Текст книги "Правитель Крита (СИ)"

Автор книги: Александр Коротков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 9. Магические эксперименты

Пробуждение было не самым приятным, что как минимум странно, учитывая, что рядом сопит красивая девушка, закинув на меня стройную ножку. Минут пять я лежал с открытыми глазами, уставившись в одну точку на потолке и пытаясь понять, что за странное чувство меня гложет? Это было похоже на едва заметный противный сквозняк в комнате с комфортной температурой и влажностью – особых неудобств вроде не доставляет, но все равно бесит.

Так и не установив природу своего беспокойства, я повернулся к мирно спящей амазонке. Пользуясь моментом, аккуратно повернул ее руку, чтобы убедиться – свернувшийся вчера цветок снова начал распускаться. Я почесал затылок, аккуратно положил руку Илоны на кровать и сел на край. Вроде бы все в порядке. Так какого хрена меня не покидает ощущение, словно меня обкрадывают?

В дверь деликатно постучали и амазонка тут же распахнула глаза. Села на кровати, зыркнула в мою сторону и молча принялась одеваться.

– Кого там Зевс принес?

– Господин, это я! – раздался взволнованный приглушенный голос Николая. – Простите, что тревожу ваш отдых, но у меня возник срочный вопрос, требующий вашего внимания!

– Подожди в малом зале, я скоро подойду.

Я успел достаточно хорошо узнать Николая, чтобы быть уверенным – он никогда не стал бы дергать меня по пустякам. Так что стоило послушать, что он хочет сказать. Илона к этому моменту уже практически оделась и заканчивала со шнуровкой на тунике, так что я решил не отставать. Что странно, у меня почему-то была железная уверенность, что девушка не ждет от меня каких-либо слов и воспринимает случившееся накануне как нечто незначительное, словно выпила чашку чая.

Однако от одного вопроса, в свете некоторых последних событий, я все же не удержался. Поворочал его в голове так и эдак, но не смог подобрать тактичной формулировки, поэтому заговорил с красноречием питекантропа:

– Илона, я это... Чего хотел спросить. А ты не могла... Ну, это, когда мы вчера?

Удивительно, но она безошибочно распознала причину моего беспокойства. Невозмутимо приподняла край туники, продемонстрировав еще одну татуировку на внутренней стороне бедра – белоснежную лилию:

– Непорочности цветок. Амазонки не рожать нигде, кроме Фемискиры.

Я украдкой выдохнул и, чтобы сгладить неловкость, поспешно вышел. Надо срочно узнать, есть ли в этом мире презервативы и, если нет – наладить производство. Если получится – озолочусь на века.

В ожидании своего правителя Николай без остановки ходил туда-сюда и, как мне показалось, уже успел протоптать тропинку в ворсе ковра. Увидев меня, едва не подпрыгнул и с поразительной скоростью оказался возле меня:

– Господин! Вы тоже это чувствуете?!

Его неподдельное беспокойство, едва ли не граничащее с паникой, меня немного обескуражило:

– Чувствую что?

Он бухнул себя кулаком в грудь:

– Вот здесь! Кто-то тянет из меня силу! Вернее, не кто-то, а что-то!

– Что значит тянет си...

Я не договорил, так как вспомнил свое утреннее пробуждение и неясное чувство какой-то неправильности. Прислушался к себе, внимательно пригляделся к источнику. Да вроде все в порядке. А если добавить немного сканирующей магии? Есть! Вот оно!

Теперь все стало понятно. Это действительно внешне чем-то напоминало струю воздуха. Едва заметное, невесомое передвижение силы мягким шелковым потоком непрерывно обволакивало мой источник, едва заметно, почти нежно отшелушивало с него частички силы и уносило прочь. Я проследил взглядом за потоком, попытался сориентироваться в пространстве...

– Статуя?

Николай кивнул столь сильно, что едва не свернул себе шею:

– Точно она, пакость эта! И ведь как все хитро сделано! Я же практически ничего не чувствую! Заметил-то случайно – когда магией зажег свечу, а пламя затрепыхало. Ну я и пригляделся повнимательнее, а потом проследил за потоком. В статую сила уходит, точно вам говорю! И таких линий в городе – хоть ведром черпай! Она же даже с простых людей крохи тянет! Если ничего не сделать, народу плохо придется.

– А поконкретнее? В чем плохо?

– Да во всем. Болезни начнутся. Усталость, апатия, рождаемость упадет. Плохо дело, господин! Надо эту мерзость изничтожить!

– Ну вот пойдем и попробуем.

В процессе разговора у меня родилась одна мыслишка, которую требовалось подтвердить или опровергнуть.

– А, вот вы где!

В зал заглянула Элиза. Вообще, повелительницу смерти я видел не так часто – она в основном пропадала в библиотеке и ко мне с разговорами не лезла. Было видно, что ей немного не по себе от того, что она прохлаждается здесь, на Крите, пока где-то в Карфагене родной клан отчаянно борется с личем. Но глава Танатис, судя по всему, не спешил сменять гнев на милость и призывать гордую колдунью обратно. А я не видел причин пытаться от нее избавиться. Шпионы Нестора две недели таскались за ней, как привязанные, но не смогли уличить ни в чем предосудительном.

Она по очереди посмотрела на наши рожи и сразу же все поняла:

– Вы тоже почувствовали?

– Да. И сейчас я собираюсь популярно объяснить одной статуе, как нехорошо пытаться воровать силу у честных людей и магов.

От моего бахвальского красноречия девушка изогнула бровь:

– Ты не против, если я составлю компанию?

Возражений с моей стороны не последовало. Все таки я как был, так и оставался магом-недоучкой, который каждый раз действует скорее по наитию, нежели как положено. Опытный маг мне точно не помешает.

В течение суток статуя ничуть не изменилась. Разве что у подножия появились первые подношения в виде хлеба и фруктов. Кто-то из народа решил проявить практичность и задобрить Прометея. На всякий случай. Увидев это, Элиза презрительно поморщилась, а Николай почему-то смутился и выдал, словно извиняясь:

– Люди, что с них взять.

Мне не было особого дела до того, кому и как поклоняется местное население. хотя, подозреваю, что Анатол и Богомол обязательно сделают «стойку». Надо будет позже поговорить с ними, чтобы не вздумали учинять самосуд или репрессии.

Обойдя статую по кругу, я вызвал магическое зрение и запустил сканирующие чары. Зная, что искать, почти сразу увидел многочисленные тоненькие ручейки силы, которые в районе груди сливались в ощутимый поток и пропадали в толще камня. Что с ней происходит дальше, мне понять не удалось. Словно она просто бесследно исчезала, хотя за свое недолгое пребывание в этом мире я успел усвоить, что магическая сила, как и любая другая, не может просто взять и исчезнуть. А тут она словно растворялась в воздухе...

Я едва не хлопнул себя по лбу. Она не растворяется в воздухе, а уходит куда-то еще. Припав на одно колено, я положил руку на землю у подножия статуи и почти сразу почувствовал знакомый поток, уходящий на глубину пары метров и там меняющий направление. А если попробовать...

Сплетя нужное заклинание, я вырвал большой кусок земли и отбросил в сторону. Затем еще один. И еще, пока не обнажил участок, на котором поток силы преломлялся и уходил в сторону. В моей руке появился тонкий, острый словно бритва, луч чистой энергии Земли и Огня.

– Что ты собираешься делать?

Я подозрительно покосился на растирающую виски повелительницу смерти. Ее симпатичное лицо то и дело морщилось от боли. Перевел взгляд на Николая, но тот лишь пожал плечами.

– Чувствую подвох в твоем вопросе. Я что-то должен знать?

Но она лишь улыбнулась и сделала приглашающий жест рукой:

– Будет лучше, если ты сам поймешь.

Понимая, что сейчас произойдет нечто неприятное, я все таки осторожно потянулся к силовому потоку... и едва успел выставить перед собой земляной щит. Мощнейший ментальный удар играючи разнес его вдребезги и, заметно ослабнув, добрался до меня. Виски заломило, словно кто-то поместил мою голову в тиски. Я схватился за голову, но на ногах устоял. Не хочу даже думать, что бы произошло, не успей я среагировать вовремя.

– Прометей позаботился о том, чтобы никто не посягнул на его добычу. – голос Элизы доносился словно через толстый слой ваты. Боюсь, твоих и моих сил не хватит, чтобы как-то повлиять на это.

– Хрена с два! – прохрипел я и выхватил меч, активируя плетение-вампира.

Вороненый клинок неожиданно легко вонзился статуе в живот, словно она была сделана не из камня, а из живой плоти. Я оскалабился, чувствуя, как заклятье-паразит начало с жадностью выкачивать из статуи дармовую энергию. Вот так тебе, гнида!

Но обрадовался я рано. Тоненько взвизгнула от боли запертая в клинке некротическая сущность, когда неизвестная сила мощнейшим импульсом «ударила» по вампиру, разом перенасытив его в десятки раз, а затем беззвучный взрыв тяжеленным молотом ударил мне в грудь. Раздался треск ломаемых ребер и меня отбросило на добрый десяток метров.

– Интересный эффект, – Элиза подошла ко мне, но не стала пытаться помочь встать. – Я уж было начала думать, что у тебя получится. Любопытный клинок.

Я пропустил ее словесный поток мимо ушей и, чувствуя, как дымится одежда, попытался встать, но тут же охнул и зашипел от боли в груди.

– Лежать! Не шевелиться! – Амазонка встала на колени возле меня и бесцеремонно разрезала камзол кинжалом, обнажив превратившуюся в один большой синяк грудь. Я отстраненно подумал, что в прошлой своей жизни очень часто говорил сказанные только что ею слова. Только, как правило, далеко не друзьям.

В следующий раз поручи потыкать железякой в неизвестную хренотень кому-нибудь другому, Милан. А то так и калекой недолго остаться. Лучше тыкай твердым во влажное, если ты понял, о чем я.

Кто о чем, а вшивый о бане. Димитр неисправим.

Илона что-то сделала и я почувствовал всплеск неизвестного мне происхождения. Сразу четыре маковых бутона у нее на руках закрылись, а мои сломанные ребра с мерзким звуком встали на место.

– Ай! Едрена мать, что ж так больно то!

– Зато быстро и эффективно. Слухи о ваших умениях не врут, девочка.

Лицо Элизы было как у кота, сожравшего целую крынку дармовой сметаны. Амазонка отреагировала на это с нордическим спокойствием – просто проигнорировала, продолжая критически осматривать быстро светлеющую кожу у меня на груди.

– Так ты закончил с экспериментами? У меня есть некоторые мысли на ее счет.

Некромант кивнула головой в сторону статуи. Признаюсь честно, эта баба заслужила некоторую мою благодарность после чистки дворцовых подвалов, но в данный момент вновь проиграла несколько позиций.

– А сразу ты свои мысли высказать не могла?

Я осторожно поднялся на ноги, сделал пару пробных наклонов. Кроме короткого едва заметного укола боли ничего не почувствовал. Кажется, амазонка только что очень наглядно доказала свою полезность. А главное – без всякого кровососания.

– Не успела. Ты так торопился тыкнуть своей железякой, что я рта раскрыть не успела. Типичный мужчина – сначала делаешь, потом думаешь. Хотя признаюсь – некоторые шансы у тебя были. Интересное плетение, я о таком не знала.

Я видел, как от не очень уважительных речей хмурится Николай. По большому счету, мне было глубоко начхать, как она со мной разговаривает, но нужно принимать во внимание свое нынешнее положение. Поэтому я сделал два шага, встав к рыжей вплотную и наклонился вперед, заметив, как она едва не отшатнулась:

– Мне все равно, как ты ко мне относишься и какие цели преследуешь рядом со мной. По крайней мере, до той поры, пока не делаешь ничего предосудительного. Но если еще раз позволишь себе заговорить в таком тоне, то первым же кораблем отправишься в Африку. И меня абсолютно не будет волновать, как ты объяснишь Оресту очередной провал его задания.

Как и в тот раз, под стенами Кидонии, рыжая быстро смекнула, что перегнула палку. А также оценила возможные последствия своего длинного языка:

– Я прошу простить меня за мое поведение, Правитель. Меня немного смущает сложное положение клана, что не может не сказываться на настроении и манерах. Больше подобного не повторится. Что же касается статуи... Думаю, нам может помочь яд дракайны.

Не дожидаясь, пока я раскрою рот и проявлю невежество, Димитр быстро зашептал у меня в голове:

Дракайны это чудовища. Полуженщины-полузмеи. Дикие кровожадные твари, несмотря на то, что разумные. Пожирают случайных путников. Не стоит обольщаться их прекрасной верхней половиной – душа дракайн темна, как южная ночь. А яд настолько силен, даже кости съеденных путников становятся смертельно опасными.

– И где нам искать эту дракайну?

– Мой господин, на Крите есть небольшая популяция, – взял слово Николай. – Кланы Якостроф и Пиролат раньше регулярно устраивали облавы на этих тварей, но всякий раз нескольким удавалось уцелеть среди скал. В полудне пути отсюда, посреди Поперечного хребта есть Ветреная долина. Последний раз Леонид загнал их туда, но не стал уничтожать. Словно знал, что когда-нибудь эти твари пригодятся.

Я задумчиво почесал в затылке:

– Ты тоже думаешь, что их яд способен помочь?

– Я лично видел, как от одной капли раскрошился в песок прочнейший гранит. Госп... Леонид говорил, что многие заклинания яд дракайны усиливает в несколько раз.

– Ну тогда решено. Николай, подготовь все необходимое. Дамы, составите мне компанию?

Элиза и Илона синхронно кивнули.

* * *

Еще буквально двадцать лет назад, до предательства клана Пиролат, корабли из Аттики были крайне редкими гостями в портах Крита. Клан Воздуха и полувассальная от него Спарта автоматически считали вражеским любое судно, в журнале которого конечной точкой значился остров. И большинство стран Пелопоннеса, не желая ссориться с воинственной страной, старались обходить остров кружной дорогой.

Все изменилось, когда Пиролат единолично воцарился на Крите. Клан воздуха, избавившись от врага чужими руками, отменил все ограничения и поток желающих попасть на остров начал постепенно расти. Сначала купцы, потом паломники, а после разномастные путешественники, авантюристы, мошенники, шарлатаны, воины и прочие не сидящие на месте люди потянулись на древний остров.

Так что когда очередной корабль пришвартовался к одному из доков порта Кидонии и на берег, не дожидаясь, пока приладят сходни, выпрыгнул бородатый детина с чуть рыжеватыми волосами, черной повязкой, прикрывающей левый глаз и короткими парными саблями в потертых ножнах, никто не обратил на него ни малейшего внимания. Очередной наемник или искатель приключений, выбравший Крит целью своего возможного обогащения.

– Кто такой? Откуда? Зачем приперс...прибыл на Крит?

Замордованный долгим рабочим днем портовый писарь не отрывал взгляда от своей тетради.

– Мартан из Нарбоны, наемник. Слыхал, ваш новый царь не прочь пополнить свою армию. Думаю, такой человек, как я, ему пригодится.

– Обязательно. Добро пожаловать на Крит. Не задерживай.

Наемник направился вверх по широкой улице, в сторону большого города, а по накинутым сходням потянулась вереница людей. Раздетые по пояс рабы с блестящими от пота телами, степенные купцы, какой-то пузатый аристократ с совсем юной, глазеющей во все глаза дочкой, молодая, по походному одетая пара...

– Кто такие? Откуда? Зачем прибыли на Крит?

Улыбчивый молодой мужчина, который был на голову выше своей светловолосой хрупкой спутницы, ответил:

– Я Симон из семьи Аристидов, Эпир. Это моя жена Эмилия. Мы путешествуем и прибыли на ваш замечательный остров, чтобы взглянуть на легендарный Лабиринт!

Портовый писака покачал головой. Сколько он таких уже перевидал? И ведь не докажешь идиотам, что минотавры никого к себе не пускают. Даже сейчас, хотя вроде как в отношениях с рогатыми наступила оттепель. Девчонка, вон, явно поумнее. По лицу видно, что не разделяет энтузиазма муженька. Но, как и положено хорошей жене, молчит.

Он совершенно невовремя вспомнил о своей собственной супруге, после вторых родов весившей под центнер, поморщился и показал, что пара может проходить.

– Будет ли мне позволено спросить, что мы здесь ищем, госпожа? – спросил Плист, как только они отошли на безопасное расстояние.

– Я намереваюсь найти одного шакала и завершить старое незаконченное дело. Давай подберем место, в котором можно обосноваться. И приступим к поискам.

– Как скажешь, Азиза.

Глава 10. Да их тут целое логово!

Поперечный хребет – горная цепь, протянувшаяся с севера на юг практически от берега до берега и условно разделяющая остров на две неравные половины. На восточной, чуть меньшей стороне располагалась Кидония, в западной, соответственно, – Кносс и владения Лабиринта. Древний, как сам мир, изрядно сглаженный тысячелетиями и вполне себе проходимый. Именно через него пролегала единственная, вполне удобная и торная дорога, соединяющая два великих города. Однако и в этих, не самых впечатляющих горах, было полно мест и существ, которые запросто могли с потрохами поглотить путника, рискнувшего сунуться в горы в одиночку.

Все это мне рассказал неугомонный Димитр, щедро сдабривая поэтическими оборотами и всем, присущим любому уважающему себя барду. Причем делать это он умудрялся настолько гармонично и непринужденно, что нужные сухие факты информации абсолютно не терялись в потоке слов и прочно оседали в голове. Одним словом, мастерство.

Итого, помимо меня и разговорчивого барда в башке, в горы отправились Илона, Элиза и Николай. Поначалу я не собирался рисковать столь опытным управленцем, но Приближенный несуществующего ныне клана Пиролат оказался непреклонен. Старый маг не собирался отправлять своего господина на опасную авантюру в компании «повелительницы костей и непонятной боевой бабы».

– Как нам найти этих ваших дракайн? – Я внимательно вглядывался в постепенно вырастающий на горизонте горный хребет.

– Примерно через километр нам придется сойти с дороги. там будет небольшая тропинка, которая приведет у узкому ущелью. Дорога там не сказать чтобы легкая. Человек пройдет, а вот лошадей придется оставить. По нему мы доберемся до Ветреной долины. К сожалению, я не знаю наверняка, остались ли дракайны там. И сколько их, если остались.

Николай задумался и его передернуло, судя по всему, от не самого приятного воспоминания:

– Мерзкие твари! Господин, они умеют плеваться ядом, который прожигает даже слабый магический щит. Поэтому очень прошу – глядите в оба. Это и вас касается.

Наместник обернулся к Элизе и амазонке.

– Знать, кто такие женщины-змеи. Не переживать, маг, им не застать меня врапс...впарс...врасплох.

Некромант же просто молча кивнула. Последние полчаса пути она сосредоточенно подготавливала какое-то заклятье. Насколько я успел понять – это будет магический барьер, прежде всего стойкий к воздействию кислот. Причем настолько изящный и самодостаточный, что должен жрать энергию не сильнее какого-нибудь простенького воздействия начального уровня. Впору позавидовать чужому мастерству.

Чтобы найти нужную тропинку, пришлось попотеть. Подобных ответвлений вдоль дороги оказалось много и несколько раз мы выбирали неправильную, успевали углубиться по ней метров на пятьдесят-сто, пока Николай не хмурился и не объявлял, что нужно вернуться. Однако никто не жаловался. Растущие вдоль дороги деревья хоть и были редкими, но совершенно однообразными, без каких-либо отличительным признаков. Когда под ногами наконец оказалась нужная тропинка, о чем Николай радостно поспешил сообщить, я ни за что бы не поручился, что безошибочно смогу найти ее вновь.

Тропинка и правда оказалась... Прямо как на родине – не дорога, а направление. Причем очень узкое, испещренное древесными корнями и торчащей из земли породой. Лошадей мы оставили на небольшой прогалине, предварительно окружив защитным заклятьем. Причем Элиза добавила к моему отпугивающему контуру свой морок.

– На всякий случай. Не хочу добираться обратно пешком.

– И как это будет выглядеть для непрошенных гостей?

– Как огромный полыхающий костер. Ни один зверь не рискнет подходить близко.

Мгновенно стало очень интересно взглянуть хоть одним глазком на результат ее работы, но я тут же одернул себя. Сначала – дело. А потом, уже дома, можно будет попросить некроманта повторить этот фокус.

Выходы породы вдоль тропинки попадались все чаще, становясь все выше и выше. В какой-то момент я понял, что дорога превратилась в узкое ущелье, ощутимо давящее на путников многотонной массой со всех сторон. Остается только порадоваться, что у меня нет клаустрофобии.

– Скоро начнется долина, глядите в оба! – звенящим от напряжения голосом предупредил Николай.

Амазонка давно уже держала стрелу на тетиве, впрочем, не в натяг. Только в голливудских фильмах любой крутой лучник способен пробираться вперед, подолгу держа оттянутую тетиву возле уха. В реальной жизни на такой бесполезный фокус способны очень немногие двужильные силачи. Держать в постоянном натяжении тридцать пять – сорок килограмм – это вам не хухры-мухры.

Через несколько минут проход начал расширяться и в моей левой руке материализовался полупрозрачный зеленый щит. Меч из ножен я доставать не спешил. После атаки статуи сущности внутри клинка резко поплохело и дух Голема плоти усиленно «зализывал» раны своего ментального тела. Хорошо хоть клинок относительно не пострадал, лишь слегка потускнел. Лишиться оружия, давно ставшего сложным артефактом, было бы очень обидно.

– Стой! – Элиза схватила меня за плечо, когда до выхода в долину оставалось пройти несколько шагов. На мой вопросительный взгляд она прошептала заклятье и из ее тела шагнула полупрозрачная тень. Некромант влила силы в свое творение и тень начала стремительно преображаться. Расплывчатые черты приобрели четкость, налились нужными красками и спустя несколько секунд рядом с Элизой стоял ее полный двойник. Лишь в магическом зрении я смог увидеть легкий фон, выдающий в двойнике искусный морок.

Двойник посмотрела на своего создателя и, подчиняясь приказу, вышла из ущелья на открытое пространство. Амазонка подалась вперед, поглаживая пальцами оперение стрелы.

Не успел морок сделать и десяти шагов, как в него с шипением ударило сразу три ядовито-зеленых сгустка. Чары не выдержали атаки и двойник стал расплываться цветной кляксой. Илона, успев заметить, откуда плевали, выскочила из укрытия и стрела тотчас сорвалась с тетивы. Одна из дракайн, прятавшаяся за большим, напоминающим гигантский лопух, листом, звонко вскрикнула и упала на землю, когда стрела вонзилась ей в грудь.

Амазонка тут же перекатилась вправо, избежав еще двух плевков. Камень в месте попадания яда зашипел, как кусок сала на раскаленной сковороде.

– Не спите! – гаркнул я и метнулся вперед, прикрывая амазонку еще от двух плевков. Один прошел в нескольких сантиметрах правее, а вот второй угодил точнехонько в центр щита. надежная защита в этот раз едва не подвела. Я едва успел отбросить его в сторону прежде чем в нем образовалась дыра размером с кулак. Следом полетел кожаный наруч, на который попало несколько брызг.

Николой выкрикнул заклинание и вверху, на каменном уступе взревело. Мгновенно взметнувшееся пламя поглотило одну из дракайн, в считанные секунды превратив в обугленный труп. Элиза хоть и немного отстала, зато действовала максимально эффективно. Ее куполообразная бледная защита полусферой накрыла наше четверку и несколько плевков бессильно скатились вниз по стенкам, не причинив вреда. Над моим ухом взвизгнула стрела и еще одна змеебаба, взмахнув руками, упала вниз. При этом купол остался невредим.

Я выхватил пистоль и разнес башку мягко спружинившей вниз дракайне. Перед тем, как ее голова разлетелась кровавыми ошметками, я успел рассмотреть это существо.

Высокая, ростом на голову выше меня. Грива роскошных, слегка вьющихся волос чуть зеленоватого, перламутрового цвета. Прекрасное лицо, достойное того, чтобы увековечить в мраморе или на холсте. По крайней мере, до встречи с пулей. Стройный, практически обнаженный женский стан. Лишь грудь прикрыта странным сегментным бюстгальтером, оставляя обнаженными руки, шею и плечи. А вот ниже тело резко покрывалось чешуей, переходя в короткое, покрытое слизью змеиное тело с трещоткой на кончике. Довершала этот странный образ зажатая в руках боевая коса на укороченном древке.

Поняв, что плевками делу не поможешь, змееногие воительницы стали спрыгивать вниз одна за другой, потрясая своим оружием и подбадривая друг друга криками. Лишь одна из них, чуть крупнее и с более темной чешуей, осталась стоять на вершине скалы. Судя по всему, главная.

Одна, две, десять... Расплодилось нечисти! Я успел заметить еще один факт, отдаляющий этих созданий от людей – треугольные, словно у акул, зубы. Немудрено, что с такими зубищами девоньки любят баловаться человечиной.

Вновь взвизгнула стрела и пронзила одной из змеебаб сердце прямо в полете. Словно ждавшая этого момента Элиза выкрикнула заклинание и на ее ладони заплясал бирюзовый огонек. Мертвая змееженщина вернулась к не-жизни, еще не успев упасть, и приземлилась уже послушной рабыней некроманта. Клацнув зубами, она бросилась на своих бывших товарок, с первого же укуса вырвав здоровенный кусок плоти из ближайшей. Та завизжала на высокой ноте, перекрыв грохот магии, выстрелов и оружия.

Вновь вспыхнуло магическое пламя и еще одна дракайна изобразила из себя оживший факел, побежав в противоположную от нас сторону. И все равно, при всех потерях, их оставалось много.

– Щит остановит их?

– Нет!

Твою мать! Припав на одно колено, я ударил ладонью по земле под ногами. Самое время проверить в боевых условиях парочку недавних разработок...

Первым делом на пути ползущих к нам тварей мгновенно выросло несколько густых терновых кустов, чьи шипы металлически поблескивали в свете солнца. Офигевшие от такого препятствия дракайны в замешательстве остановились, не рискуя пробовать свои шкуры на прочность.

– Убейте их! – прошипела та, что осталась наверху.

Это решило дело. Змееженщины оскалились и принялись кромсать несчастные кусты своими страшными косами. Надо сказать, что получалось это у них на удивление хорошо – ветки полетели во все стороны. Но это было уже неважно, так как я подготовил основное плетение.

Через обе ладони, упертые в землю, потекла сила, которая принялась трансформировать грунт в радиусе двух метров. Разом став текучей, словно песок, земля резко устремилась вверх, на высоту двух метров, принимая форму двух гротескных, слишком широких человеческих тел. Короткие, мощные ноги, бочкообразные туловища, длинные сильные руки. В довершение образа на круглых головах вместо волос торчали пучки зеленой травы.

Первые за тьма знает сколько веков боевые големы вновь ступали по земле Эллады! Не зря, ох не зря я нашел время покопаться в личной библиотеке отца Димитра в Кноссе, которая открылась при одном моем приближении.

Однако я теперь был адептом минимум двух сил (магия смерти не в счет). Из рук големов выстрелили по две длинные толстые плети, напоминающие лианы, которые тут же вспыхнули ярко-оранжевым пламенем. Спасибо тебе, кинематограф, за идеи! Особенный привет Микки Рурку из Железного человека...

Дракайны как раз прекратили строить из себя канадских дровосеков, а в магическом терновнике зияли широкие проплешины. С шипением и проклятиями змееногие вырвались вперед – до нас им оставалось всего то метров десять...

– Убери барьер!

Хвала богам, Элиза не стала спорить и подчинилась. Серая пелена мигнула и пропала. И в этот момент големы пришли в движение.Огненные хлысты синхронно щелкнули, преодолевая звуковой барьер. А затем не знающие усталости боевые болваны замолотили своим страшным оружием словно две обезумевшие мельницы. Во все стороны полетели брызги крови, а воздух наполнился криками боли и запахом горелой плоти.

Грозные людоеды разом прекратились в тренировочные мешки, которые для пущего реализма кто то наполнил плотью, кровью и костями. Шипя на все лады проклятия, за избиением сверху наблюдала главная дракайна. И именно поэтому пропустила момент, когда Николай метнул в нее магический аркан.

Возможно, будь она чуть более внимательна, то смогла бы увернуться и скрыться... Но не тогда, когда на твоих глазах все гнездо вот-вот пустят на плохо прожаренные стейки. Едва петля затянулась у нее на груди, Приближенный активировал вложенное в аркан плетение и дракайну свалил с ног приступ сильнейшей боли. Николай отдал приказ и веревка дернулась, заставив потерявшую всякую способность сопротивляться змееногую упасть вниз. Высота была всего метра два, так что я не боялся, что она разобьется. Веревка начала скручиваться, таща дракайну у нашим ногам. И в этот момент я остановил големов.

На ногах (или в данном случае на хвосте) не могла стоять ни одна дракайна. Израненные, изломанные, обескровленные, но живые змееженщины лежали на окровавленной земле, не в силах пошевелиться. Я протянул амазонке перезаряженную пистоль и шагнул к связанной королеве. Николай уже снял болевое плетение и к ней вернулась возможность соображать.

А неплохо все прошло. Осталось выяснить, согласится она на твои условия или нет.

Я мысленно отмахнулся от Димитра и сказал, глядя в наполняющиеся страхом глаза:

– Ты ведь понимаешь меня?

Королева посмотрела на напряженную амазонку с пистолью, поняла, что плюнуть не успеет и кивнула. Только сейчас я разглядел, что сегментный «бюстгальтер» это просто чуть более крупные, чем на хвосте, чешуйки.

– Ты понимаешь, что я могу перебить весь твой ковен? И тебя в том числе?

Еще один красноречивый взгляд, на этот раз на застывших големов с огненными плетями в руках.

– Понимаю.

У нее был странный голос. Красивый, но в то же время какой-то шипящий. Я одобрительно кивнул:

– Пока что все ответы правильные. Поэтому хорошенько подумай, прежде чем дать ответ на последний. На что ты готова, чтобы я сохранил вам ваши поганые жизни?

– Чего ты хочешь, человек?

Собственно, ради этого ответа и было затеяно все представление. Перебить дракайн не представляло особого труда. Не с нашими умениями. Вся проблема в том, что с тела мертвой змееженщины нельзя взять ни капли яда. Как только их сердце перестает биться – смертельная отрава нейтрализуется и становится не опаснее яблочного сока. Кислит, но не более того. Причем эта непонятная связь работала на любом расстоянии. То есть если сейчас змееногая даст мне яд, а через неделю подскользнется и разобьется о скалы – бесценная отрава прекратит быть таковой, независимо от расстояния. Почему – никто не знает, но факт остается фактом.

– Мне нужен яд. Сейчас. А также твоя клятва. Ты и члены твоего ковена должны будете ответить на подобную просьбу любому, предъявившему этот знак. Не причинив вреда посланнику и тем, кто придет с ним.

На моей ладони появился зеленый росток – символ клана. Николай тихонько вздохнул. Он был Приближенным Пиролата и автоматически лишался возможности явиться к дракайнам в гости.