Текст книги "Мир вашему миру (СИ)"

Автор книги: Алекс Экзалтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 33 страниц)

В доказательство могу привести тот факт, что в сексуальных отношениях, практикуемых при невесомости, садомазохизм не находит широкого распространения. Так что ваша небольшая проблема спустя один-два условных менструальных цикла благополучно разрешится после того, как вы окажетесь в условиях стандартной гравитации.

О том, как воздействуют на сексуальную сферу кирасиров – женщин и мужчин – орбимагнитные параметры Геоны в целом и Австразии в частности я ничего не могу вам сказать вразумительного. Вопрос, принцесса, подлежит научно-медицинскому изучению.

– Благодарю вас, месье Анри. Кстати, мне до сих пор не представился случай сказать вам спасибо за ваше отношение к капитану Пауле Рамбек. Я ей довольна. Как, по вашему мнению, она готова исполнять обязанности заместителя командира дивизиона?

– Думается, капитану Пауле Рамбек, капралу Игу Зирку, капралу Хильде Браун, – вашим новым кавалергардам может предоставлена высокая честь готовиться принять присягу Вольных кирасиров. Считайте это моим официальным мнением, майор Деснец.

– Я обязательно учту ваши рекомендации, полковник Мерсер.

– Тем вы меня несказанно обяжете, моя дорогая принцесса. Так же как и согласием принять приглашение к обеду миледи Вик Пэйюс. Умоляю вас и настоятельно прошу не пренебречь этим несомненно значительным событием в светской жизни Геоны.

– Надеюсь, я буду иметь удовольствие встретить вас, досточтимый шевалье Мерсер, на званом обеде в поместье Степпенфорд.

– Можете не сомневаться, моя дорогая принцесса. С каким бы подозрением и мнительностью ваш покорный слуга не относился к геонской кухне, мой долг и обязанность сопровождать вас и присутствовать на официальном обеде достославной леди сенатора Вик Пэйюс, имеющим место быть в воскресенье на следующей неделе по геонскому календарю. Знаете, ма шер, светские и дипломатические обязанности – наш крест и тяжелая ноша...

"Скрывая неудовольствие, милый доктор Анри Мерсер становится несколько велеречивым и занудным", – взяла на заметку Ден Деснец. В самом-то деле, великосветские обеды и пышные охоты на Геоне порой бывают довольно утомительными мероприятиями, требующими выдержки, хладнокровия и крепких желудков от их несчастных участников.

Ни принцесса Десниц, ни доктор Мерсер, счастливо обладавшие столь замечательными качествами, о предыдущем военном атташе Груманта по умолчанию не говорили. Зачем о нем плохо вспоминать, если он не выдержал тягот великосветской жизни Геоны? Мир праху его в тайной войне политических интриг и хитросплетений!

– Признаться, моя принцесса, с вами я могу поделиться некоторыми моими секретами и вкусами, какие наши прекраснодушные гостеприимные геоники вне всяких сомнений сочли бы по меньшей мере экстравагантными, если не сказать шокирующими.

Я не люблю натуральной пищи, принцесса. Так что мою кулинарную нелюбовь любой геоник счел бы отталкивающей чертой характера и пренебрежением боготворимого ими буколического образа жизни. Совсем уж отвратным им бы показались жизненные причины, по каким я брезгую натуральными продуктами.

Дело в том, моя дорогая, что натуральная пища таит в себе смерть. Поглощая мясо, насильственно убитого животного мы впитываем весь его предсмертный ужас, страшную агонию последних минут и секунд существования. Гормональная буря, бушующая в живом существе перед смертью, биохимически отравляет каждую его ткань, глубоко проникая в волокна мяса на клеточном уровне.

Во многих случаях гормоны и энзимы близкой смерти способны видоизменять не в лучшую сторону молекулярные структуры протеинов, жиров, углеводов. И эта сомнительная насущная пища нам предлагается, полагается для приема внутрь.

Человек, как известно, животное всеядное, постоянно потребляющее два десятка эволюционно необходимых ему незаменимых аминокислот, служащих мономерными звеньями для построения белков его тела. За исключением суперадаптантов Террелы, выращивающих в верхнем слое кожи бактерии-симбионты, фотосинтетически обеспечивающие тела носителей аминокислотами, обычно присутствующими в террагенетических злаковых растениях, биологически нормальным людям требуется пища, к какой мы приспособились за сотни тысяч лет эволюционного и социального развития.

Все же, в моем понимании, биологическая необходимость нисколько не оправдывает сложившихся социальных стереотипов в культуре питания человека. Вернее, в бескультурье, в неразборчивости в еде, заставляющих заглатывать чужую смерть и приближать собственную преждевременную кончину.

Специфически вредным для человека является мясо агонизирующих животных, подстреленных на охоте после долгой кровавой погони. Эти белки и жиры – концентрированная смерть в чистом виде. От нее вас не спасет никакая высокотемпературная кулинарная обработка.

Думается, не случайно средний возраст в диких племенах, пробавлявшихся в древности на праматеринской планете Земля охотой и рыболовством, не превышал 25 стандартных лет.

Рыба ведь тоже чувствует свою смерть на остром крючке, в панике мечется в сети, умирает от долгого удушья на берегу. Наверное, по вредоносности стоит сравнить пожираемую человеком плоть рыбы с мясом утопленника, задохнувшегося в воде от недостатка кислорода.

Смерть мгновенна, но ожидание неминуемой гибели длиться вечность для живого существа. Холоднокровные животные, как и теплокровные, во время этих страшно долгих минут и секунд сполна насыщают предсмертными муками и ферментами ткани их тела.

Чем скорее и неожиданнее наступает внезапная смерть животного, тем меньше вреда нанесет его плоть человеку, продляющему свое существование за счет преднамеренного убийства всего живого.

При этом, ма бон ами, нет ничего отвратительнее ханжества вегетарианцев, безосновательно утверждающих, будто они не питаются убиенными живыми созданиями. Растения тоже чувствуют свою гибель, когда необратимо разрушается целостность их тканей. Они в доли секунды посылают химические и электрохимические сигналы ужаса, опасности, смертельной тревоги.

Стоит срезать одно растение, сорвать плод с ветки, как немедленно другие плоды этого дерева, все растения того же биологического вида во саду ли, в огороде отравляют себя, чтобы нанести вред убийце растительной жизни.

Таков миллионнолетний эволюционный механизм, позволяющий растениям контролировать популяции травоядных животных, чтобы избежать тотального элиминирования прожорливыми созданиями, повсюду убийственно вытаптывающих траву, обгладывающих ветви и кору.

Оттого хищники, питающиеся травоядными, травят себя не только белками агонизирующего животного, но и непереработанными растительными ядами. Вероятно, поэтому срок жизни животных, кормящихся гниющей падалью, превышает долголетие живодеров. Так как вредные субстанции и продукты предсмертного метаболизма успевают разложиться под воздействием микрофлоры биоценоза.

Те же биосферные и экологические связи убийцы и его жертвы можно проследить во взаимоотношениях между людьми и выращиваемыми ими сельскохозяйственными культурами, мясоубойным скотом, мясным птицеводством и рыборазведением.

Разумеется, биохимические сигналы гибели убитых животных, энзимная самооборона растений имеют кратковременное воздействие. Они, на наше счастье, подвержены саморазрушению. Отсюда сухой растительный корм для животных и человека намного безопаснее, чем свежая химически активная зелень.

В определенной степени вредоносные последствия от употребления растительной и животной пищи, насильственно лишенной жизни, также уменьшает глубокая кулинарная переработка. Это происходит при температуре, обеспечивающей денатурирование белков и полное разрушение ферментов. Или же путем физикохимической обработки пищевого сырья ионами хлорида натрия, то бишь поваренной соли, являющимся мощным каталитическим реагентом.

Помогает также воздействие на сырье алкалоидами и щелочами, содержащимися в пряных растениях. Но здесь следует соблюдать определенную осторожность, поскольку данные вещества являются средствами химической самообороны растений от животных.

А пропо, ма бон ами, у животных и человека тоже выработана эволюционная защита от вредоносного воздействия сырой растительной пищи. Она состоит в разрушении ферментов алкоголем, этиловым спиртом, физикохимически образующемся в желудке человека при расщеплении растительного сырья.

Следовательно, питаться без спиртного вредно, моя дорогая принцесса, так же как и много пить, не закусывая, – прервал монолог доктор Анри Мерсер, взяв для изучения принесенную официанткой бутылку теллузианского кларета.

Одобрив год урожая и местность, где созревало вино, он отпустил официантку, сам откупорил и разлил кларет по бокалам богемского просветленного стекла.

– Вы не разочаруетесь, леди майор Деснец. Это доброе галльское вино веселит сердце человеческое. Особенно, если я навел на вас тоску моим пространным гастрономическим дискурсом.

– Почему же? Весьма познавательно. Но, неужели вы, считая натуральную пищу необходимым злом, принципиально не находите в ней пользы?

– Отчего бы и нет? Как и во всяком натуральном явлении, здесь тоже можно отыскать положительные моменты.

К примеру, натуральное сырье требует менее трудоемкой и не такой изощренной кулинарной обработки, как, скажем, синтетические блюда, приготовленные из генномодифицированной макроамебной биомассы, вечно живой и счастливо не ведающей о смерти.

К слову, геоники понятия не имеют о подлинной гастрономии. Им бы поскорее набить себе брюхо чем-нибудь полусырым смертельно-натурального происхождения. Вот на моей исторической родине наша теллузианская кухня славится кулинарной щепетильностью. В хороших ресторанах вам приготовят по предварительно заказанному меню практически любое блюдо, существующее в цивилизованной Эйкумене.

Уверяю, вам понравится. Разумеется, если вы не предубеждены против безопасной синтетической органики, воспроизводящей животное и растительное сырье.

Очень многим поведенческие установки ложного самосохранения диктуют: жрите, насыщайтесь тем, что для вас приготовила биосфера в натуральном и сыром виде. Чем попало и чем придется. Иначе-де не выжить.

Поэтому синтезированную пищу как продукт, будто бы происходящий не от аграрного мира сего, многие неосознанно воспринимают как нечто алхимическое, ирреальное, не способное удовлетворить первичную материальную потребность в пищевых калориях. Однако рациональное питание есть не более чем разумный способ получения необходимой энергии для поддержания биологического существования.

Согласен, следует учитывать и эстетическую сторону вопроса. О вкусах гурманов не спорят, но как объективная наука гастрономия ничем не хуже, скажем, астрономии...

– Доктор Мерсер, вы так и не ответили на мой вопрос о светлой стороне столь бескомпромиссно осуждаемого вами явления. Ну-ка немедленно, а то ваша капризная и взбалмошная принцесса ужасно рассердится, быстро расскажите мне о вкусной и здоровой свежей пище!

– Пожалуйста, принцесса!

Вот у древних воинов-троглодитов существовало поверье, что одолев в яростной схватке один на один могучего врага, не испытывающего страха перед противником, будь то медведь или тигр, нужно в единый миг вырвать у него сердце, желательно голыми руками, и сию же секунду съесть его. Дабы храбрость и отвага зверя передались победителю.

В этом примитивном веровании, ма бон ами, имеется рациональное биохимическое и медицинское зерно. Воинствующие эндорфины, выделяемые железами внутренней секрекции храброго зверя, погибающего без страха и упрека, не желающего признавать смерть, отрицающего ее всем его существом, действительно, являются мощным стимулирующим средством.

Со временем в силу опыта и наблюдений, присущих воину-человеку, вооруженному разумом, свежая гормональная подпитка стала одним из методов психофизической подготовки.

Скажем, победив бесстрашного противника в рукопашном бою на мечах триумфатор в один присест вырезал и съедал печень из неостывшего тела, покуда полезные вещества не успели разрушиться. Равным образом шли в моментальное употребление половые железы и мозг с честью сражавшегося врага.

Несъеденные останки храбрецов хоронили с почетом. В то время как тела и внутренние органы трусов, пропитанные страхом и смертью, понятно, никому не были нужны. Их бросали на поле боя, оставляя на поживу падальщикам.

Страх вреден для здоровья, тогда как смелость и доблесть, моя дорогая принцесса, безусловно полезны в любом биохимическом виде.

Примерно так же действует боевой гормональный контроль. На то у Вольных кирасиров медицинские браслеты, у меня и у вас на запястье, майор Деснец, мэм. Искусно синтезированные гормональные препараты позволяют нам не прибегать к столь радикальному психофизическому средству из натурального класса вкусной и здоровой пищи. То есть не питаться сырой печенью и свежими мозгами тех храбрецов, у кого хватило отваги и героизма сразиться с Вольными кирасирами.

Добыча таких натуральных продуктов, надо сказать, небезопасна. Победить равного тебе без потерь и урона не всегда возможно.

Возможности ограничивают наши желания. Следовательно, дорогая принцесса, отлично приготовленной и хорошо сервированной синтетической пищей питаться значительно безопаснее и полезнее для вашего здоровья.

Я ответил на ваш вопрос, ма бель Дени?

– Более чем, шевалье Анри! Давно хочу вам сказать, вы замечательный полемист, месье Мерсер...

Давным-давно, Ден Деснец уж не помнила когда, было поэтически отмечено насчет того, что нам гибелью грозит. Чем больше человеку говорят о смертельном вреде чего там либо, тем скорее ему хочется нанести этот самый погибельный вред, чаще всего тому, кто поближе. То есть себе самому.

Так заядлого курильщика, чуть он услышит о смертельном вреде никотина, смолы и табачного дегтя, содержащихся в сигарете, сию секунду неодолимо тянет с наслаждением закурить. Ничего не поделаешь!

Ничего тут не попишешь, если принцесса Деснец, распрощавшись с доктором Мерсом вернулась домой и дрожащими нетерпеливыми руками извлекла из холодильника свежемороженый бифштекс с кровью размерами с былинный древнерусский лапоть. Долгих 5 минут наша героиня голодными глазами пристально следила за таймером термоионной кухонной печки, дожидаясь, когда же, когда же бифштекс обретет необходимую ароматно-поджаристую готовность сверху и снизу.

Употребленное на сон грядущий мясное излишество и бургундское медиафриканского разлива Ден Деснец собиралась компенсировать завтра, на утренней 10-километровой пробежке и последующей физподготовке.

"Может, не стоит? А-а-а... Пошли они вон! Я жрать хочу...

Сырой мясной фарш с перцем по-саксонски я пробовала. Нужно у Бибака спросить о блюдах из сырой печени...

Надо же... печень в бою... Наверное, вкусно... С тертым хреном. Этическая сила..."

На следующей неделе боевая тревога настигла майора Деснец и полковника Мерса посреди званого обеда в Степпенфорде в разгар традиционно длительного, скорее, уже весеннего прощания с зимой по геонскому великосветскому календарю.

Принцесса Деснец, сославшись на дамское нездоровье, вскоре раскланялась с миледи Пэйюс, вызвав толки и пересуды среди трех сотен гостей Степпенфорда. Засуетились маститые светские хроникеры, больше всех понимающие в жизни богатых или знаменитых.

Большинство знатоков-жизнеписцев решило: обворожительная принцесса Деснец влюбилась или даже вновь собралась стать мамой.

Знаете, она так похорошела... Да, я тоже это отметила. Интересно, кто же ее таинственный избранник?

Те же из гостей миледи Пэйюс, для кого происходящее составляло часть известных им одним государственных тайн, не сочли уместным будоражить общественное мнение и вызывать ненужное беспокойство среди непосвященной публики. Подобно майору Деснец и полковнику Мерсу они могли незаметно принять сообщение и без тени тревоги продолжать наслаждаться званым обедом из многих перемен блюд.

Полковнику Анри Мерсеру тоже вроде бы не было нужды вскакивать из-за стола по тревоге. Пусть ему очень хотелось поскорее распроститься с неподдельным и по-геонски естественным гостеприимством званого обеда, он не сразу уединился с охраной в курительной комнате, где за личным терминалом защищенной связи принялся лихорадочно изучать вводные и вызывать нужных ему людей.

Спустя 10 минут временно исполняющий обязанности военного атташе Груманта полковник Мерсер, ни с кем не простившись, покинул поместье Степпенфорд. Кинувшихся ему вдогонку масс-медиаторов решительно отсекли его бодигарды.

Гости миледи Пэйюс недоумевали. Это так непохоже на галантного и учтивого шевалье Анри Мерсера. Рассказать кому – не поверят, но дипломатичный военный атташе Груманта на сей раз пренебрег этикетом и учтивостью.

Трудно сказать, с какими чувствами он покидал великосветское геонское общество. Как бы там ни было, от должностных обязанностей заместителя командира бригады "Стилет" его никто официально не освобождал приказом по Главному штабу Вольных кирасиров.

Будучи исчерпывающим образом в курсе дела, посол Пит Бибак глубоко вздохнул и пожелал не утвержденному в должности дипломату Анри Мерсу счастливого пути и скорого возвращения с победой. На прощанье боевые друзья обнялись у входа в 4-й транспортно-шлюзовой терминал астрорейдера "Князь Кутузов".

ГЛАВА 20

НАСТУПАЕТ ЛЕТО, НАСТАЛ МЕСЯЦ БЫКА

Миледи Пэйюс несоизмеримо больше, нежели полковнику Мерсу или майору Деснец, хотелось побыстрее расстаться с гостями Степпенфорда. Если бы она могла себе это позволить, немногие из приглашенных отобедать встали живыми из-за стола.

К ее великому застольному огорчению, такую вот театральную кровожадность в геонском высшем обществе сочли бы возмутительным нарушением приличий и правил хорошего тона.

Возможно потому, в виде замещения того, что видит око да ствол неймет, в продолжение двух мучительных часов леди сенатор Вик Пэйюс красочно представляла, как и каким оружием она драматически разделается с наиболее ненавистными сотрапезниками. Но нестерпимо долгое время ей пришлось играть трагическую роль радушной хозяйки: мягко улыбаться застольным речам, мило смущаться от комплиментов, а благожелательные добродушные взоры расточать по секторам огня.

Трагедию неудовлетворенных тайных желаний миледи Пэйюс переживала в глубине мятущейся души, в то время как ей убийственно хотелось созвать экстренное заседание "Комитета 18-ти". Но и это в настоящих условиях ее соратники сочли бы непростительной слабостью, не допускающей извинений.

Пришлось удовольствоваться сдержанным обменом мнениями с командующим Роу, немного задержавшимся, чтобы попрощаться с хозяйкой после того, как прочих гостей удалось благополучно выпроводить и выставить из Степпенфорда.

Как ни огорчительно для миледи Пэйюс, приглашенные ею на званый обед леди и джентльмены, смогли покинуть поместье. Без тяжелых ранений и увечий, не совместимых с жизнью.

Жизнь продолжается, дорогие леди и джентльмены. Начался новый сезон. Мимолетно сменяют друг друга времена года, но обычаи и нравы подвержены лишь медленным изменениям. В полном соответствии с геонским политическим календарем мирная праздничная зима ушла, настали будни и лето войны в 824 году в месяце тауруса-быка.

Зимой и летом иррегулярная гвардия Геоны неизменно на страже и наготове. Гвардейский командующий генерал-лейтенант Джошуа Роулинсон на званом обеде у леди сенатора Викторайн Пэйюс нисколько не уступал в боеготовности подчиненным и ему подначаленным. В любую секунду он мог отразить нападение, демонстрируя при этом выдержку и хладнокровие, ничуть не меньшие, чем у противника, пытающегося его оконфузить, обезоружить или охватить с флангов.

Являясь непримиримыми идеологическими в недругами, миссис Пэйюс и мистер Роу с незапамятных времен сражались между собой на глобальных и конфедеративных фронтах, лично участвуя в боевых политических действиях во время избирательных кампаний, парламентских слушаний, ток-шоу и предвыборных дебатов в масс-медиа. На великосветских раутах и обедах они также наступали и оборонялись.

Как должно испытанным бойцам, Пэйюс и Роу далеко не сразу приступили к послеобеденному сражению. Наподобие вoитeлeй древности, перед решительной схваткой распалявшиx себя бранью, осыпавшиx оскорблениями неприятеля, надеясь его смутить и вывести из равновесия, сенатор Пэйюс и генерал Роу принялись метать друг в друга отменно вежливые фразы, имеющие то же бранное значение и смысл.

Форма не важна, когда главное суть то, что стоит за содержанием словесных формул.

Совершив похожий на артподготовку взаимообмен светскими любезностями, благодарностями, деликатными извинениями, тo ecть, разгорячившись, разогревшись, соперники обнажили оружие. Первой нанесла удар миледи Пэйюс:

– Хочу вас уверить, мой дорогой генерал Роу, законопроект о формировании миротворческих конфедеративных сил на основе соединений иррегулярной гвардии встретил в комитете по обороне весьма и весьма благонамеренное отношение. Не могу не сообщить вам приятное известие: ваш законопроект будет вынесен на рассмотрение сената с самыми несущественными поправками...

Не могли бы вы взаимообразно поделиться с дамой вашими соображениями, чем вызвана недавняя срочная передислокация группировки немедленного реагирования конфедеративных сил флота и спейсмобильных войск?

Джо Роу успешно отразил выпад, заверив Вик Пэйюс, будто бы о сигнале тревоги, принятом три часа назад из солярной системы двойной Террелы о нападении военно-космических сил неопознанной принадлежности и астероидной бомбардировке планет, ему известно не больше, чем ей. Всего лишь из официального коммюнике Объединенного штаба он знает о том печальном событии. И так же, как и дорогая леди сенатор, он с беспокойством и нетерпением ожидает дальнейших сообщений о стратегической расстановке сил в том секторе пространства-времени...

Оставшись наедине со своими стратагемами, Мадам Разведка была несколько разочарована тактической стойкостью и мужеством командующего Роу, не уступившего ей ни пяди в обороняемых им стратегических порядках. Однако же намерения обороняющегося противника ей ясны.

Временный отказ от штурма хорошо укрепленных позиций противника не есть поражение и утрата инициативы. Поэтому подождем подхода резервов и попросим союзников о содействии.

Если противник в глухой обороне, вам прямо-таки уготован выигрыш в темпе. Тем лучше сенатор Пэйюс сумеет подготовиться к завтрашней встрече с генералом Бибаком. Тем тщательнее обдумает и согласует с коллегами по "Комитету 18-ти", что и как следует сообщить послу Вольных кирасиров.

Стратегически и тактически, в политическом и деловом отношении обстановка в системе двойной Террелы ее уже не очень волновала.

"Дело, вероятно, сделано, леди и джентльмены. Уповаю: хорошо и чужими руками. Воздадим должное врагам нашим, чужим и вашим..."

Вне рамок нынешних, а также грядущих политических хлопот и забот леди сенатора находились количество сверхновых стратегических астрорейдеров особого назначения Либерты и Асанти, нанесших ужасающее поражение объединенному военно-космическому флоту Террелы-А и Террелы-Б.

Обо всем, об общей стратегической картине всего происходящего, об оперативных деталях, о тактических подробностях, состоявшихся за килопарсеки от них батальных событий наблюдатели со стороны узнают намного позднее. Да и сами военачальники и командиры, напрямую участвующие в боях и сражениях, могут лишь впоследствии сравнить и сопоставить свои решения и впечатления с данными незнакомых им разведсводок, текстами приказов противника, с боевыми донесениями взаимодействующих сил, уже проанализированными и обобщенными в генштабах и соответствующих организационных структурах оперативно-планового управления.

Военное многословие, сотни тысяч страниц приказов, наставлений, уставов, инструкций, регламентаций и методической аналитики суть не армейское тупоумие или бессмысленная рутина, а сущностная необходимость боевых технологий и нормативов, обеспечивающих догматичную предсказуемость эффективных результатов военных кампаний и сражений. Тогда как хорошо разработанные тактические планы и замыслы, доступно доведенные до подчиненных, делают оперативное искусство совершенным по исполнению и качеству.

Добросовестные военачальники, их штабы обязаны в плановом порядке количественно свести к минимуму неблагоприятные вероятности и обернуть в собственную качественную пользу неизбежные случайности. Иначе в любой войне были бы лишь две проигравшие стороны, а победителем оставался кто-то неизвестный третий.

Иное тоже порой дано, и так тоже на войне случается. Но данная концепция "третьего радующегося" не имеет какого-либо отношения к военному искусству, поскольку полностью относится к сфере спонтанной политики со многими неизвестными, исключающими априорную технологичность и безусловную исполнительскую дисциплину четких военных решений.

Плох или хорош многостраничный приказ, длинное распоряжение, краткое решение военачальника – они не подлежат отмене в результате продолжительных дебатов и обсуждений. Кто и почему случайно или вероятно окажется военным преступником выясняется только после войны.

Исполнителям о том думать не полагается. Излишне рассуждающих и сомневающихся на войне расстреливают, чтобы дисциплину и моральный дух не разлагали.

Во время боевых действий рефлексии и угрызения совести отнюдь не помогают неуместно интеллигентствующим мыслителям выжить и уцелеть при исполнении приказов вышестоящих, – не сомневался в правильности собственных действий, обеспеченных стратегической внезапностью, командующий эскадрой особого назначения асантийский адмирал Ош Кванго.

Его первая атакующая группa из 5 кораблей под видом пришельцев связала боем 8 астрорейдеров двойной Террелы, прикрывавших ближние зоны входа в гиперпространство. Адмирал Кванго уверен: как гравиметрические силуэты его астрорейдеров, так и параметры используемого им оружия окажутся полной неожиданностью для террелианцев, застигнутых врасплох внезапной атакой немедленно после входа эскадры в релятивистское пространство.

Вторым фактором внезапности, деморализовавшим террелианское командование, стало появление из оперативной глубины, из третьей точки нуль-перехода наводящего ужас плотного роя астероидов, разогнанных до половины скорости света и нацеленных на планеты Террелла-А и Террела-Б.

Террелианские астрорейдеры, не избирая приоритетов, без необходимой концентрации сил и средств, отражали атаку чужаков, одновременно пытаясь в отчаянии защитить свои обитаемые планеты. Героическая попытка отбиваться не кулаками, а растопыренной пятерней не могла принести сколь-нибудь значимый результат поначалу растерявшимся террелианцам.

Семь их астрорейдеров в составе соединений передового дозора и немедленного реагирования были полностью уничтожены. Один вышел из космического сражения со значительными повреждениями.

Четыре террелианских астрорейдера, находившиеся во втором эшелоне солярной обороны, совершили безуспешную попытку атаковать эскадру адмирала Кванго, потерявшую один корабль в ходе битвы, развернувшейся в секторе между пятой и шестой планетами системы.

Второй поврежденный асантийский астрорейдер рванулся прикрывать отход основной группы стратегических астрорейдеров и вспомогательных кораблей эскадренной поддержки. Мужественно пожертвовав собой до последнего человека, так как никто не смог эвакуироваться, команда астрорейдера, погибшего в аннигиляционной вспышке, дала возможность разогнаться своей эскадре и уйти в гиперпространство в зоне, где по данным современной астрогации считалось абсолютно невозможным совершить оперативный нуль-переход.

Таким образом мнимые пришельцы из межпространственных бездн восвояси покинули планетную систему двойной Террелы. Но террелианцы не успели перегруппироваться.

На смену ретировавшемуся противнику появился новый неприятель. Из третьей зоны гиперпространственного перехода в солярную систему Террелы-А и Террелы-Б ворвались военно-космические конфедеративные силы Геоны и союзников. По ошибке, вполне объясняемой неопровержимыми астрогационным и астрофизическим данными, 24 союзных астрорейдера предприняли решительную и бескомпромиссную атаку против пяти террелианских кораблей стратегического резерва, принятых ими за агрессивных пришельцев.

Окружив и полностью пустив в звездный распыл спейсмобильные силы и флот неопознанного противника, союзники бросились на защиту планет Террелы-А и Террелы-Б от сил вторжения. Гравиметрически и оптически с астрономических и баллистических позиций конфедеративных сил это выглядело именно вторжением неопознанных сил в околопланетные секторы пространстве-времени.

Тем временем основная масса сотен астероидов различных размеров, увеличившись в количестве после неудачной попытки террелианских астрорейдеров рассеять их на передовых рубежах, приблизилась на расстояние действительного орбитального огня наземных сил планетарных обороны. Многовекторную баллистическую атаку не удалось эффективно отразить с поверхности планеты, несмотря на стремление союзного флота, поспешившего предотвратить десантирование неизвестного противника.

Именно так предположили на флагмане объединенного штаба спейсмобильных сил под командованием генерал-полковника Сайма Кэпса. По мнению союзников, астероидная атака являлась кинетическим прикрытием и должна непосредственно сопровождаться эшелонированной высадкой на поверхность двух планет войск, по всей вероятности, экстратерранского противника.

Как позднее подсчитали в штабах, кинетическая атака из космической глубины уничтожила до трех четвертей гражданских объектов и до 40 процентов военного потенциала террелианцев. Их потери среди гражданского населения и личного состава вооруженных сил не поддавались сколь-нибудь приблизительным подсчетам по причине дальнейшего развития и взаимовлияния военных событий.

Большая часть полушарий обеих планет, оказавшихся на встречной орбитальной траектории на пути скопления астероидов, претерпела ущерб и урон ранее невообразимых космогонических масштабов. Например, на Терреле-Б по окончании боевых действий насчитали 123 астроблемы диаметром от 3 метров до 45 километров.

Если бы не террелианские укрепленные районы планетарной противодесантной обороны, обе планеты могли бы непредсказуемо изменить свои орбиты немедленно после обрушившегося на них многочисленных кинетических ударов из космоса. Под воздействием сосредоточенного оборонительного огня с поверхности примерно две трети астероидов оказались расколоты или превращены в мелкие безопасные обломки, сгоревшие при входе в плотные слои атмосферы.

Но и без того планетам выпала ужасная судьба испытать серийные сотрясения планетарной коры, превышавшие по силе классическую рихтеровскую шкалу сейсмоизмерений, циклопические вулканические извержения и цунами, вздымавшиеся на высоту в сотни метров на гребнях береговых волн.