Текст книги "Немыслимое (СИ)"

Автор книги: Александр Гор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Дальнейшие шаги предполагали назначение рейхспрезидентом фон Бека, рейхсканцлером – бывшего обер-бургомистра Лейпцига Гёрделера, а верховным главнокомандующим отставного генерал-фельдмаршала фон Вицлебена. Новое правительство на некоторый период запрещает действие любых партий (а поскольку в Германии разрешено существование только НСДАП, то речь идёт именно о ней), немедленно заключает мир с Великобританией и Соединёнными Штатами Америка, чтобы силами всего цивилизованного мира навалиться на большевиков. Впоследствии же страной будет управлять монарх, а двухпалатный парламент, в который избираются лишь депутаты нижней палаты, получит весьма ограниченные права.

Разумеется, фюрера как сама попытка покушения, так и планы заговорщиков привели в бешенство. Но более всего – коварство англичан, с одной стороны прекративших не только боевые действия против германских войск, но и авианалёты на немецкие города, а с другой – притупив его бдительность, попытавшихся нанести удар в спину. Вместо начавшейся подготовки общественного мнения к возможности прекращения состояния войны с Британской империей, он распорядился в течение двух-трёх дней бросить всю бомбардировочную авиацию на разрушение британской промышленности и городов. Не считаясь с потерями, которые всё равно будут существенно меньше, чем если бы бомбардировщики использовались на Восточном фронте. В море снова выходят «волчьи стаи Дёница», которым приказано сосредоточить внимание на уже обнаглевшие британские суда и особенно – на боевые корабли британского флота.

На подготовку к данной операции дана неделя, в течение которой Мюллеру предстоит подробнейшим образом доложить фюреру о связях заговорщиков с англичанами. Эти сведения доктор Геббельс обнародует уже после первого удара по Альбиону, который должен стать не просто неожиданным, а ошеломляющим.

Разумеется, руководитель Гестапо попытается в создавшейся ситуации свести и кое-какие личные счёты. В частности, с первого же дня расследования поднял досье на бывшего подчинённого, а ныне начальника VI управления РСХА Вальтера Шелленберга, как известно, с осени 1941 года пытавшегося через американцев договориться о сепаратном мире с Англией. Но тогда попытки переговоров были сорваны британцами, а показания допрашиваемых отрицают его участие в заговоре, и пока никаких свидетельств связи любимчика фюрера с англичанами получить не удалось. Пока! Но «Папа» очень надеется, что это временно, и скоро этот выскочка, считающийся «интеллектуалом», окажется в его власти.

Конечно, эти репрессии ослабят армию, поскольку в заговоре принимали участие многие не самые глупые военачальники. Но это начнёт сказываться лишь с началом весны, когда русские смогут нарастить силы и попытаются перейти в наступление. Сейчас же они, как и германские войска, обессилели за время летне-осенней наступательной операции и последовавшего за этим контрнаступления Вермахта. Ведь в ряде мест большевистские орды удалось отбросить назад на 50–100 километров, и если красные соберутся с силами, то им придётся проламывать оборону значительно выросших в численности после переброски войск из Европы германских армий.

Фрагмент 21

41

– Ну, почему же под запретом? Мы готовы предложить Соединённым Штатам постройку на их территории атомной электростанции, обслуживающий персонал которой пройдёт обучение у наших специалистов. Мы не против мирного использования энергии атомного ядра, – подчеркнул президент из будущего слово «мирного». – Для выработки оружейных расщепляющихся химических элементов их реакторы не годятся, только для выработки электроэнергии. Мощность такого реактора до тысячи двухсот мегаватт, и на станции их обычно бывает от одного до шести. Правда, не следует забывать о колоссальной стоимости станций, исчисляемой в миллиардах долларов. Впрочем, это не больше, чем стоимость постройки гидроэлектростанции близкой мощности. Мы поставляем урановое топливо для неё и занимаемся переработкой отработанных топливных элементов.

– Но почему нельзя у нас производить уран для использования в ней?

– Это далеко не так просто. Одна из американских компаний несколько десятилетий пыталась продавать топливо для станций, построенных СССР и Россией в других странах. Но ни к чему, кроме аварийных ситуаций, это не привело. Это наше ноу-хау, и никому передавать его мы не намерены. Мы ведём переговоры о строительстве завода по производству топливных элементов с Советским Союзом на его территории, но на нём перерабатывать урановую руду в готовое топливо, извините, будут только наши специалисты.

– Хорошо, мы обдумаем и просчитаем экономическую выгоду от данного предложения. Но почему вы отказываетесь передавать нам другие военные технологии? Ведь нашему союзнику, СССР, вы их передали.

– Очень немногие. Просто нет смысла передавать ему те технологии, которые не может применить советская промышленность. Часть из имеющихся у нас технологий Соединённые Штаты способны быстро освоить, как это было, например, с продажей вам реактивных двигателей. Но, как я уже и говорил, мы категорически против значительного опережения в технологическом плане одной из сторон грядущего глобального противостояния. Если вам и товарищу Сталину удастся выработать действенный механизм, которые позволит избежать прямой войны между двумя вашими странами, то мы готовы помочь и Советскому Союзу, и вам в ускорении технического прогресса.

– Что вы подразумеваете под действенным механизмом избежания войны?

– Как мне кажется, таким может стать, во-первых, ограничение численности членов «клуба ядерных держав» двумя странами, которые научатся производить ядерное оружие уже в ближайшие годы. Это СССР и США. Конечно, с годами найдутся страны, что тоже будут стремиться обзавестить им, но для такого необходим очень высокий уровень развития экономки и науки, и в нашем мире существует договор о нераспространении ядерного оружия, предусматривающий очень жёсткие международные санкции за попытки его нарушить. Во-вторых, взаимное ограничение численности ядерных боеприпасов и средств их доставки у договаривающихся сторон. Ответить на ядерный удар и этим нанести противнику неприемлемый для продолжения войны ущерб данного количества хватит. Но не победить его «вчистую». В-третьих, разделить сферы влияния сторон и принять взаимные обязательства не претендовать на вторжение – военное, экономическое, политическое – в сферу влияния второй стороны.

– То есть, разделить мир между нами и Советским Союзом? Вы это имели в виду? Но как же быть с правами человека, со свободой наций на самостоятельный выбор путей развития, политического строя, союзников, наконец?

– Мистер президент, как отнесутся американское руководство к тому, например, что народ, скажем, Кубы выберет коммунистическую идеологию, национализирует промышленные и сельскохозяйственные предприятия и обратится к Советскому Союзу с просьбой разместить на территории острова советские войска? Молчите? Так я вам расскажу: такое в нашей истории произошло в 1959 году. США дважды предпринимали попытки вооружённой интервенции, а когда эти попытки провалились, начали военную блокаду острова и наложили на Кубу экономические санкции, которые не отменены уже больше шестидесяти лет. Все попытки создания левых правительств в странах Центральной Америки были подавлены при помощи внешнего вмешательства. В том числе – военного. Каким образом это соотносится с вопросом о правах человека, свободой нации на выбор?

Если уж мы ведём столь откровенный разговор, мистер президент, то давайте уж будем откровенными до конца: небольшие государства в силу своих незначительных возможностей просто вынуждены принять сторону того или иного геополитического игрока. Либо добровольно, либо под его давлением. И как бы это цинично ни звучало, именно поэтому я предлагаю «на берегу» договориться о ваших зонах влияния, и не доводить до жёсткого противостояния вокруг той же самой Кубы, чудом не перешедшего в ядерную войну между США и СССР: у них к этому было всё готово, оставалось лишь «нажать кнопку».

– Да, это действительно очень цинично… Но как быть с Британской империей, которая на нынешний момент является крупнейшим государством мира по численности населения и обладает мощнейшими экономикой, флотом и армией?

– Это временное явление. В нашей истории Индия получила независимость менее чем через два года после окончания Второй Мировой войны. Судя по тому, что мне докладывают о ситуации в Индии сейчас, у вас это произойдёт ещё раньше. Ну, а вслед за этим процесс деколонизации будет только нарастать. У нас Британия – даже не самая крупная страна Европы. Правда, так и не расставшаяся с имперскими амбициями. Кроме того, своими действиями, направленными против СССР, она выступила как фактический союзник Гитлера.

Сталин, внимательно наблюдающий за диалогом двух президентов, согласно кивнул.

– Я читаю, что странам Оси и их союзникам следует категорически запретить вступать в военно-политические союзы. Пускай остаются нейтральными государствами с ограниченной численностью и составом вооружённых сил. И за этим должна следить международная организация, этакое «мировое правительство», в котором решающими голосами – правом вето – будут обладать Соединённые Штаты и Советский Союз.

– Но тогда ни один принципиальный вопрос, вызывающий разногласия, невозможно будет утвердить!

– Значит, у ваших стран будет лишний повод согласовать позиции, попытаться заранее договориться. А договориться двоим существенно проще, чем пятерым или четверым, как у нас. В соответствии с вашим же предложением, мистер Рузвельт, которое вы назвали «планом четверых полицейских», число которых позже было увеличено на единичку.

– Но Великобритания и Китай, крупнейшие государства мира, которые уже подписали Декларацию Объединённых Наций. Как быть с этим?

– Я высказал свою точку зрения о Британии. Теперь немного информации о Китае нашего мира. Это крупнейшее государство по численности населения – более миллиарда человек – после победы в гражданской войне коммунистов доставившее немало неприятностей и Америке, и Советскому Союзу. При сохранившихся принципах социалистического общества уже частично перестроило экономку на капиталистический лад и лет десять назад обогнало по экономической мощи Соединённые Штаты. И ваши потомки, господин президент, считают именно его главной угрозой своей безопасности. Да, Российская Федерация и Китайская Народная Республика во главе с Коммунистической партией Китая сегодня являются союзниками в противостоянии с США и их союзниками. Но наш союз ситуативный, и будет он существовать до тех пор, пока власти Соединённых Штатов Америки считают нас с КНР экзистенциальными противниками.

Как вы знаете, у Великобритании нет постоянных союзников, есть постоянные интересы. Китай же отличается от британцев тем, что у него, по мере его усиления, меняются ещё и интересы. Вначале он был заинтересован в дружбе с СССР, от которого получил немалую помощь и сумел создать промышленность. Потом ему нужно было получить новейшие технологии и современные заводы на своей территории, и он подружился с США. Теперь же, когда он вырвался на первое место в мире по объёмам промышленного производства – в нашем времени его ещё называют «фабрикой XXI века», и огромная доля товаров, которыми пользуются американцы, вплоть до флагов США, которые они вывешивают перед домами, китайского производства – Китай нуждается в рынках сбыта. И, следует отметить, весьма преуспел в этом, за счёт дешёвой рабочей силы вытесняя европейские и американские товары.

Впрочем, как делить мир – вместе с Великобританией и Китаем или без них – решать вам. Вам и вашим потомкам, а не мне и моим потомкам в нём жить.

42

Кудин поймал себя на мысли, что за всё время его пребывания на фронте ему ещё никогда не случалось отступать. Да, оборону держали. Да, бывало, отходили из-за контратак противника. Но до сих пор 23-я танковая бригада ещё никогда не пятилась под ударами врага. А на этот раз… Как он теперь понимает красноармейцев, рассказывавших, насколько тяжело и обидно было отходить, терять товарищей и боевую технику. А порой, и вовсе бросать её из-за того, что невозможно эвакуировать боевую машину, получившую незначительные повреждения.

Как ни упирались бойцы бригады и стрелки, как ожесточённо ни били лезущих и лезущих с юга немцев, а уже на второй день боёв пришлось бросать позиции и отходить километров на пятнадцать на север, к большому селу Коден, стоящему на самом берегу Западного Буга, при впадении в эту реку речушки Грабар. Именно там создалась угрожающая ситуация, и войска, обороняющие Славатыче, могли быть отрезаны от остальных сил, сосредоточенных на плацдарме. Хуже того, немецкие части, наступающие из района Шацких озёр по правому берегу Буга вдоль железной дороги, поддерживаемые остатками фрицев, прижатых к Хмелёвскому лесу в районе Малориты, угрожали отрезать южную часть плацдарма, выйдя к Дубице.

Как рассказывали солдаты из ремонтной роты, два Т-44, повреждённые во время артобстрела, грузили на платформы в Леплёвке уже под огнём немецкой артиллерии. И ругались на отсутствие авиации, которая могла бы помочь остановить немцев. Хотя, конечно, какая авиация в условиях, когда с неба сыплет холодный осенний дождь, а облака едва ли не касаются верхушек сосен? Даже миниатюрные радиоуправляемые разведывательные аппараты бесполезно запускать: либо дождь зальёт камеры наблюдения, либо немцы собьют из винтовок и пулемётов на такой малой высоте.

Переброска позволила уплотнить войска, но проблемы с натиском гитлеровских дивизий, перебрасываемых из Западной Европы, не решила. Немцы лезли, как оголтелые, и тыловики едва успевали подвозить мины со станции Страдень, близ которой действовал наплавной мост. Лёгкий, выдерживающий только автомобили, но не танки. Так что ещё один подбитый Т-44 пришлось тащить аж к Прилукам, близ которых находится мощная понтонная переправа, сооружённая для захвата плацдарма.

Так что ещё два дня боёв, и снова отход севернее, к рубежу Копытув – Окчин. Совсем, совсем близко к той самой переправе. И тоже вынужденное отступление: немецкие танки уже пару раз доходили до окраин Кобылян, а это всего около пяти вёрст от Тересполя.

На этот раз бригаду должны были использовать по её основному назначению – для порыва вражеской обороны, а не в качестве подвижного противотанкового резерва. И это для личного состава куда более привычная фронтовая работа, чем сидеть в окопах и ждать, когда полезет очередная толпа немцев.

Танки перед началом операции разместили и замаскировали в лесном массиве восточнее Копытува. А артиллерию бригады – на восточной опушке, чтобы поддержать наступающие танковые роты огнём, вместе с артиллерией свежей стрелковой дивизии, выделенной для контрудара. Именно этот лес, уже сильно прореженный вражескими снарядами, и помог удержать рубеж ребятам, защищавшимся на нём. Усталым, вымотанным недельными немецкими атаками, но, как они сами говорили, не собиравшимся отходить без приказа.

Впрочем, держаться помогал не только лес, но и погода. От железной дороги со станцией Добрынка, обозначенной как цель первого дня контрудара, до хутора Новый Двор, находящегося как раз посредине нейтральной полосы, почти пять вёрст полей. Новейшие немецкие танки вязнут в раскисшей от дождей пашне, поэтому фашисты использовали для атак более лёгкую бронетехнику, легко поражаемую противотанковой артиллерией.

Судя по тому, что для артподготовки командование выделило пусковые контейнеры с реактивными снарядами М-31К, успеху операции уделялось большое внимание.

Что это за «зверь»? Представьте себе «дуру», длиной в рост человека, увенчанную яйцеобразным набалдашником, лежащую в самом обыкновенной продолговатой таре, сколоченной из реек. Простейшей, каркасной, даже не закрывающей содержимое. За специфическую форму эрэса красноармейцы прозвали это оружие «Лука Мудищев». Для выстрела «Лукой» требуется лишь направить снаряд в сторону противника, обеспечить ему необходимый угол возвышения и покрутить рукоятку обыкновенной сапёрной подрывной машинки. Никакого лафета, никакой иной пусковой установки: просто ящики с какими-нибудь палками, подложенными под один край.

И от этой примитивной конструкции врагу не поздоровится: модификация с индексом «К» снабжена так называемой кассетной боевой частью. То есть, выбрасывающей на небольшой высоте несколько небольших бомбочек, которые, в свою очередь, взрываются и поражают живую силу и технику (включая легкобронированную) целым градом стальных шариков, роликов или кусочков металла иной формы. За счёт того, что перерываются зоны поражения не только таких бомбочек, но и десятков выпущенных за одни залп реактивных снарядов, в чистом поле или неперекрытой траншее уцелеть почти невозможно.

Танки 23-й бригады после такого удара действительно не встретили сопротивления на линии вражеских траншей. Даже противотанковая артиллерия, как и у советских войск, размещённая на опушке леса, южнее хутора Бжезины, по которой прилетело несколько М-13К, почти не беспокоила. Первое организованное сопротивление они встретили только на подходах к леску, примыкающему к железной дороге с юга. Именно в нём прятались немецкие танки и самоходки.

Огонь был очень плотный, и сразу же начались потери. Но у 23-й танковой было преимущество не только в качестве машин с их наклонной бронёй, но и в количестве.«Железку» перерезали к середине дня, взяли станцию и прилегающую к ней деревню со смешным названием Попель, «Сопля» по-немецки. Но ни о каком дальнейшем развитии успеха речи уже не шло: немцы очень быстро отреагировали и полезли со всех сторон. От станции Малашевиче, на которой до войны у немцев был таможенный пост осмотра железнодорожных составов, прибывающих из Советского Союза, вдоль железной дороги от Хотылува, где разгружались прибывающие с запада резервы, по дороге от Пищаца, по которой двигалась какая-то войсковая колонна… А на следующий день – и с севера, через лес со стороны шоссе, соединяющего Брест и Варшаву.

Ослабить натиск на Тересполь и плацдарм в целом, конечно, удалось. Но эти бои у станции Добрынка, длившиеся до середины ноября, совершенно обескровили бригаду. И снова пришлось отступать. Через ту самую понтонную переправу близ населённого пункта Прилуки, уже ставшего прифронтовым. Взрывая неисправную технику и прощаясь с оружием, служившим до «гибели» верой и правдой.

Именно так пришлось поступить с «Васильком» Кудина, которому осколками вражеского снаряда исковеркало откатник и подвеску. Граната Ф-1 в ствол и… Прощай, друг! Извини, но нет возможности загрузить тебя в кузов какой-нибудь машины, чтобы вывезти в «оружейный госпиталь».

Более или менее стабилизировать ситуацию на плацдарме удалось только в начале декабря. Да и то он ужался до двенадцати километров в длину и шести в глубину. Бригада же, отведённая на восточную окраину Бреста, активно пополняется техникой и личным составом, и Вячеславу снова приходится сбиваться с ног, обучая пополнение. Правда, теперь он в глазах не только своих ровесников, но и мужиков постарше, прибывших в роту, выглядит настоящим ветераном, заслуженным бойцом. На груди добавилась медаль «За отвагу», полученная за отличную поддержку войск огнём в сражении на плацдарме, и красная нашивка за ранение: в том самом бою, когда «погиб» его «Василёк», одним из осколков зацепила и Кудина. Но легко, он даже в медсанбат не пошёл. Перевязал плечо и встал к прицелу другого «самовара», расчёт которого тоже понёс потери.

Фрагмент 22

43

Как оказалось, выходцев из Германии в Аргентину путешествует не так уж и мало. Даже на пароходе, на который он «подсел» на острове Тенерифе, таких оказалось пятеро: Шульце-Шварц, семья инженера из трёх человек, до этого жившая в Севилье и работавшего на каком-то местном заводе, и некий «путешественник», ничего определённого о своём предыдущем роде занятий не сообщившего. Инженер получил предложение от аргентинского предпринимателя, а «путешественник» ехал «набраться впечатлений от патагонской природы».

За время болезни оберст сильно сдал, внешне постарел, и мало что напоминало в нём бывшего вояку. В отличие от «путешественника», в котором намётанный глаз человека, бОльшую часть жизни отдавшего военной службе, безошибочно угадывал бывшего (а может, и действующего) офицера. Тем не менее, Арнольд, как звали попутчика, никакими иными способами принадлежности к армейской касте не проявлял, весь путь до Буэнос-Айреса ведя беззаботную жизнь: волочился за симпатичными пассажирками, гулял с ними по палубе, дегустировал напитки в баре. А когда пароход добрался до пункта назначения, одним из первых сошёл с небольшим багажом на берег и растворился в столичном многолюдье. Шульце же, багаж которого тоже составлял единственный небольшой чемодан, не спешил, протянув время до того момента, когда поток пассажиров на трапе почти иссякнет: гостиницу он забронировал по телеграфу ещё из Санта-Крус-де-Тенерифе, а количество такси рядом с портом практически не уменьшилось.

Да, он не спешил «впрягаться» в работу, которую ему собирались поручить в ведомстве Адмирала, через Винтера предупредив, что первым делом займётся вопросами здоровья. И действительно первую неделю в столице Аргентины потратил на медицинское обследование. Да и акклиматизироваться стоило: пусть Канары и находятся в тропическом пассатном климатическом поясе, но он перебрался в Южное полушарие, где декабрь – первый месяц лета, а не зимы. Лишь после того, как и аргентинские врачи подтвердили, что отставной разведчик медленно, но верно восстанавливается после пережитого кризиса, он отправился по переданному благодетелем адресу.

Что сказать? Неприметная конторка с неброской вывеской «Юридическая помощь» на немецком языке. Помимо очаровательной брюнетки-секретарши в приёмной, два подтянутых сотрудника в возрасте лет тридцати или даже чуть моложе.

– Да, ждём вас, герр Шварц. Инструкции на ваш счёт получили. Когда намереваетесь отправиться в Санта-Фе?

Более подробный разговор за закрытыми дверями кабинета весьма удивил даже опытного разведчика. Оказывается, далеко не все в высшем руководстве Третьего Рейха безоговорочно верят заклинаниям Гитлера и Геббельса о скорой победе над большевиками и прочими врагами Германии. Уже около года, как в Южной Америке выстраивается тайная сеть, воспользоваться которой после поражения в войне смогут не только высшие государственный чины и партийные бонзы, но и люди, рангом пониже. Те, кого непременно будут преследовать будущие победители за «военные преступления и преступления против человечности».

Основная масса этих людей будет переправляться на юг, в Патагонию, где приобретаются поместья, возникают закрытые общины выходцев из Германии. Но часть отправится в Парагвай. И в Санта-Фе будет находиться «перевалочная база» для таких беженцев.

– И вы, господин Шварц, возглавите контору, подобную нашей. Поток людей через неё будет значительно меньше, чем у нас, но объём оказываемых услуг несколько шире: организация временного проживания переселенцев, предоставление им транспорта для переброски в Парагвай, включая билеты на самолёты. Ну, и учитывая необходимость вашего регулярного общения с докторами, оказание довольно специфичных медицинских услуг. Имеются в виду хирургические услуги по изменению внешности «клиентов». Поэтому, когда доберётесь до места, начинайте присматриваться к соответствующим специалистам.

– Я буду работать один? – поморщился оберст, представив себе объём работы.

– Что вы, господин Шварц! Организовывать отделение… гм… службы, конечно, придётся вам самому, но после регистрации конторы предусмотрено финансирование ещё двух сотрудников, а с увеличением числа «клиентов» он тоже вырастет. В основном, за счёт выходцев из Германии, тоже состоящих на службе, но на ничего не значащие должности не возбраняется нанимать и местный кадры. Такие, как, например, наша секретарша.

– И ещё, – встрял второй сотрудник. – Ваша личная жизнь отныне не будет касаться исключительно вас. По крайней мере, о регулярных контактах с женщинами, не говоря уже о вступлении в брак, наше руководство обязано знать. Прошу понять нас правильно: дело, которым мы занимаемся, слишком ответственное, чтобы в нём возникали досадные проколы из-за болтливых языков непосвящённых в него лиц.

В Санта-Фе Шульце выезжал уже не Шварцем, а Генрихом Нойверком. Деньги на организацию отделения сети, а также его собственные накопления, ждали герра Генриха в одном из банков города. И он не стал тянуть со съёмом квартиры и поиском помещения под контору.

За время его путешествия ситуация в мире поменялась очень сильно. В Москве состоялись многодневные переговоры американского президента и русского диктатора. Скорее всего, в них приняли участие и люди из будущего. По крайней мере, иностранные корреспонденты захлёбываются восторгом от автомобилей, на которых возили Рузвельта и членов делегации, а также перемещался Сталин. Причём, на его машине были два флажка – советский и «белогвардейский» бело-сине-красный. Фотографировать машины не разрешали, но нашлись люди, которые сделали их рисунки по памяти.

Официально о результатах переговоров ни одна из сторон ничего конкретного не заявляет, только дипломатические формулировки: «встречи прошли в дружественной обстановке, стороны пришли к взаимопониманию даже в спорных вопросах, заключён ряд важных межгосударственных соглашений, открывающий путь для дальнейшего сотрудничества и справедливого послевоенного мироустройства». Значит, в отличие от Черчилля, сепаратными переговорами американцам удалось добиться того, что он пытался получить ультиматумом. Может быть, далеко не в тех объёмах, которых требовал бывший британский премьер-министр, но хоть что-то всё равно лучше, чем вообще ничего.

Похоже, именно успех «кузенов» ещё больше взбесил «лаймиз», поскольку, едва они получили известие о том, что небольшая американская эскадра во главе с крейсером, на котором путешествует Рузвельт, пересекла траверс острова Медвежий, служащего линией разграничения ответственности британского и советского флотов, они начали морскую, воздушную и наземную операцию по «принуждению русских к выполнению условий ультиматума». Даже не дожидаясь захода американских кораблей в один из британских портов для ранее запланированной встречи Рузвельта с лордом Галифаксом. Пока только в Средиземном море и Турции, но, сообщая эту новость, телеграфные агентства даже не сомневались в том, что этим театром военных действий англичане не ограничатся.

Первые известия с нового фронта Мировой войны оказались не столь радостными, как предвкушали сторонники «наказания русских за строптивость». Смутно, но упоминалось о «невероятно тяжёлых воздушных сражениях, сопоставимых с Битвой за Атлантику» (так англичане называют воздушную войну с Люфтваффе, длившуюся с 1940 года по памятный налёт на их авиационные предприятия). Сообщается о нескольких потопленных боевых кораблях британского флота, пытавшихся прорваться к Дарданеллам, и судах с войсками, следующими к турецким портам. О тяжёлых, кровопролитных боях в «демилитаризованной зоне» на подступах к так называемому «Константинопольскому Особому району». Это говорит о том, что русские, скорее всего, ввели войска в эту зону. Но никакой ясности о реальном положении дел нет, поскольку ни у кого, кроме «лимонников» и турок нет доступа в район боевых действий, а распространение информации Телеграфного агентства Советского Союза в странах «антисоветской коалиции» уже негласно запрещено.

Но совершенно неожиданной для Шульце-Нойверка стала свежайшая новость о возобновлении воздушной и подводной войны Германии против Британской империи. Новости о пылающем Лондоне и других английских промышленных центрах, десятках сбитых германских самолётов, потопленных грузовых судах и боевых кораблях едва не затмило заявление ведомства Йозефа Геббельса.

Из Фатерлянда и раньше поступали смутные слухи о массовых арестах среди военных, промышленников и чиновников. И глава министерства информации разъяснил, что раскрыт масштабный заговор против фюрера и сорвано покушение на него, подготовленное с участием британской разведки. Если отбросить пропагандистскую риторику, то становится ясно, что Гитлер решил наказать англичан, решивших устранить его ради заключения мира с Германией и совместной войны против Советов. Возможно, это был бы наиболее приемлемый выход для Фатерлянда, изнемогающего в борьбе против большевизма. Но не для бывшего неудачливого австрийского художника, стоящего во главе страны.

А ведь в такой ситуации совсем не исключено, что через год-полтора ему, бывшему полковнику Абвера Карлу Иохиму Шульце, а ныне «владельцу небольшого туристического агентства», придётся «предоставлять услуги» этому человеку. Если тому удастся ускользнуть от Красной Армии, захватившей Германию…

44

Ещё во время подготовки в Борисоглебске инструкторы в качестве примеров массовых авианалётов приводили англо-американские бомбардировки германских городов. Тогда это воспринималось именно как пример, а не прямое указание на то, с кем придётся сражаться. Ведь другим примером были и бомбардировки немцами британских авиазаводов.

Всё встало на свои места после того, как бывшие союзники по Антигитлеровской коалиции объявили, что не остановятся перед применением военной силы для «принуждения СССР к исполнению требований мирового сообщества». А потом и та самая попытка бомбардировки советских войск за Коринфским каналом, которую удалось предотвратить только появлением на пути британских самолётов авиаполка Середы.

Такой факт, что по команде на взлёт в обоих случаях отражения массированных воздушных атак (первой была попытка итальянцев) самолёты полка вылетали на боевое задание без своего главного оружия, авиационных ракет, привёл к тому, что теперь дежурная эскадрилья имела их на подвесках каждой машины. А оружейники побивали все рекорды скорости их крепления к машинам, готовящимся к вылету, доводя умение до автоматизма.

Беспокойство Леонида вызывало лишь то, что британская пресса сняла завесу секретности с ранее тщательно охраняемой тайны испытаний собственного реактивного самолёта «Глостер Метеор». Двухдвигательного, в отличие от Миг-15бис. К тому же, ещё до резкого ухудшения отношений с Великобританией американцам были проданы несколько экземпляров мотора ВК-1, образцы которых те вполне могли передать «кузенам» для изучения. А это значит, в ближайшее время вполне возможна встреча в воздухе с реактивными самолётами англичан. Пусть с опытными образцами, но вряд ли уступающими по характеристикам его «мигам».