в этот момент увлечённо писала кому-то сообщение на своём телефоне. Правда, не дописала. Александр, заметив манипуляции своей пары, шустро отобрал средство связи. Я мысленно поблагодарил его.
– С каждым днём убеждаюсь, что ты у меня лучше всех, – отреагировала на удивление спокойно Алексия.
С её-то взрывным характером, вдвойне удивительно.
– Думаю, даже сотня твоих сообщений ситуацию уже не спасёт. Тем более, он её не мучает, рядом быть, как мы видим, не заставляет. А тебе, как сестре, не сдавать её надо было, а прикрыть, – щёлкнул Александр по носу ту. – Болтушка моя.
– Зря ты так думаешь. Брат и мама найдут подход к отцу. Сам знаешь, какой он у меня вспыльчивый, – лучезарно улыбнулась. – Твой дядя, конечно, староват для моей сестры, да и вообще не самая лучшая кандидатура ей в пару, но что поделать, любовь зла, полюбишь и аль-Хайята, – вздохнула печально.
Хорошо, что я ещё не взялся за вино. А то бы точно подавился. А вот Мириам как раз подавилась. Закашлялась.
– Начинаю думать, что вечер на двоих был бы куда как лучше, – заметил как бы между прочим, успокаивающе погладив свою спутницу по спине.
– А что, всех предыдущих не хватило? – участливо поинтересовалась пара Александра.
И правда, надо было сбегать. Всё лучше, чем слушать язвительные замечания этой мелкой бестии.
Как племянник с ней ещё не спятил?
И рот не зашил...
Вот уж где действительно любовь зла.
Удивительно ещё, что Доминик молчит. Только ухмыляется, обмениваясь со своим отцом понимающими взглядами.
– А вы, дорогая моя родственница, смотрю, по-прежнему не страдаете тактичностью, – парировал я, накладывая Мириам на тарелку всего и побольше.
– Также, как и вы не страдаете наличием совести, – любезно отозвалась Алексия.
И она явно добавила бы много чего ещё, но замолчала под предупреждающим взглядом Мириам.
– Вы сами сказали, что я для этого уже слишком стар, – пожал плечами в полнейшем безразличии.
Смотреть на Алексию Мириам не перестала. Теперь уже напряжённо, слегка приподняв бровь. Вероятно, именно поэтому я не получил в ответ новую колкость.
– Что? Всё? – тоже оценил молчание младшей О'Двайер Доминик. – А я-то уж размечтался, – тяжко вздохнул.
– Я – одна, а их, – махнула в сторону меня и Мириам рукой, – двое. А ты – совсем не помогаешь, – упрекнула его в ответ.
– Зачем? Я впервые вижу, чтобы тебя кто-то смог заставить замолчать одним лишь взглядом. Так что сегодня я на стороне Мириам, – усмехнулся младший брат Александра, салютнув той бокалом с вином.
Старшая из сестёр О'Двайер улыбнулась ему уголком губ. Младшая – страдальчески закатила глаза. А вот ещё одна из присутствующих девушек продолжала молчать. И молча… всхлипывать.
Уставился на такое проявление чувств с сомнением.
– Не обращай внимания, у нас просто гормоны шалят немного, но скоро пройдёт, – улыбнулся мне Доминик, перетащив Селену к себе на колени. – Надеюсь, – ввернул трагическим голосом.
За что и заработал от своей пары возмущённый взгляд и новую порцию слёз.
– Так и набираю потихоньку воду для второго бассейна, – снова не удержался от подколки племянник.
Слёз стало больше. Хотя уже без всхлипываний. Что называется «крокодильи» и молчаливые.
И вот с одной стороны сочувствую девочке, а с другой от смеха удержаться почти нереально. В этом весь Доминик. Жить не может без сомнительных шуток и издевательств над ближним своим. Но ровно до тех пор, пока кто-нибудь реально не заставит его Луну плакать, тогда тому существу можно смело прощаться с жизнью. Не пощадит. За каждую слезинку спросит по полной программе. Что взять с наёмного убийцы?
– Надеюсь, нас такая участь обойдёт, – вздохнул Александр. – А то я точно кого-нибудь убью.
Ах да, они ж с Алексией тоже в ожидании прибавления. То-то она такая спокойная и ни разу не вспылила за вечер.
– Хорошо, что их состояние не передаётся воздушно-капельным, – пробормотал настолько тихо, что только Мириам могла услышать.
– Зато Алекс перестала чуть что бросаться в Алекса кинжалами. Ну, насколько я слышала, – хмыкнула она.
– Спорим, твоя сестра в таком случае теперь всегда будет ходить беременная? – не удержался от подколки, склонившись к ней ближе.
Девушка явно собиралась ответить, но как открыла рот, так ни звука не произнесла. Её дыхание сбилось. Изумрудный взор засиял ярче. Так и зависла, рассматривая меня с лёгкой улыбкой.
– Не буду. Спорить. С вами, – обронила, спустя некоторую паузу, слегка придвинувшись мне навстречу.
– Ещё немного, и ты не только спорить не будешь, но и говорить, – шепнул ей на ухо, целуя местечко за ним. – Только кричать, – дополнил совсем беззвучно.
На мои действия Мириам рвано выдохнула и тут же шумно втянула в себя воздух, цепляясь ладошкой за моё колено.
– А если будешь и дальше меня провоцировать, я наплюю на то, что на нас все смотрят, и начну уже сам распускать руки, – провёл рукой вдоль всего позвоночника до самой поясницы. – Лучше поешь, – наколол на вилку кусочек рыбы и поднёс к её губкам.
В зелёных глазах отразилось раскаяние, пополам со страданием. Вилку Мириам аккуратно перехватила, отбирая из моих рук так, чтобы не соприкоснулись наши пальцы. Отодвинулась. Да и вообще больше в мою сторону не смотрела, сосредоточившись на еде.
– Ну, вот, очередной облом, – прокомментировал происходящее Доминик, который успел наполовину разлечься на столе, подставив под голову согнутую в локте руку, глядя на нас с умилением.
– А ты бы взял и свою пару так же развлёк, чем на других засматриваться, – поддел его Александр.
Доминик одарил брата возмущённым взглядом.
– Фу, таким быть! – выдал патетично, демонстративно отвернувшись. – Лапуль, мне кажется, он меня обижает, – нагло пожаловался Селене по-детски обиженным тоном.
Та ласково улыбнулась, покачала головой и, утерев закончившиеся враз слёзы, прижалась щекой к его плечу. И тут же оказалась затискана и зацелована.
– Неисправимы. Оба, – хмыкнул отец парней. – Кстати, я так и не понял, а чего вы прячетесь-то от всех? – перевёл тему.
Вилка в руке Мириам замерла.
– С учётом, какую мне истерику закатил О'Двайер ещё в Лондоне только за то, что я просто посмотрел на его дочь… – фыркнул насмешливо. – Представляю, что было бы, узнай он, что мы действительно вместе отдыхаем.
– Вы. Вместе… что делаете? – уточнила Алексия.
Но ответ получила не от меня.
– У господина аль-Хайята отпуск. Я пробуду здесь ещё неделю. Потом уеду, – прозвучало отчуждённо от сидящей рядом со мной.
Тоже не рада, что скоро расстанемся?
– А я предлагал увеличить срок твоего отпуска, – одарил её прищуренным взглядом.
– Неделя. И я вернусь в Шотландию, – отозвалась Мириам, по-прежнему глядя только на тарелку перед собой.
Через секунду и вовсе продолжила есть, как ни в чём не бывало.
– Я уже понял, что упрямство – это ваша семейная черта, – хмыкнул.
Вот только веселья никакого на самом деле не испытывал. Вот и потянулся к вину, едва ли не залпом допив его остатки в бокале. Поспешил наполнить. И вообще захотелось встать и уйти. Что я и сделал.
– Отдыхайте, мне нужно отойти по делам, раз уж оказался снова здесь, – оправдал своё бегство.
Да, как последний слабак спешил уйти от той, которую снова захотелось украсть и запереть в уже знакомой камере. Чтобы перестала рвать меня изнутри своим долбанным упрямством и, наконец, признала, что происходящее между нами далеко уже не просто секс. Да он им никогда и не являлся. Простым. Изначально нёс в себе нечто большее. Просто раньше я этого не понимал до конца. Зато сейчас…
Она права. Стоило обрубить это всё на корню ещё в самом начале, а не поддаваться провокациям. Тогда бы не пришлось сейчас сидеть у себя в кабинете, гипнотизируя стекло полупустого графина с янтарной жидкостью в нём. Нет, я не пил. В горло ничего не лезло. Наоборот, откровенно тошнило от всего. Ещё больше хотелось схватиться за горлышко и запустить стеклотару в стену. Всё-таки как легко в последнее время подрывался мой самоконтроль. И всё из-за неё. Девушки, которую стоило бы действительно отпустить и забыть. Навсегда.
Да, точно.
Так и сделаю.
Я уже поднялся с места, чтобы вернуться обратно ко всем и сообщить Мириам о том, что она свободна, когда в кабинет вбежал один из тех, кто охранял вход в сад.
– Альфа, простите, но господин Амон просит вас срочно вернуться. Госпоже О'Двайер плохо.
В груди похолодело. Метнулся к ней так быстро, как никогда.
Девушка и правда была бледна. Лежала на траве в стороне от шатра, а над ней склонился Валид. При виде меня, она лишь прикрыла глаза.
– Что произошло? – поинтересовался мрачно, опустился на колено рядом с ней, взял в руки её запястье, прислушиваясь к учащённому пульсу.
– Вроде как, голова закружилась, – поведал Александр, прижимая к себе за плечи напряжённую Алексию.
– Хаяти? – обратился уже к самой девушке.
– Всё в порядке, – улыбнулась та мне немного вяло, но вполне ласково. – Ничего не нужно, – выставила ладонь перед собой и уселась, отодвинувшись от врача. – Немного затошнило и голова закружилась, – промямлила. – Это от усталости. Надо отдохнуть, – окончательно поднялась на ноги, забирая свою руку из моей.
Всего шаг – покачнулась. Придержал за талию, требовательно уставившись на Валида.
– По первичному осмотру всё в порядке, альфа. Возможно, что действительно простое переутомление, – поспешил ответить тот. – Но лучше провести полное обследование.
– Не нужно, – проговорил Доминик, подходя к нам ближе.
С шумом втянул в себя воздух. Нахмурился. В глубине янтарного взора принялся разгораться багрянец. Он сократил между нами расстояние. Почти вплотную приблизился, склонившись к самой шее Мири, незаметным жестом рассекая когтем кожу. Заработал за такую вольность два злобных рыка: мой и Селены. Я так вовсе прижал Мириам к себе ближе, накрыв свободной ладонью её шею. Чтобы больше никто не мог тронуть.
– Спокойно. Я исключительно в исследовательских целях, – вернулся младший аль-'Азиз к своей паре, тут же крепко прижимая её к себе, попутно слизывая с пальца застывшие на нём капли крови чёрной волчицы. – Кстати, вы ведь не истинная пара, и не обменивались метками, да? – задумчиво поинтересовался следом.
– Причём здесь это? Что ты почуял?
Есть у Доминика умение одно. Помимо очарования. Выросший в рабстве и взращённый на крови, он мог по ней легко определить состояние другого. Как сейчас.
– То есть не обменивались, – вынес он верный вердикт из моих слов. – Тогда я даже не знаю, как сказать… – коротко рассмеялся.
– Уж как-нибудь, – съязвил я, крепче прижимая к себе свой бриллиант.
А у самого сердце почему-то забилось в ускоренном темпе. Наверное, просто где-то в глубине души я знал, что он сейчас скажет. И всё равно оказался не готов к тому, чтобы услышать:
– Поздравляю, у вас будет пополнение!
Глава 14
Мириам О'Двайер
Если бы моё сердце переселилось в мою голову, примерно так я бы себя и ощущала. Как сейчас. Когда удары органа в грудной клетке долбили по сознанию, как молот по наковальне.
Бах…
Бах!
Бах…
Пополнение.
Он сказал…
Пополнение?
То есть…
Я беременна?!
Да быть такого не может…
Или может?
Ведь Доминик аль-'Азиз редко ошибается.
Если таковое вообще случается.
– Я пока ещё не могу сказать точно, кто, – протянул между тем всё так же задумчиво Доминик, – слишком запах схож с запахом матери, – пояснил, – но беременность – это однозначный факт. Что очень странно, учитывая, что вы не пара, без меток и, сомневаюсь, что планировали нечто подобное при ваших отношениях, судя по вашим лицам. Интересненько! – янтарный взор полыхнул багрянцем предвкушения.
– Да уж, подарочек на день рождения что надо, – поддержал брата Александр.
Вот бы в обморок упасть!
Но нет.
Приступ головокружения сошёл на нет. Разве что тошнота осталась. Жаль, она совсем не спасала и не помогала бегством от реальности. Если учесть, с каким шокированным сожалением смотрела на меня самая младшая из О'Двайер, то и вовсе...
– Не вздумай ничего говорить отцу, Алекс, – обронила я, не слыша собственного голоса. – И брату. И маме. Вообще никому не смей рассказывать об этом! – дополнила максимально сурово.
И вот чего не ожидала, так это:
– Почему же? Всё равно узнают рано или поздно. Какая разница когда? – сказанное Амином.
Сам он выглядел хоть и задумчивым, но не сказать, что расстроенным по данному поводу. И это… настораживало.
Уставилась на него недоверчиво.
– Даже если и узнают, то я сама скажу. Не она, – вынесла вердиктом.
Мне было, что добавить ещё. Но ничего цензурного там не было. Сплошные ругательства и проклинания. В собственный адрес.
Ну, вот как так?!
Не бывает же…
Не должно быть!
Но…
– Теперь ведь я всё равно останусь здесь, да? Навсегда, – озвучила и без того очевидное, ужасаясь своим же словам. – Всё равно не вернусь к ним. Никогда. Конечно, сказать придётся, – закончила совсем тихо, не переставая смотреть исключительно на альфу песчаных волков.
Руки, так и вовсе предательски дрожали. Сколько бы ни сжимала их в кулаки, тоже не помогало. А вот у Амина они напряглись, болезненно стиснув мою талию.
– Если это так важно, то я не уверен, что и в ином бы случае отпустил тебя, хаяти, – обжёг меня своим взглядом.
Легче не стало. Просто потому, что тошнота усилилась. Вот и уложила ладони ему на грудь, отталкивая от себя.
– Мне нужно… Мне… Очень нужно… – едва сдержала рвотный позыв.
Хорошо, удерживать меня никто не стал. Едва успела добраться до ближайшей уборной. Там и упала на колени, пока желудок избавлялся от всего, что я успела съесть за сегодняшний день. Но и тогда, когда приступ завершился, не поднялась. Продолжала сидеть на полу, прислонившись затылком к холодной зеркальной поверхности, пытаясь найти в себе хоть капельку твёрдости, за которую могла бы схватиться.
Подняться с колен…
И совсем не в моём физическом состоянии дело.
– Мири, – почти добил тихий жалостливый голос сестры.
Кто бы знал, чего мне стоило сдержать напрашивающиеся слёзы и не разрыдаться, когда она сперва вошла, после присела рядом, аккуратно тронув за плечо, а затем и вовсе обняла, прижав к себе.
– Я в порядке, – соврала ей.
Конечно же, она всё прекрасно поняла. Прижала к себе крепче, ласково провела по голове.
– Если хочешь, мы можем сделать так, что тебе не придётся оставаться тут, – предложила совсем тихо. – Если тебе здесь так плохо, – добавила неуверенно. – Ты не обязана проводить всю свою жизнь с тем, с кем не желаешь…
Вот она. Та точка опоры, в которой я так нуждалась.
Ярость.
– Ты ведь не рассказала отцу? – вскинула голову, требовательно глядя на родственницу. – Не рассказала, Алексия?
Стоило представить, что именно это и произошло, как в голове ядерный взрыв произошёл. И уже я сама обхватила чёрную волчицу за плечи, встряхнув, ведь её тишина делала лишь хуже, пробуждала ещё больше ярости и негодования.
– А если и расскажу, что в этом плохого? – прищурилась Алексия. – Тебе одной не справиться, Мириам. Будь реалисткой. Тебе нужна помощь. Я же вижу, что тебе не в радость. Чёрт, он тебя даже парой не признал! – возмутилась. – Или вдруг решила переступить через себя и стать его наложницей? Устраивает тебя такое? – фактически обвинила.
– Я ещё не до такой степени спятила! – отозвалась на повышенных тонах.
– То есть, оставаться здесь не собираешься? – прищурилась сильнее Алексия, пытливо вглядываясь в моё лицо. – Только не говори, что сама со всем этим справишься, – покачала головой в порицании.
– Родителей точно вмешивать не стану, – огрызнулась встречно. – Если они хоть как-нибудь будут причастны, и Амин узнает, то это будет война. Кланов. Я их слишком люблю, чтобы просить помочь мне, – законила совсем тихо.
– Воевать с кланом пустынников Амин точно не станет, даже если узнает, что причастны они, – выдала задумчиво на это Алексия. – Что? – округлила глаза на моё недоумение. – Я попрошу Алекса помочь, если надо. Он мне не откажет, – улыбнулась задорно. – Надеюсь, – добавила уже не столь уверенно. – В любом случае, даже не думай делать что-либо одна, сама. Ты поняла меня? – продолжила куда твёрже. – Я поддержу тебя в любом твоём решении. Мы же семья, – снова прижала меня к себе, сдавливая в крепких объятиях, гладя по голове.
На некоторое время воцарилась тишина. И все мои мысли бурлили в ней с какой-то изощрённой жестокой громкостью. В очередной раз сводя с ума. Подталкивая к самому краю пропасти отчаяния. Из которой не выбраться.
– А хочешь, мы его заставим жениться? – предложила новой идеей сестра, спустя затянувшуюся паузу.
Вот теперь я уставилась на неё, как на исчадие ада.
– Ты издеваешься что ли? – протянула я шокированно.
– Если только самую малость. Над аль-Хайятом, – хмыкнула Алексия. – Нет, как ребёнка заделать тебе, это он может, а как ответственность на себя взять, так у вас тут совместный отдых и ничего особенного? – нахмурилась. – Думаешь, я совсем глупая и поверила в эту сказку? Отец неделями с ума сходит, с тех пор, как этот… песчаный альфа тебя украл, – вздохнула тоскливо, а на мой укоризненный взгляд дополнила уже хмуро: – Украл, Мириам! И даже не отрицай. Не знаю, как он тебе потом мозги промыл, что ты вдруг его стала защищать, но факт остаётся фактом, он тебя похитил. Ты сама бы сюда к нему ни за что не приехала, тем более для временного развлечения. Или не ты тогда его в Лондоне отшила, когда он к тебе подкатывал? – добавила весомо.
То, о чём она говорила, отозвалось в воспоминаниях волной горечи и сожаления.
– Я, – не стала отрицать. – Потому что отец заставил, – призналась неохотно. – Мы с Амином столкнулись на улице, потом в лифте, а потом… Он позвал на прогулку по ночному Лондону. А я, бестолочь, знала ведь, что нельзя, но всё равно согласилась. Не удержалась, – выдавила из себя виноватую улыбку. – И пошла бы. Если бы отец не узнал. Запер. Заставил отказаться.
– Понятное дело, чего это аль-Хайята в таком случае, задело, – протянула со смешком Алексия. – Нельзя же так. Жёстко.
– Угу, – не стала спорить, уткнувшись лбом ей в плечо. – Нельзя. Но я подумала, что у него таких всё равно полно, одной больше, одной меньше, не вспомнит даже меня через некоторое время. Забудет.
– Ага. Забыл. О-очень заметно, как он забыл, – поддела Алексия, обведя рукой окружающее пространство, вздохнула тоскливо, отстранилась. – Так что делаем, Мири? Женим или бросаем нашего не очень-то забывчивого? – усмехнулась.
– А что, других вариантов совсем нет? – съехидничала я встречно. – Не буду я его заставлять. Не хочет, и не надо. Вот ещё… – упрямо вздёрнула подбородок. – И сбегать я не буду.
– То есть, всё-таки будешь наложницей в его гареме? – насмешливо вскинула бровь родственница.
– Только после тебя, Алекс, – скривилась, наконец, поднимаясь на ноги.
Она бы мне определённо бросила в ответ какую-нибудь колкость, да только входящий звонок отвлёк.
– Эйдан, – взглянула на экран, приняла вызов.
И трубку нагло мне всучила!
– Кхм… Привет, старший брат, – выдала я максимально доброжелательно и беззаботно.
– Ага, привет, коль не шутишь, – хмыкнул тот. – Как отдыхается в Эмиратах? Не тошнит ещё?
Одарила Алексию многообещающим взглядом.
– Мелкая всё-таки проболталась, – вынесла вердиктом уже вслух.
Слишком уж намёк прозрачный!
– Вот не поверишь, старушка, в этот раз мартышка как раз почти не ябедничала, – окончательно развеселился брат. – Я даже ей возгордился в кое-то веке. Прогресс! А о твоём интересном положении нам сам виновник сообщил. Кстати, искренне советую на ближайшие дни окопаться где-нибудь, где вас не найдут. Отец рвёт и мечет. Мама, – замялся на долю мгновения, – не сказать, что добрее. И это о-очень мягко говоря. Так что… Я, в общем-то, и позвонил, чтобы предупредить. Они уже выехали в аэропорт. Так что у вас от силы несколько часов осталось тихой жизни.
Скрежет моих зубов определённо был слышен и в Шотландии.
– Значит, всё-таки сказал, – процедила сквозь зубы. – Сам. Сказал, – уже откровенно злилась. – Вот же…
Опять цензурных слов не подбиралось!
Слишком уж живо моё сознание рисовало то, как отреагировали родители и то, что светит нам всем в ближайшем будущем, когда они доберутся сюда.
– Дерьмо, – выдала итогом.
– Ну, зачем же так грубо? – укорил, не скрывая своего веселья, Эйдан. – Вполне логично всё. Плюсик в карму твоему амурному дружку. Всё ж, не каждый решится сам позвонить и сообщить нашему отцу, что обрюх… эээ… как бы помягче выразиться-то?.. В общем, уважаю, да. И сочувствую не меньше.
Не сказать, что за предупреждение я была не благодарна.
Однако…
– Он не мой, – бросила холодно. – Но спасибо, брат.
Ответа дожидаться не стала, всучила телефон Алексии. Сама же, развернулась на выход, с досады пнув дверь. И направилась я, разумеется, к тому, кто являлся первоисточником всей моей злости. В кабинет. Почему-то ни разу не сомневалась, что найду его там.
Так и вышло.
И был там альфа песчаного клана не один. В обществе обоих племянников, младший – со своей парой. Та, к слову, спала, пребывая у него на руках. Лишь это остановило меня от порыва сходу наорать на одного слишком много на себя взявшего оборотня. Остановилась напротив него, прожигая яростным взглядом.
– Ты не должен был делать этого, – только и сказала. – Я же просила. И сказала, что сама им расскажу.
– И когда бы ты это сделала? После рождения ребёнка? – выгнул брови Амин, ни разу не проникнувшись моим гневом. – И я не из тех, кто будет прятаться за женской юбкой, пора бы тебе это было уже усвоить, хаяти, – закончил совсем строго. – Я не стану убегать от ответственности. И тебе не позволю. Тем более, как ты любишь мне постоянно напоминать, твой отец – Верховный. Мне только не хватало до кучи стычки с кланом чёрных, – повёл плечом.
– Ой, ну мы пошли, – тут же засобирался Александр.
– А чего это мы? – возмутился Доминик, которого первый уже почти тащил в коридор. – Я вот очень даже хочу посмотреть, как она ему сейчас вдарит.
– Попроси Селену потом, она тебе покажет, – парировал старший из аль-'Азизов. – На тебе же.
– Это твоя может показать, а моя меня любит, – с нежностью произнёс Доминик.
Его слова донеслись аккурат в тот момент, когда дверь за оборотнями закрылась. И лично я быстро позабыла об этом факте. Сосредоточилась на куда более важном на данный момент.
– То есть, ты тут из нас двоих самый ответственный и не станешь убегать, да? А я, по-твоему, тогда кто? Какая? – сжала кулаки, в самом деле едва сдерживаясь от того, чтобы банально не врезать по кое-чьей самодовольной физиономии. – Если сказала, что сама расскажу, значит, и рассказала бы. Не поверишь, в самое ближайшее время, не после того, как родится ребёнок. И, в отличие от тебя, сделала бы это максимально аккуратно, чтоб у отца крыша не поехала от таких новостей! – бросила уже в обвинении.
– Не передёргивай, хаяти! – осадили меня суровым тоном. – Я не имел ничего такого ввиду. Но за свои поступки привык отвечать. Сразу. А не дожидаясь, когда кто-то кого-то там уговорит. И твоего отца нельзя к такому подготовить. Его крыша всё равно уехала бы. И не важно, я сказал или ты бы потом сообщила.
– Когда забеременела та же Алексия, крыша у него не поехала, он даже рад, представь себе! – разозлилась больше прежнего.
– Да, рад. Потому что они истинная пара и уже давно не только вместе, но и женаты. А мы с тобой… – начал и замолчал, шумно выдохнув.
– А мы с тобой тут просто временно развлекались и как бы совсем не ждали такого сюрприза, да? Ты это хотел сказать? Так не стесняйся, говори, тут все в курсе, что я для тебя всего лишь временное развлечение. Чёртова вспышка на горизонте твоей жизни! Такая же кратковременная, как долбанный восход и все эти девицы в твоём гареме, которых ты сперва трахаешь, а потом забываешь, потому что надоедает и хочется новых ощущений!
Золото глаз оборотня затопила зелень. Ещё через миг он оказался рядом со мной, схватив за плечи. Чуть встряхнул. А после:
– Можно подумать, ты ждала! Или желала большего! Сама же сказала, что через неделю свалишь! – прорычал по-настоящему зло, предупреждающе скалясь.
– Да я бы и раньше свалила, и вообще бы никогда сюда, к тебе, не пришла, но ты же не отпускаешь! – обвинила встречно.
– Ещё скажи, что сама не хочешь того же!
– Не хочу! Представь себе, совсем не хочу!
Хочу, но не этого…
Куда как больше.
Того, что ты банально не способен мне дать…
