355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Алекс Карр » 13-я книга. Галанское сватовство » Текст книги (страница 4)
13-я книга. Галанское сватовство
  • Текст добавлен: 24 сентября 2016, 06:01

Текст книги "13-я книга. Галанское сватовство"


Автор книги: Алекс Карр



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц)

Эд Бартон немедленно оживился и сказал:

– Опаньки, если он действительно так сказал, то это существенно меняет дело, Зак. Похоже, что парень окончательно созрел. Ну, тогда пойдём в твою берлогу.

Обитаемая Галактика Человечества, Терилаксийская Звездная Федерация, открытый космос вблизи темпорального коллапсара «Галан», Звездное княжество «Звездный Антал».


Галактические координаты:


М = 98* 39* 21* + 0,34978 СЛ;

L = 52877,39437 СЛ;


Х = (-) I 724,50003 СЛ;

Стандартное галактическое время:


785 236 год Эры Галактического Союза

20 декабря, 11 часов 27 минут

Недолгому счастью Стингерта Бартона пришел конец. Как он сам это и предвидел. На этот раз его соперником был уже не какой-то там юнец, отпрыск родовитого варкенского клана, а наследный принц дома Роантидов, да, к тому же сын самого императора Сорквика, которого не очень-то вызовешь на дуэль. Вообще-то вызвать на дуэль можно было и его, только принц Рилквид был верзилой под два метра тридцать сантиметров ростом, космос-генералом и командовал целым армейским корпусом галанского космодесанта и, говорят, частенько участвовал инкогнито в боях гладиаторов, так что ловить ему на дуэли было нечего. Хотя Полли ещё не сказала ему о своём новом увлечении, этот день был не за горами. Вчера в полдень к Стинко наведался Рем Егоза, чтобы похвастаться тем, что и он получил от леди Риты шкатулку с цветком. Заодно он рассказал своему другу и о том, что Полли весь вечер танцевала на балу во дворце принца Тефалда с этим громилой Рилквидом, а потом ещё и целовалась с ним на террасе.

Как министр двора Звёздного княжества, Полли была обязана посещать Роант и очень многие мероприятия, которые там устраивались, включая и балы, но ничто не обязывало её танцевать с принцами и, тем более, целоваться с ними практически у всех на виду, словно она варкенка, перед которой поставлена задача влюбить в себя какого-нибудь принца. Выходило так, что эта айришская ведьма Мелисса О`Хаара научила Полли всем этим друидским штучкам, с помощью которых она смогла вскружить голову бедолаге Рилквиду. Стинко видел этого типа как то раз в Антале и теперь, сравнивая себя с ним, понимал, что как раз именно в такого парня Полли и должна была влюбиться. К тому же за последние месяцы в ней явно проснулся интерес ко всем этим тронам, коронам, скипетрам и прочим королевским штучкам и с этим, видимо, ему уже ничего не поделать.

Нет, затащить её в храм к папаше Длинного Эрса и там обвенчаться, как раз было парой пустяков, но это был бы конец их любви. Через несколько лет Полли стала бы обязательно думать о том, что она потеряла и лить слёзы, а там от любви до ненависти точно был бы всего один шаг. Так что у них оставался один единственный шанс сохранить добрые отношения, немедленно расстаться и, как это ни странно, Стинко был этому только рад. Он не хотел жениться на Полли, хоть ты его убей. Жить с ней, да, быть её любовником, сколько угодно, но только не жениться, чтобы нарожать детей и потом сюсюкать с ними и нянчиться, пока они не вырастут. Это было для него даже страшнее, чем голиком схватиться с целой дюжиной биотов. Уж от биотов он точно как-нибудь отбился бы. Все эти люльки с погремушками были не для него, как и пелёнки с сосками, страшнее ада с чертями.

Полли тоже не горела желанием стать матерью. Она была сильным и целеустремлённым человеком, к тому же прекрасно организованным и довольно-таки честолюбивым. Когда-то став на Бидрупе координатором Веридора Мерка, она показала и ему, и всем варкенским архо, каким умом, знанием психологии и организаторскими способностями может обладать шестнадцатилетняя девушка. В дальнейшем, став министром двора, она показала свои самые лучшие качества уже многим тысячам людей совсем иного рода, среди которых были сотни правителей и очень многие из них предложили бы ей самые высокие должности в своих правительствах. Взять того же президента Хельхора, который был просто без ума от помощницы своего друга, Звёздного князя Веридора Антальского. Стинко прекрасно знал об этом и был совершенно спокоен, Полли никогда бы не покинула Звёздный Антал ради того, чтобы стать где-то министром.

Теперь же всё складывалось иначе. На этот раз Полли светило взойти на трон какой-нибудь Звёздной империи и вот там-то она со своим умом сможет развернуться. К тому же Стинко точно было известно о том, что король Гарендир был очень высокого мнения о его девушке, но всё же самым явным признаком того, что его подружка собиралась найти себе более выгодную партию было то, что недели четыре назад она взяла и подросла сразу сантиметров на двадцать, отчего стала выше него ростом. В постели это ему не мешало, но теперь, после беседы с Ремом, всё окончательно встало на свои места и Стинко окончательно понял, что ему нужно принимать решение. К тому же после того, как он и Хьюм одновременно стали паломниками леди Риты, в нём что-то резко щёлкнуло и он стал совсем другим человеком. Точно такие же перемены он заметил вчера в Реме и, немного подумав, что бы это могло значить, вскоре понял, они оба, он и Поли, просто стали взрослыми. Он, кажется, тоже, но уже благодаря леди Рите.

Если раньше Стинко воспринимал жизнь, как весёлую игру и ничего в ней не боялся даже тогда, когда ему и впрямь становилось страшно, то теперь он отчего-то почувствовал ответственность не только за Звёздный Антал, но и за всю галактику, осознал, что он является последним интуитом в этом мире и это налагает на него множество обязанностей. И странное дело, хотя ему уже давно хотелось устроить с кем-либо из своих старых друзей небольшой групповичок с какой-нибудь разбитной девчонкой, он и в мыслях не держал, что его напарником в этом деле может стать зануда Хьюм, а такой девчонкой станет та, в которой Стинко сразу же разглядел самую настоящую богиню. Его приёмный папаша говорил всем со смехом, что на Галане воскресла какая-то Мэрилин Монро, но он каждой серой клеточкой своего мозга понимал, что леди Рита это действительно воплощённая Матидейнахш и никто иная. Он даже не поленился просмотреть "Хроники Варкена", а вместе с ними хроники всех кланов и вскоре составил довольно обширный перечень всех тех примет, согласно которым в этой вечно юной женщине-девушке можно было сразу же узнать Матидейнахш.

Когда Стинко показал этот инфокристалл Веридору, тот сначала просмотрел отчёт о его изысканиях, затем попросил его подробно рассказать обо всём и уже только потом собрал в своём замке самых уважаемых отцов-хранителей из множества кланов и доложил им о сделанном открытии. Ну, открытием это вряд ли можно было назвать, но это было, что ни говори, документальное подтверждение того, что Матидейнахш, как она и обещала когда-то Баллианту, воплотилась в увядающей женщине, которая не знала радости материнства и стала вечно юной красавицей. Стинко из-за этого пришлось даже выступить перед отцами-хранителями со специальным заявлением – наврайтаром, в котором ему пришлось рассказать всё о том, как он получил от воплощённой Матидейнахш костяную шкатулку с невзрачным цветком и совершил к ней паломничество вместе с Хьюмом.

Поначалу Стинко долго препирался с этими вредными типами, так как ему вовсе не хотелось рассказывать им о том, что они вытворяли с леди Ритой, но те его к этому буквально принудили. Он разозлился, влез на раломан, покрытый ковриком живого мха и рассказал им обо всём с такими подробностями, что у него у самого покраснели не только уши, но и спина до самой задницы. К его полному удивлению отцы-хранители, даже не крякнули, а когда Стинко рассказал им ещё и о том, что его Сила не увеличилась ни на грош и он лишь только понял в конечном итоге, что Хьюм вовсе не зануда, а отличный парень, с которым он готов шагнуть даже в снежное крошево, принялись удовлетворённо кивать головами. Более всего отцы-хранители были довольны той частью нарайтара Стинко, в которой он, переходя на крик и срываясь на ругань, чуть ли не с пеной у рта принялся доказывать тем, кто и без того в этому был уверен, божественность леди Риты, воплощённой Матидейнахш, а Веридор подтвердил всем его полную искренность и желание донести правду до всех людей галактики.

Наврайтар исследователя-интуита Стингерта Бартона, так почему-то его назвали газетчики, был опубликован, с весьма большими купюрами, почти во всех крупнейших электронных газетах галактики. На Варкене, на Галане и в Звёздном Антале его наврайтар транслировался по супервизио и из него не было вырезано ни единого словечка. Стинко ждал наутро, что к его замку в горах придёт толпа разгневанных галанцев и там же его похоронит под обломками, поскольку он пару раз назвал леди Риту развратной, похотливой девчонкой с шикарной задницей и обалденными сиськами, но ничего такого не произошло. Ну, разве кроме того, что из конторы Уголька ему прислали дубликат "Звезды галактики", а Юмми Хью, так он переименовал Хьюма в своём нарайтаре, в котором назвал это существо отличным парнем с Хьюма, не знающим, что такое корысть и выгода, из казны галанской империи сенсетивов был отписан роскошный дворец с тремя дюжинами роботов-сенситивов и одним а-доктором, а также имперский пенсион нешуточного размера. Так Галан оценил дюжину колечек из нержавейки, которые космос-сержант Юмми Хью получил за свои подвиги в сражениях сначала на Бидрупе, а затем на линкорах-призраках и подарил леди Рите.

Варкенцы, которые и раньше считали Стинко отличным парнем, теперь и вовсе приняли его за своего. Галанцы, получив, наконец, чуть ли не документальное подтверждение того, что их Рита Нуари это вам не халам-балам, а действительно воплощённая Матидейнахш, на все лады по косточкам разбирали наврайтар Стинко и до небес возносили его способности к скрупулёзному анализу фактов. Другой бы парень на его месте был счастлив выше крыши, но на Стинко, почему-то, разом навалились все страхи и тревоги и в каждой тучке на небе он видел теперь тень от чудовищно огромной армады десантно-штурмовых крейсеров врага. А может быть всё дело заключалось лишь в том, что леди Рита, дав ему почувствовать себя настоящим мачо, не наделила его при этом Силой и потому Стинко боялся, что не сможет защитить эту удивительную девушку.

Стинко завтракал вместе с Полли и машинально сравнивал её с леди Ритой. Волосы у его подружки тоже были очень светлыми от природы и не отливали золотом, но были всё же значительно темнее, чем у неё. Верховная жрица имела к тому же куда более выразительные формы, чем Полли с её подчёркнуто спортивной фигурой, хотя грудь и у одной, и у другой была, что называется, выдающейся. Лицо леди Риты было прекрасным, лицом настоящей богини, но у Полли зато было самое прелестное личико в Звёздном княжестве. В общем одна была девушкой мечты, ради которой любой мужчина был готов сражаться день и ночь, а вторая обалденной девчонкой, из-за которой парень был готов начистить кому угодно пятак. Только теперь Полли была уже не его девчонкой, а этого верзилы Рилки. Поэтому Стинко, наливая себе третью чашку кофе, хотя ему хотелось выпить чего-нибудь покрепче, сказал каким-то слишком уж спокойным голосом:

– Послушай, малыш, я не хочу тебя обижать, но нам нужно расстаться. Ты чудесная девушка и я по-прежнему люблю тебя, но, понимаешь ли, я полностью выдохся и больше не могу так жить. Что ты об этом думаешь?

Полли вздрогнула и лицо девушки исказила гримаса испуга, словно её ударили. Стинко тоже испугался и уже стал было жалеть о своих словах, но его девушка быстро взяла себя в руки и посмотрела на него с той же пугающей ясностью во взгляде, что и ночью. Выключив своего электронного секретаря, который тихонько бубнил ей какие-то новости, она спросила:

– Почему ты так говоришь, Стинни?

Стинко понял, что или он скажет всё сейчас и освободится по крайней мере от всех своих тревог, или сведёт всё к шутке и таким образом сделает шаг к совсем другому разрыву с Полли, сопровождаемому скандалами, слёзами и ненавистью, чего он не хотел. Он постарался улыбнуться, как можно доброжелательнее и сказал твёрдым, настойчивым голосом:

– Полли, я не твой герой. Я просто хороший парень, который однажды протянул тебе руку помощи и всё, что между нами затем произошло, было чудесной сказкой, но мы-то уже взрослые люди и прекрасно понимаем, что жить нужно настоящей жизнью, а не уединяться в сказке. Если мы друг с другом расстанемся, малыш, то ты будешь вспоминать обо мне с тёплым чувством, когда полюбишь того, кто тебя действительно достоин. Останемся вместе, то я даже не женюсь на тебе и ты только потеряешь со мной самые лучшие годы своей долгой жизни, – молодость. Со мной ты будешь маленьким винтиком в огромном механизме, а без меня станешь личностью уже завтра утром и в тебя влюбится какой-нибудь парень из дома Роантидов и ты непременно станешь императрицей какой-нибудь Звёздной империи. К тому же на троне ты будешь настоящей матерью-хранительницей для триллионов людей, а не дурочкой, успешно высочившей замуж. Я ведь интуит, Полли, и потому знаю, о чём говорю.

Полли робко и как-то вымученно улыбнулась и спросила:

– А что будет с тобой, Стинни? Я ведь тебя очень люблю.

Стинко горделиво приосанился и сказал:

– Не волнуйся, малыш, Стингерт Бартон не пропадёт. – Не зная, что соврать, так как говорить правду ему не хотелось, он стал выдумывать всякие небылицы – Полли, я сколочу бригаду лбов в тридцать. Возьму в неё таких ребят, как Длинный Эрс, Кривляка Лирой, Рем Егоза, ну, ты не хуже меня знаешь, о ком я говорю, и мы рванём на лёгком крейсере куда-нибудь подальше. В Закрытые Миры. Запишемся там на какую-нибудь войнушку, но только на настоящую, чтобы если тебя грохнули, то уже по-настоящему.

Полли презрительно скривилась и сказала:

– Стинни, ты несёшь чушь. Какая войнушка? Какие лбы? Длинный Эрс потерялся где-то на Галане, Рем Егоза, к твоему сведению, возглавил целый департамент в министерстве финансов, а Кривляка Лирой давно уже не корчит рожи, а ухаживает за принцессой Виолой и у него с ней настоящий роман. Единственный тип, которого ты сможешь подбить на это, твой новый дружок Юмми Хью. Похоже, что он тоже точно такой же балбес, как и ты, Стинко. Не лучше ли тебе взяться, наконец, за ум и для начала закончить университет? Знаешь, Стинни, я могла бы познакомить тебя с несколькими девушками, которым самой судьбой уготовано стать если не императрицами, то уж точно королевами, но мне это не кажется хорошей идеей. Влюбить любую из них в себя тебе удастся, но ты же даже в храм под венец ни с одной из них не пойдёшь не говоря уже о том, чтобы совершить брачный полёт. Извини, Стинко, но ты действительно самый настоящий траомойвар, то есть вечный трао и главное, что тебе нужно сделать, это срочно повзрослеть, иначе ты вскоре станешь посмешищем не только для всех своих друзей, но и для себя самого.

Глаза Стинко вспыхнули от гнева, но он быстро взял себя в руки и, прихлёбывая кофе, сказал равнодушным голосом:

– Ты не волнуйся за меня, малыш, я без тебя не пропаду. О войнушке я тебе просто так сболтнул. На самом деле у меня на примете есть куда более серьёзные дела. – Уже заинтересованным тоном он спросил – Слушай, Полли, а ты того, не заливаешь относительно Лироя? Он что, и в самом деле подбил клинья под девчонку из большого дворца? Ну, молодчага парень.

Полли улыбнулась и молча кивнула головой. Несколько минут они сидели молча, пока Полли не спросила:

– Стинни, так ты действительно считаешь, что из меня может получиться настоящая мать-хранительница, а не кукла на троне?

Вот тут-то сердце у Стинко болезненно заныло, словно кто-то сжал его мозолистой рукой, но он мужественно преодолел эту боль и, кивнув головой, рассудительным тоном сказал:

– Да, это я не от балды ляпнул. Полли, милая, и не только ты можешь стать настоящей императрицей, но и многие другие бидрупские девчонки. Хотя вы и не варкенки, вы ничем не хуже этих мормышек. Полли, вы все прошли через подземелья Бидрупа и уж ты мне поверь, это кое-что, да, значит. Да, та же Николь, если бы она не выскочила замуж за Рихтера, запросто могла бы править Звёздной империей ничуть не хуже, чем любая из сестёр Нейза. В галактике начинаются большие дела, Полли, и если вы, парни и девчонки Бидрупа не будете щёлкать клювом, а малость пошустрите, благо для вас всех открыты охотничьи угодья, то Верди Мерку и его подручным придётся батрачить на вас всех, с полной самоотдачей. Полли, девочка моя, все те парни и девчонки, кто сначала шарился по бидрупским подвалам, а потом стоял на Стене так, что их не могли сковырнуть с неё никакие биоты, имеют очень большой вес у галактов. Ничуть не меньший, если даже не больший, чем эти тепличные варкенские красотки.

Глаза Полли расширились и как-то странно увлажнились. Она подалась вперёд и сказала Стинко чуть дрожащим голосом:

– Стинни, но я же не стояла на Стене, а мочила биотов с борта "Гнева Мидора", да, и Лироя, как только он выбрался из реаниматора, варкенцы отправили прямиком на "Терилакс".

Интуит небрежно отмахнулся от её слов и воскликнул:

– Что ты в этом понимаешь, женщина! Твоё бронзовое изваяние стоит на Стене и это факт. К твоим ногам люди копнами складывают букеты и для галактов главным является именно это, а не то, откуда ты мочила биотов в действительности.

Полли чуть шевельнула рукой и посуда мигом исчезла со стола, а в уже в следующую секунду она мощным рывком уложила на стол Стинко и, телепортом сняв с него и с себя Защитников, занялась с ним любовью прямо на столе. Стинко, который откликнулся на это со всей страстью, прекрасно отдавал себе отчёт в том, что это уже совсем другая Полли, которая благодарила его таким образом за то, что он открыл ей глаза на истинное положение вещей. Можно было смело сказать, что таким образом она изменяла с ним Рилквиду и делал это только потому, что ей больше нечем было расплатиться за такую ценную информацию системного характера. Как интуита, не привыкшего работать бесплатно, это очень заводило Стинко и когда они оба затихли, он погладил ягодицы девушки и сказал:

– Ну, вот, Полли, теперь ты со мной в расчёте и мы с тобой совершенно свободные люди. Я никогда не забуду тебя, малыш.

– Я тоже не забуду тебя, Стинко. – Ответила Полли и телепортом покинула столовую.

Стинко, почесав волосатую грудь, спрыгнул со стола и негромко сказал Арнольду, который направился было к нему:

– Арни, ты сегодня мне не понадобишься. Извини, старина, но с этими делами мне нужно будет разобраться самому. Уж больно они щепетильные и важные. Вечером я тебе обо всём расскажу.

После этого последний интуит, очень довольный собой, вышел из столовой и направился в свой кабинет, где первым делом достал из сейфа свой хантерский кейс и вынул из него жетон хантера. Затем он положил кейс обратно в сейф и, повесив жетон на шею, открыл шкафчик и вынул из него новенький, ни разу не надёванный тёмно-синий мундир, на котором не было никаких знаков различия, а потому его можно было принять за костюм полувоенного фасона и принялся, весело насвистывая, одеваться. Через несколько минут, оглядев себя в зеркале, он улыбнулся, кивнул головой и быстрыми шагами направился к дверям, но потом, вспомнив, что он всё-таки сенситив, хлопнул себя рукой по лбу и телепортировался прямо из своего замка к неприметному небольшому зданию в Южном Антале, выступающему прямо из склона горы, поросшего густым лесом и кустарниками.

Стинко был очень доволен тем, как он простился с Полли. Он не оставил её всю в слезах и даже сделал так, что его бывшая подружка теперь с уверенностью смотрела в будущее. Но больше всего он был доволен тем, что Полли отдалась ему в столовой прямо на столе и это была не любовная игра, а своего рода бартерный обмен. Теперь они были свободны от всех прежних обязательств и он мог начать новую жизнь. Его давно уже бесила самоуверенность Веридора Мерка и некоторых его приближенных, но вот беда, он ничем не мог на них воздействовать. Когда неделю назад он пришел к Звёздному князю и стал говорить ему о том, что ощущает смутную угрозу от какого-то врага, тот высокомерно сказал: – "Стинни, дружок, успокойся. Даже если у нас есть враг, то чем он может нам угрожать? Оглянись вокруг, посмотри на то, какой военной мощью мы обладаем. Нужно быть конченным идиотом, чтобы осмелиться выступить против нас". Теперь, когда с детством было покончено, Стинко мог, наконец, полностью заняться только одним делом, поисками скрытой угрозы, а для этого ему нужно было в первую очередь вернуться на службу в Гнилой Погреб, где о нём, кажется, давно уже забыли.

Думая о том, как бы ему побольнее укусить Зака Лугарша, Стинко уверенной и решительной походкой направился в один из служебных входов министерства безопасности Звёздного Антала. Именно отсюда ему следовало начать операцию, которой он уже дал мысленно название "Большой поиск Стингерта Бартона". Название, конечно, было весьма претенциозное, но на первый случай сойдёт и такое. Стинко решительно потянул на себя ручку двери и вошел в просторный, неярко освещённый холл. Его тотчас со всех сторон заблокировали четверо парней с неулыбчивыми лицами, одетых в точно такие же мундиры без знаков различия, как и у него. Один из них, мрачноватого вида бородатый верзила со смуглым лицом и носом с горбинкой, быстро оглядев интуита с головы до пят, вежливо спросил:

– Мистер, вы случайно не ошиблись входом? Это закрытое правительственное учреждение и в эту дверь могут входить только те люди, которые имеют при себе специальное разрешение.

Сначала Стинко захотелось просто включить свою татуировку следователя по особо важным делам, но это было бы слишком просто, а потому он медленно сдвинул набок галстук, расстегнул две верхние пуговицы светло-голубой сорочки и вытащил из под неё свой жетон хантера. Лица парней сразу же подобрели, но они не отошли немедленно в сторону, а жестами указали ему на пульт идентификации, стоявший в глубине холла. Стинко с невозмутимым видом прошел к этому пульту и, быстро оглядев его, сразу же понял, что ему нужно делать. Положив правую руку на шар идентификатора, он левой сунул жетон в щель и уже мгновение спустя убедился в том, что его догадка была правильной. Тотчас раздался мелодичный перезвон и над идентификатором вспыхнуло голографическое изображение его восторженной физиономии, справа от которого медленно поплыли слова:

Имя: Стингерт Бартон;

Конспиративное имя: Динозавр;

Должность в Регентстве Генеральной Прокуратуры: Старший следователь по особо важным делам;

Уровень доступа: Высший;

Полномочия: Неограниченные…

Не дожидаясь, когда машина начнет выкладывать всем, какого цвета у него трусы, Стинко убрал руку с шара и идентификатор выплюнул его жетон. На этот раз парней, встретивших Стинко у входа в контору, как будто подменили. Они громко рассмеялись, а бородач, хлопнув его по плечу, воскликнул веселым голосом:

– Так вот ты какой, Динозавр! А я-то всё гадал, встречая твоё имя в списках, кто же это такой. Ты ввалился вовремя, парень, мы уже хотели закрывать двери. У нас же здесь всё происходит строго по расписанию и рабочий день вот уже полтора часа как начался. Эй, парень, а не тот ли ты Стинко, благодаря которому мы смогли очистить Бидруп от биотов? А ну-ка давай колись, ты это или не ты.

– Ну, я в общем и есть тот самый Стинко Нуркиз. – Смущённо улыбаясь ответил потомственный интуит, который не смог заподозрить в этих словах игры.

– Ну, тогда, брат, извини, что мы тебя не признали. – Громким голосом воскликнул бородач и продолжил – На Бидрупе я видел тебя несколько раз, но ты за эти несколько лет сильно изменился. Вытянулся, возмужал. Давай знакомиться парень, я премьер-хантер Рашед Насер или попросту Бармен Рашед, это премьер-хантер Гурам Чамагуа, короче, Шашлык, это тоже премьер-хантер, Насим Мухтар по прозвищу Пустынник. Динозавр, ты сейчас точно будешь смеяться, но и этот парень – Палец Бармена ткнулся в грудь розовощёкого блондина – Тоже премьер-хантер, его зовут Джек Хайтауэр, а прозвище и вовсе Отшельник. Динозавр, ты видишь пред собой четырёх самых последних раздолбаев, которых вчера Чокнутый застукал за тем, как они распивали "Ракетное топливо" прямо на рабочем месте, так что нам теперь придётся стеречь эту калитку целую неделю, если, конечно, где-либо не заварится какая-нибудь каша. Мы ведь все штабники и без нас вряд ли кто сможет организовать серьёзную операцию. Но ты не думай, парень, мы не штабные крысы и знаем, что такое работа хантера. Просто мы лучше других умеем организовывать сложные операции.

Стинко виновато улыбнулся и хотел было сказать, что ему нужно найти Зака, но тут Бармена отодвинул в сторону розовощёкий Отшельник и, внимательно посмотрев на следака-интуита, спросил:

– Это твой первый выход на службу?

Стинко кивнул головой и коротко ответил:

– Да.

– И ты что же, парень, хочешь с первого же дня записаться в пай-мальчики или отважишься показать начальству, что юниоры ничем не хуже старых волков? – Продолжал допытываться Отшельник пристально разглядывая Стинко и раскачиваясь с пятки на носок.

Для того, чтобы понять очевидное, Стинко вовсе не нужно было быть интуитом. Ему, явно, предлагали пройти какую-то проверку на вшивость, чтобы он смог наглядно показать этим парням, чью сторону он намерен принять. Подумав о том, что начальство только для того и существует, чтобы дрючить подчинённых за малейшую провинность, он улыбнулся и сказал:

– Отшельник, мне не привыкать, когда на меня орут, но чем всё это закончится для тебя и остальных ребят? Я знаю Зака уже достаточно давно и подозреваю, что этот тип терпеть не может, когда его хантеры нарушают те правила, которые он для них установил. Не думаю, что он ничего не узнает. Уж этот-то парень точно знает всё и обо всём, как мне кажется.

Гурам Чамагуа, такой же здоровенный, как и Бармен Рашед, только с ещё более выдающимся носом, басовито расхохотался и громко воскликнул:

– Динозавр, нам, старым служакам, до одного места все разносы, которые устраивает нам начальство! Подумаешь, выговором больше, выговором меньше. Ты сам-то что решил, будешь вилять перед боссами хвостом или покажешь им, что и у юниоров тоже есть характер? К тому же мы лишь предлагаем тебе немного спрыснуть твой первый выход на службу. Ты же не просто так надел этот мундир.

Как только Стинко услышал о том, что ему предлагают выпить перед тем, как он войдёт в контору Чокнутого Зака, у него тотчас пересохло во рту, так как именно того ему хотелось с самого утра, выпить граммов двести, а то и все триста чего-нибудь крепкого. Поэтому, широко заулыбавшись, он радостно воскликнул:

– Мне, как, самому сгонять в магазин, парни, или у вас припасена специальная выпивка для нашего брата, зелёных новичков-юниоров?

Бармен Рашед улыбнулся и успокоил Стинко:

– Динозавр, если ты сбегаешь в лавку, то эта проклятущая дверь мигом наподдаст тебе под задницу. Тут нужно иметь особые навыки, которые приходят с годами. Пойдём в наш красный уголок, парень, там есть всё, что нужно юниору для того, чтобы как следует раздраконить начальство и вызвать его гнев на старых псов, которые никак не успокоятся. – Повернувшись к Пустыннику, он скомандовал – Насим, закрывай эту чертову богадельню. Я не нанимался к Заку в привратники, а если кого черти и принесут, то мы ведь всё равно будем неподалёку, но на всякий случай напусти в воздух побольше вульрита.

Насим Пустынник, по-военному чётко кивнув головой, немедленно достал из кармана кителя маленький пульт и превратил здание, в котором располагался один из служебных входов министерства безопасности, в неприступную крепость. Бармен, тронув Стинко за руку, направился не к главному входу, ведущему к телепорт-лифтам, а в угол, где находилась неприметная дверь, через которую они вышли сначала в коридор, а затем, свернув за угол и спустившись по лестнице вниз, оказались в технической зоне, где кроме нескольких роботов не было ни одного человека. Именно там и находился красный уголок, а точнее самая обычная каптёрка. Заперев дверь изнутри, Бармен Рашед снял со стеллажа и поставил на пол пару пустых контейнеров, а Насим Пустынник положил на них панель, снятую со стены, в результате чего у них получился большой стол, вокруг которого Отшельник поставил пять табуретов.

Ещё за одной панелью в нише был спрятан примитивный холодильник, каких Стинко ещё не доводилось видеть. Из него Шашлык с торжествующим видом вытащил литровую бутылку, на этикетке которой Стинко прочитал надпись "Московская особая водка". Он даже и не подозревал, что на свете существует такой спиртной напиток. Шашлык поставил бутылку в центр стола и принялся выкладывать на него из холодильника всяческую снедь. Первым делом он достал из холодильника целый круг копчёной колбасы, пахнущей довольно вкусно, какие-то консервы, на этикетке которых были нарисованы рыбки и написано "Шпроты", затем стеклянную банку с чем-то черным и на вид зернистым, пластиковую ванночку с хьюмеритским маслом и из коробки, стоящей на холодильнике, какого-то странного вида хлеб тёмно-коричневого цвета. Стинко любил хлеб, но не такой, а настоящий, бидрупский, белый, с золотистой корочкой. Последней он достал из холодильника головку сыра и пару пучков зелёной травы.

Пока Шашлык открывал консервы, нарезал колбасу, сыр, и делал странного вида бутерброды из хлеба, масла и черной икры, (Стинко всё-таки вспомнил, чем было что-то черное в стеклянной банке), которые он украшал зелёными листиками, Бармен Рашед выставил на стол настоящие фарфоровые тарелки и небольшие стопочки. Такие емкости для распития спиртных напитков Стинко тоже видел впервые, но, малость подумав, критиковать их всё же не стал, хотя и привык к бокалам и фужерам. Одно он мог сказать определённо, когда Бармен Рашед открутил золотистую крышку и он учуял запах водки, то ощутил у себя в желудке такую пустоту, словно голодал целую вечность, а его рот немедленно заполнился слюной и он судорожно сглотнул её, вызвав тем самым восторженный вопль сразу нескольких человек, но не в этой каптёрке, а наверху, в комнате для совещаний. Увидев то, что Стинко сглотнул слюну и непроизвольно потёр нос, Натали, Вирати, Эд Бартон с Оорком и Кайор с Сержем Ладиным, а вместе с ними сама Джейн Коллинз, вскочили со своих мест и, хлопая в ладоши, громко закричали, засвистели и заулюлюкали. Натали, целуя Эдда, крикнула:

– Женька, с тебя по двойной "Звезде галактики" каждому из этих четверых парней. Они это заработали.

Уголёк Уди, услышав это, скривился так, словно его заставили выпить полведра уксуса. Мало того, что его промурыжили в Звёздном Антале почти неделю, так ещё и заставили с самого раннего утра наблюдать за тем, как какой-то мальчишка занимается любовью со своей девушкой перед тем, как, якобы, расстаться с ней. Хуже того, не очень-то стесняясь в выражениях, древние интари подробно комментировали всё, что они видели на доброй дюжине больших экранов. Даже те позы, в которые Стинко ставил Полли, а когда уже после того, как этот юнец сообщил девушке о своём решении и, вдруг, раскрыл перспективы для своих бидрупских друзей и подружек, в следствие чего они снова занялись любовью, та, на кого в Гнилом Погребе все боялись даже взглянуть, заявила:


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю