Текст книги "Регрессор: Я заберу ваши силы. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Александр Кронос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

– Что это за акцент? Он поляк, да? Никогда не верьте полякам. Был один раз в Варшаве, так обокрали, а потом обматерили.

– О чём говорил этот краснокожий тип? Я чё-то не понял, у кого он там чего просить собрался? И почему решил, что мы все помрём.

Последний вопрос был крайне занимательным. Судя по тому, что сказал лэйк, он собирался «идти назад» через Столбы. Учитывая, что мы и так были в его родном мире, тут видимо была небольшая погрешность в контексте. Скорее всего мужчина подразумевал, что собирается войти в какой-то Столб на своей планете. А потом…

Вот дальше теорий можно было выстроить массу. И с этим я пока не спешил. Успею подумать потом. Когда выживу.

Мужчина с щетиной уже был рядом. Проталкиваясь через тех, кто стоял совсем близко, махнул рукой, пытаясь куда-то показать.

– Там везде… Как это? Пятна!

Я повернул голову. В какой-то мере, видеть и чувствовать менос мог каждый Защитник. Особенно если речь шла про его высокую концентрацию. Но одно дело ощущать, как я, в формате тепла и только когда нет искусной маскировки. Другое – видеть при помощи своей способности и почти при любом раскладе.

Для меня все четыре стены колоссального помещения выглядели одинаково. Но если этот Защитник в самом деле видел менос, то выходит в каждой была область его высокой концентрации.

Сам мужчина уже протолкался к возвышению. Поднявшись по ступеням, поморщился от крика моего «оппонента» и указал рукой в самый центр ближайшей стены.

– Там. Целое пятно. Очень много-много меноса.

Спустя пару секунд, стену на которую мы оба смотрели, рассекла вертикальная трещина. Ещё через мгновение она стала с грохотом расширяться.

Шум доносился со всех сторон. А когда закончился, стало понятно – во всех четырёх стенах открылись гигантские ворота. Каждая пара створок вела в широченный коридор, на стенах которых один за другим вспыхивали золотые светильники.

* * *

Кормин был разочарован в мире и людях. Беседа с сокурсником, на первый взгляд прошла максимально продуктивно. Но потом он получил звонок, в ходе которого приятель передал пожелания руководства.

Основной посыл был прост. Заткнуться, ничего не предпринимать и сидеть на жопе ровно. Позиции по фьючерсам на металлы не расширять. Старые оставить, но больше их не трогать. Регулярно сообщать о всех действиях русского. И не сметь никому о нём больше рассказывать.

Вот тебе и партнёрство. Как будто они не в Штатах, а в каком-нибудь Ираке. Об этом Майк тоже попытался было заикнуться. Но быстро получил отповедь. В духе того, что ситуация в стране сейчас тяжёлая и полномочия спецслужб серьёзно расширены секретным распоряжением президента, которое в закрытом режиме утвердил Конгресс.

В итоге, теперь он сидел в кабинете и чувствовал себя полнейшим идиотом. Мог ведь держать язык за зубами и просто делать деньги. Нет же, решил помочь стране и положился на однокурсника. Вышло тупо и глупо. Как будто ребёнок решил на бирже поторговать.

И ведь они на самом деле, скорее всего даже не заинтересовались этим русским. Просто используют данные по фьючерсам ради обогащения. А его самого придержали, чтобы контролирующие органы ничего не заметили. Чем больше будет странных длинных позиций по никелю с палладием, тем выше шанс, что всё это накроют.

Пискнуло уведомление на рабочем планшете и Майк открыл софт. Вот это да! У русского появились новые позиции. Он шортил пятёрку компаний из фармы. Причём не универсальных гигантов, а тех, кто…

Осознание щёлкнуло в голове сразу же. Для такого даже думать было не надо – если показать тот же список любому, кто достаточно долго работает с биржей, он сразу скажет, чем похожи эти фирмы.

Означать это могло только одно – совсем скоро эти акции пойдут вниз. У них только что появился шанс срубить солидный куш. Отбить свои позиции и может быть даже выйти в плюс. Единственными, среди всех профессиональных игроков рынка. При таком раскладе они станут настоящей легендой.

Колебался Кормин недолго. Имей он склонность ныть и долго размышлять по любому поводу – никогда бы не добился успеха.

Первым делом влил всё, что у них оставалось в новые позиции по фарме. Задействовав максимальное плечо, которое давала биржа. Раз уже всё равно рисковать, то по-крупному.

Потом он зашёл на свой личный счёт и разбросал накопления за последние десять лет между семью инструментами. Два металла и пять медицинских компаний.

Закончив, нажал кнопку селектора и попросил пригласить Джимми. Парень пришёл к ним по большой протекции. Сначала работал в отделе продаж и коммуницировал с клиентами. Когда один из арабских шейхов, после разговора с ним, разорвал договор и вместо того, чтобы вложить дополнительные средства, забрал старые, парня хотели уволить. Но вместо этого перевели в отдел трейдинга – сыграла свою роль рука наверху.

Правда, после того, как объём его суммарных потерь превысил два миллиона, Джимми снова сменил отдел. На этот раз стал старшим аналитиком в группе, которая оценивала перспективы драгоценных металлов. О том, что подобная группа появилась за пять дней до его перевода и там собрали тех, кто не был ни на что годен, но при этом выкинуть их на улицу тоже было нельзя, парню естественно не сказали.

Несмотря на всё это, прямо сейчас Кормин был очень рад, что тогда не смог продавить увольнение Джимми. Потому что в текущей ситуации его наличие давало ощутимый плюс.

– Вызывали, босс?

Держаться паренёк пытался бодро. Как и полагается ценному специалисту, что обошёлся фирме в миллионы долларов. Если не интересоваться деталями, то фраза звучала внушительно. Почти идеально для подката в баре к незнакомке.

– На прошлом корпоративе, ты рассказывал про своего дядю. Он ещё жив?

Взгляд Джимми разительно изменился. Он даже попытался попятиться. Благополучно столкнувшись с дверью.

– Да, но… Он сейчас в Неваде, босс. Когда эта хреновина с неба рухнула, его одним из первых отправили.

В этом Кормин почти не сомневался. Рассказывая о своём дяде, что работал в министерстве внутренней безопасности, парень использовал весьма красочные эпитеты. «Отбитый на голову псих, которого вечно посылают тушить пожары, потому что не жалко» – самый лёгкий и позитивный вариант из всех.

– Ты можешь с ним связаться?

Увидев, как изменилось лицо парня, Майк поднялся из кресла.

– Если всё выгорит, он получит отличную наводку, у меня будут гарантии безопасности, а ты станешь… Как насчёт заместителя исполнительного директора?

На то, чтобы осознать услышанное и перезагрузиться, у Джимми ушло почти десять секунд. Непозволительно долго. Ничего удивительного, что он так и не добился нигде значимого успеха.

– Сейчас позвоню, босс. А что именно сказать?

Кормин подавил довольную усмешку. Всё прошло настолько просто, что казалось даже слишком лёгким.

– Просто дозвонись, скажи что с ним хотят поговорить и дай мне телефон.

* * *

Пак Джин Хо сидел и смотрел на копья. Он зашёл в хранилище полчаса назад – из головы всё никак не выходил странный заказ русского, который первым кинулся к инопланетной махине. Он ведь не просто так это сделал. Целенаправленно стремился туда. Даже специально прилетел в Корею – про это проговорился сотрудник Национальной разведки, который допрашивал самого Джин Хо.

Глава компании рассказал тогда всё, что знал. Но был почти на сто процентов уверен, что разведка этим заниматься не станет. Задач у них сейчас была масса, а северный варвар по имени Константин покинул страну в тот же день. Уплыл на пароме в Циндао. Об этом упомянул всё тот же сотрудник. Если подумать, каким-то он был очень разговорчивым. Стрессовал? Или считал, что он, уважаемый господин Пак в сговоре с иностранцем и хотел спровоцировать на реакцию?

Все эти мысли лениво текли на заднем фоне, пока кореец рассматривал копья. Основное его внимание было приковано именно к оружию. Стальной наконечник с нанесением палладиевого металлического стекла. Зачем русский настаивал именно на таком варианте? Почему палладий?

Ответ, который внезапно всплыл в голове Пак Джин Хо казался таким очевидным, что старик удивился, почему не подумал об этом два дня назад, когда смотрел, как иностранец бежит по улице с копьём в руке.

Он ведь отправился внутрь не просто так, а чтобы сражаться и убивать. Значит палладий обеспечивает преимущество. Непонятно, какое точно, но оно должно быть. И проверить это можно только одним способом.

Покинув хранилище, Пак Джин Хо добрался до помещения, где сидела большая часть персонала. В открытом офисном пространстве размещались почти все работники – от продажников до единственного маркетолога.

Увидев директора, сотрудники тут же затихли. Подняв головы, посмотрели, ожидая распоряжений.

– Ким Джи Хун, помнишь ты говорил, что твой приятель собрал отряд, который собирается пройти внутрь этой махины. Он ещё не передумал?

Парламент Кореи буквально вчера одобрил закон «об аномальной зоне», который вступал в силу немедленно. В том числе, разрешал вход внутрь отрядов добровольцев, чтобы снизить активность колосса и сократить число человеческих жертв.

За прошедшее время успела появиться масса отрядов. Особенно много их было среди любителей прогрессорских манхв и новелл – они воспринимали упавшие колоссы, как шанс попробовать на вкус то, чем так долго увлекались. Среди них был и друг детства Ким Джи Хуна.

– Не передумал, сачжан-ним, – поднявшись, парень чуть наклонил голову. – Они собираются в рейд сегодня.

– А оружие?

Отныне закон разрешал каждому корейцу, который официально зарегистрируется в качестве добровольца, свободно покупать и хранить дома холодное оружие. Плюс, перемещаться с ним по улице, если конечной целью являлся вход в «аномальную зону».

Огнестрельное тоже приобрести было можно, но оно хранилось на складах, которые спешно разворачивали рядом с упавшим колоссом. Придя, доброволец мог получить его, а после вылазки, сдать обратно на хранение. Забирать огнестрел с собой строго запрещалось. Для страны, где даже наёмные убийцы предпочитали использовать ножи, топоры и стилеты, а за владение пистолетом можно было получить срок не меньший, чем за реальное убийство, подобная вольность и так была где-то на самой грани.

– Они купили топоры и молотки. Когда будут заходить, собираются взять два пистолета.

– Хорошо, – кивнул Пак Джин Хо. – Передай, что у меня есть предложение. Они получат наше оружие. Образцы, специально подготовленные для боёв на другой стороне. Копья и возможно мечи.

В голове старика мелькнула мысль, что палладиевое металлическое стекло можно нанести почти куда угодно. Топоры, ножи, арбалетные болты и наконечники стрел лука. Даже на пули. В теории их даже можно было попробовать сделать из этого материала. Проблема была лишь в цене.

– А взамен?

Глаза парня полыхнули надеждой – уже представлял, как огорошит друга новостью. Эх, молодость. Пак Джин Хо с трудом сдержал улыбку.

– Наша компания станет владельцем семидесяти процентов долей их отряда и они должны будут составлять подробный отчёт о каждом рейде. Не только о том, как показало себя наше оружие, но и обо всём остальном.

На секунду задумавшись, юноша глубоко поклонился.

– Немедленно позвоню ему. Думаю, он сразу же согласится, сачжан-ним. И будет благодарен до конца своей жизни.

* * *

Четыре широких прохода. Медленно загорающиеся светильники, которые как в кино, начинали светиться по цепочке, постепенно разгоняя темноту. Визуально – никакой угрозы. Только крупная белая плитка, стены и показавшиеся вдали очертания статуй, которые стояли вдоль стен.

Толпа, что на миг замерла, уже зашевелилась. Плеснула в разные стороны – самые рисковые потянулись к входам.

– Не входите туда, пока я всего не изучу!

В этот раз пришлось использовать менос, чтобы точно донести свою мысль до всех. Воздействие было относительно слабым, но этого оказалось достаточно, чтобы голос добрался до ушей каждого из присутствующих.

Люди начали оглядываться, но тут рядом раздался вопль.

– Не верьте ему! Эта сволочь здесь, чтобы направить нас по ложному пути! Откуда он всё знает? Почему был невидимым? Он всё лжёт!

Останавливаться на этом мой пылкий оппонент не стал – ловко спрыгнув с постамента, помчал прямо через толпу, продолжая кричать и размахивать руками. Что самое страшное – это привлекло сторонников.

Ещё несколько человек в разных частях толпы пытались собрать группы по национальному признаку. В основном африканцы, арабы и азиаты.

В воздухе полыхнули гигантские огненные буквы, вслед за которыми зазвучал голос.

– Помещение и проходы будут уничтожены через четыреста двадцать секунд вашего времени. Все, кто останется здесь на тот момент, погибнут.

Предсказуемо. В противном случае, самым логичным выходом было бы оставаться в зале и при необходимости держать оборону. А по истечении часа, выбраться назад.

Оратор с катаной на поясе снова закричал, ведя за собой не меньше пары сотен Защитников. Зря они так. В тоннелях наверняка всё непросто.

– Там тоже есть менос.

Мужчина в брюках и майке, у которого не было никакого оружия, смотрел на ближайший проход. Прищурившись, как будто пытался разобрать что-то вдалеке.

– Только не пойму, внутри чего он…

Спасать тех, кто сам рвался навстречу смерти и не желал слушать, я не собирался. На это сейчас не было времени. А если начну убивать зачинщиков «беспорядков», сделаю только хуже – отпугну тех, кто пока склонен довериться мне.

– Те, кто хочет жить – идите следом за мной. Не пересекайте порога тоннеля, пока не осмотримся.

Ждать реакции не стал – хлопнул по плечу Защитника в майке и указав взглядом на тот самый ближайший проход, прыгнул вниз. Через несколько секунд он нагнал меня. Двинулся следом, с интересом покосившись на копьё и одежду.

– Франсуа Лебуа. Рад знакомству.

Этап, во время которого я перестану тотально скрываться и перейду к отдельным операциям подавления, по плану должен был начаться позже. Но видимо придётся стартовать его немного раньше.

– Константин Лагов. Я тоже рад. Из Франции?

– Канада. Я из Квебека.

Прозвучало немного неожиданно. Но никакой разницы откуда он, не было. Главное – Франсуа мог видеть менос.

– Он в статуях.

Мы уже подошли к порогу и мужчина вытянул руку, указывая вдаль. Прищурившись, добавил.

– В каждой масса энергии.

Статуи, значит. Я прикинул расстояние до них. Присмотрелся к концу широкого тоннеля, который блестел металлом.

В момент, когда собирался сформировать вокруг себя иллюзию, на другой стороне зала послышались вопли. Так кричат люди, которые видят что-то страшное.

– Статуи! Они рвут их на куски!

Моё восприятие не позволяло ощутить тепло или почувствовать иные признаки наличия меноса на таком расстоянии. Но теперь ситуация стала ясной. Банальная ловушка с одинаковым капканом в каждом коридоре. А четыре входа – либо для того, что мы рассредоточились и получили меньше шансов, либо требование таинственного механизма.

– Не пересекайте порог, пока не подам сигнал.

Бросив взгляд на канадца, я сформировал оптическую иллюзию и поднялся над землёй. После чего устремился к статуям. До них было не больше сотни метров – расстояние я преодолел за считанные секунды. Но вот меноса так и не почувствовал. Не окажись рядом Франсуа и не слышь я те крики, подумал бы, что это обычные скульптуры.

Наконечник копья, которое было усилено менос-ядром, легко расколол голову ближайшей статуи. Вот теперь я почувствовал энергию – сложно пропустить момент, когда тело принимает поток трофейного меноса.

Как минимум, второй ранг. Бета. Если вспомнить, что статуи стояли вдоль стен и наверняка атаковали неожиданно, жертвы должны были оказаться солидными. Тем более тут было под полсотни таких скульптур.

Я перемещался от одной к другой, быстро орудуя копьём. Впереди было ещё сотни полторы метров пустого коридора, в конце которого виднелась какая-то большая металлическая площадка.

Ближе к середине экспозиции меноса в статуях начало становиться всё больше. А добравшись до последних, я понял, что они не уступают рангу «гамма». И таких было целых восемь. Что заставило изменить первоначальную оценку – до конца коридора не должен был добраться ни один Защитник. Восемь «гамма» могли в одиночку перекрыть коридор и убивать людей столько времени, сколько понадобится.

Но вот меня, прикрытого оптической иллюзией, они не чувствовали. Грубоватая работа. Пусть и меноса использовано немало.

Оставшийся отрезок тоннеля никакого подвоха не содержал. На всякий случай я даже опустился на пол ногами и пробежался по нему. Предположив, что где-то тут может быть ловушка, реагирующая на движение.

Нет – ничего так и не обнаружилось. Разве что громадная лифтовая площадка в конце. Десять на десять метров, с одной единственной кнопкой, на которой была нарисована стрелка вверх.

Остановившись перед входом туда, я развернулся. Посмотрел на плотные ряды Защитников, которые сомкнулись перед входом. И расформировав оптическую иллюзию, помахал им рукой, в которой держал копьё.

* * *

Жизнь Франсуа Лебуа вовсе не была сказкой. Когда твой отец связан с криминалом и регулярно кому-то должен, приходится выживать. Потому как старший постоянно залегает на дно, а тебе приходится отдуваться и как-то разруливать проблемы.

Поэтому он так рано научился считывать мимику. Требовалось понимать, кто просто так размахивает пистолетом, а кто в самом деле готов всадить пулю. Или сломать тебе руку. Как вариант – оставить порез на животе. Стандартная практика среди уличных банд.

Именно из-за этого канадец доверился словам Константина. Его появление из ниоткуда действительно выглядело подозрительным. Но лицо и мимика мужчины указывали, что он не желал ничего дурного. Как минимум, убивать или подставлять, никого не собирался.

Наблюдая, как человек со странной фамилией крушит статуи, Лебуа удивился тому, сколько тот поглощал меноса. В свою первую вылазку, он угодил в тот колосс, что стоял в Бразилии. И каким-то чудом убил напавшего на него полупрозрачного червя, который пытался сожрать мужчину.

Поглощённой энергии было совсем немного. Но её хватило для формирования способности видеть чужую силу. Выбравшись и отдохнув, Франсуа снова вошёл обратно. На этот раз вооружённый и убивающий ту добычу, с которой мог разобраться.

Постепенно он наращивал и собственную силу, но основной целью была плоть животных. За громадной махиной, которая мерцала бирюзовым цветом, скрывался причудливый красивый мир с массой добычи. Сейчас, когда стало понятно, что мясо животных имеет полезные свойства, его массово скупали. И Франсуа собирался заработать денег.

У него даже получилось – вернувшись, канадец стал богаче почти на полторы тысячи американских долларов. А в момент, когда прикидывал, сколько сможет поднять за месяц такой охоты, его забрало сюда. В громадный и сверкающий золотом зал.

Но если даже он сумел убить животных, за которых заплатили полторы тысячи, сколько может зарабатывать кто-то вроде Константина? Внутри него сияло столько меноса, что Лебуа было больно смотреть.

Когда тот сбросил свою невидимость и помахал им копьём, вокруг послышались голоса.

– Как он это сделал?

– Откуда столько силы? Кто он вообще такой?

– Это какой-то спецназовец, да?

Люди, которые устремились в остальные три коридора, уже были мертвы. За исключением тех немногих, что были в самом хвосте и сразу кинулись бежать. В любом случае – все видели, насколько смертоносны и почти неуязвимы были статуи. Ни пули, ни холодное оружие их не брали. Зато отлично сработало копьё этого Лагова. На оружии даже следа после многочисленных ударов по камню не осталось.

– Не спешить! Группами по десять! Давайте-давайте, не всей толпой!

Встав около стены, Франсуа принялся командовать, стараясь чтобы люди не ринулись вперёд потоком, затоптав друг друга.

– А ты кто такой? С чего нас прессуешь?

Какой-то рослый мужчина, судя по виду, рождённый где-то в центральной Африке, навис над Лебуа.

Но тому даже не пришлось отвечать. Один из проходивших мимо людей достал пистолет и взведя боёк, нацелил ствол в голову возмутителя спокойствия. Ещё один дёрнул его за рукав.

– Ты совсем идиот? Он же с этим, который копейщик. Тебя убьют щас нахрен.

Этого оказалось достаточно, чтобы противник тут же слился. Франсуа же в очередной раз пожалел об отсутствии оружия. Не стоило снимать кобуру. Будь у него хотя бы пистолет, любые переговоры стали бы проще.

Сам он побежал с последней группой. В момент, когда уже начался отсчёт последних шестидесяти секунд.

Они успели. Влетели на закрытую большую площадку, где уже стояли остальные. Сразу как оказались внутри, Константин нажал кнопку и платформа поползла вверх.

Сам мужчина подошёл к Лебуа, который застыл около кромки. Подумав, сунул руку в карман штанов и вытащил оттуда небольшой чехол. Достал круглый предмет.

– Возьми в руку, сожми и сосредоточься. Подумай о том, что хочешь впитать энергию.

Франсуа взял в руку гладкий матовый шарик. Увесистый. Как будто был сделан из мрамора. Светло-зелёного цвета. Со слабо мерцающей искрой внутри.

Стоило сомкнуть на нём пальцы, как ладонь тут же потеплела. Потом Лебуа увидел, как искра превращается в ярко светящийся сгусток меноса, который тут же впитался в его ладонь.

– Вы это видели? Что за магия?

– Это же менос-ядро! Я такие на съёмке видел… Откуда оно у него?

– Обалдеть! Жаль телефон тут не пашет…

Ощущения были максимально интенсивными – канадец только что получил больше меноса, чем за всё время охоты. Но расслабляться было некогда – лифтовая площадка замедлилась, а перед глазами появился ещё один зал.

Этот был куда больше по своей площади и наполнен многочисленными статуями. Но если в прошлый раз они видели скульптуры, которые внешним видом напоминали создание, что с ними говорило, то тут были исключительно животные. Внутри каждого из которых ярко светился менос.

Франсуа озвучил это Константину и тот кивнул, оглядывая помещение, которое было намного больших размеров, чем предыдущее.

– Никакой оригинальности…

В этот момент канадец почувствовал настоящее изумление. Оригинальность? Они рискуют умереть тут, а он недоволен, что им снова встретились статуи?

В следующий момент мужчина скомандовал не покидать кабину до его отмашки и снова исчез из виду. Причём так, что его не видел даже сам Франсуа. Хотя нет – вот сейчас, после новой порции меноса, начал различать. Совсем слабо, но тем не менее.

Миг и голова ближайшей к ним статуи, которая изображала громадное животное, похожее на слона, разлетелась на куски. А Константин устремился дальше. Сокрушая и уничтожая.

В воздухе вновь полыхнули буквы и начался обратный отсчёт. Судя по которому, через девятьсот секунд всё вокруг должно было распасться на атомы.

Лагов это тоже наверняка слышал. И ускорился. Если раньше его фигура буквально плыла над полом от одной цели к другой, теперь мужчина начал бегать. Делая это куда как быстрее.

Правда и последствия не заставили себя ждать – в какой-то момент статуи разом шевельнулись, как будто сбрасывая оцепенение. После чего ринулись в атаку.

Кто-то выругался на арабском. Парень, который выглядел, как типичный айтишник, заплакал.

– Может ему помочь?

Франсуа бросил взгляд на вставшего рядом бритоголового крепыша с отчётливым уэльским акцентом.

– Не думаю, что мы сможем справиться хотя бы с парой этих скульптур. Лучше не мешаться под ногами.

Настаивать валлиец не стал. А вот Константин сам устремился навстречу атакующим. Выделывая такие кульбиты, что оставалось только завидовать.

Взрывались фонтаны каменной крошки, летели в разные стороны куски породы, полыхал менос. Казалось, что эта битва не кончится никогда, но когда разлетелась осколками последняя статуя, обратный отсчёт показывал ещё больше трёхсот секунд.

Канадец открыл было рот, чтобы крикнуть и поинтересоваться, можно ли выходить. Но тут в середине зала что-то засверкало. Каменный выступ, размером пять на пять метров, с треском поднялся наверх. Крышка разошлась в разные стороны, на деле оказавшись двойной переборкой. А изнутри поднялась сверкающая меносом двухметровая фигура.

Возможно Лебуа ошибался. Но как ему казалось, сейчас там встала на ноги та самая сволочь, что вещала им в виде голограммы.

Глава VII

До ранга «гамма» во втором зале дотягивала добрая полусотня статуй. К счастью, половину из них я уничтожил ещё в спокойном состоянии. А когда остальные пришли в движение, уже гарантированно пересёк «дельту». Вполне вероятно, неплохо продвинувшись к пятому рангу.

Поэтому, серьёзным препятствием они для меня не стали. Будь на их месте полноценные Защитники, которые могли бы использовать свою силу разными способами и обладали способностями, всё было бы куда как сложнее. Однако я сражался с тупыми болванками, из которых лишь крохотная часть могла рассмотреть мою фигуру под оптической иллюзией. Остальные же только мешались у них под ногами.

Но вот сейчас всё было иначе. На меня смотрел лэйк, от которого очень сильно тянуло теплом. Он только что впитал в себя громадный объём меноса. Какую-то его часть дали убитые Защитники. Остальное видимо находилось внутри саркофага.

Враг, ранг которого не ниже моего. Пышущий силой и вооружённый длинным копьём. Мало того, что я с таким не сталкивался, так в воздухе ещё и мерцали цифры обратного отсчёта. У меня было меньше пяти минут, чтобы с ним разделаться.

Фигура противника сдвинулась с места. Сделав несколько быстрых шагов, он остановился в нескольких метрах от меня, опустив копьё. Несмотря на развёрнутую оптическую иллюзию, противник меня отлично видел.

– Интересный образец. Не окажись ты здесь, тоже был бы шанс стать Достойным.

Лэйк был быстр. Настолько, что мой взор едва поспевал за движениями. Но одновременно с этим порывист. Слишком много меноса прошло через его тело. А разум похоже долго был в спячке. Стоящий передо мной туземец не полностью контролировал собственные движения. Даже остановился позже, чем собирался. Пропахав ступнёй каменную плиту и вынужденный сделать ещё один шаг вперёд, в попытке скрыть свою слабость.

Со стороны лифта что-то закричали. Наверное спрашивали, что делать. Или напоминали про неумолимый обратный отсчёт.

– Кто такие Достойные?

Обмениваться с ним ударами – глупая затея. С каждым движением, лэйк будет восстанавливать стабильность и становиться всё более опасным. Ударить нужно один раз. Наверняка.

Поэтому я озвучил вопрос, сместившись в сторону. Так, чтобы в поле зрения оказались осколки нескольких каменных статуй, что располагались за спиной врага.

Жаль, но лэйк вовсе не был идиотом, готовым продолжать диалог, пока мне не будет удобно атаковать. Вместо этого он ударил сам. Использовав ту самую схему, которую собирался применить я.

Не меньше сотни каменных обломков взмыли в воздух, устремившись ко мне. А стоило обозначить своё движение, как вперёд ринулся и сам противник. Уловив в какую сторону я смещаюсь, кинулся в атаку, готовясь выбросить вперёд копьё.

С его точки зрения, победа наверняка была в кармане. Однако у меня имелось важное преимущество – лэйк не знал о моих способностях. Если до этого момента, уверенности в его незнании, у меня не было, теперь это стало очевидным. Иначе не стал бы так подставляться.

Использовав способность к левитации, я рванул вверх. Сейчас, после достижения четвёртого ранга, у меня получалось взлетать на добрый метр от поверхности. Одновременно, используя менос, уплотнил воздух. И оттолкнулся от него ногами, выстреливая ещё выше вверх.

Внизу с грохотом столкнулись волны каменных осколков. Вместо того, чтобы накрыть меня, ударили друг в друга. Пронзило воздух, сияющее меносом копьё лэйка. Я же хлестнул нитями кислотной крови, которые под колоссальным давлением выстрелили из голеней.

Противник был ничуть не слабее меня. Возможно даже сильнее. Поэтому рассечь его на части я не надеялся. Слишком прочной сейчас была его плоть. Но и такое тело имело уязвимые места.

Четыре нити зелёного цвета. По две на каждый его глаз. Двигался лэйк запредельно быстро. Но импровизированное оружие из моей крови, оказалось ещё быстрее.

Ради справедливости – мне удалось попасть всего в один глаз. И этого хватило. Противник, который заметив прыжок, разворачивался, чтобы нанизать меня на копьё, взвыл и сбился с темпа. От боли за время своего ожидания, он тоже отвык.

Сверкающий золотом наконечник прошёл рядом со мной рассекая воздух. В следующий момент враг двинул древком вбок, чтобы отшвырнуть меня в сторону. Слишком поздно – моё собственное копьё уже вошло в его голову.

Я опасался, что металл не выдержит. Рассыпется на кусочки из-за столкновения с такой плотью. Но связка из палладия и менос-ядра, которое я использовал, чтобы пропитать оружие, сработала. Наконечник с хрустом пробил череп и ушёл вглубь, разрушая мозг. Вынырнув из подбородка, вонзился в корпус и погрузился в грудную клетку. Остановившись только после того, как внутри лэйка оказалось две трети длины оружия, а я начал заваливаться вбок вместе с телом противника.

Менос хлынул внутрь ещё до того, как я коснулся пола. Его было много. Но не настолько, как я ожидал. Будто я убил противника, который стоял между «гаммой» и «дельтой». Хотя враг, как минимум находился между «дельтой» и «эпсилоном». Четвёртым и пятым уровнями.

Плюсом этой ситуации были слабые судороги. Вместо того, чтобы плашмя удариться о камень и лежать, извиваясь в конвульсиях, я рухнул на одно колено, вдребезги разбив каменную плиту, которая под ним оказалась.

Всё прояснилось, когда я присмотрелся к телу поверженного врага. Его плоть не успела усвоить весь менос. Энергии было настолько много и она оказалась столь концентрированной, что противник не успел вобрать её всю. Слиться с его плотью в единое целое, менос тоже не успел.

Сейчас стал ясен мой просчёт в его оценке. Будь у лэйка хотя бы один час, чтобы стабилизировать своё состояние – я бы столкнулся с противником, который гарантированно пересёк черту «эпсилона». Боюсь, тогда мои шансы на победу, сократились бы, минимум в десять раз.

Встав, потащил на себя копьё. Поняв, что оружие не хочет выходить из раны, упёрся ступнёй в плечо убитого противника и вырвал его.

Цифры в воздухе погасли, но пока больше ничего не происходило. Поэтому я заглянул внутрь открытого квадратного саркофага. Обнаружив большой бассейн с золотистой жидкостью и следы мощного воздействия меносом. Источник тоже был понятен – несколько десятков крупных менос-ядер, расположенных по периметру.

Они были полностью опустошены, поэтому забирать я их не стал. Но кое-что интересное тут всё равно имелось.

Сбросив рюкзак на пол, вытащил оттуда литровую бутылку воды. Открутив крышку, поднял ёмкость и опустошил несколькими крупными глотками. Потом наступил ногой на выступ внутри саркофага-бассейна и наклонившись, наполнил её жидкостью оттуда.