Текст книги "Типичная Практика (СИ)"

Автор книги: Александр Гуринов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 80 страниц)

Глава 99

– Ну, не такое я ожидала увидеть, когда проснусь. – Первым делом сказала Ха Нин, спустившись со второго этажа, где была её комната, в которой она мирно спала, отдыхая после активных дней ничегонеделания, когда она ходила за мной и никак не помогала. – Обязательно заставлять его так кричать?

– С пробуждение, Ха Нин. А я тут подозреваемого допрашиваю. Прости, если разбудил. Не хочешь понаблюдать? – спросил я, с улыбкой встретив Ха Нин.

– Эм… знаешь, не так нужно приветствовать девушку с утра. Ну… по крайней, не улыбаясь в такой ситуации и обстановке. – Слегка затормозив, сказала она. – И кто он такой?

– Предположительно, практик, состоящий в группе, что занимается похищениями.

– Правда? – аж загорелась энтузиазмом Ха Нин и на её поднятой руке тут же загорелось синее пламя. – Тут я всегда готова поучаствовать! Что мне делать? Может поджечь ему пятки? Или зажарить ему яйца с членом и заставить сожрать по кусочкам?

– Эм… – теперь уже я посмотрел на неё, не зная, как реагировать на такое. – Знаешь, Ха Нин, я ведь тоже парень. Пытая его таким образом, ты и меня будешь заставлять испытывать боль! Нет-нет-нет, как минимум из мужской солидарности я такого не допущу! – категорично ответил я, после чего задумался и взглянул на практика. – Хотя, если у меня ничего не выйдет, то ладно, дам тебе добро, только оставлю вас одних.

– Хорошо! Не против, если я понаблюдаю? – спросила она, усаживаясь на один из стульев в широкой гостиной.

– Нет, пожалуйста, сколько угодно. Главное не убей его случайно в порыве эмоций – мне из него ещё нужно извлечь информацию.

– Я его и пальцем не тронут, пока ты с ним работаешь! – с улыбкой заявила она, замирая и позволяя мне продолжать работать.

– Ладно… – медленно сказал я и повернулся к пленному, что стоял сейчас на коленях, а на его спине, чётко на позвоночнике, и на лбу, были приклеены небольшие талисманы: один для парализации противника, второй для пыток. – Итак, на чем мы остановились? Прости, я запамятовал. Сколько там было?

– Д… девятьсот… двадцать… три… – тяжело выдохнул он.

– Точно! Девятьсот двадцать три! – «Вспомнил» я, – Итак, с какой целью вы мигрируете с острова на остров и даже между государствами?

– Я… я не… знаю… – сказал он и замолчал на не сколько секунд.

– Ай-ай-ай, очень плохо, – покачал я головой и поднял руку.

– Нет! Стой! Я помню!

Щелчок пальцами ознаменовал начало новых криков боли, от которых нормальный человек давно бы сорвал себе голос, но практику такое не угрожает, так что кричал он очень энергично и изо всех сил.

Повторный щелчок пальцев прекратил пытку позволил пленник замолкнуть.

– Что ты сделал? – спросила в возникшей тишине Ха Нин у меня, выглядят несколько некомфортно от услышанных истошных криков. – Даже когда люди горят заживо они так не кричат…

– Ну да, ты об этом знаешь наверняка, – признал я.

– Не начинай снова и ответь на вопрос, – хмуро смотрела она на пленника, что сейчас сидел на коленях с опущенной головой едва ли не обморочном состоянии, а ведь довести практика Предела Жизни до обморок практически невозможно!

– Эх… Ха Нин, как человек чувствует боль? – спросил я у неё, посмотрев ей в глаза.

– Ну… нервная система сообщает мозгу о раздражителе… – вполне неплохо ответила она, что вполне нормально, все же свою биологию она может наблюдать едва ли не в реальном времени, в том числе и работу нервной системы, так что такие элементарные вещи точно должна знать.

– Верно. А вот этот талисман на лбу нашего гостя выполняет очень простую функцию – сначала создаёт импульс от мозга всему телу, а затем ответный импульс от всех нервных окончаний тела, усиливает на порядки, вызывая мощнейшее чувство боли, что постепенно сводит даже мозг практика с ума мощнейшее перегрузкой информации. Когда человек сгорает, нервные окончания дольно быстро перестают работать, банально умирая в огне. Когда режешь, за раз очень малое количество нервных окончаний сигнализирует о боли. А здесь – о чудовищно боли сообщают вообще все нервные окончания в организме, от мала, до велика, но при этом реального вреда телу нет, а перегрузка нервной системы и мозга у практика Предела Жизни со временем вполне может восстановиться.

– А что это за число было?

– А, я заставляю его считать, чтобы он не сошёл сума от боли, сосредотачивался на более или менее сложных, в таких условиях, задачах. Видел такое в одном… в одной работе. Ладно, пора продолжить, – отвернулся я от Ха Нин и вернулся к пленнику.

Подняв руку ладонью вверх, я задействован Замораживающее Касание, охлаждая воздух над рукой до экстремально низких температур, после чего дунул в лицо пленника, заставляя его почти мгновенно проснуться от резкой смены температуры.

– Итак, ты знаешь, в чем была твоя ошибка? – спросил я с улыбкой у мужика, сидящего передо мной на полу.

– Сосчитать. Я… забыл сосчитать… – сказал он незамедлительно, после чего тут же продолжил. – Тысяча минус семь – девятьсот девяносто три.

– Молодец. Хотя и печально, что приходится проходить через это уже двенадцатый раз. Итак, начнём с начала. Как тебя зовут?

– Сиюн Суйлин! Девятьсот девяносто три минус семь – девятьсот восемьдесят шесть!

– Сколько тебе шин(лет), Суйлин?

– Двадцать шесть шин и девять кан! Девятьсот восемьдесят шесть минус семь – девятьсот семьдесят девять!

– И как же ты, в свои двадцать шесть сумел так быстро достичь второго этапа Предела Жизни?

– Техника Избранной Крови позволяет практиковать с очень высокой скоростью при поглощении аналогичной Избранной Крови другого практика! Девятьсот семьдесят девять минус семь – девятьсот семьдесят два!

– И как же используется эта ваша техника? – спрашивал я больше для Ха Нин, чтобы она тоже была в курсе происходящего, так как я все эти ответы выслушал уже больше десятка раз, по началу с примесью лжи, иногда и вовсе лживые до крайности, но постепенно отбросившие всю ложь и оставившие в себе только истину.

– Человек, от рождения имеющий Избранную Кровь может поглотить через ритуал Избранную Кровь другого человека, ею обладающего! Тот, кто поглотил кровь другого, становится практиком Избранной Крови! В дальнейшем это позволяет очень быстро увеличить свою практику и в короткие сроки выйти на Предел Жизни! – Он едва ли не кричал, стремясь, как можно быстрее высказать все, что от него требуют, чтобы снова не испытать сводящую с ума боль. – Девятьсот семьдесят два минус семь – девятьсот шестьдесят пять!

– А что происходит с теми, кто не справляется и не сумел поглотить кровь?

– Умирают! Превращаются в иссохший труп без капли крови и жизненной силы! Девятьсот шестьдесят пять минус семь – девятьсот пятьдесят восемь!

Бросив взгляд на Ха Нин, что бледная сидела на стуле, к которой от лица о лила вся кровь, сделав из не5 бедную деву, я вернулся к вопросам.

– А как ты научился сражаться или тем техникам, что умеешь использовать?

– Техника Памяти Крови – позволяет передать память, знания и опыт от более сильной крови к более слабой! Мастера обучали нас техникам, которые до этого передал им их Мастер, а тем, до этого, основатель культа Избранной Крови! Девятьсот пятьдесят восемь минус семь – девятьсот пятьдесят один!

– Как вы находите иных владельцев… Избранной Крови?

– После нескольких поглощений Избранной Крови через ритуал, мы начинаем чувствовать запах носителей этой крови с большого расстояния. Мы находим их и забираем силой или уговорами и обманом! Девятьсот пятьдесят один минус семь – девятьсот сорок четыре!

– По какой причине вы называетесь именем секты Бурных Водопадов?

– Я не знаю причины, но таков был приказ! Среди служителей и учеников культа ходят слухи, что основатель культа имеет сильную обиду на эту секту и использует любую возможность для того, чтобы навредить им! Девятьсот сорок четыре минус семь – девятьсот тридцать семь!

Повернувшись к Ха Нин, я взмахом рука бросил ей книжку с записями допроса.

– Почитай. Тут все вопросы и все ответы на мои вопросы от нашего гостя. Если что-то заинтересует, запиши все вопросы в тетрадь, я позже задам их ему снова. Пока прервем расспросы – ему нужно восстановиться для новых пыток, так что ближайшие десять мин его не трогай, к нему не подходи, с ним не разговаривай, желательно, вообще в поле его зрения не появлялся. Идём.

– А… он просто… останется здесь? – посмотрев на книжку в своих руках, а после на пленника, ограниченного лишь талисманом, спросила она.

– Ха, он находится под воздействием моего талисман! Да ещё и в таком состоянии! – ухмыльнулся я. – Уверяю, он скорее успеет себе руку отрастить, прежде чем сможет выбраться, освободиться и сбежать! – Посмотрев на пленника, с ещё более самодовольный усмешкой я продолжил. – Никуда он от меня не денется. А я вытянул из него всё, что он знает! Идём!

С последним словом я обернулся к Ха Нин и, обняв её, вставшую со стула, за плечи, благо, не смотря на возраст, я почти догнал её в росте, и, даже не встретив сопротивления, повёл хмурую девушку-пироманьячку прочь из помещения.

Мы прошли до моей комнаты, где я, наконец, отпустил девушку и быстро коснулся стен комнаты, активируя небольшие формации, начертанные мною внутри стен, что полностью блокируют звуки и вибрации внутри помещения, но не мешают слышать ничего, что происходит снаружи.

– Почему мы в твоей комнате? – спросила она у меня сразу, как я закончил активацию.

– Знаешь, наверное, мне даже интересно, насколько изменилась бы интонация твоего вопроса, если бы ты знала, что я только что активировал формацию, которая не даёт звукам и вибрациям выйти наружу, – с улыбкой сказал я девушке, проходя мимо неё.

– Что?.. – недоуменно спросила она, а потом до неё дошла возможная двусмысленность ситуации, отчего глаза чуть не вылетели из глазниц. – Вот уж не думала, что в вашей секте такие разврат Ники могут занять такое высокое положение и добиться такой силы! Это норма для вас?

Глава 100

– Ой-ой-ой, это говорит та, кто ещё недавно грозилась зажарить чужие гениталии, а после с кормить их же владельцу! Подумать только, пылкая сексуальная девушка, сходящая с ума от бурлящих в ней эмоций, соблазнила своим телом молодого юношу, что только-только проходит период полового созревания! Какой стыд и разврат! Кто бы мог подумать, что ты любительница мальчиков помладше⁉

– Чего? – офигела Ха Нин от моих слов, а после опомнилась. – Погоди-погоди… я никогда не интересовалась, но… а сколько тебе вообще шин? – прищурившись, спросила она.

– Ммм? А я разве не упомянул ранее? Не так давно четырнадцать шин исполнилось, идёт пятнадцатый. А что? Я уже слишком стар для тебя, любительница маленьких мальчиков?

– В каком смысле тебе четырнадцать⁉ – закричала она. – Я всё это время думала, что ты просто коротышка от природы! Какой, к Простору, четырнадцать⁉ Я думала, тебе минимум двадцать пять-тридцать! Ты слишком много всего знаешь для четырнадцать шин!

– По себе судить решила? Тебе-то, я подозреваю, как раз столько где-то и есть, не так ли? Может, даже, чуть постарше? Ну и какого это? Внезапно осознать, что бесстыдно атаковала на людях и с позором проиграла малолетке? – спрашивал я, рассаживаясь на кровать, а после и с удобством разлегшись на ней, создавая в руке брусок Плутония и начиная им закусывать.

– Ты… быть не может… четырнадцать… – кажется, у Ха Нин случился когнитивный диссонанс. – Но… как ты тогда… ты же… практик Предела Жизни… в четырнадцать…

– Ну, я слышал истории о гениях, что и раньше достигали такого уровня.

– Гений… ты гений! – словно озарило девушку, что посмотрела на меня.

– Эй, а ну прекрати! Гений, это тот, кому даётся что-то настолько просто, что в сравнении с другими это можно считать незначительных усилием! А я, ради нынешних своих результатов, вкалывал, практиковался и тренировался больше, чем спал, ел, пил, срал и отдыхал, причём считая все это вместе! Не смей списывать все мои труды и усилия на гениальность, или клянусь, я не посмотрю, что мы работаем вместе, отрублю тебе все конечности и оставлю на улице восстанавливаться!

– Оу… это… извини… я не хотела тебя этим обидеть… – аж стушевалась от моего напора Ха Нин, но увидела мою усмешку и тут же наполнил ась гневом. – Ты издеваешься надо мной!

– Ха-ха-ха, расслабься. Хотя мне и не приятно, когда все мои результаты списывают на простую природную гениальность, но я уже давно смирился с этим. Я просто пошутил – ничего такого я с тобой делать не стану. А ты, вместо обсуждения моей персоны, почитай лучше записи допросов. И после скажи мне, не замечаешь ли ты чего-то странного?

Ничего не говоря, Ха Нин открыла тетрадь и стала с первых страниц читать записи допроса. Там была не только та информация, которую я вытянул из пленниками в настоящем, но и множество ответов на вопросы, которые я задавал в вариантах будущего и которые ни разу не прозвучали в нашем времени. Потому, собственно, записей было очень много. Однако она быстро стала пролистать страницы, читая записи с большой скоростью, так что уже через несколько минут она закончила и закрыла тетрадь.

– Ну что, заметила что-то странное? – поинтересовался я, повернувшись к ней голову, уже умяв брусок Плутония и все так же лёжа на кровати.

– Он почти всегда сбивался на вопросе о местоположении остальных. О местоположении их точки размещения и так далее, если вопрос касался места, где находятся остальные члены культа Избранной Крови, он не отвечал на вопрос и допрос начинался сначала, однако уже под конец под пытка и рассказывал что угодно, но не отвечал на этот вопрос… ты даже узнал, откуда он родом… остров Линжоу, где это? – спросила она.

– Довольно далеко отсюда, по моим прикидкам, около четырёх кин на дирижабле, может чуть дольше. Эти ребята успели побывать чуть ли не во всех уголках королевства. А так же в соседних государствах, в том числе и в твоём. Один только наш гость состоит в этом культе уже двенадцать шин(лет).

– Второй этап Предела Жизни за двенадцать шин… очень неплохо. Ты выяснил столько… но не узнал о нескольких самых важных моментах…

– На все вопросы, ответы на которые касаются местоположения культа Избранной Крови, вышестоящих членов культа, а так же его основателя, он не давал ответов, какую бы боль и как долго не испытывал. Я использовал не только физическую боль, но и психологическое давление с пытками. За последние несколько часов он уже не раз был на грани потери рассудка, но ни смотря ни на что, так и не выдал этой информации. И, смотря на то, как охотно он выдавал все остальное, чтобы только отсрочить пытки ещё немного, он явно не из тех, кто скорее расстаётся с жизнью, чем выдаст врагу информацию под пытками.

– Думаешь, это воздействие какой-то техники? – спросила она.

– Мне не нравится все списывать на техники, но тут я не вижу вариантов. К тому же, их техники позволяют напрямую передавать информацию, память и навыки через кровь, не вижу проблемы в том, чтобы использовать тот же принцип для запрета на выдачу определённой категории информации. Так что, думаю да, это воздействие какой-то техники. Остаётся вопрос, как обойти эту проблему и найти остальной культ. После пропажи одного из членов культа они могут как залечь на дно, на долгое время, так и начать скрываться куда более тщательно, продолжая свою деятельность, что может стать проблемой, если они начнут использовать мозги в такой ситуации.

– А ты думал о том, что если член культа, занимающийся похищениями, уже на втором этапе Предела Жизни, то старшие члены культа могут быть куда сильнее? Не говоря уже об основателе?

– Думал. Исходя из имеющейся информации, это наверняка так и есть. Однако, исходя из его же слов о том, как он поднимался в развитии, можно сделать вывод о некоторых нюансах их практики. Во-первых, они не могут поглощать всех носителей Избранной Крови просто так… точнее… это будет бесполезно. Практик их культа, находящийся на Этапе костей должен поглощать других членов культа, что находятся на этапе костей, и эта тенденция сохраняется повсеместно. Более сильного практика поглотить не выйдет – он банально сильнее, как и их кровь, чтобы это не значило, а поглощать тех, кто слабее своего этапа и предела – бесполезно. Это или не даёт усиления поглотив ему, или оно настолько мизерное, что выгоднее заставить более слабых поглотить друг друга, чтобы тот стал сильнее, а после поглотить возвысившегося, чтобы самому стать сильнее. Раз так, то весь культ Избранной Крови, это одна большая кормушка, созданная основателем для того, чтобы он сам мог стать сильнее. И эта кормушка работает уже около пятнадцати-двадцати шин.

– И их никто не замечал всё это время⁉ – удивилась Ха Нин.

– Замечал. Скорее всего неоднократно. Но то были лишь… филиалы, если можно так выразиться, а не основная часть. Собственно, твою сестру забрали тоже члены филиала культа, а не его основная часть.

– Здесь тоже филиал? – спросила она, снова заглядывая в записи.

– Не знаю. Но, исходя из полученных данным, есть некоторая вероятность того, что тут находится ядро культа и их основатель тоже где-то здесь. Хотя такая вероятность мала до крайности.

– А если он здесь и уже на пике Предела Жизни? Или вовсе перешёл на Предел Духа?

– Или отправлю информацию в секту и дождусь прибытия соответствующего практика, это при условии, что все пройдёт очень гладко, или… или уничтожу его своими силами.

– Ты считаешь, что в состоянии убить практика Предела Духа? – скептически посмотрела она на меня.

– Если мне действительно придётся это сделать, этот остров, вероятно, будет или уничтожен, или станет непригодным для жизни. Однако… у меня есть некоторые… методы, которые, вероятно, могут справиться с этой задачей.

– Малыш, ты бредишь! Ты не представляешь себе силу такого практика! Они настолько же превосходят практика моего или твоего уровня, насколько мы превосходит обычных людей! Да если он там и захочет убить нас… мы даже сбежать, и то не сможем!

– Мне всегда становится смешно от того, что те, кого я могу одолеть без каких-то сложностей и затруднений, даже не напрягаясь, зовут меня малышом, ребёнком, мальцом и так далее, словно недооценивать мои силы и способности с навыками, и ещё смешнее это становится тогда, когда я слышу это от тех, кого уже одолел однажды.

– Тебе тогда просто повезло! Больше такого не повторится! – уверенно заявила Ха Нин, полыхнув Духовной Энергией, что попыталась вдавить мою душу и тело в пол, но лишь сильнее вдавливая меня в кровать.

– О, а ты хочешь убедиться? – посмотрел я на неё с усмешкой.

Теперь уже и моё давление Духовной Энергии разлилось вокруг.

Мы отличались в голой мощи. Ха Нин была объективно мощнее меня, превосходят в количестве Духовной Энергии и Жизненной Силы, она была физически сильнее меня, быстрее, прочнее… но во мне было несколько отличительные особенностей, что сказывалось на моей силе и нивелировали её преимущества. Сила, скорость и прочность бесполезны, если я предвижу действия противника на минуты вперёд, только если эти характеристики не безумно высокие, относительно меня. А что до Жизненной Силы, то, не смотря на то, что Ха Нин далеко продвинулись во втором этапе Предела Жизни, а я ещё, по сути, только в начале пути первого этапа, моё тело отличалось. Пройдя первую трансформацию под воздействием такого сокровища, как уран, моя регенерация(особенно регенерация), прочность физическая сила и стойкость к внешним воздействиям возросла очень значительно, а вместе с тем, норма Жизненной Силы во мне возросла многократно. Это не замедляет мою практику, напротив, моя Жизненная Сила растёт с огромной скоростью. Непропорционально быстро, если сравнивать со скоростью, с которой я ассимилирую Мировую Энергию. И количество её огромно! Так что, не смотря на превосходство Ха Нин, преимущество это было не столь значительно, как должно было быть.

Глава 101

Что до Духовной Энергии, хоть её и меньше, различие было заметно с первого взгляда. В чистом виде, не оформленная в какое-то явление или технику, её Духовная Энергия была похоже на едва заметное синее море ниспадающих потоков огня и молний, а моё… зеленоватое свечение, что продавливало… нет, словно проходило сквозь её море пламени, попутно сообща во все окружающие частицы материи заряд избыточной энергии. Моя Духовная Энергия, в агрессивно, но чистом своём виде, уже давно стала нести в себе признаки жёсткого гамма-излучения, что проникало всюду, даже чужую, превосходящую в количестве многократно, Духовную Энергию не считая препятствием.

– Усмири свой гнев, Ха Нин, иначе на практике проверишь, повезло ли мне в прошлый раз. – Все с той же насмешливой улыбкой говорил я, уже чувствуя нарастающей азарт возможной, гипотетической битвы между нами, отчего я прямо сейчас ощущал, как мои чувства стали ещё одним, пока едва ещё заметным, источником Духовной Энергии, что наполняла моё тело, Жизненную Силу и душу, делая меня на малую долю сильнее. – И в этот раз я не буду обращаться с тобой так же ласково, как в прошлый раз!

Несколько секунд ещё мы стояли замерев, я наслаждался вышедшими на пик эмоциями, а Ха Нин, поглощенная вспышкой гнева, которая в эмпатическом смысле была для меня, словно зарево лесного пожара в темноте ночи, едва сдерживалась от того, чтобы атаковать.

Однако, такое молчаливо противостояние было прервано звуком разбитого стекла на первом этаже нашего временного дома.

Мы оба повернули головы к двери, только реакция у нас была разная, хотя мы оба мгновенно убрали Духовную Энергию и прекратили молчаливо противостояние.

Ха Нин перевела обеспокоенный, уже полностью лишённый гнева, взгляд на меня.

– Что это было? – спросила она.

Я же, довольный, словно кот, объевшийся сметаны, посмотрел на неё.

– Пленник сбежал, – сказал я.

– А чего такой довольный? – недоуменно спросила она.

– Так ведь все замечательно, вот и довольный.

– Что замечательного⁉ Ты же говорил, что он не сможет сбежать! Единственная зацепка сбежала, а ты радостный, словно так и надо!.. – снова начала она погружаться в свой гнев, но замолкла, замерев на месте. – Блять… ты на это и надеялся? – от гнева не осталось ни следа, скорее, только обречённость.

– Ага, – ещё больше улыбаясь, сказал я с глубоким кивком.

– И то, что ты говорил тогда, внизу, было концертом для него…

– Ага, – снова кивнул я самодовольно.

– Дай угадаю – ты поместил внутрь его тела какую-то формацию, как в меня? Верно?

– Абсолютно верно.

– И что теперь? – спросила она.

– Отправимся за ним, – пожал я плечами, вставая с кровати и направляясь к двери.

Спустившись на первый этаж, мы увидели разорванные талисманы на полу и разбитое окно, в которое уже задувало снег. Подойдя к нему, я техникой Одержимости Жизни собрал все осколки окна и собрал вместе, после чего коснулся его, полностью восстановив целостность окна. После чего неспешно подошёл к двери на улицу, спокойно стал одеваться и обуваться. Ха Нин, смотря на меня, не задавала лишних вопросов и просто стала одеваться вместе со мной, быстро накинув кофту и пушистую шубу с капюшоном, следом одевая сапоги, уже вскоре готовая к выходу, ожидая, пока я закончу одеваться.

– Ты намеренно так медленно одеваешься? Меня хочешь позлить⁉ – в конце концов не выдержала она, когда я зашнуровывал ботинки, так же созданные по погоде.

– Ну что ты, для этого у меня есть тысяча и один способ, помимо нынешней медлительности. Просто спешить не стоит. Желательно, чтобы наш, ушедший раньше времени гость, был уверен, что мы его упустили, а значит, слишком быстро действовать тоже не стоит. Спугнем ещё, тогда вообще смысла во всем этом не было бы. – Говорил я ей, вставая и проверяя, все ли одел, посмотрев напоследок в зеркало. – Идём.

На улице была настоящая метель. Ветер задувал со всех сторон, постоянно меняя свое направление, вместе с собой притаскивая большое количество снега, что попадал мне и Ха Нин в лицо, да только кожи коснуться не успевал. Ха Нин, хоть и не выпускала пламя, поддерживала высокую температуру вокруг себя, отчего снежинки просто испарялись до того, как настигнуть её. Я делал что-то похожее, выпуская из своего тела тепловое излучение, нагревая воздух вокруг меня.

Так мы и шествовали по улицам города, практически пустым улицам, к слову, так как, хоть тут и нет ночи, но ввиду метели, общая видимость и освещённость делают местность настолько близкой к слову ночь, насколько это вообще возможно, а ещё общее падение температуры, сильный холодный ветер и снег, разгоняемый ветром и причиняющий крайне неприятные ощущения коже, все это заставляет людей сидеть дома или в других местах, чтобы переждать непогоду. На своём пути мы не встретили вообще ни одного человека, что куда-то шёл бы, вместо того, чтобы сидеть в тепле и уюте дома.

Я прислушивался к своим ощущениям, определят расстояние и направление установленной в скелетной структуре сбежавшего пленника формации. Направление, пусть и незначительно, но постоянно менялось, отклоняясь то в одну, то в другую сторону, как менялось и расстояние, то сокращаясь, то увеличиваясь. Мужик, похоже, во всю пытался сбросить след, для чего петлял по улицам и переулкам, запутывая возможных преследователей. Мне это, правда не мешало, я все равно шёл в том же направлении, куда шёл и он, не обращая внимания на следы и все прочее.

– Ха Нин, скажи, ты же понимаешь, что, с учётом полученной информации, твоей сестры может и не быть на этом острове. Она может быть в одном из филиалов культа, или, ты уж извини за такие слова, и вовсе уже давно быть мёртвой, будучи поглощенной кем-то другим из их культа. И даже в лучшем случае, если она выжила, находится здесь и так далее… в таком случае она сама должна была уже стать частью культа.

– К чему ты это говоришь? – нахмурившись и испуская недовольство от моих слов, сказала она.

– К тому, что этот культ может передавать знания, техники, навыки через кровь, вероятно, через неё же каким-то образом может запрещать говорить на какую-то тему, не зависимо от желания практика… вполне может быть, что они так же могут прививать и верность своим последователям. Этот парень, – кивнул я вперёд дороги, указывая на того, кого мы преследуем, – он ведь тоже был похищен, даже не обманут, его просто выкрали из семьи. А он даже не думает о пробеге или возвращении.

– Думаешь, с моей сестрой может быть тоже самое? – поняла меня, отчасти, Ха Нин.

– Думаю, что если все действительно так и будет, то ты должна подумать, что будешь с ней делать? Твои способности и силы явно не подходят для захвата цели, скорее, для её уничтожения. Если столкнёшься с сестрой и она окажет максимальное сопротивление, достаточно сильное, чтобы ты не смогла её победить, не убивая, что ты будешь делать? – посмотрел я на Ха Нин.

– Ты думаешь, что за несколько лет она могла превзойти меня, до этого вообще не занимаясь практикой? – с недоверием к своим же словам, спросила она.

– Мы не знаем, насколько их техника позволяет быстро расти в практике. Наш общий знакомый смог за довольно короткий срок дойти до второго, а то и пика второго этапа Предела Жизни. А что, если он является середнячком или вовсе отстающим? Что, если твоя сестра будет сражаться до конца, защищая культ Избранной Крови? И перед тобой останется только выбор: либо ты, либо она?

– Прекрати! – с явной долей гнева сказала она, – Не хочу об этом думать!

– А зря, ведь это вполне возможно, – пожал я плечами, продолжая путь.

– А что ты собираешься делать с культом? – спустя пару минут похрустывая снега под ногами в пути, спросила она. – У меня есть миссия от секты, и она заключается в том, чтобы наглядно уничтожить причину похищений, то есть, похитителей. А в виду открывшийся обстоятельств, у меня полностью развязаны руки и имеется полная свобода действий. Моя задача, в виду этих самых обстоятельств, уничтожение культа Избранной Крови, если это возможно, или, если у меня не хватит сил, доставка сообщения в секту. – Снова посмотрев на Ха Нин, я продолжил, – Я убью всех членов культа Избранной Крови, каких смогу, чтобы искоренить какую-то их часть. А после сообщу секте всю полученную информацию и пусть уже старейшин секты и глава решают, что делать с остальными частями культа.

– Моя сестра… – начала она.

– Твоя сестра, если она вообще ещё жива, является членом культа. Ввиду нашего знакомства и прочего, я не буду убивать её сразу и дам тебе самой разобраться с ней. Что ты с ней сделаешь, уже от тебя зависит. Убьёшь ты её, или говоришь уйти с тобой добровольно, или сумеешь захватить её силой – хорошо. Не сможешь, или окажешься атаки, а она не захочет уйти, я убью её так же, как и остальных членов культа.

– Ты…

– Да, Ха Нин, я прекрасно понимаю, что после этого, вероятнее всего, отношения, и так не самые лучшие, между нами перейдут в строго враждебные, но это уже не тот вопрос, который можно решить просто из-за нашего непродолжительного знакомства. Если ты нападешь на меня после этого, то и сама станешь врагом, которого я больше не буду щадить. Впрочем, надеюсь, до этого все таки не дойдёт.

– Ты слишком пессимистичен, Вей. – Вздохнула она.

– Лучше ожидать худшего, лишь надеясь на лучшее. Тогда не будешь удивляться, если худшее произойдёт.

Снова молчание и только хруст снега под ногами сопровождал нас на пути, когда я остановился и посмотрел в одном направлении.

– Что-то случилось? – спросила остановившаяся следом за мной Ха Нин.

– Да. Наш гость перестал петлять по улицам и запутывать следы, сейчас направляясь в одном направлении. Нужно немного ускориться, – сказал я с улыбкой и сорвался в быстрый бег.

– Эй, меня подожди! – крикнула Ха Нин, благо, мы были далеко от цели и та не могла услышать её крика, особенно с учётом завываний ветра.