Текст книги "Регрессор: Я разоблачу вашу суть. Книга 6 (СИ)"

Автор книги: Александр Кронос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Annotation

Я заберу ваши силы. И спасу мир. Один раз мы уже пробовали – победили, одновременно проиграв. Луна разлетелась осколками, Землю растёрло в порошок и даже Марс получил свою порцию ярости.

Последний козырь вернул меня сюда. В 29 апреля 2028 года. За двое суток до того, как на Землю рухнут двенадцать гигантских Столбов, прилетевших из глубин космоса.

Мне известно многое из того, что произойдёт дальше – от биржевых котировок во время паники, до стратегии правительств и поведения Защитников. Кто, где и когда получит свои силы. Способности, которые я заберу себе.

Раньше я полагался на людей и их обещания. Верил, что наш лидер знает, как лучше. Теперь я сделаю всё иначе. Сам. Этот мир будет спасён. Хочет он того или нет.

Регрессор: Я разоблачу вашу суть. Книга 6

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава X

Глава XI

Глава XII

Глава XIII

Глава XIV

Регрессор: Я разоблачу вашу суть. Книга 6

Глава I

Ход противника был ошеломительно неожиданным. Настолько, что я на момент даже растерялся. Слишком нагло всё это выглядело.

Мне ссылка на это видео, скорее всего, тоже пришла. Телефон я пока не доставал. Однако седьмой ранг открывал широкие возможности. В том числе позволял такую мелочь, как услышать содержание записи, запущенной на сотнях телефонов.

Сразу же, как журналисты ознакомились с видео, на меня обрушилась новая лавина вопросов. Неимоверное количество, посвящённых одному и тому же– насколько правдивы слова синеглазого и есть ли у меня что-то, способное их опровергнуть. Репортёров обуял азарт. То самое профессиональное чувство, которое заставляет парня, зарабатывающего относительно скромную зарплату, заниматься расследованием коррупции или другого криминала. Подставляясь под удар и рискуя своей жизнью ради того, чтобы просто добиться правды. Если не вести речь о карманных или государственных медиапроектах, именно в этом и заключается суть журналистики. Рассказывать правду, попутно монетизируя трафик за счёт рекламы.

Теперь же всё это обратилось в мою сторону. Что касается фактуры– у меня она имелась. Вот только доказать её объективность я никак не мог. Воспоминания лаффара жили лишь в моей голове. Точно так же, как и память лэйка. Я даже не стал об этом заявлять, потому что в это всё равно никто бы не поверил. Тогда как мне пришлось бы раскрыть одно из своих серьёзных преимуществ. По той простой причине, что мне казалось, поглощение памяти стало новой способностью. Если самый первый раз можно было списать на уникальность ситуации с лаффаром, то поглощение воспоминаний лэйка– уже совсем другое. Для надёжности было бы неплохо протестировать эту самую потенциальную способность в третий раз. Но не убивать же кого-то специально ради этой задачи.

Тем не менее историю с лаффаром я им всё равно рассказал. Озвучил, что туземец ушёл по ту сторону Серых Столбов, а вернулся обезумевшим психопатом, который свято верил, что спасёт своё племя, если уничтожит Землю. Из чего вытекал логичный вопрос– какое такое вечное счастье обещают на той стороне, если пришедший оттуда абориген Изумрудного мира пытался растереть человечество в порошок.

Это дало базис, на который можно было опереться. Я же двинулся дальше, развивая свои мысли и постепенно превращая их в теорию. Причём делал это под видом ответов на вопросы журналистов. Выбирая те, которые мне подходили. И стараясь работать исключительно с репортёрами, что были настроены более-менее позитивно. Подобная стратегия позволяла держать ситуацию в рамках управляемости.

На первый взгляд я справился. Моя импровизированная версия оказалась достаточно убедительной, чтобы подавляющее большинство журналистов в зале излучало доверие. Однако, когда пресс-конференция закончилась и я переместился в заднюю комнату, оказалось, что всё не настолько радужно.

– Думаю, нам надо что-то сделать. Может быть… даже не знаю. Ввести чрезвычайное положение на всей планете?

Столкнувшись взглядом с Кремер, я вопросительно приподнял брови. А сама немка кивнула на мой телефон, который был закреплён в чехле на поясе.

– Проверь данные Твардовского.

Оливер и Каори промолчали, но их настроение я хорошо чувствовал. И оно было однозначным– расклад явно не в нашу пользу.

Профессор действительно прислал файл. Краткие выкладки по ситуации с замерами происходящего в социальных сетях. Отталкиваясь от которых можно было уверенно сказать– ситуация пока не стала критической, но точно была хуже, чем до пресс-конференции.

Твардовский уже работал над созданием нового образа врага. Но сам же упоминал в письме, что это будет сложно. В этом конкретном случае речь шла о неизвестном противнике, который нацелен исключительно на Корпус. Угрозы для всего остального населения планеты не было.

Небольшой варрбай, которого я взял с собой, засунув в нарукавный карман, высунул оттуда голову и недовольно пискнул. Муравьи тоже ощущали мои эмоции и, насколько им позволял разум, осознавали происходящее. Отвечая коллективным желанием найти кого-нибудь из синеглазых и оторвать ему голову.

Идея была весьма привлекательной. Остался лишь один маленький вопрос. Где этих самых синеглазых искать? С опубликованным видео уже работала команда технарей. Но шансы на то, что они обнаружат какие-то реальные данные, были близки к нулю. Противник уже зарекомендовал себя как неплохой стратег и манипулятор. Глупо было считать, что он допустит настолько грубую ошибку.

– Япония всё ещё за вас, Лагов-сан. Возможно, всё-таки стоит переместить штаб-квартиру?

Как ни странно, Окада была права. Судя по рейтингам, одобрение деятельности Корпуса на территории Японии было максимальным из всех стран. Что радовало– совсем скоро там должен был приземлиться самолёт Франсуа. Не хотелось, чтобы он был вынужден действовать, окружённый протестующими.

– Гляньте, чё творит-то. Бахнуть и подвзлететь! Это ж… как у него язык-то повернулся.

Поняв, что на него устремились три вопросительных взгляда, Оливер, в ухе которого торчал наушник, переключил звук телефона на динамик. И помещение за кулисами римского конгресс-холла заполнили звуки английской речи. Монарх Соединённого Королевства Генрих Девятый только что выступил с обращением к нации. Призвав её сплотиться и подчиняться решениям законной власти. Напомнив, что с юридической точки зрения Корпуса не существует. В целом же его деятельность требуется заморозить либо поставить под жесточайший государственный надзор.

Слова звучали ярко, а выступление, я уверен, было не раз отрепетировано. Что автоматически заносило короля в список наших противников. Сам он тоже должен был это прекрасно понимать. И осознавал– после такого демарша к нему наверняка заявится кто-то из местных Защитников.

Поэтому, досмотрев видео, я сразу же отправил сообщение Тессе и Лавинии. С распоряжением не приближаться к монарху и никого к нему не отправлять. Максимум– вести дальнее наблюдение. Желательно исключительно техническими средствами. Следом ушёл ещё один приказ– на этот раз всем руководителям отделений и офисов Корпуса, которые имелись на данный момент. Суть была проста– сократить до минимума активность. На ту сторону одновременно отправлять не более десяти процентов Защитников, а всех остальных стянуть в местные штаб-квартиры. Где и оставаться, будучи готовыми при необходимости держать оборону.

Отель для нас уже был зарезервирован, но вместо этого я повёл команду к Тибру, где мы расположились под одним из мостов. Усевшись на металлическую балку, что проходила ниже.

– И чё теперь будем делать? Откуда эти типы вообще вылупились? Чего хотят?

Кремер, которая сидела между мной и Оливером, тихо хмыкнула, глянув на валлийца.

– Стравить нас и всех остальных. А может, даже расколоть Корпус. Чтобы мы не делом занимались, а пробоины латали.

В этом вопросе я с немкой был по большей части солидарен. Кем бы ни были эти парни с синими глазами, ставку они делали на информационное противостояние. Активно пытались загребать жар чужими руками. Если вспомнить, какое количество новичков сейчас было среди членов Корпуса, вероятность раскола и правда была велика. Всех претендентов отбирали, проверяя на эмоциональный фон. Однако тогда речь шла исключительно про непересечение красных линий. Отсутствие болезненной тяги к власти и того, что могло бы указывать на потенциальное злоупотребление в будущем. Это никак не пересекалось с новой опасностью, что возникла после публикации видео.

При этом делать что-то требовалось. Причём желательно срочно. Вот только никаких здравых идей в моей голове пока не было. Твардовский, конечно, сейчас развернётся на информационном фронте, но это не та битва, которую можно выиграть, сражаясь исключительно в медиапространстве. Нужно было найти источник угрозы и задавить его. А как это сделать, если противник мог записать это видео откуда угодно?

Если не считать его, единственной зацепкой был отряд синеглазых Защитников, который вышел из Столба Индиго. Однако в Японии никаких следов этих людей тоже пока обнаружено не было. Рё Ёсида старался как мог, равно как и все компетентные службы страны. Но разыскать этих странных типов никак не выходило.

– Ой… а это мы или не мы?

Я повернул голову, снова смотря на Оливера. Тот задумчиво покосился на меня, после чего вздохнул.

– Похоже, не мы. Чё-то даже жаль немного.

– Джейсон-сан, ты можешь говорить понятнее? Всем же интересно.

В ответ на слова японки парень кивнул. Потом ещё раз глянул на экран своего телефона.

– Тут короля нашенского вальнули. Прям в Виндзорском замке вместе со всей охраной. Позырьте. Кровищи столько, что просто жуть.

* * *

Во время просмотра пресс-конференции Лагова Пак Джин Хо казалось, что ситуация фактически разрешена. Выглядело всё настолько убедительно, что у корейца почти не имелось никаких сомнений– после этого протесты против деятельности Корпуса сойдут на нет.

Наглядные подтверждения тому тоже имелись– он мог наблюдать их в режиме реального времени, следя за трансляциями блогеров, которые присутствовали на улицах Сеула. Настроение людей менялось буквально на глазах. Вот они стоят, держа в вытянутых руках плакаты. А вот уже выбросили их, стянув с себя жилетки с надписями «Нет диктатуре Корпуса». И, сгрудившись, смотрят в телефоны.

Потом всё изменилось. Ход с видео оказался настолько сокрушительным, что Пак Джин Хо обомлел. Это же нужно быть настолько наглыми, чтобы пытаться обвести вокруг пальца всё человечество. Правда, спустя несколько секунд рухнула и вера мужчины в адекватность этого самого человечества. Потому что солидная его часть действительно поверила в услышанное. Со всеми вытекающими отсюда обстоятельствами.

Будто этого мало– грянуло выступление короля Британии. Фигуры, которая почти идеально подходила для нанесения подобного рода удара. С одной стороны, статусное и известное по всему миру лицо, слова которого так или иначе упомянут практически все СМИ мира. Не мимоходом, как это произошло бы в случае с лидерами большей части стран, а детально разобрав на цитаты. При этом вес монарх имел отнюдь не символический. Как за счёт связи с другими монаршими домами Европы, так и из-за интеграции правящей династии Великобритании в глобальную систему управления. Достаточно вспомнить, что помимо всего прочего король был главой Содружества, что возникло на основе Британской империи.

Казалось бы– хуже стать уже не может. Тем не менее судьба снова смогла удивить. Короля убили. Самым что ни на есть зверским образом. Заодно уничтожив всю его охрану и немногочисленную прислугу Виндзорского замка. Оставив на стенах одно-единственное слово. «Предатель». Сделав его красной краской из баллончика и стилизовав под потёки крови.

Вот после этого мир в самом деле взорвался. Отреагировало не только население. Триггер зацепил немалую часть мировой элиты. Пак Джин Хо не думал, что лидеры стран и политических партий в самом деле поверили услышанному и увиденному. Это было маловероятно. Однако у них имелись свои собственные резоны. Начиная от восстановления полноты личной власти внутри собственных государств до заработка очков в глазах избирателей.

Прямо сейчас он смотрел обращение к нации президента Кореи. Опытный политик, скорее всего, предпочёл бы отмолчаться и ничего не говорить. Но когда сразу два твоих оппонента выступают с заявлениями, из-за которых их рейтинг одобрения шустро прёт вверх, вариантов не остаётся.

Поэтому глава государства обрушился с критикой на Корпус и Лагова. Правда, тактично отделил Лигу от всех остальных структур «теневого диктатора». Ещё и поставив себе в заслугу сам факт её появления. Под тем соусом, что он изначально хотел создать национальную организацию, что могла бы противостоять Корпусу.

Дослушав до конца, Пак Джин Хо сделал себе чашку растворимого кофе. Того самого, который пил всю свою жизнь, начиная со студенчества. Посидел, смотря в окно и прокручивая в голове присланное распоряжение Лагова. Заодно вспоминая и поступившее сразу вслед за ним письмо от аналитической команды с выкладками, которые они сделали на базе имеющейся информации. Потом глава Лиги открыл на ноутбуке список своих подчинённых и пробежался по категориям их способностей, открыв перечень тех, кто владел нужным ему профилем.

Отыскав тех, кто подходил под условия, выделил их в отдельную группу. После чего прошёлся по всему списку в целом, отбирая максимально надёжных и проверенных бойцов. Как правило, из числа тех, кто сражался вместе с ним в битве около Изумрудного Столба. Сначала кореец хотел отправить им всем оповещение через цифровую систему Корпуса. Но, чуть подумав, делать этого не стал. Вместо этого набрал список имён с фамилиями в текстовом документе, после чего распечатал его и, открыв дверь в приёмную, протянул лист своему секретарю.

– Незаметно отыщи этих людей. Прикажи им собраться на крыше. Пусть подходят по одному. Без лишнего шума. И никому об этом не рассказывают.

* * *

Я прекрасно понимал, что действовать так или иначе придётся. При этом набор опций, которые, с моей точки зрения, сейчас имелись на столе, был не слишком большим. Если же прикинуть, что противник мог спрогнозировать какую-то их часть, выбор сокращался ещё сильнее. Поэтому, для того чтобы определиться, мне потребовалось какое-то время. А спустя полчаса мы уже зависли над римской городской ратушей, наблюдая за потоком входящих и выходящих людей.

Мне даже не нужно было специально концентрироваться, чтобы просканировать их тела при помощи меноса. На седьмом ранге это получалось само собой. Единственное, что требовалось– присматриваться более пристально, чем обычно. Заодно держа под рукой немного распылённой в тончайшую пыль меди.

Первый «заражённый» обнаружился через десяток минут. Клерк, вышедший вместе со всеми из главного выхода и двинувшийся в сторону метро. Подкараулить его было несложно. Когда обладаешь мощью Защитника, некоторые жизненные моменты становятся куда проще. Всего и требовалось– сначала подвести медную пыль к его ноздрям, чтобы тот вдохнул и отравил кровь, а потом надавить воздухом, затолкнув того в проулок, мимо которого мужчина проходил. Со стороны это выглядело, будто бы он принял внезапное решение свернуть, а присматриваться к мелкому бюрократу, что возвращался домой после рабочего дня, никто не стал.

Медь сработала именно так, как я предполагал– проникла в кровь и нейтрализовала менос, который находился в нервной системе. Сам он никуда не делся– как только медная пыль покинет организм, тот снова начнёт работать. Однако прямо сейчас человек вернул себе своё «я».

– Как вы…? Кто это со мной сделал?

Прямо сейчас я стоял напротив молодого мужчины, который работал в городском правительстве, и внимательно наблюдал за выражением его лица, параллельно улавливая эмоциональный фон. Переулок был со всех сторон отсечён оптическими иллюзиями, к которым добавился ещё и плотный воздушный щит, блокирующий звуки. Точно таким же двойным барьером я на всякий случай закрыл стены и окна ближайших домов. Что до нашего собеседника, его эмоции были однозначны. Страх, восторг и гнев.

– Ты знаешь, кто я такой?

Тот порывисто кивнул. Упёршись ладонью в стену, приподнялся и встал, выпрямившись в полный рост.

– Константин Лагов, командующий Корпусом.

– Отлично. Ты можешь вспомнить, что с тобой произошло, и сказать, кто за этим стоит?

Вот теперь тот на какое-то время задумался.

– Ко мне пришли, чтобы поговорить. Человек назвался полицейским, но на самом деле… даже не знаю, кем он был. Но у него были яркие синие глаза, которыми он на меня смотрел. Я вдруг понял, что должен ему помочь спасти Рим от разрушения.

Рядом со мной переступила с ноги на ногу Каори.

– Спасти Рим? С чего ты взял, что мы хотим разрушить Рим? От кого ты его планировал спасать?

Служащий замялся. Потом без особой уверенности пожал плечами.

– На тот момент это казалось мне полностью логичным. Оправданным. Я всю юность интересовался архитектурой Рима. И вот, когда мне сказали, что его собираются уничтожить…

Как минимум с одним из пунктов программы мы только что разобрались– неизвестные давили на самые уязвимые точки своих целей. Что пока было непонятно, так это зачем им всё это понадобилось. И откуда эти синеглазые вообще взялись?

– Он что-нибудь говорил о своих целях? Может быть, рассказывал, откуда он и кто такой?

Мужчина коротко качнул головой.

– Ничего такого. Я смутно помню всё, что происходило, но, кажется, он просто приказал нам ждать до определённого момента.

А потом клерк тяжело вздохнул. Уставился на противоположную стену, нахмурив лоб.

– Мы должны были поддерживать движение против Корпуса. Если понадобится, выступить с оружием в руках ради спасения Рима. Ещё…

Не договорив, он замолк, по-прежнему смотря в стену. Рядом со мной кашлянула Окада. За спиной тихо цокнула языком Кремер.

– Что ещё?

Взгляд неизвестного вернулся к моему лицу.

– Ещё он передал послание. Сегодня. Утром.

Смотря на меня, мужчина пошатнулся. Губы у него почему-то стали странного синего цвета. Что заставило меня окружить себя плотным воздушным барьером. На тот случай, если парня вдруг превратили в живую биологическую бомбу, начинённую чем-то неизвестным. Ничего такого сканирование меносом не показывало, но лучше было перебдеть, чем наоборот.

– О чём было это послание? Что там говорилось?

Мужчина судорожно вздохнул, как будто ему не хватало воздуха.

– Там был текст, который нужно было тебе передать.

На этот раз я предпочёл помолчать, смотря ему в глаза. А тот продолжил.

– Он попросил сказать, что тебе не победить. Но если ты сдашься, они гарантируют тебе и твоим людям жизнь с той стороны.

Вот, значит, как. Неизвестный противник знал, что мы сюда заявимся. Как минимум рассматривал это в качестве одного из превалирующих вариантов. Причём просчитал это ещё утром. То, что я задумывал как неожиданный ход, таковым не оказалось.

– Ещё таблетка… Он сказал выпить. Приказ… И я принял её утром.

Чиновник снова пытался вдохнуть, но в этот раз у парня это совсем не получилось. Губы стали окончательно синими, а на руке, которой он схватился за собственное горло, обнаружились не менее синие ногти.

– Какая таблетка? Что там было?

Тот попытался ответить, но слов я уже не разобрал. Однако картина была понятна и без них. Потому я сорвал с пояса одноразовый инъектор производства Корпуса и вколол мужчине в шею. Средство, которое должно было запустить процесс регенерации тканей и восстановить внутренние повреждения. В том числе кровотечения, если они есть. Что-то вроде универсального препарата, разработанного специально для поля боя. И пока доступного исключительно членам Корпуса.

Правда, в этом случае действия он почему-то не возымел. На миг показалось, что итальянскому бюрократу стало лучше, но уже через пару секунд он забился в судорогах и съехал по стене вниз. Где почти сразу закрыл глаза. Я было вколол вторую дозу, но тут же почувствовал, что у него остановилось сердце.

– Чё получается-то? Какая-то, значит, припорошенная ослина заранее знала, что мы тут будем? Как это так?

Вопрос Оливер задал хороший. Я бы и сам хотел знать на него ответ. Проблема была в том, что его не имелось.

Сбоку пошевелилась Окада, которая сейчас излучала глухое раздражение.

– И что теперь? Как нам найти того, кому нужно отрубить голову?

Покосившись в сторону девушки, я открыл было рот, собираясь ответить. Но тут в разуме полыхнула вспышка озарения, и вместо этого я повернул голову к Кремер.

– Как ты относишься к медитации?

* * *

Хироси Агава работал в больнице последние пять лет и был там на хорошем счету. Ещё в университете его называли одной из будущих звёзд нейрохирургии. В больнице талант юноши раскрылся полностью.

Правда, теперь его будущее казалось молодому специалисту не таким уж и безоблачным. Появление линейки медицинских препаратов от Корпуса коренным образом изменило расстановку в нейрохирургии. Если обычные хирурги всё ещё были как-то загружены делом, просто переключившись на другие категории населения, то нейрохирурги практически полностью остались без работы. Сложные операции стоили недёшево. Люди, у которых была страховка, включающая в себя подобную роскошь, либо, тем более, наличные деньги, которыми они могли их оплатить, предпочитали обращаться за помощью к Корпусу.

Пусть продажи этих самых препаратов стартовали всего лишь сегодня, одновременно с запуском их страховой компании, но количество операций сократилось ещё во время анонсирования. Пациенты предпочитали подождать несколько дней и получить гарантированную помощь, вместо того чтобы оказываться на операционном столе.

Умом молодой врач их прекрасно понимал. Риск смерти в процессе операции существовал всегда. Даже если с тобой работала команда лучших нейрохирургов страны. Его можно было снизить, но от него нельзя было избавиться полностью. Тогда как препараты Корпуса гарантировали эффект без всяких рисков.

Увольнять его пока не спешили, так что доктор ходил на работу. Однако чем он будет заниматься дальше, не знал. Если ситуация станет развиваться такими же темпами, совсем скоро работы лишатся и обычные хирурги. Одновременно с ними практически весь медицинский персонал. Кому нужны узкоспециализированные врачи, если есть страховые полисы Корпуса и их лекарства? Возможно потребуется какая-то небольшая часть– найдутся люди, которые принципиально будут использовать классические методы лечения, но число больниц и работающих там людей по самым скромным оценкам сократится раз в десять.

Текущий кризис японцу чем-то серьёзным не казался. Лагов и его люди прошли через такое количество разнообразных сложностей, что наверняка справятся и сейчас. Тем более в заявление синеглазого мужчины о том, что на той стороне Серых Столбов их ждёт вечное счастье, Агава не слишком-то верил. Он видел фото и видеозаписи, сделанные оттуда. Читал многочисленные статьи. Особенно специалистов по изучению диких племён планеты Земля, которые отправлялись в двенадцать миров, чтобы оценить аборигенов.

Если за Серыми Столбами и правда скрывалось счастье, то почему все двенадцать миров выглядят полностью уничтоженными? Все их города лежат в руинах, а от цивилизаций не осталось даже письменности.

Поэтому, в отличие от многих других врачей больницы, которые открыто радовались положению Корпуса, рассчитывая, что его сокрушат и медицинская система снова наполнится пациентами, Агава смотрел на происходящее более философски. Даже раздумывал над тем, что, может быть, стоит взять в руки копьё, которое благодаря Лагову стало самым популярным оружием на той стороне, и попытать счастья в Защитниках. Отрядов сейчас существовало великое множество– имелось из чего выбрать.

Дверь их общего с напарником кабинета распахнулась, и тот заглянул внутрь.

– Ты видел?

Японец повернул голову.

– Что? О чём ты?

– У нас прямо по больнице гуляет синеглазый! Излечивает всех касанием пальцев. Представляешь? Пошли посмотрим. Это прям полный вынос мозга.

Агава растерянно моргнул. Синеглазый в больнице. Лечит людей. Зачем? Где тут логика?

Уже шагая по коридору, нейрохирург достал телефон и заглянул в социальные сети. Обнаружив, что те заполнены роликами и фотографиями. Посланец с синими глазами заявился не в одну больницу. Десятки тысяч таких же вошли в медицинские учреждения по всему миру. Занимаясь абсолютно идентичными действиями. Перемещались от одного человека к другому и касались их, после чего те вдруг становились полностью здоровы.

Добравшись до крыла, в котором орудовал синеглазый, который заглянул к ним, Агава обнаружил кое-что ещё. Момент, что отсутствовал на всех видеозаписях. Позади «лекаря» двигались сразу двое юношей с планшетами, которые опрашивали каждого из излеченных.

– А это кто? О чём они их спрашивают?

Хирург повернул голову к коллеге, но тот вместо ответа лишь пожал плечами. Зато заговорила медсестра, стоящая в стороне и наблюдающая за происходящим без особого воодушевления.

– Они составляют список тех, кто готов отправиться к Серым Столбам и перейти на ту сторону.

Глава II

Единственный способ победить или хотя бы удивить противника, который способен настолько хорошо тебя просчитывать, – действовать контринтуитивно. Выбирая варианты, что в иной ситуации выглядели бы абсолютно нелепым образом. Например – рвануть через Адриатику в сторону Хорватии.

О том, что я решу использовать способность Кремер, неизвестный наверняка подумал. И, скорее всего, благополучно учёл в своих планах. Но, на мой взгляд, он не был способен спрогнозировать абсолютно всего. У происходящего были определённые правила и рамки. Монстры, которые появлялись из Изумрудного мира, не были настолько сильны, чтобы с ними нельзя было справиться. Даже когда они попытались модифицироваться под наш уровень силы, получилось у них так себе.

То же самое можно сказать и про все остальные Столбы. Каждый подобный случай имел какое-то своё решение. Не знаю, как это называл наш коллективный противник и зачем они вообще следовали подобным правилам. Тем не менее факты оставались фактами. Отталкиваясь от них, мы и попытались сбить противника со следа.

Что до Кремер – её способность позволяла фиксировать и находить профили любых Защитников, либо иных живых существ. Технически внутри каждого из «заражённых» имелся менос. Защитниками они не являлись, но при этом небольшое количество энергии тоже было заметным.

Нюанс тут тоже имелся – чтобы научиться улавливать настолько микроскопическое содержание меноса, немке потребовалось более семи часов. Причём лишь три из них она провела в режиме медитации. Как выяснилось, восточные практики Йоханне абсолютно не помогали.

Попытка использовать способ, который раньше прокатил с Франсуа, и скормить германке банку л-теанина тоже не сработала. Зато абсолютно неожиданно для меня эффективным оказался иной подход. Когда Кремер сказала, что хочет взбодриться чашкой кофе, у меня в голове не мелькнуло и мысли, что это может стать прорывом.

Зато потом, когда она один за другим опустошила два больших стакана «Старбакса», мы вдруг услышали заявление о том, что концентрация неожиданно резко выросла. Она на миг почувствовала в проходящем «заражённом» отпечаток меноса.

Устойчивость организма Защитников к любым стимуляторам, включая кофеин, была намного выше, чем у обычных людей. Поэтому девушка слопала его целую банку. В капсулах по сто миллиграмм. Убойная порция, которая могла бы гарантированно прикончить одного, а то и нескольких взрослых мужчин. В случае же с Кремер та лишь словила свой режим сверхконцентрации, в котором наконец-то полноценно ощутила профили меноса во всех «заражённых», что находились рядом.

Результаты я на всякий случай проверил самостоятельно – девушка ни разу не ошиблась. А ещё огорошила нас всех внезапным выводом – профили совпадали. Кто бы ни был исходной точкой заражения, сейчас внутри каждого из взятых под контроль людей проявлялся его менос-профиль. Что означало – мы и правда имеем дело с одним-единственным человеком. Который каким-то образом смог распространить своё влияние настолько далеко.

После того как немка открыла новую грань своей способности, мы устремились через Адриатику на северо-восток. Сейчас постепенно приближаясь к Сплиту. Куда более рационально было бы изучить Рим либо его окрестности, попытавшись отыскать там кого-то из синеглазых. Как подсказывала логика – менос-профиль у них должен быть точно таким же, значит, Йоханна его почувствует. После чего можно было бы установить наблюдение. Идею с допросом я уже отбросил – после предыдущего случая та оказалась слишком сомнительной.

Однако это было слишком предсказуемо. Точно так же, как попытка исследовать любой иной итальянский город.

Варрбаи летели вместе с нами. Все четыре сотни сбились в несколько плотных построений, которые я удерживал в воздухе и тащил следом за нами с хорошей скоростью.

Пока мы были в полёте, новости продолжали сыпаться потоком, сменяя одна другую. Когда были ещё на середине Адриатики, появились первые материалы о том, что синеглазые двинулись в больницы, где принялись излечивать людей. Одновременно составляя списки тех, кто готов отправиться к Серым Столбам и пройти на ту сторону. После этого они же возникли на улицах, открыто выходя к людям и рассказывая о том будущем, которое ждёт их по ту сторону.

Твардовский бился как лев. Используя буквально всё. От блогеров, которые задавали каверзные вопросы тем же самым синеглазым, до многочисленных материалов СМИ. Что до блогеров-интервьюеров, они, естественно работали удалённо, используя помощников в качестве своего рода операторов. Потому как синеглазые каким-то образом воздействовали на центральную нервную систему, располагая собеседников к себе. Единственное, что удивляло, – их возможность лечить людей. Потому как проверка пациентов, что внезапно избавились от всех своих болезней, не показала наличия внутри их тел ни единой частицы меноса. Что порождало массу вопросов – с таким я раньше не сталкивался.

Общественная ситуация тоже продолжала меняться. Причём весьма стремительно и радикально. Общественное мнение разворачивалось в сторону, противоположную Корпусу. Лидеры государств в своём подавляющем большинстве хранили молчание. Лишь некоторые, вроде президента Нигерии, открыто выступили в нашу поддержку.

Самое страшное – наблюдалась негативная динамика среди членов самого Корпуса. До открытых высказываний, расколов либо дезертирства дело пока не дошло. Однако настроения витали самые разные. Именно на таком информационном фоне мы добрались до хорватского побережья, где промчались над Сплитом.