![](/files/books/160/oblozhka-knigi-drevniy-magikon-si-378840.jpg)
Текст книги "Древний Магикон (СИ)"
Автор книги: Алексан Забаре
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 24 страниц)
Эрик повторил ту же церемонию и отошел, набирая какое-то сообщение в телефоне.
– Что же, – сказал Кристиан, выслушав отчет. Он окинул взглядом труп Бестии, который так никто и не собирался убирать. – Хорошо хоть, что светские не узнали и не сунули сюда свой нос. Не придется сочинять легенды.
– Всё же, общественность стоит успокоить, – ответила Саида, – не плохо, если какие-нибудь охотники подстрелят в этих районах крупного и матерого волка. Но с этим и мои ребята справятся.
Кристиан не любил сильно много работать, но как назло, возглавлял отдел по зачистке, в котором работы всегда хватало. Согласившись с Саидой он начал отдавать распоряжения по зачистке территории.
К тому времени Аню и Киру уже сопроводили в особняк, а Сашу и Артёма доставили в лазарет Морской Цитадели, где ими занялись лучшие целители и врачеватели.
На опушке, где совсем недавно был жаркий во всех смыслах и неравный бой юных волшебников с опаснейшим из хищников, остались только наместник региона Саида, верховный советник Диана, глава отдела зачистки младший советник Кристиан со своей командой и главный тренер академии Эрик.
Когда подчиненные Кристиана закончили удаление всех магических следов, осталось лишь убрать Бестию и очистить место от крови.
– Оставьте, – внезапно раздался чей-то голос, когда «уборщики» подошли к мертвому зверю. Женский не громкий голос, уставший голос, но в нем отчетливо слышалась сила и стальной стержень.
Саида вздрогнула от неожиданности. Эрик резко убрал телефон. Кристиан жестом подозвал своих ребят к себе. Диана повернулась в сторону, откуда донеслось слово – в то место, где заканчивалась опушка, и где нависали над землей широкие кроны старых деревьев, смело останавливая лунный свет и укрывая своего гостя во тьме. Диана поклонилась.
Из тени вышла не высокая, чуть сгорбленная бабушка в длинной черной юбке и легкой лазоревой блузке с длинным рукавом, поверх которой была накинут серая безрукавка с вышивкой. На голове была повязана синяя косынка. Старуха опиралась на аккуратную трость с набалдашником в виде тигриной головы.
– Старейшина Валентина, приветствую Вас, – сказала Диана и выпрямилась.
Все присутствующие второпях поклонились.
Тут же послышался стук крыльев и крик вороны, потом в той же тени, откуда вышла Валентина, заклубилось большое облако черной дымки, Через мгновение вышла ещё одна старая женщина. На ней было весеннее черное пальто, запахнутое под самую шею. Свои черные густые волосы дама собрала в узел на затылке. Не смотря на возраст она шла твердой поступью с широко расправленными плечами.
Диана, как того требовал протокол, снова объявила:
– Старейшина Екатерина, приветствую.
Церемония с поклонами повторилась.
– Не беспокойся, дружок, – обратилась Екатерина к Кристиану, – мы позаботимся об этой животине. Ступай, если всю работу сделали.
Кристиан поклонился и создал один большой портал для себя и своих подчиненных.
– Ты тоже ступай, – вдруг сказала Валентина Эрику. Потом повернулась в сторону Дианы и Саиды – мы бы хотели видеть сейчас только верховного советника.
Саиде не требовалось никаких более уточнений. Она поклонилась, и они с Эриком почти одновременно скрылись в своих порталах.
– Я не успела предотвратить эту глупость, – начала старейшина Валентина, когда они остались втроем – но явилась как раз во время, чтобы поддержать на последнем дыхании мальчика. Мне удалось спасти его.
– Нужно отдать юным магам должное, они храбро сражались, – другого ответа Диана сейчас не нашла.
– Если бы они поддались страху, у них не было бы никакого шанса. Ни у одного из них, – подтвердила старейшина Екатерина.
«Нет, я не хочу больше играть. Чего стою я, верховный советник, если буду пачкаться в этих интригах? Чего стоит уважение к этим древним и Великим ведьмам? И чего же будут стоить они, если не поймут мою смелость и искренность?» – решила в мыслях Диана и вдруг внимательно и с интересом посмотрела в глаза старейшине в косынке. Потом она заговорила, и голос её хоть был и тих, но весьма эмоционален:
– Простите за дерзость, но моё уважение к вам не оставляет другого выбора, как быть откровенной, а потому и дерзкой. Откровенность же и дерзость моя в том, что я решительно хочу знать: Для чего? Для какой цели? – Диана настолько поддалась эмоциям, что обхватила руку Валентины, которой она опиралась на трость, – Какие обстоятельства могли заставить Вас подвергать такой опасности собственного внука?
Женщина вдруг опомнилась и хотела убрать руки, но Валентина легонько, по-матерински, накрыла их своей второй рукой и спокойно ответила:
– Только глупец может принять откровенность за дерзость, как по мне, так трудно сыскать вещи столь же ценной, как откровенность. И мы ценим твою откровенность.
Старушка отпустила руки Дианы, та аккуратно убрала их.
– Ну и как давно ты знаешь о парубке? Побудь же ещё немного откровенной, – вдруг сказала Екатерина, – А?
– Удостоверилась полностью только сейчас, когда увидела, что Вы лично явились, – отвечая, Диана смотрела на старейшину в косынке, потом перевела взгляд на почтенную даму в пальто, – Дмитрий поделился со мной своими догадками. Он первым почувствовал в парне силу. Скрытую, о которой мальчик и сам не подозревает, но невероятно мощную. Князь решил, что такое возможно лишь у потомка сильнейших колдунов.
– Дмитрий значит, – тихо проговорила черноволосая бабушка и вдруг схватила женщину за руку.
Диана резко, со звуком вздохнула и провалилась во тьму. Через секунду она увидела черно-белые картины. Перед ней толстые металлические прутья. Она чувствует, что они жгутся, к ним опасно притрагиваться. Память о боли от этих ожогов подтверждают это чувство. Вокруг голоса, но слов не разобрать. Ходят люди и слышны хлопки, это двери автомобиля. Вдруг подходят двое. Один держит факел. Высокий в темной мантии с глубоко накинутым капюшоном.
Тьма рассеялась. Так резко, что у верховного советника потемнело в глазах. Она сильно, шумно выдохнула и снова жадно вздохнула, словно вынырнула из большой глубины, где ей пришлось долго задерживать дыхание. Голова резко закружилась, Диана чуть не упала, пошатнувшись. Её поддержала Екатерина.
– Это воспоминания несчастной скотины, – заговорила старейшина Екатерина, – я уже встречалась с ним, но убивать не стала. Мы решили, – она посмотрела на вторую старейшину, – что нужно обождать и последить.
– Это явно кто-то из Совета. Но кто? Цвета мантии не видно, – заключила Диана, – Но если бы я была хозяином этого зверя, я бы больше на него не вышла.
– Вот и он не вышел, – кивнула Валентина, – Задачей Бестии был хаос, а он контроля не требует.
– Но кому он мог понадобиться?
– Это мы хотели спросить у тебя, – задумчиво проговорила старейшина в косынке, – Ты печешься за эту молодую особу и вдруг на её территории возникают такие проблемы. Если бы она не справилась с ситуацией, мы бы очень огорчились и посчитали, что это твоя досадная ошибка.
– Да, на то расчет был, – подтвердила Екатерина.
– Ранение парней, получается, совпадение? Глупое стечение обстоятельств? – спросила Диана, и покачав головой закончила – Не верю я в такие совпадения.
– Боюсь, что это не глупое стечение обстоятельств, а счастливое! – вдруг пылко ответила Валентина, – Счастливое, и подстроенное тем, кто захотел так тонко решить новую проблему одним способом вместе со старой.
– Тогда этот кто-то должен быть обеспокоен появлением столь сильного мага, – Диана вдруг замолчала и с ужасом посмотрела в светло-карие, выцветшие глаза Екатерины, – Знать о его происхождении, и самое главное, его должно пугать это происхождение. Но …
– Но без доказательств мы никого обвинить не можем, – сказала Екатерина, – известно только, что о мальчике знала ты и Дмитрий.
Диана резко протянула старейшине свою руку, закатывая рукав мантии:
– Моя память и мысли Ваши. Читайте и покончим с подозрениями, – потом женщина раздвинула воротник черной блузки, надетой под мантию верховного советника, немного оголяя грудь – нет, давайте уж чтобы наверняка «чистую душу». Узнав про парня, я осознала, какой кризис последует за его появлением. Когда вы введете его в сообщество и в Совет. Но убивать. Нет!
Екатерина взяла Диану за плечо и посмотрела ей прямо в глаза:
– Если мы правы в своих подозрениях, то нам не обойтись без твоей помощи. Мы не можем без видимых доказательств обвинить члена Совета. Мы не можем так обидеть мага, который не давал повода для недоверия, ведь это обвинение может оказаться напрасным.
– Я всегда верно служила интересам МагиКона. И уверена в одном, если вы решили создать кризис через наследника, значит он зачем-то нужен. – тихо проговорила Диана, – И я буду продолжать верно служить вам. Даже если считаю, что этот кризис расколет Совет и всё наше сообщество. Потому, что ваши интересы не могут быть отличны от интересов МагиКона. Вы – это и есть МагиКон!
Диана вдруг впилась острыми ногтями в запястье левой руки так сильно, что прорвала тонкую кожу, выступила кровь. Она подняла правую руку, показывая поцарапанную кисть:
– Принимаете ли вы мою кровную клятву в верности вашим интересам и интересам Вашего наследника? – она посмотрела на Валентину.
– Принимаю, – кивнула старейшина Валентина, – принимаю и горда ею.
Старейшина дотронулась до царапины и самую малость испачкала свой большой палец в крови верховного советника. Потом Валентина провела пальцем по своим губам, вытирая о них капельку крови.
Диана протянула руку другой старейшины.
– Довольно. Мне не зачем. – сказала Екатерина и перешла к делу – Что же, сначала нужно провести Совет, как и собирались. Совет будет интересным. На нём то мы и начнём игру …
Старейшины и верховный советник кратко обсудили план Совета и договорились о том, как им сделать свой первый ход, чтобы обнаружить предателя. Когда всё было решено и условлено, перед уходом, уже отойдя несколько шагов, старейшина Валентина вдруг обернулась:
– Диана! – окликнула она. Женщина обернулась. – Я знаю, хоть ты и уступила, хоть и смерилась с появлением наследника по крови, ты всё равно хочешь занять одно из мест старейшин. Что же, нам скоро уходить, – вздохнула Валентина, – и кто-то должен занять наши места. И ты, несомненно, займешь одно из пяти!
Диана еле сдержала свою улыбку и лишь слегка, выражая благодарность в признании, поклонилась. Но старейшина Валентина не закончила:
– Но тебе это не нужно, дорогая моя, – с лаской, и одновременно с какой-то грустью в голосе сказала Валентина. С материнской ласкою, покровительственной, и с грустью, с которой обычно родитель раскрывает горькую правду своему ребенку, – Совсем не нужно. У тебя появляются новые морщинки.
Старейшины снова развернулись и пошли прочь. Через несколько шагов черная мгла вдруг заклубилась вокруг Екатерины, совсем окутав её. Уже через мгновение большая черная ворона вылетела из этой мглы и она вдруг рассеялась.
Почти одновременно с этим, Валентина стукнула тростью, и вдруг, вокруг неё поднялся ветер, который порывом поднял столб пыли. Через несколько секунд ветер исчез и пыль опала на землю, за ней уже никого не было.
Диана же ещё долго со стеклянным взглядом стояла на том месте. Она всё держала руку у лица, ощупывая его. То места вокруг глаз, лоб, где появляются мимические морщины, то носогубные складки. Потом она подняла к лицу вторую руку и начала сначала медленно и нежно водить по нему, гладить, затем всё сильнее и резче тереть и разглаживать его. В тусклом свете луны глаза её вдруг заблестели от выступивших слез. Она моргнула, и кажется, пришла в себя:
– Что это? Слезы? Я уже не плакала несколько веков. Нет, – нервно улыбнулась она, – Я не смогу заплакать. Я не помню. Я уже не умею.
Наконец, она открыла портал и исчезла.
***
Тьма, непроглядная и глухая, давящая тьма окутала Сашу. Он не видел ничего, даже собственных рук, вплотную поднесенных к глазам. Парень чувствовал и осознавал, что он поднимает руки, что машет ими перед глазами, вот, ещё чуть-чуть и зацепит себя по носу. Но ничего не видно. «Может быть, я ослеп?» – подумал он. Но нет, Саша пригляделся. Тьма клубилась и плыла, словно плотный-плотный туман. Только непроглядно черный. Тишина давила.
– Что происходит? Где я?!
Жадная тишина тьмы поглощала любые звуки. Саша не услышал своего крика.
Боялся ли он? Нет, уже нет. Сначала был страх, потом паника, злость, затем наступило отчаяние и вот теперь оно сменилось смирением. Но разве можно смериться с тьмой? Когда потерял счет времени – да! Когда кажется, что годы несутся словно минуты, а потом задумываешься, начинаешь считать и оказывается, что это минута тянется словно год – да, да и ещё раз да! Ничего не остается, как смириться. И начать сходить с ума, или думать, что сходишь с ума. Да что там, не всё ли это равно?
Вдруг в непроглядную тьму врезался яркий луч ослепительного света. Маленький, казалось тьма тут же его жадно проглотит, как глотает любой звук, но нет! Тьма покорно расступилась, освобождая место яркому свету, который всё расширялся и расширялся. Наконец, он достиг парня и разогнал тьму вокруг него. Яркий свет нестерпимо ударил в глаза. Они отозвались острой болью и слезами. Саша закрыл глаза ладонями. Теперь свет не позволял ничего видеть. Он и не думал, что такой чистый и яркий свет тоже не дает видеть. Но Саша был рад боли. Он наконец что-то почувствовал за долгие годы. Или дни. Может быть минуты. Главное, он ещё мог чувствовать.
Следующим чувством пришло облегчение. Саша понял, что свет стал мягким, приятным, он больше не впивается в глаза даже через ладони, больше не жжет. И еще парень почувствовал опору под ногами. Он убрал ладони и оглянулся. Саша теперь стоял на той самой опушке, где помнил себя в последний раз. Только уже днем, светило яркое солнце.
Он вспомнил – они с друзьями пришли охотиться на волколака. «Мы проиграли. Он не реагировал на магию!» – подумал парень и оглянулся. В глазах мелькали кадрами последние воспоминания – всполохи огня, создаваемые Аней, зверь их опасался, но не испугался; вот Кира бьет его разрядами молний, но бес толку; Артём с мечём. Сам Саша пытается достать его холодным оружием, этому чудовищному волколаку всё равно. Саша посмотрел на то место, где был повержен зверем, а зверь повергнут им. Но он не помнил, что смог убить зверя, не мог помнить. Он помнил только ужас сознания, что на него мчится смерть. Большая смерть, мохнатая, с горящими ярко-желтыми глазами и зловонным дыханием. Потом словно кто-то шепчет ему «меч», Саша вспоминает тот самый меч, он смотрит на него и делает какое-то непроизвольное движение рукой, «так надо» – подумал тогда он. Потом пришла тьма.
– Я… – Саша зашептал, но слова не хотели срываться с губ, парень задрожал, – я умер?
Он ещё раз оглянулся и сказал потом уже громко и четко:
– Я умер!
– Нет. Ты не преуспел, хотя очень стремился, – вдруг услышал он голос за спиной и резко обернулся.
Метрах в пяти стоял старик в сером мешковатом балахоне до пят. Его пышная бородка была чистой и полностью седой, голову шапкой пышно покрывали белые, как пепел волосы, с небольшой залысиной на лбу. Саша узнал седобородого старика, он видел его уже в школе, в тот день, когда открыл в себе силу, а позже, в тот же день, видел старца в гостях у своей бабушки.
– Здравствуйте, – машинально поздоровался парень. Он всегда был вежлив со старшими, так уж воспитан.
– Тебе повезло, Вилхелмина поддержала твой дух в последний момент. Отвела коготь бесовский от сердца.
– Почему тогда я здесь? Где все? Где я был? Чем всё …
Саша замолк под пристальным взглядом старика. Взгляд его бледно-серых глаз был столь пронзительным и всеобъемлющим, что парню любые вопросы показались совершенно лишними. Показалось, что седовласый мудрец сам их видит, так как смотрит прямо в душу, и даже глубже.
Старик немного покачал головой.
– Много вопросов. А всё не те. Но вот, что тебе нужно знать, юноша, – старик по-прежнему стоял на почтительном расстоянии, но Саше показалось, что он приблизился, даже показалось, что он тронул его за плечо, – Мертва старая Верена. И печать её рухнула. Завеса ослабла и пошатнулась. Человеческие пороки будут положены на алтарь Падшим, и они примут подношение. Падшие откликнутся, они явятся! Будет бой. Куда страшнее того, что ты с трудом пережил.
Саше было очень сложно разобраться в витиеватых выражениях старца, он старался поймать каждое слово, но не мог собрать единую смысловую картину из этого пазла.
– Кто такие Падшие? – спросил парень, воспользовавшись небольшой паузой старика, – Что за мертвая Верена?
Но тот вздохнул и продолжил о своем:
– Ты поймешь всё, когда придет час, но до тех пор помни, трудно тебе придется, но то необходимо. Разрушить или сохранить, отобрать или вернуть, спасти или убить, какой бы выбор не стал перед тобой помни, всё тлен! Восстановить печать, хранить завесу, вот, что от чего тебе нельзя уйти. Всё остальное в твоей власти. Всё возвратиться вспять. К началу. Такова вечность. Таков Его замысел – старец показал пальцем высоко в небо.
Саша запрокинул голову, но кроме яркого солнечного света ничего не увидел, он зажмурился и снова посмотрел на старика. Но того уже не было на месте. Лишь громким эхом прозвучал его голос:
– А сейчас ступай. Пора. У Вилхелмины не много времени, чтобы помочь тебе. Передай, у них у всех почти нет времени.
– Но кто это? Где мне искать её?
Ответа не было. Саша крикнул что было мочи:
– Кто такая эта Вилхелмина?!
В ответ свет начал быстро тускнеть. Снова возвращалась тьма. Стремительно. Саша зло зажмурил глаза. «Нет, только не снова!» – подумал он и вдруг где-то вдалеке услышал хрипловатый женский голос:
– Он приходит в себя. Он звал кого-то.
– Скорее зовите – вторил другой женский голос, высокий. Кого звать Саша так и не расслышал.
Парень решился открыть глаза. Тьмы не было. Потолок был залит солнечным светом. Потом над ним возникло лицо молодой девушки, лет двадцати. Приятное кругловатое лицо источало тепло и заботу. Щеки её горели румянцем, круглый нос формой картошки был усыпан веснушками, да и «картошка» та была вполне аккуратной. Полные губки расплылись в улыбке, приоткрыв ряд белоснежных ровных зубок, зеленые глаза тоже улыбались.
– Очнулся! – воскликнула мягким голосом девушка, – Как иначе? Не могла же я зря с тобой трое суток подряд возиться!
Саша попытался встать, но девушка его решительно остановила.
– Лежи, лежи. Рано.
«А она сильная, – подумал он, – или я такой слабый».
Девушка и впрямь была сильной. Она была среднего роста и пышной формы. Не толста, и тем более не жирна, но в меру упитанной. Некогда в русской деревне таких называли настоящими красавицами, говорили, что у них кровь с молоком!
Саша услышал скрип старой двери, и тяжелой, судя по тому, как медленно и с каким трудом её открывали. За скрипом послышался вскрик, в котором смешалась огромная радость с невероятной жалостью.
– Сынок!
Сердце парня кольнуло острой досадой. Только сейчас он понял, что должно быть пережила мама, пока эта добродушная девушка боролась за его жизнь. Ему стало нестерпимо стыдно за то, что он заставил её так переживать.
– Я в порядке, мам, – попытался он её успокоить, но голос подвел, дрогнул. Он был ещё слаб.
Тётя Люба подошла к сыну и заулыбалась, вытирая слезинку.
– Ну что же ты так? Зачем полез, а?
Саша не знал, что сказать. Он судорожно подбирал варианты, чем его маме и врачам могли объяснить такие ранения? Да и вообще, все эти странные обстоятельства. А зверь? С ним что сделали?
– Мы просто хотели погулять. Напал волк, – как то сбивчиво ответил парень, не найдя ничего лучшего.
Голос тёти Любы зазвучал внезапно строго, а лицо стало суровым:
– Не нужно меня обманывать! Ты в Цитадели. И я знаю про Бестию.
Сашина мама присела на край кровати и её голос смягчился:
– Как же я раньше не догадалась? – она посмотрела куда то за Сашу, по всей видимости в окно и как бы в некуда, словно сама себе сказала, – А она то? Она то должна была почувствовать! Почему не сказала?
– Мама, – испугано начал Саша, – откуда ты знаешь? Ты ведьма? Мой дар от тебя?
– Я бы могла ей стать. Но вот теперь смотрю на тебя и всё сильнее убеждаюсь, хорошо, что не стала. Как же вот только тебя от этого не уберегли? Ведь проводили же обряд!
Потом Любовь подсела ближе к сыну и стала расспрашивать его о самочувствии. Подключилась стоявшая всё это время рядом девушка. Через время Саша сам вернулся к разговорам о магии и рассказал маме о том, как открыл в себе силу. Рассказал о занятиях в академии. Даже о том, как повздорил с верховным советником. Про то, как его атаковал Дмитрий на первом же занятии, рассказывать не стал, посчитав, что маме не стоит переживать еще больше.
– Перед тем, как мне очнуться, я увидел странный сон. Ничего важного, мам, просто бредни. Ну, – Саша помялся, спрашивать или нет, потом решил, что ничем не рискует, почему не поинтересоваться? – в общем, тебе случайно не знакома, э…, ты случайно не знаешь какую-нибудь Вилхелмину?
– Тебе пора отдыхать, вот что я знаю.
Любовь резко поднялась, аккуратно наклонилась, чтобы не зацепить перебинтованную грудь сына и поцеловала его в щёку.
– Эх, – вздохнула розовощекая девушка, обращаясь к Сашиной маме, – ещё дня три-четыре поколдую над ним, глядишь и домой сможем отправить. Долечите.
Когда все вышли, Саша прикрыл глаза, пытаясь навести порядок в своих мыслях. Он начал вспоминать свой странный сон, воспроизводил обрывки того, что сказал седой старец. Потом удивился, как это его маму пустили в Морскую Цитадель? Кто привел её сюда?
Молодой ум отчаянно пытался переварить поток новой информации, её было очень много, а сознание подкидывало всё новые и новые вопросы, часто не нужные и путающие. Мозг утомился, и, в конце концов, решил отключить это глупое сознание, чтобы разложить всё по полочкам, спокойно. Парень уснул.
***
Четыре старейшины, укутанные в свои бордовые мантии с накинутыми на головы капюшонами явились в Зал Совета с приличным опозданием. Это было не привычно для них, но мало кто из членов Большого и Малого Совета удивился, им было не до этого. Старейшины застали собравшихся в высочайшем возбуждении. Никто не сидел на своих местах. Старшие советники возбужденно спорили, а младшие переглядывались, да перешептывались.
– Это не вина наместника! – кричала Мария, тыча указательным пальцем в Дмитрия.
– Это её территория, это её подданные и к тому же, подопечные, порученные ей Советом под личную ответственность. Она не в состоянии справиться с горсткой подростков! Разве может идти речь об успешном управлении целым регионом? – парировал Дмитрий.
Во всём Совете он выглядел самым молодым, но относились к нему весьма серьезно.
– Нет, не может, – покачал головой верховный советник Константин.
– Что же ты предлагаешь, Дмитрий? Случайно, не поднять ли вопрос о смещении наместника? – спросил верховный советник Стефано, возглавляющий ведомство технологий.
Глава техведа говорил серьезно, но от природы вздернутые вверх брови делали его вид комичным. Широкий нос довершал картину и исправить её не могли даже густые черные волосы с солидной проседью. Мужчина был маленького роста и полноват.
– Именно это я и предлагаю сделать. Поднять вопрос о лишении Нахыжевой Саиды мантии наместника Южного горного региона. Она слишком юна для такой ответственности.
– А что же вы предлагаете сделать с четырьмя глупыми юнцами? – вдруг раздался голос старейшины Майи.
Все резко замолчали и обернулись к тронам, на которых уже восседали старейшины. Никто не заметил легкого дуновения ветра, с которым пришли Великие Ведьмы. Члены Большого и Малого Совета сели.
– Обратить на них особое внимание, – нашелся с ответом Дмитрий, так как ему следовало отвечать, он не стал садиться. – Саида Муратовна допустила серьезную халатность, но ей нужно дать шанс.
Мужчина слабо улыбнулся, заметив, как пристально на него смотрит Диана, он с удовольствием отметил в этом взгляде удивление. Все советники посмотрели на него, ведь только что он говорил о том, что Саиду нужно лишить мантии наместника. Он продолжил:
– Нет, я убежден, что она еще недостаточно опытна для должности наместника, и регион следует поручить более опытному магу. Но нельзя же её полностью отчуждать от дел и не дать даже шанса на реабилитацию. На мой взгляд, ребят стоит оставить на её попечении. Возможно, когда она будет освобождена он обязанностей наместника и у неё будет больше времени, она покажет себя более лучшим наставником. В таком случае, я даже найду ей достойное место в Магической академии.
– Вы так говорите, любезный советник, будто всё уже решено, – отметила Диана.
– Не в коем случае! Это решать всему Совету. – отвечая, Дмитрий расплылся в улыбке, потом церемониально поклонился старейшинам и сел.
Майя встала.
– Мы с сёстрами посовещались и хотим вам сказать вот что: наместник, конечно, показал свою несостоятельность, но так скоро снимать и назначать нового, – она покачала головой, – Кого? Да и шанс исправиться нужно дать. Обязательно. Посему, почему бы Саиде не остаться блюстителем мантии? – голос Майи поменялся из мягкого в твердый, никто не обманулся, в форме невинного предложения было подано принятое решение, – Пусть продолжает исполнять обязанности наместника, но каждый волшебник МагиКона должен знать, что он в праве прийти и заявить себя на должность наместника Южного горного региона. Ровно через месяц мы посмотрим на успехи блюстителя мантии и рассмотрим всех заявленных кандидатов.
– Дмитрий, – раздался с третьего трона резкий оклик старейшины Екатерины, она смягчилась – Что же, князь, настаиваешь ты на лишении наместника мантии? Совет будет голосовать?
Дмитрий смутился. На такую глупость советник идти не собирался. Майя не оставила сомнений, они уже приняли решение. Совет не осмелится пойти против.
Эти ведьмы основали МагиКон, они его вели жесткой рукой, оберегали великой волей и холодным рассудком. Их боялись. Их уважали. Никто не представлял сообщество без этих вечно молодых и красивых ведьм с невероятной силой. И все, кто знал их лично, вся магическая элита сообщества пришла в ужас, когда на девичьих лицах стали появляться морщинки. Все поняли – это их последний век. Кто-то ждал окончание их века с ужасом, предчувствуя хаос, который наступит после Великих Ведьм, кто-то предсказывал кровавую борьбу сильнейших за пять заветных тронов. Сами же эти сильнейшие, верховные советники, несомненно, ждали когда уже наконец эти заветные троны освободятся. Тем не менее, авторитет старейшин был непоколебим.
– Совет Старейшин, как всегда, нашел наилучшее решение, – ответил Дмитрий.
– Хорошо, – громко произнесла Майя, – Саида Нахыжева с этого дня считается блюстителем мантии наместника. Каждый имеет право заявить своё право на должность наместника Южного горного региона. Решение будет принято через одну новую луну.
Когда Майя заняла свой трон, поднялась старейшина Нина.
– Известно ли членам Большого и Малого Совета, что в Южном горном регионе была обнаружена Бестия?
Зал зашумел.
– Как такое возможно? – удивленно воскликнула Диана и посмотрела на старейшин, – вы же лично истребили всех во время Первой мировой войны светского мира.
– Если бы мне кто сказал, что у нас тогда повылазило, и мы одну-двух пропустили – отозвалась Екатерина, с ухмылкой оглядывая зал, – я бы не стала никого убивать за это, или даже проклинать, – другие старейшины оживились, – но чтобы объявиться, этот зверь не стал бы ждать добрую сотню лет. Он не из терпеливых.
– Это уж точно, – старейшины захихикали.
– Если произошла миграция, – снова заговорила Нина, – то стоит снять еще нескольких наместников пограничных регионов за их халатность. Но если эта не миграция? – она выдержала драматичную паузу, обводя присутствующих холодным взглядом, – Можно ли думать, что кто-то привез Бестию намеренно?
– В наших рядах предатель?! – воскликнул Дмитрий, – какой же глупец осмелился на подобное?
Некоторые советники зашептались, некоторые начали с опаской озираться по сторонам, словно вот-вот этот предатель объявится. Словно он где-то здесь, только нужно разглядеть.
– С этим нам предстоит непременно разобраться, – сказала старейшина Валентина.
Теперь она поднялась с места и вышла на середину возвышающегося помоста, на котором стояли троны старейшин. Прочистив горло, она продолжила:
– Бестия мертва. Её одолели четверо глупых, но очень отважных подростков. Юных магов, которые только начали постигать чудеса силы. Несомненно, их глупость заслуживает порицания. Но нельзя оставить без внимания их храбрость. Их отвагу. МагиКону нужны такие сыны и дочери. МагиКону нужна новая кровь.
– Согласна, – вдруг подхватила Маргарита, младший советник, сидевшая за Дианой.
– Храбрость достойна похвалы, – поддержала её яркая молоденькая брюнетка из финансового ведомства.
Этого было достаточно. Все младшие советники хором подхватили одобрительные возгласы.
– Отрадно, – громче и как-то торжественно заговорила старейшина Валентина, – отрадно нам находить понимание в глазах Совета. Однако, отрадно мне, и горда я ещё потому, что один из храбрых юношей плоть от плоти моей. Мой внук. Мой прямой наследник крови!
Тишина пронзила зал совета. Слова прозвучало как выстрел: «наследник крови». Их смысл ясен был всем предельно. Позиции были обозначены. В неминуемой рано или поздно борьбе за власть на один вакантный трон старейшины стало меньше. Ставки были подняты.
***
Не смотря на то, что инициировать смещение наместника Южного горного региона у Дмитрия не вышло, он вернулся в свой кабинет не в самом плохом настроении.
Переступив порог кабинета, Дмитрий сразу же скинул мантию верховного советника, оставшись в темно-синей рубашке, черных джинсах, по фасону приближенным к классике и туфлях из темно-коричневой кожи. Припевая что-то себе под нос он подошел к камину. Увидев собственное отражение в гладкой блестящей плитке над камином, он присмотрелся, взъерошил свои русые волосы, улыбнулся сам себе и уселся в своё любимое кресло.
В другом кресле уже сидел Эрик. Главному тренеру было велено дожидаться руководителя кадрового ведомства в его кабинете.
– Как всё прошло? – с нетерпением спросил парень.
– Основной задачи решить не удалось, – как-то уж бодро проговорил Дмитрий. Печали и разочарования в его голосе не было совершенно.
– Саиду оставили? – уточнил Эрик, словно не веря, что он понял правильно.
– До следующего заседания она останется блюстителем мантии. Право заявить претензии на пост даны каждому.
Дмитрий вдруг пристально посмотрел на парня, помолчал совсем не много и продолжил более тихим, но уже серьезным тоном: