444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр М » Призрак «X» ранга. Часть 2 (СИ) » Текст книги (страница 6)
Призрак «X» ранга. Часть 2 (СИ)
  • Текст добавлен: 6 ноября 2026, 06:00

Текст книги "Призрак «X» ранга. Часть 2 (СИ)"


Автор книги: Александр М


Соавторы: Ascold Flow
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

С учётом того, что меня ищут уже с участием сопливого, но технокинетика, будет сложно не наследить, выбираясь в город. Пожалуй, нужно перестать оставлять цифровые следы. Нельзя дать им даже повода заглянуть в компьютеры и телефоны работников этой конторы. Как же запарно всё это… Но когда вообще было иначе?

Большая часть работников компании уже не помнит ни моего лица, ни моего голоса. Но не все. Осталось закончить на сегодня с ещё пятью работниками и можно отдыхать…

– Так, господин директор… Теперь давайте сделаем то, о чём мы с вами говорили раньше. Вы хотели взять в аренду землю? Берите. Поля оформите на фирму, как и планировали. И участок с домом тоже возьмёте в аренду, чтобы дедушку никто больше не беспокоил. Кому нужна деревня, тот теперь будет общаться с вами.

Пахомов кивнул. Документы и подписи пока никакие не требовались – сперва переговорю со стариком. Он собственник, он арендует эти поля двадцать лет, так что ему решать, кому их передавать и передавать ли вообще. Моё дело – предложить решение проблемы и стереть воспоминания у всех причастных в фирме о событии на той лесопилке, как и понимание того, что дед – псионик. Чем я весь вечер и занимаюсь… В общем, осталось дождаться решения деда об оформление аренды земли на подконтрольную нам фирму.

С каждым заканчивал корректировку воспоминаний, уже ощущая не только головокружение, но и тошноту.

– Ой, у вас кровь из носа пошла… – подала салфетку переводчица, резко сорвавшись со стула посреди работы.

Пожалуй, хватит на сегодня… Да и завтра нужно сделать разгрузочный день для мозгов.

Дал напоследок ещё несколько указаний, попрощался с теми, кому я оставил о себе частичные воспоминания, взял с парковки машину поприличнее и поехал в деревню.

Вернулся домой я ближе к ночи. Остановился, заглушил мотор и положил руки на руль. Устало вздохнул и потряс головой, чтобы хоть немного взбодриться.

Ну вот тебе и новый бизнес… Вот тебе и новое прикрытие… Стартап на сорок человек, двадцать из которых уволены сегодня. Плюс псионик на полставки телохранителем работает. И непонятные совладельцы за границей ждут, пока я их проверю. Ну, казаха проверю. А индусу… настало время учиться готовить стритфуд на улицах Нью-Дели.

– Работы, конечно, ещё много… – на выдохе прошептал я. – Но мы теперь можем попытаться сделать мир с помощью этой компании капельку лучше. Хотя бы мир вокруг нас…

Теперь они не будут третировать стариков и отжимать землю с постройками. Теперь они будут действовать так, как скажу я. А я намерен помогать людям. В пределах моих сил и в пределах разумного. А ещё активы этой фирмы можно использовать, чтобы, наконец, обустроить свою базу. Закупим сервера, создадим секретный офис, о котором никто знать не будет. По крайней мере пока. В открытом доступе о ней информации точно не будет. И вот такой маленькой фирмой, у которой очень много вопросов к самой себе, мы убьём двух зайцев сразу.

С этими мыслями я вошёл в дом. Дед вышел из комнаты Светы, прикрыл за собой дверь и зашептал:

– Ну и что ты там устроил? О чём ты там договорился?

Я положил руку ему на плечо:

– Поздравляю, дед. Теперь мы бизнесмены.

– Твою налево… Ты что, с ума сошёл? Ты что там вообще учудил⁈

– Ну, нам нужна была база, и я решил взять уже готовую. Там все были друг с другом связаны. Я просто им мозги перепрошил, слегка и аккуратно повлиял на каждого. Это было опасно, но большую их часть не очень-то и жалко. А вот индуса было не жалко совсем.

– Где индус? Какой индус?

– Да был там один, резкий, как понос… – ухмыльнулся я. – Но он уже собирает чемодан и летит на родину с посланием для своего хозяина.

– Сейчас я чайник заварю, подробно расскажешь. Понял?

– Конечно… – кивнул я и устало плюхнулся в кресло.

Какой чудесный вышел день…

Глава 8

Проснулся я за секунду до будильника и уже через десять минут спустился в бункер. Спалось после вчерашнего скверно… Однако тело требовало нагрузки, а голова просила, чтобы её сегодня не трогали. На том и сошлись: никакой псионики как минимум до обеда. Пока лишь чистая физкультура. Турник, маты, гири в углу и никакой публики.

Отжимания, пресс, турник я чередовал по кругу. Мышцы после целого дня в офисном кресле отзывались на упражнения с благодарностью. А вот сосуды в носу и голове лучше не беспокоить, потому на руки я решил не вставать. Второй раз за сутки капать кровью как-то не хотелось. Особенно в дедовом бункере. Потом ведь мыть заставит. Хотя он и так заставит…

Надо будет с фирмой связаться… В перерыве это сделаю через оставленные способы связи. Дам первые задания, попробую устроить им по удалёнке аудит. И надо бы в одну из ночей заскочить за сундуком с той грязной бухгалтерией и прочими документами, что бывших и нынешних владельцев превратят в случае чего в цель для прокуратуры. Да и поискать информацию по казаху с индусом нужно. Пускай пока попереживают, что в их конторе случилось, а я погляжу, как они на это всё отреагируют.

К следующему визиту надо бы придумать, что делать со всё ещё числящимися на бумаге иностранными собственниками. Ну и заодно определиться, чем эта фирма теперь будет заниматься. Компания обязательно должна работать, иначе это не прикрытие, а яркий след, что может вывести на меня охотников. Всё должно выглядеть естественно.

Я кивнул своим мыслям, посмотрел на гирю и чуть не использовал по привычке телекинез. Так, спокойно… Никакой псионики пока что. Берём ручками и начинаем упражняться…

Разок поднял резко гирю, и в голову будто иголка впилась. От неожиданности чуть снаряд себя на ногу не уронил и решил немного передохнуть.

Это с чего вдруг? Я же не использовал пси-силу… Ладно, гири пока больше не трогаем…

Да уж, кажется, я вчера перестарался… Повторять подобное в ближайшие дни определённо не стоит. Вообще, вчерашние нагрузки были суровы не своими объёмами, а деликатностью задачи. Сжечь человеку мозги так, чтобы он до конца дней пускал слюни, – дело нехитрое. Чуть больше силы добавил – и готово. Сноровки тут не нужно никакой. А вот превратить четыре десятка прожжённых мошенников пусть и в меньший по размеру, но весьма исполнительный коллектив работников, готовых трудом искупить всё, что они успели натворить, – это задача совсем другого уровня.

Раньше я проделывал подобное считаные разы, не больше, чем на одном человеке и без особого контроля за результатом. Теперь на кону сразу целая контора, и меня, признаться, берёт азарт. Выйдет ли из этой затеи что-то путное или через месяц я махну рукой и разгоню их всех к чёрту на рога? Интересно!

Ну и выбирать методы не приходится… Света нуждается в помощи, что бы она ни думала. И чтобы ей помочь, мне нужно тренироваться, развивать новые способности. Да и возможности вне рамок псионики тоже необходимо расширять, раз уж я решил активнее действовать. И перевоспитанная компания засранцев вполне может стать лояльной и даже благодарной бригадой работников. Благодарной, разумеется, за то, что их не посадили.

Закончив мысль, я снова пошёл на турник. Сделал подход, отдышался и полез ещё раз.

Я подтягивался и прикидывал, что в целом всё складывается очень даже неплохо. Как выяснилось, старик ещё и очень даже способен закопать бандита в лесу между походом за сморчками и обедом. Правда, в этот раз, пусть даже из благих намерений, он допустил ошибку, и у него нарисовались интересные враги. Хотя теперь они не враги вовсе… Кстати, надо будет закончить процедуру передачи прав на аренду земли. Старый ворчун согласился, хвала небесам. Впрочем, это не самая важная тема на сегодня…

Сонный дед вошёл в бункер на середине второго подхода, держа кружку забористого травяного сбора.

– Чего ты, малец, подорвался ни свет ни заря? – Он зевнул и опёрся плечом на косяк.

– Проснулся как обычно. Это ты сегодня спишь долго.

– Так ты ж мне полночи голову дурил этими контрактами и фирмами… Ясное дело, я не выспался, – пробурчал он, сделал глоток и поморщился.

Я спрыгнул с турника и потряс руками:

– Валерий Святославович, у меня к вам разговор есть. Посерьёзней вчерашнего.

– Чёй-то? Дай проснуться хоть.

– Да, пожалуйста…

Так, ну, вроде чувствую себя уже получше… Можно и чуть размяться псионикой.

Я схватил гирю и кинул в старика. Дед, конечно, опешил, но всё равно вовремя пригнулся. Одна чашка осталась висеть в воздухе. А гиря сделала круг и вернулась на стойку. Голова слегка загудела. Так, всё. Хватит пока псионики…

– Ах ты! Едрить, напугал! Не трогай мои гири без спросу, понял⁈ А то я тебя!.. – пригрозил он мне, тряся блюдцем рядом с застывшей в воздухе кружкой чая, а потом резко успокоился: – Ладно… Что ты там хотел-то?

– Да я вот про Свету думаю… Помогать ей придётся всерьёз, и это не пара таблеток с массажем. Нужна база, нужны деньги и возможность ездить туда-сюда так, чтобы нас никто не срисовал. А чтобы нас не вычислили, нужна команда. Пусть сидят за компьютером и вовремя предупреждают о возможной опасности. За мной идут охотники, корпорация ищет Свету, и я не хочу однажды столкнуться с кем-то из них у калитки, не готовый к этой встрече. В моём деле у кого инициатива, тот и в дамках.

– Да-да… – махнул дед кружкой, – согласен. Только не понимаю, к чему ты всё это? Я тут тебе при чём?

– При том, что нас трое, и от вас, ваше пенсионерское величество, тоже многое зависит. Раз нас нашли какие-то мимокрокодилы, что мимо проходили, то спецы тем более доберутся. Недавно вон… – махнул я рукой, – первый засранец из столицы прилетел, получил полный ушат моего гостеприимства и скоро полетит обратно. И на его место придут другие. Да, конечно, можно было и прибить его, но это лишь оттянуло бы неизбежное… Однозначно будет война. И к ней нужно готовиться уже сейчас, пока тихо. Да и кто ещё к нам заглянет, кроме госохотников и корпоративных ищеек, – хороший вопрос. Рано или поздно кто-нибудь начнёт раскапывать наши следы и нас искать. И чтобы этот момент не проморгать, мне нужны люди, способные заметить движение в нашу сторону раньше меня. Я, конечно, крут, но я один. И, представь себе, иногда я сплю.

– Ага, – серьёзно кивнул дед. – Понял. Но не понял, на кой хер тебе эти бездари. Вот зачем они тебе? Чем они тебе подсобят?

Вопрос дед задал законный. Со стороны это и правда выглядит так, будто вместо армии я набрал себе группу недоучек. Только дед мыслит категориями драки, а бойцы мне сейчас не особо-то и нужны.

– Зачем они мне?.. Ну, с их помощью я решаю сразу три проблемы. Нет, даже четыре.

Мы присели на мат, и я принялся загибать пальцы:

– Первый: к тебе больше никто не поедет по поводу земли. Ездить будут в нашу ручную контору, а контора эта, к слову, больше не заинтересована ни в каких аферах и махинациях. В чём, кроме помощи мне, она ещё заинтересована, я пока понятия не имею. Надо будет придумать. Но на это время у нас есть.

Второй: те, кто пройдут тест на профпригодность, сядут в отдельном кабинете и будут помогать мне с поиском угроз. Для этого не нужно быть семи пядей во лбу. Считать всё будет компьютер, думать буду я, а им достаточно быть исполнительными. Вовремя прочитать, что пишет более умный, пусть и искусственный помощник из интернета, сообщить мне, а потом сделать, как скажу. С этим справится даже пенсионер вроде тебя. Но тебя я работать не отправлю.

– Страшно? – улыбнулся дед.

– Не то слово… – оглядел я спортинвентарь, которого этому монстру хватит для маленькой победоносной войны.

– Третий момент… – Я принялся растягиваться, пытаясь дожать не поддающийся мне шпагат. – Они… теперь у меня на крючке. И не будут творить всякую хрень. Маленькая помощь в наведении общегородского порядка. Улики есть на каждого, и это сильно упрощает моральную сторону давления на них. Сами виноваты. И им в целом повезло, что я обошёлся с ними именно так, а не как обычно.

– А четвёртый?

– Четвёртый… Он самый главный. – Я поднялся и слегка попрыгал, чтобы восстановиться. – У Светы до сих пор по ночам вспышки активности пси-энергии случаются. Сила тут ни при чём. Проблемы у неё в голове. Ей снятся кошмары, и они, вполне возможно, будут являться ей всю жизнь. Я знаю, о чём говорю. Мне мой кошмар снится до сих пор, хотя прошло уже двадцать лет. Так что её состояние я понимаю как никто другой. И гуманных способов избавить её от этого не так много. Можно спрятать или сгладить самые травмирующие воспоминания. Сделать так, чтобы она чувствовала себя в безопасности, чувствовала, что она дома, и не вздрагивала от мысли, что какие-то уроды её ищут. А для этого… – я вернулся к растяжке, только принял другую позу, – мне придётся очень точечно и очень осторожно работать с её восприятием и памятью. Работа настолько тонкая, что одна ошибка может стать фатальной. Но делать это нужно. Без устойчивой психики, без воли у неё не будет ни здоровья в теле, ни толком освоенного дара. Ты сам мне об этом когда-то говорил, между прочим.

– Было дело, – не стал отпираться дед.

– Вот мне и нужна была практика. Я потренировался на тех, кого в большинстве своём не особо жалко. Целый полигон вчера получил – четыре десятка человек. И с каждым поработал отдельно. С кем-то грубее, с кем-то мягче. Вспомнил приёмы, которым в обычной жизни применения не находилось, потому что на простых людях мне было страшно их пробовать. Зато теперь я уверен, что смогу Свете помочь, а не навредить ей ещё сильнее. Вот для чего мне понадобились подопытные кролики. Грех было не воспользоваться.

Дед молча покрутил кружку и сказал:

– Ну, тогда, наверное, да. Толк в этом есть.

Он встал с мата, поскрёб затылок и рассеянно уставился в пол.

– Я как-то об этом и не подумал.

Дед и не должен был об этом думать. Он всю жизнь решал проблемы по-своему, и в его картине мира тренируются исключительно на спортинвентаре, а не на мозгах юристов и бухгалтеров.

Смотрел я на него и видел мешки под глазами, которых ещё пару дней назад не было. Полночи он слушал мои рассказы, а до этого весь день гадал, что я там натворил.

– Знаешь что… Сегодня я тебя, пожалуй, оставлю одного. Ты тоже устал… И даже не отнекивайся: у тебя всё на лице написано. Тебя вся эта история напрягает. Ты переживаешь за меня, за себя и за девочку тоже. И скрываешь ты это так себе. Так что отдохни. А я с ней съезжу в пару мест. Пообщаемся, общий язык поищем. Объясню ей обстановку деликатно, чтобы не переживала. Насильно в её голову я не полезу. Пусть сама даст добро, тогда и займусь её самыми болезненными воспоминаниями.

Дед хмуро глянул на меня поверх кружки и принялся цедить свой чай. Две гири на полке задрожали, словно сомневались.

– Нет, ну…

Я тоже встал, заканчивая с растяжкой, и снова пошёл к турнику. Схватился за перекладину и повис лицом к деду.

– В общем, если хочешь, можешь поехать с нами. Но я бы посоветовал остаться. Во-первых, кто-то должен приглядывать за Надюхой. Она у тебя красавица, одна такая на всю деревню, и к гадалке не ходи, каждый прохожий ей будет глазки строить, а каждый третий тянуть шаловливые руки. А во-вторых… Будем откровенны: Свете и так нелегко говорить, а когда рядом сядут два старпёра, ей станет вдвойне сложнее открыться и найти со мной контакт. Так что давай так: я с ней, ты с Надюхой. И каждый занимается тем, чем должен.

Дед посмотрел в опустевшую кружку, скривился, поставил её на блюдце и, развернувшись, пошёл к лестнице.

– Делай что хочешь. Я как-то не в настроении…

Уже в проходе он обернулся:

– Пойду, забор перекрашу. А то тебя попроси, ты только испоганишь. Одни разводы и пробелы.

Он начал подниматься, продолжая бухтеть…

– Как можно так неумело красить⁈ Я в шоке вообще! Руки из жопы растут у нынешнего поколения…

* * *

Всю дорогу из деревни Света просидела в наушниках и в мою сторону не смотрела. Мешать я не стал, пусть слушает свои песни. Сам я по пути раз десять начинал в голове предстоящий разговор и всякий раз бросал на второй фразе. Репетировать такое бесполезно…

На городское кладбище я приезжаю раз в год, и каждый раз оградок прибавляется. За двадцать лет оно разрослось до самой трассы, и старую его часть теперь приходится искать по памяти.

Припарковался у ограды, вытащил из багажника коляску. Затем достал Свету и усадил на разложенный транспорт. Достал из салона цветы.

Света крутила головой, вцепившись в подлокотники. Так сильно нервничает?.. Ну, оно и понятно: взрослый мужик привёз её на кладбище и теперь молча куда-то катит. Я бы тоже на её месте весь извёлся.

– Не переживай. – Я остановился и присел рядом с коляской. – Я просто давно обещал кое-что сделать… Да и деду надо побыть одному, он просил. Заодно и ты немного развеешься. А то сидишь в четырёх стенах… А свежим воздухом надо дышать. Вот я и взял тебя с собой, чтобы и обещание выполнить, и тебя проветрить. Надеюсь, ты не против.

– Что это за кладбище? – наконец повернулась ко мне Света. – Что мы вообще здесь делаем? Зачем ты сюда приехал?

Три вопроса, а по сути – один. Только разными словами.

– Мы приехали навестить моих родителей. Сегодня двадцать лет, как я остался в этом мире практически один.

Света открыла рот и закрыла через секунду. Дальше мы двигались молча. Коляска катилась по дорожке между оградками, а я по привычке считал повороты: дорога к родителям выдолблена у меня на подкорке.

Парная могила была не тронута. И лавочка напротив неё всё так же на месте.

Оставил коляску рядом, а сам сел на лавочку и какое-то время просто смотрел на два портрета. Прошло двадцать лет… На фотографиях они выглядят даже моложе, чем я сейчас. А я даже не знаю, о чём они мечтали… кем видели меня… А теперь ещё и постороннего привёл. Никогда не думал, что буду сидеть здесь и что-то кому-то рассказывать.

Я вздохнул, протёр лицо ладонями и принялся наводить порядок, менять старые выцветшие пластиковые цветы на новые.

– Света, это мои родители. Когда мне было восемь, я их потерял. Стал сиротой, как и ты. Это был очень страшный вечер и очень страшная ночь. К нам ворвался грабитель. Не простой. Псионик. Пирокинетик. Он сжёг наш дом. Я выжил лишь чудом.

При слове «пирокинетик» Света вздрогнула. Огонь она видела совсем недавно и очень близко, так что тут мы с ней товарищи по несчастью.

Дальше я подбирал слова осторожнее, старался не давить…

– В ту ночь я и познакомился с дедом. Он меня из того ада вытащил. А потом стал мне вторым отцом… Без него я бы вырос, скорее всего, не человеком, а маленьким злобным зверем, – усмехнулся я и покачал головой. – Я, как никто, понимаю, что в самые тёмные и самые сложные минуты жизни человеку нужна рука помощи, чья-то поддержка… – Я помолчал немного, подбирая следующие слова, и продолжил: – Ты знаешь, что я владею телекинезом…

– Да… – кивнула Света.

– И знаешь, что я могу делать разные вещи с техникой.

Я закончил с уборкой и снова сел на лавочку.

– Твоя вторая сила. Это ведь редкость?

– Невероятная. Но и это не всё. Я ещё и менталист. Могу читать мысли и эмоции, могу ими манипулировать и заставлять людей делать то, что мне нужно, могу работать с памятью. Но у меня есть одно правило: если человек становится частью моего окружения, близким, фактически частью семьи, я никогда не лезу к нему в голову и не смотрю, что там у него происходит. До вчерашнего дня я даже не знал, что у деда, оказывается, есть враги, и что многих из них он где-то там, возможно, прикопал… Безумцы вообще… Лезть на него – это всё равно что лезть с лопатой на танк. Безумно, смело и очень глупо.

Света чуть улыбнулась. И я тоже. Первая улыбка за всю поездку – прогресс.

– В твои воспоминания, мысли и чувства я тоже не лез. Но… очень хочу. Это как раз мой профиль – помогать тем, у кого внутренние проблемы, у кого есть травмирующие воспоминания. Только я никогда туда не полезу, если ты не согласишься или сама об этом не попросишь. Я могу сделать так, что какие-то воспоминания ты забудешь. Только вот я о них узнаю и буду держать внутри себя. Ещё я могу сделать так, что каких-то вещей, которых ты боишься подсознательно, ты бояться перестанешь. Просто забудешь о страхе перед ними. Могу успокаивать тебя, когда снятся кошмары. Так твоя сила не будет вырываться непроизвольно, пока ты спишь. Всё это я могу сделать, но не буду, пока ты сама не скажешь, что тебе это нужно. Так я проявляю уважение к людям, что стали частью моей… Да, моей семьи.

Света слушала, не поднимая глаз. Говорить такое четырнадцатилетней девочке странно, но кому ещё?

Я посмотрел на могилы и встал. Сидеть я больше не мог, ноги сами подняли меня с лавочки.

– Когда я узнал о твоём существовании, – продолжил я, – я не смог смириться с тем, что ты там сидишь одна… Я вспомнил себя, того мальчика в клетке из огня, что либо задохнётся и сгорит, либо разобьёт окно и, несмотря на порезы, спрыгнет на землю со второго этажа в надежде, что после этого выживет. Других вариантов, кроме как спасти тебя, у меня не было. Для себя в тот момент я уже всё решил. А вот что будет дальше, зависит уже от тебя.

Помолчал. Разговоров такого рода я в жизни не вёл ни разу. Словно иду по полю с ловушками на каждом шагу…

– Ты, наверное, считаешь себя уже взрослой и умной. Четырнадцать лет всё-таки. Но, на самом деле, ты пока ещё больше ребёнок, чем взрослая. Впрочем, не суть… Если ты готова, если ты хочешь, я могу помочь тебе избавиться от того, что пугает тебя сейчас и, возможно, будет пугать всю жизнь, если ничего не сделать. Выбор за тобой. – Я вздохнул, остановился и посмотрел на Свету: – Мне такого, к сожалению, никто не предлагал… Мне пришлось жить со своими демонами… Хотя я и до сих пор с ними живу. А у тебя есть возможность от них освободиться. Хотя бы частично. Поделишься ими со мной, и мы вместе будем нести этот крест. Вдвоём гораздо легче, чем в одиночку. Ну, я, по крайней мере, думаю так.

Света молчала и смотрела на две могилы. Потом заёрзала в коляске, засопела, чихнула, шмыгнула носом, и всё это сразу, будто организм решил ответить за неё по всем пунктам. Я не сдержал улыбки: такой реакции я не ожидал.

Она почесала нос и, наконец, заговорила:

– Знаешь, ладно. Ты считаешь меня мелкой и думаешь, что я ещё ничего не понимаю. Я тебе докажу обратное. И у меня есть условия! Я согласна на твой план, но только в одном случае.

– Так, интересно… – Я наклонил голову. – Ты решила выставить мне какой-то ультиматум, претензии или что-то ещё?

– Нет, не совсем. Ты можешь залезть в мои мысли и узнать всё, что делает мою жизнь отвратной. Но взамен ты пообещаешь, что сделаешь из меня такого же монстра, как и ты.

Вот это хватка у девочки… Такой палец в рот не клади – по локоть руку откусит.

– Монстр… – улыбнулся я. – Никогда бы не подумал, что ты воспринимаешь меня именно так.

– Я тоже была в той лаборатории, – улыбнулась девочка в ответ, – и видела, что ты сделал. И как ты меня спас. Вот этому я бы и сама хотела научиться. Пусть у меня другие силы, но даже их, если верить тебе, можно развить настолько, что меня станет бояться весь этот город.

Что она там разглядела сквозь дым и огонь, вопрос отдельный, но впечатление у неё, судя по всему, сложилось цельное, и цели под него выросли соответствующего размера… Что ж, это даже неплохо.

Я подошёл к ней, провёл рукой по голове и взъерошил волосы. Она отбивалась, но не всерьёз.

– Бояться… Бояться тебя должен не город, а те, кто в этом городе замышляет всякое плохое. Город не виноват, что в него стекаются ублюдки всех мастей. В него приходят и хорошие люди. Такие, как ты, такие, как я, такие, как дед.

Я убрал руку.

– Ладно уж… Я сделаю всё, чтобы ты стала одним из сильнейших псиоников, если не этой страны, то хотя бы этого города. Договорились? – протянул ей руку.

Света пожала её, и хватка у неё оказалась на удивление крепкой.

– Я готова. Что мне делать?

– Ну-у… Давай сначала поедим.

– Опять⁈ – всплеснула она руками, и коляска качнулась.

Как-то она подозрительно сильно возмущена для ребёнка, у которого недавно ключицы торчали…

– Ладно! Но ещё одно условие! За покупками будем вместе ездить! И первая же наша остановка – это магазин одежды!

– Тебе мало? Или я что-то не то купил? – удивился я новому требованию.

– Само собой, ты купил какую-то фигню! Но у меня не всё так плохо, как у тебя. Ты вообще смотришь, во что одеваешься? Вечно в чёрном ходишь… Твой прикид разве что на кладбище актуален. Поэтому, как только мы пообедаем, переоденем тебя. Превратим в нормального человека. И это не обсуждается!

Глава 9

Ким и Гареев услышали шум в ту же секунду, как двери лифта открылись. В конце коридора грохнулось что-то железное, следом по плитке прокатилось что-то на колёсиках и поднялся такой мат, что медсестра за стойкой поста втянула голову в плечи от ужаса.

Оперативники переглянулись.

– Очнулся, – констатировал Гареев. – Опоздали.

– Опоздали, – коротко кивнула Ким.

«Какой же был хороший вариант… После встречи с Призраком пациент без сознания – просто клад! Как жаль, что до нас информация о нём дошла с таким опозданием. Не успели до него добраться, а он уже очнулся. Уже ничего не поделаешь…» – вздохнула Ким.

Дверь палаты с грохотом ударилась о стену, и в коридор вывалился здоровяк в больничной рубахе с распахнутым воротом. На ходу он выдирал из себя провода датчиков, катетер полетел на пол вместе с пластырем, а стойку капельницы он пнул так, что та с лязгом покатилась по коридору.

– Да пошли вы все на хер! – рявкнул он на бегущую следом медсестру. – Какого хрена вы меня тут держите⁈ Какие ещё исследования⁈ Какие, на хер, обследования⁈ Я здоров!

Медсестра остановилась и на всякий случай отступила на шаг. Здоровяк развернулся к лифту и упёрся взглядом в молча стоящую у него на пути парочку. Ким подняла удостоверение первой, Гареев следом раскрыл своё.

– Уважаемый Борис Валерьевич, – начала Ким, – рады, что вы пришли в себя после двух суток комы. И раз уж вы на ногах, переодевайтесь и пройдёмте, пожалуйста, с нами. У нас к вам есть вопросы.

– Какие, на хер, вопросы⁈ – Он смял в кулаке ворот рубахи. – Мне срочно надо улетать! Меня уже давно ждут!

– Ждут вас, конечно, – согласился Гареев. – Двое суток как ждут. Ещё пару часов подождут.

– Борис Валерьевич, у вас есть выбор… – Ким убрала удостоверение. – Вы можете пойти с нами по-хорошему, как уважаемый человек. А можете по-плохому. Тогда мы используем наши полномочия и всё равно приведём вас за собой. Решайте, Борис Валерьевич.

– А силёнок хватит?

– Можете, конечно, начать сопротивляться. В каком-то смысле мы будем рады подобному вызову. Мне, например, очень интересно помериться силами с бойцом «А»-ранга. А потом посмотреть, что скажет ваш хозяин…

– Работодатель.

– Как вам угодно. Что скажет работодатель, когда узнает, что вы сразились с двумя сотрудниками Департамента поиска и контроля псионически активных граждан при исполнении.

– Да в спеццентр отправят на север. В тайге будет кору грызть по расписанию, когда разрешат, – хмыкнул Гареев, не уступающий в размерах гостю. – А может, вообще в одной из правительственных лабораторий для особо буйных палату освободят. Там тоже обследования есть… Какая разница, где их проводить, верно говорю?

– Ага, – подтвердила Ким.

– Вы мне угрожаете? – удивился Борис. – Вы? Мне?

– По-дружески объясняем, чем всё может закончиться, – пожал плечами Гареев и несколько раз сжал и разжал кулак, показывая, что готов к битве.

Здоровяк набычился, и на шее у него вздулись вены. Он раздался в плечах за секунды, и рубаха на нём натянулась. Гареев молча опустил руки вдоль тела, и воздух над его ладонями заметно дрогнул и стал куда горячее прежнего.

Медсестра, что стояла за спиной Бориса, благоразумно ушла за стойку поста. Стояние затянулось, но в итоге успевший получить свою порцию позора Борис выдохнул и обернулся к медсестре:

– Одежду мою принеси. Я в гости еду. – Повернулся к парочке и, ещё раз смерив их взглядом, добавил: – Так уж и быть. Только давайте быстро. Что там у вас за вопросы?

– Про одежду – это вы верно заметили. Здесь атмосфера не слишком располагает к приватным беседам. Зададим их в другом месте.

Борис занял сзади полтора места и всю дорогу хмуро разглядывал город за окном. Ким с Гареевым тоже не горели желанием разговаривать, потому до управления ехали молча и старались не обращать внимания на запах от одежды выписанного из больницы пациента.

В управлении Ким провела гостя в переговорную на изолированном этаже и села за стол. Гареев через минуту принёс кофе из автомата.

Борис опасливо проверил стул и, довольный его крепостью, уселся, после чего взял стаканчик двумя пальцами. Кофе он пил мелкими глотками, а второй рукой держался за затылок.

– Поверить не могу… – бормотал он в стаканчик. – Как я вообще проиграл? Как это случилось? С кем дрался? Двое суток… Двое суток в коме провалялся, как последний…

– Что вы вообще помните? – Гареев сел рядом с Ким и поставил локти на стол. – Что там вообще было?

– Ни хрена я не помню. Прилетел сюда, должен был найти какого-то… то ли отморозка, то ли шпиона. Кого-то должен был найти. Встретить меня кто-то должен был. И всё. Больше ничего. Вырубился, а очнулся уже на больничной койке, весь в трубках да с катетерами… Что у вас вообще за гостеприимство в городе такое?

Ким слушала и параллельно работала. Гареев накинул на неё усиление ещё по дороге в переговорную, что позволило ментальному щупу Ким идти глубже, чем она рискнула бы пытаться пробиться в одиночку. Защита у психометаболика оказалась плотной. Каждый слой поддавался с трудом, потому продвигалась Ким очень медленно. Можно было и быстрее, но сейчас главное, чтобы гость не почувствовал…

– Скорее это гостеприимство выборочное, – заметила она вслух. – И направлено оно исключительно на вас. В связи с вашим заданием. Слышали о призраках?

– Да я их на завтрак ем, – фыркнул Борис и поморщился: – Нашли кем пугать… Скорее уж какая-то банда работала. Толпой навалились, по затылку дали.

– Может, и банда… – не стал спорить Гареев. – Это мы и хотим выяснить. Давайте по порядку. Зачем вы сюда прилетели? Осталось хоть что-то в голове?

– Нет, извините. Во-первых, это корпоративная тайна. Во-вторых, я реально ни хрена не помню. У меня не осталось ничего, чем я мог бы вам помочь.

– Телефон?

– Я от него даже пароля не помню. Не могу открыть. У меня буквально дыра в голове. – Он поставил стаканчик и потёр виски. – Помню только, что мне надо вернуться к своим. К боссу. И сказать ему, чтобы он больше сюда нос не совал, – оскалился он.

Ким и Гареев переглянулись.

«Угроза корпорации, вложенная в голову её сотрудника. Призрак не прячется от корпорации, он ей открыто угрожает. Для такого нужна смелость… Или очень большая уверенность в своих силах», – подумала Ким.

– То есть, вы вообще ничего не помните? – уточнила Ким. – А если мы покажем вам некоторые видеокадры? Сможете как-то вспомнить, восстановить картину?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю