Текст книги "Галерея римских императоров. Принципат"
Автор книги: Александр Кравчук
Жанр:
История
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 29 страниц)
Обратный путь цезаря пролегал через Сирию и Малую Азию. Зиму 131/132 годов Адриан провел в Афинах, потом задержался в балканских провинциях и уже собирался возвращаться в Италию, но тут пришла весть, заставившая его изменить планы: в римской провинции Палестине вспыхнуло восстание иудеев.
ВЕЛИКОЕ ВОССТАНИЕ
Какие причины вызвали этот акт отчаяния? Две из них очевидны, они и подтолкнули к восстанию: решение римского сената возвести на месте бывшего иерусалимского храма святыню языческого бога и эдикт, запрещающий обрезание еврейских мальчиков на всей территории Римской империи. Оба этих решения воспринимались иудеями как величайшее оскорбление их убеждений и религиозных традиций. Однако прежде всего всенародное возмущение объяснялось желанием добиться независимости и сохранить национальное самосознание. Со времени покорения Римом Палестины каждое поколение ее еврейского населения готово было отдать свою кровь и жизнь борьбе за святое дело. Так обстояло дело и в 30-х годах I века, во времена римского прокуратора Иудеи Понтия Пилата, затем во времена великой Иудейской войны 66-70-х годов и, наконец, во время царствования Траяна. И вот уже четвертое поколение евреев взялось за оружие. Невзирая на все неудачи, поражения, неисчислимые потери восставших и мирных жителей, каждое восстание становилось для еврейского народа важной исторической вехой, сохраняя и укрепляя самое важное – чувство национальной гордости и достоинства.
Восстание 132 года охватило Палестину и, вероятно, часть Сирии. По своим масштабам, ожесточенности, бесчисленным жертвам и страшным разрушениям оно может быть приравнено и к восстанию во времена Траяна, и к войне в нероновские времена. К сожалению, как события времен Траяна, так и эти остались для нас практически неизвестны: до наших дней не дошло ни одно свидетельство эпохи. Увы, не оказалось в те годы историка, каким во времена Нерона был знаменитый античный историк Иосиф Флавий, оставивший свою великолепную «Иудейскую войну» (законченную в 79 году н. э.), сохранившуюся в целости на протяжении двух тысячелетий благодаря христианской традиции. О восстании при Адриане до нас дошли лишь короткие упоминания разных писателей и историков Античности, а также монеты, которые чеканили повстанцы. И лишь во время второй мировой войны на нашей памяти были обнаружены бесценные исторические источники восстания. Речь идет о переписке руководителя повстанцев Симона с главами палестинских округов. Обнаружили эти материалы в тайных пещерах пустыни, написаны они на арамейском языке и пока еще изучаются.
Симона его сторонники называли Сыном Звезды – Бар Кохба, а враги – Сыном Лжи. Он сам объявил себя правителем Израиля, а многие считали его мессией, посланцем Бога, что, в свою очередь, оттолкнуло от него сторонников ранних христиан. И тем не менее восстание расширялось стремительно, как пожар, охватывая всё новые территории. Поскольку в открытых битвах восставшие не смогли устоять перед сильным римским войском, они прибегли к тактике партизанской войны. Скрываясь в горных крепостях и пещерах, в тайных убежищах пустыни, они оттуда совершали вылазки, нападая и на отряды римских войск, и на своих соотечественников, которые не пожелали примкнуть к восставшим. На какое-то время им удалось овладеть Иерусалимом, и, по некоторым данным, они приступили к восстановлению своего великого храма. В период самых горячих боев с восставшими Адриан лично руководил войсками Рима, а затем поручил руководство над римскими легионами опытному военачальнику Юлию Северу, вызванному из Британии, где тот был наместником. Он же был назначен наместником Палестины после подавления восстания. Бар Кохба погиб в 135 году в боях за свою последнюю крепость, неподалеку от Иерусалима. Новая провинция была названа Палестинской Сирией, она включала в себя земли Иудеи и прилегающие области.
Римлянам досталась провинция развалин. В результате многолетних боев Иудея была полностью разрушена. По дошедшим до нас сведениям, полностью разрушенными оказались 50 крепостей и 985 населенных пунктов, погибли сотни тысяч местных жителей – в битвах, во время военных действий, а также умерли от болезней и голода, а сколько захвачено римлянами в плен и превращено в рабов – неизвестно. Их было так много, что за израильского раба платили столько же, сколько стоила лошадь. Многих погнали в Египет, но по пути большинство из них погибло от истощения. Однако потери римлян тоже были немалыми. Император своеобразно отметил этот факт. В своем послании сенату о полном подавлении восстания он не прибавил обязательную фразу «Я и армия чувствуем себя хорошо».
Впоследствии был выполнен намеченный план Aelia Capitolinaи возведен храм Юпитера. Были построены культовые святилища и другим богам, в том числе в местах, чтимых христианами, – Распятия и Гроба Господня. Евреям было запрещено селиться в Иерусалиме и даже входить в город. Еще в IV веке им разрешалось входить в Иерусалим только раз в году – в день 9Аb, то есть в годовщину разрушения храма, чтобы оплакать национальную трагедию. Однако за эту привилегию им приходилось дорого платить римским солдатам. И все же прав один из историков: «Слезы отчаяния скрывали надежду, а она никогда не умирает».
В силе оставался запрет обрезания, но уже наследнику Адриана пришлось отменить его под угрозой очередного иудейского восстания этого воинственного и очень религиозного народа.
ВЕЛИКИЕ СВЕРШЕНИЯ
Пришло время объяснить, почему же Адриана считают одним из величайших государственных деятелей в истории не только Римской империи, но и человечества. Прославился он не великими завоеваниями, покорением новых земель и присоединением их к империи, но прежде всего как мудрый и дальновидный правитель, многое сделавший для укрепления отечества. А для этого приходилось очень много строить. Ну, и как бы мы теперь выразились – много рабочих мест. Это способствовало укреплению экономики страны и благосостоянию ее граждан.
Адриан – великий строитель. Никто из римских цезарей не сравнится с ним по количеству построенных зданий, крепостей, акведуков, мостов, водопроводов и различных ирригационных сооружений, а также проведенных дорог. Доказательством его разносторонней строительной деятельности являются в наши дни лишь внушительные руины, сохранившиеся в разных уголках на территории бывшей огромной Римской империи, в разных ее провинциях. Разумеется, больше всего их можно видеть в самом Риме. Из наиболее заметных архитектурных шедевров Вечного города, возведенных по велению Адриана, назовем самые главные.
Одно из самых монументальных и знаменитых сооружений Рима – это огромная родовая гробница Адриана. Ее построили у Тибра в виде круглого бастиона, она прославлена в веках под именем замка святого Ангела. От нее протянулся через реку прекрасный каменный мост, тоже творение Адриана, знаменитый старинный Pons Aelius– три его средних арки сохранились со времен Античности, позднее мост был украшен скульптурными изображениями ангелов. Далее следует пантеон, увенчанный великолепным куполом. Правда, первоначальный пантеон был построен еще во времена цезаря Августа на средства Марка Агриппы, но Адриан его полностью перестроил, придав ему тот вид, которым мы можем наслаждаться сейчас. Адриан же бережно сохранил и надпись основателя на фасаде. Надо отметить, что Адриан всегда помнил о тех, кто строил до него, а вот свое имя из скромности не увековечивал, хотя полностью перестраивал сооружение. Еще один из замечательных памятников Адриановой архитектуры – это храм богинь Венеры и Ромы (повелительницы Рима) на Форум Романум со стороны Колизея. Для того чтобы построить этот храм, пришлось передвинуть на несколько сот метров Колосса, гигантскую бронзовую статую Нерона, которую переименовали в изображение бога Солнца. Для перетаскивания статуи на другое место использовали 24 слона.
В Риме было много и других заметных построек, не сохранившихся до наших дней или уже очень разрушенных. Стоит, однако, подчеркнуть, что император не ограничивался возведением лишь общественных или сакральных построек. По прямому указанию Адриана и часто на его личные средства в Риме строилось множество других зданий, в том числе и обычных жилых домов. Историки могут это со всей достоверностью определить благодаря указу того же Адриана от 123 года, по которому требовалось на кирпичах построенного дома вырезать штамп с именами и фамилиями консулов, в чье правление возводился дом.
В окрестностях Рима, недалеко от Тибура (современный Тиволи), в обширном парке вырос целый комплекс дворцовых построек и храмов. Это знаменитая вилла Адриана – местопребывание императора, уставшего от постоянных поездок и государственных забот. Впрочем, Адриану стоило немалых трудов и средств обустройство этого райского уголка по своему вкусу. В основу положена воистину императорская идея. Здесь на территории огромного парка были представлены в миниатюре восхищавшие императора во время его поездок самые привлекательные уголки разных стран мира и архитектурные сооружения, а также привезенные со всего света бесценные произведения искусства. Полнее всего была представлена природа и культура Греции и Египта. Насколько это все было достойно восхищения, трудно сказать, ведь до нас дошли лишь фрагменты былой роскоши. Из множества прекрасных статуй большинство было вывезено вскоре после смерти Адриана, а в IV веке император Константин Великий перенес их часть в свою резиденцию в Константинополь. Но тем не менее начиная с XV века на бывшей вилле Адриана в развалинах императорского дворца обнаружено около трехсот прекрасных статуй, которые сейчас украшают лучшие музеи мира. Мало что осталось и от уголков природы, представлявших в миниатюре красоты разных стран.
Итак, мы уже имеем представление о том, каковы же сохранившиеся материальные доказательства великих свершений Адриана. И все же самым важным из них были его достижения в области политики, государственного управления и военного дела. Своей главной целью Адриан считал сохранение мира. Этого приоритета своей внешней и внутренней политики, как бы мы сейчас сказали, он придерживался во все годы своего правления. Началось с уже известного нам мирного договора с парфянами и вывода римских войск с восточных территорий, завоеванных Траяном. Затем Адрианом была создана система небольших, зависимых от Рима государств за Евфратом, Дунаем, Рейном. Вслед за этим произведена перестройка и расширение приграничных укрепленных поясов в Британии, между Рейном и Дунаем, в Дакии, а также в Нумидии. В Нумидии на границе с пустыней фортификационные сооружения протянулись на 800 километров, ограждая римские владения от набегов кочевников пустыни. Грандиозность этих сооружений во всей полноте была выявлена лишь в нашу эпоху, когда появилась возможность сфотографировать их с самолета.
Понятно, что никакие укрепления не помогут, если их не защищают хорошие солдаты. Адриан сам был военным, всю молодость провел в армии, причем последние годы непосредственно под руководством талантливого полководца Траяна, так что военную реформу провел со знанием дела и с огромной пользой для государства. Он начал с того, что сократил число римских легионов, вместо 30-ти теперь было 28, но зато создал новые части, так называемые numeri.Это были отряды пехоты или конницы, в которых служили преимущественно солдаты из провинций, не римские граждане. Все годы император неустанно лично заботился об армии, вникая во все мелочи армейского быта, уделяя особое внимание проблемам обучения военнослужащих.
Перейдем к вопросам внутренней политики. И в этой области вызывает восхищение размах его деятельности. Обладая бесценным для государя умением подбирать себе толковых помощников, император смог осуществить умные и продуманные реформы. Он создал нечто вроде совета при своей особе, называемого consilium, своего рода правительство империи. Высших чиновников император классифицировал по категориям, каждой из которых уже законодательно соответствовали звания и зарплата. Пересмотрена была и сама законодательная система с целью ее кодификации. Особое внимание уделялось социальным вопросам. Законами предусматривалась материальная помощь многодетным семьям и другие государственные вспомоществования. Забота о развитии сельского хозяйства проявилась, в частности, в издании ряда особых указов, например, указа о разрешении занимать пустующие земли и указа о созданий так называемого колоната, то есть такой системы земельного держания, когда крупные землевладельцы сдавали в аренду участки своей земли поселенцам – колонистам. И это лишь часть реформ, направивших древнеримскую государственность по новому пути развития.
Теперь следует отметить и другие несомненные заслуги Адриана. Благодаря его личному пристрастию к греческой культуре, в том числе науке и искусству, Рим пережил эпоху возрождения эллинистической культуры, пришедшей к этому времени в упадок. Благодаря безграничному преклонению императора перед великой культурой греков, его энтузиазму и возможностям эллины почувствовали себя полноправными гражданами империи. Символом равноправия двух культур и языков стало основание в Риме так называемого Афинеума [29]29
Воспитанием и обучением в Римском государстве до тех пор занимались частные лица; и хотя уже Август и после него Веспасиан начали выдавать некоторым известным учителям жалованье из государственной казны, но этим преимуществом пользовались лишь немногие. И так как школа при переходе от республики к единовластию не изменила своих оснований и оставалась на почве республики, то приходила в постоянные столкновения с тогдашней государственной властью. Поэтому Адриан, желая преобразовать школу соответственно духу своего времени и учредить над ней контроль, сделал первую попытку основать общественное учебное заведение для высшего научного образования. Это было нечто вроде академии, в которой обучали преимущественно философии и риторике, а также грамматике и законоведению.
[Закрыть]с кафедрами греческой грамматики и риторики. И тут опять не обошлось без помощников императора, из которых, пожалуй, самым известным был Флавий Арриан. Уроженец Малой Азии, он основательно потрудился на службе Риму, занимая высокие государственные и военные должности, но память о нем в истории сохранилась прежде всего благодаря его литературным заслугам в области греческой культуры и науки. Литературные труды Арриана предоставляют нам возможность ознакомиться с учением его современника – греческого мудреца стоика Эпиктета, бывшего раба. Вот уже почти два тысячелетия мудрые слова этого ученого до сих пор служат утешением страждущим, вселяют в них бодрость и надежду. Эпиктету мы обязаны еще и кратким, одновременно точным и исчерпывающим описанием жизни и деятельности Александра Македонского на основе затерявшихся во мгле веков более древних достоверных источников. Это лучший труд на данную тему изо всех, дошедших до нас из древнего мира.
Итак, императором Адрианом сделано немало, на склоне лет у него были все основания испытывать удовлетворение правителя, осуществившего многое из задуманного. Но случилось так, что последние годы жизни он прожил в тоске и печали. Начиная со 134 года Адриан уже не отправлялся в свои путешествия, безвыездно находясь в Италии. Император жестоко страдал от тяжелой хронической болезни: кровотечения, опухоли, боли. Он так мучился, что не раз помышлял о самоубийстве, просил своих ближних дать ему яд или окончить его муки ударом кинжала. Однако никто не решался. Сабина скончалась в 135 году. В прощальной речи цезарь позволил себе двусмысленное высказывание: «Она многого от меня требовала, а я никогда ей ни в чем не отказывал». Не отказал и после ее смерти: повелел сенату причислить ее к сонму богов. Ходили слухи – и дошли до нас, – что Адриан все-таки очень нехорошо обращался с женой, прямо как с рабыней, и вроде бы заставил ее принять яд. Скорее всего, это были лишь слухи, порочащие доброе имя императора и распускаемые его врагами, тем не менее они свидетельствуют о том, что в последние годы жизни цезаря отношение к нему изменилось. Да и факты говорят о том, что характер Адриана с годами испортился. Он стал подозрительным и жестоким, чего раньше за ним не замечалось. Слабый, больной старик приказал благородному и достойному сенатору Сервиану покончить жизнь самоубийством, причем вместе с его восемнадцатилетним внуком, что они и вынуждены были сделать. Причиной оказалось недовольство сенатора решением императора назначить своим преемником Цейония Коммода. Выбор и в самом деле был неудачным. Болезненный старец, назначенный наследником императора, скончался 1 января 138 года. Адриан, сам стоящий на пороге смерти, оказался вынужденным продолжить поиски преемника и остановился тоже на немолодом, пятидесятилетнем сенаторе Арии Антонине. В соответствии с традицией, он усыновил Антонина, и тому в свою очередь тоже пришлось срочно назначать себе преемников, по настоянию цезаря. Таким образом, цезарь позаботился о преемственности власти, что имело огромное государственное значение, ибо служило гарантией от случайных узурпаторов. В этом проявился прежний Адриан, дальновидный политик, заботящийся о благе отчизны, хотя он и отказался в свое время от почетного титула «Отец отечества», – очень уж не любил Адриан всякие почетные титулы, награды, триумфы…
Скончался император Адриан в городе Байи в Неаполитанском заливе 10 июля 138 года на 63-м году жизни.
АНТОНИН ПИЙ
Titus Aurelius Fulvus Boionius Arrius Antoninus
19 сентября 86 г. – 7 марта 161 г.
После усыновления Адрианом 25 февраля 138 г. Imperator Aelius Caezar Antoninus.
Правил с 10 июля 138 г. как Imperator Titus Aelius Caezar Antoninus Augustus, потом до 7 марта 161 г. как Imperator Titus Aelius Caezar Adrianus Antoninus Augustus Pius.
Причислен к сонму богов
Более двадцати лет империей правил честный, культурный, очень способный государь. Он наверняка не был гением, зато оказался – а это, пожалуй, даже важнее для государства – просто разумным и порядочным руководителем. Во время его правления не было ни великих походов, ни опасных конфликтов, не случалось даже никаких потрясающих афер или скандалов. Жизнь всей огромной империи – столицы, Италии, провинций – протекала спокойно, разумеется, не без споров и небольших столкновений, но без особых потрясений и кровопролития. Почему-то авторы учебников по истории и биографий отдельных государей, как ни странно, очень не любят такие времена и таких правителей. Они, эти авторы, походя отделываются несколькими общими словами о спокойных временах, и спешат пуститься в описания войн, завоеваний, страшных эпидемий, всяческих конфликтов, а то и просто преступлений и безумств императоров, королей и царей. Впрочем, их можно понять. Такие времена и таких правителей и описывать легче, и читают о них люди охотнее. Однако, если следовать этой нехорошей привычке, легко нарушить пропорции в объективном описании исторических событий и в их оценке. К тому же совершенная сотни лет назад ошибка с веками становится весомей. И получается: все черное, понурое, мощное и громогласное застилает и глушит в сознании потомков годы спокойствия, тишины, отдохновения и даже процветания, то есть целые годы просто обычной человеческой жизни. По большому счету, в иерархии ценностей должны преобладать именно времена относительной стабильности, только в эти времена люди получают возможность жить по-человечески. Ведь все потрясающие завоевания, войны и реформы предпринимаются не ради них самих, а для того, чтобы народы выплыли на спокойные воды и добрались до тихой пристани нормальной человеческой жизни. Когда же мы, наконец, избавимся в своем понимании и представлении истории от страшного заклятия, в результате которого человечество продолжает знакомиться с нескончаемой чередой фанатиков, маньяков, безумцев, тиранов и извергов? Когда начнем с таким же усердием прославлять тех правителей, которые просто заботились о своем народе, на самом деле любили мир?
Именно таким цезарем – добросовестным и скромным – оказался преемник Адриана. Ну как не похвалить при этом проницательность самого Адриана, выбравшего в преемники именно этого государственного деятеля? Произошло это в самом начале 138 года, за несколько месяцев до кончины императора. Адриан, уже больной и ослабевший от душевных и телесных мук, так представил сенаторам на утверждение Антонина, своего приемного сына и преемника на троне:
Он из знатного рода. Прост и благороден в обращении.
Не настолько молод, чтобы действовать импульсивно, и не так стар, чтобы не справиться со своими обязанностями. Воспитан в подчинении законности. Традиционно занимал высокие должности. Значит, не понаслышке знаком с принципами правления империей. Способен свои принципы умело воплощать в жизнь. Правда, я знаю, что он более других далек от политики, но мне известно и то, что ему чуждо властолюбие. Не думаю, однако, что он способен пренебречь моим и вашим мнением, то есть отказаться властвовать. Согласится, даже вопреки своей воле.
Будущее показало, что столь положительное мнение умирающего цезаря о своем преемнике, причем даже не родственнике, оказалось совершенно справедливым. Да и то сказать, у Адриана было много возможностей хорошо узнать Антонина по многолетней совместной работе, ведь он много лет входил в состав императорского совета. Нельзя было не заметить его, даже внешне Антонин выделялся: высокий, интересный, с правильными чертами лица, он был прекрасным оратором, что в древнем мире ценилось чрезвычайно высоко. Однако тонкий наблюдатель заметил бы и другое, а именно то, что Антонин не был очень сильной личностью, вернее, вовсе не был тем, кто желал, чтобы его считали сильной личностью, стремящейся сделать политическую карьеру. Этот человек был слишком культурным, слишком доброжелательным по своей натуре, слишком любящим маленькие радости жизни. Он с удовольствием занимался рыбной ловлей, с наслаждением вел домашнее хозяйство, охотно принимал участие в сборе винограда, очень любил задушевные беседы с умными, культурными людьми, с которыми беседовал и спорил во время долгих прогулок. Часто посещал театральные представления. Но не имел склонности к путешествиям, в противоположность Адриану. Став императором, Антонин ни разу не покидал пределов Италии, насколько нам известно.
Его предки некогда поселились в Заальпийской Галлии, в районе Немауса (теперь город Ним в южной Франции), затем переехали в Италию, где им принадлежали крупные поместья в Этрурии и по реке Пад. Дед и отец будущего императора (оба они носили одинаковые имена – Аврелий Фульв) достигли высших государственных должностей, побывав консулами. И его дед по материнской линии, Арий Антонин, тоже исполнял должность консула, причем двукратно. От своих предков по обеим линиям император Антонин унаследовал не только значительные состояния, но и очень длинные собственные имена – Aurelius Fulvusот отца и деда, Boioniusпо бабке с материнской стороны, a Arrius Antoninus– от ее супруга. Такое долгое перечисление фамилий не было в ту эпоху чем-то исключительным, наоборот, представители знатных родов стремились почтить память предков, нося их имена.
Сам Антонин прошел по всем ступеням государственной лестницы, которые полагалось пройти отпрыску представителей сенаторского звания, тоже достиг высшей должности в древнем Риме – звания консула, что случилось уже во время правления Адриана. Затем он побывал наместником провинции Азии и вошел в состав императорского совета. Был женат на Анне Галерии Фаустине, получившей в истории имя Фаустина Старшая. У них было двое сыновей и две дочери, но оба мальчика и одна девочка умерли в раннем возрасте, скорее всего еще до 138 года. После того как Антонин стал цезарем, их прах перенесли в мавзолей Адриана, до наших дней дошли копии их кратких эпитафий. Оставшаяся в живых дочь императора Фаустина Младшая сыграла свою роль в династической политике.
Вспомним, что, адоптируя Антонина, Адриан рекомендовал тому в свою очередь тоже адоптировать двух сыновей. Одним из них стал Луций Элий Коммод, которому в ту пору было 8 лет, а вторым – Марк Анний Вер, 17-летний родственник Антонина, известный впоследствии как Марк Аврелий. По какой причине именно они были усыновлены? Да по очень простой: у Антонина не было собственных наследников, хотя ему уже исполнилось 52 года, Адриан же заботился о непрерывности наследования трона на будущие годы, чтобы избежать превратностей судьбы и возможных государственных неприятностей. Отсюда и желание представить гражданам Рима даже двух наследников – на всякий случай. Ведь если бы через несколько лет Антонин умер или даже просто сильно занемог, мальчики уже смогли бы подхватить власть, ускользающую из рук ослабевшего отца. А чтобы еще укрепить связи в этой искусственной семье, решено было обручить Фаустину Младшую с 8-летним Луцием Коммодом. Однако впоследствии девушку выдали замуж за старшего из наследников, Марка Анния, будущего императора. Марк Аврелий в 145 году сочетался браком с Фаустиной, дочерью Антонина Пия. Хотя они оба благодаря формальному усыновлению императором считались ее братьями.
После смерти Адриана переход власти произошел безо всяких потрясений, хотя новому цезарю сразу же пришлось столкнуться с весьма неприятной проблемой. Сенат не пожелал утвердить предложение императора о консекрации, то есть причислить к сонму богов его предшественника и приемного отца. Причиной стало то, что в последние годы царствования больной и озлобленный цезарь раздражал сенаторов своим отношением к ним; случалось, он приговаривал некоторых из них даже к смертной казни. Новый император настаивал на своем решении, даже слезно умолял сенаторов воздать Адриану божественные почести. Отчаявшись, он даже пригрозил и вовсе отказаться от императорского звания, логично заявив, что, поскольку сенаторы так ненавидят Адриана, то сенат, несомненно, отменит решение Адриана о назначении своим преемником его, Антонина. И только тогда Адриана причислили к сонму богов, а Антонину официально присвоили почетное имя Пий, что значит набожный, благочестивый. Так называли не тех, кто рьяно предавался служению богам, а тех, кто горячо чтил родителей, вообще предков и традиционные культы. Впрочем, выдвигались и другие причины присвоения новому императору такого заслуженного прозвища. К тому же некоторые современники уверяли, что именно Антонин не позволил своему приемному отцу, престарелому и очень страдающему от болезней, покончить жизнь самоубийством, другие же подчеркивали тот факт, что Антонин побуждал императора посещать заседания сенаторов, помогая старику встать и добраться до сената, подставив свое плечо для опоры.
Те почести, которые Антонин воздавал Адриану после кончины последнего, возводя в его честь статуи и храмы, были не просто красивым жестом или пустым исполнением обязательного ритуала. Новый цезарь действительно преклонялся перед гением Адриана, что доказал и на деле, продолжая его политику во всех ее проявлениях, и прежде всего стремясь к сохранению мира и спокойствия как во внешней, так и во внутренней политике. И хотя император отказался от завоеваний новых территорий, совсем не вести войн он не мог. Интересы государства требовали защиты его рубежей, которые приходилось оберегать от набегов разных племен. Уже в первые годы правления Антонина начались бои в Британии, у вала Адриана. Было принято решение продвинуться к северу на расстояние 120 км между заливами Ферт-оф-Форт и Ферт-оф-Клайд, в самом узком месте острова. Там была возведена новая укрепленная полоса длиной около 60 километров. Ее назвали валом Антонина, она была намного слабее вала Адриана, и уже при преемнике Антонина Пия римским войскам пришлось ее покинуть и отступить на прежние оборонительные рубежи.
Часть населения из северной Британии переселили на германские земли в междуречье верхнего Рейна и Дуная, где переместили на восток укрепленную границу. Получилось, что с тех пор и в Британии, и в Германии существовали старая и новая большие укрепленные полосы, защищающие территорию империи от варваров. Строили новые укрепления также в Мавритании, Тракии, Дакии.
Что же произошло, действительно ли так возросла опасность набегов новых врагов? А может быть, римляне, которые всего за одно поколение до этого, во времена Траяна, смело вторгались в чужеземные пределы со своими орлами, заставляя другие народы признавать их превосходство, просто выдохлись, потеряли силы и из народа воинов превратились в народ селян, мещан и купцов? Неужели правы те, кто утверждают, что политика защиты границ не живой стеной легионов, а кирпичными стенами и земляными валами скрывала в себе бациллы гибели империи?
Во время правления Антонина Пия случались и внутренние конфликты. Такое произошло в Иудее. Видимо, поэтому цезарь снял запрет обрезания, введенный Адрианом. Еще хуже обстояло дело в Египте, где вспыхнуло крестьянское восстание. Мы располагаем очень неполными сведениями об этих национальных волнениях, и главным образом потому, что с точки зрения столицы и внутренних провинций, более богатых и более культурных, эти волнения не были достойны особого внимания, но были малозначительны, периферийны. На всей остальной территории огромной империи царили спокойствие и благоденствие, ее население проживало в мире и безопасности, и это, несомненно, во многом было заслугой императора. Уже в первые годы своего правления он провел ряд прогрессивных и весьма популярных реформ, намного облегчил налоговое бремя римских граждан. До него существовал такой негласный обычай: когда к власти приходил новый государь, крупные города и отдельные регионы приносили ему якобы добровольные дары в виде венков из золота или их эквивалент в звонкой монете. Антонин же (и в этом следуя примеру Адриана) объявил, что не примет таких даров от городов самой Италии, а от провинций, так и быть, примет, но лишь половину того, что некогда подносилось его предшественникам. И вообще, щедрость нового правителя не знала предела. Столичные жители неоднократно получали от него вспомоществование. Когда в 141 году скончалась императрица Фаустина, сенат немедленно причислил ее к сонму богов, и по всей империи принялись, как обычно в таких случаях, возводить в ее честь храмы и устраивать для народа зрелища и игрища. А сам Антонин сделал нечто до тех пор неслыханное – основал фонд имени покойной жены для оказания помощи неимущим девушкам. Как видим, столь популярное в последующие века обыкновение богатых людей основывать фонды помощи неимущим слоям населения имеет очень древнюю, еще антонинскую традицию. Антонин же не ограничился только одним этим благородным поступком, он из личных средств помогал нуждающимся и в дальнейшем, благо в поводах не было недостатка: землетрясение в Малой Азии и на острове Родос, пожары в Риме, Антиохии, Карфагене, наводнения и другие стихийные бедствия. Государь восстанавливал разрушенное и строил новое, по всей стране велись широкие строительные работы.
Наиболее известным архитектурным сооружением того времени является возведенный на римском Форуме храм в честь обожаемой супруги цезаря, а после смерти Антонина он стал памятником и ему. Надпись на фронтоне храма гласила, что он возведен в честь Божественного Антонина и Божественной Фаустины. Храм неплохо сохранился, поскольку впоследствии был преобразован в церковь Сан-Лоренцо (San Lorenzo in Miranda).На высоком подиуме, к которому ведут ступени из кирпича, у фасада храма возвышаются шесть мраморных колонн, каждая высотой в 17 метров, а еще по две с двух сторон храма. Они поддерживают богато орнаментированный фриз.
