Текст книги "Мне тебя подарили (СИ)"
Автор книги: Александра Салиева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)
Глава 8
Габриэль
Реальность вернулась вместе с ощущением того, как давит на левое плечо. В башку будто ртутного раствора накачали, с таким трудом открыл глаза и сообразил: где я и что вообще происходит. Больничная койка, на которой я лежал, была жутко тесной, впритык с мой рост, сама палата – едва ли размером с мою кладовку. А плечо… в него уткнулась лбом мирно сопящая Виктория. Девушка спала, сидя на придвинутом вплотную к постели стуле.
И вот как на неё злиться?
Такая безмятежность…
Даже несмотря на то, что чуть на тот свет не отправила, вредина рыжая. К тому же и сам хорош. Сколько раз давал себе зарок не пить, не есть всякую хренотень в непонятных местах. Тем более злоеб*чий кофе! А всё равно выпил. И, ко всему прочему, поймал себя на мысли, что реально злиться на девушку не получалось. Как тогда, когда она меня из моей же спальни выставила, уснув одна поперёк кровати. Вот так просто. Нет никакого гнева или ярости. Стоит лишь единожды взглянуть на неё. Такую уютную и беззащитную.
Разве можно обидеть такую милашку?
И...
Foda-se!
Что за х*рня лезет в мои мозги?
Спишем отсутствие злости на то, что девчонка не оставила подыхать. Натворила дел – исправила. Раз уж я здесь. За окном – темно. А значит пробыл в отключке часов восемь, не меньше. Отсутствие игл и капельниц порадовало. Хоть сейчас вставай и вали восвояси. Вот только я так и не пошевелился. Тупо валялся дальше, неотрывно пялясь на свою ходячую катастрофу.
В голове то и дело всплывали воспоминания прошлого…
Каждое, с её участием.
Нет, это же надо! Сперва сбежать, а потом самой же прибежать обратно, в поисках спасения от малюсенького паука. Бедолага, сам наверное инфаркт схватил от её воплей. А погреб? Где тут логика, бл*дь? Хоть какая-нибудь? Чтоб сперва запереться в нём, заставив меня два часа проторчать под дверью в ожидании, когда она одумается, а потом самой же, как ни в чём ни бывало припереться ко мне обратно, когда уже не ждал.
Да, помнил и то, что напилась…
Вот он – катализатор её смелости.
О другом я тоже помнил.
Том, что она рассказала.
Про своего мудака…
Что сказать, дерьмо в жизни случается.
Однако кулаки всё равно зачесались.
Наверное, именно поэтому и не хотел её отпускать. Самому себе в этом только сейчас признавался. В момент, когда предлагал ей подписать соглашение, какая-то извращённая часть меня буквально жаждала услышать её отказ. Ещё одна – уже начинала строить планы о том, как этот отказ начать превращать в согласие. Долго, со вкусом и расстановкой. И уж точно ни одна часть меня не ждала, что Виктория просто согласится. Ну ладно, не совсем уж просто. Но… И ведь взамен, по сути, ничего не взяла!
Может быть поэтому я так зациклился?
Не разгадал ещё…
А в рассуждения об этом настолько погрузился, что пропустил её пробуждение. Опомнился лишь после того, как в руку впились хрупкие пальчики, а моё плечо стало свободным.
– Очнулся! – с заметным облегчением выдохнула Ви, помедлила совсем немного, разглядывая меня с лёгким прищуром. – Ты в порядке? Где-нибудь болит? Доктор сказал, что всё в порядке, угроза миновала, но нужно будет позвать его, когда ты очнёшься, – следуя своим же словам, резво подскочила на ноги, явно собираясь этого самого доктора позвать.
Не позволил. Отойти от меня. За руку поймал. Обратно к стулу притянул. Буквально вынудил сесть.
– Ты не ушла, – констатировал факт. – Осталась со мной. Всё это время. Почему?
В голубых глазах мелькнула растерянность. Девчонка явно занервничала, услышав вопрос. Уставилась на мою ладонь, удерживающую её поблизости. Но и молчала недолго.
– Я отравила тебя, – отозвалась тихонько. – Не намеренно! – добавила поспешно. – Но отравила. А ты на меня не злишься. Почему?
Глава 8.1
Виктория
Последние часы напоминали каторгу. Сидеть и ждать, когда Габриэль откроет глаза. Особенно, если учесть, что навязчиво казалось – не откроет. Вообще никогда. От этого чувство вины лишь усиливалось. Потому сидела около него, как прикованная, всё дожидаясь и дожидаясь… Почти приговора. Нисколько не облегчало собственное состояние и то, что доктор заверил в обратном: очнётся, ничего серьёзного его здоровью не угрожает, вовремя среагировали, вколов антигистаминный препарат. В последнем помог всё тот же работник кофейни. Вытащил из аптечки в машине Габриэля нужную ампулу. А вот колоть самой пришлось! Впервые в жизни. Прежде только в теории изучала, как это делается. Мама когда-то пыталась научить, но я ни в какую осуществлять на практике не соглашалась. Рука у меня тяжёлая. Последнее, к слову, беспокоило больше остального.
Вдруг добила, вместо того, чтобы спасти?
Но нет.
Правда очнулся.
Замечательно! Было. Сперва.
На его вопрос…
Зависла.
И ушла от ответа. Задав встречный вопрос.
А пока ждала того, что будет дальше, даже дыхание задержала в напряжении. Явно ведь, если не сразу взбесился, то потом непременно отомстит. И неизвестно ещё, что похуже будет…
– Не знаю, – наконец, нарушил молчание Габриэль. – А должен? – тоже спросил. – Ты же не знала про мою непереносимость, – помолчал немного, после чего добавил в привычно издевательской манере: – Или знала?
Округлила глаза.
– Откуда мне знать такое?!
Он одарил понимающей усмешкой. Промолчал. Уселся на постели удобнее. Последующую паузу заполнил его проницательный взгляд, которым мужчина долго и вдумчиво рассматривал моё лицо.
– Вернёмся на виллу? – предложил неожиданно.
Снова растерялась.
– Зачем нам возвращаться на виллу? – нахмурилась. – То есть, тебе – понятно зачем, ты там живёшь. Но я…
А что я?
Мне домой надо. И ещё я в отель собиралась. Если португалец его оплатит. В долг. Потому что за долгие часы отключки Габриэля я всё-таки связалась с мамой, сперва через электронную почту, потом – по звонку. Вот только в деньгах она отказала. И подтвердила, что моя кофейня закрыта. Опечатана. Ведь взятые в счёт залога средства никто возвращать не собирается. А у меня остаётся совсем немного времени, чтобы вернуться на родину и уладить эту грёбанную проблему.
– Всё-таки собираешься в отель? – как отражение моих мыслей, отозвался мужчина.
– До завтрашнего вечера, – не стала отрицать. – Завтра ведь мы вернём мои документы? – уточнила. – Пойми, я должна как можно скорее найти девочек и купить билет на самолёт. Дома у меня… не всё в порядке.
И если почти всё время, что я говорила, на лице Габриэля хранилась маска полнейшего спокойствия, то при упоминании о моём доме португалец помрачнел.
– Что не так? – проговорил всё с такой же мрачностью.
Усмехнулась невесело.
– Я же тебе рассказывала: моя кофейня – её заложили, у меня её отберут. Окончательно. Если ничего не сделаю.
Левая бровь собеседника взлетела вверх.
– То есть это всё случилось недавно? – протянул португалец в нескрываемом удивлении.
И так непреодолимо захотелось, чтоб он забыл этот наш разговор. Как и я сама. Но всё равно ответила:
– Накануне моего прилёта в Португалию. Подруги вытащили из кофейни и затащили на самолёт.
Про непомерное количество алкоголя умолчала. Стыдно. Ещё не затихло в памяти то, как напилась в его погребе, а потом ночевать к нему в спальню припёрлась. Как и инцидент предыдущим вечером.
М-да…
Почти алкоголичка.
Однозначно пора завязывать!
– И разве тебе не нужно остаться тут хотя бы до утра? Кто тебя на ночь глядя выпишет? Какое возвращение на виллу в таком случае может быть? – поспешила перевести тему. – Я же за доктором собиралась, – вспомнила и об этом, поднимаясь на ноги.
Ушла бы. Да только он же не отпускает. Как вцепился в мою руку ещё в первую мою попытку бегства, так и держит. Самое странное, я только сейчас об этом подумала. Вот и уставилась на Габриэля, не скрывая удивления.
– Тут есть кнопка вызова, – снисходительно пояснил португалец. – Чтобы вызвать врача, не обязательно куда-то идти, – указал на соответствующее приспособление, прикреплённое к стене, неподалёку от кровати.
И сам же на неё нажал. Руку мою, кстати, отпустил лишь после того, как усадил обратно на стул. А вскоре явилась медсестра. Ненадолго. Они перебросились парочкой непонятных мне фраз, после чего у пациента было измерено давление. И всё.
– А доктор? – озадачилась я.
– Утром придёт, – отозвался Габриэль.
– Как это утром?
– Вот так, – пожал плечами. – Утром. Придёт. Потом выпишет.
– То есть, до утра ты тут будешь? – уточнила и без того уже понятное.
– Ага, – согласился собеседник. – И ты вместе со мной, раз уж я не могу отсюда выйти и снять тебе номер в отеле, – сообщил «радостной» новостью.
Где-то тут крылся какой-то подвох.
Прям так и чую!
Глава 8.2
Неспроста же…
– Там есть кушетка, – добавил Габриэль, кивнув в сторону обозначенного у противоположной стены, – могу на неё перелечь, а тебе предоставить эту постель, для удобства. Поспишь.
Округлила глаза, так и представив себе наяву тот момент, когда врач всё же заявится в палату, а его пациент ютится на кушетке, потому что койко-место заняла дама, ибо она… дама.
– Ну, нет уж! Ещё чего! – наотрез отказалась от такой сомнительной идеи.
Как ещё одна странность, мужчина спорить не стал.
– Ладно, тебе виднее, – секундная пауза и последующее, полное предвкушения: – Вместе на одной постели, так вместе! Отказываться не стану.
Чего?!
– Даже не мечтай! – а это уже вслух.
Я даже на ноги подскочила. Столько возмущения меня переполняло от заявленной наглости.
Как подскочила, так и плюхнулась вниз... на Габриэля. Потому что этот бессовестный без лишних распинаний в очередной раз дёрнул меня за руку, уложив на себя, выполняя то, о чём говорил.
Сам напросился, в общем!
Рука поднялась чисто инстинктивно. Жаль, конечность тут же перехватили. Другую – тоже. А потом меня и вовсе тяжеленной ногой придавило. Видимо, чтоб я свои нижние конечности закономерно не пускала в ход, раз уж верхние попали в плен.
Хм…
– Кофе хочу! – заявила, сменив тактику, задирая голову, взглянув на Габриэля.
Ну, а чего только он меня бесит, а сам довольный такой? Пусть тоже из себя выходит! Не всё мне одной страдать. Несправедливость какая-то несусветная!
К тому же, от порции кофеина, и покрепче, реально бы не отказалась. Время-то – позднее.
А ещё…
– Я тоже хочу. Очень сильно и давно хочу, между прочим, – на свой лад интерпретировал мужчина. И всё бы ничего, однако, судя по тому, что именно я ощущала правым бедром, которым оказалась прижата к португальцу, он хотел точно не кофе! – Но ты мне с этим не помогаешь, – добавил с обвинением.
Что ж…
Никогда ещё чашка эспрессо не обходилась мне так дорого. В смысле, отказывать пришлось. Хотя, сперва:
– То есть, я помогаю тебе с твоим желанием, и тогда ты в ответ помогаешь мне с моим? – удивилась фальшиво.
– Если тебе такая подача больше нравится, то можно и так сказать, – отозвался Габриэль.
А голос у него – подозрительно тихий и чуть хрипловатый, с дыханием происходила тоже какая-то проблема. Через раз ловила его короткие вдохи и выдохи. Свои – вовсе не замечала. И всё смотрела и смотрела в глаза, цвета бескрайнего неба… Неотрывно. Будто приворожило. Каким-то незримым магнитом тянуло. Не отвернуться. А твёрдость, что столь явно упиралась в моё бедро, чувствовалась лишь отчётливее, ещё тверже… В тишине и полумраке ночи мои губы почти касались его губ. Запястья – до сих пор в его власти. Но поцелуй – добровольный. Мой. Едва осязаемый. Я сама подалась навстречу. Сама прижалась к чужим губам. Моё внутреннее я буквально возликовало, едва разум ухватил новый рваный выдох мужчины. Слишком тяжёлый, чтобы поверить, будто осуществляющаяся игра даётся ему легко и просто. Нет. Не легко. Возможно, намного сложнее нежели мне самой. Хотя, прекрасно осознавая и помня всё это я всё равно отодвинулась от португальца не сразу, лишь с некоторыми усилиями.
– Деньги вперёд. Утром – деньги, вечером – стулья или вечером – деньги, а на другой день утром – стулья, – выдала ему одну общеизвестную цитату, насколько позволяла собственная память.
И это я совсем уже не про кофе вещаю!
Габриэль… нахмурился.
– Какие деньги? – призадумался. – И причём тут стулья?
Ха…
Так я тебе и объяснила.
– Вот когда сообразишь, причём тут деньги и стулья, тогда и обсудим, – заявила встречно с самым гордым видом, показательно уставилась на свои запястья. – А сейчас, ты или меня отпускаешь, или я начну орать во всю глотку с призывом о помощи, чтоб сюда не только одна медсестра прибежала. Ты меня знаешь, я и не такое устроить могу.
На самом деле ни на что подобное я бы точно не решилась, не насилуют же в самом деле, но ему-то об этом знать не обязательно. Должен был сполна впечатлиться моими спонтанными приступами психоза, когда я одну из спален на его вилле стрингами Ди с расстройства украсила.
И правда сработало.
Мужские пальцы, неохотно, но разжались. И даже ногу свою он с меня убрал. Хотя его жёсткий стояк менее отчётливо упираться в моё бедро не перестал.
Ну, да ладно…
Не будем о грустном.
Перевернулась на бок.
– Раз уж идея с кушеткой не выгорела, спокойной ночи, Габриэль, – произнесла, закрывая глаза.
Даже не видя его лицо, затылком ощутила встречный злобный взгляд, полный скрытой ярости.
– И тебе. Шельма рыжая.
Глава 9
Виктория
Утро началось с постоянства. В том плане, что ничего существенного за ночь не изменилось. Кое-чей стояк, как упирался в меня накануне, так и сейчас… Начала задумываться о том, что у Габриэля в штанах подложен булыжник. Ну, не бывает же так в круглосуточном режиме! Или бывает… По крайней мере, собственные ощущения вряд ли обманывали и подводили.
– Зверобоя с мятой на тебя нет, – проворчала, припомнив народное средство для существенного снижения потенции.
Аккуратно вывернулась из удушающих объятий и соскользнула с больничной постели, поднимаясь на ноги. Следом и палату покинула, тихонько прикрыв за собой дверь, дабы не потревожить сон Габриэля. Первым делом посетила уборную, поправила свой помятый внешний вид, потом – спустилась вниз, к замеченному ранее кофейному автомату. Так себе, конечно, ассортимент, далёк от свежесваренного, столь любимого мной напитка, но за неимением большего – тем и давилась, выйдя на улицу, устроившись на одной из лавочек в местном подобии сквера, наслаждаясь относительной тишиной раннего времени суток и отсутствием духоты. Впрочем, довольствовалась я этой своеобразной гармонией не столь уж и долго. Разум постепенно захватывали те же мысли, что и накануне. Ничего хорошего в них не содержалось и нейтральное настроение постепенно скатывалось к минусу. Покачивая в одной руке стаканчик с горьким напитком, в другой – телефон, который оказался в общем-то не настолько полезным, как рассчитывала изначально, я прикидывала примерный список дел на ближайшее будущее, едва вернусь на родину. А ещё… сомневалась. В первую очередь, в самой себе. Нет, не в своих силах. Вернуть кофейню не составит огромной проблемы. Благо, за несколько лет работы я обзавелась нужными связями. Найти спонсоров из числа тех же постоянных клиентов, не составит труда, вполне реально взять займ, а то и не один, если понадобится, чтобы выкупить заведение из залога и вернуть себе. Отработаю всё. Как уже делала когда-то. Сам процесс возвращения, скорее всего, тоже не составит больших усилий. Однако… Всё внутри ворочалось злосчастной концентрацией боли, едва воображение представляло тот момент, когда я вернусь и окажусь среди стен, что будут напоминать мне каждое мгновение о случившемся предательстве, собственной глупости и совершённых ошибках.
Может, оно и не стоит того на самом деле?
Может, зря я цепляюсь за собственное упрямство?
Ведь практически с нуля снова начинать придётся.
На руинах, оставленных бывшим.
А может лучше, если начинать с нуля, то в другом месте?
Новая кофейня. Место, которое не будет напоминать о прошлом и действовать на нервы.
Но и сдаваться – тоже последнее дело.
Разве я могу подарить этой грёбанной “счастливой парочке молодожёнов” дело своей жизни? Ни в коем случае. Только не им. Не отдам. Моё. Пусть и из чистого упрямства.
Иногда – лишь оно и помогает не сдаваться, двигаться к своей цели, достигать финишной прямой, становиться победителем.
Вариант попроще никогда не был моим.
К тому же…
– Грустишь? – оборвал последующую мысль голос Габриэля.
Пропустила его появление. Вот и вздрогнула от неожиданности, уставившись на португальца, устроившегося на самом краю лавочки, разглядывающего меня с какой-то особенной пытливостью. Словно я опять что-то натворила, а он ждёт, когда начну сознаваться и просить прощения. Сознаваться мне было не в чем, так что закономерно приподняла бровь в немом вопросе.
– Не хотела мешать тебе спать, – обозначила причину выбора своего местонахождения.
Сразу не ответил. Какое-то время продолжал рассматривать меня с нездоровым придирчивым энтузиазмом.
– Грустишь, – вынес вердиктом, словно и не слышал вовсе моих слов.
Презрительно фыркнула на такое заявление.
– С чего бы вдруг?
– Дай-ка подумать, – протянул философским тоном, сделал вид, будто реально призадумался. – Кофе не пьёшь, хотя он уже остыл, – привёл первым аргументом, – уставилась в одну точку, – добавил вторым доводом, – телефоном не пользуешься… – скосился на гаджет.
– Причём тут телефон? – изумилась.
Он тоже изобразил удивление.
– Как это причём? – поинтересовался встречно. – Что вы там девчонки обычно делаете с утра до ночи с этими своими телефонами? Селфи-фоточки, переписываетесь с подружками, в сеть – всё, что едите и пьёте, выкладываете, – выдал с умным видом. – Девчонка ты или как? – предъявил в довершение. – Давай, доставай свой Инстаграм или как там его. Ты же в отпуске, в этой стране – впервые, надо обязательно запостить местные достопримечательности… – замолчал, но совсем ненадолго, подскочил на ноги, меня за руку схватил.
– Куда? – опешила от такой резвости.
Габриэль лукаво улыбнулся.
– Как это куда? – улыбнулся шире прежнего, с мальчишеским озорством. – Селфи-фоточки делать и набираться новых впечатлений!
И если поначалу я позволила себя тащить в неизвестном направлении, с растерянностью разглядывая широкую спину, обтянутую белой футболкой, то через несколько десятков шагов всё-таки опомнилась. Затормозила.
– А тебе разве не нужно выписаться сперва? Тебя же доктор так и не осмотрел! – возмутилась такой беспечности.
Мужчина тоже остановился. Вынужденно. Одарил меня укоризненным взглядом.
– Считаешь, я настолько легкомысленный? Я уже справился со всем, пока ты тут, – кивнул в сторону оставленной нами лавочки, – гуляла.
Верилось… с трудом.
– Да? – засомневалась уже вслух.
Как давно я проснулась?
Едва ли час прошёл.
– Осталось уладить небольшую формальность, – отмахнулся Габриэль. – Мой помощник закончит с этим.
– Помощник?
Что-то никакого помощника я не видела.
– Что за помощник? – добавила.
– Руи, – отозвался невозмутимо собеседник. – Машину тоже он пригнал, кстати, – хмыкнул, потянув меня за собой по прежнему курсу.
Немного погодя и обозначенная машина показалась. Припаркована чуть поодаль от центрального входа в медицинское учреждение – та самая, на которой мы вчера покинули виллу, и которую пришлось оставить у придорожного кафе, когда у Габриэля случился приступ аллергии.
– М-м… ясно, – на свой лад оценила расторопность сподручных португальца.
Тот на мои слова ничего не сказал. Лишь в очередной раз радушно улыбнулся. Что, к слову, начинало подбешивать.
Подозрительно добренький он какой-то сегодня…
Глава 9.1
И стал ещё более подозрительно добрым, когда сперва усадил меня на переднее пассажирское сиденье, заботливо пристегнул ремнём безопасности, потом аккуратненько выкинул мало пригодный к употреблению напиток из моих рук в урну, а немного погодя купил мне новую порцию свежесваренного кофеина. Затем вовсе отвёз на… ярмарку. Самую настоящую!
Говорят, “festas” (по-нашему – праздники), проводятся в Португалии почти круглый год, каждый из них отмечают со всем размахом португальской души. И в этом я убедилась, стоило оказаться посреди царства веселой суеты и цветастых палаток, перекрывающих собой главную улицу. К ним мы шли пешком.
– А когда, говоришь, мы увидим твоего деда? – вспомнила о самом главном на сегодняшний день.
Вернее, вечер, если учесть, что это должен быть ужин.
– Вечером, – подтвердил мою последнюю мысль Габриэль. – Погуляем немного по городу, а после встретимся с ним.
Кивнула, принимая его слова.
И, наконец... расслабилась.
Просто потому, что глядя на улыбки и радостное настроение окружающих, невозможно не улыбаться им в ответ. А первым пунктом нашей прогулки стало… стрельбище. Безусловно, слишком громкое обозначение для палатки с розовой ватой и мягкими игрушками в качестве приза за попадание в воздушные шары, но ружьё, что мне вручили, ощущалось весьма внушительно, да и весило немало.
– Помочь? – услужливо поинтересовался мой сопровождающий.
Окинула его снисходительным взглядом.
– Да уж как-нибудь справлюсь, – сосредоточилась вновь на ружье.
Такого плана видела впервые, но ведь основной принцип у всех одинаковый, так что...
– Попадёшь во все, добавлю бонусом к этому, – кивнул в сторону сладостей и пушистых зверюшек Габриэль. – М-м… Что хочешь. Одно желание. Любое, – предложил великодушно.
Ну, как тут удержаться?
– Что, на необходимость подписи соглашения это тоже распространяется? – съехидничала, прицеливаясь.
– Это было моё желание. Не твоё. Выбери себе другое. Своё, – нисколько не проникся мужчина.
Явно рассчитывал легко отделаться.
Не верил он в меня ни разу, как и в то, что данное слово придётся держать, в общем…
Невольно усмехнулась. И в цель попала.
Честно говоря, метила не столько в шары, сколько в дурную голову своего бывшего, которого внезапно очень ярко представила на месте безобидной мишени.
Не то чтоб я была особенно кровожадной…
Но ещё пять шаров ба-бахнуло в течении последующей минуты. Мой сопровождающий, к слову, такой скорой победой с моей стороны, сильно впечатлился. И пусть на его губах расплылась одобрительная улыбка, но на мои руки с ружьём глянул с заметной опаской, а ещё призадумался о чём-то.
– Мне было четыре, когда мой отчим впервые взял меня с собой на охоту. По уткам стрелять, – беспечно прокомментировала содеянное.
Опасение во взоре португальца стало только заметнее. И вместе с тем проявилось… уважение?
Кажется, оно самое, да.
– Хм… А тебя стоит бояться, – ухмыльнулся Габриэль, отбирая у меня средство уничтожения шаров.
Не только отобрал, но и владельцу палатки вернул. Взамен ему выдали кудрявого оленёнка в радужных оттенках, что тут же перекочевал ко мне во владение.
– Хм… На тебя в чём-то похож, – со всей тщательностью оглядела презент, напоминающий по форме недавно уничтоженные мной шарики.
– Если только рогами, – с явным сомнением уставился на игрушку Габриэль.
– Не-а, – хмыкнула в ответ.
Вытянув руки, ещё раз демонстративно осмотрела игрушку. Не менее демонстративно и в сравнении – португальца.
– Не угадал, – одарила его лукавой улыбкой.
Она так и сохранилась на моих губах, пока я, плавной покачивающейся походкой оставила разинувшего в удивлении рот, после чего направилась в поисках нового развлечения. Не знаю, отчего, но моё настроение вдруг взлетело до небывалых высот. И стало ещё выше, едва я заметила пекарню на первом этаже небольшого старинного здания.
Это же…
– Полный восторг!
Высокие окна-витрины радовали обилием свежеиспечённых булочек, печенья и пирожных, а сквозь широкие распахнутые двери доносился умопомрачительный кофейный аромат. Чёрный и горький. Тягучий и бодрящий. Полезный и побуждающий к общению. Холодный и обжигающий. Способный сочетаться c выпечкой или гастрономическими изысками, при всём при этом не теряя собственную индивидуальность. Кофе было… много! Самой разной степени обжарки, соотношения арабики и робусты. В подарочных коробках, на других витринах, внутри стеклянных вазочек, герметичных пакетов, просто – рассыпанных зернышек, украшающих стойку с кассой. Посетителей тут тоже собралось немало. Компания молодых ребят бурно общалась между собой, наслаждаясь тем, что в моих краях принято называть латте, а здесь – galao, в прикуску с лимонными кексами. Пожилой мужчина в самом дальнем углу плавно потягивал американо с ликёром, а посреди зала расположились офисные работники, зарывшиеся в бумагах, поверх которых красовались чашки с двойным эспрессо.
Если возможно умереть от счастья, то самое время!
– Двойной ристретто на органическом миндальном молоке и три кусочка льда, – выдала я с радостной улыбкой, не забыв включить переводчик в своём телефоне.
Всё, что я произнесла, гаджет быстренько преобразовал в текстовое сообщение на португальском, которое я продемонстрировала молоденькой кареглазой девушке за стойкой. Та прочитала, улыбнулась и кивнула.
– Dois ristretto! – поправила я саму себя, решив, что не я одна сегодня буду пробовать вкусовое предпочтение Габриэля.
Его же предпочтение – вот пусть и пробует первым. Тем более, что расплачивалась я его же деньгами: сдачей с данной им вчера купюры, что до сих пор не успела до конца растратить.
Сам португалец тоже не заставил себя ждать. Едва я забрала заказ и развернулась, чтобы подобрать себе местечко поуютнее, как мужчина оказался передо мной. Слишком близко. Не ожидала, вот и…
– Ай! – воскликнула, когда часть одного ристретто расплескалась и на меня и на Габриэля.
На его белой футболке быстренько расплылось здоровенное коричневое пятно. На моей одежде – ничуть не меньше.
– Не отравишь, так обожжешь, – покачал головой на мою неуклюжесть мужчина, потянувшись к салфеткам.
Ими же вытер остатки влаги… на мне. Потом уже на себе.
И кто скажет, почему я зависла на этом аспекте?
