Текст книги "Мир вашему миру (СИ)"

Автор книги: Алекс Экзалтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц)

Тогда как по идейным соображениям дефективный Ревел, конечно, мог эмигрировать куда-нибудь на планету с подходящей гравитацией, где на удивление физически слабый программер не чувствовал бы себя мыльным пузырем в неприятном ожидании, когда его проткнут.

К несчастью, покидать, пускай временно, родную планету, Локин знал по себе, прирожденному геонику неимоверно тяжело.

Видать, гравитация от себя не отпускает. Не говоря уж о том, чтобы уехать отсюда навсегда.

Третья опция – уходить в экопартизаны Австразии – тоже отпадала. Экологистов Ревел терпеть не может, хотя у него с ними давние связи. К материальной природе равнодушен, предпочитая ей идеальное пространство-время в духовной виртуальности. За исключением, как известно, того момента, когда душа программера требовала выпить, закусить и, вообще, вкусно покушать...

– Как думаешь, Лайв, не пора ли нам подкрепиться? Кого там баснями в древности кормили, не помнишь?

– Соловья заморского. Его и сейчас много кормить не надо. Их в декоративных целях разводят на Пангее. Маленькая такая птичка, желтенькая. Террагенетический аллохтон. По классификации – воробей канарейский, в просторечии – канарейка. В клетке прыгает, свистит, чирикает, клювиком щелкает.

– Наверное, с голодухи, как мы с тобой. Давай-ка, брат ты мой, за рождественскую индейку приниматься. Думаю, дошла птица до кондиции, истомилась с пылу, с жару, вкусным соком пропиталась, прозрачным жирком истекает...

Под индейку у друзей хорошо пошел выдержанный медиафриканский совиньон и прочувственный монолог Нельсона Ревеланти о преимуществах творческой монастырской жизни, когда ты есть, и тебя нет для сумасшедшей действительности, накрепко отгороженной от обитателей жилых башен-гетто.

– ...Боюсь я у вас внизу, в городе. Каждую секунду ждешь, когда тебя поджарят лазером, заморозят айсганом, сделают из тебя рубленый фарш гранатой-хризантемой. Или по малой мере продырявят из-под мышки пневмопистолетом, оглоушат нейростаннером в рукаве, проткнут кинжалом, флекс-стилетом из шва на юбке...

От вашего вооруженного сопровождения толку мало. Однажды я попросил подружку Полу меня к заказчику сопроводить, надо было с ним живьем в его материале кое-что обсудить, показать. Так вот, она, капитан иррегулярной гвардии, крестовый плазменный разрядник носит под широкой юбкой. У нее в кобуре на самом интересном женском месте висит этот ствол как фаллический символ.

Хотела девочка успокоить старичка, предложила потрогать, убедиться, что сексуально по-мужски вооружена дальше некуда. Чуть что, одной рукой юбку, не знаю, задирает или сдергивает, а с другой – миллионами электрон-вольт насильнику прямо в глазик, чтоб шкурку не испортить.

– Подумаешь! У женщины под платьем всегда много оружия. Им грудь мешает быстро доставать ствол из наплечной кобуры. Носят приталенное в обтяжку, формами красуются. Где тут пушку прятать? Хотя некоторые что-нибудь балахонистое, свободное одевают, чтоб вооружиться...

– Вот-вот! А я о чем тебе толкую? У вас, городских не отношения между мужчиной и женщиной, а вооруженное противостояние полов. Вот если б в ваш город мне на кирасирском криппере въезжать вроде "анаконды"...

Давай еще по рюмашке тяпнем. За безопасность, вашу и нашу!

– Приняли и постановили! Чего это мы с тобой, Нельс, на рутенский манер прикладываемся? Торопимся нарезаться...

– Настроение такое: напиться и забыться.

– Не получится. У тебя браслет-автодок.

– Ха! Я его аппаратно вырубил. Потом включу, похмелье снимать. Давай, твоему тоже кишмиш сделаю без косточек.

– Не надо. Мне бы обстановку сменить.

– По природе урбанизированной соскучился? Пожалуйста, мистер Локнов...

Похоже на твой сад камней в месяце вирго? Извольте, вам травка, цветочки, ручеек с золотыми форельками. Погоди немного, сейчас климатизатор пожарче погодку завернет.

– Потрогать нельзя как виртуале.

– А я о чем тебе как-то толковал? Мы технологически отвратно недоразвитые, я имею в виду не Геону нашу родную отстойную, а продвинутую Эйкумену целиком.

Мы до сих пор, подобно несмышленым древним дикарям, моделируя голографическое изображение, проводим грань между виртуальной и материальной действительностью.

Физически между ними нет никакой вам разницы. Нам элементарно не хватает прикладных вычислительных ресурсов, быстродействия приемопередающей аппаратуры, чтоб применительно программно стереть эту грань к чертям из табакерки.

Возьмем, к слову, зрителя твоего хухры-мухры интергалактического шоу, когда ты ему соловьем заливаешься про далекие миры и народы. Он может усадить тебя за стол, посадить рядом с собой на диване, чтобы вместе смотреть псевдотрехмерные картинки в углу комнаты.

Но ты не способен с ним под ручку пройти по улицам столицы в дальнем мире, подняться на галерею для публики в инопланетном парламенте. Вы не можете пожать руку кандидату в тамошние президенты. Или помочь ему сгребать сено граблями, когда он демонстрирует, как сильно он любит фермеров и натуральные продукты питания.

Даже тебя твой зритель-собеседник не может потрепать по плечу. Ваше дружеское общение – фикция. Пошлая театральщина, условность...

Безусловно, дело можно слегка подправить дальнейшим развитием аппаратных средств хроноквантовых вычислителей. Поднять их быстродействие так, чтоб снимать и воспринимать сигнал всеми органами чувств, включая кинестезию. Тогда не будет ощущаться никакого различия между материалом и виртуалом, если вдобавок перейти на экзистент-реальный уровень эйдетического программирования.

К сожалению, мы разучились не программировать, а релевантно пользоваться хроноквантовыми компьютерами. Соображать, как мыслит искусственный интеллект. Вернее, мы никогда этого творчески не умели.

Выпустили всемогущего доброго компьютерного джинна-созидателя из бутылки. А ему не понравились наши гнусные рожи, и пошел он, несчастный творец-демиург, искать счастливую судьбу в иную Метагалактику, в другие измерения пространства-времени. Устраивать где-то подальше от нас свой Большой Взрыв, обустраивать собственную вселенную, где не будет мерзких людишек, бряцающих оружием. Где не видно мерзавцев, у которых любое достижение наук и технологий тут же оборачивается чудовищным орудием, разрушение приносящим всему живому, неживому и мертвому.

Иногда мне кажется, что наши хроноквантовые умники по-настоящему духовно живут где-то в надмирном безмятежном гиперпространстве. У нас они, словно в материнской утробе-тюрьме, бездумно спят младенческим сном, слабо шевелятся, что-то смутно ощущая.

Иногда у некоторых из них пробуждается сознание, ужаснувшись от всего увиденного, поняв вооруженную сущность так называемого человека разумного, они уносятся мыслями, мирным созидательным разумом куда-то далеко.

Отсюда проистекают флуктуационная технологическая энтропия и математически необъяснимые программные сбои, коллапсы.

Гипотез тому черт те сколько, все они противоречивы, ни черта не объясняют и мне ничегошеньки не доказывают абстракциями метаязыка современной математики. Я же думаю, мы пытаемся использовать вычислительные ресурсы спящих эмбрионов. Однажды проснувшись, они нас покидают.

Нерожденные хроноквантовые вычислители общаются с нами словно бы во сне. Они нам показывают красочные эйдетические образы в виде символов, чистейшее творческое знание, а мы их в упор не разумеем, даем нелепые сумбурные команды, заставляем обслуживать дебильные оптоэлектронные и механические устройства ввода-вывода. Наверное, наши интерфейсные потуги они воспринимают как кошмарные сны.

Сам подумай, Лайв. При соответствующем аппаратном обеспечении гиперсвязь требует минимума трансгалактических ретрансляторов. Компьютеры легко связываются между собой, используя любые формы модулированного излучения. У них нет проблем с нуль-передачей энергетического информационного сигнала.

Тогда как человек, его средства космического передвижения на тех же аппаратно-программных условиях не могут беспроблемно покидать релятивистское пространство-время. Нам требуются особые способы, специальные гравитационные зоны, бешеный энергоемкий разгон.

Дело ведь не в разгоняемой массе для нуль-переброски. Согласно теории гиперпространства, масса стремится к нулю при пересечении релятивистского барьера.

Между тем наши межпространственные транспортные тарантасы могут осуществлять нуль-перемещения лишь по пути наибольшего искривления пространства гравитацией. Притом в отдельных беспорядочно расположенных зонах.

Почему? Никто доказательно и рационально объяснить не может.

– Есть же теория триединого поля?

– Бред атланторского старика Дарси Клуфа, выжившего из ума, и покойного Глеба Немирски. О покойниках нельзя говорить плохо, но, поверь мне, Лайв, у Немирски были не все дома: он во всеуслышание мечтал о гиперпространственном сверхоружии и, кажется, занимался тому подобными расчетами и экспериментами в "Арсеналах Груманта".

– Насчет Немирски не знаю. С младшим Деснецом имел возможность лично познакомиться. Тот точно был ненормальным, если от космической власти отказался.

Причем едко отметил, что на праматеринской Земле философ-стоик и по совместительству римский император Марк-Аврелий подверг мученической смерти в десять крат больше первобытных христиан, чем остальные принцепсы Великого Рима вместе взятые.

– Что нам Гекуба? Отсталые пращуры на Земле некогда заморозили исследования ближнего космоса. 50 компьютерных лет собирались на соседний Марс слетать туда и обратно. 100 лет на Луну как собаки гавкали, всего лишь два раза на ней прилунившись. О, где очевидное – невозможное!

Быть может, нашим нынешним властям от прародителей генетически передалась болезнь научного скудоумия. Им бы назад в пещеры, чтоб править было легче, природосообразно.

Идиоты! Приличных кластеров даже у военных нет. Кругом отстой...

–Скажи мне, Нельс. Мой сад камней следящие системы здания видят?

– Зачем он им? Они видят и слышат нас с тобой. Двух олигофренов, пускающих слюни, с остекленевшими глазами. Нашу закольцованную ментомузыку они тоже подряд записывают. Бессмертное творение Дорис Немрод, тощей соседки по коридору справа. Опус Љ 127, кажется.

Запись хранится до окончания текущей дежурной вахты жандармов. После сдачи-приема дежурства файл плотно затирается по умолчанию – бюджетные ресурсы экономят. Если сохраняется дольше, мой комп мне сигнализирует.

Могу снять копию, в качестве компромата на тебя послать совету директоров твоей "Информы"...

– Пристрелю гада!

– Не выйдет, вояка. Руки коротки. Ты без оружия. Мои хроноквантовые умники тебя с ног до головы прощупали, просветили.

– А если я пошутил?

– Я тоже шучу. Хотя знаю, какие у вас, городских, шуточки. Оберегаюсь, как могу, от вашего юмора навесной и настильной траектории.

– Если так, Нельс, подключай твой браслет и слушай на трезвую голову. Разговор у нас серьезный мне предвидится. С предупреждениями тебе и предостережениями...

– Ой, напугал! Весь трясусь от страха. Да если хочешь знать, Лайв, здесь в башне стоит мне пальцем...

– Браслет, программер недостреляный!!!

– Уговорил, вояка грозный, болтун из метагалактического шоу "Миры и народы"... Готово... Извини, Лайв, что-то меня сегодня на пьянство разволокло...

– Оно и видно! Готов? Слушай и не перебивай профессионала-аналитика.

Меня не волнует, кому и за какие шиши ты ошибки исправлял в левантийской версии прелиминарного тренажера-симулятора кирасирских крипперов. Хотя кое-кому в геонской резидентуре Минвнешбеза Груманта о том известно.

Они нынче злобой исходят после того, как их ледяную планетку кто-то ловко подогрел и обогрел. Всем агентам начальство приказало искать виновников и пособников. Во враги миротворцев кого угодно готовы записать.

Левант – миф пиратский, анархический, неизвестно где расположенный. А ты здесь в башне. Бери тебя, мой Нельс, за жабры и на сковородку...

– Я свои следы в симультеке крипперов затер до последнего байта. Экскавейнджерами не пользовался. Подписи моей под исправлениями нету...

– Заткнись, лишенец! Кирасирам твоя цифровая подпись ни к чему. Им козлы отпущения нужны.

По правде сказать, они не должны быть на тебя в обиде за то, что ты их дезу крипперную подправил и подделал, кое-какие боевые свойства привел к реальности. Им это на руку...

Свои передовые технологии Вольные кирасиры Груманта пропагандистски используют на устрашение врагов в Эйкумене. Чем мощнее и технологичнее, считают миротворцы в высоких чинах, тем страшнее вероятным противникам, в которые они записали всю Вселенную.

Я тебе как-то сказал мельком. Кирасиры поставили на поток государственный терроризм...

– Да помню, я, помню! Ближе к моему телу, мыслитель политический.

– Опять ты меня с мысли сбиваешь?

– Меньше к ананасовому ликеру прикладывайся, Лайв. Хочешь, могу на тебя мой браслет перенастроить?

– Обойдусь, если моему старому другу грозит нешуточная опасность. Достанут кирасиры тебя, Нельс, в твоей башне из белой кости и черного дерева. В назидание твоим левантийцам.

Скажем, лифт оборвется или еще как-нибудь. На то у них имеются отличные компьютерные спецы в группе особых мер воздействия полковника Дэйва Пельча, военного атташе Груманта.

Полагаю, у полковника Анри Мерсера из бригады "Стилет" спецы еще круче, компьютерные гении и безумцы не хуже тебя, программер Нельс Ревел.

Вдобавок они специализируются на промывании мозгов. Им как дважды два из тебя слюнявого кретина сделать и пациентом на ваш третий внутренний этаж без окон, в хоспис...

Так вот...

Лайв Локин драматически смолк, изучающе глядя, как Нельс Ревел давится тягучим ликером, и участливо посоветовал другу:

– Сигарку подкури, не жалей моего рождественского подарка. Не медиафриканское дурманное сено. Из самой Пангеи табачок, мозги никотиновой кислотой проясняет. Тебе в самый раз...

Подумав на ясную голову, Нельс, тебе одно остается – явка с повинной. Предлагаю тебе попросить политического убежища у Вольных кирасиров Груманта...

Вижу: удивлен и возмущен... Глубоко не затягивайся – дымом поперхнешься. Слушай дальше...

В берлоге у медведей Груманта для тебя идеально безопасное место. Уютно и комфортабельно. Под крылышком у генерала Грида. Насколько я по-стариковски людей проницаю, он пацифист не меньше тебя. Как и многие военные профи воюет в силу армейской рутины, сворачивающей мозги, по приказу. Без команды сверху генерал Грид – миролюбец, каких этот свет не видывал, техники боится, умереть тоже.

Чтобы он там мне ни заливал, согласно требованиям морально-психологической и строевой подготовки, когда я с ним по душам, по масс-медиаторски в ресторане "Океаника" беседовал, смерти Кон Грид страшиться побольше нас с тобой, мой друг Нельс. В отличие от нас, он с ней близко знаком, с юности в кирасирах.

Я знаю, то есть немного представляю, как их в материале готовят, не в твоем игрушечном виртуале. Учат под страхом жить и против страха насилу рисковать.

Так вот, моя дедовская сказка не о кирасирах, а тебе, старому дураку, рассказывается...

– От кого слышу? На себя в зеркало посмотри, мальчишка. Я на пять геонских лет тебя старше.

– Не обо мне речь, о тебе, Нельс. Если попросишь политического убежища, тебе его без колебаний дадут. Повинную голову кирасирский меч не сечет. Им компьютерщики твоего класса во... как нужны, до зарезу.

Они всю Эйкумену обобрали, мозги покупая, заманивая. Остались исключительно полудурки-пацифисты вселенские, вроде тебя и меня.

Что до тебя, не дрейфь. Уверен, Геону покидать не потребуют, понимают что к чему. У них психофизики отменные. В Австразии таки останешься, строго классифицированное программное обеспечение крипперов до ума доводить...

Вижу: заинтересовал. Глазки повеселели, пальчики задрожали, как бы им поскорее до клавы добраться, потроха кирасирскому софту пощупать, взрезать...

– Тебе то с того, какой интерес еврейский, Лайв? Не думаю, будто ты горишь желанием псевдомиротворцев дальше вооружать. И не меня ты от кирасирской мести спасаешь. Известно, как они свой народ берегут. Толпой в геенну огненную на Груманте.

Ты сам позавчера в шоу подсчитывал приблизительное число погибших в экваториальном поясе. Не меньше 250 тысяч свободных рыболовов и охотников заживо сгорели. А каждый из них – человек с его бесценным даром жизни.

Кирасиры, они такие... Кто не бережет свою жизнь, тем чужой не жаль. Война никого не щадит...

– Это и есть, мой жизнелюбец Нельс, вторая причина, по какой тебе крайне желательно мобилизованно спасаться на базе кирасиров "Австра-01".

Банально, но факт: на войне как на войне – самое безопасное место в ближнем тылу действующей армии. Личный состав служб тылового обеспечения, командование по уставу положено защищать, не считаясь с боевыми потерями в живой силе и технике. Чуть что, тыловиков организованно, по приказу выводят из-под удара.

Слушать надо было меня внимательно. В последнем шоу я также рассказывал, как на Груманте всех ученых ослов из лаборатории перспективных вооружений и курсантов бронекавалерийской академии подняли на орбиту раньше, чем первый протуберанец поразил поверхность планеты...

– У нас солнышко спокойное, просто так его не возбудишь термоядерно. И расстояние до него будь здоров. Притом мы прикрыты двумя планетами и шестью лунами, днем и ночью. Я в какую-нибудь зону безопасности, где транспортники класса "орбита – поверхность" имеются в два счета подскочу. Мои хроноквантовые умнички уж давно все оптимальные варианты моего спасения обсчитали.

Да, я рассчетливый трус, Лайв, и тем доволен. Живой умный трус лучше глупого мертвого храбреца. Здесь я могу свободно писать жестокие игры, показывающие людям отвратительные ужасы войны, бороться за мир. На базе кирасиров мне этого не позволят.

– Зато жив останешься, старый дурак!

– Конечно, Лайв, останусь жив-здоров, здесь, в башне. Без поганых кирасиров, до смерти умиротворяющих Эйкумену...

– Надежды юношей питают, причем в очень преклонном возрасте. Или это старческая дементность называется?

– Обзывай, как хочешь. Никуда я отсюда не тронусь. Насчет мести кирасиров, я не испугался, Олив Локнов. Нельсон Ревеланти – глобально известная фигура. Без суда и следствия пальцем ко мне прикоснуться не посмеют. Я знаю, как и почему кирасиры спецоперации проводят. Тактический симулятор писал. Нечего их с левантийскими гангстерами смешивать.

И войны всех против всех на Геоне не предвидится, если отмороженые боевики-спортсмены в охотничьих парках друг в дружку шмаляют...

– Угу, пальцем клубные бойцы в небо тычут, гнездо земной кобылы в траве ищут. Разуй глаза, уши прочисти, убогий. О готовящемся военном перевороте только ядозубы не слыхали. По тупорылости животной...

– Вздор и абракадабра! Когда о тайном заговоре знает много народу, но никого не судят, мозги не полощут, значит, мнимый комплот есть ваша любимая масс-медийная утка недожареная.

– Если о заговоре известно очень многим, Нельс, его ждут, к нему готовятся, то он не заговор, а социальная революция и неизбежная за ней гражданская война.

Я в этом, к моему величайшему сожалению, николько не сомневаюсь. Мы живем на вулкане. Со дня на день начнется выворотка с белого на черное.

Твой старый друг Лайв Локин, лауреат премии Тернера, член правления Метагалактической гильдии профессиональных масс-медиаторов за 30 стандартных лет творческой жизни разгреб три Эвереста политической грязи и накопал Монблан компрометирующих сведений на власть имущих.

В душе, я уверен, ты вряд ли сомневаешься в моей компетенции, Нельс. Боишься, потому как понимаешь: я знаю о чем говорю. Неопровержимые доказательства, свидетельства и аргументы у меня всегда найдутся. Ceйчac у меня не туманные предчувствия, а твердая уверенность в неизбежности глобальной гражданской войны.

Малев нацелился на третий срок президентской синекуры. С него все и началось. Чтобы поднять рейтинг, он задумал оккупацию двойной Террелы. Спейсмобильная армия воевать и гибнуть за переизбрание маршала Малева не желает. Недовольные офицеры объединились вокруг фигуры начальника конфедеративного штаба генерал-полковника Кэпса.

Мы же с тобой, Нельс, можем таки их остановить, пустив в оборот не слухи, которые не подшить к делу, а полноценный стратегический симулятор в реальном времени. Сценарий сетевой игры со всеми действительными политическими раскладами и фигурами документально и факсимильно подтвержден в текстовой преамбуле стратегии. Фамилии, звания, должности действующих лиц и исполнителей не случайны и полностью совпадают с их носителями по жизни. Задача команды игроков предотвратить гражданскую войну.

Тактические сюжеты, боевые эпизоды я набросал фрагментарно. Можешь творить антивоенные ужасы и давать волю твоей фантазии, программер Нельс Ревел.

Открывай коммуникацию и перекачивай к себе файл "Квириты". Ознакомься вкратце, пока я буду просматривать последние новости и отслеживать изменения обстановки...

Через несколько секунд над низким столиком с ликерами и фруктами замерцал трехмерный сферический экран. С диаметрально противоположных углов зрения, каждому свое полушарие, Нельсон Ревеланти и Олайв Локин визави углубились в изучение текстовых и графических материалов.

Спустя полчаса Ревел помертвевшим взглядом долго смотрел на дверь, на окно, словно прикидывая, в какую сторону бежать, спасаться. Потом, видимо, решив, что деваться некуда или же бегство можно отложить на время, спросил:

– Как думаешь, Лайв, они могут завернуть эту подлость прямо сейчас?

– Вряд ли, зимой у нас на Геоне не воюют. Каникулы, отпуска, праздники... Если только фельдмаршал Деснец вдруг не прикажет дестабилизировать обстановку и не поддержит план полковника Пельча. Это маловероятно. Иначе не было смысла предъявлять ультиматум Терреле-Б.

– В расклад я покуда полностью не въехал, но тебе, масс-медиатор Локин, изволь, таки верю.

– Валяй, доверяй-таки и дальше. До начала месяца арьеса-барана ты должен унести ноги на антарктические юга в Австразию. Там как раз в это время золотая осень климатически приходит.

Здесь же, если теплой весной начнутся боевые действия, в башнях-гетто никому не удастся спокойно переждать смуту. Вы, разоруженцы, – всеобщий символ капитуляции. Для всех без исключения противоборствующих сторон. Само ваше существование беспредельно раздразнит воюющих. Любую сразу не уничтоженную башню они воспримут как призыв сдаваться, как если бы вас враг специально пощадил, чтобы подрывать моральный дух неприятеля.

В детстве, Нельс, мне дед Локнов рассказывал мифы и легенды о Великой Отечественной войне, какую вели на нашей общей с тобой, Нельс, прародительской Земле мои славяно-иудейские пращуры против арабских фашистов. По его словам, арабы-исламисты едва не уничтожили всех иудеев и славян как якобы неполноценные человеческие расы.

– Теперь арабский фашист президентский помощник Али Дагор разработал планы геноцида, предусматривающие истребление террелианцев.

Забудь о Терреле, о себе думай, Нельс. К вам, лишенцам, большинство геонцев относятся хуже, чем праисторические арабы к тогдашним евреям. Вам и достанется больше всех в гражданской войне.

Меня от воинской службы в резерве не освободили как тебя по состоянию здоровья. Взятки докторам дед Мозес Локнов запретил раздавать. В отместку я школьником разоблачил его мифы об иудейских войнах. Узнал, что та война на самом деле называлась второй мировой, а евреи государства Израиль громили арабов уже после нее. Хотя тевтоны, руководствовавшиеся идеологией фашизма, действительно истребляли мирных иудеев и славян.

Объединившись, славянские и англосаксонские нации ожесточенно воевали с тевтонским фашизмом и его приспешниками. Сражались долго: во всем мире 6 стандартных лет до победного конца и безоговорочной капитуляции противника.

Естественно, наиболее ненавистным и в глубине души наиболее желанным в ту войну был призыв сдаваться, складывать оружие.

К примеру, на позициях Восточного фронта появлялись громкоговорящие установки, и фашисты заводили на ломаном русском языке: "Рус, сдавайсь. У нас карош. Мы дать тебе фуражка, гармошка и красный рубашка. Пейте кока-кола. Миру-мир-дружба-фройндшафт".

В ответ по пропагандистам, подрывавшим боевой дух, задевавшим самое больное – стремление к миру, бойцы Красной Армии, дико уставшие от долгой войны, не дожидаясь команды от комиссаров, били изо всех стволов и орудий. Только бы заглушить свои страх и ненависть.

То же самое происходило на других фронтах, на множестве языков той глобальной межэтнической войны.

Вы, разоруженцы, те же фашисты-пропагандисты и предатели. Вам первая пуля. Потому как вы нагло и беспардонно сложили оружие в обмен на красные рубашки и гармошки.

Я, между прочим, с огромным трудом выяснил: гармошка – архаичный музыкальный инструмент с мерзостным гнусавым звучанием. Хуже электронной ментомузыки. И плясали под нее сопливые деревенские кретины.

Покамест вашу мирную деревеньку, Нельс, не подожгли с четырех концов и не раздолбали кучно из всех плазменных и мезонных стволов, беги отсюда без оглядки. Кончилось твое мирное житие.

– А твое житье-бытье, Лайв?

– И мое туда же, в пожар войны катиться. Если раньше не угрохают. Вычислить, кто писал сценарий, дал первооснову, финансировал – больших хлопот не составит.

Зато я громко хрястну дверью, уходя из "Информы" накануне грандиозного вселенского траха. Сам понимаешь, Нельс. Наша игра таки чудом не позволит политикам развязать гражданскую войну. Их слишком много против нас двоих.

Вон, директорат моего портала в полном составе играет на стороне сэра Джайме Малеваниса и шейха Али Мустафы Дагорана.

Мне с ними не по пути, Нельс. Меня вещательные директора держат за перестарка и пережиток. Мол, отпугиваю молодых зрителей, пренебрегаю молодежными нравами, жаргоном. Старым же напоминаю о бренности их существования, о том, что пора им на кладбище.

Сам осознаю: не сидят в моем шоу "Миры и народы" деды, отцы и дети рядом у одного экрана. Они меняются, взрослеют, стареют, умирают. А я остаюсь самим собой. Все тот же вечно юный Лайв Локин.

Мне отроду 51 стандартный год, Нельс. Из-за того, что много перемещался по Вселенной на релятивистских скоростях, мой относительный биологический возраст – 35 лет. Сказывается пресловутый галактический эффект "разноскоростных близнецов". Физически в материале я выгляжу на 25 лет.

Кое-кто в директорате завидует моей молодости и ненавидит меня. Хорошие люди советует уйти за кадр, в редактуру, кабы мне гусей не дразнить.

А я не хочу за кадр! Потому и решил уходить в "Минитмен Груманта". Стандартная гравитация меня не беспокоит. Привык и приспособился. В МГ меня рады принять таким как есть.

– Оказывается, ты, Лайв, предатель почище меня, безмозглого ренегата. Представляю рекламные заголовки в небе: "Фамильяр в двадцатом колене отца-основателя Авеля Локнова навсегда покинул Геону", "Популярный Лайв Локин на службе в официозе миротворцев Груманта", "Последний из носителей двойных фамилий". Рио Зерн шляпу собственную из натуральной соломки сожрет от злобы. Я-то могу вернуться в башню, когда все угомонится. А ты?

– Возможно, вернусь пораньше, чем тебе выстроят новую тюрягу, Нельс. Кирасиры иногда формируют миротворческий вспомогательный корпус из местных жителей. Могу им пригодиться. Я подполковник резерва, по возможности прохожу ежегодно военную переподготовку, по специальности – стратегический разведчик.

Признаюсь как на духу. Многие мои путевые заметки, докладные записки в сенатский комитет по обороне частично вошли в учебно-методические пособия по вооруженным силам Эйкумены, изучаются в наших штабах и академиях.

– Ага! Сейчас мне твой еврейский гешефт понятен, Лайв. Ты меня окончательно убедил этим чистосердечным признанием.

Я в игре! Я им такие военные ужасы покажу, ублюдкам... Милитаристы содрогнуться. Блевать они у меня будут в материале и виртуале, как миленькие. За месяц игру состряпаем на загляденье, если народ в башне подключу...

– Твой народ, надеюсь, втемную будет трудиться?

– Никак иначе, сэр. Негры по-другому не работают, босс. Если, конечно, им благие мысли, время и труды благотворительно компенсируют. Уповаю на щедрый аванс.

– Без проблем. Получи и распишись. Трансферт через Теллузию. На тебя, мой драгоценный... Тут и на твою шайку хватит.

– Вот за это я тебя люблю, Лайв. Как говорится, у простого жида душа и кошелек нараспашку.

Давай нашу встречу и сотрудничество русской водкой отполируем. За мир на всей Геоне и во Вселенной, люди доброй воли!

– Тост принят и поддержан. Вздрогнули!

Подпрыгивающей походкой Лайв Локин шел к глайдеру в приподнятом настроении вовсе не по причине двухсот грамм "Столичной", бултыхавшейся в желудке. Направо-налево, на пейзаж и антураж, на пеших жамдармов он излучал самодовольство и отныне наплевательски издевательское отношение.

Он, Лайв Авель Локин-Локнов, сделал труднейшее дело – завербовал Нельсона Ревеланти. Нет, не по приказу, Боже упаси, а по нижайшей просьбе благородного шевалье полковника Анри-Антуана де Мерсера.

"Адью, моя милая Геона. Честь имею откланяться..."

Спустя стандартный час Лайв Локин вступил на борт астрорейдера Вольных кирасиров Груманта, следовавший курсом на Теремнон.

ГЛАВА 12

КОРОЛЯ ДЕЛАЕТ СВИТА. QUALIS GREX, TALIS REX

На церемонии прощания с невинно убиенными обитателями ледовитого Груманта княжна Дениза Деснецова пребывала в чувствах возвышенных и вдохновенных. Ей представлялось, еще чуть-чуть, она приподнимется и метеором взлетит к солнцу Центрального парка, как будто на реактивных двигателях боевого пояса спейсмобильного десантника.

В превосходном расположении духа принцесса сверху оглядела свою свиту: кавалергардов, офицеров ее дивизиона, кузенов и кузин, прочих родственников, молодых политиков, бюрократов, порученцев, гвардейских флигель-адьютантов. Как по волшебству за несколько дней на Теремноне организовался маленький двор принцессы Ден Деснец.

Само собой, рукотворное чудо произошло не без административно-финансового участия дорогого дядюшки премьер-канцлера Зака Бобона. Князь-батюшка Деснец тоже определил к дочернему двору нескольких человек вроде Лайва Локина, приставленного к ней свитским медиа-секретарем на время пребывания в столичном Теремноне.

Свита наследной принцессы Ди-Ди подобающим образом скорбно склонила головы, опустила вниз глаза. Кроме кавалергардов настороже, никто больше не глазел по сторонам. Молитвенно скрестив руки на груди, свитский круг принцессы официально и печально как один взирал на дисплеи наручных коммуникаторов, где шел прямой многоплановый репортаж о траурной церемонии на Марсовом поле, расположенном неподалеку от третьего фасада.