Текст книги "Война Хаоса (СИ)"
Автор книги: Александр Немченко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц)
Глава 04
Евразия-1.
Феистол, стоящий впереди, аккуратно завел руку за спину, чтобы Магарот не видел, и сделал жест, чтобы мы подождали и не начинали сразу атаковать.
– Господин Магарот, это…
– Мереид и Ливитария, – представился я. – Мы подчиненные Тетриана.
Феистол разработал план на случай непредвиденных обстоятельств и рассказал нам о нем как раз перед входом в город. Точнее, не столько план, сколько нашу «легенду». Я и Ласка на самом деле демоны хаоса, посланные Тетрианом – демоном хаоса первого круга, что занимается сейчас другим сектором миров, – по просьбе Абаддона, чтобы провести инспекцию в ключевом мире. Абаддон якобы недоволен результатами и не доверяет докладам, считая, что они идут в искаженном виде, и потому мы были посланы, дабы проверить обстановку и увидеть все, так сказать, своими глазами. И именно поэтому для инспекции привлекли демонов, подчиненных другому демону хаоса первого круга. Естественно, все это первому встречному мы говорить не собирались, это больше была легенда на случай встречи с Беритом, хотя сам Феистол считает, что шанс того, что Берит нам поверит, лишь процентов пять. Но это лучше, чем ничего.
– Господина Тетриана? – переспросил Магарот. – А что вы тогда тут забыли, в нашем секторе?
– Мы пришли по поручению владыки Абаддона. Большего мы сказать не можем, ибо это наказ владыки, – сказала Ласка.
Феистол оглянулся на нас, потом повернулся к Магароту, выдал виноватую улыбку и развел руки в стороны.
– Феистол, веди дальше, – сказал я.
– Простите, господин Магарот, поговорим в следующий раз.
– И еще, не смейте докладывать о том, что видели нас, господину Бериту, иначе будете иметь дело с гневом владыки Абаддона, – предупредила Ласка.
Мы развернулись, чувствуя на себе удивленный и растерянный взгляд демона хаоса третьего круга. Мы дошли до угла, завернули за него, и только в этот момент Феистол выдохнул, рука оперлась о стену, не дав демону упасть.
– Я думал все, попадемся.
– Ты зря так сильно переживаешь. В случае чего мы бы убили его и вместе с тобой сбежали прочь.
– Даже если бы мы быстро справились, сигнал о нападении стремительно разошелся бы по всему городу, и тогда бы за нами погнались, и, возможно, даже господин Берит, – сказал Феистол. – А от него мы бы вряд ли ушли.
Конечно, Феистол преувеличивает. Не будет демон-лорд первого круга срываться с места и гнаться за какими-то лазутчиками. Тем более лично.
– Ладно, давай уходим отсюда, а то вдруг этот Магарот решит пойти за нами.
Мы спешно двинулись по почти пустым улицам. Город и правда впечатляет. Здания в старом европейском стиле, крупные торговые центры и различные центры развлечений имеют высокие крыши, множество скульптур в виде гаргулий и драконов. Нередко нам попадались просторные площади с фонтанами, со скульптурами печальных ангелов. Своей готической и одновременно серой архитектурой город и поражает, и создает гнетущее и депрессивное состояние. В местную готику красиво вплетены и технологии: то тут, то там светятся голографические изображения, рекламные вывески, транслируются развлекательные каналы, правда, крутят там, судя по всему, старые программы просто на автомате, потому что не показывают ни привычных новостей, ни прямых эфиров, просто идут в записи старые ток-шоу, фильмы и мультипликационные фильмы. Также как-то чужеродно смотрятся тут современные автомобили, полицейские боты, что из-за отсутствия подзарядки просто лежат тут и там разряженные.
А так в целом видно, что город делали для европейских беженцев, пытаясь сохранить стиль европейской архитектуры.
То тут, то там нам встречались отряды монстров хаоса из разных миров, призванных установленными в городе кристаллами. Еще иногда мы видели цепочки хаос-людей, что вытаскивают и уносят прочь любую пищу. Все они на удивление прекрасно вписываются в стилистику города, словно они тут и должны были жить, а не люди.
– И все же, ваше актерское мастерство выше похвал, – произнес Феистол. – Я удивлён, как вы не растерялись и сразу повели себя спокойно и уверенно.
– Наверное, потому, что подсознательно мы не считали себя в опасности. Да, был небольшой страх из-за того, что миссия сорвется, но не знаю, что и ответить. Просто взял себя в руки и начал говорить уверенно, – ответил я.
Вообще замечание Феистола несколько выбило меня из колеи. И правда, почему я так просто и уверенно смог говорить? Если вспомню себя, каким был несколько лет назад, то, случись подобная ситуация, я весь бы покрылся потом, затрясся и начал заикаться. Может, это из-за того, что я стал аватаром и некоторые состояния работают больше по игровым принципам, а из-за того, что у меня большой объем духовной силы, то я смог легко справиться с волнением и в целом с нестабильностью в ментальном плане? Тогда у Ласки было бы не так, потому что она прокачивала не духовную силу. Значит, разгадка в чем-то другом. А может, все из-за того, что я много времени бывал лидером, пережил множество опасных ситуаций, где был нужен холодный расчет, спокойствие и умение брать на себя ответственность или просто быть решительным, и я настолько к этому привык, что и сейчас повел себя спокойно.
Тем временем мы вышли к первой точке нашего интереса – огромному строению. Когда-то тут был мусоросжигательный завод, но потом из него вытащили все оборудование, а потом начали загонять людей и превращать их в хаос-людей. Завод обнесен каменной стеной с колючей проволокой наверху. У входа застыли двое охранников – четырехрукие, фиолетовокожие, с ядовито-зелеными глазами, монстры под названием гублоны.
У здания с боков есть небольшие окна под крышей, так что можно поглядеть, что там внутри.
– Так, действуем следующим образом. Мы с Лаской направимся вон в тот переулок, а затем подойдем к зданию поближе и посмотрим, что там внутри через окна. Ты же, Феистол, подойди напрямую и разузнай, что там сейчас делают. Но не спрашивай в лоб. Вместо того чтобы спрашивать, что сейчас внутри происходит, спрашивай, например: «Как продвигаются дела?» – такой вопрос не вызовет подозрений. В процессе рассказа, как у них продвигаются дела, они выдадут и то, что делают, и в каких объемах тоже. В общем, ты понял? Действуй в таком же духе.
– Да, владыка.
Мы с Лаской вернулись обратно в переулок, прошли по нему, на перекрестке свернули налево, после чего, пройдя еще метров десять, опять свернули налево и пошли по узкому переулку к крупной дороге. Вышли мы сильно западнее нужного здания. Убедившись, что рядом никого нет и никто не смотрит в нашу сторону, в одно мгновение пересекли дорогу и оказались в другом переулке. Пройдя по нему, вышли на небольшую внутреннюю площадку между домами. Здесь расположился небольшой сад с каменными дорожками и скамейками с вычурными, сделанными из металла подлокотниками и ножками.
И все же, даже несмотря на внешнюю красоту, то там, то тут видны окурки, упаковки из-под «витаминок», в дальнем углу сложены коробки, рядом с которыми валяются пустые бутылки – это, скорее всего, место, где жил бездомный. И такое я замечал по всему городу. За внешней красотой, в тени от блеска неонового света, как и в Азии-1, тут также затаилась нищета, наркомания и преступность. Жуткое расслоение и миллиарды одиноких людей, живущих бок о бок. Если приглядеться, то можно заметить в некоторых местах даже следы от пуль и засохшую кровь.
Мы двинулись налево, прошли по переулку и остановились у его выхода. В десяти шагах за небольшим забором с колючей проволокой возвышается здание.
Оглядевшись, мы подбежали к стенке. Девушка залезла мне на спину, после чего я, воздействуя телекинезом на ботинки, плавно поднялся в воздух. Охранники слева у входа стоят спинами к нам. Перед ними замер Феистол, о чем-то их спрашивает. Справа, чуть дальше, у стены сзади завода, также есть небольшие врата, и около них стоят еще двое охранников.
Мы перелетели через забор и плавно опустились на землю, после чего девушка бесшумно скользнула к стене. Рядом с ней валяется куча строительного мусора, а также обломки сортировочной машины. Используя их как укрытие, мы на миг замерли, прислушиваясь к окружению, но, похоже, наше проникновение оказалось незамеченным.
Ласка осталась на стреме, я же, наложив на себя невидимость, подлетел под крышу, где расположилось широкое, но маленькое в высоту окно – такое приплюснутое.
Внутри помещения расположены десятки загонов. В них самые разные типы домашних животных – коровы, собаки, лошади, овцы, курицы, гуси и прочие. Но также есть и другие загоны, в которых тоже домашние животные, но обезображенные, с посеревшей шерстью, с зелеными горящими глазами и с торчащими из спин длинными щупальцами, похожими на паучьи ноги. От вида этих существ у меня мороз пробежался по коже.
Я дал мысленную команду, и чип начал запись всего, что вижу.
Взгляд переместился ниже и правее. В центре здания я увидел огромный магический круг, очень сложный, с множеством символов, в круге заключена семиконечная звезда. Символы, нарисованные вокруг него, мне неизвестны. Помимо символов в пяти точках печати расположены каменные пьедесталы, на которых установлены магические кристаллы разного цвета – черный, синий, зеленый, красный и желтый.
К загону с животными подошли несколько лазирадов. Коровы нервно замычали, но воины спокойно накинули на них петли, после чего, раскрыв вольеры, с силой вытянули животных. Поставив пять коров в круг, они замерли. Вперед вышел орк-шаман. Значит, даже после разгрома короля демонов часть орков продолжает служить демонам хаоса.
Орк поднял посох, стал напевать, из кристаллов ударили белые лучи – соединив кристаллы и создав пентагон. Магическая печать вспыхнула зеленым светом. Коровы замычали, но даже двинуться не смогли. Их кожа стала стремительно темнеть, спины вспучились, раздался треск, и из спин вырвались щупальца, в разные стороны разлетелись ошметки шкуры и кровь. Свет исчез. Коровы с горящими зеленым светом глазами уже более спокойно последовали за ящерами, что завели их уже в другой вольер – к таким же измененным коровам.
Дальше была очередь партии овец, потом, судя по всему, будут свиньи, потом курицы и так далее.
Я прекратил запись. Вероятно, ничего нового уже не увижу, а невидимость скоро спадет, да даже с ней я не уверен, что нахожусь в полной безопасности. Чем дольше буду висеть под крышей, тем больше шанс, что нас обнаружат.
– Пора уходить, – сказал я, спустившись к Ласке.
Мы пошли к забору. Я поглядывал направо и налево, но охрана и там и там стоит к нам спинами. Подхватив Ласку на руки, плавно взмыл в воздух, перелетел через стену и так же бесшумно опустился за ней. Мы бегом влетели в переулок, промчались по нему до внутреннего дворика.
Стоило нам в него заскочить, как Ласка резко затормозила.
«Враг», – появилось от нее короткое сообщение.
Я огляделся. Справа из переулка, вышел четырехрукий гублон. Увидев нас, он замер, затем сделал поклон, но в этот момент на его лице отразилось неуверенность. Я сжал зубы.
«Идем к нему», – сказал я.
Мы подошли ближе. Гублон поднял на нас взгляд, нахмурился сильнее. В глубине глаз я увидел наше отражение, а его наморщившийся лоб выдал царящую в нем неуверенность и смятение.
– Эм… владыки? – только и переспросил он.
Чем мы ближе, тем все мрачнее его взгляд. Похоже, он почувствовал в нас частичку силы порядка. Как и сказал Феистол, без прикрытия его ауры нас могут быстро разоблачить.
Когда до гублона оставалось шага три, я резко рванул вперед. Глаза монстра широко раскрылись. Он еще, видимо, не до конца распознал в нас врагов, так что мой рывок больше показался ему странным и неожиданным, чем опасным – пусть мы для него и кажемся странными, но все еще являемся демонами хаоса. Я выставил руки вперед, из одной перчатки ударил гравитационный прокол, с другой же руки тоже сорвался гравитационный прокол, но уже созданный мною, а не встроенный в перчатку. Удары прошли сквозь грудь монстра. Кожа лопнула, выплеснулась зеленая кровь, сам гублон вздрогнул, кашлянул кровью. Его руки было рванули к поясу, где висят ножны с мечами, а рот раскрылся, чтобы взреветь и поднять тревогу, но в этот миг позади него появилась Ласка, топоры стремительно ударили с двух сторон, лезвия пробили кожу в шее и с легким звоном столкнулись посередине. Голова с открытым в беззвучном крике ртом слетела с плеч монстра, из шеи ударил поток крови.
Гублон мертв – получено 15 000 героического опыта, получено 1 000 000 зен.
Эх, если бы знал, что предстоит бой, то, может, потратил бы зелье усиления получаемого опыта. Правда, тратить его на одного монстра расточительно, к тому же очков за него всего в полтора раза больше, чем за хаос-человека.
Осмотрев округу и убедившись, что нас никто не видел, мы затащили тело в ближайший дом и бросили там. Если правильно помню, через некоторое время труп исчезнет, телепортировавшись обратно в свой мир.
– На этот раз пронесло, – сказала Ласка.
– Если бы их было хотя бы двое, у нас были бы проблемы, – согласился я.
Конечно, уверен, мы бы выкрутились – убили бы быстро и двоих, потом убежали с ними в ближайший дом и там спрятались. Прибежавшие на крик ничего бы не нашли, и даже если бы увидели кровь и подняли тревогу, то, думаю, она быстро бы улеглась, если бы они так никого и не нашли. А вот если бы кто-то увидел нас с Лаской, запомнил бы и доложил, тогда ситуация с тревогой была бы другая: к поискам подключили бы демонов хаоса, а город перекрыли бы до тех пор, пока нас не нашли.
Пройдя по переулкам и на этот раз действуя еще более осторожно, мы наконец вышли к месту, где условились встретиться с Феистолом.
– Владыки, рад, что с вами все в порядке.
– Мы тоже. Пойдем зайдем в какой-нибудь заброшенный дом и там переговорим. Расскажешь все, что успел узнать.
Парень кивнул, после чего мы быстро двинулись в ближайший внутренний двор, из которого можно попасть в дом, не привлекая к себе внимания.
* * *
– В общем, я подошел к ним и начал расспрашивать такими обходными вопросами, каким вы научили меня, – начал рассказ Феистол.
Мы выбрали для разговора кухню одной из заброшенных квартир на пятом этаже крупного двадцатиэтажного дома. Здесь патрули монстров хаоса не ходят – по крайней мере, Ласка не заметила никаких свежих следов.
– Они сразу посмотрели на меня с неодобрением. Потом поинтересовались, почему я спрашиваю. Пришлось соврать, что я от Берита, и тогда они сказали, что все в порядке и все идет по графику. Я пытался попасть внутрь, но меня не допустили. Они сказали, что это высшее распоряжение Берита и никого внутрь пускать не дозволено, даже демонов хаоса.
Мы с Лаской переглянулись, похоже, даже своим Берит не доверяет, что странно.
Я взял лист бумаги, с помощью чипа спроектировал на него изображение того магического круга, что видел, после чего стал обводить, тем самым рисуя его на бумаге. Закончив, повернул его к Феистолу.
– Тебе знаком этот магический круг?
Демон хаоса покачал головой.
– В первый раз это вижу. Хотя это точно магия хаоса, если, конечно, переводить на человеческий язык.
– Переводить на человеческий язык? – переспросила Ласка.
– Да. Видишь ли, то, что мы используем, – не совсем магия. Хаос – это сила, противоположная магии, она пожирает ее и сжигает – как, впрочем, и все, что принадлежит силе порядка. Так что у нас не совсем магия, а просто манипуляция хаосом. Упорядочивание его, если угодно. Ну или, для простоты и вашего понимания, магия хаоса.
Он вновь склонился над листком.
– Очень сложная печать. Столько формул, потоков. Я не то чтобы специалист во всем этом, но этот уровень невероятен.
Я нахмурился. Помнится, Чума говорила, что демоны хаоса неспособны в силу своей природы создавать какие-то сложные магические печати, поэтому они прибегали к ее силе. Учитывая, что я видел орков-шаманов, возможно, эта печать создана и при их поддержке. Эта печать может быть секретна, и ее оберегают для чего-то в том числе и от демонов хаоса. Может, опасаются, что кто-то найдет способ противодействовать ей, или если узнает формулу, то сможет обратить изменения хаос-людей вспять и превратить обратно в людей? Если так, то мы должны доставить эту формулу в штаб любой ценой.
– Да и еще, может, это поможет тебе – там были магические камни вокруг.
Я описал все, что видел.
– К сожалению, мне неизвестны сии минералы, – покачав головой, со вздохом ответил Феистол.
Я откинулся на стуле. Ласка тем временем извлекла из инвентаря немного запасов еды. Разжигать костер не стали, а микроволновка не работает из-за отсутствия электричества, так что пришлось есть холодным.
– Вообще, если так подумать, все, что ты видел, похоже на то, как будто демоны хаоса пытаются полностью превратить наш мир в мир хаоса. Сначала превратили местное население, теперь вот животных, – заметила Ласка.
– Похоже, так и есть. Нужно наведаться потом в другие такие места, возможно, и там что-то подобное делают. Кстати, Феистол, а другие миры хаоса так же трансформируют? Ты ведь живешь с начала времен, как и все демоны хаоса, тебе же много и много тысячелетий, так что ты должен знать, как это происходит. Сколько миров вы уже захватили?
– Честно признаюсь, моя память сохранила только последние полторы тысячи лет и два крайних захваченных мира и вот историю этого, – признался Феистол.
– Как это? – удивленно спросила Ласка.
– Из более глубокого прошлого я помню лишь какие-то образы, а еще ярость и желание разрушать. Видишь ли, хаос уже не тот, что был раньше. Раньше он был чистой силой разрушения и уничтожения. Но чем дольше идет война, тем больше все меняется. Порядок частично хаотизировался, хаос частично упорядочился. Поэтому боги хаоса какое-то время назад перестали уничтожать миры, возвращая их в состояние первозданного хаоса, а стали их завоевывать. До этого же, кроме богов хаоса, вся остальная сила хаоса – демоны – были, скажем так, менее разумны. Мы были хаотизированы – если можно так сказать. Не было памяти, не было личности. Как личности мы начали осознавать себя совсем недавно – примерно полторы-две тысячи лет назад – у всех по-разному. Демоны высших кругов пораньше, а демоны низших – попозже.
Мы с Лаской переглянулись. Для нас демоны были раньше просто чем-то сродни стихийному бедствию, так что мы не особо ими интересовались, важнее было узнать как их убить.
– Но даже после осознания себя, мы все еще чувствовали ненависть и злобу, желание уничтожать и не имели каких-либо добрых или положительных эмоций, не говоря о таких вещах, как амбиции. А вот тысячу лет назад, когда боги хаоса потерпели поражение от сил порядка, все резко изменилось. Демоны хаоса стали меняться, начали обретать чувства и все стали уникальными личностями. Эта трансформация произошла не сразу, а постепенно, но, как видите, это привело к тому, что даже такой, как я, смог влюбиться в… человека. В существо порядка.
– Хм… вот оно как. И как же это получилось?
Феистол отвел взгляд.
– Поначалу мне было приказано Вельзевулом заняться отдельным островом. И я начал им потихоньку заниматься. Ставил кристаллы, присматривался к силам, защищающим остров. Нас было немного, потому приходилось действовать осторожно. Пытаться захватить власть силой было бессмысленно – даже если бы мы убили короля и его свиту, это не дало бы острову упасть в наши руки. Действовать надо было иначе – хитрее. Соблазнять людей разными благами под властью хаоса, попутно выращивая кристаллы и ожидая, когда они, набравшись мощи, призовут достаточно сильных воинов хаоса, чтобы уже с ними у нас образовался численный и качественный перевес. Так что я наблюдал и за королем, чтобы посмотреть его слабости. И тогда-то я увидел впервые Силену. Она была в гареме короля. Я чувствовал ее ненависть к королю и в то же время бессилие противостоять ему. Я даже представил, что делал бы, будь на ее месте и не обладай я тем могуществом, что у меня было. Это было жуткое чувство. Я начинал сочувствовать ей и в то же время гнать от себя эти чувства. Потом она вдруг изменилась и из плачущей от очередного изнасилования беспомощной жертвы превратилась, как это у вас называют, в стерву. Начала комментировать в издевательской форме действия короля, подсмеиваться над ним. Его это бесило, он избивал ее, а потом со временем она вообще ему опротивела, после чего была отослана обратно в свое поместье. По-хорошему, я уже знал про слабости короля, знал, как можно было действовать через него, чтобы захватить власть над всем островом, но я поступил иначе. Я помог графине. Тогда я просто убеждал себя, что так будет эффективней, что просто действую из целесообразности, но на самом деле просто занимался самообманом. То сочувствие и желание помочь отомстить – вот что двигало мной. Я общался с ней, и чем больше, тем сильнее происходили изменения внутри меня. И однажды я открылся ей, показал истинную сущность, но Силена не отвернулась от меня. Мы очень хорошо понимали чувства друг друга. Я слушал ее истории о прошлом, о ее детских мечтах, желаниях и страхах. Впитывал это, а потом, покидая, чувствовал странную тяжесть в груди. И даже когда нас разделяло расстояние, я все еще видел ее образ перед глазами, все думал о ней.
Ласка подалась вперед и, облокотившись о стол, подперла подбородок ладонями, ее губы растянулись в улыбке.
– Интересно. Значит, вот так зародилась ваша любовь.
Феистол отвел взгляд, усмехнулся.
– Все верно. Я изменился. По просьбе Силены наложил на кристаллы особые печати, что не давали им эволюционировать, я хотел, чтобы ее остров выглядел как бы подчиненным хаосу, но на самом деле таковым не являлся. А потом пришли вы и, победив моих слуг и уничтожив кристаллы, порушили мои планы, а также подчинили меня, и теперь я служу силам порядка. Впрочем, возможно, так лучше. Все-таки когда Алион захватили бы, все равно обнаружили бы подлог и людей на острове превратили бы в воинов хаоса, а затем меня отослали бы дальше в другие миры, разлучив с Силеной навсегда. Сейчас же у меня есть шанс не дать этому случиться. Если силы порядка победят, то я смогу остаться здесь, вместе с возлюбленной, и смогу сделать ее и наших детей счастливыми.
На некоторое время повисло молчание, затем я кашлянул.
– Так, что-то мы отвлеклись от главной темы, – сказал я. – Итак, каким образом происходили изменения миров в миры хаоса? Ты же помнишь хотя бы то, что было в последних двух, до того как попал на Алион?
– Смутно. Да и после захвата мира мы отсылались дальше на захват нового. Как покоренный мир преобразовывался – я не видел.
– А в процессе завоевания? – спросила Ласка. – Вы же устанавливаете кристаллы, что не только пожирают ману и эволюционируют и призывают хаос-существ из других миров, но еще и заражают людей, даже огонь в тех местах становится зеленого цвета.
– Людей, особенно сильных, как из нашей вселенной, не так-то просто изменить, даже постоянно воздействуя на них хаосом. Да даже в вашем мире все не так просто. Кристаллы хаоса излучают энергию, но ее недостаточно. Нужно прямое воздействие – например, взять напитанную хаосом шкуру какого-нибудь животного, обратившегося в монстра хаоса, сделать одежду и облачить в нее человека. Под таким мощным воздействием, возможно, люди из вашего мира смогли бы обратиться. Люди из того же Алиона в большинстве своем выдержали бы, но духовно они стали бы ближе к хаосу и их проще было бы совратить. Но это касается только простых людей, а с воинами и тем более верующими в порядок и магами этот трюк не прошел бы. Да и бессмысленно все это. Такое воздействие, если оно превращает кого-то в монстра хаоса, приводит к тому, что он становится именно тем, чем были мы, как я рассказывал ранее, – абсолютным монстром хаоса. Даже хуже – он полностью неуправляем, нападает на всех, действует на инстинктах – его сознание исчезает. Это не то, что лазирады, к примеру, гублоны или те же хаос-люди. Такие слуги нам точно не подходят. А вот те, что создаются с помощью этого магического круга, что ты нарисовал, намного перспективней и похожи на тех же лазирадов и других обращенных существ в мирах, где победил хаос.
– А во время захвата, не создавали ли из местного населения таких же прислужников хаоса, как это делают сейчас, создавая хаос-людей? – спросил я.
– Нет. Такое вижу впервые. При захватах миров никаких обращений до этого захвата не происходило. Обращение делали после захвата мира, но я этого уже не видел, просто в другом мире, устанавливая кристаллы хаоса, видел, как прибывают уже новообращенные монстры хаоса из недавно захваченного мира.
– Что ж, раз так, то получается, демоны хаоса придумали что-то новенькое. Нам нужно больше информации. И, возможно, мы не ограничимся только разведкой, – холодно произнес я.
