Текст книги "Миллионы рождают власть (СИ)"

Автор книги: Алекс Шу

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 23 страниц)

Через секунду я распахнул дверь и вырвался на улицу. Вместе со свежим воздухом ощутил вонь сгнивших продуктов и инстинктивно поморщился. Не останавливаясь, выбросил в ближайший мусорный бак надоевший колпак, сдернул халат и отправил его в соседнюю емкость.

Повернул направо, через десяток метров виднелся багажник серого хэтчбека с характерной эмблемой в виде буквы «W» обведенной кружком. Я рванул вперед, схватился за ручку. Дверь оказалась открытой. Скользнул в салон машины и окинул любопытным взглядом фигуру водителя. В зеркале отражался невысокий худой тип. В худи, надвинутой на глаза бейсболке, сверху накрытой капюшоном, лицо закрывают огромные солнцезащитные очки.

– Добрый день, Майкл, – знакомый голос заставил меня пораженно замереть.

Водитель снял очки и повернулся.

Твою же мать!!!

Глава 15

На меня, лукаво блестя карими глазками, смотрела внучка нефтяного магната, банкира и одного из самых богатых людей мира, Даниэла Рокволда.

На мгновение я потерял дар речи.

– Чего на меня так вылупились? – ухмыльнулась Мадлен. – У вас кто-то украл гамбургер, купленный на последний доллар? Я ни причем.

– Верю, – кивнул я. – Вы на мелочи не размениваетесь. Воровать – так миллионы.

– Фу, – надула губки внучка Рокволда. – Как грубо. Впрочем, вы меня не разочаровали. Такой же самоуверенный и наглый тип, как и при первой встрече.

– Пикировку оставим на потом, – я с беспокойством глянул назад. – Давайте убираться отсюда, побыстрее.

Лицо Мадлен посерьезнело.

– Что-то произошло? – взволнованно спросила она.

– Да, – вздохнул я. – На выходе меня попробовал остановить пузатый мужик. Пришлось его вырубить.

– Он вас видел? – встревожено уточнила Мадлен, поворачивая ключ в замке зажигания. Мотор послушно загудел.

– Только в халате и колпаке со спины. Принял за какого-то Виктора, – успокоил я. – Но стоять здесь, всё-таки не стоит. Он может очнуться, или кто-то из поваров выйдет в коридор и увидит лежащую тушу. Поехали отсюда скорее.

– Окей, – кивнула внучка олигарха. Машина сорвалась с места, повернула и влилась в поток автомобилей. Мадлен умело маневрировала, аккуратно объезжая машины спереди. Через пару минут «гольф» повернул на небольшую улочку, потом ещё одну, заехал через арку во двор и остановился.

– Вылезаем, – скомандовала девушка. Пришлось подчиниться. Мадлен выскользнула из «гольфа», закрыла дверь ключом и быстрым шагом двинулась к стоявшему метрах в пяти старенькому «чероки». Я двинулся за ней. Через десять секунд девушка уже сидела за рулем, а я на сидении рядом.

Внучка Рокволда быстро стащила с себя худи, оставшись в белой футболке. Кинула мастерку и черную бейсболку назад, сняла заколку, тряхнула головой. По плечам блестящим водопадом рассыпалась черная волна волос. Девушка подхватила с заднего сиденья бежевую бейсболку и натянула её на глаза. Открыла бардачок. Вытащила тюбик помады, новые солнцезащитные очки с коричневыми стеклами и пластмассовой оправой такого же цвета. Старые отправились в бардачок, а новые устроились на хорошеньком носике внучки миллиардера.

Мадлен мазнула помадой по губам, глянула зеркало и довольно кивнула, удовлетворенная увиденным. Внучка олигарха полностью преобразилась. Минуту назад, рядом сидел мелкий уголовник из городских трущоб, а сейчас красотка, одна из миллионов добропорядочных американских граждан.

– Мадам, вы великолепны, как Афродита, вышедшая из морской пены, – не удержался от комплимента я. – С такими талантами перевоплощения могли бы сделать карьеру в Голливуде.

– Могла бы, – усмехнулась девушка. – Но она меня не интересует. А пока помолчите. Поговорим обо всем, когда прибудем на место.

– Слушаюсь и повинуюсь, – я покорно склонил голову.

Мадлен насмешливо фыркнула, заводя машину. Через минуту джип уже двигался в потоке других автомобилей. Я молчал. Внучка миллиардера тоже желания поговорить не проявляла, сосредоточившись на дороге. Через полчаса череда небоскребов, магазинов и офисных центров сменилась коттеджами. Мадлен повернула направо, затем налево, выехала к небольшому двухэтажному особняку. Припарковалась на обочине и бросила мне:

– Выходим.

– Как скажете, – пожал плечами я.

Вылезли мы из машины одновременно. Девушка прямо через лужайку пошла к особняку. Под кроссовками Мадлен еле слышно шелестели аккуратно подстриженные зеленые травинки. Я двинулся следом. Внучка олигарха остановилась у двери. Вытащила из кармана джинсов связку ключей, нашла нужный, вставила в замочную скважину. Два поворота, сопровождаемые щелчками запорного механизма и мадам делает вежливый шаг в сторону, пропуская меня.

– Проходите.

Я послушно шагнул в холл. Через минуту уже сидел в зале напротив весело стреляющего оранжевыми огоньками газового камина, прикрытого прозрачной панелью из жаростойкого стекла. Огромный диван, угодливо прогнувшись, принял меня в свои мягкие объятья.

Мадлен деловито суетилась у кухонной стойки, протирая бокалы.

– Что будете пить? – уточнила она. – Виски с содовой? Мартини со льдом? Коньяк или вино?

– Мартини со льдом, пожалуй, выпью, – откликнулся я. – Только немного.

– Боитесь, что спою и соблазню? – в голосе Мадлен явственно слышалась насмешка.

– Вы действительно хотите это сделать? – ухмыльнулся в ответ я. – Если да, готов в одиночку выпить целую бутылку, чтобы вам было проще. Меня вообще спаивать не нужно. Можете соблазнять прямо сейчас, против не буду.

– Не дождетесь, Майкл, -внучка Рокволда неслышно появилась рядом, держа в руках два бокала с мартини и кубиками льда, вручила мне один и мягко, одним кошачьим движением опустилась в кресло напротив.

– За что будем пить? – поинтересовалась дамочка, подняв бокал.

– За нашу встречу для начала, – предложил я. – А дальше видно будет.

– Принимается, – кивнула девушка.

Бокалы соприкоснулись с нежным хрустальным звоном, я пригубил холодное мартини, ощущая, как внутри разливается приятное тепло, и спросил:

– Так всё-таки, зачем понадобился внучке одного из самых богатых людей мира скромный советский бизнесмен? О любви с первого взгляда, милая Мадлен, можете не заливать, не поверю. Я знаю, что обаятелен, умен и неотразим. Регулярно слышу это от девушек, штабелями падающими у моих ног, и вопящих о пламенной страсти, пожирающей их наивные сердечки. Но почему-то резкий всплеск чувств у барышень происходит, когда они видят золотую карточку «Кредит Свисс» или узнают число ноликов на банковском счёте. Именно тогда они понимают, что наконец нашли свою настоящую любовь, которую искали всю жизнь. Но вам-то это не грозит. По-сравнению с Вашим дедушкой, я беден как безработный реднек, живущий в ржавом трейлере. С нетерпением жду ответа и робко надеюсь, что ваше предложение слиться в любовном экстазе не было шуткой. Тогда вам достаточно лишь подать знак, подмигнуть например, и я сразу же начну раздеваться, чтобы сэкономить нам обоим время.

– Замечательная речь, мистер Елизаров, – Мадлен поставила опустевший бокал на журнальный столик и громко трижды хлопнула в ладоши.

– И что мне надо сделать дальше по сценарию? – иронично осведомилась она – Прослезиться и подарить вам старый костюм садовника? Или достать из холодильника и торжественно вручить кусочек немного заплесневелой колбасы? К сожалению, по поводу вашего предположения вынуждена вас разочаровать. Я вижу вам тяжело с первого раза понять сказанное. Повторю ещё раз: Не дождетесь!

– Жаль, – я сделал скорбное лицо. – А я так надеялся. Так всё-таки, что вы хотели со мною обсудить, прекрасная леди?

– Мне нужен союзник, – призналась внучка Рокволда. – Надеюсь вам понятно: то, что я сейчас скажу должно остаться между нами.

– Всенепременно, – заверил я. – Все сказанное вами, дальше меня не пойдет.

– Хотелось бы верить, – вздохнула Мадлен. Немного помолчала, набираясь решимости, и продолжила:

– Дед хочет выдать меня замуж за Уолта. А я не желаю становиться его женой.

– Почему? – я с интересом ждал продолжения.

– Потому что я его ненавижу и боюсь, – выпалила внучка миллиардера. – Это не человек, а чудовище.

– С чего вы взяли? – прищурился я.

– У меня есть глаза и уши, – холодно ответила Мадлен. – Умею получать информацию, видеть и слышать что происходит. И самое главное, анализировать. Уолтер Майерс – дьявол во плоти, чертов ублюдок, бесчеловечный выродок. Он ненормальный. Патологический садист с давно поехавшей крышей. На его счету очень много жизней.

– Это пока только ваши слова, – парировал я. – Приведите конкретный пример.

– Он убил мою собаку, – призналась девушка. – У меня был скотч-терьер. Чарли сразу невзлюбил Майерса. Рычал, бросался на него. Однажды укусил за ногу. Уолтер орал как резаный, обещал порвать Чарли на куски. Через два дня моя собака пропала. А потом Чарли обнаружили недалеко от поместья. Освежеванного как кусок мяса, со снятой шкурой, отрезанной головой и лапами…

Мадлен с шумом выдохнула и замолчала. Карие глаза наполнились слезами. Девчонка резко встала, отошла к кухонной стойке. Открыла шкафчик, достала пачку салфеток и аккуратно промокнула глаза.

Я сочувственно помолчал, выждал минуту и осторожно поинтересовался:

– А с чего вы решили, что виноват именно ваш жених? Возможно, это просто совпадение?

– Я видела выражение его лица, когда мне сказали, что Чарли обнаружили. Уолтер быстро отвернулся, но торжествующую ухмылку я заметить успела, – сухо пояснила девушка. – И собаку тоже подбросили специально.

– Зачем? – удивился я. – Он же хочет на вас жениться. И должен понимать, что после подобного поступка, приобретает настоящего врага на всю оставшуюся жизнь. Своего любимца вы ему никогда не простите. Да и ваш дед после такого может дать Майерсу от ворот поворот. Извините, но это бред какой-то.

– Не бред, – отрезала девушка. – Просто вы не знаете Уолтера. Ему плевать на мои чувства. Я нужна ему, чтобы претендовать на активы деда. Как заставить человека быть покорным исполнителем своей воли? Только любовью или страхом. Любить его я никогда не буду. Значит, остается один путь – сломать меня психологически, заставить бояться. Это его стиль. Людей высокого положения он завоевывает своей харизмой, таинственной загадочностью, специально раздуваемым слухами ореолом мистики. Дает хорошие советы в бизнесе и предсказания, которые сбываются и приносят деньги. С людьми, ниже его по положению или теми, кто не имеет могущественной поддержки, он достигает своего через страх. Все последние годы идёт по трупам, чтобы получить желаемое. Никто не хочет с ним связываться. Потому что, за Уолтером стоят богатейшие семейства Америки и Европы. Майерс обладает харизмой и умеет убеждать. Все эти Вандербильды, Морганы, Джонсоны, Ротшильды, Уолтоны, Рупперты в рот ему смотрят. Прислушиваются даже Виндзоры и Оппенгеймеры. Своими предсказаниями будущего, умением влезть в мозги и души, он давно вошел в клуб неприкасаемых, и пользуется там серьезным влиянием. Многое могу рассказать, но скажу честно, боюсь. За каждое лишнее слово меня могут растерзать. Может быть потом, когда мы узнаем друг друга ближе, и я окончательно пойму, что вам можно доверять.

– Допустим, – кивнул я. – А как же ваш дед? Он хоть старый, но в маразм, насколько я видел, не упал. Неужели он отдаст свою внучку такому чудовищу? И даже ваш отец не заступится за вас?

– Отдаст, – вздохнула Мадлен. – Здесь очень много факторов. Во-первых, дед находится под влиянием Уолтера. Благодаря инсайдам Майерса, он заработал много денег и заработает ещё больше. Это деду выгодно. Во-вторых, он не верит, что Уолтер сделает мне что-то плохое и слушать мои возражения не желает. В-третьих, отец не заступится. У нас с ним очень прохладные отношения. Чтобы объяснить почему, придется хотя бы кратко рассказать историю моей матери.

– Так расскажите. Хотя бы в двух словах, – попросил я.

– Я рождена вне брака. Моя мать – Мэй Ли, была молоденькой актрисой, жила в Голливуде, снималась в эпизодических ролях. На одной из киношных тусовок в Лос-Анджелесе в шестьдесят седьмом году с ней познакомился мой отец, Дэниэл Рокволд-младший. У них был двухмесячный роман. Дениэл красиво ухаживал, дарил дорогие презенты, возил маму в Европу и на Гавайи. Когда Мэй забеременела, отец отказался на ней жениться, и потребовал, чтобы она сделала аборт. Мама отказалась. В шестьдесят восьмом году появилась я. Мэй была в тяжелой депрессии из-за расставания с отцом, и спустя три года покончила жизнь самоубийством. Передозировка снотворного. Дед был в курсе романа сына, и когда мама умерла, забрал меня к себе. Как мне рассказывали, он был не очень доволен, что сын заделал ребенка китаянке, но не мог бросить меня на произвол судьбы. Все-таки, «родная кровь». Со временем, мы прекрасно поладили. С отцом я до сих пор стараюсь не общаться, – холодно пояснила внучка миллиардера. – Надеюсь, я удовлетворила ваше любопытство, мистер Елизаров?

– Вполне, – подтвердил я.

– Рада, что мы закончили с этой темой. Мне неприятно об этом говорить, – призналась Мадлен и поднялась. – Я, пожалуй, ещё выпью.

– А как вы отвезете меня обратно? – полюбопытствовал я. – Нас может остановить полиция, а вы выпившая.

– Вы серьезно считаете, что от двух бокалов мартини можно опьянеть? – усмехнулась Мадлен. – Я одно время хотела стать каскадером и прошла курсы экстремального вождения. Не волнуйтесь, довезу в целости и сохранности. Что касается запаха алкоголя, у меня есть специальные таблетки, которые его заглушат.

Девушка подхватила свой бокал, взяла у меня из рук пустой и прошла к стойке.

– Майкл, вам налить?

– Налейте, – попросил я. – Мужчине нельзя позволять очаровательной девушке пить в одиночестве. Это дурной тон.

– Рада, что вы это наконец-то заметили, – усмехнулась внучка миллиардера.

– Заметил, что? – полюбопытствовал я.

– Что девушка очаровательная, – язвительно ответила Мадлен. – Я уж думала никогда не дождусь комплимента от советского дикаря.

– Ошибаетесь. Я готов забросать вас комплиментами, как цветами, с ног до головы. Но мы же, наверно, не за этим сюда приехали?

– Вы правы, Майкл, не за этим, – девушка вернулась, вручила мне бокал с мартини и опять уселась в кресло.

– Тогда давайте говорить конкретно, – предложил я. – Вы хотите, чтобы я стал союзником. Хорошо. Допустим, я согласен. Что от меня требуется?

– Уничтожить эту сволочь, – процедила внучка олигарха. – С моей помощью.

– Сразу возникает множество вопросов, – парировал я. – Зачем мне это делать? Обоснуйте, пожалуйста. Только не надо строить мне глазки, корчить жалобные рожицы и рассказывать душещипальные истории. Не подействует. Объясните, почему мне нужно в это впрягаться? Так, чтобы я осознал и понял.

– Вас все равно убьют, рано или поздно, – процедила внучка олигарха. – Уолтер вам не доверяет, конкурентов не любит. Он чувствует в вас угрозу себе. Вашу страну ненавидит. Славян тоже. Он, по-моему, даже помешан на идее, всех вас надо уничтожить физически. Я точно не знаю, почему. Случайно услышала часть беседы между ним и дедом. Уолтер считает, что вы тоже можете влиять на будущее, а имея деньги и людей, попытаетесь моделировать его по собственному желанию. Останавливает его, только то, что дед хочет с вашей помощью взять под контроль нефтяную отрасль Союза. Как только вы соберете все предприятия в одну кучу, создадите нефтяной концерн-монополист и продадите его деду, жить вам останется недолго. Но это в лучшем случае.

– А в худшем, что? – полюбопытствовал я.

– А в худшем, вас убьют гораздо быстрее, – криво усмехнулась Мадлен. – Майерс считает, что вы неискренни и ведете свою игру. Вас будут проверять, и если получат доказательства, что вы планируете обвести их вокруг пальца, в Союз никто из вашей компании не вернётся.

– Как они собираются нас проверять? – осторожно поинтересовался я.

– Вот об этом я и собиралась вас предупредить. Считайте это моим вкладом в наше будущее сотрудничество. Дед и Уолтер поручили работать с вами некому Харольду Моррису. Это очень опасный человек. В прошлом – сотрудник разведки, работал в Центре Специальных Операций. Говорят, отличный аналитик, умеющий разрабатывать многоходовые комбинации. Сейчас его люди собирают на вас компромат. У него имеется идея, как вас проверить. Моррис считает, что вас необходимо вывести из зоны комфорта. То есть спровоцировать состояние, когда человек нервничает, находится в состоянии стресса. Тогда он невольно может ошибиться, и случайно раскрыться. Через день-другой, вас собираются пригласить в Фонд Рокволда, побеседовать и проверить на детекторе лжи. За вашим поведением и реакцией будут наблюдать опытные психологи и физиономисты. Результаты проверки на детекторе и отчеты специалистов будут положены на стол к Майерсу, в течение суток, после посещения фонда. Расчет строится на том, что эта проверка станет для вас неожиданностью и позволит раскрыть реакции.

– Твою мать, – выругался я. – И что делать?

– Во-первых, не нервничать. Во-вторых, подготовиться. Прогоните несколько раз в мозгу самые провокационные вопросы и нужные ответы. Постарайтесь войти в образ так, чтобы поверить в свою ложь и представить, что вещи, которые у вас вызывают тревогу и отрицание, доставляют удовольствие. В-третьих, работа с детектором лжи основана на внушении чувства вины, и подсознательном подавлении воли к сопротивлению. Мол, машина все равно узнает, врете вы или нет, не стоит даже пытаться её обмануть. На самом деле, если подготовиться, это вполне можно сделать. Повторюсь, важно заставить себя поверить в то, что вы говорите. И тогда шансы на успех намного возрастают. Еще перед проверкой можно выпить. Желательно заранее. Это позволит, расслабиться и, одновременно, затормозить реакции организма. Детектор в таких случаях не может дать однозначные ответы. Плюс есть специальные лекарства, от гипертонии, например, которые помогут снизить артериальное давление и изменить показатели прибора. Но при их приеме надо быть уверенным, что они вам не повредят.

– Понятно. Ну что же, буду думать, что делать. Спасибо за информацию.

– Спасибом не отделаетесь, мистер Елизаров, – зловеще ухмыльнулась девушка. – Я тоже рассчитываю на вашу помощь. Но к этому вопросу мы вернемся позднее. А пока я, с вашего позволения, продолжу. Пока вы в США Моррис планирует организовать несколько серьезных провокаций и посмотреть на вашу реакцию. В любой момент вас и ваших друзей могут арестовать, попытаться избить, украсть вещи, обмануть или подставить. Ему интересно, как вы будете действовать. Каждое ваше слово и действие будет фиксироваться и анализироваться. Результаты отчетов лягут на стол Уолтеру. Если они будут негативными, он убедит деда не выпускать вас из Америки.

Глава 16

Я задумался. Мадлен не торопила события. Она наблюдала за мной, откинувшись на мягкую спинку кресла и медленно, маленькими глотками, попивала мартини.

Звонкая трель телефона взорвала тишину. Внучка олигарха встрепенулась, грациозным плавным движением, позволяющим оценить её точеную фигурку, встала, поставила бокал на журнальный столик и быстрым шагом вышла в холл.

– Да? – раздался из коридора голос Мадлен. Она помолчала минуту, слушая невидимого собеседника, затем ответила:

– Это хорошо. Молодец, что позвонила.

Клацнула положенная на рычаги трубка. Мисс Рокволд так же стремительно прошла к креслу. Уселась, закинув ногу на ногу, и любезно пояснила:

– Звонила Норма. Официантка, которая вас обслуживала. Вы, мистер Елизаров, оказывается, вырубили су-шефа[11]11
  Су-шеф – заместитель шеф-повара. В его отсутствие, руководит процессом приготовления блюд.


[Закрыть], Себастьяна Эспинозу. Ваше счастье, что он был пьян и ни черта не помнит. В полицию заявлять не хочет. Боится, что руководство отеля узнает и уволит его за пьянку на рабочем месте. Считайте, нам сильно повезло. Только копов на хвосте ещё не хватало для полного счастья.

– Она знает, где вы находитесь? – поинтересовался я. – Рискуете.

– Нисколько, – усмехнулась Мадлен. – Людей, которым я доверяю и привлекаю для различных поручений, мало. Но каждого из них, я вытащила из дерьма и проверила вдоль и поперек. И чтобы вы не переживали, мы сейчас сидим именно в доме, снятым Нормой. Она одна из лучших моих агентов.

– Ваш агент работает официанткой? – я иронично поднял бровь.

– Временно работает, – подчеркнула Мадлен. – Она устроилась в ресторан, как только вы забронировали номера в Плазе. Видите ли, мой дед ещё до вашей поездки в Нью-Йорк весьма заинтересовался молодой командой советских коммерсантов, делающих ошеломительные успехи в бизнесе. Он всегда получает самую свежую информацию о состоянии дел в нефтеперерабатывающей промышленности и сразу заметил вашу активность. И когда ваша компания только начала договариваться об апартаментах в отеле, дед вместе с Майерсом уже готовились к встрече и внимательным образом изучали собранное на вас досье. Именно тогда Норма устроилась в ресторан официанткой. Технически это было нетрудно. Повара и официанты «Плазы» – отдельное сообщество. Многие вопросы здесь решаются проще, через шеф-повара. Мы вышли на одну из официанток, заплатили ей. Она сказалась больной, Норма её подменила. Один раз, другой. И когда девушка уволилась, заняла её место. Чтобы быть моими глазами и ушами в «Плазе», накануне вашего приезда.

– А что вас связывает со специальным агентом Марком Уилсоном? – полюбопытствовал я. – Если не секрет, конечно. Он отзывался о вас так, будто вы ему чуть ли не жизнь спасли.

– Жизнь я ему не спасала, – сухо ответила Мадлен. – У Марка умерла жена. Он сам воспитывает дочь-подростка. У девочки были серьезные проблемы с сердцем, могла умереть. Я помогла ему найти деньги на операцию и лечение в одной из самых дорогих кардиологических клиник Америки. Сейчас Бетти чувствует себя намного лучше, чем раньше. И будет жить еще лет тридцать-сорок, как минимум.

– Хорошо иметь любящего дедушку-миллиардера, – улыбнулся я. – Это как пещера Алладина. Сколько сокровищ не тратишь – меньше не становится.

– Дедушка тут не причем, – парировала внучка олигарха. – Тех средств, что он выделяет, мне даже на одежду и рестораны не хватает. Я зарабатываю сама. Кстати, если понадобятся деньги, чтобы как следует надрать задницу Майерсу, обращайтесь. Я готова вложиться. И не только туда. В выгодные проекты – тоже. У меня есть несколько свободных миллионов.

– Ого, – я изумленно поднял брови. – Если дедушка не причем, откуда такие деньги?

– Все дело в круге общения, – бесстрастно пояснила девушка. – Информация – это большие деньги. Я это сразу поняла. И начала заводить полезные знакомства ещё со школы. Со мной учились дети миллионеров, политиков, больших чиновников. А я продолжала обрастать связями. Сейчас у меня куча подруг, друзей и ухажеров среди молодых жен сенаторов, чиновников из аппарата президента, руководителей госдепартамента, службы таможенного и пограничного контроля и других государственных структур. Много инсайдов о готовящихся законопроектах, статьях расходов федерального и местных бюджетов, инструкциях об ограничении ввоза тех или иных товаров, я получаю в непринужденных дружеских беседах. Поэтому знаю, во что и куда вкладывать деньги. И каждая сделка приносит мне фантастическую прибыль. С Уилсоном мы заработали деньги вместе. Суть сделки раскрою, но без подробностей. Одна крупная структура пролоббировала создание большой курортной зоны. Под это дело готовился отдельный законопроект. По специальной программе выделялись деньги из федерального бюджета. Естественно, земля в этом месте должна была подорожать в десятки раз. Я нашла деньги, и мы через подставных лиц купили несколько небольших участков в разных местах прибрежной зоны. Делали всё так, чтобы сильно не наглеть и не привлекать к себе внимания. А когда приняли законопроект и на владельцев вышли представители лоббиста, не особо торгуясь, продали. Но в пять раз дороже первоначальной стоимости. Марк вылечил дочку, а у меня появился надежный партнер и сотрудник. Потом мы с ним провернули ещё несколько подобных сделок помельче.

– Это все замечательно, – осторожно заметил я. – Не боитесь, что несоответствие затрат и получаемых от деда денег может рано или поздно броситься в глаза?

– Я об этом уже позаботилась, – небрежно отмахнулась внучка олигарха. – Дедушка помог мне открыть косметический салон, магазин одежды и небольшое кафе, чтобы не нуждалась в средствах. Это отличная легенда, позволяющая оправдать финансовые траты. Тем более о большинстве из них дед со своими держимордами не знает.

– Тогда вопросов насчёт денег больше не имею, – я ухмыльнулся и, подражая Мадлен, три раза громко хлопнул в ладоши. – Отдаю должное вашей деловой сметке и чутью. Но несколько других, если вы не возражаете, задам.

– Не возражаю. Задавайте свои вопросы, – девушка чуть заметно напряглась.

– Мадлен, вы используете подслушивающее устройство, чтобы слышать все разговоры в кабинете деда? – я внимательно наблюдал за реакцией внучки олигарха.

Девушка покраснела и отвела глаза.

– С чего вы взяли? – попробовала возмутиться она, но вышло неубедительно.

– Ваша информированность говорит сама за себя, – я тонко улыбнулся. – Вряд ли такие волчары как ваш дед или Уолтер посвящают в свои планы молодую девушку, да ещё так подробно. Вы знали о моем приезде, наверняка слышали обсуждение моего досье, в курсе намерений о проверке на детекторе лжи. Не верю, чтобы это все обсуждалось в вашем присутствии. Комната с фальшивым зеркалом-окном, позволяющая не только видеть, что происходит в кабинете, но и прослушивать, думаю, запирается. Такие помещения нельзя оставлять доступными для всех. Но даже если бы вы подобрали к этой комнате ключ, сидеть там очень рискованно. Она находится совсем рядом с кабинетом. В любой момент может зайти дед или Майерс. Вас могут увидеть входящей или выходящей слуги. Следовательно, остается один вывод – где-то в кабинете спрятано подслушивающее устройство с передатчиком. А может и не только там, но и в других местах, где ваш дедушка и Майерс любят обсуждать свои планы. Подозреваю, что время от времени вам приходится забирать его и снова устанавливать, поскольку к вашему деду на переговоры ездят разные влиятельные люди, и было бы в порядке вещей проверять дом на наличие подслушивающих устройств.

– Так и есть, – подтвердила порозовевшая внучка олигарха. – Проверяют два раза в неделю. В понедельник утром и в пятницу вечером.

Вот видите, – улыбнулся я. – Зная время приезда спецов с аппаратурой, ищущих прослушку, её можно аккуратно снять заранее. Я угадал?

Мадлен пригнулась вперед и впилась в моё лицо глазами. Ладонь девушки медленно опустилась под низкий журнальный столик. Я спокойно выдержал внимательный изучающий взгляд.

– Угадали, – признала она, после минутной паузы. – И что теперь? Надеюсь, угроз, попыток шантажа и обещаний рассказать всё деду не будет?

– Вы же, наверняка, ознакомились с моим досье, слышали разговоры деда и Майерса, – ухмыльнулся я. – Не переживайте, Мадлен. Никто вас сдавать не будет. У меня есть принципы. Я не предаю доверившихся мне людей. Поэтому перестаньте щупать свое оружие и положите свою маленькую ладошку на стол. Так будет спокойнее, и мне, и вам. Ещё выстрелите невзначай, на нервах. Я ваш союзник – а не враг. Кстати, что у вас под столом?

– Дерринджер, – призналась внучка олигарха, убирая ладонь. – На скотче висит. Так, чтобы сразу выстрелить.

Тонкие смуглые пальчики нервно дернулись и стиснули подлокотник кресла.

– Предусмотрительная вы девушка, – я криво усмехнулся. – Но не последовательная. То доверяете сокровенные тайны, то хотите застрелить.

– Вы очень острые вопросы задаете, – нехотя призналась внучка миллиардера. – Провокационные. После них нехорошие мысли появляются.

– Просто вы мне интересны, – признался я. – И как девушка, и как личность. Не каждый день встречаешься с внучкой миллиардера, заработавшей свои миллионы самостоятельно. Поэтому и спрашиваю, чтобы узнать вас лучше. Ваш ответ и реакция уже о многом говорит.

– И что говорит? – горько усмехнулась Мадлен.

– Что вы, несмотря на свою внешнюю невозмутимость, находитесь в нервном напряжении. Стараетесь держаться, делаете это на редкость хорошо, но ваше тело вас выдает.

– Это из-за подонка Майерса, – выдохнула девушка. Пальчики Мадлен опять дрогнули и побелели, снова судорожно вцепившись в подлокотники.

– Если бы вы знали, как я его ненавижу!

– Верю, – кивнул я. – Но всё же, помните: даже профессионалы попадались в простейшие ловушки, когда ненависть приходила на смену холодному рассудку. Постоянно находиться в состоянии нервного напряжения тоже нельзя – возможен нервный срыв. Выпейте, отдохните с подругами, покатайтесь на яхте, наконец, снимите напряжение. И вам станет гораздо легче.

– Я стараюсь, – кивнула девушка. – Но как вспомню эту сволочь, так не могу удержаться. Придушила бы собственными руками. Я многое могла бы о нем рассказать. Но пока не хочу. Майерс – тварь, дьявол в человеческом облике.

– Этому дьяволу мы рога открутим, – пообещал я. – Если будете меня слушать. А пока позвольте дать вам один дельный совет.

– Какой? – Мадлен улыбнулась. Мое обещание ей понравилось.

– Не расширяйте свою команду, – посоветовал я. – Чем больше людей задействуете, тем выше вероятность, что вас кто-то сольет. У немцев есть такая поговорка. «Was wissen Zwei, wisst Schwein» – «Знают двое, знает свинья». Помните об этом. А своим людям говорите только то, что им следует знать по роду работы, не раскрывая общей картины, если это возможно. Тогда вы сведете риск к минимуму. И если где-то информация протечет, сможете с высокой долей уверенности определить виновника.

– Я так и делаю, – девушка забавно нахмурилась и посерьезнела. – У меня с детства был личный охранник – Джон Хэлловей, бывший оперативник ЦРУ в отставке. Он даже со школы меня забирал. Называл меня «бандитом в юбке». Относился ко мне как к дочери, и многому научил.

– Вы не бандит, а «Джеймс Бонд» в юбке, – восхитился я. – И курсы экстремального вождения прошли, и оперативным хитростям спецслужб учились. Что ещё умеете?

– Стрелять и драться, – невинно хлопнула ресницами Мадлен. – У меня черный пояс по таэквондо и коричневый – по джиу-джитсу. Джон начал учить самозащите, мне понравилось, наняла тренеров. Ещё занимаюсь сёрфингом и лажу по скалам. Со страховкой, разумеется. Правда, в основном по искусственным, в специальных залах.

– Леди, вы меня восхищаете, – я склонил голову, чтобы девушка не увидела лукавые искорки в глазах. – Я даже начинаю вас немного бояться.

– Не бойтесь, – великодушно разрешила девушка и тут же передразнила: – У меня тоже есть принципы. Я не бью союзников.

– Один-ноль в вашу пользу, – я добродушно улыбнулся. – Послушайте, Мадлен, а можно ещё вопрос?