Текст книги "Хроники мёртвого моря"

Автор книги: Александр Косарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Зелёный «Фольксваген», провалившись колесом в промоину, стоял четвёртым. Не дрогнув ни единым мускулом лица Илья прошёл мимо него и только потом остановился, имитировав попадание камешка в ботинок. Номер был тот самый, который и сообщил ему накануне Рустам – НВ – 439. За запылёнными стёклами не было видно никого и Хромов, устало перевесив сумку с плеча на плечо, быстро направился к машине. Поставив свою ношу на капот, он вынул бутылку с водой и сделал несколько глотков. Умыл лицо. Вытер его платком. Уложил бутылку на место. Вокруг было тихо и пустынно. Он уверенно подошёл к водительской двери и рванул ручку на себя – заперто. Но зато вторая, задняя дверь оказалась открыта, несмотря на то, что шпенёк замка был опущен.

– Западная техника, мать её так, – ругнулся Илья, протискиваясь на заднее сиденье. Оказавшись в салоне он внимательно осмотрелся по сторонам. Ни порезов на коже, ни капель крови, ни какого-либо постороннего запаха. Он перебрался на переднее сиденье и открыл «бардачок». Почти опорожнённая бутылка воды, позавчерашняя местная газетка, несколько пластиковых стаканчиков. Ключей от зажигания не было нигде. Он сунул руку под сиденье и тут же нащупал какой-то предмет. Илья ласково ухватил его кончиками пальцев и, затаив дыхание, вытащил наружу. Но это оказалась обычная одноразовая зажигалка, и как-то связать её с исчезновением некурящего Рустама не было никакой возможности. Вполне возможно, что она валялась под сиденьем всё лето. Больше делать в машине было нечего и он со щемящим чувством в душе выбрался наружу. Оставалось осмотреть только багажник, но он был заперт. Ждать и придумывать что-то более хитрое времени не было и он, подобрав лежащий на обочине обломок скалы, саданул им в то место багажника, где располагался замок. Приподняв крышку, Илья с облегчением убедился в том, что под ней никто не лежит. Затем он поправил язычок замка и не без трудностей установил крышку на место.

– Что ж, следов насилия не видно, но вместе с этим не похоже, чтобы в салоне специально убирались, – подвёл итог осмотру Хромов. Скорее всего, он покинул машину сам, оставив её здесь только потому, что дальше проехать по тропе просто невозможно. Куда же он мог пойти в таком случае? Если только вниз, к морю.

Теперь, когда дорога пошла под уклон, он невольно прибавил шаг, не заботясь более о том, как будет воспринят его внешний вид и поведение. Поворот, ещё один и неожиданно перед ним раскинулась небольшая уютная бухточка, в которой стояли три прогулочных ярко раскрашенных пароходика, а над прибрежными склонами поднимался дымок от нескольких незатейливых жаровен.

Увидев эту идиллическую картину, Илья остановился в полном замешательстве.

– Если машина и на самом деле не сломалась, а была оставлена намеренно, то Рустам вполне мог уплыть отсюда на одном из подобных корабликов, – подумал он. Ведь именно этим путём отсюда мог выбираться и Улькер. Но тогда Рустам должен был непременно прибыть в порт Николауса. А если бы он туда приплыл, то почему же не связался со мной? Даже если предположить, что он случайно утопил всё своё снаряжение, то что ему стоило просто крикнуть погромче со своего балкона?

Ответов на его вопросы не было, и только тонкий запах подгоревшего бараньего сала неприятно щекотал его возбуждённо раздутые ноздри. Вернувшись в полной растерянности к Фольксвагену, Хромов, применяя полученные на многочисленных занятиях навыки, завёл мотор и не спеша, соблюдая все правила движения, поехал обратно в город. Ключ от номера был у консьержки и Илья понял, что Анжела ещё не возвращалась. Ввалившись в комнату, он бросил сумку на кровать и, торопливо освободившись от одежды, влез под душ. Одиночество в тесной душной кабинке подействовало на него угнетающе, так угнетающе, что в голову поневоле полезли самые мрачные мысли.

– Что если и Анжела так же бесследно исчезнет? – задался он совершенно несвоевременным вопросом. Или того лучше, выйду сейчас из душа, а в дверях полицейский наряд с ордером на обыск. Вот будет прикол-то! Аппаратура дистанционного слежения на самом видном месте, жучки для подслушивания в наборе, шпионская радиостанция, два пневматических парализатора, пружинный нож, карты космической съёмки – ну просто классический киллерский наборчик. Можно брать меня голыми руками за шкирку и привлекать по любой статье местного УК. М-да, положеньице, мать его, хуже не придумаешь.

Тем не менее первое, что Илья сделал, выйдя из душа, это включил дистанционную камеру. Номер Улькера был, к счастью, пуст и он, чтобы не разряжать батареи немедленно выключил её.

– Так, что ещё остаётся у нас в арсенале поиска пропавшего Рустама? – задался он вопросом. Куда ещё можно обратиться. В полицию? Ну, допустим туда. Приду я в участок и заявлю о пропаже человека по имени Рустам. Но мне неизвестно по каким документам он здесь проживает, равно как нет у меня на руках и его фотографии. Заодно выяснится, что он не является моим родственником, и, следовательно, мои хлопоты вряд ли принесут хоть какую-нибудь пользу. Оставим это. Госпиталь? Вполне возможно, что при определённом стечении обстоятельств он оказался именно там, возможно в бессознательном состоянии. И некоторая сумма денег поможет мне его хотя бы найти. Если и этот шанс не сработает, придётся срочно звонить Евсеичу и оповещать о создавшейся обстановке.

Единственный реальный шанс найти своего напарника не оправдался и в этот раз. В городской госпиталь накануне поступили только две женщины, да один старик, сломавший на лестнице ногу. Кожей чувствуя окружающую его со всех сторон опасность, Илья шёл к переговорному пункту, проверяясь буквально на каждом шагу. Но прогретый за день знойный вечерний город был совершенно спокоен и вальяжен. Никто не бежал за ним, когда он резко перебегал с одной улочке на другую. Никто не расталкивал покупателей подземного гончарного магазина, в который он торопливо спустился. И даже никто внезапно не останавливался, когда Илья резко менял направление своего движения. Однозначно убедившись, что слежки за ним нет, он несколько успокоился и, выбрав подходящий момент, проскользнул в здание почты.

– Голос генерала был так слаб, так измучен, что Хромову стало совестно доставлять ему новые неприятности, но делать было нечего, положение его было критическое.

– Спрятать все улики, – получил он категорический приказ, – прекратить любые личные контакты и с Улькером. Непременно встретиться с прибывающими завтра руководителями спецгрупп, и провести с ними инструктаж в уединённом месте. Совершенно уединённом, – с нажимом повторил генерал. И срочно завершайте операцию, – добавил он на прощание. Сутки вам на всё про всё, ну, максимум двое суток.

Задача была Хромову в принципе ясна, только было не очень ясно, как выполнить её. У него оставалась лишь определённая надежда на то, что прибывающая группа поддержки имеет и более точные инструкции и более солидные возможности.

На замерший в неподвижности залив Мирабелла опускался тёплый тропический вечер, что означало, что очередной сумасшедший день завершался. Вернувшись в отель, Хромов прежде всего осведомился о том, не оставляли ли кто-нибудь ему корреспонденцию, и не приходил ли кто к нему в гости?

– Извините, писем нет, – любезно улыбнулась консьержка, – но вам только что звонили.

– Кто? – чуть не в голос воскликнул Илья. Мужчина?!

– Нет, – была крайне удивлена его горячности дежурная, – женщина. Скорее всего, это была ваша милая спутница, – деликатно добавила она. А так не приходил никто.

– И то слава Богу, – буркнул Илья, чуть ли не бегом бросаясь к лифту, – кажется, время на заметание следов у меня ещё есть.

Уложив все компрометирующее их оборудование в специальный кофр, он помедлил только секунду перед тем, как выключить пульт, но, поскольку экран был всё так же пуст, выключил и его. Оставалось спрятать только оружие. С ним расстаться было морально труднее всего, какое никакое, а оно внушало определённую уверенность и давало чувство хоть и призрачной, но защищённости. Поколебавшись он всё же оставил себе стопорный нож, который мог с определённой натяжкой сойти за перочинный, Илья свалил всё остальное в тот же кофр и захлопнул крышку. Теперь нужно было спрятать сам чемоданчик. Конечно, можно было оттащить его к недалёким холмам и забросать камнями. Но прятать что-то в незнакомой местности, да ещё и в темноте, ему не хотелось, поскольку возможны были проблемы с отысканием спрятанного имущества.

– Лучше всего было бы укрыть всё это хозяйство прямо здесь в гостинице, – постепенно пришёл Илья к самому реалистическому решению.

Помедлив минуту у дверей, он змеёй выскользнул в коридор. На цыпочках пробежал его из конца в конец. Заглянул в пожарный ящик. Осмотрел потолок, стены. Увы, ему не попалось ни подходящего по размерам люка, ни какой-либо ниши.

– Стоп, да ведь выше есть ещё один этаж, – припомнил Илья и бегом бросился вверх по лестнице. Но и там ситуация была аналогична. В столовой спрятать негде, – в смятении бормотал он, всё прикрыто панелями, лестница открытая, на первом этаже всё время толчётся народ.

Хромов прикрыл глаза и постарался представить себе гостиничный холл. Стойка, шахта лифта, диваны при входе, зелёный уголок, лестница в столовую, – будто в бреду бормотал майор. Ой, да там же была и ещё одна лестница, вниз, – будто наяву увидел он узкие мраморные ступени. А я ведь туда никогда не спускался!

Спустившись в холл, Хромов для вида некоторое время потоптался около бильярдного стола, после чего боком спустился в подвал. Довольно приличное по размерам помещение, как оказалось, выполняло двоякую роль. Во-первых там располагался туалетная комната для постояльцев, которые сдали номера, но не покинули отель. А во-вторых там были смонтированы насосы, трубопроводы и ёмкости, используемые для бесперебойной работы бассейна. Помещение комнаты водоподготовки было отделено перегородкой от основного помещения, но хлипкая пластиковая дверца конечно же не являлась для него преградой. На все последующие действия у него ушло не более пяти минут. Непромокаемый кофр он попросту притопил в одном из баков, справедливо посчитав, что чистить обширные ёмкости будут не раньше зимы. А пистолет, предварительно обернув его носовым платком, Хромов пристроил на проходящей под потолком трубе.

Вымыв для виду руки, будто ходил вниз только за этим, он поднялся в заполненный праздной публикой холл отеля. Оставалось избавиться только от радиочасов, но расставаться с ними Хромов не хотел, поскольку это был единственный мостик между ним и Рустамом. Впереди была ещё целая ночь тоскливого ожидания и, чтобы убить время, он подсел к стойке бара. Первые две рюмки выпил в одиночестве. Вторые две на пару с присоединившимся к нему бородатым шотландцем. Третьим в их компанию влился хотя и плохо, но всё же разборчиво говоривший по-русски румын и бесшабашная пирушка закипела. Ближе к полуночи к ним приклеились и две потасканные дебелые дамы, принесшие с собой литровую бутылку «Чинзано», что изрядно оживило их почти угасшее веселье. Но всё это время Хромов не выпускал из вида входную дверь, с нетерпением дожидаясь возвращения своей помощницы.

Анжела, сопровождаемая взъерошенным Стенли, появилась на пороге гостиницы где-то ближе к двум ночи. Щёки её горели, как после длительного бега. С явным трудом отделавшись от, никак не желавшего уходить Улькера, она торопливо направилась к лифту.

– Минуточку, сударыня, – с трудом оторвал Илья от хватко вцепившейся в него сильно нетрезвой дамы, – мне срочно надо в туалет.

Заскочив вслед за напарницей в лифт, он нажал на кнопку четвёртого этажа.

– Я думала ты уже спишь, – подняла на него встревоженное лицо девушка. Что с Рустамом? Он вернулся?

Хромов отрицательно покачал головой: – Как в воду канул. Нашёл только его машину, на полуострове, напротив Элунды. Эх, – стукнул он от досады по дверце лифта, – надо было мне самому ним отправиться!

Они вышли на последнем этаже, а к себе спускались уже пешком, по лестнице. Когда же вошли в номер, Илья, сразу запер дверь на замок.

– С большой земли поступил приказ срочно лечь на дно, – сообщил он ей шёпотом, – во всяком случае до завтрашнего обеда. Помнится, я уже интересовался, но, если у тебя всё же есть какое-либо специальное оборудование, срочно отдай его мне. Видишь, я всё своё спрятал, поскольку ситуация с пропавшим Рустамом совершенно непонятная. Где он? Что с ним? Куда пропал? Короче говоря, я решил лишний раз не рисковать.

– Ничего такого нет, – беззаботно ответила та, – только пилка для ногтей. Да и сколько раз об этом можно спрашивать?

– Ладно, ладно, не заводись, – слегка обнял он её за плечи. Подскажи лучше, есть ли где в этом сумасшедшем городке абсолютно уединённое место.

Анжела на мгновение задумалась и незнакомая Илье вертикальная бороздка прорезала её лоб.

– Так на молу же! – воскликнула она, легонько хлопнув в ладоши. Ну, вспоминай скорее, мы же туда с тобой плавали! Там где прогулочные яхты стоят. Если вокруг идти, то туда и пешком можно будет добраться.

– Верно, верно, – похвалил он её, – место там действительно удобное. Даже днём там совершенно пусто и можно будет встретиться и поговорить без свидетелей.

– С кем?

– С прекрасной дамой, – отшутился Илья.

– А я как же?

– Тебе будет особое задание, успокоил он её, – продолжишь окручивать своего ненаглядного Джея, он же Стен, он же Улькер, он же «Ночник» и ещё неизвестно кто. Ладно, заканчиваем разговоры и ложись скорее баиньки, а то утром будешь вялой и не выспавшейся.

* * *

Утром, уединившись в душе, Илья принялся с особой тщательностью приводить себя в порядок. К приезду гостей ему хотелось выглядеть достойно. Выбрившись и тщательно размяв лицо, он вышел в крохотную прихожую и тут же явственно услышал, что кто-то осторожно скребётся во входную дверь. Илья изготовившись для нанесения сокрушительного удара незваному пришельцу, резко повернул ключ, но увидел только стоящего в коридоре гостиничного посыльного.

– Извините за столь ранний визит, – с торопливым поклоном протянул тот ему конверт, – но Вам поступило срочное письмо.

Илья закрыл за почтальоном дверь и, чтобы не мешать зашевелившейся под покрывалом девушке, вышел на балкон.

«Мистер Кромов, – было написано от руки на плотной, поздравительной открытке, – в ваших интересах будет срочно придти к Снек-бару на территории платного пляжа.

P.S. Промедление недопустимо. Вас ждут только двадцать минут с момента вручения послания.»

Ни подписи, ни даты! Однако раздумывать было некогда. Вот так запросто к нему могли обратиться только те, кто наверняка имел сведения об Илье от Рустама.

– Ничего, справимся, – торопливо оделся Илья. Теперь понятно, зачем меня так долго обучали стрельбе и рукопашному бою. Готовили к победе над конкурентами, даже если придётся биться голыми руками. Вот конкуренты и пожаловали. На «стрелку» зовут. А то я смотрю, что-то слишком всё гладко шло. Но идти, несмотря на отсутствие прикрытия, надо обязательно, может быть представится возможность узнать, что-то о Рустаме, а то и поспособствовать его освобождению.

Опасаясь разбудить Анжелу раньше времени, Хромов осторожно прикрыв за собой дверь, спустился вниз. Поправил бейсболку и не спеша, с трудом преодолевая назойливое желание поминутно озираться по сторонам, двинулся к указанному в открытке месту. Дорога к частному пляжу проходила мимо стадиона и была в этот час совершенно пустынна.

– Вот замечательное местечко для совершения покушения, – совершенно некстати подумал майор, обходя брошенный у тротуара изуродованный автомобиль, – никто даже не услышит, одни новостройки вокруг.

Увидев увитый цветами вход в зелёный оазис пляжа, он даже испытал некоторое облегчение. Сунув тысячную купюру в руку привратника, Илья двинулся по хорошо мощёной дорожке к бару. На окружённой ухоженными деревцами открытой веранде сидели четверо. Молодая семья, дружно пытающаяся накормить из бутылочки своего хныкающего младенца и некий холёный господин, сидящий таким образом, чтобы держать под наблюдением большую часть пляжа. Демонстративно не обращая ни на кого внимания, Илья взял бутылку «Колы» и, столь же демонстративно громыхнув стулом, уселся ко всем спиной. Колу он не любил, но процесс питья как-то отвлекал его от одолевавших его тревожных мыслей. Некоторое время абсолютно ничего не происходило. Молодые родители, наконец-то влив в малыша полбутылки молочной смеси, столь же шумно перебрались поближе к мору. Илья озабоченно поднял голову, но и холёный господин тоже не проявлял к нему ни малейшего интереса.

– Вот незадача, – подумал он, давясь пузырящимся напитком, – может быть это просто уловка, чтобы выманить меня из отеля.

Не допив оставшуюся в стакане жидкость, он резко поднялся с места с твёрдым намерением немедленно вернуться обратно.

– Секунду, господин Кромофф – мгновенно оживился холёный, – позвольте вас спросить об одном деле!

Обращение было сделано по-английски, но выговор его собеседника был более всего похож на американский.

– Слушаю вас, – небрежно облокотился Илья на спинку соседнего стула.

– Хотите неплохо подзаработать? – чуть приподнялся своего места явно незнакомый ему мужчина.

– Почему именно я? – опешил Илья.

– Да только потому, что ваша спутница весьма и весьма нам мешает, – последовал незамедлительный и прямой ответ. Причём, уверяю вас, что вам обоим даже не придётся прерывать свой отдых. Специально нанятым катером вы будете с комфортом доставлены на остров Родос, где сможете проводить время столь же интересно.

– Но я не вижу, где же тут заработок? – характерным жестом потёр друг об друга пальцами Илья.

«Холёный» буквально расцвёл.

– Да, да, – показал он в улыбке старомодный золотой зуб на левом клыке, – и деньги, конечно же, тоже будут. Прямо на катере я вручу вам пять тысяч долларов на непредвиденные расходы. Наличными! – веско добавил он.

– Точно, американец, – уверился Илья и решил поторговаться ещё. Всё хорошо, – будто бы в нерешительности кивнул он, – мы конечно можем отсюда уехать при определённых условиях, но мы ведь заплатили за пребывание в отеле, да и вообще, нам здесь нравится!

– Это в Аполлоне-то? – презрительно ощерился «холёный», – какое дерьмо! Хорошо, ещё тысячу я доложу из своих собственных средств и покончим с этим раз и навсегда.

– Деньги деньгами, но я хотел бы получить более развёрнутое объяснение о том, почему мы должны уехать? – не сдавался Илья.

– Так это в ваших же интересах, – продолжал наседать его собеседник. Вы наверное и не знали, что за вами, вернее за вашей спутницей, ведётся непрерывная слежка. Вот этот человек, – вынул он из нагрудного кармана сделанную «Поляроидом» фотографию лежащего на земле Рустама, – временами следовал за вашей сестрой, буквально по пятам.

– Да она же простая девушка, – стараясь казаться бесстрастным, развёл руками Илья, – ни денег, ни драгоценностей особых, при себе не носит. А шантажировать её тоже не за что, в высоких сферах она не вращается.

– Верно, – отмахнулся от него собеседник, – но к несчастью для себя она завела дружбу с человеком не своего круга. Вынужден настаивать на том, чтобы она сегодня же написала прощальную записку некоему господину Улькеру, и вы оба избегните для себя больших неприятностей. О-кей?

– О-кей! – неохотно протянул руку для рукопожатия Хромов, – испытывая большое желание скрутить хорошо освоенным им приёмом Джиу-джитсу величественно протянутую ему ладонь.

– Слава богу, что нас не видели всех вместе, – думал он, торопливо вышагивая вдоль ведущего к отелю переулка, – а то разговор мог быть совсем иным. Значит американцам, как впрочем и нам, нужен либо сам Улькер, либо то, чем он владеет. Мы же с Анжелкой представляем из себя случайно затесавшихся под ногами ненужных свидетелей одним своим присутствием мешающим в осуществлении чьих-то далеко идущих планов. Ну что же, пока будем действовать, как предписано дядей Сэмом, а там, как Бог даст.

Войдя в холл, он подошёл к стойке, и за две тысячи драхм убедительно попросил предупреждать его обо всех звонках и поступающей на его имя корреспонденции.

Анжела с вполне понятной тревогой ждала его в номере.

– Привет, соня, – хмуро поприветствовал он её, стремительно ворвавшись в дверь, – ты ещё не разучилась писать от руки?

– Нет, – ошарашено ответила та. Ты куда-то исчез ни свет ни заря? Я здесь места себе не находила! Просыпаюсь, а тебя рядом нет и подушка холодная.

– Про подушку мы потом поговорим, – нетерпеливо прервал он её. Сейчас же садись к свету и пиши, – положил он на стол позаимствованный внизу лист бумаги. Пиши вот что, – добавил он, когда девушка взяла авторучку и присела к столику. – Дорогой Джей, восклицательный знак. С болью в сердце вынуждена сказать тебе…

– Случилось что-то ужасное? – рука девушки внезапно задрожала.

– Что ты ещё придумала? – зло стукнул кулаком по стене Хромов. Все свои переживания оставь до лучших времён. Я только что узнал, что Рустам, по всей видимости, убит. Мне сейчас показали его фото. А за нас с тобой, голубушка, по всей видимости всерьёз взялись американцы. Рустама они убрали потому, что считали, что он тайно следил за Улькером. Мы с тобой тоже трёмся возле него, и соответственно, мешаем нашим конкурентам. Чтобы нас удалить с Крита без особого шума, нам предлагают деньги, причём только за то, чтобы мы самое позднее завтра уплыли отсюда на Родос. Так ты пиши, давай, не отвлекайся!

Девушка покорно склонив голову и вновь подняла авторучку.

– С болью в сердце, – повторил Хромов, – ах да, это я уже говорил. Короче ты должна сказать ему в письме «последнее прости». Пиши так: – Обстоятельства мои складываются таким образом, что мы с братом должны срочно покинуть Грецию. Воспоминания о проведённых с вами, дорогой Джей, незабываемых часах и минутах, навсегда останутся в моей памяти. Всё. Дата, подпись. Подпишись просто и незатейливо – «Твой ангел». Готово? Молодец!

Просмотрев написанное, он сложил письмо пополам и помахал им в воздухе.

– Сейчас идём с тобой в столовую и по пути ты лично попросишь консьержку отправить послание в «Святую Марию». Там, кстати, и славные конвертики продаются…, с большими такими сердцами, – зло скрипнул он зубами.

Завтракать они вновь уселись во дворике и грустная Анжела не столько ела сама, сколько задумчиво кормила нагло усевшуюся у её ног толстую полосатую кошку.

– Пока посыльный отнесёт письмо в «Марию», – размышлял Илья, то и дело поглядывая на часы, – пока Стенли его прочтёт, пока прибежит сюда, выяснять отношения… Следовательно, как минимум час времени у меня в запасе есть. Поступлю так, Анжелу попрошу собрать вещи, а сам срочно оставлю в «почтовом ящике», устроенном на местных археологических раскопках, указание места встречи для прибывающих коллег.

* * *

Где-то вскоре после душного полудня, на дальней оконечности бетонного мола, на огороженной поручнем площадке, с некоторым разбросом по времени собрались пятеро человек. Двое прибывших утром из Вильнюса молодых туристов, подтянутая дама в спортивном костюме, насупленный белобрысый крепыш и одетый только в майку и шорты Хромов.

– Привет, отпускник, неплохо выглядишь, – нестройными голосами поприветствовали они майора.

– Какова будет наша нынешняя диспозиция? – поинтересовался у Ильи один из прибывших оперативников, знакомый ему по немецкому псевдониму «Ганс». Слышал, начальство считает, что тебя пора отсюда вытаскивать. Что же здесь происходит на самом деле?

– Привет всем, – ответил Илья. Рад что вы так быстро добрались, а то моё положение ухудшается буквально час от часа. Прежде всего доложу о самом неприятном. Мой прикрывающий, как оказалось, не пропал, а убит. Недавно мне продемонстрировали его посмертное фото. По моим подозрениям в нашу игру с Улькером вмешались американцы. Они тоже охотятся за шустрым австралийцем. Заподозрив нашего Рустама в ведении слежки за ним, они выждали удобный момент и расправились с ним в пустынном месте напротив Элунды… Естественно, что я опасаюсь за Анжелу, поскольку мы с ней оказались совершенно неприкрыты. Нас с ней, слава Богу, пока за противников не считают, но предложили без обиняков, выметаться с Крита как можно скорее.

– То-то, я вижу, вид у тебя чересчур затравленный, – пристально взглянула на Илью незнакомая ему женщина в спортивном костюме. Познакомимся, меня зовут Нарис.

– Таким образом ситуация вкратце складывается следующая, – продолжил Илья, мельком кивнув ей в ответ. Сначала немного о самом Улькере. Он действует по своему довольно чётко прописанному плану. Имеет в своём распоряжении небольшое по размеру поисковое устройство, испускающее желтоватое свечение. Действует по-прежнему один. Полагаю, что он сделал, как минимум, одну находку. Но что он нашёл и куда потом спрятал не имею ни малейшего понятия. Да, своё поисковое устройство он хранит в номере, каким-то образом укрепляя под столом. Теперь что касается наших заокеанских конкурентов. Не очень понятно с какого времени за ним установили наблюдение американцы. Вполне возможно, что они следовали за ним всё это время, и только мы этого не замечали.

– Откуда же тебе известны такие подробности?

– Да от них самих! Несколько часов тому назад я встречался с одним из их эмиссаров. Он прямо заявил мне на встрече, что мы с Анжелой ему мешаем тем что крутимся около Улькера. Постращал фотографией мёртвого Рустама, сказав о нём, что тот следил за кем не следует. Предложил мне пять тысяч долларов и катер для срочного переезда на Родос.

– Насколько срочного?

– Он не сказал, но поскольку первую часть ультиматума мы уже выполнили, то сообщение об условиях нашего с Анжелой отступления, скорее всего поступит довольно скоро.

– Что-то ты задёшево продался, – сплюнул в море Ганс, – всего за пятёрку!

– Так мне ещё прозрачно намекнули на то, что наши жизни в опасности, – принялся оправдываться Илья. Мол за нами ведётся наблюдение враждебными силами и того и гляди с нами случится то, то случилось с нашим агентом. Так что особо торговаться смысла мне не имело…

– Каким же образом Рустам мог попасться в ловушку, если он должен был прикрывать тебя? – чуть не хором поинтересовались новоприбывшие.

– Позавчера он отправился на остров Спиналонга…

– Зачем же это?

– Да вслед за Улькером, который ни с того ни с сего помчался туда ранним утром. Я ему приказывал не подходить к нему близко, только уточнить…

– Что уточнить?

– Понимаете, – сбивчиво начал объяснять Илья, – я обратил внимание, что ещё в пещере Диктеона, Стенли вёл себя очень непонятно. Он несколько раз рассматривал некий предмет, который держал в согнутых руках, прижимая к телу… Нечто небольшое и светящееся. И вёл он себя при этом очень характерно. Переходил туда и сюда, будто брал пеленги на некоторый предмет. Поскольку Борис Евсеевич ориентировал меня на то, что австралиец может быть причастен к похищению некоторых вещей, неизвестно откуда появившихся в одном из австрийских альплагерей, то я и подумал, что среди них был некий «компас», при определённых условиях ведущий его к новым находкам особого рода. Ведь ясно же было, как божий день, что приехал именно сюда Улькер вовсе не случайно. У него была чёткая цель и вполне продуманные намерения. И, что характерно, вечером того же дня он вновь направился туда, в пещеру, оснащённый целым мешком разных инструментов. Мы с Рустамом непосредственно в пещеру за ним не последовали, поскольку боялись спугнуть. Но потом, когда он оттуда ушёл, я поднялся туда и нашёл в озере яму…

– Бог с ней с ямой – перебил его один из оперативников, – поясни, как Рустам очутился на острове, забыл как его там.

– Я его направил, – признался Илья, – поскольку плохо себя чувствовал.

– Ну теперь понятно, – казалось был вполне удовлетворён тот, а то из твоего доклада можно было подумать, что он отправился куда-то самостоятельно. Впрочем, это пока не так и важно. Давай лучше обсудим какова же в этом деле будет наша задача? Хотя заранее предупреждаю, что приказа о вашей экстренной эвакуации у нас на данную минуту нет, но номер Улькера надо обчистить непременно.

– Надеюсь, – кивнул головой Илья, – что мы сможем сделать это без помех со стороны. Хорошо, что пока хоть мы с Анжелой ни для кого не представляем интереса. Но у меня, кажется, созрела идея насчёт того, как перехитрить всех и вернуться домой не с пустыми руками. Предлагаю обсудить её прямо сейчас.

Распределив обязанности и вкратце расписав роль каждой пары, Хромов коротко разбежался и прямо с мола нырнул в воду, предоставив возможность новоприбывшим оперативникам вернуться в город без его, совершенно нежелательного, при данных обстоятельствах, сопровождения.

* * *

Первое, что увидел Илья, повернув за угол знакомой уже до мелочей улицы, была спина стремительно удаляющегося от дверей «Аполлона» австралийца.

– Небось грандиозный скандал Анжелке закатил, – подумал Хромов, видя, как тот решительно пересекает улицу, не обращая ни малейшего внимания на непрерывный поток машин. Понятное дело, любимая девушка внезапно уезжает в неизвестном направлении, безо всяких объяснений. Есть от чего так разозлиться. Тем более если это такая симпатичная и романтичная модель, как Анжела. Что ж, по-видимому следует ожидать скорой реакции наших американских «друзей».

Илья степенно вошёл в постоянно распахнутые двери отеля и тут же буквально застыл от неожиданности. «Холёный», правда уже одетый в совершенно иную одежду, с самым удовлетворённым видом сидел на ближайшем к входу диванчике. Увидев ошарашенное выражение на лице Ильи, он неторопливо поднялся и со словами: – Я очень доволен, мистер Кромофф, что вы меня послушали, – сунул тому в руку небольшой, но плотный конвертик. Исполнив свою секундную миссию, «Холёный» вежливо приподнял свою соломенную шляпу с лихо загнутыми полями, и исчез так быстро, что Илья не успел моргнуть и глазом.

Войдя в лифт, Хромов зло ткнул локтем в кнопку нужного этажа и рывком вскрыл конверт. Содержимое его составляла тоненькая пачка стодолларовых банкнот общей суммой в одну тысячу и визитная карточка некоего Рерьярда О’Нейли. Перевернув карточку, Хромов прочитал косо написанное слово «Тритон» и несколько цифр, указывающих на промежуток времени, в течение которого им с Анжелой можно будет воспользоваться катером с таким названием.

– Какие, однако, шустрые ребята, эти американцы, – процедил Илья сквозь зубы, – предлагают нам убраться с Крита уже сегодня вечером. Ну, это мы ещё посмотрим. Крайний срок 16.00. аж завтрашнего дня. Прекрасно. Значит так, торопиться с отъездом мы пока не будем! Но и сидеть без дела нам тоже некогда.