Текст книги "Где они все? (СИ)"

Автор книги: Александр Лучанинов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

– Да, спасибо, меня устроит.

– Тогда, присаживайтесь, сейчас официант к вам подойдет.

– Погодите, – Синди остановила уже собиравшуюся уходить хостес, – Скоро должны подойти мой брат с… – она запнулась, пытаясь на ходу придумать правдоподобную историю, – с одним человеком. Этот человек довольно известен в очень узких кругах, и мы бы хотели взять у него интервью.

– Интервью? – переспросила хостес.

– Да, у нас будет небольшая видеокамера, надеюсь, никому мы не помешаем.

– Странно, обычно о таких вещах договариваются заранее.

– Извините, – начала оправдываться Синди, – но мы не рассчитывали, что его график так сильно сместиться. Пришлось выкручиваться.

– Понимаю. Ну, хорошо, только, пожалуйста, не снимайте наших посетителей. Люди приходят сюда, чтобы поесть и отдохнуть, так что не стоит причинять им лишнее беспокойство.

– И еще одно, этот человек весьма экстравагантен и может выглядеть немного странно.

– Спасибо, что предупредили, – хостес улыбнулась своей дежурной улыбкой, и с привычной ловкостью юркнула между столиками к выходу.

* * *

– Ну как? – спросил Стэн, стоя спиной к мусорному баку, за которым переодевался бездомный.

– Штаны коротковаты, – ответил тот, выходя под тусклый свет уличного фонаря.

Брюки были действительно коротки, они не дотягивались до изодранных и повидавших виды кроссовок на добрых десять сантиметров, выставляя напоказ носки и лодыжки. Зато пиджак пришелся как раз впору, будто специально был подогнан опытным портным.

Стэн повернулся и окинул оценивающим взглядом Бритни. Не то, чтобы он остался недоволен, по сравнению с тем, как бездомный выглядел пять минут назад разница была разительной, но персонал ресторана все равно мог придраться.

– Мда, думаю, сойдет. Будем надеяться, что нас пропустят без проблем. Последний штрих, – он достал из рюкзака пузырек с духами, которые Синди купила себе на прошлый день рождения, и обильно опрыскал Бритни, затем снова навел на себя камеру. – Ну что же, дорогие зрители, вот и настал час Ч. Наш рассказчик переоделся и теперь мы попробуем провести его в ресторан. Надеюсь, сестрица придумала хорошую отмазку, и нас не развернут на входе.

Стэн добродушно подмигнул бездомному, и они вместе вышли навстречу улицам Нью-Йорка.

* * *

– Добрый вечер, – хостесс Ненси улыбнулась свой натренированной хищной улыбкой. – Вы заказывали столик?

– Нет, – замотал головой Стэн и через ее плечо заглянул в глубину зала, – но моя сестра уже должна быть где-то здесь.

– Ах да, меня предупредили, что вы придете, – она перевела взгляд на Бритни и улыбнулась еще шире. – Полагаю, это ваш гость? Мы рады приветствовать вас в «Чарльтоне», добро пожаловать, и, надеюсь, вам у нас понравится. Прошу, идите за мной.

Стэн удивленно пожал плечами и, подталкивая замешкавшегося бездомного в спину, повел его по следам юркнувшей между столиков хостес. Увидев издалека свою сестру, он в одобрительном жесте показал ей большой палец. Место было выбрано просто идеально. Освещения достаточно для того, чтобы камера не смазывала картинку, и в то же время гул постоянно переговаривающихся посетителей остался за углом барной стойки.

– Прошу, присаживайтесь. Приятного отдыха, – Ненси еще раз блеснула отбеленными зубами и исчезла.

– Ну, наконец-то. Почему так долго? – Синди хотела было начать ругать брата за медлительность, но унюхала исходивший от бездомного запах. – Это что, мои духи? Ты облил его моими духами?

– Конечно. Он только что из помойки и даже твоя жи-хрен-его-пойми-ванши с трудом забивает вонь. – Стэн показал Бритни на стул. – Извините за прямоту, садитесь.

– Да ничего страшного. Я привык.

– Кто тебе вообще разрешал их брать? Мне их мама на день рождения прислала!

– На войне все средства хороши. После обсудим.

– Уж будь уверен, – злобно прошипела Синди.

Пока Стэн подбирал хороший ракурс для съемки, к ним подошел официант.

– Добрый вечер, меня зовут Карл, и сегодня я буду вас обслуживать. Вы уже готовы что-то заказать или желаете посмотреть меню?

– Мы только пришли, так что пока…

– Карл, – уверенно перебил Стэна Бритни, – принеси-ка нам всем по порции вашей замечательной лазаньи. Слышал, у вашего повара она выходит просто пальчики оближешь.

– Это действительно так, – с показной гордостью кивнул официант. – Замечательный выбор. Не желаете ли чего-нибудь выпить, пока ожидаете блюда?

Бритни на секунду замер, всматриваясь в закрытую дверь кухни, а затем, словно выйдя из глубокой дремы кивнул.

– Да. Один бокал темного моему другу, – он показал пальцем на Стэна, – дама предпочитает виски с колой и двумя кубиками льда, ну а я, пожалуй, хлебну минеральной воды без газа.

– Сию секунду, – судя по тону, официанту понравилась решительность гостя, – Меню оставить?

– Нет, можете унести, но далеко не прячьте, оно скоро нам понадобиться.

Карл быстро собрал небольшие книжечки в шикарном кожаном переплете в стопку и удалился, оставив близнецов Филлипс молча переглядываться в недоумении.

– Вы что, бывали здесь раньше? – наконец выдавил из себя Стэн.

– Конечно, – наивно улыбнулся Бритни, – каждую среду в их помойке подъедаю.

– А откуда вы знаете, что я люблю виски с колой, и уж тем более с двумя кубиками льда? – Синди определенно что-то не нравилось в этом бездомном. Непонятно почему, но он казался не тем, за кого себя выдает и это очень сильно ее раздражало.

– Мне кажется, – Бритни вальяжно откинулся на спинку стула, – что интервью уже началось, а ваша камера все еще выключена. Так и должно быть?

– Ах да, – Стэн мысленно пнул себя за нерасторопность, и достав из рюкзака раскладной штатив, установил его по правую руку от сестры. Затем он закрепил на нем камеру так, чтобы в кадр попадали только лицо бездомного и часть стены позади. – Почти готово, – он извлек из кармана джинсов диктофон и, включив, положил в центре стола. – Все, теперь можно приступать.

– И что я должен вам рассказать?

– Да в принципе все, что посчитаете интересным. Время от времени я буду задавать наводящие вопросы, но в остальном вы – хозяин истории. Есть только одно правило – не врать.

– Об этом, Стэнли, можешь не волноваться, я никогда не вру.

– Ага, – вклинилась в разговор Синди, – все вруны так говорят.

– Нет, серьезно. Я никогда не вру, физически не способен.

– Это как? – переспросил Стэн, пододвигаясь поближе.

– Ну, каждый раз, когда я хочу сказать неправду, второй берет верх и не дает мне этого сделать.

– А второй это?.. – вопросительно протянула Синди.

– Ох, – Бритни тяжело вздохнул, предвидя долгие и утомительные объяснения, но так как он сам согласился на эту беседу, то пришлось смириться. – Видите ли, так уж вышло, что по меркам психиатрии этого времени я – сумасшедший. Вот у вас в голове живете только вы, а у меня есть сосед, или напарник, если хотите. Правда, раньше он мог говорить, но после Вудстока замолчал. Теперь только картинками общается, а их иногда бывает так трудно понять…

– Вы были в Вудстоке? – это был один из обещанных наводящих вопросов Стэна.

– Да, был. Мне тогда было шестнадцать. Не самое лучшее время в жизни, так вам скажу. Я был замкнут, напуган, весь мир тогда казался мне одним большим охотничьим угодьем, а все вокруг – охотниками. Но потом я познакомился с ней… – глаза Бритни заволокла пелена приятных воспоминаний. – Ее звали Ева, Ева Моррис. Она была просто прекрасна. Высокая, стройная как прутик, с пышными, угольно черными волосами и личиком как у сказочной принцессы.

Все эти хиппи в своих грязных потрепанных халатах, собравшиеся на концерте, только и делали, что слушали музыку и обдалбывались всем, что только могли найти, а найти там можно было практически все. Они называли себя детьми цветов, но, в сущности, были их удобрением. Но не она. Ева была поистине чудным созданием, и родство с цветами ей куда более подходило, чем всем остальным.

– Как вы познакомились? – вставил палку в, уже начавшее раскручиваться, колесо повествования Стэн, он очень не хотел этого делать, потому как боялся упустить какой-нибудь сочный момент, но времени у них было в обрез и необходимо было сократить всю ненужную болтовню до минимума. Оправданный риск.

– Хм, – Бритни задумчиво потер подбородок, – Сложно вспомнить точные детали, я тогда отходил от солидной дозы успокоительного. Помню только, что потерялся в толпе, и мне было жутко страшно. Я бродил между людьми, не понимая где нахожусь, и тут, вдруг, почувствовал, как меня обнимают. На фоне всего того, что со мной тогда происходило, это был просто глоток свежего воздуха. Видимо, Ева заметила меня и поняла, что мне нужно.

– Вы удивительно складно говорите, как для сумасшедшего бездомного, – Синди следила за каждым движением этого странного типа, пытаясь найти хоть малейшую зацепку. Она знала, что он их дурит, но как, и зачем, пока еще понять не могла.

– Простите ее бестактность, – принялся извиняться за сестру Стэн, но Бритни его опять перебил.

– Ничего страшного, я целиком согласен с ее претензией. Верите или нет, но до встречи с Евой я говорил очень плохо. Настолько плохо, что школьный психолог диагностировал у меня аутизм.

– И куда же он делся? – продолжала наседать Синди.

– Кто, психолог? – Бритни хихикнул. – Сейчас нам подадут напитки, и все узнаете.

– Прошу, – раздался возле уха Синди вкрадчивый голос официанта, и она от неожиданности чуть не вскочила со стула, но вовремя подавила в себе этот порыв. – Темное пиво для молодого человека. Минеральная вода вам. И для дамы – виски с колой.

Карл поставил на стол перед Синди небольшой стакан, наполненный темным коктейлем, в котором плавали два кубика льда и у нее снова побежали мурашки. Ну не мог человек угадать такие подробности, просто не мог.

– Через пять минут будет готова лазанья, – бросил напоследок официант и удалился.

– Так, на чем я там остановился? Ах да, аутизм… На самом деле школьный психолог ошибся и никакого аутизма у меня не было, но что-то с моим котелком определенно было не так. Я тогда сам мало чего понимал, а после того как попал в Вудсток в голове совсем все перемешалось. Знаете, как оно бывает? В молодости жизнь кажется плотной, стянутой в точку. События, люди, переживания, все такое быстрое и яркое. А потом, с возрастом начинаешь потихоньку попадать в ритм и разбираться в себе прошлом, смотреть на себя в ретроспективе и удивляться, как много всего упущено, не замечено… Эх, что-то я в дебри залез. Короче говоря, меня накормили галлюциногенными грибами.

– Грибами? – переспросил Стэн.

– Да, – кивнул Бритни, – псилоцибиновые грибы, маленькие такие, черненькие. После странного, но приятного знакомства с Евой, я сразу почувствовал, что она мой родной человек. По правде сказать, это первый раз, когда я испытал такие чувства. Мой отец был не самым хорошим парнем и все детство я провел один, в заброшенном доме, играясь в куклы, так что… Ох видели бы вы эти куклы, – он снова хихикнул, – Ну да, о чем это я? Короче говоря, я уже тогда знал, что у меня с этой девушкой есть будущее и оно будет светлым. Она тоже чувствовала что-то подобное, ну или просто была под кайфом, но так или иначе, вечером она пригласила меня в свою палатку. Естественно, я согласился. А дальше все было просто. Сначала она сказала, что ее волнует моя аура, что мне нужно побороть внутренний конфликт, иначе я скоро заболею и умру, а потом, вдруг, предложила мне чашку чая. Будь я тогда в трезвом уме и чуть постарше, то, скорее всего, отказался бы, но все происходило так быстро… Короче, чай был грибной. Не знаю, сколько она туда накидала, но вставило меня тогда не по-детски. Не сказать, что для меня видения были чем-то неизвестным, но это был явно новый уровень. Все стало таким разноцветным и объемным, контуры предметов все время шевелились, и мир стал похож на картины авангардистов.

Бритни на секунду замолчал, вслушиваясь в монотонный гомон других посетителей «Чарльтона» и вдруг из-за дверей кухни раздался еле слышный звук бьющейся керамики. Он был настолько тихий, что расслышать его удалось лишь бездомному и близнецам, бравшим у него интервью.

– К удаче, – по привычке сказал Стэн.

– К ней самой, – хитро улыбнулся Бритни и продолжил рассказ, – Я был не в себе почти восемь часов. Ева потом долго извинялась передо мной, она не могла представить, что я окажусь таким чувствительным к наркотику. А мне тогда было плевать, у меня действительно был внутренний конфликт. В трипе я улетел в астрал, ну или мне так казалось, и сразился со своим вторым я, с тем парнем, что все это время сидел в моей голове и мешал мне думать, говорить, жить. Саму драку я плохо помню, да и такие подробности, наверное, неважны, ведь это всего лишь грибы с их шуточками, но вот, что важно, на утро я проснулся совсем другим человеком, обновленным и усовершенствованным. Я пришел к согласию со своим соседом по черепной коробке, договорился с ним, и мы распределили сферы влияния, чтобы не мешать друг другу. Вот так, Синди, я и научился складно говорить.

– И все же, аутизм или раздвоение личности? – Синди, ослепленная жаждой вывести шарлатана Бритни на чистую воду, совсем не обратила внимания на то, что он назвал ее по имени, хоть она и не представлялась.

– В сущности, ни то, ни другое, – самодовольная улыбка не сходила с лица бездомного. – Как я уже сказал, диагноз аутизм был простой ошибкой молодого и неопытного специалиста, а вот с соседом в голове все гораздо сложнее. Что бы лишний раз не путать вас терминологией, давайте сойдемся на том, что я просто чокнутый бомж.

Синди хотела было отпустить колкость по поводу того, что она вовсе не против такого прозвища, и про себя уже давно нарекла им своего собеседника, но тут к столику подошел официант.

– Ваша лазанья, – каким-то потерянным голосом продекламировал он и принялся сервировать стол.

– Что-то случилось, Карл? – озабоченно спросил Бритни, но в его глазах все еще отчетливо читалась хитрая ухмылка. – Мы слышали шум на кухне.

– Что? – официант вздрогнул, но быстро опомнился и продолжил сервировку. – Ах это. Все в порядке, вам не о чем волноваться. Прошу, – разложив все по своим местам, как того требовали правила этикета, он выпрямился и перехватил поудобнее круглый поднос, – Приятного аппетита.

В действительности, дела на кухне находились в состоянии, которое было довольно далеко от слова порядок.

Один из посетителей, парень, занимавший столик ближе к центру зала, и подозрительно похожий на одного довольно известного кулинарного критика, пожелал насладиться запеченной в горшочке картошкой, и это, со стороны кажущееся безобидным, желание запустило сложную цепочку событий.

Карл, которому по случайному стечению обстоятельств достался столик с ненастоящим критиком, принял заказ и, стараясь сохранять самообладание, отправился на кухню. Там, передавая заказ шеф-повару, он уточнил, что гость особый и требует особого подхода. Шеф отнесся к поставленной задаче с полной серьезностью, словно это был вызов на дуэль, и приказал своей помощнице Кэррол, той, на которую возлагал большие надежды и кому доверял больше всего, принести из кладовой все горшочки, которые имелись у них в наличии. Он собирался выбрать идеальный, чтобы внешний вид блюда не портил его внутреннюю красоту. Взволнованная Кэррол пулей метнулась в кладовую и, собрав в охапку все десять горшочков, побежала обратно. Сказать, что это была плохая идея – не сказать ничего, но Кэррол всегда сильно волновалась, когда получала указания от самого шефа, и это волнение совсем не помогало ей думать.

Не видя, куда бежит, бедняжка Кэррол зацепилась бедром за приоткрытую дверцу духовки и рухнула на пол. Мириады осколков, под грохочущий аккомпанемент бьющейся керамики, брызнули во все стороны. Один, самый крупный, под давлением пышных грудей, впился ей в запястье, прорезая кожу, как горячий нож прорезает масло. Кровь алой струей потекла по белоснежной напольной плитке, отвлекая на себя внимание персонала «Чарльтона». Другой же осколок, гораздо меньше того, что отправил бедняжку Кэррол в больницу, отскочив от стены, упал прямиком в одну из трех порций уже приготовленной к тому времени лазаньи.

Так, благодаря общему замешательству и подходящему цвету, маленький, но острый кусочек горшочка оказался в блюде, которое теперь стояло на столе перед, сжимавшей в руке вилку, Синди Филлипс.

– Выглядит очень даже, – Стэн с любопытством разглядывал тарелку.

– Ты лучше попробуй, – пробубнил с набитым ртом Бритни. Он, не дожидаясь своих собеседников, уже успел проглотить почти половину порции, – просто объеденье.

– Блин, и правда, очень вкусно, – прожевав первый кусок заключил Стэн. – Синди, ты должна это попробовать. Наша мама бы так в жизни не смогла…

Синди, поочередно смотрела то на своего брата, аккуратно и с нескрываемым удовольствием, отъедавшего от своей порции по маленькому кусочку, то на бездомного, который уже облизывал тарелку, словно какой-то первобытный человек. Затем она перевела взгляд на стоявшее перед ней блюдо. Выглядело оно действительно неплохо, но ее больше интересовал вкус, ведь за такую цену он должен быть абсолютно неземным.

– Чего вы ждете? – голос Бритни вывел ее из ступора. – Ешьте, пока не остыло, вам понравиться.

Бездомный снова откинулся на спинку стула и с хитрой ухмылкой неотрывно смотрел на Синди. Ей этот взгляд очень не нравился. Она знала, что этот человек что-то задумал. Знала, но не могла понять, что именно. Может быть, что-то не так с едой? Может он в нее что-то подсыпал? Нет, этого не могло быть, она все время была в поле зрения, у него не было возможности. Если только он не в сговоре с официантом…

Синди, следя за реакцией бездомного, набрала на вилку увесистый кусок лазаньи и отправила его в рот.

– Пережевывайте аккуратней, – только и успел сказать Бритни, как девушка вдруг вскрикнула и прижала ладонь к губам.

Выплюнув на тарелку полупережеванную еду, Синди засунула пяльцы себе в рот и, сощурившись от боли, вытащила из кровоточащего неба осколок керамического горшочка.

– Что за черт? – Стэн испуганно посмотрел на осколок и отодвинул свою тарелку подальше.

– Кажется, ваша сестра порезалась, – лицо Бритни тут же приобрело серьезное выражение, – сейчас мы во всем разберемся, – он жестом подозвал официанта.

– Карл, – начал он угрюмо, когда тот подошел к столику, – зайдя в ваше заведение, я надеялся, что это приличное место.

– Что-то случилось? – поинтересовался официант.

– Вы еще спрашиваете? – в голосе и глазах бездомного уже не было той хитрецы, только уверенность и властность. – Посмотрите сами и скажите, что же по-вашему здесь произошло?

Паренек обошел столик и как только в его поле зрения попали окровавленные пальцы Синди, в которых она все еще сжимала осколок горшочка, он тут же занял стратегически верную позицию, загораживая это нелицеприятное зрелище от ненастоящего кулинарного критика. Реакция профессионала.

– Ох, мне так жаль, – начал извинятся он. – Мне очень и очень жаль.

– И что же мы будем со всем этим делать, Карл? – немного понизив тон, спросил Бритни. – Эта ошибка может сильно навредить репутации ресторана, не говоря уж о судебном разбирательстве.

– Судебном? – повторил официант предательски дрогнувшим голосом.

– Конечно, – кивнул Бритни, – Юная мисс Филлипс могла умереть. Она бы проглотила эту дрянь и умерла. Вы не подумали об этом? Или может быть вы хотели ее убить? А?

Суд, смерть, убийство, эти ужасные слова, отражались эхом в опустевшей от волнения голове Карла. Он знал, что нужно было уладить конфликт тихо, без лишней пыли, иначе увольнение было бы самым безобидным из того, что он мог себе представить.

– Но, – продолжил Бритни, – мы могли бы простить вас.

– Могли бы? – обрадовавшись, переспросил официант.

– Могли бы? – удивленно повторил за ним Стэн.

– Да, могли бы. И отсутствие счета в конце этого испорченного вечера очень сильно бы нам в этом помогло. Вы понимаете, о чем я?

Карл все прекрасно понимал, взрослые мальчики должны платить за свои оплошности, и сегодня он лишится большей части своего недельного жалования. В любой другой вечер он бы позвал менеджера, начался бы спор, шум и гам, но не сегодня. Мнение критика могло с легкостью потопить этот ресторан, а этого допустить было нельзя.

– Вот и славненько, – лицо Бритни снова озарилось хитрой улыбкой. – А теперь будьте так любезны, уберите это безобразие и принесите нам меню.

– Сию секунду, – перепуганный официант схватил в охапку тарелки и исчез за дверью кухни.

– Синди, ты как, в порядке? – пришедший в себя Стэн, участливо пододвинулся поближе к сестре.

– Вы все знали! – прошипела она, не обратив внимания на вопрос брата. – Вы с самого начала знали, что он там будет!

Ей надоел весь этот спектакль, и она собиралась узнать всю правду, здесь и сейчас.

– Почему вы не предупредили меня, что в еде лежит эта дрянь?

– Иначе вы бы никогда не поверили в то, что я вам сейчас скажу, – Бритни протянул ей стакан с минералкой из которого, к слову, не отпил ни глотка. – Вот, прополощите рот.

– Что-то я не совсем понимаю, что здесь происходит? – Стэн поставил камеру и диктофон на паузу. – Как вы могли быть в курсе, что в еде будет эта штука?

– Он в сговоре с официантом, – снова прошипела Синди, – они хотят нас развести.

Услышав такое заявление Бритни не выдержал и заливисто рассмеялся, привлекая к себе внимание той части зала, которая могла его рассмотреть из-за барной стойки.

– Ох, – наконец смог выдавить из себя он сквозь проступившие слезы, – Синди, воистину отличная догадка. Но нет, этого парня я вижу впервые, и спешу заверить вас, что мы с ним совсем не знакомы. И к тому же, зачем мне вас, как вы изволили выразиться, разводить? Не похоже, чтобы вы были сказочно богаты, или что-то в этом духе.

Синди хотела было возразить, но осознала, что этот странный бездомный прав и от бессилия закусила губу.

– И все же, – вмешался Стэн, – вы знали о том, что в ее порции будет лежать осколок?

– Да, – с еле уловимой тоской в голосе ответил Бритни, – но в свое оправдание хочу сказать, что так же знал и о том, что с вашей сестрой ничего плохого не случится. Ну, кроме небольшого пореза, который, как мне кажется, уже перестал кровоточить.

Синди сполоснула пальцы в предложенном ей стакане и проверила нёбо. Бездомный был прав, кровь остановилась, да и ранка оказалась не такой страшной, как ей показалось вначале.

– Но если вы тут ни при чем, то откуда вы могли про него знать? – не унимался Стэн.

– Видите-ли, – Бритни прищурился, пытаясь мысленно сформулировать ответ на вопрос в такой форме, которую Филлипсы смогли бы переварить, не подавившись, – неспособность врать – это только одна из немногих моих отличительных черт. Временами я очень хорошо угадываю, и вы даже представить себе не можете, насколько хорошо. Не могу сказать, как это работает потому, что сам не совсем понимаю, но иногда, как например сейчас, меня просто осеняет и я что-то узнаю.

– Ну допустим, – продолжая щупать небо прошепелявила Синди, – я поверю в эту чушь, – она высунула изо рта руку и хлебнула прохладного коктейля, чтобы немного успокоить боль. – Это никак не отменяет того факта, что вы не предупредили меня.

– Каюсь, и прошу прощения, но это было необходимо. Маленькое зло во благо. Благодаря моему молчанию мы теперь сможем абсолютно бесплатно отужинать в этом замечательном месте, а еще у меня появился крошечный шанс убедить вас в том, что все дальнейшие мои слова – чистая правда.

– Вы пока еще ни в чем меня не убедили, – фыркнула Синди.

– И меня, – решил поддержать сестру Стэн, но в глубине души он все же верил бездомному. Его склонная к романтике натура всегда норовила зацепиться за что-то необычное, выпадающее за рамки повседневности. И этот вечер определенно за них выпадал.

Бритни увидел этот еле заметный огонек веры в глазах парня и решил добить его эффектным финалом.

– Хорошо, тогда давайте сыграем с вами с вами в игру, – он достал из держателя одну салфетку и протянул ее Стэну, – возьмите. У вас есть ручка?

Парень кивнул.

– Напишите или нарисуйте что-нибудь так, чтобы я не видел.

Стэн достал из рюкзака свой блокнот и из пружинки, скреплявшей страницы, вытянул ручку. Затем, прикрыв ладонью салфетку, начал что-то оживленно на ней карябать.

Бритни, для пущего эффекта закрыл глаза и отвернулся в сторону. Синди неотрывно следила за бездомным, иногда отпивая из своего стакана, и всей душой хотела понять, как он обводит их вокруг пальца. Она была из тех людей, что предпочитали не следить за отвлекающими пассами фокусника, чтобы хоть краем глаза разглядеть, как происходит сам фокус.

Спустя несколько мгновений Стэн отложил ручку и сказал: «Готово». Бритни, не открывая глаз, медленно повернул голову и замер.

– В детстве ты со своей сестрой жил в двухэтажном, ярко синем доме, в пригороде, – Бритни старался говорить таким тоном, каким обычно говорили цыганки в метро, когда на показ гадали очередной жертве по руке. Этот тон ему совсем не нравился, но отрицать того, что он придавал всему процессу веса, было нельзя, – и с вами вместе жил кот. Большой и рыжий кот, которого сбила ваша соседка, миссис Брэбэри, когда он по глупости погнался за белкой и выбежал на проезжую часть. У этого кота было довольно необычное имя Конь, потому, что на боку у него было пятно в форме подковы. Подними руку, Стэн.

Парень, словно загипнотизированный, послушно убрал ладонь. На салфетке довольно плохо был нарисован кот с подковой на боку.

– Афигеть, – завороженно выдохнул Стэн.

– Херня, – одновременно с ним фыркнула Синди, – дешевый трюк, не более. Я видала и по круче.

Она не могла даже приблизительно объяснить, откуда этот, смердящий ее любимым «Дживанши», проходимец знал такие вещи. Да ей и не хотелось объяснять. Этот тип ей категорически не нравился и никакие фокусы уже не могли исправить этого.

Бритни пропустил ее мнение мимо ушей, его внимание теперь полностью было направлено на второго близнеца. Парень поверил, а это именно то, чего он добивался.

– Не понимаю, – Стэн никак не мог опомниться от услышанного, – Если вы способны на такое, то почему вы до сих пор на улице? Как можно быть нищим с таким даром?

– Ну, дар не настолько хорош, как вам могло показаться. Во-первых, его контролирую не я, а мой сосед по голове и такие подробности разглядеть удается крайне редко. Это как светить тусклым фонариком в набитую хламом кладовую. Даже если знать, куда смотреть, не каждый раз найдешь, что искал.

Стэн не совсем понял суть сказанного, но все равно задумчиво кивнул.

– А во-вторых, я должен оставаться незаметным. Кстати, именно поэтому я и пользуюсь этим нелепым именем, – увидев приближающегося с меню официанта, Бритни замолчал, а когда тот, еще раз откланявшись, удалился – продолжил, – Сейчас вам стоит продолжить съемку. Вы хотели правдивую историю, и вы ее получите.

* * *

Стэнли Филлипс сидел перед монитором своего компьютера и смотрел на замысловатый интерфейс программы для монтажа видео. В маленьком окошке просмотра готового материала виднелся кадр с небритым овалом лица Бритни.

– Ну что, – Синди зашла в комнату и встала у брата за спиной, – доделал?

– Да, наверное. Сложно сказать. Я еще ни разу над такими вещами не работал.

– А я тебе говорила, что блог он и в Африке блог, – она пододвинула второй стул и села рядом, – Никогда меня не слушаешь… Ладно, показывай, что там у тебя получилось.

Стэн набрал воздуха в грудь, чтобы начать оправдываться, мол это еще черновой вариант и любые правки возможны, но затем, увидев нескрываемое безразличие в глазах сестры, просто нажал на пробел.

Монитор на мгновение потемнел, а затем на нем крупным планом возникло лицо бездомного.

– Привет, – начал он, смотря прямо в камеру, – сейчас ноябрь две тысячи десятого года, меня зовут Чип Дуглас и это мое послание тем, кто живет среди нас.

Картинка замерла, и голос Стэна не заднем плане продекламировал: «Мы нашли этого человека на помойке, за рестораном, куда он приходит каждую среду в поисках пропитания». Движение в кадре возобновилось.

– Осенью две тысячи шестнадцатого этому миру наступит конец. Эпидемия ужасающих масштабов буквально за два месяца уничтожит почти девяносто процентов населения планеты. Никакие вакцины и известные лекарства будут не в силах противостоять болезни, и последний человек на земле заразится в январе две тысячи семнадцатого. Я обращаюсь к тем, что живут среди нас. Вам пора перестать бежать, оставляя за собой руины и смерть. Еще есть время, чтобы найти решение проблемы.

На секунду картинка на мониторе почернела, а потом место небритого лица бездомного занял Стэн, сидящий в своем кресле, на фоне белой стены.

– Возможно, вы могли подумать, что этот человек – один из тех сумасшедших, что стоят в час пик на углу оживленной улицы с куском картона в раках, на котором черным маркером написано «Покайтесь», и во всю глотку орут о втором пришествии, антихристе и другой подобной ерунде. Могу сказать, что полностью понимаю ваше мнение, а моя сестра его даже разделяет, – Синди, сидевшая сзади и смотревшая видео, невольно улыбнулась, – Но проведя с ним целый вечер, я смог узнать его поближе. Да, он временами бывает странным, и это не удивительно, после всего того, что он пережил. Интервью, которое мне посчастливилось, да, именно посчастливилось записать, в корне изменило мое отношение не только к этому человеку, но и ко всем ему подобным. Правильно ведь говорят: «Не суди по обложке». И теперь я хочу поделиться им с вами. Возможно, вас оно тоже заставит пересмотреть устоявшийся в народе образ уличного безумца, ведь за каждым из них может скрываться подобная история.

Экран опять потемнел, и на нем появился уже знакомый интерьер ресторана «Чарльтон». В кадр попадали лица Бритни и Стэна, и часть стола, на котором уже скопилось порядочно грязных тарелок. Бритни что-то ел.

– Так сколько вы уже живете на улице? – зачитал Стэн заранее подготовленный вопрос из своего блокнота на пружинке.

– Дайте-ка вспомнить… – Бритни задумался, – Значится, сейчас десятый, тогда где-то тридцать лет, или около того.

– Это много.

– Много, да. Но я только последние годы совсем бомжую, а так, были времена, когда просто бродяжничал. Ну, то есть у нас с Евой был дом на колесах, и мы кочевали с места на место.

– Ева – это ваша жена? – задал наводящий вопрос Стэн, потому, что не знал, войдет ли история про Вудсток в окончательную версию ролика. Бритни понял это намерение и подыграл, будто рассказывает все в первый раз.

– Да, но мы… как это правильно называется? В гражданском браке. У меня нет документов, так, что официально мы не расписывались.

– А что случилось с документами?