Текст книги "Чужак. Книга 2: Сердце Федерации (СИ)"

Автор книги: Алекс Север

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 9. Скрытые резервы

С каждым шагом, приближаясь к камере, где, по данным, находился Айрон, я чувствовал, как в груди растёт тревога. Что с ним сделали? В каком он состоянии? Ключи я заранее забрал с поста охраны.

Подошёл к тяжёлой металлической двери, вставил ключ, повернул – щелчок. Ещё один. Затем третий. Замок сдался, дверь со скрипом приоткрылась.

Внутри было пусто и глухо. В одном углу – ржавое ведро, в другом – узкая кровать. Источник света – тусклые кристаллы под потолком. Их не хватало: угол напротив был поглощён тенью.

Кровать пуста.

Я замер.

В тёмном углу, почти скрытый от глаз, сидел кто-то, облокотившись на стену. Едва различимое дыхание.

– Айрон?.. Это ты? – осторожно спросил я, заходя внутрь.

– Кай?.. – ответ прозвучал неожиданно спокойно. Почти равнодушно.

– Да, это я. Сейчас вытащу тебя отсюда! – я сорвал с головы шлем и отбросил его на пол. Металл глухо звякнул.

Я бросился к нему, увидел кандалы на ногах – ключ у меня, дело нескольких секунд.

– Тыыы... – голос Айрона зазвучал раздражённо, не как у человека, обрадованного спасению.

И прежде чем я успел повернуть ключ в замке, кулак ударил мне в лицо. Я отлетел к двери, в ушах зазвенело.

– Что за… – выдохнул я, вставая на ноги.

Айрон вышел из тени. Его лицо было в синяках и ссадинах – следы не свежие. Пытки были, но, похоже, давно. Не истощённый, не сломленный – наоборот. Внутри него что-то горело.

– Он знал, что ты придёшь. – Айрон шагнул ко мне. Голос всё такой же ровный. Даже спокойный. – Представляешь? Он всегда на несколько шагов впереди.

– Кто знал? Чёрт возьми, тебе мозги промыли?! – я сжал кулаки.

– Нет, Кай. Никто не промывал. Просто... показали. Рассказали, за что борются Апостолы. Генерал… он великий человек. А ты – нет. Ты разрушишь всё, чего добилось человечество. А я не дам тебе этого сделать.

Он сжал кулаки. Я почувствовал – сейчас начнётся.

Он собирался активировать свою силу. Его тело начнёт меняться – усиленные мышцы, увеличенные кости, сверхрефлексы.

– Айрон, очнись! Это всё ложь! Он манипулирует тобой! – я сделал шаг назад, но знал – бесполезно.

Глаза Айрона вспыхнули кровавым светом. Мышцы вздулись, шея расширилась, жилы натянулись. Он рванул вперёд.

– Сука… – я едва успел отскочить. Его кулак прошёл в сантиметре от головы. Челюсть бы точно разнёс.

– Броня! – выкрикнул я, активируя гены.

Но чешуя пошла только по левой руке. Правая осталась незащищённой. Что за…?

Некогда думать. Я всадил левый кулак ему в челюсть. Он перехватил удар, сжал мою кисть и перекинул через плечо.

Я с глухим стуком упал на каменный пол, оттолкнулся ногами от его груди и откатился в сторону. Спина горела.

Айрон стоял, смотрел на меня. Лицо перекошено яростью. Настоящей. Не безумие – именно гнев. Осознанный, нацеленный. На меня.

– А как же Грегори Вайт?! – выкрикнул я, – А Майкл, твой отец?! Он умер, чтобы спасти Вайта! Все жертвы, всё, что сделал генерал – ты тоже это оправдываешь?!

Я упёрся спиной в стену. Дальше отступать некуда.

– Лес рубят – щепки летят. – Айрон шагнул вперёд. – Это сопутствующий ущерб, Кай. Цивилизация требует жертв. Новая эра требует крови. А ты... ты хочешь всё разрушить. Я не позволю.

Он ударил. Я скользнул вниз, и его кулак пробил каменную кладку там, где секунду назад была моя голова.

Он не остановится. Бой неотвратим.

– Ладно, Айрон… – я поднялся. – Всегда хотел спаринг с тобой. Без ограничений.

Его глаза – красные, как кровь. Губы чуть приоткрыты, сквозь зубы – глухое рычание. Гены превратили Айрона в нечто почти звериное. Плечи расправлены, руки сжаты в кулаки, походка уверенная. Он идёт на меня, как ураган, который не остановить.

Я сорвался с места первый. Беглый разгон, подкат – и резкий замах снизу вверх. Хотел ударить по колену, выбить равновесие, но он шагнул в сторону, при этом с разворота отправив пятку мне в бок. Я не успел сгруппироваться – воздух вышел из лёгких, тело согнулось, и я, сделав перекат, едва не рухнул на пол.

Айрон не ждал. Мгновенно оказался рядом и ударил сверху, словно колотил молотом. Я поднял левую, покрытую чешуёй руку, принял удар на предплечье. Кость содрогнулась, ладонь онемела.

– Тебе не победить, Кай, – прошипел он, и вновь пошёл в атаку.

Я отступил, качнулся влево – в тот же момент ударил ногой в живот, стараясь пробить по диагонали. Он перехватил удар обеими руками, повернулся – и впечатал меня в стену. Камень треснул под моими плечами, я осел на колени, но, собрав остатки сил, врезал кулаком снизу в его челюсть.

Он отшатнулся. Я вскочил, развернулся, провёл короткий хук в висок, тут же ударил коленом в живот, затем – локтем в подбородок.

Айрон чуть пошатнулся. Но не упал. Только зашипел.

– А ты многому научился...

И в следующий миг его кулак влетел мне в грудь.

Я отлетел на добрых три метра. Ударом меня опрокинуло на спину. Я едва перевёл дыхание, как Айрон уже был рядом, и с разворота врезал ногой в живот. Я согнулся пополам.

Пошли удары. Один за другим. Плечо, ребро, скулу, в печень. Я пытался уклоняться, но он не давал ни секунды отдыха. Работал методично, как на обычной тренировке. А я был тем самым мешком для битья.

Я ушёл в глухую защиту, перекатился, ударил с разворота в его колено – и таки попал. Сустав хрустнул, Айрон охнул, но продолжил наступать. Я успел вскочить, пробил ногой в грудь, снова ударил коленом – на этот раз попал в подбородок. Он зашатался.

Я прыгнул вперёд, нанёс удар кулаком в висок, второй – в нос. Кровь. Я почувствовал – ударил сильно. Но он не упал.

Наоборот.

Айрон, взревев, схватил меня за грудки, поднял в воздух – и швырнул об пол. Потом – снова поднял, ударил о стену, а затем кулак в живот, ещё один – в челюсть. Я потерялся в пространстве, всё плыло.

Я сделал шаг, но ноги отказались слушаться. Айрон шёл на меня, как палач. Я едва держался.

Попытался увернуться от следующего удара – но он изменил траекторию и пробил мне в плечо. Рука тут же отнялась. Я качнулся назад, нанёс слабый удар ногой, больше по инерции – он поймал её, дернул, и я упал.

Попытался вскочить – но тут же получил в лицо. Всё вспыхнуло белым.

Следом – ещё. Левый, правый, ещё один. Он не бил, он калечил. И с каждой секундой бил сильнее.

Я попытался ударить снизу – кулак попал в его грудь, но он не отреагировал. Сжал меня за шею, толкнул на пол и с грохотом повалился сверху.

Теперь я лежал на спине, а Айрон сидел на мне, зажав запястья коленями.

– Прости… – выдохнул он. – Это для общего блага.

И его пальцы сомкнулись у меня на горле.

Я почти потерял сознание. Пальцы Айрона сдавливали горло так сильно, что мир перед глазами помутнел. Воздух становился роскошью, каждая секунда – пыткой. Но вдруг... резкая боль. Будто в правую руку вонзились раскалённые иглы. Она вспыхнула жаром изнутри, словно загорелась.

И тогда… в голове раздался крик. Не голос, не мысль – скорее инстинкт. Звериное, первобытное: «используй её».

Не понимаю, что мной двигало – инстинкт ли, отчаяние или просто желание жить. Я рванул правую руку из-под его колена с такой яростью, будто от этого зависело всё. А может, так и было.

Он сидел сверху и давил обеими руками. Я продел руку сквозь его захват и вслепую ткнул ладонью в его грудь – хотел просто оттолкнуть.

Но в ту секунду воздух... исчез. Словно мир замер на долю мгновения. А затем – удар. Сила, вырвавшаяся из моей ладони, обрушилась на Айрона, как вспышка урагана. Его швырнуло прочь, будто подушку, и врезало в стену с такой мощью, что камень раскололся. На кладке остался чёткий отпечаток тела.

Я даже не понял, сразу ли он потерял сознание – звук удара заглушил всё. Меня самого отбросило от толчка, слегка прокотив по полу, в ушах звенело.

Я лежал на спине, тяжело дыша. В горле пульсировала боль, но я поднял правую руку и стал судорожно разматывать бинт. Под тканью кожа будто вспухла. Вены – тёмные, плотные, словно внутри не кровь текла, а нечто иное. Чёрное, вязкое, чужое. Глубокий оттенок не был похож ни на синяк, ни на что-то вроде. Это не было человеческим.

И всё же я жив. А вот из носа и губы струилась обычная кровь.

Сейчас не время разбираться, что это было. Айрона я не утащу. Да и зачем? Он жив, это главное, может можно будет что-то с ним сделать позже.

Я вскочил, схватил шлем, с трудом надел, под броню сунул журнал, прихваченный с поста охраны. Камеру даже не запер. Всё равно скоро найдут.

Ноги еле слушались. Под шлемом капала кровь, в голове гудело. Шаг за шагом я поднимался наверх, и тут столкнулся с тем самым, кто был старшим в нашей патрульной группе.

– Рядовой, что с тобой? – он смотрел на меня в упор.

Я не стал долго думать.

– Внизу… один взбесился. Утащил охранника с поста, я пытался остановить, но как видите…

Ложь вышла легко. Удивительно легко.

– Помогите ему! Выведите и в лазарет! – рявкнул старший кому-то из солдат и бросился вниз.

– Давай, обопрись. – кто-то из бойцов подхватил меня.

Хорошо. Придётся сыграть жертву до конца. Я обвил его шею рукой, он повёл меня наружу.

Ночь всё ещё укрывала город. Мы свернули в переулок, он, видимо, знал короткий путь до ближайшего лазарета.

– Извини, приятель… – прошептал я.

– Что? – Он даже не успел закончить.

Я впечатал его лицо в стену. Не слишком сильно. Только, чтобы вырубить.

Проверил дыхание – жив.

И сбежал.

Когда добрался до укрытия Рейн, меня стошнило прямо у входа. Сотрясение, наверное. Или просто всё накопилось.

Я вошёл, швырнул шлем в сторону, упал на пол… и отключился.

Открыл глаза я от пения птиц где-то за стенами убежища... Ну и, конечно же, от недовольных нотаций Алисы – ей не понравилось, что мне пришлось сбежать без неё.

– Я думала, тебя схватили! Пришлось подлизываться ко всяким мерзким парням, чтобы хоть что-то узнать – случилось что в тюрьме или нет! В итоге еле-еле выбралась. А ты чего тут валяешься?! – Алиса стояла надо мной и кипела от злости.

– О-о-о, взгляни на моё лицо. Думаешь, я там отдыхал? – я встал, почесал затылок.

– Эм... А что с твоим лицом? – спросила она, удивлённо глядя на меня.

Судя по её лицу, она не видела ни синяков, ни ссадин. Я подошёл к зеркалу. Сделал это легко – ноги не болели, хотя я помнил, как еле дотащился сюда. И... моё лицо. Ни единого синяка, ни ссадины, ничего. Кровь запеклась, да, но стоило умыться – и я бы выглядел вполне нормально.

Но как?! Айрон знатно начистил мне морду. И на шее даже нет следов от того, как он меня душил...

Я сорвался с места и выбежал на улицу.

– Ты куда?! – крикнула Алиса.

Я подошёл ко входу, посмотрел на место, где меня вырвало, и чуть сам снова не рухнул. Это было нечто чёрное и уже засохшее. Что это, чёрт побери, такое?! На еду не похоже... Почему оно чёрное?!

– Что с тобой? – спросила Алиса, когда я вернулся внутрь.

– Я не знаю... Что-то явно не так, – коротко пересказал ей схватку с Айроном.

– Что?! Это не похоже на магию… ну, по крайней мере, на ту, что я видела. Магия требует подготовки, концентрации. Её нельзя просто взять и сотворить. А по твоим словам – всё произошло спонтанно, – сказала Алиса, расхаживая по комнате.

– Я сам не понимаю, как это случилось, – ответил я, усаживаясь на стол.

Вытащил журнал и бросил его к остальной стопке провокационных документов, собранных для манипуляции судьями.

– И что теперь? – спросила Алиса.

– Судя по тому, что слышал от стражников и в целом по городу – выборы начнутся через десять дней. А нам ещё нужно найти присяжных и попытаться надавить на них, – сказал я.

– Ну, как я поняла, Рейн оставила фамилии и адреса этих людей, – сказала Алиса, просматривая записи Рейн.

– Да, но компромат у неё только на троих. На остальных либо искать, либо подкупать… чего мы себе позволить не можем, – вздохнул я.

– Тогда так.. все бумаги по судьям у нас есть. Я найду тех присяжных, о которых говорила Рейн, и надавлю на них. Тут доверься мне. И оставь мне судью Мерет Хоун – эту похотливую тварь. Я надавлю на неё за её связи с другими расами. Причём не по их воле. Остальные – на тебе, Кай. Я не смогу везде успеть, – твёрдо сказала Алиса.

– А ты уверена, что справишься? – спросил я скептически.

– Будет сложно, но доверься. Я хоть и не знаю города, но как-то же вышла на Флина и ещё пару людей. У нас есть документы, подтверждённые влиятельными людьми. Есть бумаги, доказывающие, что генерал замешан во всём этом. Мы справимся. Люди начнут тебя слушать. Не теряем времени, – Алиса была полна решимости.

– Ладно. Тогда судьи Велвис и Коль – на мне. Встретимся здесь, когда закончим. Не знаю, сколько времени займёт, но давай договоримся – максимум через неделю. Соберём всё, что сможем, любую дополнительную информацию, – сказал я.

Алиса кивнула, собрала всё необходимое и ушла, оставив меня одного. По-хорошему, я должен паниковать – от того, что со мной происходит, от того, что Айрон знает, что я в столице, и наверняка уже доложил генералу.

Я почистил форму, шлем и направился по адресу судьи Коль. Он жил в элитном районе столицы. Там много стражи, но форма солдата даёт мне право свободно передвигаться.

Так я думал, пока не оказался всего в двух кварталах от элитного сектора. Там висел плакат – своего рода объявление.

«Уважаемые жители столицы. Обращайте внимание на подозрительные действия со стороны солдат, особенно солдат в звании рядовой».

Хм. Видимо, Айрон уже всё доложил генералу. Чтобы не сеять панику – о том, что в городе кто-то извне, – они решили обыграть это по-тихому. Ладно. Теперь, конечно, двигаться по городу в форме стало опаснее, но я всё равно рискну.

Элитный квартал столицы. Трёхэтажные виллы, просторные территории, всё в мраморе и редких, дорогих материалах. Каждая постройка – как выставка богатства, за которую пытаются молча кричать владельцы.

Стражников тут достаточно много. Я старался не попадаться им на глаза – не панически, а сдержанно, будто просто патрулировал. В городе людно, так что кто-то меня точно замечал, но я делал вид, что занят делом.

Дом Ранвира Коль был уже рядом. Залезть туда втихаря – невозможно, вокруг суетятся прохожие, слишком много глаз. Да и вообще, что делает простой рядовой у дома судьи? Вызовет только подозрения. Нужно было сыграть идеально. Причину – убедительную, вескую.

И снова удача на моей стороне. К воротам Коль подошла милая девушка с коробкой в руках – посылка, судя по всему.

– Вы к судье Коль? – я приблизился.

– Здравствуйте. Да… А вы из патруля армии? – спросила она, окинув меня внимательным взглядом.

– Ой, нет, что вы. Я просто принёс документы для суда. – Я показал папку. Ту самую, где лежит компромат на младшего брата судьи.

Мы перекинулись парой дежурных фраз, и спустя минуту калитка открылась. Сам судья. Молод, удивительно молод для своей должности. Лицо суровое, но в нём нет настоящей уверенности. Явно не ожидал увидеть солдата.

– Прошу прощения… Что тебе нужно, рядовой? – он спросил хмуро, забирая у девушки коробку.

Она кивнула и ушла в другую сторону.

– Я хотел бы с вами поговорить, – сказал я и протянул папку.

Судья сразу узнал её. Глаза его прищурились.

– Что опять нужно генералу?! Заходи живо. – Он резко рявкнул и закрыл калитку.

Мы вошли в дом. Внутри он был ещё роскошнее, чем снаружи – ковры, светильники из чистого хрусталя, стены, украшенные картинами.

Но вот кого я не ожидал увидеть – так это ещё одного мужчину. Внешне похож – и сразу стало ясно.. младший брат.

– Садись, – судья указал на белоснежный диван. Я лишь подумал, не запачкается ли он его кровью.

– Чего он в шлеме? Снимай! Где твоё уважение? – братец язвительно бросил.

– Да заткнись ты! Не видишь, что у него в руках?! – осадил его Коль.

– Давайте сразу к делу, – сказал я, кладя папку на стол.

Я не боялся, что они её схватят и побегут – ни тот, ни другой бойцами не выглядели. Слишком мягкие, слишком хилые.

– Что генерал хочет на этот раз? Кого-то посадить? Казнить?! – Коль начал нервно перебирать варианты.

Похоже, он просто перечислял то, с чем уже помогал генералу.

– Генерал ничего не хочет. Хочу только я. – Я встал с дивана и снял шлем.

– Ты… твою ж… – судья вскочил, узнав меня по плакатам.

Он хотел убежать, но я был быстрее. Рывком оказался перед ним, меч уже упирался ему в грудь.

– Сядь на место. И если твой братишка хочет остаться в живых – и ты тоже – предлагаю сначала поговорить. – Мой голос был спокойным, холодным.

– Ладно-ладно! Убери меч, – проговорил Ранвир.

Я сделал пару шагов назад, и, когда стало немного тише, сел на диван.

– Даже не думайте звать на помощь. Одного из вас я точно успею убить. Вы это понимаете?

– Ну и что ты хочешь, предатель? Кай Грин, верно? – выдал судья.

– Права голоса. На суде. Присяжные, зрители, публика – всё как в самых громких делах.

– Чего?! Да кто тебя будет слушать?! – возмутился младший.

– Твой братец. Как минимум он позволит мне говорить всё, что нужно против генерала. И не станет мешать. И не поможет ему. В противном случае… папка уйдёт в народ.

Я говорил спокойно, но с хищной уверенностью.

Они оба понимали, что даже одна страница из папки – смертный приговор. Связь с несовершеннолетними для младшего – петля. А старший, покрывавший его, становится соучастником. Его, в лучшем случае, выгонят с позором, в худшем – бросят гнить в тюрьме до конца жизни.

– Слышь ты… – начал братец, всё такой же дерзкий.

– Да заткнись, – рявкнул судья. – У него слишком много на нас обоих. Если ты идиот – сиди и молчи.

Он перевёл взгляд на меня.

– Это оригиналы документов?

Он был рассудителен. Опыт чувствовался – не зря занимает пост судьи.

Ему нужны были эти бумаги. А мне – его слово. И мы оба это понимали. Игра начинается.

Глава 10. Провокация

– Да, это оригиналы. Полагаю, тебе они нужны. Я отдам их, но только после суда. Они будут у моего человека. Если подведёшь меня – тебе и брату конец. Другого договора не будет. Только так, – я знал, что он согласится. У него не было вариантов.

– А что мешает мне, когда ты выйдешь из моего дома, просто позвать охрану? – он не так прост. Но если думает, что я клюнул на такую провокацию, то он идиот.

Хотя его взгляд вдруг изменился. Он будто успокоился… или вспомнил что-то.

– Всё просто, потому… – я не успел договорить. Дверь в дом внезапно отворилась, и внутрь вошёл мужчина.

На вид ему было около восьмидесяти. Седая борода, длинные волосы, походка уверенная, несмотря на возраст. Он прошёл мимо нас, даже не глянув сначала в мою сторону, открыл стеллаж и достал бутылку какого-то напитка.

– Смотрю, ты ещё кого-то позвал, – негромко сказал он, наливая себе в бокал.

Но как только его взгляд сфокусировался на мне, он резко изменился. Глаза расширились, лицо побледнело. Он сорвался с места, собираясь стремительно покинуть дом.

Я привстал, собираясь его остановить, но меня опередил голос Ранвира.

– Господин Велвис, я бы на вашем месте сел.

Велвис… Лоран? Главный среди судей?

– Его ищет вся столица, а вы с ним разговариваете! Вас казнят, как и его! – выкрикнул Велвис.

– Как вы казнили девушку по приказу генерала. Ни в чём не виновную, – холодно сказал я.

– Я всегда выносил приговоры, основываясь на фактах и доказательствах, – возразил Лоран.

– Не лгите хотя бы себе. Девушку обвинили в измене, подсунули вам ложных свидетелей, хотя у правоохраны были документы, подтверждающие её невиновность. Как же её звали… ах да…

– Не нужно имён! – резко оборвал он. – Что тебе нужно?

Я изложил всё кратко. Объяснил, что у меня есть оригиналы провокационных документов на каждого из судей. Я отдам их – но только после честного суда. Если я хоть на миг усомнюсь в справедливости происходящего, эти документы станут достоянием публики. И тогда им всем конец.

– И всё? Просто чтобы тебе позволили высказаться? Не чтобы суд встал на твою сторону, не чтобы оправдал? Ты просто хочешь иметь право на честный суд? – Лоран был явно поражён.

– Именно так. Я не генерал, чтобы давить на вас. Я прошу лишь о праве говорить. О праве быть услышанным. И только.

Лоран замолчал. Видимо, давно не слышал такой просьбы.

– И когда должен пройти суд? – спросил Ранвир.

– Вы об этом узнаете. Поверьте, даже не придётся никого созывать. Люди сами придут, – сказал я и встал с дивана.

Я забрал документы, надел шлем и покинул дом.

Молился, чтобы никто не вышел следом, не закричал стражникам. Вернувшись в убежище Рейн, я вновь погрузился в мысли.

Нужно готовить план. Я должен заявить о себе. Не знаю, справилась ли Алиса. Возможно, она всё ещё действует. Но медлить больше нельзя.

Прошла неделя. Неделя тяжёлых, изматывающих подготовок. Я прорабатывал каждую деталь, разбирал планы, просчитывал, где и как сделать свой ход, чтобы не провалиться. И вот, наконец, Алиса вернулась.

Сказала, что всё прошло даже лучше, чем ожидалось. Я же велел ей держаться в тени. Могла прийти на суд, могла слушать, наблюдать, но не показываться. Документы – при ней. Опасно? Безусловно. Но если мне понадобится козырь – он должен быть рядом.

– А как ты собираешься всё это провернуть? – спросила она.

– Просто выйду к людям, – ответил я.

Сегодня днём в столице проходила ярмарка. Типичная летняя забава: торговцы со всех уголков королевства, лавки, прилавки, диковинные товары, рукоделие, специи, сладости. Всё это, конечно же, в самом сердце города – на центральной площади. К полудню там будет не протолкнуться.

Я появлюсь тогда. Без эффектных выходов. Просто поднимусь на пьедестал – к статуе основателя столицы – и заговорю. Всё, что у меня есть – это голос и немного ораторского мастерства. Хватит ли? Не знаю. Но делать нужно именно так.

К тому моменту, как площадь заполнилась, я уже был там. Гул толпы давил на уши, мысли путались. Люди бродили между лавками: женщины с корзинами, дети с леденцами, мужчины приглядывались к оружию и амулетам. Я остановился, наблюдая за этой почти мирной картиной.

И всё же – стоит ли? Ведь мои действия могут привести к волнениям, бунтам, кровопролитию. Но в то же время вся эта суматоха даст мне шанс – шанс вытащить из столицы нужные детали и приблизит сделку с королём-личом. Если не сейчас – то никогда.

Статуя возвышалась над площадью, массивный пьедестал. Изображение великого человека, простого рабочего, сумевшего объединить народ и основать столицу, а вместе с ней – и всё королевство. Мужчина в тяжёлых доспехах, с мечом, смотрящий в сторону горизонта, как будто и сейчас ведёт за собой. И я пошёл к нему.

Начал взбираться.

– Эй, ты, рядовой, что удумал?! – выкрикнул офицер.

– Что он делает? – послышался женский голос из толпы.

Несколько человек уже отвлеклись от покупок и наблюдали за мной. Я оказался на вершине пьедестала.

– Люди Федера... – начал было я, но тут же осёкся. Нет, не стоит говорить им, как их называют за пределами стен.

– Это объявление от армии? – крикнули снизу.

Нет, Кай. Ты знаешь, что делать. Сделай шоу. Заставь их услышать.

Я снял шлем и бросил вниз. Он с глухим звоном ударился о камень и откатился. Теперь все видят моё лицо.

– Это же тот мутант с плакатов! – выкрикнул кто-то.

– Стража! Взять его! – закричал солдат.

Ко мне уже неслись.

– Люди! – закричал я, – Позвольте мне сказать вам правду! Правду о генерале! О том, как он лжёт вам, как заставляет верить в бред и страх!

На пьедестал полез ближайший ко мне солдат. Я пнул его в грудь, и он рухнул вниз.

– Всего пять минут! – прокричал я. – Дайте мне сказать, и я сам сдамся стражникам! Я требую суда над генералом!

Толпа загудела. Шепот, восклицания, ропот. Они не ожидали, что кто-то осмелится бросить вызов власти прямо в полдень, на глазах у сотен людей.

И вдруг... один из горожан дёрнул за ногу стражника, полезшего ко мне. Тот рухнул назад, и мужчина, обернувшись ко всем, закричал:

– У нас тут свобода слова! Дайте ему говорить!

– Да! Пусть говорит! – подхватил кто-то.

– Хоть кто-то должен высказаться о том, что творит наша власть! – раздался знакомый голос Алисы из толпы.

Она здесь и она следит. План "Б" рядом.

Толпа сплотилась у подножия пьедестала, не подпуская солдат. Люди окружили меня стеной. Я воспользовался своим правом – правом свободного человека королевства – высказывать недоверие к власти, если есть на то обоснования. И обоснования у меня были.

– А ну, отошёл! – стражник толкнул того мужчину, что помог мне.

– Эй! Это нарушение наших прав! – заорал здоровяк и со всего маху врезал стражнику в лицо.

И в этот миг я понял.. Сейчас!

– Хватит! Не нужно устраивать здесь драку! Пусть мутант скажет, что хотел! – я не ожидал этого, особенно от солдата, на котором красовались лычки майора армии.

В ту же секунду все солдаты и стражники отступили. Прекрасно, дебош остановлен. Осталось только правильно подать информацию.

– Многие из вас знают меня по плакатам: как врага королевства, как человека извне, как мутанта, что якобы угрожает вашей жизни. Но ответьте мне – стал бы я приходить сюда, сдаваться, и требовать суда над генералом, если бы действительно желал вам зла? – я посмотрел на лица перед собой.

Меня встретила тишина, а затем шёпот. Быстрые переглядки, брошенные фразы от одного к другому.

– Ты говорил, что генерал врёт. О чём это ты? – раздался голос из толпы.

– Генерал водит за нос каждого из вас. Он лжёт, когда говорит о зле за стенами. Я был там, я видел, что происходит. Нам десятилетиями вдалбливают фальшивую историю, где мы – жертвы, а за стенами – монстры. Но всё не так. Королевством управляет человек, способный превратить вас в безвольных рабов своего дела. И я требую суда над Кассианом фон Люмьером! У меня есть доказательства его тирании. Доказательства того, что он – безжалостный, бесчеловечный фанатик. Я требую суда присяжных! – голос мой звенел, срывался, но я не умолкал.

– Почему мы должны тебе верить? – спросил седой старик, стоявший неподалёку.

– А вы оглянитесь. Давно в столице было столько солдат и стражников? Давно ли вас заставляют сидеть по домам после заката? Проверяют каждого, заглядывают в сумки и кошельки? Кто из вас был услышан в сенате? Кто пришёл с жалобой и был принят? Вам даже говорить не дают! Вы и без меня всё знаете! Власть в столице давно прогнила. Законы действуют лишь по приказу генерала. Армия преследует тех, кто осмеливается не соглашаться. Очнитесь, люди!

– Да! Мне надоело, что меня досматривают каждый день! – крикнул кто-то из толпы.

– А меня бесит, что мои жалобы просто выбрасывают! Говорят, не до меня! – добавила девушка с детской коляской.

И понеслось. Толпа вспыхнула, как сухая трава. Кто-то ругался, кто-то звал на площадь всех соседей. Кто-то кричал имя генерала с проклятием, кто-то просто молчал, но глаза у всех горели.

– Это разжигание бунта! Схватить его! – заорал один из стражников.

– Отставить! – голос майора прозвучал как удар. – Он прожил в столице всю жизнь. Он такой же гражданин, как и я. Если он требует суда – так тому и быть. Сопроводите его в зал и призовите генерала.

Сказать, что я удивлён, – ничего не сказать. Я спустился и никто не схватил меня. Майор лично проводил меня в здание суда. Зевак ждать долго не пришлось – зал заполнился моментально, стоило мне лишь переступить порог.

Майор тут же отдал приказ – вызвать присяжных, судей и генерала. Всё происходило стремительно. Даже слишком.

Зал суда… Человечество построило его как символ справедливости – и как театр.

Помещение было гигантским. Полукруглый зал, уходящий вверх амфитеатром. Повсюду ряды тяжёлых деревянных скамеек, отполированных веками. На них уже сидели люди, кто-то стоял в проходах – дышали жарко, тяжело, как перед бурей. Воздух был насыщен напряжением.

По бокам – балконы, за решётками которых располагались вооружённые солдаты и представители разных факультетов – армия, правоохрана, разведка. У всех лица были серьёзные, каменные.

В центре – помост, выложенный мрамором. Слева – возвышенное место для двадцати присяжных. Некоторые кресла были украшены гербами семьи, остальные – простые, стандартные.

Справа – трибуна для судей. Трое. Трое человек, от которых зависит приговор. За их спинами – огромный герб королевства. Судьи уже сидели на месте, облачённые в тёмно-синие мантии, под цвет ночного неба.

Против меня – вторая трибуна. Тяжёлый трон из чернёного дерева, специально отведённый для высокопоставленных чиновников. И именно туда, в сопровождении восьми вооружённых солдат, шаг за шагом вошёл он – генерал Кассиан фон Люмьер.

Человек, из-за которого всё началось. Человек, которого я должен был победить не силой, а разумом.

И вот он напротив...

У меня всё было под контролем. Судьи, хоть и смотрели с недоверием, играли свои роли. Сначала – скептицизм, затем – дозволение говорить. Пока что всё шло так, как я рассчитывал.

– Хорошо, господин Грин, – произнесла судья Хоун с сухой сдержанностью. – Вы устроили представление на центральной площади, мы поняли, что вы хотите обвинить генерала в определённых злодеяниях. Но по правилам суда вы должны знать: и генерал вправе выдвинуть встречные обвинения.

– Этот человек… Нет. Простите, уважаемые жители, не человек – спокойно, почти холодно заговорил Кассиан. – Это чудовище. Продукт грязных экспериментов. Его вырастили за пределами наших стен, чтобы направить против нас. Его цель – уничтожить последние остатки человечества. Прошу суд – я требую его публичной казни.

Он был уверен в себе. Жесты, взгляд, голос – всё выдаёт полную самоуверенность. Но он ещё не знал, какие козыри у меня в рукаве.

– Что ж, – вмешался судья Лоран Велвис, – принимается. Господин Грин, вы настаиваете на проведении судебного разбирательства по всей строгости человеческих законов?

– Верно, – ответил я коротко.

– Тогда, раз мы определились с целями, предлагаю сторонам пригласить представителей поддержки.

Так называемые «стороны поддержки» – это хорошо образованные люди: юристы, бывшие судьи, аналитики. Они могут укрепить позицию, отбить атаку, поймать на противоречиях.

Возле трибуны генерала появилось сразу трое. Мужчина в дорогом костюме, пожилая женщина с жёстким взглядом и ещё одна – моложе, по глазам сразу видно: хищница. Эти знали своё дело. По одному только выражению лиц было ясно – за них заплачено щедро.

Я же, не раздумывая, отказался от защитника, который мог быть назначен мне от королевства. Лишний рот, способный проболтаться, здесь был не к месту. Судьи кивнули и приняли моё решение. Время начинать.

– Прошу гвардейцев королевства вызвать в суд свидетеля по имени Варис, академика столицы, – произнёс я.

Имя разлетелось по залу, вызвав лёгкий шёпот, будто пущенная стрелка задела натянутую струну. Многие узнали имя. Некоторые сразу зашептались друг с другом, а кое-кто просто застыл, всматриваясь в трибуну свидетелей.

Далеко ходить не пришлось. Варис уже был здесь. Алиса заранее всё подготовила: нашла на него компромат, надавила, вывернула его изнутри. Он знал, что откажись он – и все его тайны полетят к народу, выставив его перед обществом как предателя, лжеца и труса. Он знал, что я в курсе, и это уже связывало нас прочной верёвкой страха.