Текст книги "Развод в 50. Начать сначала (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

Глава 74

Светлана

Алексей целует меня жадно, так что земли под ногами не чувствую. В голове звучат его слова… он меня любит…

Я же должна сомневаться после предательства? Выждать время…

Наверное.

Только не хочу.

Я верю ему.

Верю его упругим и сильным губам. Верю мужскому запаху, который сводит с ума, верю моим коленкам, которые предательски подкашиваются, телу, которое отзывается. А главное – сердцу, рвущемуся из груди ему навстречу.

Не имеет значение возраст, прошлое, страхи. Алексей сметает все.

Я, дожив до пятидесяти не знала, что так бывает. Что ты теряешь голову, и мечтаешь, чтобы это никогда не заканчивалось.

С ним я могу побыть слабой. Потому что знаю, есть опора, он не даст в обиду. С ним я чувствую себя женщиной.

Мне хорошо. Безумно классно. И я не знаю ни одной причины, почему я должна отказываться.

Я отвечаю на его поцелуй. Алексей будит во мне нечто, чего я в себе ни разу не замечала. Он окрыляет.

Своим поцелуем он уничтожает мою боль и страхи.

Алексей прерывает поцелуй, заглядывает мне в глаза, нежно гладит мое лицо.

– Ты снова плачешь, – его шепот окутывает меня заботой.

Никогда в жизни я не ощущала заботы. И сейчас я жадно вбираю в себя новые ощущения.

– Это я… от счастья, Леш. Не знаю, как так получилось, – всхлипываю, – Но я тоже тебя люблю…

– Светочка, моя… Свет мой… – покрывает мое лицо поцелуями.

Я до конца осознала это только сейчас, когда он озвучил. Любовь… она совсем другая, не такая как к Тимуру. Мне еще предстоит разбираться в своих чувствах и новых ощущениях.

Нам надо покидать это место. Уже вдалеке слышится вой сирен.

Пока Алексей решил, что мы спрячемся. Пусть враги расслабятся, думают, что все им удалось. Он только предупредил наших детей, чтобы не переживали. Дал указания своим людям, глаз с них не спускать.

А мы отправились в маленький домик в лесу. Еще одно убежище Алексея.

– Когда мне было совсем паршиво, не хотел никого видеть, а люди раздражали, я прятался тут.

Деревянный дом стоит на возвышенности. Одуряющий запах внутри, дрова, камин, теплый плед, жареное мясо, свежий хлеб, овсяная каша. И это все приправлено его заботой.

Но полностью закрыться от мира не выходит. Слишком жуткая вещь произошла. Потому Алексей часто отвлекается на звонки.

Вера… моя сестра хладнокровно хотела меня убить. Когда мне Алексей сказал, я смотрела ей в глаза в том кафе. Пыталась что-то там увидеть… человечность рассмотреть, что ли… И ничего не видела. Но и не верила, до момента пока не произошел взрыв, что она на такое решится…

– Так все, прекращай, – Алексей привлекает меня к себе. – Не стоит тревожиться о той, которая этого не заслуживает.

Он целует меня, вытесняя любые мысли. Увлекает в мир, где нет места предателям. Оживляет меня, дарует то, от чего я перерождаюсь. В прямом смысле слова, я будто заново рождаюсь. Мое тело… оно будто молодеет, сбрасывает шелуху минувших лет. Мы вытворяем такое… на что я бы и в молодости не решилась.

После всего пережитого, наверное, не в самый подходящий момент мы отдаемся нахлынувшим чувствам. Но желания слишком сильные, совсем не хочется их сдерживать. Наши тела переплетаются, души сливаются.

После мы лежим обнаженные, обнимаемся и слушаем стук сердец друг друга. В тишине они говорят особенно громко. И нет ничего красноречивее этого биения.

Но снова звонок телефона. Алексей целует меня и принимает вызов. Встает и отходит к окну. Говорит минуты три.

Потом ко мне поворачивается:

– Веру взяли. Ее сдали.

– Кто?

– Я думаю, Ефим. Хоть прямо на него ничего нет. Но там взяли еще парочку членов его секты, будут с ними говорить.

– Она с Ефимом… и тут успел, – качаю головой. – Как он умудрялся оставаться в тени и мутить свои темные делишки столько лет. И ведь никто на него не думал.

– Недолго ему дышать свежим воздухом осталось, возьмем.

– Знаю.

Я верю его словам, он их на ветер не бросает.

– Но почему Вера, ведь я же всегда к ней хорошо относилась, старалась помочь. Никогда ни в чем не отказывала. Мой муж… потом Ефим… Неужели такая зависть… – понимаю, да, именно она.

– Если захочешь, сможешь с ней поговорить. Она пока молчит, ни в чем не признается.

– Не хочет выдавать того, кто ее подставил. Ему она предана, – вздыхаю.

Вечер все же испорчен. Тяжесть на сердце.

Еще раз связываемся с детьми, чтобы убедиться, что с ними все хорошо.

А к вечеру следующего дня Марта и Адриан сами приезжают к нам в дом.

Дочь задумчивая. Немного бледная.

– Марту хотели убить, – парень заявляет с порога. – Пришел типа курьер, а на сам деле киллер. Из их долбанутой секты. Я его скрутил, твоим парням отдал. Ну и Марту в машину и к вам.

Алексей меняется на глазах. Пропадет его доброжелательность, наружу показывается хищник, глаза опасно блестят.

– Все. Я хотел иначе его расколоть, но больше я ждать не намерен. Не позволю ему больше кошмарить мою семью. Ефиму пи… – вызывает охрану, и оставив на моих губах обжигающий поцелуй, Алексей уезжает.

Глава 75

Ефим

Он проснулся рано. Привычка всегда вставать в шесть. Можно спокойно обдумать, обозначить планы на день. Сейчас попивая кофе, он сидел на подушках.

Ефим всегда знал, что рожден править людишками. Слишком умен для простой жизни. Работать не для него. Всегда найдутся лохи, которые все сделают. Ему же надо только собирать сливки.

Ефим оглядывает свои владения. Он хочет, чтобы его центр астральных путешествий разрастался. Пока он двигается слишком медленно.

Долго раскачивался, нащупывал правильный курс.

Он набирался опыта в других странах. Выбирал стратегию. Экспериментировал, как запудрить мозги так, чтобы люди шли за ним. Учился на родне, как правильно манипулировать, заставлять делать так, чтобы они и не поняли, что ими управляют.

На данный момент слишком мало последователей. Но все изменится. Он заполучит наследство Светланы. С Тимуром все решено, там проблем не будет. Он даже оставит брата, пусть пашет на него. Тимур исполнительный.

Управлять людьми, расширить влияние, стать гуру в своем деле. Тогда и все богатства мира поплывут к нему в руки. От этих мыслей Ефиму становится совсем хорошо.

Правда Марту, эту зазнавшуюся дрянь не удалось устранить. Потому как связь со своим человеком он потерял. Но ничего. Все равно она не жилец. Наследство будет его. Только Ефим найдет верное применение их деньгам.

Из всей этой семейки ему жаль Леонида. Он был отличным управленцем, послушным и не бестолковым. Леня поднимал бизнес, и во всем открыв рот, слушал Ефима. Идеальный помощник.

Спонсировал своего любимого дядю, помогал ему реализовать идеи. Да, и сам Ефим зарабатывал со своих последователей. Но это была капля в море, по сравнению с тем, что можно из них выжать, когда сотни, тысячи, миллионы идиотов будут идти за ним, слушать каждое слово.

И он видел такие примеры, изучал, почему люди слепо идут на поводу, и стремился превзойти всех. Судьба явно ему благоволит и этим надо пользоваться.

Но это гадливое семейство уничтожило единственного нормально человека. Леонида посадили за решетку. А там вряд ли Леонид долго протянет. Не с его характером. Что ж Ефим будет считать, что его племянник стал жертвой за благое дело.

Не все идет гладко. Но без Кардинала и Светланы он все решит. С его то потенциалом иначе просто не может быть.

Светлана… тело Ефима при мысли о ныне покойной жене брата сводит судорогой.

В молодости она была шикарной, хоть и недалекой. И с годами смогла сохранить тот лоск, что отличал ее от обычных баб. Порода… Да, он признает, было в ней нечто, что не давало ему покоя.

Он очень хотел оставить в ней свое семя. Пусть бы проросло. Гены Тимура все портили. А вот с его семени непременно получилось бы достойное дитя.

Ефим в принципе всегда считал, что его уникальные гены надо сеять по миру. Чем он успешно занимался много лет. Бабы должны быть ему благодарны за это.

А вот со Светланой не вышло. Она его всегда считала ничтожеством. Смотрела как на пустое место. И не поддавалась его манипуляциям.

Конечно, Ефим и сам играл свою роль. Усыплял бдительность, казался простачком, тогда люди расслабляются, и не ожидают подвоха.

Но Светлана, почему она не разглядела его гениальность? Почему продолжала подтирать сопли его малохольному брату?

Породистая кобыла… она виновата, что отправилась к праотцам. Нужно было изначально делать правильный выбор.

Не жалко. Она заслужила. Хоть все равно есть сожаление, что так и не смог ее оплодотворить. И она не увидит, с какой легкостью Ефим преумножит ее наследство. Вот тогда, она бы поняла, какого самца потеряла.

Его мысли прерывает грубо распахнутая дверь. В комнату входит крыса, которого он переманил от Марты, а за его последователи. Толпа.

– Как вы смеете врываться ко мне? – интересуется грозно. – В то время как я медитирую!

– Ты шарлатан! Верни деньги!

– Пусть платит алименты! Ты что мне втирал? А потом пропал с моими деньгами? – машет кулаком, смутно знакомая женщина.

– Я на тебы в суд подам!

– Готовься! Ты за все ответишь!

– Немедленно убирайтесь! – Ефим бы вызвал охрану… но и его охрана с ними…

Они продолжают обзывать и оскорблять его. Надвигаются.

Страх, липкий и позорный скручивает внутренности. Пот струится по спине. Во рту появляется отвратительный вкус.

Крыса, которого он пригрел, нагло заявляет.

– Мы знаем, что ты нас используешь! У нас есть доказательства. Ты из нас деньги выманивал, рассказывал про астрал, а сам ни разу там не был. Шарлатан! Ты за все ответишь! Ты заплатишь каждой женщине, которую обманул!

Одна особо резвая бабенка подлетает к Ефиму и со всего размаху бьет его кулаком по лицу. Он вскакивает на ноги.

Смотрит на разъяренную толпу.

Они его разорвут!

Уничтожат!

– Плати! Отдавай наши деньги! – орут невменяемые.

Вариантов не много. Ефим бежит к окну, разбивает стекло и летит со второго этажа на асфальт. Удар болезненный. Но страх сильнее.

Надо бежать. Спасаться. Они настроены слишком агрессивно.

Кто их так накрутил? Кто настроил его людей против него?

Позади раздается сигнал автомобиля. Ефим оборачивается. Задняя дверь авто открывается. За рулем сидит Шилов…

Ну что ж с один Шиловым договориться можно. Он хочет завод. Придется ему продать, не дожидаясь наследства. И это и будет его спасением.

Все же судьба любит Ефима, раз даже сейчас улыбнулась и прислала спасителя.

Глава 76

– Спасибо, Виталий, – он запрыгивает на заднее сиденье автомобиля. – У меня тут небольшие неприятности.

Машина тут же трогается с места.

– Что адепты взбунтовались? – смотрит на него через зеркало заднего вида.

– Там ума нет, считай калеки. Что с них возьмешь, – отмахивается. Неприятно ему, что Шилов увидел его удирающим из собственного центра. – А вы тут что делали? – спрашивает с опаской.

– Приехал поговорить, а тут смотрю, вы бежите, – Шилов отвечает буднично.

Голос у него спокойный.

Это успокаивает. Виталий просто хочет поиметь его завод. Вот и все.

– Вовремя вы. Еще раз благодарю.

– Всегда рад помочь, – голос бодрый, доброжелательный.

– Я скажу адрес, куда меня отвезти, – Ефим уже думает, как наказать глупых людишек.

Они реально думают, что его можно так просто взять?

Ничего, он уедет, но перед этим устроит им столько кошмаров, что во век не разгребутся.

– Мы заедем переговорим, а потом отвезу, куда скажете.

– Я сейчас не настроен на разговор, – Ефим пытается оттянуть время. Понимает, что разговор закончится заводом. Не с руки сейчас ему это.

– А мы недолго.

Когда же машина сворачивает в сторону складов, ему это совсем не нравится.

– Виталий, я что-то не пойму, ваш офис в другом месте.

– А мы поговорим в более спокойной обстановке, – голос не меняет тональности, но в душе у Ефима нарастает беспокойство.

Не нравится ему все это. И ничего сделать не может. Выпрыгивать из машины глупо.

Шилов заезжает на пустующую территорию. Куча строительных отходов, небольшое здание посредине. Паркуется.

Нехотя выбирается из машины.

Из здания выходят три мужика.

Ефим стискивает зубы. Конечно, Шилов подготовился. Завод хочет.

Сбежать не выйдет. Ладно, Ефим верит, что его исключительный ум поможет и сейчас выкрутиться. Главное – правильно заболтать Шилова.

Они входят в здание. Там стоит стол и два стула.

– Присаживайтесь и подписывайте, – Виталий достает из кармана бумаги и кидает на стол.

Ефим быстро пробегает глазами по ним.

– Виталий, мы так не договаривались. Вы хотите фирму просто так. Даром. Нет, у нее есть цена, и я готов обсудить сумму.

– Я не готов, Ефим. Не после того, что вы сделали с моей дочерью.

Он вздрагивает. Неужели безмозглая Аринка проболталась?

Мало ее запугали. Ой. Мало. Надо было лучше поработать.

– Вашу дочь я спас. Благодаря мне она очень долго ничего не употребляла, – он старается сохранить лицо. Не показывает смятения.

– А потом ваш племянник, по вашим наставлениям ее пытал, ну и вишенка на торте, вы сделали ей ребенка. А я как-то не планировал родство с вами, – Шилов все еще говорит мягко, но вот его глаза… они определенно не нравятся Ефиму.

– Это было по обоюдному согласию…

– Марина, которую вы насиловали. Ее ребенок.

– Там… она, не было насилия. Врет Марина. Она любила меня как кошка, – Ефим пятится к стене.

– Подписывайте. У меня нет желания с вами говорить, – по лицу Шилова пробегает презрение.

– А потом что? Мне нужны гарантии! – Ефим повышает голос.

Страх… противный, дикий страх гуляет в крови.

– Вы сможете спокойно выйти за двери. А дальше, ваша судьба меня не интересует.

– Ага, а ваши лбы меня сразу возьмут.

– Они не тронут, – смотрит ему в глаза.

Вроде как не брешет… Но где гарантии?

– А если не подпишу?

– Тогда парни с вами поговорят, без насилия, – выделяет это слово. – Думаю, вы найдете общий язык.

Ефим представляет, что три здоровенных лба могут с ним сделать.

Он в ловушке. Шилов реально его не выпустит без фирмы.

– А где гарантии, если я подпишу. То смогу уйти?

– Мое слово.

Ефим бы торговался. Только бесполезно. Сила не на его стороне.

Главное – сохранить жизнь. Выбраться отсюда целым. А потом… потом он их всех заставит пожалеть, что перешли ему дорогу.

– Хорошо, – хватает ручку со стола, торопливо подписывает бумаги. – Все! Доволен! Ну ты и жук! – переходит на ты, смотрит на Шилова с презрением. – Я пошел.

– Иди, – Виталий кивает.

Ефим торопливо семенит к двери. Открывает ее. Не успевает переступить порог, как ему преграждает дорогу… Кардинал. Он стоит и смотрит на него нечеловеческими глазами… там плещется ад.

Ефим не хочет туда. Нет…

– Ты же сдох… – вырывается у него.

– Ожил, – Кардинал скалится.

Ефим втягивает голову в плечи, оборачивается к Шилову.

– Ты же… ты же сказал, что я могу идти.

– Ты можешь выйти за двери. Ты вышел… иди дальше, – в этот момент на лице Виталия появляется торжественно-злобное выражение.

Ефим поворачивается голову к Кардиналу, смотрит в адские глаза.

– Не надо, пожалуйста, – жалобно скулит.

– Надо, – одно короткое слово, в котором Ефим четко читает свой приговор.

Глава 77

Алексей

Кровь брызжет мне в лицо. Бью, бью, наношу удары один за другим. Я хочу крови, еще больше крови.

В голове лишь то, что он должен заплатить за все сотворенное зло.

Вначале я хотел сделать иначе, подставить его по красоте. Но потом, когда он хотел убить Свету, Марту, переклинило. Тупо хочу крови, и пока мой зверь не нажрется, я буду бить. За всех, за все, что эта паскуда творил.

Вначале Ефим пытался со мной поговорить, что-то лепетал. Не помню что. Без разницы. С ним не о чем говорить. Только бить. По-простому, по-старому, выбивать из него вонючий дух.

Когда я уехал от Светланы, я сразу хотел найти его и вытрясти душу. Но раздался звонок Шилова, он применил все свое красноречие, чтобы меня немного сдержать.

Там у них все было готово. Люди подготовлены, настроены против их недо-гуру. Я сдержал зверя. Но лишь для того, чтобы сейчас еще с большей яростью на него накинуться.

Бью, не разбирая куда. Я просто хочу крови. Хочу уничтожить эту мразь. Такие недолюди не должны существовать, не должны отравлять воздух и жизни другим. Тот же Леонид мог вырасти более адекватным мужиком, если бы не эта ползучая мразь рядом.

– Пож…луйста… не надо… Прошу… – шепелявит.

Кажись я пару зубов ему выбил.

Пытается отползти, но я его возвращаю на исходную позицию.

– Леш, ты прибьешь его, – Шилов стоит недалеко.

Это не его методы. Он наказывает иначе. Но он не уходит, не отворачивается, смотрит на возмездие, потому, как и его это напрямую коснулось.

Не реагирую, продолжаю наносить удары.

Шилов ближе подходит.

– Не стоит его грязную душонку на себя вешать. Он свое получит. Ты ведь знаешь, что его дальше ждет, – хватает меня за руку, мешает нанести удар. – Леш, прекращай. Стоп.

Вырываю руку. Поднимаю Ефима, держу этот мешок с мусором, мой кулак летит ему в челюсть.

– Парни. Помогите, – Шилов зовет своих людей.

Они меня оттаскивают.

Тяжело дышу. В моем теперешнем состоянии, я мог бы их раскидать. Но я понимаю, что он прав. Если я сейчас выбью из Ефима дух – это будет избавление. А он его не достоин.

– Тащите его в помещение. Дальше ты, звони… – бросаю Виталию и отхожу.

Я еще в неадеквате. Зверь бушует во мне, ему мало крови. Давно я так из себя не выходил. Причин не было.

А сейчас, когда я встретил ее, мир для меня изменился, я готов порвать любого, по чьей вине хоть волос с ее головы упадет.

Отхожу к трассе. Нахожу дерево и луплю по нему без устали. Надо сбросить агрессию, негатив, скопившийся во мне. Боли нет, есть только ощущение высвобождения.

Потом сажусь на землю. Смотрю в одну точку, часто дышу, мысли приходят в норму, зверь тихонько отступает, сворачивается клубочком где-то внутри. Но все еще скалится, один неверный шаг, и он снова готов к атаке.

Возвращаюсь к Шилову. А там уже все готово. Ефима подвесили вниз головой. Он не особо брыкается. Только скулит.

– Вы все еще можете сбежать от нас в астрал, – едко комментирует Шилов.

– Простите… отпустите… – жалобный писк.

– И этот человек творил дичь столько лет, а всего-то надо было начистить рожу, – сплевываю на пол.

– Так некому было, – разводит руками Шилов. – Тут вопрос самый главный – вычислить. А кто бы это сделал? Ты слишком поздно на пути Светланы появился.

– Слишком, – вздыхаю.

С этой женщиной я бы не прочь был провести всю жизнь. Столько лет упущено. Что ж будем наверстывать.

Выходим с Виталием не оборачиваясь. Там не на кого больше смотреть, не с кем разговаривать.

Как раз подъезжают два бусика. Оттуда выходят те, кому он мозги запудрил. Прозревшие, так сказать.

– Он ваш, – киваю им.

– Только не переусердствуйте, он не в лучшем состоянии, – добавляет Шилов.

Он еще остается дать указания. Я же сажусь в свою тачку. Мне тут больше делать нечего. Хочу домой. К семье. Соскучился дико.

С Ефима вытрясут все, что и кому он должен. Кроме фирмы он успел огромные суммы выманить. Пусть выплатит детям, которых он наплодил, обманутым людям. Мне этих денег не надо. Они грязные.

– Леш, стой! – кричит мне Шилов.

– Что? – злюсь, не хочу в этом месте и минуты лишней находиться.

– Я с тобой. Подожди немного.

– Чего это ты со мной? – спрашиваю, когда он садится на переднее сиденье.

– Мне надо Светлану увидеть.

– Зачем? – бросаю на него ревностный взгляд.

– Надо, – упрямо поджимает губы. – Когда с астральным гением закончат, его в тюрягу сдадут, чистосердечное будет подписано.

– Угу, – я это и без него знаю.

Едем молча. Шилов умиротворенный, смотрит в окно.

Я же напряжен.

Подъезжаем. Замечаю дым. И сразу срисовываю три родных фигуры. Они стоят недалеко от дома и жарят шашлык.

Света, едва завидев нас, сразу бежит к машине. Открывает двери.

– Леш! Я так волновалась! – обнимает, и столько нежности, столько трепета в ее объятиях. Потом внимательно меня изучает, смотрит на сбитые костяшки. Качает головой. – Раны надо обработать.

Она все понимает. Моя женщина.

Только сейчас могу выдохнуть. Она со мной.

– Все хорошо, Свет. Я рядом. Всегда буду.

К нам дети подходят.

– Ты смотрю, оторвался пап, – смеется мой сын.

– Еще как, – качает головой Марта.

– Простите, секунда вашего внимания, – вмешивается Шилов. – Светлана, я хотел сказать, фирма теперь ваша. Завтра поедем к нотариусу, и все оформим.

Глава 78

Светлана

Месяц спустя…

Серые стены, холод, удушающая атмосфера. Поправляю свитер. Смотрю на дверь. Чувства сложные, смешанные. Больше месяца я не решалась сюда прийти. По разным причинам. Но в основном, я не была готова морально.

Хоть он через адвоката передавал просьбы. На хорошего у него нет денег. Есть только бесплатный адвокат. Впрочем, это и не так важно, учитывая совокупность преступлений, мой сын останется тут до конца жизни.

Он планомерно уничтожал все, что было мне дорого. Убил профессора, человека, который столько сделал для нашей семьи. Хотел уничтожить меня, Тимур… по сути, он его уничтожил. Потому что без влияния сына, бывший муж был другим. Он старался для семьи, он меня слушал, мы двигались в одном направлении. Даже если в Тимуре изначально и была гниль, она могла не прорости в таких масштабах.

Но об этом я уж точно не сожалею. Бумаги о разводе были для меня подарком. Мы праздновали всей семьей, Алексей, Адриан и Марта. Маленький семейный праздник, который означал избавление от прошлого. Не только для меня, но и для дочери.

Я вижу, как она расцветает рядом с Алексеем, как они вместе занимаются делами. Что-то обсуждают, планируют. Я вижу ту картину, о которой всегда мечтала.

Только в ней не хватает одного пазла… он утерян навсегда.

Дверь открывается и в комнату входит Леонид.

Он похудел, взгляд стал острее, и там чувствуется голод. Не пищи нет, иного происхождения.

– А ты не спешила, мама, – выделяет последнее слово.

Медленно подходит к столу. Садится напротив.

– Здравствуй, Леня, – от него веет холодом.

Между нами такая плотная стена. Ощущаю ее физически.

– Хорошо выглядишь. Помолодела, – голос у него спокойный. В глазах нет обреченности или отчаяния. Он не сломлен. Но очень изменился.

Между нами молчание. Разговор не вяжется. Когда ехала, так много хотела сказать. А сейчас… язык не поворачивается.

– А сказать сыну нечего, – нарушает молчание.

– Не думаю, что тебе нужны мои слова. Упреки тем более. Смысл спрашивать: «Как ты мог?», если все уже сделал, – говорю, глядя ему в глаза.

– А могла бы спросить, – легкая улыбка касается уголков губ. – Но ты права, после всего, ты не ждешь от меня ничего хорошего. Поэтому, – делает паузу, внимательно смотрит мне в глаза, слишком пристально, – Я извинюсь.

– Серьезно? – выгибаю бровь.

– Знаешь, это место располагает к переосмыслению. Много времени для раздумий. Ефим… он оказал на меня не лучшее влияние.

– А сейчас ты решил списать все на него. Не хотел, но он заставил.

– Он не заставлял, мам. Он сделал так, что мне казалось, другого выхода нет. Он управлял моим разумом. Внушал все так, что я реально верил. И я искренне прошу прощения, за свои действия, – Леня говорит, не отводя взгляд, голос спокойный, поза расслаблена.

– А что тебе даст мое прощение? Зачем оно тебе?

– Душевное успокоение. Общение. Как бы странно это ни звучало, я не хочу тебя терять, мам, – поддается вперед и накрывает мою руку своей.

У него очень холодные пальцы. Лед пробегает по коже.

Не убираю руки.

Смотрю на сына. На свою кровиночку. На того кроху, что носила под сердцем, любила, растила. Больно. И эта боль останется со мной навсегда.

– Несколько лет назад ты мечтал меня потерять. Ты жил с ненавистью ко мне. И она с годами лишь росла. А тут попав за решетку вдруг полюбил?

– Мам, – почти ласково, – Мне внушали, слишком много всего. Я ревновал, что появилась Марта. Я чувствовал себя ненужным. И был Ефим, который говорил, что я достоен большего. Это теперь я понимаю, что он сотворил с нашей семьей. Мой обожаемый дядечка, обрюхатил мою жену. Я воспитывал его ребенка, – на миг закрывает глаза. – Он сейчас в больнице. Но скоро он окажется в наших стенах, и вот тогда ему тут обеспечен очень теплый прием, – на долю секунды в его глазах мелькает тьма. Он ее сразу же прячет. – Я отомщу за нас. За тебя, за папу, за наши жизни. Мам, – поднимается, обходит стол, становится на колени передо мной, – Просто дай мне шанс. Ведь у меня никого кроме тебя не осталось. Прошу, – с губ срывается мучительный стон. Покорно опускает передо мной голову.