Текст книги "Регрессор: Я приду за вами. Книга 4 (СИ)"

Автор книги: Александр Кронос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

– Это у вашего юмора нет ни малейшей грации, Лагов-сан! А самомнение не знает границ. С чего вы взяли, что женщина не может пережить ваши десять минут славы?

Хотя бы какая-то отдушина после всего, что свалилось на голову. Сутки выдались напряжёнными – сейчас хотелось немного подурачиться и выпустить пар. Будь в ней изначально чуть больше задора, возможно мы даже переспали.

– У меня ранг «эта». Боюсь, если я немного увлекусь в процессе, это может крайне губительно сказаться на вашем теле. Вы же видели на что я способен.

Факт изменения моих телесных жидкостей, я упоминать не стал. Хотя это составляло проблему едва ли не большую, чем всё остальное. До текущего момента мой мозг был сосредоточен совсем на иных задачах, но вот сейчас стало понятно, что для любовных утех мне потребуется девушка в ранге не ниже «эпсилона». И то это будет рискованно.

Японка наблюдала за всем процессом сегодняшней схватки и мои способности отлично представляла. Из-за чего сейчас заметно изменилась в лице.

– И это может выйти из-под контроля?

– Конечно. При условии, что мне будет нравиться процесс.

Собеседница шумно выдохнула, внимательно смотря на меня. Своей наготы японка похоже практически не стеснялась. А вот эмоции от неё сейчас пошли абсолютно разнонаправленные.

– Тогда сделайте меня Защитницей.

На этом моменте я немного удивился.

– Зачем? Вы ведь даже не хотели со мной спать. Да и я не очень-то горю желанием.

Удобно, когда ты можешь чувствовать чужие эмоции, а твой оппонент нет. Как минимум, можно сколько угодно лукавить.

– Да как вы смеете, Лагов-сан?

Она порывисто вскочила на ноги. Ткнула в меня пальцем.

– Я хочу вступить в Корпус. И хватит уже смотреть мне только в глаза! Спуститесь ниже.

Почему-то мне казалось, что японских дипломатов учат переговорам, тайным играм и всему прочему. Чтобы те лишний раз не моргали, даже если над головой свистят пули, а около ног рассекают воду крокодилы. Но Каори Окада раз за разом опровергала штамп, засевший в моей голове.

– Это же всё равно не имеет смысла. Я вас даже коснуться не смогу. Что до Корпуса… Кому вы будете служить? Правительству Японии или Корпусу?

– Обоим! Не вижу в этом ровно никакой проблемы.

Мне только сейчас пришло в голову, что её реакция может быть обусловлена моей способностью ощущать чужие эмоции. В прошлый раз я с ней не сталкивался и не представлял, какие у той могут быть грани. Так что такое запросто могло быть.

С другими девушками, подобного правда не случилось. Но при этом мы и таких интересных диалогов с ними не вели.

– А я вижу. Очень большую проблему.

– Цели Японии и Корпуса Защитников полностью совпадают.

Слова она чеканила уверенно. На мой взгляд зря.

– Давайте предположим, что они разойдутся. Кого вы тогда выберете?

Подняв голову, я смотрел ей в глаза, игнорируя полностью обнажённое тело ниже. Что девушку изрядно раздражало.

– Буду ориентироваться на свой здравый смысл! Считайте, что я подала заявление на вступление в Корпус. В следующий раз пойду с вами!

Обогнув матрас, японка нагнулась, поднимая свою одежду. Вдруг ойкнув, попыталась прикрыть себя сзади раскрытой ладонью, но тут же передумала. И чего-то смутившись, рванула к выходу. Так и вылетев наружу – голой, нервной и с охапкой вещей в руках.

На ту сторону её в самом деле можно было взять. Только перед этим поговорить ещё раз, уделяя больше внимания деталям её работы на правительство. Параллельно объяснив, что задачи Корпуса будут всегда иметь приоритет.

Если подумать – пора было провести общее собрание с ключевыми соратниками. Ввести их в курс дела и рассказать всё о грозящей опасности. Кремер пылала желанием обсудить это всё уже сегодня – немка вся лучилась эмоциями. Но преследовать меня до палатки не стала. Что немного радовало – сложно сказать, что вышло бы из их столкновения с Окадой.

Забравшись под одеяло, которое оказалось нагрето женским телом, я вытянулся и почти моментально отключился. Проснулся от вибрации телефона – пришло сообщение с одного из номеров, что были указаны как приоритетные.

Франсуа. Канадец описывал ситуацию, которая произошла в Золотом мире. От момента находки древнего артефакта до атаки странного песка. Который сумел проникнуть вслед за ними в наш мир, а потом ещё и вернулся обратно.

Теория о том, что ничто живое не может выйти за пределы Столбов, уже не казалась актуальной. Но к такому креативному её нарушению я готов тоже не был.

Основной минус – вернувшийся лэйк погиб. Из плюсов – Оливер, чьё тело он временно захватил, снова стал самим собой. Сохранив часть воспоминаний аборигена. Вторая небольшая толика оказалась в голове одного из студентов-археологов, с которым столкнулся убегающий лэйк.

Возвращаться в Золотой мир я им пока запретил. Приказал отдыхать и ждать моего прибытия.

Набрав сообщение, прошёлся по остальным уведомлениям. Ответил Твардовскому и Дмитрию, которые ждали моей отмашки по некоторым вопросам. Просмотрел кандидатов на позиции главы команды разведки, выбрав трёх приоритетных. Дополнительно подтвердил, что мы в самом деле оплатим половину компенсации жителям.

Когда разобрался со всеми делами и вышел в прохладное утро, меня тут же перехватил Елисеев. Заявив, что президент просил передать – он будет крайне признателен, если я передам часть муравьиных яиц государству для изучения.

Эмоции генерала я прекрасно чувствовал – он и сам понимал, что подобного не произойдёт. Я слишком хорошо помнил, что собой представляет бюрократия. Прошлый раз научил не верить никому из них.

Дальше была пресс-конференция на свежем воздухе и множество вопросов от журналистов. Плюс, непонятные взгляды от стоящей неподалёку Кремер. Немка всё ещё хотела со мной поговорить, но вот тональность её эмоций по поводу этой беседы разительно изменилась.

Каори Окада тоже заявилась. Встала рядом с Йоханной в наглухо застёгнутой рубашке, гордо вскинув точёный подбородок.

О том, что у нас остались яйца муравьёв, я предсказуемо промолчал. Озвучивать подобное на всю планету точно не стоило. Зато объяснил, что это была разовая ситуация, связанная с одним из Угроз и ожидать её повторения не стоит. Не сказать, что это было на все сто процентов правдой, но вероятность повтора подобного в самом деле была невелика.

Вопросов было множество и в этот раз на них пришлось отвечать – закончить пресс-конференцию вышло только спустя час.

Сразу, как только я спустился с импровизированного помоста двинулся между палаток, со мной поравнялась Кремер.

– Нам надо поговорить. Вчера…

Осёкшись, она покосилась на японку, которая с невозмутимым видом пристроилась справа от меня. Слегка нахмурилась.

– Мы можем побеседовать наедине?

Покосившись на неё, я медленно кивнул. А сама девушка вдруг повернула голову, будто прислушиваясь к чему-то вдалеке. Снова посмотрела на меня.

– В лагере только что появился тот индийский майор. Вместе с генералом, который его уволил.

Именно в этот момент я понял, что ничего не сказал ей о прилёте этих двух. И поспешил немедленно исправиться.

– Они хотят поговорить. Виджай нашёл мать Головастой, а Наненда её убил.

Немка открыла рот, чтобы задать вопрос, но я её опередил.

– Показывай дорогу. Встретим их первыми.

Глава X

Когда Лагов сказал, что прилетевший из Индии генерал привёз важную информацию, Елисеев первым делом подумал о Жёлтом Столбе. Потом о новом вторжении. На худой конец – о заговоре внутри индийской армии.

Как оказалось, Наненда хотел поговорить совсем о другом. О своих снах.

– Они начались приблизительно за год до Контакта. Может быть чуть раньше.

Елисеев посмотрел на индийца, пытаясь понять, говорит тот всерьёз или нет? Вот Лагов, который стоял сейчас напротив него, сомнений казалось не испытывал.

– Что именно вам снилось? С чего всё началось?

Индийский военный замялся. Переступил с ноги на ногу.

– В основном люди. Поднимающие бронетехнику телекинезом и плавящие её усилием воли. Сейчас их называют Защитниками. Тогда я думал, что речь о каких-то магах.

Елисеев едва удержался от того, чтобы понимающе кивнуть. Когда впервые видишь на что способны Защитники, мысли сами собой текут во всем понятном направлении.

В стороне вздохнула Кремер. Они с японкой заявились одновременно с Лаговым и командующий Корпусом против их присутствия не возражал. Из чего глава КПДЗ сделал верные выводы и тоже никаких вопросов задавать не стал.

– Если вы не против давайте пройдёмся по пунктам?

Константин сейчас выглядел, как заправский интервьюер. Который немедленно засыпал Наненду массой вопросов. Тот же охотно отвечал, рассказывая о своих снах и постепенно успокаиваясь. Если в самом начале мужчина отказался усаживаться на ящик и встал посреди палатки, до белизны переплетя пальцы, то с каждой новой фразой расслаблялся всё сильнее.

А вот Елисееву от услышанного становилось не по себе. Хаос, кровь и война всех против всех. Разрушенный и пустой Дели, где Наненда видел себя стоящим на крыше. Сгорающий мир, в котором становилось всё меньше морали, гуманизма и человечности.

Это прекрасно объясняло причину по которой Наненда обеими руками поддержал идею ядерного удара. Когда тебя год мучают кошмары, а потом те вдруг начинают сбываться, идея пустить в дело боеголовку начинает казаться рациональной и в чём-то даже логичной.

Услышав вопрос о том, был ли в его снах кто-то посторонний, Наненда на момент задумался. Покосился на майора, который слушал беседу, стоя в двух метрах от своего шефа. И признался, что такое действительно было.

Подумать только. Действующий генерал индийской армии, что командовал группировкой, прикрывающей Жёлтый Столб, всё это время видел сны. И каким-то чудом выдержал. До сих пор не сошёл с ума.

В момент, когда индиец начал рассказывать про спасение своего бывшего адъютанта, у Лагова завибрировал телефон и тот на момент отвлёкся. Но почти сразу вернул внимание на военного. Сам Елисеев тоже слушал не отрываясь. И отчаянно пытаясь понять, кто перед ними? Человек, который опасен так же, как Угрозы и его стоит ликвидировать или ценный союзник?

Всё произошедшее с Виджаем Шахеватом, Наненда тоже видел во сне. Вплоть до раствора ягод с той стороны, который мог поставить Защитника на ноги. Мать Головастой коснулась его, когда выходила и прошептала, что явившийся к ней не заслуживает жизни.

Когда беседа вроде бы подошла к своему логическому концу, Наненда сделал ещё один ход конём.

– Господин Лагов… Есть сон, который повторяется чаще остальных. Почти без изменений.

Помолчав, снова почему-то посмотрел на экс-адъютанта.

– Я оказываюсь около Жёлтого Столба. Один. Вокруг нет ни солдат, ни укреплений. Подхожу к нему и переношусь на ту сторону. Там есть гигантский исполин. Раненый и испытывающий боль.

Шумно вздохнув, провёл по лицу ладонью.

– Что и как происходит дальше, я не помню. Но потом его сила оказывается у меня. Я сам могу превращаться в гиганта. Создавать поверх своего тела ещё одно из всего, что будет под рукой.

Все помолчали. Кремер задумчиво поцокала языком, склонив голову набок и смотря на индийского генерала. А вот Лагов, после короткой паузы поинтересовался.

– Что вы делаете дальше в своём сне?

Наненда посмотрел ему в глаза.

– Восстанавливаю империю Маурьев.

* * *

Второй за последние несколько дней сигнал тревоги от матери Дмитрию категорически не понравился.

Хуже всего оказалось отсутствие информации. Ольга не отвечала, Франсуа тоже молчала, а система показывала только, что сигнал пришёл из Лондона.

К счастью, спустя всего десять минут на связи объявился канадец. Сообщил, что команда вернулась из Золотого мира в полном составе. Немного потрёпанной, но зато с ценной информацией, которую он собирался изложить аналитикам.

Следом отписалась и мать. Сообщила, что с ней всё нормально, после чего живо начала интересоваться ситуацией в Иркутске. Они пока должны были оставаться в Лондоне и ждать Лагова. Но от вопросов про муравьёв Ольга удержаться не смогла.

К работе Дмитрий вернулся только после того, как отправил ей краткую версию отчёта аналитической команды. В другое время – поговорил бы с радостью сам. Но за последние сутки он суммарно поспал два часа. В обычной ситуации ранга «беты» хватало, чтобы после такого нормально соображать. Проблемой был лишь один маленький нюанс – он уже забыл, когда последний раз нормально высыпался. Из-за чего организм хронически требовал отдыха. Факт чего Воронов успешно купировал убойными дозами кофеина.

Работы сейчас было море. Сбор заявок на первые десять тысяч доз антиракового препарата запустили утром и отдел доставки почти сразу начал захлёбываться.

Самими продажами занимался Петербург. Здесь собирали заявки, проверяли документы, формировали очередь и связывались с покупателями. Всё остальное происходило в Лагосе.

Разделку трёх новых «черепах» организовали прямо там. Во время своего визита Франсуа, помимо прочего подобрал местного управляющего, которому передали финансово-хозяйственные вопросы.

Тем более там оставался Пётр. Контролировал местных Защитников, подготовку новых кандидатов и охоту внутри Оранжевого мира. В хозяйственные вопросы почти не лез, но при необходимости мог легко вмешаться в ситуацию. Что служило дополнительным фактором контроля.

Готовый продукт отправлялся покупателям именно оттуда. Борта курьерской службы должны были доставить мясо по всему миру. Как рассчитывал сам Дмитрий, процесс на этом не остановится – Пётр снова отправился на охоту в Оранжевый мир, а значит совсем скоро могут появиться новые черепахи. Если их будет достаточно, продажи можно будет вести безостановочно.

На фоне этого, обещанная компенсация за жильё в центре Иркутска не грозила оказаться разорительной. Половину брало на себя государство, а число собственников, которым действительно требовалось заплатить, оказалось не таким большим, как Воронов посчитал изначально. К тому же проверка документов и разбирательства с наследниками погибших, как бы это печально ни звучало, займут какое-то время. Не было нужды платить из текущей прибыли.

Тем более финансовое подразделение Корпуса развернуло позиции по меди и никелю. Сделав это ещё до того, как появились официальные заявления о способе уничтожения котлованов в Изумрудном мире. И уже неплохо заработав на росте.

Твардовский, который на взгляд Дмитрия открыл собственные сделки по металлам, активно подогревал тему в СМИ – цены быстро шли вверх.

От недавнего собственного заявления о полусотне потенциальных точек прорыва, Павел Олегович благополучно открестился. Заявив, что аналитики неверно интерпретировали данные. Забавно, если вспомнить, что профессор ни разу не контактировал с этими самыми аналитиками.

С Каргополем всё уже было сделано. Из шестидесяти пяти тысяч тонн вывезли чуть больше четырёх тысяч тонн органов, костей и тканей. Всё, что полевая лаборатория определила, как самое ценное. Остальное сожгли на месте.

На этом сырье фармацевты готовили к запуску два десятка препаратов. Два из которых уже вышли в пробные партии. Один восстанавливал повреждённые сосуды, второй использовался при определённых аутоиммунных заболеваниях. Никто кроме Корпуса таким ещё не занимался. В самое ближайшее время должны были появиться и новые линии. А четырёх тысяч тонн будет достаточно для старта производства.

Что касается сырья в будущем, по этому направлению тоже велась активная работа. Точки скупки работали около каждого Столба, который охватил Корпус. Местные отделения принимали ингредиенты, сортировали и направляли дальше. Известное шло на склады, чтобы ждать своей очереди, неизвестное – в лаборатории. В будущем планировалось развернуть собственное производство у каждого Столба, чтобы сократить проблемы с логистикой. Но только после того, как они всё наладят в Петербурге.

Неохваченными оставались три Столба – Мексика, Штаты и Южная Африка. Если всё пойдёт по текущему плану, последним станет Белый Столб около Рустенбурга в ЮАР. После чего у Корпуса появятся работающие точки приёма около всех двенадцати. К тому моменту нужно было достроить систему логистики, над чем сейчас работала целая команда специалистов. А ещё – организовать полноценную разведку. Служба безопасности у них уже появилась. Но сразу одиннадцать зарубежных кластеров, которые станут мишенью для самого разного рода игроков, настоятельно требовали разведывательной структуры.

Финальные собеседования с кандидатами на место главы последней, прошли этим утром. Всего трое, которых отобрал Лагов. Однако всё это оказалось выбором без выбора – двое оказались нацеленными исключительно на хищение внутренних секретов Корпуса. Структура беседы была выстроена так, чтобы оценить реакции кандидатов на самые разные блоки информации. И пусть внешне они себя никак не проявили, но вот эмоции выдали обоих с головой.

Третий, с точки зрения самого Воронова, был наименее подходящим. С другой стороны – меньший масштаб его задач в прошлом, обеспечивал отсутствие связей с крупными компаниями, чьи собственники входили в те или иные группы влияния. С государственными структурами тот тоже никак не пересекался, что было ещё одним солидным плюсом.

Сразу после того, как он отправил своего помощника показать новому главе разведки офис, прибыла первая группа кандидатов в Защитники.

Первичный отбор они проходили заранее. Беседы с кадровиками, проверка биографии и причин, по которым человек решил вступить в Корпус. После этого подходящих отправляли в Петербург.

Предыдущим финальным отбором занимался Франсуа, который провёл его прямо в Каргополе. Сейчас канадец находился в Лондоне, где ждал Лагова. Поэтому отбор пришлось взять на себя Дмитрию. Правда к Изумрудному Столбу ввиду занятости он не поехал. Вместо этого кандидатов привезли к нему.

Сплошной поток – людей заводили десятками и каждый коротко отвечал на вопросы, позволяя Дмитрию просканировать эмоции. Звучало это несложно. Но только в том случае, если не занимаешься вопросом лично. Спустя три часа и тысячу кандидатов, из которых было отобрано сто девяносто четыре, Воронов чувствовал себя измученным бобром, который в одиночку построил гигантскую плотину.

А стоило ему вернуться к себе и тяжело опустившись в кресло, порадоваться завершению процесса, как заработал селектор. В котором зазвучал голос секретарши Аллы.

– Дмитрий Игоревич. Даже не знаю, как сказать… К вам тут пришли.

* * *

Поручение, которое вручили ему на бумаге, звучало сухо и по-деловому. Провести рабочую встречу с руководством Корпуса, обозначить выявленные налоговые риски и добиться согласия на их урегулирование. Ниже шёл перечень статей кодекса и подпись руководителя управления.

Из текста не следовало, зачем к структуре, которая юридически появилась пару недель назад, отправляют заместителя руководителя петербургского управления налоговой службы с двумя сотрудниками. Однако настоящая причина для Астахова секретом не являлась. Его должность казалась достаточно высокой, чтобы не оскорбить Воронова. При этом его не было жалко.

Ошибка, допущенная в прошлом году была абсолютно идиотской. Он одобрил приостановку операций по счетам крупного промышленного подрядчика. Проверяющие каким-то безумным образом перепутали платежи двух компаний, производство встало на трое суток и едва не сорвало государственный контракт. Не будь он тогда на юбилее начальника, под которое тот арендовал шикарный ресторан, сам заметил бы ошибку. Но времени разбираться не было, а время формально было рабочим.

Разбирательство же дошло до самого верха. Именно тогда ему дали понять, что второй ошибки уже не простят.

Отказ от нынешней поездки как раз и стал бы такой ошибкой. Формально выбор ему предложили. Съездить в Корпус или написать заявление и освободить кабинет через две недели. До пенсии оставалось полтора года, внуков ещё нужно было пристраивать учиться, да и вообще без него всё рухнет – бизнес обеих дочерей держался только на его должности. Поэтому реальной альтернативы не имелось.

Материалы вручили уже готовыми. Банковские выписки, документы валютного контроля, сведения таможни и переписку с несколькими министерствами. Три толстые папки с бесполезными бумажками.

Этим утром он посмотрел запись из Иркутска. Ту самую, на которой Лагов расплавил городской квартал, скатал остатки в громадный шар и поднял его в воздух. Выкатывать налоговые претензии подобному человеку – откровенная глупость. Если совсем начистоту – с точки зрения самого Астахова, Лагов вообще уже не был человеком.

К счастью наверху сидели не совсем идиоты – его задача скорее была разведкой боем. С одним единственным важным вопросом. Всё остальное, это так – пыль в глаза.

Против ожидания, охраны в здании офиса почти не оказалось. Один скучающий мужчина на первом этаже, который записал их данные в книгу, да пара фигур, которые мелькнули вдалеке в холле и тут же пропали из виду. Хотя, Астахов видел в новостях, что Защитники могут становиться невидимыми. Так что один из них мог прямо сейчас быть вплотную к ним.

Большое офисное здание производило странное впечатление – вроде бы гигантское и выглядит так, что сразу понятно, ценник за него заломили приличный. Но вокруг пусто и тихо, а на дверях кабинетов распечатки вместо табличек. Когда они подходили к дверям нужного кабинета мимо вовсе промчался парень на скейте с двумя бумажными стаканами кофе в руках. Одетый в футболку со штампом «Гвардия Твардовского».

Вот девушка-секретарь, которая оказалась в приёмной, выглядела куда более привычно. И их появлению кажется искренне удивилась. Даже сформулировать сообщение для начальства не сразу смогла. Да и в целом, смотрела, как на идиотов.

Воронов встретил стоя. Молодой парень в слегка мятой рубашке, который смотрел на посетителей с неподдельным интересом. Под его взглядом, Астахову на миг стало неуютно. Потом он заметил стоящее в углу комнаты копьё и убеждать себя, что встреча пройдёт успешно стало ещё сложнее.

– Буду крайне признателен, если вы сразу перейдёте к сути визита.

Взгляд Воронова опустился на толстые папки в его руках и налоговик открыл первую, принявшись перечислять потенциальные, либо подтверждённые правонарушения.

Набор, стоило сказать, был представительным. От занятия коммерческой деятельностью без регистрации юридического лица до дробления бизнеса. Суммы, которые фигурировали, тоже впечатляли. Не говоря уже о том, что Корпус занимался продажей медикаментов. Если быть более точным – мяса инопланетных животных, которое с их точки зрения являлось лекарственным.

От сферы налоговой службы последнее обвинение стояло весьма далеко, но Астахов решил добавить его к общему списку. Больно уж внушительно оно смотрелось.

Вот только человеку напротив, это как будто было неинтересно. Первые двадцать секунд Воронов действительно слушал о чём ему говорят, потом начал отвлекаться, а с какого-то момента откровенно переключился на свою работу. Даже ноутбук подвинул ближе.

Спустя минуту после этого Астахов замолчал. Чиновник прекрасно понимал, где сейчас находится. Но за долгие годы службы привык, что перед ним юлят и стелятся, параллельно пытаясь выйти на общих знакомых, через которых можно предложить деньги. Теперь же в голове возник самый настоящий диссонанс.

– Вы же понимаете, что формально этого хватит для…

Не рискнув произнести фразу, где звучали бы слова про уголовное дело, налоговик на ходу переформулировал.

– Для того, чтобы обеспечить вам очень серьёзные неприятности.

Закончив набивать сообщение на ноутбуке, Воронов поднял на него взгляд.

– А вы понимаете, что Лагов не стал диктатором планеты только потому, что ему это не интересно?

Такого ответа Астахов не ожидал. Да и оба его сопровождающих, которые до того с каменными лицами сидели справа и слева, заёрзали на своих местах.

– Но…

– Ради чего вы приехали на самом деле? Почему я вынужден тратить на вас своё время?

Какое-то время помолчав, Астахов чуть наклонил голову. Возможно и правда стоило перейти к тому, ради чего он прибыл.

– Все эти вопросы можно урегулировать и мы будем рады с этим помочь, но хотелось бы понять общую структуру вашего… холдинга. Где будет находиться центральный офис через который станут идти деньги и как будут платиться налоги.

Именно этот момент и был ключевым в его послании. Выяснить, по какой схеме предполагает работать Корпус и в какой юрисдикции они планируют платить свои налоги. Предложить им специальную ставку, если останутся в России и сведут все финансовые потоки сюда.

– Ещё все эти вопросы легко можно урегулировать, если снять главу налоговой службы и заменить его кем-то поумнее.

На лице собеседника появилась лёгкая улыбка, а до Астахова, который озвучил заранее подготовленную речь, вдруг дошло что именно он сейчас сделал и кому выложил свои предложения. Сам же Дмитрий, после короткой паузы продолжил.

– Вам повезло, что Корпус заинтересован в поддержании порядка. Поэтому мы действительно будем платить налоги в размере одного процента от оборота. Наша бухгалтерия всё рассчитает самостоятельно – вам нужно только указать канал для связи.

Астахов растерянно моргнул.

– Даже если взять УСН, минимальная ставка составит…

Увидев выражение лица Воронова, налоговик осёкся.

– Это слишком мало. Меня же уволят…

Последняя фраза вырвалась машинально и сама по себе. Но именно она привлекла к себе внимание Воронова.

– Тогда я назначаю вас каналом для связи между бухгалтерией Корпуса и налоговой службой. Оставьте свои контактные данные секретарю и с вами свяжутся. Был рад знакомству.

С бюрократической точки зрения, расклад был почти идеальным. Тем более у него были сразу двое свидетелей. Но чиновник всё равно немного растерялся.

– А… Но если у них появятся… вопросы…

Неожиданное предложение выбило из колеи настолько, что даже связать пару фраз вдруг стало сложной задачей. Однако Воронов отреагировал понимающе.

– Тогда пусть свяжутся с кем-то из моих помощников. Они им доходчиво всё объяснят. Если премьер или президент, можете дать мой контакт. В экстренной ситуации тоже звоните мне.

Снова подняв на него глаза, хозяин кабинета чуть нахмурился.

– На этом всё. Можете быть свободны.

* * *

Ил-76МД-90А был почти идеальным вариантом с точки зрения дальности полёта и возможности десантирования прямо в воздухе. Но вот по уровню комфорта, он бизнес-джетам безнадёжно уступал. Даже несмотря на то, что специально для нас внутри развернули пассажирский модуль с посадочными местами и изоляцией от гула который заполнял отсек, лететь на подобной машине было непривычно. Очень резкий контраст с бизнес-джетами, где были доступны едва ли не полноценные кровати.

Но это был единственный вариант, который позволял десантироваться с высоты в добрый десяток километров. Ради чего пришлось пожертвовать своим комфортом.

Где-то за нами остался Лондон. Группу археологов я пока отправил к Изумрудному Столбу. Там тоже было опасно, но хотя бы отсутствовали непонятные конструкции, которые охотились на местных и могли спокойно перемещаться между мирами. Как минимум, нам такие не попадались.

Потому пусть пока археологи побудут там. В Изумрудном мире тоже есть что исследовать. Да и поднять ранги им не помешает. Ольге бы поскорее пробиться к «эпсилону», а всем остальным хотя бы стать «гаммами». Не дело это – по любому поводу отправлять к ним Франсуа.

Вот канадца я взял с собой. Следующей точкой нашего маршрута должен был оказаться Розовый Столб на окраине Мехико. В том, что ушедший внутрь Хартли смог обогнать меня в ранге, я искренне сомневался. Однако хотел подстраховаться и обеспечить себе максимальный перевес.

Отчёт Франсуа я выслушал ещё на земле. Со всеми остальными Защитниками тоже поговорил. И если заместитель командира группы Панурин смог рассказать только о своих впечатлениях от города лэйков, то Оливер изложил куда больше интересного.

Например о соревновании между так называемыми «правителями». Самая изумительная часть этой истории. Лэйки, которых выбрали извне. Тридцать два жителя мира, что на тот момент были сильнейшими среди всех.

С ними общались. Голос говорил со всеми. Сначала побуждая их разрушить старый мир и начать гонку между собой, а закончив всё прямым столкновением.

Мотивация убивать друг друга была максимально примитивной – всё тот же голос заявил, что на другую сторону попадёт только один. Тот, кто убьёт остальных.

Туземец, сознание которого пряталось в том шаре, что нашли археологи, был тем самым «победителем». Лэйком, что уничтожил остальных и намеревался стать Достойным.

Слово звучало не впервые, но теперь хотя бы стало понятно, о чём речь. Неизвестные, которые выступали в роли кукловодов и дёргали за ниточки, предлагали попавшим под раздачу путь к спасению. С сохранением всей накопленной силы и перспективами карьерного роста. Именно это и пряталось за пафосным словом.

Тот лэйк, который в итоге погиб около Золотого Столба, не просто перебил всех остальных. Он последовательно выполнил целый ряд поручений с той стороны. Создал механизмы и птиц Рух. Установил всё это в разных частях планеты и скорее всего проделал ещё немало разнообразной работы.

Правда потом всё равно осознал, что его жестоко обманули и ушёл в режим ожидания. Выйдя из которого почти сразу погиб.

Если добавить к этому воспоминания, которые я получил после убийства лидера варрбаев, ситуация начинала принимать определённые очертания. Которые разительно отличались от моих более ранних представлений.

Из того, что сразу бросалось в глаза – разница в подходе. На Земле не существовало никакого голоса, который отдавал бы приказы и выбирал лучших. Только та, самая первая фраза про закончившееся одиночество. Сразу после Контакта это породило множество теорий, но на фоне происходящего, они быстро отошли на второй план. То же самое, только в более быстром темпе происходило сейчас.

На лэйков воздействовали открыто и демонстративно. Буквально являя им свою волю и отдавая прямые приказы. Вплоть до поручения расправиться с теми, кто отказывался им подчиняться. В случае с Землёй всё было куда изощрённее. Как и у варрбаев – там никаким открытым давлением тоже не пахло. Однако гигантские муравьи встречали его следы в иных мирах. Той дюжине, которая была доступна при переходе из их собственных Столбов.

Если добавить к этому фразы муравья о Двенадцати, получалось, что мы имеем дело не с единым противником, а с целой их группой. Вероятно, действующих совместно, но совсем не факт, что согласованно. Возможно некоторые из них вовсе были не прочь поставить подножку соседу.

В эту теорию вписывалось всё – от недавно полученной информации до снов генерала Наненды. Последний тоже сейчас находился здесь. Связавшись с правительством Индии, я попросил временно прикомандировать генерала к Корпусу для проведения важных переговоров и те предсказуемо ответили согласием. Наверняка изумились и возможно заподозрили нехорошее – до того Наненду было сложно назвать большим поклонником Защитников. Но препон мне чинить не стали. Да и не смогли бы, если подумать. Ни у Индии, ни у любого другого государства не осталось эффективных рычагов влияния на меня и они это прекрасно понимали.