Текст книги "Регрессор: Я разоблачу вашу суть. Книга 6 (СИ)"
Автор книги: Александр Кронос
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
Поймав себя на мысли, что всерьёз обдумывает угрозы неизвестного противника, Дмитрий тяжело вздохнул. После чего отвлёкся на завибрировавший телефон. На сайте «регрессора» только что был запущен обратный отсчёт. Судя по которому через тридцать два с половиной часа должно было произойти нечто важное.
* * *
Когда на тебя со всех сторон обрушивается чернота, из-за которой ничего не видно, становится не по себе. Даже если ты Защитник ранга «тета». Ради справедливости, спустя всего секунду моральные терзания отступили. Как обычно и бывает, если на тебя обрушивается море физической боли. Таких ощущений, пожалуй, не было с того самого момента, как я заперся в каюте парома, отчаливающего от берегов Южной Кореи и ждал, пока менос сольётся с моей собственной плотью.
Тогдашний болевой вал казался невыносимым. Однако те ощущения, которые я испытывал сейчас, многократно его превосходили. Как минимум по той причине, что я не был способен их заблокировать, даже учитывая, что являлся Защитником восьмого ранга.
Падение на каменный пол ощутилось весьма смутно. По сравнению со всем остальным это было абсолютно безболезненно. Пусть я и рухнул, как мне казалось, с высоты метров двадцати. Для «теты» это абсолютно безопасно. А вот всё остальное…
Прямо сейчас меня едва ли не выкручивало наизнанку. Разрывая во все стороны и заставляя молотить конечностями по породе. Краем сознания я улавливал приблизительно такие же впечатления со стороны Белого. Плюс мыслеобразы других варрбаев, связь с которыми снова была восстановлена. Да и чьи-то голоса сейчас тоже слышались. Но настолько неразборчиво, что понять какие-то точные фразы я был не в состоянии.
Наконец всё закончилось и я осознал себя лежащим в мелком каменном крошеве, которое сам же и создал, молотя руками и ногами по полу этой пещеры. На высоте метров пяти висели все остальные члены команды. А стены этой крупной полости были усыпаны варрбаями. Справа от меня что-то зашелестело – повернув голову, я увидел, как Белый стремительно закутывается в кокон. Судя по размеру которого, после этого апгрейда муравей должен был изрядно прибавить в размерах.
– Ну и чё? Как ты это ваще провернул, босс?
Застывший посреди пещеры Оливер озвучил вопрос, который сейчас наверняка крутился в головах всех присутствующих Защитников. Правда, тут имелся один маленький нюанс – мне самому был интересен ответ. Потому как что именно сделал Белый, рухнув в темноту, я не разобрал.
Поэтому, усевшись на полу пещеры, первым делом огляделся. Обнаружив, что в стороне валяются осколки поблёскивающего чёрного камня. Сложно сказать, какой формы он был раньше, но теперь этот кусок породы превратился в груду мелких обломков. Не нужно было являться гением, чтобы понять – именно его и атаковал Белый. Каким-то чудом почувствовав в момент удара кислотной кровью.
Следующим шагом стал анализ изменений моего собственного тела. Которое предсказуемо было насыщено энергией чёрного цвета. Та пронизывала абсолютно все клетки, в первую очередь концентрируясь внутри мышечных тканей. При этом перемешиваясь с частицами красной энергии, которая пропитывала всё тело.
На то, чтобы изложить всем остальным суть произошедшего, много времени не потребовалось. В том числе я рассказал и о словах про великих легеров-конкурентов. Которых, если верить «роботу», ровно двенадцать. Что подтверждало нашу предыдущую теорию – на той стороне в самом деле имеется дюжина конкурирующих команд, каждая из которых пытается включить Землю в свою условную сферу влияния.
Эта новость шокировала их, пожалуй, даже больше, чем колоссальный объём чёрной энергии, который оказался заперт в моём теле. Она была настолько концентрированной, что если глянуть на бицепс, то он буквально отливал чёрным цветом. С редкими вкраплениями красного.
Причины реакции были понятны. До того у нас имелась лишь теория, пусть подтверждённая отдельными фактами, но далёкая от цельной. Теперь же имелась информация, которая превращала её в относительно стройную систему. Я не имел ни малейшего представления, кем являлись те самые легеры-конкуренты, но мозг легко мог достроить схему.
Дюжина парней, которые по какой-то причине решают сыграть глобальную игру. Возможно, изначально не задумывая настолько большого размаха, но невольно создав полноценную систему. Которая, судя по фразе о ком-то под номером пятнадцать, существует уже очень давно. Если вспомнить, что каждый Защитник после достижения определённого ранга становился фактически бессмертным, думать о том, какой отрезок времени работает эта система, совершенно не хотелось. Однако суть оставалась неизменной. Двенадцать чужих команд, которые сражаются за влияние.
Всё это я обдумал уже после того, как мы покинули Изумрудный Столб. Ещё один удивительный факт – с момента спуска вниз и до появления того смерча, что возник после разрушения ключа-камня, прошло вовсе не несколько минут, как показалось мне. Для тех, кто оставался снаружи, минуло около часа. Поэтому следовало спешить – чем быстрее мы доберёмся до Парижа, тем лучше.
* * *
Гвоздарёв не представлял, как бы он справился с формированием новой структуры без способности чувствовать чужие эмоции. На процедуру отбора кандидатов Корпуса приходило такое безумное количество странных людей, что порой бывший капитан начинал сомневаться в адекватности человечества. Выручал только тот факт, что приблизительно пятая часть претендентов оказывалась исключительно адекватной и подходящей для несения службы.
Учитывая, что параллельно ему приходилось вести множество переговоров с самыми разными чиновниками на всех уровнях, ценность способности можно было смело умножать на три. Как выяснилось, когда ты чувствуешь эмоциональный настрой собеседника, любая дискуссия протекает намного более эффективно. Конечно, сейчас и так никто не собирался ставить палки в колёса Корпусу, однако Гвоздарёв предпочитал быть уверенным не на девяносто процентов, а хотя бы на девяносто девять.
Одно огорчало – внезапно грянувший кризис. Он только закончил набор претендентов и отправил первых из них на охоту в Серебряный Столб. Выстроив график и рассчитывая, что уже через неделю под его началом будет как минимум полторы тысячи Защитников рангом не ниже «гаммы». Ну или хотя бы тысяча. Офицер прекрасно осознавал, что ни один из составленных планов, каким бы убедительным он ни выглядел на бумаге, не может быть реализован полностью. Всегда появляются какие-то подводные камни. Проблемы, которые всплывают лишь в процессе. Вот только в его случае это был совсем не подводный камень. Скорее гигантский риф, который за какую-то секунду пророс из маленького коралла до гигантской скалы, что перекрыла половину моря. Никак иначе анонс будущей атаки из Серебряного Столба он назвать не мог.
Произойди это хотя бы через ту же неделю, когда сам Гвоздарёв намеревался стать «дзетой», а его отделение представляло бы собой не организацию, слепленную из новобранцев, а хотя бы насколько-то слаженное подразделение, всё было бы проще. Однако это произошло именно сейчас, когда готов он абсолютно не был. И пусть Василина прислала отряд из ста двадцати Защитников, этого всё равно было недостаточно. Тем более среди его людей было немало тех, кто лишь получил ранг «альфа». Их тоже пришлось эвакуировать.
При этом французское правительство официально запросило помощи Корпуса в эвакуации города. И, само собой, подразумевало, что они займутся ликвидацией вторжения, если таковое последует. Сейчас сюда летел десантный самолёт, на борту которого находился Лагов со своей личной гвардией. Что несколько приободрило французов. Тем не менее с эвакуацией имелись проблемы.
Несмотря на то, что у них были сутки, люди не успевали покинуть город. Ещё до того, как правительство начало организованную эвакуацию, загружая людей в автобусы и грузовики, дороги оказались переполнены частным транспортом. Что создало неимоверные заторы. Настолько гигантские, что золото, драгоценности и деньги из французских банков пришлось вывозить вертолётами.
Проблемы не решили до сих пор – выбраться из города было крайне сложно. Трассы, которые вели оттуда, тоже были забиты машинами. Власти пытались оттянуть их как можно дальше, разворачивая палаточные лагеря для беженцев либо размещая их в пустующих государственных и муниципальных зданиях на территории других городов. Но это всё равно было сложно. Буквально час назад было принято волевое решение заблокировать целые кварталы, с тем чтобы пустить по некоторым улицам сплошной поток автомобилей. Без светофоров и остановок. Одновременно сделав то же самое с трассой, на которую вели эти улицы. По расчётам французской полиции, это должно было вдвое ускорить эвакуацию.
Загвоздка была в тех самых заблокированных кварталах. В теории, согласно расчётам полицейских, большинство людей, которые оказались заперты, должны были выбраться приблизительно за такое же время, как если бы продолжали движение. В основном за счёт того, что эвакуация станет быстрее.
Один только нюанс – объяснить это жителям этих самых кварталов, которые не могли их покинуть и видели, как из города уезжают другие, было почти невозможно. Стычки начались почти сразу. Спустя полчаса полиция запросила помощи Защитников. Численность полицейских подразделений внутри города была ограничена, а ввиду полной загруженности дорог подкрепление к ним подойти никак не могло. Они, конечно, попытались перебрасывать экипированных жандармов вертолётами, но техники было слишком мало, чтобы обеспечить достаточное количество бойцов. Тем более резервов у полицейских тоже почти не было – персонала едва хватало, чтобы контролировать ситуацию среди миллионов покидающих город беженцев.
Самым простым вариантом было ответить отказом. Но наблюдать, как парижане громят собственный город, Гвоздарёв не стал. Проконсультировавшись с Лаговым, дал команду вмешаться. Для начала используя убеждение и объясняя, что они всё равно смогут покинуть город. Ну а если это не срабатывает – пускать в ход силу. Избирательно.
В какой-то мере это подействовало. Беспорядки прекратились. Даже арабы, которые уже прорвали полицейское оцепление, перерезав одну из дорог, по которой парижане уходили из города. И отчего-то начали строить там баррикады, параллельно пытаясь поджечь соседние дома, успокоились.
Сложно не угомониться, когда против тебя человек, способный за секунду растереть всех бунтующих в кровавую пыль. Минус был только в том, что для этого пришлось задействовать почти всех Защитников, присланных Василиной. Около Серебряного Столба, если не считать самого Гвоздарёва, осталось пятнадцать бойцов. Плюс около сотни «бет» из местного отделения и несколько «гамм» с «дельтами». Негусто. И пусть до озвученного «регрессором» времени оставалось ещё немало, Игорь предпочёл бы располагать более серьёзными силами.
Прямо сейчас он стоял на крыше одной из ближайших к Серебряному Столбу высоток, наблюдая за ним. Когда за спиной вдруг послышались шаги, обернулся, думая увидеть кого-то из своих Защитников. Внезапно обнаружив, что там стоит не кто иной, как Константин Лагов.
Сначала удивился. Потом вспомнил, как давно командующий Корпусом вылетел из Каргополя.
– Вы уже прибыли? Что там за самолёт такой был?
Шагнувший вперёд Лагов, от которого вдруг повеяло настолько колоссальной мощью, что капитану захотелось убраться на соседнюю крышу, улыбнулся.
– Самолёт ещё на полпути. Докладывай, что тут у вас. Есть у тебя сейчас кто-то в Серебряном мире?
Глава XIV
В Париж я прибыл раньше всех остальных. Переоборудовать под нас десантный самолёт не успели, однако он уже имелся. Чем я благополучно воспользовался, вылетев на нём вместе с командой. А после того, как тот пролетел треть маршрута, спрыгнул – хотелось испытать себя и посмотреть, какую скорость смогу развить после всех изменений. Очень быстро выяснилось, что реальная скорость в одиночном режиме достигает около двух с половиной тысяч километров в час. Зашкаливающе много. Если рассудить, теперь мне вовсе не был нужен самолёт. Хотя определённые плюсы в перемещении на транспорте были. Как минимум мне не требовалось концентрироваться и можно было отдохнуть.
Зато в Париже оказался первым. Успев сначала обсудить ситуацию с Гвоздарёвым, дать по настоянию Твардовского несколько комментариев журналистам, а потом заглянуть в Серебряный Столб.
Корпус только начал ставить там маяки. Тех было размещено всего два. Один – около побережья, где водились животные, которых называли серебряными касатками. Гигантские хищные махины, что охотились на крупную добычу. Второй поставили посреди континентальных хвойных лесов. Высоченных деревьев с длинными, тяжёлыми, отливающими серебром иглами.
Внутри Серебряного Столба оказалось лишь два отряда новичков. Часть из них была «альфами», а некоторые вовсе отправились в первый раз, рассчитывая получить начальную порцию меноса. Ситуация с рангами у европейского отделения Корпуса была плачевной, так что Гвоздарёв не желал упускать ни единой свободной минуты. Планируя использовать всё время, которое осталось до начала мерцания Серебряного Столба.
Сам я побывал на побережье. Посмотрев на мир изнутри собственными глазами и убедившись, что там нет ничего такого, что бросалось бы в глаза. Что до новичков – они как раз охотились в лесу. Гвоздарёв отправил к ним посланника с приказом возвращаться, и спустя час все они действительно вышли из Столба. Поднятие рангов было крайне важной задачей, однако рисковать людьми, которые уже являлись членами Корпуса, я не собирался.
Пускать на самотёк ситуацию с Рё Ёсидой тоже не улыбалось. Поэтому вместо Бразилии Франсуа вылетел в Японию. Канадец должен был всё это время находиться рядом с главой Федерации Защитников Японии, обеспечивая его безопасность. Учитывая разницу между публикациями, Ёсида должен был погибнуть спустя семь с небольшим часов после инцидента с Серебряным Столбом. Добраться туда самостоятельно я никак не успевал. Разве что в Париже совсем ничего не произойдёт и можно будет немедленно сорваться с места. Но такой поворот событий означал бы, что и прогноз по поводу Рё Ёсиды совсем не обязательно должен быть верным.
Белый пока не вылупился из своего кокона, а вот я активно экспериментировал с новой энергией. Убедившись, что та может с молниеносной скоростью восстанавливать мою плоть и делать наносимые удары крайне разрушительными. Ещё у меня получалось выпускать небольшое её количество за пределы тела. Правда, объёмы были совсем скромными. Буквально облачко. К тому же я не совсем понимал, что мне с этим самым облачком делать.
Ещё внутри свербило небольшое сомнение по поводу Петербурга. Казалось, что, учитывая мою новую скорость, стоило туда залететь и побывать в обеих лабораториях. С другой стороны, неизвестно, как бы я отреагировал на ещё одну цветную энергию. Сейчас их и так было четыре. Отключись я после поглощения пятой, например, на сутки – ситуация вышла бы крайне неловкой. Если не сказать больше. К тому же я хорошо помнил, как реагировал на нашу находку из Жёлтого мира. Ничуть не лучше Наненды. С той лишь разницей, что мог чуть лучше себя контролировать за счёт высокого ранга.
– Скоро начнётся, Лагов-сан. Ещё десять секунд, и всё.
Покосившись на Каори, которая сидела рядом со мной на крыше высотки, потягивая мелкими глотками «Асахи», я перевёл взгляд на Столб. С другой стороны Оливер ударил меносом, распылив на атомы пустую банку из-под «Гиннесса».
– Ну чё? Понеслось!
Вскочив на ноги, он сделал движение, будто разминает плечи, тоже уставившись на серебристого колосса. Сейчас на него смотрели все. Начиная с нашей маленькой группы, которая находилась ближе всего, и заканчивая остальными Защитниками, что выстроились кольцом в радиусе двухсот метров.
Когда Столб действительно замерцал, я подался вперёд, остановившись на самом краю крыши. Перед глазами висело сразу несколько картинок, которые транслировали варрбаи. А сам я пытался обнаружить около Серебряного Столба любые признаки жизни. После пяти бликов мерцание прекратилось. Вот только ничего не произошло. Столб оставался на своём месте. Париж тоже был цел – ровным счётом никаких изменений в окружающей обстановке.
Так я думал ровно до того момента, как слева послышался звук, с которым что-то падает в лужу. Поднявшись в воздух, я рывком сместился в сторону. С удивлением обнаружив, что припаркованные внизу автомобили, владельцы которых, видимо, эвакуировались государственным транспортом, один за другим обращаются в расплавленные лужи металла. Стоило взлететь чуть выше, как стало ясно – то же самое происходит со всеми машинами вокруг. Причём каждая из этих луж блестящего металла устремляется прямо к Серебряному Столбу.
Потом заскрежетало одно из зданий. Следом сразу десяток построек. Относительно невысоких – тех, что находились ближе всего к серебряному колоссу. Из каждого плеснуло небольшое озерцо расплавленной лавы, а сами они осыпались вниз.
Долго наблюдать за этим мы не стали. Уже в следующую секунду я пустил в дело тепловую способность, пытаясь охладить металл и остановить процесс. Вот только из этого ничего не получилось.
Равным образом провалилась попытка остановить его с помощью воздуха. Сквозь воздушный барьер расплавленная жидкость не проходила, но с невероятной скоростью огибала его, просачиваясь к Серебряному Столбу. Тогда я установил барьер, который окружил со всех сторон сам Столб, сравнявшись с ним по высоте и прикрыв сверху. Его расплавленный металл преодолеть не смог. Рванул вверх, растекаясь по всей поверхности установленного купола. Однако глобально на ситуации это никак не сказалось. Все металлические предметы, которые находились недалеко от Столба, продолжили последовательно плавиться. Поэтому преграду пришлось убрать. Концентрация на ней отнимала ресурс, который я мог использовать для чего-то более нужного. Например, для попытки остановить этот процесс.
За следующие десять минут мы перепробовали всё. Начиная от объединённых воздушных ударов и молний Кремер, либо создания рва, который окружал бы Серебряный Столб, и заканчивая живым щитом из тысячи клонов Оливера, прикрытых бетонными доспехами. Ничего из этого не сработало. Жидкий металл продолжал стекаться к Серебряному Столбу. Благополучно перетекая через ров, двигаясь с колоссальной скоростью и постепенно формируя что-то вроде озера, которое окружало монолит со всех сторон.
– А это ещё чё такое? Зырьте!
Отвлёкшись от собирания расплавленного металла в гигантский ком, с тем чтобы поднять его на орбиту и запустить в космос, я повернул голову. Заметив краем глаза висящего в воздухе Оливера, который указывал на что-то около Столба. И тут же осознал, что наши проблемы вышли на качественно новый уровень. Из озера расплавленного металла, которое плескалось около Столба, вырастала гигантская человекоподобная фигура.
* * *
Каори Окада приняла окончательное решение по поводу своей будущей жизни. Казалось бы, девушка определилась ещё давно. Однако заявление на увольнение с государственной службы ею было написано только сегодня. Одновременно с этим ушёл рапорт, в котором она объясняла, что не способна проходить дальнейшую службу. Не может больше служить японскому правительству ввиду того, что отныне намерена сконцентрироваться на службе Корпусу и спасении человечества. При этом готова прийти на помощь Японии в случае необходимости.
Последняя формулировка была скорее данью уважения. Потому как у Японии имелась Федерация Защитников во главе с Рё Ёсидой. Не говоря уже о Всеяпонской женской гвардии Лагова. Которая Каори, с одной стороны, немного раздражала, а с другой – щекотала самолюбие. Пока тысячи молодых красивых девушек покупали себе вибраторы, на поверхности которых были изображены иероглифы, означающие имя Лагова, она имела возможность спать с ним лично. Чем не повод для гордости?
Однако имелся один небольшой нюанс – в нагрузку шла обязанность спасать мир. Например, сражаясь с гигантским великаном, который сам себя собрал из расплавленного металла.
Колоссальных размеров махина казалась абсолютно неуничтожимой. Они испробовали на ней практически всё. Начиная от воздушных ударов и заканчивая самыми разнообразными способностями. Помимо их небольшой команды, рядом находился отряд Защитников, присланный из Каргополя. Плюс группа британцев. Все они сейчас усиливались Константином и активно использовали свои способности, пытаясь нанести хотя бы какой-то ущерб противнику. Тщетно. Колосс продолжал бушевать. Наступал, сметая своими ударами целые здания, и поглощал расплавленный металл, становясь ещё крупнее и сильнее.
Если изначально рост этой махины не превышал семи метров, сейчас она, кажется, выросла до пятнадцати. А может быть, стала ещё выше. Каори уже не была ни в чём уверена. Единственное, что заставляло гигантского монстра притормаживать, – их совместные воздушные удары. Под ними его жидкий корпус прогибался, а великан становился медленнее. Однако полностью заблокировать его таким образом было невозможно. Эта колоссальных размеров тварь проломила даже воздушный барьер, поставленный самим Лаговым.
Кислотная кровь Константина тоже оказалась бесполезной. Равно как каменные щупальца Оливера. Они, кажется, перепробовали абсолютно все варианты, но враг всё равно продвигался дальше. Не говоря уже о том, что по другим направлениям продолжали рушиться дома, а расплавленный металл из них стекался к Серебряному Столбу.
В какой-то момент Лагов вдруг окутался тем же белым барьером, который использовал для прыжка в Изумрудном мире. Следом закрутил вокруг себя красный вихрь. Опустил копьё, сжимая его обеими руками, и с колоссальной скоростью рванул вперёд. Окада была «дзетой», но сейчас не смогла уловить даже тени его движения. Скорее всего, Константин использовал импульс, позволяющий ему ускориться ещё больше. Становясь незаметным даже для её класса.
Миг – и голова великана плеснула в разные стороны фонтанами расплавленного металла. А в полусотне метров позади него притормозил Лагов. К счастью, полностью целый и продолжающий держать в руках копьё. На секунду Окаде показалось, что решение может быть эффективным. Потому что голова назад не соберётся, а за следующие несколько ударов Константин вполне может развалить великана на части.
Ожидания не оправдались – спустя мгновение гигантский череп полностью восстановился, а противник начал поворачиваться назад, будто пытаясь рассмотреть обидчика. Сама же Каори увидела вещь, которая заставила девушку вскрикнуть. Из расплавленного озера вокруг Серебряного Столба поднимались новые человекоподобные фигуры. В этот раз сразу три.
* * *
Франсуа прибыл в Токио заранее. Задолго до того времени, после которого должен был перестать дышать Рё Ёсида. Конечно, если верить заявлению «регрессора».
Встретили канадца максимально радушно. Правда, сам бы он предпочёл быть сейчас в Париже, вместе со всеми остальными. Но что такое командная работа, уроженец Квебека знал и подводить шефа не собирался. Тем более в Токио ему нравилось. Пусть даже эмоции японцев не всегда были позитивны. Для них он всё же оставался белым варваром и иностранцем. Человеком, априори стоящим ниже островной нации.
Возможно, эти парни проиграли Вторую мировую войну, но вот предрассудки, укоренённые в головах, будут жить ещё долго. Тем не менее большинство жителей островного государства визиту Лебуа были рады. Некоторые представительницы женского пола настолько, что в иных обстоятельствах мужчина был бы совсем не против на них отвлечься. Например, попросить показать утренний вид из окна их спальни.
Но прямо сейчас у него имелось важное задание, которое канадец собирался выполнить, – не допустить гибели главы Федерации Защитников Японии. Из-за чего прямо сейчас находился вместе с Рё Ёсидой в штаб-квартире этой самой Федерации. Где оба смотрели прямую трансляцию из Парижа, которую вёл один из местных телеканалов. Съёмочная группа находилась на вертолёте, что нарезал круги вокруг Серебряного Столба.
В первые секунды Франсуа показалось, что справиться с ситуацией будет не так сложно. Тем более там был сам Лагов. Расплавленный металл, пусть и выглядел опасно, но сделать с ним можно было много всего. Однако по мере развития событий стало ясно, что конкретно этот металл не так уж и прост. Как бы его ни пытались вернуть в прежнее состояние, тот успешно сопротивлялся. Тогда как воздействие ширилось всё дальше и дальше.
После того как рядом со Столбом выросла гигантская фигура великана, Лебуа окончательно понял – бой будет одним из самых сложных.
Единственное, чего он не понимал, – почему шеф до сих пор не использовал медь. После всего случившегося первое, что делал любой Защитник при столкновении с неизвестным, – пытался понять, не сдохнет ли это нечто после контакта с медным порошком. Либо, в некоторых случаях, с медными пулями. Тем не менее Константин пока даже не пытался провернуть нечто подобное. Зато пошёл на таран, разнеся половину громадной головы. Правда, без особых результатов. Великан тут же собрался обратно и ринулся на Константина. А около Серебряного Столба поднялись сразу три фигуры его собратьев. Пониже ростом и не таких широкоплечих, но тоже громадных.
В этот момент завибрировал телефон, и Франсуа недовольно поморщился, оттолкнув его чуть подальше. Лишь через секунду осознав – если он услышал сигнал, значит, сообщение отправил кто-то из находящихся в списке исключений. Все прочие оповещения проходили бесшумно. Поэтому уроженец Квебека протянул руку, разблокировал телефон и клацнул по уведомлению.
Им оказалось послание от контакта со стороны Штатов. Тот ставил Франсуа в известность о первом крупном прорыве в поисках «регрессора». Они нашли его фотографию. Объект случайно попал на запись видеорегистратора одного из автомобилей в момент, когда не был прикрыт оптической иллюзией. Его уже опознали все пятеро выживших сотрудников фирмы, а сводная следственная группа установила личность. Прямо сейчас американцы занимались отслеживанием всей активности данной личности, пытаясь понять, где он может находиться.
Заканчивалось всё это словами о том, что Штаты были бы признательны, приди Франсуа им на помощь после того, как местоположение цели будет окончательно установлено. Причём озвучено было в таких оборотах, как будто поиск этого парня был их собственной инициативой, а не результатом действий Корпуса.
Для начала Лебуа продублировал это сообщение Дмитрию. Лагову сейчас точно было не до того. Но как минимум требовалось поставить в известность главу гражданского сегмента Корпуса. Потом канадец принялся набирать ответ. Но не успел набрать и пары предложений, как рядом послышались изумлённые восклицания.
Рё Ёсида. Японец, что только что взирал на битву в Париже, вдруг опустил голову на стол, замерев в такой неудобной позе.
– Ещё ведь не время! Что происходит?
Проигнорировав крик одного из Защитников, который находился в комнате, Франсуа одним прыжком перемахнул стол, оказавшись рядом с японцем. Повёл взглядом вокруг, пытаясь отыскать чужой менос. Никого. Мог кто-то подобраться, пока он читал сообщение? Маловероятно. Тем более они в здании штаб-квартиры. Вокруг десятки Защитников, все окна и двери заперты. Противнику, даже прикрытому мощнейшей оптической иллюзией, банально не пройти без повреждения стен или окон. Разве что он сквозь них просочился.
Скрипнув зубами, Франсуа опустил взгляд на Ёсиду. Глава Федерации был ещё жив. Его сердце билось, гоняя по венам кровь, а головной мозг продолжал работать. На первый взгляд вовсе могло показаться, что он попросту спит. Если бы не одна маленькая деталь, которую канадец видел при помощи своей способности. Где-то в районе грудной клетки имелась небольшая клякса, что постепенно расширялась во все стороны. Пространство, внутри которого разрушался сам менос.
* * *
Мы перепробовали всё, так и не поняв, как можно уничтожить врагов. Как можно хотя бы сдержать противника. Я мог технически отсечь расплавленный металл от Серебряного Столба. Только на сам процесс это никак не влияло, а лишь переносило сборку новых противников за пределы барьера. Тогда как сдерживать тех, что находились внутри, было очень сложно.
Выстроенный из чистого прессованного воздуха купол великаны без особых проблем проламывали. Вернее, пробивались сквозь него, проходя сквозь воздух, как терминатор через решётку. Для того чтобы их удержать, нужно было непрерывно концентрироваться. Только так можно было создать многослойный барьер, в котором было бы несколько десятков уровней защиты. Пробиться через такой у этих исполинов не выходило. Особенно если наносить встречные локальные удары. Но это было совсем не то, что требовалось.
При этом я то и дело замечал искры цветной энергии, которые мелькали в расплавленном металле. В этот раз они были оранжевыми. Очередное несовпадение. Уже пятое по счёту. Когда мы разделаемся с этой проблемой, аналитикам будет на чём поломать голову. При условии, что победа всё же останется за нами.
– Мир будет наш!
Я вздрогнул. Рёв самого громадного из великанов прозвучал абсолютно неожиданно. Вот уж чего я не предполагал, так это услышать, как один из них разговаривает.
Хотя, если подумать, они походили на разумных. Самый крупный командовал остальными, направляя их действия. И регулярно оглядывался по сторонам, выбирая цели. Причём сознание у них, кажется, было не коллективным. Каждый из металлических великанов вёл себя более или менее автономно.
Пытаясь понять, из-за чего меня зацепила эта мысль, я снова ударил воздухом, рассекая поток расплавленной лавы, который хлынул к самому крупному из великанов, что уже по своей высоте превосходил пятнадцатиэтажное здание. Эти сволочи вбирали в себя абсолютно любые металлы, включая медь. Универсальное оружие Защитников в данном случае оказалось полностью бесполезным.
В следующую секунду внизу осело сразу несколько построек, а в моей голове вдруг полыхнуло озарение. Синеглазые использовали белую энергию, чтобы ментально подчинять людей. При этом в качестве инструмента для воздействия выступал голос. Я уже пробовал кинуть каплю зелёной энергии в одного из металлических гигантов. Та прошла насквозь, не задержавшись в его теле, в процессе дав мне ощущение лёгкого контакта с чем-то вроде базовых эмоций. Не более того.
Однако один из великанов только что продемонстрировал признаки наличия разума. А значит, ход, который применяли синеглазые, может сработать. Единственное препятствие – до этого момента я ни разу не экспериментировал с белой энергией в таком формате. Мысли об этом были ещё в Рейкьявике, но тогда возникли очевидные проблемы с подопытными. А потом это просто вылетело из головы. События шли настолько плотно, что было не до размышлений.
