Текст книги "Мангака 6 (СИ)"

Автор книги: Александр Гаврилов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 21

Следующее утро началось у меня очень необычно. Точнее, не так. Сначала-то всё как всегда было. Я встал, накормил Куро, сходил на пробежку и разминку, вернулся, принял душ, и уже как только заварил себе кофе, вот тут-то это и случилось. В доме раздался звонок, и я понятия не имел, кто мог заявиться ко мне в гости в такую рань.

Слуг у меня не было, так что я сам подошёл к домофону, увидел на экране довольно симпатичную молодую девушку, которая сообщила мне, что она представляет корпорацию Хитачи, и попросила меня уделить ей несколько минут. Пришлось впустить. Не могли же мы и дальше по домофону общаться? Нет, были бы на её месте какие-нибудь здоровенные мужики, то хрена с два я бы им открыл, пока мои телохранители не подъехали, но тут я повода для опасений не видел. Девушка была одна, а я не боюсь одиноких миниатюрных девушек!

Кто-то может сказать, что ну и зря, и что именно их-то и надо бояться в первую очередь, особенно, если у вас уже есть довольно ревнивая своя девушка, но, надеюсь, Мидори у меня не такая, и не будет мне предъявлять претензий, что я пускаю к себе незнакомых девушек, а если и будет, то я как-нибудь это переживу. Наверное…

– Меня зовут Айяно Никаниши, – представилась она, когда вошла в дом, и поклонилась, – Я сестра Ютаки Никаниши, с которым у вас был недавно небольшой конфликт, и хотела бы принести вам извинения за его недостойное поведение от лица всей нашей семьи. Уверяю вас, с рук ему подобное не сойдёт, и он будет наказан.

– А почему вместо него извинения приносите вы? – удивился я, – И предлагаю пройти на кухню, и поговорить там, а не стоять тут в дверях. Что будете пить, чай, кофе?

– Чай, пожалуйста, – ещё раз поклонилась она, – И спасибо за приглашение.

Мы прошли на кухню, где меня дожидалась моя кружка с кофе, чайник ещё был горячий, заварка у меня была заварена ещё со вчерашнего дня, так что я сразу же налил ей чай, и поставил перед ней кружку, которую она аккуратно взяла двумя руками. Только тут я сообразил, что так привык по старинке пользоваться кружками, что совсем забыл о том, что гостям следовало бы наливать напитки в чашки, но уже было поздно что-то менять.

– И всё же, почему передо мной за его поведение извиняетесь вы, а не ваш брат? – повторил я, доставая из шкафа конфеты, и выкладывая их на стол. Ничего более подходящего к чаю у меня сейчас не было, так что пришлось ограничиться только ими. Надо будет, что ли, хоть печенек каких-нибудь домой заказать, а то уже и гостей угощать нечем.

– Так распорядился наш отец, чтобы я принесла вам извинения от всей нашей семьи, – пожала она плечами, сделав маленький глоток, и поставив кружку на стол, – К тому же, Ютаку сейчас крайне занят. Он готовится к отъезду из страны на учёбу. После того, как было выложено видео вашего конфликта у ресторана, отец решил, что ему лучше уехать из страны раньше, чем планировалось.

– Какого видео? – невольно заинтересовался я. В последние дни мне было не до интернета, так что я понятия не имел, что нашу драку кто-то слил в сеть. И странно, что ещё никто из друзей не написал мне об этом. Неужели не видел никто? Или сказывается японская тактичность и нежелание лезть в чужие дела?

– Вот это, – вздохнула она, и показала мне свой телефон, на экране которого разворачивались кадры нашего эпичного боя. Особенно удались моменты, где Ютаку безуспешно пытался попасть в меня. Качество видео, конечно, было так себе, ещё и вечер ведь был, но тем не менее, наши с ним лица были вполне узнаваемы. А ещё мне вдруг вспомнилась та девушка, которая подбежала ко мне, когда полиция пыталась меня забрать, и хотела показать им видео. Уж не оно ли это?

– Да, теперь понимаю, почему ваш отец решил выслать его, – кивнул я ей, когда видео закончилось, – Для такой семьи, как ваша, подобное видео может огромный удар по репутации нанести… Странно, что вы ещё не вычислили, кто его выложил, и не удалили ото всюду.

– Наши люди занимаются этим, но это не так просто, – поморщилась она, – С большей части сайтов его уже удалили, особенно, японских, но кое-где оно ещё осталось, большей частью, на зарубежных сайтах. И мы пока не смогли найти автора видео. Вы, кстати, не знаете, кто мог вас там снимать?

– Да мало ли кто? Прохожих много, любой мог, – неопределённо пожал я плечами, не став сдавать девушку, которая прибежала мне на помощь. Да и всё равно я не помнил, как её зовут, да и контактов у меня её никаких не было. Странно только, что они через полицию ещё не узнали про неё. Насколько я помню, она должны была приехать к ним на следующий день.

– Я принимаю ваши извинения, и считаю конфликт улаженным, – сменил тему я, – Тем более, что я и не пострадал, в отличие от вашего брата. Так что это, наверное, мне надо принести вам извинения, что не удержался, и всё же ударил его, хотя не хотел бить пьяного. Но он не оставил мне выбора, оскорбив мою девушку, так что у меня не было другого выхода, как поставить его на место, – развёл я руками.

– Ничего, ему только на пользу пойдёт, что нашёлся кто-то, кто не побоялся поставить его на место, – как-то напряжённо улыбнулась девушка, – И спасибо, что пошли нам на встречу. Вот только мы приносим извинения не только за этот инцидент у ресторана, – как-то обречённо выдавила она из себя. Было заметно, что ей не особо хочется продолжать этот разговор, но долг не позволял ей о чём-то умолчать.

– Мы знаем, что недавно на вас было совершено покушение, и, к сожалению, вынуждены признать, что оно тоже было делом рук моего брата, – нехотя произнесла она, – Он не хотел вас убить, хотел только проучить и напугать, что его нисколько не оправдывает. Мы только недавно узнали об этом его безрассудном проступке, приносим свои извинения, обещаем, что этого больше не повторится, и хотели бы узнать, как мы можем загладить свою вину перед вами?

Ого, вот это новости! Я аж завис ненадолго от такого. Так значит, это Ютаку тогда наехал на меня? Вот урод! А я на якудза грешил. Столько нервотрёпки из-за этого козла было! Ещё и на телохранителей раскошелиться пришлось после этого. Хотя они, думаю, в любом случае лишними не будут, и от них я отказываться не собираюсь. Пусть и дальше работают.

– Так что скажете, Кушито-сан? Вы сможете простить нас? Мы готовы компенсировать вам все причинённые этим досадным недоразумением неудобства. Только озвучьте вашу сумму, – не выдержала она моего молчания.

– Скажу, что надеюсь, что ваш брат уедет очень далеко, и очень надолго. Если увижу, могу не выдержать, и ещё раз вломить ему, – признался я, – Куда его решил отправить ваш отец? Что-то вроде Англии или США, наверняка, где он сможет продолжить свою беззаботную жизнь?

– Изначально планировалась Англия, но из-за последних событий отец передумал, – позволила себе немного злорадно улыбнуться Айяно, – Он заблокировал ему все счета, и будет перечислять только минимально необходимую для жизни сумму. Так же он решил, что в Англии его не смогут должным образом контролировать, и там слишком много соблазнов для него, так что… – сделала она тут драматическую паузу, – Так что мой брат поедет учиться в Корею, причем, не в Южную, а в Северную. Вот там ему точно не до гулянок будет!

– Ого! – не сумел сдержать своих эмоций я, – Вот это поворот. А это вообще возможно, учиться там жителю капиталистической страны?

– В Северной Корее есть институты, где учатся иностранцы. Они, конечно, в основной своей массе из коммунистических стран, но за большие деньги там любой может учиться. И естественно, деньги не спасут его от того, что Ютаку придётся соблюдать там все их порядки, – хихикнула девушка, – А ещё его ждёт чуть ли не казарменный режим. Ну, да ничего. Это ему только на пользу пойдёт.

– Полностью с вами согласен, Никаниши-сан, – кивнул я ей.

– А сейчас я бы хотела, всё же, вернуться к обсуждению суммы, за которую вы готовы забыть обо всех этих неприятностях, – продолжила она, – Если вы не желаете сами её назвать, то могу я начать. Как вам миллион долларов, например? Как мне кажется, очень неплохие деньги, как считаете?

– Деньги действительно хорошие, но… – я задумался. Особой нужды в деньгах у меня сейчас не было, но я пока понятия не имел, что можно было бы попросить вместо них. Слишком это неожиданно всё произошло.

– А давайте так, – решился я, – Предварительно, я согласен обо всём этом забыть, но о вашей компенсации поговорим чуть позже. Дайте мне несколько дней, я всё обдумаю, и скажу вам, как ваша семья может мне всё это компенсировать. Необязательно речь будет идти о деньгах, возможно, я попрошу у вас какую-нибудь услугу. Как вам такой вариант?

– Приемлемо, – чуть подумав, согласилась она, – В таком случае, вот вам моя визитка, и позвоните мне, когда будете готовы, я буду ждать.

– Спасибо, – принял я у неё двумя руками белый прямоугольник, – Рад был с вами познакомиться, Никаниши-сан.

– Взаимно, Кушито-сан. Спасибо за чай, – она встала, мы поклонились друг другу, я проводил её до дверей, и стал собираться на съёмки.

* * *

Я не стал ждать, когда якудза снова выйдут на связь, и в этот же вечер, вернувшись со съёмок, набрал Каге Тодоши. Он ответил сразу, как будто ждал моего звонка.

– Кушито-сан, – сразу начал он без всяких приветствий, голосом, в котором слышалась усталость, – Я надеюсь, вы звоните для того, чтобы сказать, что готовы передать акции?

– А вы прямо по телефону собираетесь такие вопросы обсуждать? – насмешливо спросил я, – И о том, как собираетесь мне вернуть мать за них, тоже?

– Буду через пятнадцать у вашего дома, – коротко бросил он, и отключился.

Домой я его приглашать не собирался, поэтому быстро собрался, и вышел ждать его на улицу. Надо отдать ему должное, приехал он даже чуть раньше этих пятнадцати минут. Видимо, где-то рядом находился в момент моего звонка.

– Так что скажете, Кушито-сан? Готовы к передаче акций? – сразу же спросил он, выйдя из чёрного автомобиля, и подойдя ко мне.

– Не совсем, – усмехнулся я на его неторопливость, – Скорее, хочу разобраться в ситуации. Что происходит? С каких пор якудза интересуются акциями корпораций? Вы же понимаете, что большие игроки не дадут вам владеть крупным пакетом? Или вы не для себе их у меня требуете? И разве это нормально для якудзы похитить женщину и требовать за неё выкуп? Есть же негласные правила – не трогать семьи людей, которые вызвали ваш интерес. Так к чему всё это?

Каго молчал, глядя на вечернее небо. Мы стояли недалеко от ворот моего дома, в абсолютном одиночестве. Откуда-то издалека доносился шум улиц, рёв и гудки автомобилей, завывания сирен, тут же царило абсолютное спокойствие.

– Знаете, Кушито-сан, – наконец, нарушил тишину он, – Я хотя и не могу вам рассказать подробности происходящего, но мне и самому это всё не нравится.Вы должны понимать, якудза не действуют по своей воле, когда речь идёт о таких вещах. Мы – инструмент. Иногда нас используют те, кто не хочет пачкать руки напрямую. В вашем случае заказ пришёл сверху, из очень серьёзных кругов. Кто именно – я не знаю и знать не хочу. Моё дело – передать условия и проследить за их выполнением.

– То есть, я не далёк от истины, – равнодушно резюмировал я, не давая волю эмоциям.

– В целом, да, – признался он, – И поверьте, мне самому не нравится, что на якудза теперь давят корпорации, а не наоборот. Но времена меняются. Мы вынуждены играть по их правилам, если хотим выжить. Увы, но таковы в данный момент реалии, которые мы не можем игнорировать. Так что предлагаю вам, Кушито-сан, не усложнять ситуацию, отдать мне эти несчастные акции, и ваша мать вернётся домой в целости и сохранности, обещаю. Поверьте, вы всё равно не сможете тут ничего поделать. Другого варианта просто нет.

– А я, всё же, поищу, – не согласился я с ним, – Но, разумеется, жизнью матери я рисковать не буду, и, если не найду решения, пойду на ваши условия, и отдам акции. Но мне нужно больше времени. Дайте мне ещё три дня, и я обещаю, что если за эти дни не найду способ, чтобы ваш заказчик передумал и отменил заказ, я отдам вам акции.

– Три дня, это очень много времени… – задумчиво протянул он, и нервно потёр ладони, – Но я пойду вам на встречу, и дам его. У вас есть эти три дня, Кушито-сан. Надеюсь, вы сумеете выйти на заказчика и решить с ним этот вопрос. Желаю вам удачи, – попрощался он со мной, и неторопливым шагом пошёл к своей машине.

Я же отправился домой спать. Весь мой график по рисованию манги давно уже улетел ко всем чертям, и мне хотелось как можно скорее закончить уже со всеми этими вопросами с похищениями, и вернуться, наконец, к полноценной работе над мангой.

Глава 22

Время до субботы и дня рождения деда Мидори пролетело быстро. Даже слишком быстро, я бы сказал. Вот почему так бывает, интересно, что когда ждёшь какого-то важного события время тянется невыносимо медленно, а когда наоборот хочешь оттянуть какой-то момент или встречу, оно несётся галопом, как скаковая лошадь?

Насчёт компенсации от Хитачи я пока так и не смог придумать, чего же хотел бы получить от них, деньги меня сейчас не особо интересовали, а подходящая услуга пока на ум не пришла подходящая. С тем же Симадой они мне в любом случае помочь не смогут, даже для них это было бы слишком круто и труднореализуемо. В итоге я перестал ломать голову, и решил, что пусть они пока просто мне будут должны. Иметь в должниках семью, владеющую крупной корпорацией, тоже очень неплохо.

В остальном всё шло своим чередом – днём или вечером съёмки, в остальное время – Мидори, тренировки и манга. Каждый вечер звонил дед или кто-нибудь из друзей, и я по долгу висел на телефоне, если не был занят на съёмках. Но как я не оттягивал этот момент, но суббота всё же наступила, и пришлось надевать костюм, и тащиться в особняк Симады.

* * *

Особняк семьи Симада внушал, и один взгляд на него приводил к понимаю, что это не просто дом, а воплощение философии и статуса семьи, где японская сдержанность переплетается с европейской основательностью.

Он был расположен в одном из самых тихих и престижных районов Токио, скрытый от посторонних глаз высокой каменной стеной, увитой старым плющом и глицинией. Здесь не было никаких кричащих вывесок, табличек или каких-то помпезных ворот – только огромные массивные деревянные створки, открывшиеся передо мной совершенно бесшумно, словно приглашая в другой мир.

Машину на территорию не пустили, и выходить мне пришлось у этих ворот, и дальше идти пешком. Я медленно шёл к возвышающемуся впереди зданию, напоминающему своим внешним видом самую настоящую крепость, но крепость довольно элегантную.

Дорожка пролегала через большой ухоженный сад, засаженный сакурой, клёнами и карликовыми соснами, чуть в стороне виднелись чайный домик и сад камней, ещё дальше – небольшой пруд с беседкой. Я смотрел на всё это, и теперь мне свой собственный дом с участком уже не казались такими большими, как раньше.

– Добрый день! Рада видеть вас у нас в гостях, прошу, проходите, – церемонно поприветствовала меня Мидори у входа, когда я зашёл внутрь, и низко поклонилась. Сегодня она как хозяйка дома встречала гостей у входа, и провожала их к имениннику, и сейчас лишь по её глазам можно было заметить, что она действительно рада меня видеть. Я поклонился ей в ответ, и она пошла впереди, показывая мне дорогу.

– Прости… – чуть слышно прошептала она, когда мы поднимались по широкой лестнице на второй этаж, – Сам понимаешь, традиции… Мы ещё поболтаем чуть позже, а пока мне надо будет вернуться ко входу, и встречать гостей.

– Всё нормально, я понимаю, не переживай, – также шёпотом отозвался я, и мы зашли в большой зал, где стоял длинный стол, за которым уже сидело человек двадцать народу, и все с любопытством уставились на меня.

Мидори показала мне на моё место за столом, и ушла, а я подошёл к имениннику, поприветствовал и поздравил его с днём рождения, на что он ответил лишь формальным поклоном, и я вернулся и сел на свой стул, с трудом сдержав тяжёлый вздох. Чувствую, этот день будет очень долгим…

* * *

Минут через двадцать мне надоело просто сидеть, и я последовал примеру некоторых из гостей, налил себе минералки, и ушёл к приоткрытому немного окну, чтобы глотнуть свежего воздуха.

Формат праздника был каким-то странным, честно говоря. Не было никакого ведущего, который бы не давал гостям скучать, и как-то объединял бы гостей, создавая праздничную атмосферу, не было и громких тостов от гостей, с общим чоканьем бокалами. Просто время от времени кто-то из приглашённых подходил к имениннику, негромко ему что-то желал, выпивал с ним, и возвращался на место, где все гости уже разбились по интересам. Часть из них разбрелись по комнате, разбившись на несколько групп, но у меня не было ни малейшего желания присоединиться к какой-нибудь из них. Скукота, в общем.

Мидори всё ещё была занята, ни с кем из гостей я знаком не был, да никто и не стремился со мной познакомиться, и я почувствовал себя чужим на этом празднике. И зачем вообще сюда приехал? Для того, чтобы поговорить со Симадой-старшим приезжать сюда и не требовалось. Можно было просто созвониться и договориться о встрече, и тогда не пришлось бы сегодня торчать тут, и ловить на себе странные взгляды.

Сегодня здесь не было ни журналистов, ни камер, ни суеты приглашённых «нужных» людей, присутствовали только свои – родственники, друзья, партнеры, в общем, люди, чья жизнь была неразрывно связана с кланом Симада на протяжении десятилетий. И я. Чужак, который никогда не станет для них своим. Уж не это ли хотел показать мне дед Мидори, пригласив сюда? Захотел показать мне моё место, чтобы я сам отказался от Мидори?

Я задумался, продолжая вертеть в руках бокал с минералкой, и постарался не обращать внимания на оценивающие взгляды гостей, то и дело пробегающие по мне, от чего я чувствовал себя музейным экспонатом.

Взгляды скользили по мне, оценивали, взвешивали. Кто-то смотрел с любопытством, кто-то равнодушно, кто-то – с плохо скрываемым презрением. Для них я был выскочкой, парнем с улицы, который вдруг оказался рядом с наследницей империи. И уверен, все они думают, что это очень ненадолго.

– Скучаешь? – оказалась она вдруг рядом со мной, и взяла под руку.

– Есть немного, – признался я, – И в упор не понимаю, зачем вообще меня сюда пригласили? Твоему деду явно не до меня, да и не сильно-то и рад он был меня видеть.

– Потерпи немного, ладно? – попросила она меня, – Официальная часть скоро закончится, потом дед вручит всем подарки, и, если тебе неприятно тут находиться, после этого можно будет уехать отсюда, не обидев его.

– Наверное, так и сделаю, вот только я ещё хотел бы поговорить с ним сегодня наедине, если это возможно, – признался я ей.

– Думаю, что возможно, почему бы и нет? Но чуть позже. Я передам твою просьбу деду. А о чём хочешь поговорить с ним? – поинтересовалась она с любопытством.

– Да это по работе, можно сказать, – уклончиво ответил я, – Кое-что по акциям хочу уточнить у него.

– Хорошо, я спрошу, хотя и считаю, что уж сегодня можно было бы и забыть о работе. Дед и так чуть ли не круглосуточно работает, уж в его день рождения можно было бы дать ему и отдохнуть, – немного укоризненно посмотрела на меня Мидори.

– Прости, но и у него, и у меня такая жизнь сейчас, что некоторые дела ну никак подождать не могут, – виновато развёл я руками, – Но, если он откажется, я пойму, и в другой день попрошу встречи.

– Ладно уж, прощаю, – вздохнула она, – И пойду я… Надо и дальше выполнять обязанности хозяйки дома. Я уже мечтаю о том, чтобы отец, наконец, женился, и снял с моих плеч эту тягомотину. Не скучай тут, – и она побежала, я пошёл на своё место, так как в этот момент её дед встал, явно собираясь толкнуть речь.

* * *

– Друзья мои, – негромкой начал Симада, держа в руках бокал, и все разговоры мгновенно стихли, – Сегодня не просто мой день рождения. Сегодня день нашей семьи. День всех тех, кто верен этому дому.

Он сделал паузу, обводя взглядом собравшихся, и тот споткнулся на мне, сделав небольшую, еле заметную паузу. Его глаза обожгли меня ледяным холодом, от чего я аж поёжился. Мда, явно разговор у нас будет сегодня непростым.

– В этот день я хочу сделать вам подарок. Не столько материальный… сколько символический. В память о прошлом, и с надеждой на будущее, – продолжил он.

Слуги внесли несколько лакированных деревянных шкатулок темного дерева с золотым тиснением «Симада», и положили их перед ним на стол.

Тошихиро задумчиво погладил крышку одной из них, придвинул её к себе, и, даже не заглянув внутрь, повернулся к мужчине, сидевшему справа от него.

– Мамору-сан, ты уже много лет служишь мне, и фактически, уже стал частью семьи Симада. И не сосчитать, сколько раз твоя необыкновенная мудрость помогала в тяжёлых ситуациях как лично мне, так и нашей корпорации в целом. На мой взгляд, этот набор для игры в Го наиболее точно отображает твою необыкновенную мудрость, – медленно и торжественно произнёс Симада, протянув ему двумя руками шкатулку.

Тот с благодарностью её принял также двумя руками, и низко поклонился.

Тошихиро взял следующую шкатулку, которая предназначалась Мидори, и в ней обнаружилась брошь-бабочка, инкрустированная бриллиантами.

– Это бабочка будет подчёркивать твою лёгкость характера, – улыбнулся он внучке, – И твою неземную красоту, которая раскрашивает наш дом всеми цветами радуги. Без тебя он был бы унылым и мрачным…

Далее он пошёл вокруг стола, вручая ручки, часы, вееры, ювелирные украшения, и прочее, я уже и следить перестал за тем, что и кому он дарит. Но вот очередь дошла и до меня.

Тошихиро остановился передо мной, держа в руках очередную шкатулку.

– Сайто-кун… или мне лучше называть тебя Кушито-сан? – он улыбнулся одними глазами.

– Как вам будет угодно… Симада-сан, – пожал я плечами, вставая.

Он больше не стал мне ничего говорить, и просто протянул мне шкатулку. Я принял её двумя руками и поклонился.

– Открой, – коротко скомандовал он.

Я осторожно поднял крышку на золотых петлях. Внутри на бархатной подложке лежал великолепный набор для японской каллиграфии: тушь твёрдая (боку), камень для растирания (судзури), кисть (фудэ) из натурального ворса в специальном держателе (фудэ-оке) из чёрного дерева, с серебряной инкрустацией «С» (Симада).

Судя по всему, это был не просто дорогой подарок из антикварной лавки. Это была вещь со своей историей.

– Этот набор я заказывал для твоего деда… – вдруг тихо заговорил он, – Кацухико Хибино-сана. Мы были хорошими друзьями… когда-то очень давно. Можно сказать, в прошлой жизни. Я хотел подарить ему его на юбилей нашей дружбы… но не успел. Он умер раньше… трагически ушёл от нас всех.

Я поднял на него взгляд. В глазах старика на мгновение мелькнула настоящая грусть? Или это была игра света?

– Теперь я дарю его тебе… внуку моего друга… который так неожиданно появился в моей жизни… через мою внучку, – с явным трудом закончил он.

Это был удар ниже пояса. Если он лгал о дружбе с дедом ради манипуляции мной сейчас – это было жестоко по отношению к памяти Хибино-сана и ко мне как к его внуку. Если он говорил правду… то его нынешние действия выглядели ещё более чудовищно – друг деда шантажирует его внука?

– Это бесценный дар для меня… Тошихиро-сан. Я буду хранить его как зеницу ока, – ещё раз поклонился я ему, и закрыл шкатулку.

Он кивнул удовлетворённо и отошёл к другим гостям.

* * *

– Пойдём, дед согласился поговорить с тобой, и зовёт тебя в свой кабинет. Я провожу, – подошла ко мне Мидори, когда я уже собирался уходить. Не видел и дальше смысла тут находиться.

С момента, как Симада закончил вручать подарки своим гостям, прошёл почти час, он куда-то ушёл минут через двадцать после этого, часть гостей тоже разбрелись куда-то, остальные угощались всевозможными блюдами, ведя оживлённые беседы, и напрочь игнорируя меня.

Мидори тоже почти не появлялась, так, пару раз подбегала на минуту, и потом опять исчезала. В общем, пустая трата времени, и если бы я не надеялся, что её дед всё же найдёт для меня время, давно ушёл бы уже отсюда.

– Я надеюсь, ты не обиделся на меня, что я не смогла сегодня найти для тебя время? Сама не ожидала, что буду настолько занята сегодня, – виновато спросила она у меня, пока мы шли по их огромному особняку.

– Нет, не обиделся. Всё нормально, я понимаю, что у тебя есть свои обязанности, которые нужно выполнять, – заверил я её, и даже не покривил душой при этом.

– Спасибо, – с облегчением выдохнула она, – Тогда чтобы загладить свою вину, приглашаю тебя завтра на свидание! Ты согласен?

– Разумеется, – кивнул я, – И куда пойдём?

– А вот этого я тебе не скажу, – показала она мне язык, – Есть у меня одна идея, но это будет сюрприз для тебя. Вот только выезжать надо будет пораньше, так что я заеду за тобой часов в восемь утра. Не проспи!

– Слушаюсь, госпожа, – шутливо ответил я, усмехнувшись.

– Вот-вот, слушайся, да. И почаще, – довольно кивнула она мне, и мы подошли к кабинету её деда.

– Всё, дальше сам. Я с тобой не пойду. Постучи и заходи, он ждёт. – скомандовала она, и оставила меня одного. Я пару секунд помедлил, собираясь с мыслями, и шагнул к двери.

* * *

Кабинет Симады-сан был огромен – высокие потолки метров пять-шесть высотой, вдоль стен протянулись книжные шкафы от пола до потолка, у дальней стены располагался массивный дубовый стол размером с двуспальную кровать, на котором был идеальный порядок, и там находились только большой ноутбук красного цвета, стопка документов и подставка с карандашами и ручками.

Тошихиро сидел за столом, в огромном кожаном кресле, напоминающем собой трон, и что-то внимательно рассматривал на ноутбуке, не обращая на меня ни малейшего внимания. Напротив него располагались два кресла для гостей, на одно из которых я, после недолгого раздумья, и сел, без приглашения. Специально. Он повёл себя по-хамски, игнорируя меня, я ответил ему тем же. Ему следует помнить, что я не его слуга или подчинённый, чтобы так вести со мной.

Он удивлённо глянул на меня, и отодвинулся от ноутбука.

– И как тебе? Удобно сидеть? – с явным сарказмом спросил он.

– Вполне, – пожал я плечами, – Но в свой кабинет я бы кресла с кожаной обивкой брать не стал. Задница может сопреть от долгого сиденья.

Он аж закашлялся от моих слов.

– А я уже и забывать стал, каким ты бываешь иногда наглым, – покрутил головой он, – Впрочем, сам виноват. Не следовало мне игнорировать тебя. И то, что мне и правда только что пришло очень важное письмо, которое я давно ждал, не может послужить оправданием. Но, и ты тоже не прав, хочу заметить. Это ведь именно ты попросил выделить тебе время, а теперь ведёшь себя так, как будто это не тебе что-то надо от меня, а мне от тебя. Это неправильно. Так дела не делаются. Я уже сомневаюсь, а стоит ли вообще с тобой разговаривать, или лучше попросить тебя удалиться. У меня, знаешь ли, не так много свободного времени.

– А я и не отниму у вас много времени, – перебил его я, поудобнее устраиваясь в кресле, как бы показывая ему, что никуда не собираюсь уходить, – Просто объясните мне, как может человек, друживший с моим дедом, называющий его чуть ли не своим лучшим другом, похитить его дочь, и требовать за неё выкуп у внука друга, который ещё к тому же, является парнем вашей внучки? Вы вообще, что ли, не боитесь за свою репутацию? Потерять лицо? Не думали, что я ведь могу просто собрать журналистов, и рассказать им всю эту историю? Что тогда будет с акциями вашей корпорации, как считаете? К чему так грубо работать? Почему вы просто не поговорили со мной, не объяснили, зачем вам так срочно понадобились эти акции, и не попросили ещё раз вам их продать?

– Всё сказал? – скучающим тоном поинтересовался Симада, когда я закончил, ничуть не впечатлённый моей речью, – Я бы мог просто сказать, что не знаю, о чём ты говоришь, и выставить тебя за дверь, изобразив возмущённый вид, так как прямых доказательств моего участия в этом деле нет, и быть не может, но, из уважения к памяти твоего деда, буду говорить с тобой прямо. Во-первых, я никого не похищал. Твою мать, если ты забыл, похитили итальянцы, я же наоборот поспособствовал тому, что она вернулась на родину, и сейчас просто находится у меня в гостях, так сказать, в очень комфортных условиях. Приходит в себя от похищения. Во-вторых, если ты что-то такое сообщишь журналистам, я тебя просто засужу за клевету, разорю тебя, и испорчу тебе репутацию так, что с тобой в Японии больше никто работать не будет. В-третьих, а ты не забыл, часом, что разговор про акции Нинтендо у нас тобой уже был? Я ведь по-хорошему просил тебя продать их мне, но ты мне на встречу не пошёл в этом, хотя если бы не моя помощь, ты их и не получил бы, и вся твоя компенсация от Нинтендо ограничилась бы сотней тысяч долларов. И более того, я ведь даже дал тебе время передумать и принять правильное решение, но и этим ты не воспользовался. А такие люди как я, запомни это накрепко, Сайто-кун, если планируешь в дальнейшем идти в бизнес, дважды о чём-то не просят. И в-третьих, то, что мы с тобой дедом были друзьями, не означает, что я должен теперь хорошо относиться и к тебе. Я очень многим ему обязан, это правда, но тебе я не обязан ничем! Понимаешь?

– Понимаю, – сухо ответил я, вставая, чтобы уйти отсюда.

– Сиди! – прикрикнул он на меня, – Я ещё не закончил.

На секунду у меня появилось огромное желание просто послать его куда подальше, и уйти отсюда, но я пересилил себя, и сел обратно. Слишком многое зависит от этого разговора, а уйти я, если что, всегда успею.